Американские диверсанты: крупнейшие инвазии животных из Америки в Россию

Скоро лето, а зима выдалась очень снежной. В этом году велик шанс увидеть настоящее чудо земли русской. Это щитни – древние ракообразные, которые появляются также неожиданно, как и исчезают.

Уникальная особенность этих небольших монстриков заключается в том, что это единственное более менее крупное (до 12 см) животное, которое живёт почти исключительно только в ЛУЖАХ. Реки – нет. Озёра – нет. Болота – нет! Только лужи. Только временные микроводоёмчики после обильных осадков или таяния снега.

Щитни упорно избегают водоёмов, где водится другая живность. Рыбы, амфибии и т.д. только уменьшают шансы их появления, но всё-таки иногда щитни могут быть обнаружены и в обычных водоёмах, но это скорее исключение из правил.

Ещё более удивителен их жизненный цикл. Цисты (микроскопические яйца щитней) могут лежать в земле в случайных местах десятилетиями. Они ждут ведомых только им идеальных условий для пробуждения. Поэтому в один год щитней нет вообще, а в другой они могут неожиданно появиться в любой луже.

После вылупления личинки развиваются с огромной скоростью. Из микроскопических они превращаются в половозрелых особей длиной несколько сантиметров всего за 2 недели. Всё это время они фильтруют органику. В пищу им подходит почти всё. От букашек и головастиков до остатков растений и частичек мусора в воде.

Вскоре щитни начинают бурно размножаться. На данный момент известно, что большинство щитней – девочки, и они размножаются партеногенезом, то есть штампуют своих клонов без участия самцов. Но иногда в популяциях всё-таки появляются мальчики, чтобы внести хотя бы небольшое генетическое разнообразие в популяцию.

И вот, отложив яйца в грунт, щитни исчезают также внезапно, как и появились. Лужа, скорее всего, уже высохла, щитни погибли, а их потомство разнесёт ветер. Быть может, через несколько лет или даже десятков лет новая популяция возникнет здесь же в этой старой луже, или где-то ещё.

Если вы вдруг встретите щитня этим летом, то вам очень повезло. Вы наблюдаете настоящее чудо природы. Они не опасны и не могут причинить никакого вреда человеку. Остается только созерцать и радоваться. 

Рассказывайте о своих встречах с этим загадочным существом! 

Тык

Скетч (с автопортретом):

Австралийские исследователи обнаружили новый вид больших и опасных воронковых пауков. В 2018 году эксперт по паукам Кейн Кристенсен нашел первых представителей этого вида в городе Ньюкасл. Позднее Австралийский музей подтвердил, что это новый вид, который получил имя Atrax christenseni в честь открывшего его ученого.
Как сообщил Кристенсен, размеры этих пауков могут достигать 4,5 см, а их мощные клыки способны ввести больше яда, чем у других видов воронковых пауков. Глазастые арахнологи заметили: особенностью Atrax christenseni является уникальная форма эмболюса, важного паучьего элемента в процессе размножения (по сути, эмболюс выполняет функцию пениса).

Укусы этих пауков приводят к серьезным симптомам, таким как мышечные судороги и усиленное потоотделение, и без быстрого медицинского вмешательства могут закончиться смертью. Однако уже доступное противоядие эффективно и против этого нового вида.
Источник

Сегодня на фермах всё чаще можно встретить крупный рогатый скот с ужасной дыркой в боку. Куда смотрят зоозащитники? Страшно представить, какие ужасы испытывает бедное животное! Зачем на фермах так издеваются над скотиной?.. сказали бы мы, будь эта статья в каком-нибудь паблике про экокожу и сопливых щенят. Но поскольку вы в Книге животных, никаких охов-вздохов не будет — всё только по делу. Итак, для чего же на самом деле фермеры дырявят коров?

Сразу расставим всё по местам: это вам не просто «какая-то дырка в боку», а полноценная хирургическая операция, которую по всем правилам проводят ветеринары. Называется она фистулирование рубца. В ходе операции коровам устанавливают специальную фистулу (что-то вроде серьги-тоннеля в ухе, только больше). Ужасных страданий, невыносимой боли и чувства неполноценности корова при этом не испытывает.

Как правило, фистула обеспечивает прямой доступ к первому коровьему преджелудку, или рубцу. По сути, это огромный мешок вместимостью 150-200 литров с едой и бактериями, которые этот самый корм переваривают. Стенки рубца часто сокращаются, перемешивают содержимое и усиленно всасывают переваренную вкуснятину.

Для проведения этой процедуры существует сразу 3 причины.

Во-первых, фистулирование проводится в лечебных целях. Если у коровы проблемы с животом, Мезим ей точно не поможет! Собственно, им вообще мало что помогает — ЖКТ у коров устроен очень сложно. Фистула помогает устранить сразу все неполадки в рубце: скопившиеся газы, дисбактериоз, нарушение моторики и всё остальное можно решить напрямую. Не нужно давать кучу лекарств, придумывать, как отвести газ, и надеяться, что животина не отбросит копыта, пока лечение подействует — намного проще, быстрее и эффективнее, когда есть прямой доступ к проблемному органу!

Вторая причина фистулирования — наука. Конечно, ветеринария не стоит на месте, и сегодня мы далеко продвинулись в изучении работы организма крупнорогатого скота. Но, как говорится, век живи — век учись. И есть ли способ изучить пищеварение лучше, чем наглядное пособие в виде живой коровы с прямым доступом в желудок! Вреда самой животине это не приносит, а пользы — целый вагон.

Третья причина используется не везде, однако имеет место быть на некоторых фермах, где одна такая дырявая корова может помочь целому стаду! Тут всё просто. Бывает, что от неподходящего питания в рубце погибают все или большая часть полезных бактерий, отчего пищеварение животины «встаёт». Ждать, пока восстановится баланс и размножатся новые бактерии, довольно долго. Поэтому ветеринары извлекают через фистулы немного содержимого рубца вместе с бактериями у здоровой коровы и скармливают это всё больной. Блюдо не самое аппетитное, но зато эффект получаем сразу.

Вот и получается, что дырка в боку спасает жизни и здоровье! А ведь кто-то до сих пор верит, что это живодёрство! И делают фистулы коровам не только в России: это практика распространена повсеместно в мире на больших животноводческих комплексах.

Тык

Эту птичку можно встретить на территории всей Евразии, но она всегда предпочитает хвойные леса, поэтому многие её не видели и не знают. И клёст помешан на шишках, только их и ест. Его крестообразный клюв идеально подходит для разрывания шишек. В общем – шишки, шишки, шишкииии. В этом и кроется прикол мумификации.

За свою жизнь клёст пропитывается смолой настолько, что он сильно воняет хвоей. Его мясо становится горьким, хищники избегают поедать клестов, паразиты тоже не заводятся. Офигенная стратегия. Но самое классное, что смола не даёт разложиться уже погибшей птичке. В хвойном лесу, порой, можно найти мумии клестов, которым уже по 10-20 лет! 

Конечно, клесты с голодухи и обычные семки пожуют, но если урожай шишек в этом году выдался плохой, то и численность клестов экстремально падает, а если шишек много, то экстремально растёт. Узкая специализация – вот секрет самых неадекватных фокусов!

КНИГА ЖИВОТНЫХ

Осторожно! Авторский оченьдлиннопост! Первая часть по ссылке:

Огромные животные плейстоцена. Север

Немного о межамериканском обмене.

Начнём мы с лирического отступления. Чтобы понимать американскую фауну, нужно окунуться в эпоху позднего плиоцена. Со дна океана 2,7 млн лет назад поднялся панамский перешеек, соединивший две Америки. Нужно понимать, что до этого два континента были разделены миллионы лет. Меняться фауной им, конечно, это не мешало, они делали это очень успешно много миллионов лет, но не в таком объёме. В плиоцене и ранее в Южной Америке водились уникальные сумчатые. Был целый уникальный отряд спарассодонтов, представители которого водились только в Южной Америке. Спарассодонты — метатерии, родственные сумчатым, но ими не являющиеся. Это чуть ли не единственные крупные хищники континента.

Ещё на южном континенте водилось множество неполнозубых, некоторых из них мы рассмотрели в предыдущей части. Жили там и уникальные копытные, которые прям так и называются — южноамериканские копытные. Вероятно, вся та уникальная фауна, которую мы сегодня наблюдаем в Австралии, попала туда по Гондване именно из Южной Америки ещё во времена динозавров. Окажись мы на территории какой-нибудь Бразилии 3 млн лет назад, знакомых животных смогли бы пересчитать по пальцам одной руки. Такова была Южная Америка до Великого южноамериканского обмена. С появлением панамского перешейка на континент «ломанулись» плацентарные североамериканцы. В том числе и хищники. Много местной фауны вымерло, но кто-то из аборигенов перекочевал на север. Отсюда мы можем наблюдать в Штатах сумчатого опоссума, например, или броненосца. В целом миграция была симметрична, но с течением времени южане оказались неконкурентоспособными: на севере не прижились, а на юге их вытеснили. Но давайте изучим уже плейстоценовую мегафауну Южной Америки.

С появлением панамского перешейка сухопутные виды начали миграцию, а морские были изолированы друг от друга

Южная Америка — всё ещё не такая, как все.

Макраухении — представители уникального отряда литоптернов, одного из тех самых южноамериканских копытных. Литоптерны — сестринский непарнокопытным таксон. Разошлись ещё 66 млн лет назад. Сама же макраухения напоминала верблюда с хоботком, а обитала в саваннах.

Глоссотерий — ещё один огромный ленивец. Здесь можно было бы обсудить более крупного и знаменитого представителя семейства милодонтовых, самого милодона, но глоссотерий звучит круче. Глоссотерий вероятный кандидат на самое крупное роющее млекопитающее. Крупные и мощные передние конечности, а также найденные ямы с характерными царапинами позволяют нам осторожно предположить такое. Представили полуторатонного крота?

Токсодон — ещё одно копытное Южной Америки, которое может свести с ума начинающего натуралиста. Выглядит он как грызун размером со слона. Вот что пишет о нём Дарвин:

Наконец, токсодон одно из самых странных животных, когда-либо обнаруженных: размером он был со слона или мегатерия, но структура зубов, как утверждает мистер Оуэн, бесспорно доказывает, что токсодон тесно связан с грызунами, которые сегодня включают в себя самых маленьких четвероногих.

Представьте, каково было удивление учёных, описавших токсодона. Вроде хомяк, а вроде размером со слона. В итоге сейчас токсодон находится в отряде нотоунгулятов — ещё одном отряде южноамериканских копытных, как и литоптерны выше. Токсодон был одним из последних представителей своего отряда, и, возможно, самым крупным и распространённым копытным южноамериканской плейстоценовой мегафауны. Этот бочонок со странными зубами был высотой в метра полтора и массой до 1500 кг. Телосложением он скорее напоминал пухлого носорога с головой бегемота.

Про глиптодона и мегатрия. Пробежимся по ним кратко, так как и ленивцев, и броненосцев мы уже затрагивали в североамериканской фауне. Глиптодон — один из последних представителей гигантских броненосцев. Обитал, видимо, по всей Южной Америке. В основном на опушках или в прилесье, где низкий кустарник был в изобилии. В плейстоцене их размеры достигли своего пика, хоть видовое разнообразие и сократилось. Масса глиптодона доходила до двух тонн. Мегатерий же был не менее удивителен. По сути, это четырёхтонный ленивец. Стоя на двух лапах, мог быть в высоту 5 метров.

На заднем плане стегомастодоны. Листву с дерева объедает мегатерий. Справа от него крупный броненосец. Слева гиппидионы. Как и хоботные, и смилодоны, лошади — мигранты из Северной Америки. Ну а на переднем плане те самые макраухении

Свидетельства Великого обмена можно увидеть, например, в североамериканских хоботных, попавших в Южную Америку. Кювьероны — крупные животные, напоминавшие слонов. Чуть меньших размеров, но плотнее в телосложении. Ещё фишечкой кювьеронов были слегка закрученные бивни. Средний такой «слон» был ростом около 2,3 метра и около 3-3,5 тонн. Обитал он на обоих американских континентах, а вымер одним из последних из семейства гомфотериевых, около 12000-10000 лет назад.

Что же из себя представляли южноамериканские хищники? Спарассодонты, о которых я говорил в начале, успешно вымерли ещё до прихода в Южную Америку плацентарных хищных. И плейстоцен эти уникальные хищники не застали. Крупные фороракосовые, видимо, тоже не дожили до плейстоцена. И исчезли они также до прихода североамериканских кошек и собак. Хотя тот же титанис, перешедший на северный континент, видимо, смог дожить до раннего плейстоцена и конкурировать с млекопитающими. Так что сложно обвинить прогрессивных северных хищников в вытеснении гигантских птиц и сумчатых саблезубых. И что же мы имеем по крупным хищникам Южной Америки? А ничего. Основными хищниками там были североамериканские плацентарные, такие как волки, смилодоны и медведи. Причины вымирания аборигенных крупных хищников до конца непонятны. Их вымирание плохо коррелирует с плацентарными, а других видимых причин особо-то и не видно.

Давайте посмотрим на вымирание крупных южноамериканских хищных на примере огромных птиц — форораксов. Они жили долго и счастливо и не знали бед. Появился панамский перешеек, и они начали вымирать. Виноваты плацентарные? Вероятно, но есть несколько «но». Первое «но» — плацентарные пришли в Южную Америку не сразу же. Тем более крупные хищники. Тем более вглубь континента. Некоторые палеонтологи сомневаются, что вымирание птиц так уж хорошо коррелирует с приходом на континент каких-нибудь волков или пантер. Второе «но» заключается в том, что огромный титанис прекрасно прожил почти миллион лет с кошками в Северной Америке. В целом, как будто ничего не мешало плацентарным и птицам разойтись по разные стороны и сосуществовать, как это делали баторнитиды и нимравиды в эоцене, но почему-то вот не смогли. И человек на этот раз ни при чём, его ещё тогда не было. Ну, в том виде, чтобы истреблять животных массово. Так что выходит, что некоторое время Южная Америка существовала без крупных хищников. Местные уже вымерли, а новых не завезли. А мы отправляемся туда, где существовал такой хищник, что волосы на спине шевелятся.

Австралия, что ты такое?

Достаточно всего пары кроликов, чтобы устроить экологическую катастрофу континентального масштаба. Всего лишь помещаем этих кроликов в экосистему, которая не сможет контролировать их популяцию хищниками. Ушастые всё сожрут, всё заполонят и вытеснят всех аборигенов. Можно завести туда ещё собак, чтобы они ели кроликов, и верблюдов, чтобы ездить на них и следить за всем происходящим. В итоге кролики никуда не денутся, собаки будут жрать аборигенов, а верблюды одичают и станут проблемой лишь немногим меньшей, чем кролики. Но что было с Австралией до того, как плацентарные во главе с человеком устроили на континенте тотал дистракшн?

Как вы смотрите на вомбата массой в пару центнеров? Фасколон — крупнейший представитель вомбатовых. Эта огромная тушка жрала любую растительную пищу по всему континенту. Таких вомбатов в Австралии было много: седофасколом (Sedophascolomys), рамсайя (Ramsayia). Но крупнейшим пока что остаётся именно фасколон (Phascolonus). Его масса могла доходить до 200-250 кг.

Дипротодон хоть вомбатом и не был, но всё же является его вероятным родственником. Скажем так, это вомбат совсем другого порядка. Странный зверь — хотя какой ещё может жить в Австралии — был просто огромнейших размеров. До 2 метров в холке, 4 метров длиной и 3500 кг массой. Этот «вомбат» размером с индийского слона по праву носит корону крупнейшего сумчатого в истории. Кроме того, дипротодон был обладателем крайне мощных челюстей, чтобы пережёвывать грубую растительную пищу, вплоть до веток. Косолапое сумчатое, вероятно, бродило стадами.

Такому странному миру не хватает только гигантских кенгуру. Вы думаете, у меня их нет? У меня их есть! Прокоптодон — гигантский короткомордый кенгуру. 2-2,5 метра ростом делали прокоптодона крупнейшим кенгуру в истории. И, вероятно, это крупнейшее прыгающее млекопитающее. Хотя вот последний тезис некоторые исследователи оправданно подвергают сомнению. Слишком уж он тяжёлый для прыжков, 250 кг как-никак.

Огромный сумчатый тапир или что-то типа того. Палорхест — это огромный губастый или хоботный сумчатый весом в тонну. У него был весьма своеобразный череп. Явно на мордашке должно было что-то вырастать, но пока непонятно что. Вообще, морфология черепа похожа на тапира, так что, вероятно, там был хобот. Кроме того, передние конечности тоже были весьма своеобразны. Остатки животного фрагментарны и их мало. Можно предположить, что палорхест был одиночкой и размножался медленно.

Кроме сумчатых Австралия славится и своими огромными птицами. Сегодня это эму и казуар, а в прошлом был кое-кто покрупнее. Например, гениорнис, или, как её ещё называют, гром-птица Ньютона. Это последний представитель дроморнитидов. Несмотря на свою морфологию и размеры, гениорнис не родственник казуара, он скорее ближе к гусям и уткам. Исключительно растительноядный гигант вырастал до двух метров ростом и весил парочку центнеров. Для дроморнитидов это такой, не самый впечатляющий размер.

В отличие от своих прародителей из Южной Америки, у австралийцев были свои хищники и ещё какие. К сожалению, сегодня не осталось ни одного крупного хищника с сумкой на пузе. Но ещё совсем недавно таких можно было встретить в Австралии. Например, сумчатый лев (Thylacoleo). Сумчатые львы — местные хищники, самый крупный вид которых был размером с небольшую львицу. Вид T. Carnifex мог быть крупнейшим аборигенным хищным млекопитающим Австралии и крупнейшим хищником из метатериев: высота в холке до 75 см, длина 1,5 метра, а масса до 160 кг. Возможно, вы знаете, что сумчатым приписывают самые мощные укусы относительно массы тела. Я уже писал про тасманского дьявола. Так вот, представьте теперь силу укуса сумчатого весом в центнер. Он сопоставим с силой укуса крупного льва в 2,5 раза тяжелее нашего героя. Вероятно, такой кусака грозный охотился на жертв в разы крупнее себя. Это не все выдающиеся черты сумчатого льва. Ещё у хищника были мощные передние лапы и кошачьи когти. Я напомню, сумчатый лев — не кошка, и даже не близко она. А когти у него по-кошачьи втягивались. Тилаколео — выдающийся, но крайне специализированный хищник. Это его и сгубило.

Немножко упомяну сумчатого волка, хоть технически мегафауной он не является. В отличие от своего собрата по сумке, он продержался довольно долго. На континенте вымер около 3000 лет назад, а на Тасмании вовсе дожил до современности. Род тилацинов насчитывал 5-6 видов, но только Thylacinus cynocephalus дожил до плейстоцена. Это относительно небольшой хищник массой до 30 кг. Вероятно, охотился на разную крупную птицу.

Но я вам обещал впечатляющих хищников, а тут какой-то недолев размером с овчарку и совсем уж маленький волк. Где типичные австралийские монстры? Где те, кто могут сожрать человека одним лишь взглядом? Вы уже поняли, что сейчас мы обсудим её. Ту самую. Великую и ужасную мегаланию. Комодский варан на максималках. Хотите знать, как выглядела мегалания? Отмасштабируйте дракона Комодо в длину в 3-4 раза, а массу в раз 10-20. Вообще не ошибётесь. Мегалания — это буквально варан длиной в 7-9 метров и массой до 2 тонн. Ой, да ладно, брехня это всё и уже давно неактуально. Новые оценки внешности мегалании куда скромнее. Конечно, это всё ещё крупнейшая сухопутная ящерица, намного больше современных варанов, но какие 2 тонны и 9 метров? Это уже какой-то тираннозавр, а не варан. Да, сегодня мегалания — это Varanus priscus больших, но умеренных размеров. Изначально её размеры оценивали, сопоставляя размеры позвонков с другими известными варанами. Но сегодня на этот метод уже смотрят с большим скептицизмом. Вероятнее всего, это была ящерица длиной 3,5-4,5 метра. Может, массой до полутонны, но скорее где-то в пару центнеров плюс-минус. Неплохо её так почикали, да? Размеры мегалании будут предметом дискуссии до тех пор, пока не найдут её полный скелет.

Закончим мы ещё двумя рептилиями: трёхметровым сухопутным крокодилом квинкана и крупной змеёй вонамби. Вонамби — это крупная змея, обитавшая близ воды. Длина тела оценивается очень приблизительно, от 3 до 6 метров. Она не была ядовитой, а душила жертв. В общем, это что-то по типу анаконды. А вот крокодил поинтереснее. Морфология квинкана подразумевает сухопутный образ жизни, а места находок — полуводный. Плейстоценовые виды квинкана были поменьше своих плиоценовых собратьев: около 3 метров длиной и 200 кг массой.

Причины вымирания австралийской плейстоценовой мегафауны не так однозначны, как может показаться на первый взгляд. Дискуссия в научном сообществе сложная, постоянно проводятся новые исследования. С одной стороны, очень уж хорошо коррелируют датировки вымирания большинства видов с приходом в Австралию первых людей, около 46 000 лет назад. Виды вымерли быстро и полностью. Но не всё так просто. В Австралии в ледниковый период бывали сильнейшие засухи. Например, квинкане в причины вымирания часто записывают именно засуху. Одно из исследований говорит, что 50 из 88 обнаруженных видов австралийской мегафауны не имеют уверенных датировок после ледникового максимума, который случился 130 000 лет назад, почти за 100 000 лет до прихода на континент людей. Однако анализ зубов представителей мегафауны показывает, что австралийские виды были хорошо подготовлены к длительным засухам и маловероятно, что фауна, обитающая на засушливом континенте миллионы лет, взяла и почти вся вымерла одномоментно из-за того, с чем они уже сталкивались много раз. Другой анализ зубов показывает, что у животных резко изменился рацион, что можно связать с постоянными лесными пожарами, устраиваемыми людьми. Мейнстримной версией, как я понял, всё ещё остаётся человек. Такие вот с ней сложности.

Ну вот и всё! Получился ещё один большой обзор на плейстоценовую мегафауны, но Африку сюда вместить не смог. С вами был Марти. На моём канале контента ещё больше, а также там ежедневные тесты. Подписывайтесь.

Еще вы можете поддержать меня донатом!

Канал — "Естественно знаем"

Внимательно посмотрите на эти фотки. Вот на что была бы похожа лошадь, если бы остановилась в развитии! Сегодня мы познакомимся с одним из самых древних копытных животных, что почти никак не изменилось за последние 50 миллионов лет — тапиром!

Семейство тапировых насчитывает четыре вида: горный, равнинный, чепрачный и тапир Кабомани. И как они все выжили — абсолютная загадка. Эти животные по своей сути беспомощны! При том, что живут очаровательные носатики в местах, где спокойствие может только сниться. Три вида обитают в джунглях Южной Америки, один вид — в тропиках Юго-Восточной Азии.

У тапиров нет грозных рогов, острых бивней, да даже мощных копыт! Размер — практически единственное, что защищает взрослых животных от хищников. Чепрачный тапир, крупнейший вид, вырастает до метра в холке и набирает под 500 килограмм веса. Такой гигант не по зубам даже ягуарам и тиграм!

Несмотря на всё, тапиры успешно пережили массовое эоцен-олигоценовое вымирание 33,9 миллионов лет назад. Тогда как куча других, более приспособленных видов хищников и травоядных, вымерли. В чём же их секрет? Дело в том, что вместо безумной погони за новыми механизмами выживания носатики выбрали путь ничегонеделания. Исследования показывают, что тапиры с момента своего появления почти не изменились. А ведь прошли десятки миллионов лет! Да за это время киты успели из крыс стать титанами океанов!

Судя по найденным останкам, первые непарнокопытные в принципе очень походили на носатиков. А те, кто не канул в Лету, вступил в гонку на выживание и сегодня их почти не узнать. Лошади и носороги — вот современная родня тапиров. Одни максимально прокачали скорость, другие — оборону, а тапиры вот какими были, такими и остались. По ним и можно судить, с чего начинали родственные виды.

Как и миллионы лет назад, сегодня тапиры бродят по тропическим лесам и живут свою лучшую жизнь. Несмотря на габариты, носатики остаются призраками джунглей. Широкие четырёхпалые конечности помогают передвигаться по мягкому болотистому грунту. Животное весом в несколько сот кило с лёгкостью пройдет там, где тигр или ягуар потонет!

В еде носатики непривередливы: могут водорослями перекусить, фруктов пособирать, травку пощипать. Оно и понятно: всего им необходимо от 40 до 50 кг растительности в день! Хоботок, кстати, помогает разнообразить гастрономическую базу. С помощью длинного отростка на мордочке тапир дотягивается до самых лакомых листочков и побегов. Зверь не только приспосабливается к окружению, но и подстраивает ландшафт под себя. Тапир — успешный распространитель семян. Где он ел, там будет лес. Ну или кустики, как минимум.

Если тапир не ест, он плавает. Вода для носатиков — родная стихия. В озерах, реках, болотах тапиры проводят большую часть времени. Здесь они и от жары спасаются, и от хищников, и от паразитов. Замечено, что звери специально подставляют рыбам свою тушку, чтобы те счищали с них надоедливых кровососов. А их в тропических джунглях ой как много!

Живут тапиры обычно поодиночке, отмечая территорию запахом. Однако на тотальную неприкосновенность владений они не претендуют. По всей видимости, границы нескольких особей могут пересекаться, и это даже играет определённую социальную роль — носатики весьма общительны.

Они регулярно перекрикиваются с соседями и обмениваются новостями, а также выбирают партнёра для продолжения рода. Занимаются этим самки: ходят по лесу, нюхают метки и выслеживают самого крутого жениха на районе. Беременность у тапиров длится необычайно долго для животных такого размера — целых 12 месяцев. Зато на выходе получается полностью сформированный тапирчик весом до 10 килограмм, готовый бежать за мамой хоть куда.

С воспитанием потомства мамаша заморачивается не сильно. Показать, где в лесу самая вкусная трава, самая уютная лужа и тёплая речка — на этом, собственно, всё. Уму-разуму самка обучает малыша до полугода. После этого дитё обретает взрослый окрас и отправляется в одиночное плавание по буйным волнам взрослой жизни.

Особенно неспокойной жизнь тапиров делает человек. Люди охотятся на беззащитных носатиков ради еды, уничтожают их, чтобы защитить посевы, вырубают леса и прокладывают сквозь них дороги. Последнее особенно печально: тапиры плохо видят, поэтому не могут вовремя заметить летящую на них машину. А водители, в свою очередь, не замечают тапира, ведь его окраска идеально сливается с растениями вокруг. На сегодняшний день все виды тапиров находятся на грани исчезновения. Однако они успешно размножаются в неволе и живут в зоопарках по всему миру.

Стеклянная лягушка — отличный объект для наблюдения. Не нужно никакого вскрытия, положение и форма органов видны и так. Но зачем полупрозрачность нужна лягушке? Для маскировки, конечно!

Полупрозрачная кожа не делает её невидимой, но здорово смазывает очертания тела. Глазу хищника становится сложнее вычленить знакомые формы, поэтому они пропускают потенциальную добычу и идут себе дальше.

Чтобы усилить маскировку, стеклянные лягушки даже покрасили свои кости в зелёный цвет! Для этого они добавили в костную ткань соли желчной кислоты.Некоторые виды таких лягушек пошли ещё дальше – они научились отражать свет с той же длиной волны, что и большинство растений. Это ещё сильнее вводит хищника, полагающегося на инфракрасное зрение, в замешательство.В остальном наши герои живут вполне простой лягушечьей жизнью в Южной Америке.

   Источник: Книга животных (Дзен)

Земли Южной Америки, особенно земли Бразилии, Аргентины и Парагвая, испещрены тоннелями, происхождение которых вызывает сомнения. Некоторые из них — узкие лазы диаметром 80-90 сантиметров. Другие — настоящие подземные базы с несколькими комнатами, переходы между которыми могут быть шириной до 4 метров, а суммарная длина тоннелей — достигать 500 метров! Причём количество загадочных тоннелей поражает воображение: уже к 2016 году было известно более 2000 странных пещер. Давайте же разберёмся, кто или что создало их.

С первого взгляда понятно, что геологические процессы тут не при чём. Аккуратные и прямые коридоры пробиты в древних, но относительно мягких горных породах и не могут иметь вулканическое происхождение. Кроме того, в них нет и следа вымывания породы. Зато на стенах до сих пор видны изогнутые бороздки. Словно создатели тоннелей скребли камень чем-то острым.

«Это были люди» — скажете вы, и будете неправы. Ведь у нас канал про животных! Исследования показывают, что самые первые тоннели стали возникать 3-4 миллиона лет назад, когда австралопитеки только начали покорять Африку. Тоннели сделали совсем другие существа, куда больше и куда необычнее...

2014 год. Округ Хенераль-Альварадо, Юго-Восток Аргентины. Группа исследователей изучает очередную искусственную пещеру и, неожиданно даже для себя, обнаруживает в одной из комнат скелеты двух её обитателей — скелеты двух гигантских ленивцев. И эта находка сразу объясняет все странности пещер. Только чудовищу весом в 4 тонны может понадобиться рукотворная пещера высотой в 2 метра, шириной — в 4. Только ленивцы с их когтями длиной по 15-20 сантиметров могут оставлять такие длинные и широкие борозды на стенах.

К сожалению и по сей день не совсем понятно, зачем они это делали. Несмотря на то что гигантские ленивцы были намного активнее современных сородичей, они обладали довольно низкой скоростью метаболизма, и пробивание тоннеля было для них тяжким трудом. Вероятно, одну пещеру создавало сразу несколько поколений ленивцев. А начиналось всё с простых углублений в грунте для создания укрытия.

Скорее всего, они использовали подземные базы, чтобы безопасно растить потомство. Ведь если взрослый гигантский ленивец был почти неуязвим для хищников, то небольшие молодые ленивцы были лёгкой добычей для любого хищника размером с волка. Кроме того, стабильный климат нор сглаживал резкие перепады температур, характерные для Южной Америки ледникового периода.

Последние пару абзацев объясняют существование больших нор, в которые человек помещается без проблем. Маленькие же, диаметром около 1-2 метров, прорыли явно не ленивцы. Впрочем, и тут подозреваемые у нас тоже есть: вымершие гигантские броненосцы, вроде дедикурусов.

Даже современные относительно небольшие броненосцы каждый год роют десятки тысяч нор и вскрывают прочные стенки термитников при помощи мощных когтей на коротких, но крепких лапах. Их более крупные и мощные родственники без проблем могли создавать себе убежища даже в плотных породах!

В период с 1840-х по 1920-е годы в Австралию было завезено около 20 000 одногорбых верблюдов (Camelus dromedarius) из регионов Афганистана, Индии и Пакистана. Животные использовались для транспортировки грузов через засушливые внутренние районы континента. С развитием моторизованного транспорта и железнодорожной сети необходимость в верблюжьих караванах отпала, что привело к освобождению значительного количества животных в естественную среду.

По данным 2008 года, численность диких верблюдов в Австралии составляла приблизительно 1 миллион особей. Плотность популяции варьировала от менее 0,1 до более 2 особей на квадратный километр в зависимости от региона. Наибольшие концентрации зафиксированы в землях аборигенных трастов Катити и Петерманн в центральной части Северной территории.

Репродуктивные характеристики вида способствуют устойчивому росту популяции. Самки достигают половой зрелости в возрасте 3-4 лет, период беременности составляет 12-14 месяцев, интервал между родами - 2 года. Продолжительность репродуктивного периода достигает 20 лет. При отсутствии значительного пресса хищников темпы роста популяции составляют 8-10% в год, что приводит к удвоению численности каждые 8-10 лет.

Исследования, проведенные в рамках Австралийского проекта управления дикими верблюдами (2009-2013), показали значительные различия в характеристиках водоемов, доступных и недоступных для верблюдов. В доступных источниках зафиксированы следующие изменения параметров воды:

• Увеличение мутности в 16 раз по сравнению с защищенными участками
• Повышение электропроводности в 2 раза
• Изменение химического состава вследствие поступления органических веществ

Механизмы воздействия включают физическое разрушение береговой растительности, эрозию почвенного покрова, механическое взмучивание донных отложений и поступление экскрементов в водную среду. Данные процессы приводят к эвтрофикации водоемов и изменению их гидрохимических характеристик.

Анализ состава водных макробеспозвоночных выявил существенные различия между участками с различным уровнем воздействия верблюдов. В исследовании было зарегистрировано 83 таксона беспозвоночных, относящихся к 6 классам: Arachnida (5 таксонов), Crustacea (12), Entognatha (1), Gastropoda (2), Insecta (62) и Oligochaeta (1).

В водоемах, посещаемых верблюдами, отмечено:

• Снижение таксономического разнообразия в 4 раза
• Полное отсутствие остракод (Podocopida)
• Сокращение доли чувствительных к загрязнению видов
• Уменьшение числа хищных видов
• Снижение количества таксонов с жаберным дыханием

Остракоды, которые являются индикаторными организмами качества водной среды, отсутствовали во всех сильно нарушенных местообитаниях. Поденки рода Cloeon зарегистрированы только в водоемах без признаков посещения верблюдами.

Водные источники имеют значительную культурную ценность для коренных народов Австралии, выполняя церемониальные, экономические и социальные функции. Традиционные знания о расположении и состоянии водоемов передавались через устные традиции на протяжении тысячелетий. Нарушение состояния этих объектов представляет угрозу для сохранения культурного наследия аборигенных сообществ.

В период 2009-2013 годов реализовывался Австралийский проект управления дикими верблюдами, направленный на снижение численности популяции и минимизацию экологического ущерба. Основным методом контроля служил селективный отстрел с использованием вертолетной техники, позволяющий охватывать обширные территории аридных районов.

Параллельно изучались возможности коммерческого использования ресурса, включая производство мяса для экспорта и молочную продукцию. Развитие данных направлений рассматривается как альтернативный подход к управлению популяцией.

Случай с австралийскими верблюдами демонстрирует потенциальные последствия интродукции крупных травоядных млекопитающих в экосистемы, где отсутствуют естественные механизмы контроля их численности. Воздействие на водные экосистемы аридных регионов имеет каскадный эффект, затрагивающий все уровни биологической организации.

Восстановление нарушенных экосистем требует комплексного подхода, включающего популяционный контроль инвазивных видов и активные меры по реабилитации водных источников. Опыт управления данной ситуацией может быть применен при решении аналогичных проблем биологических инвазий в других аридных регионах мира.

Долгосрочный мониторинг состояния водных экосистем остается необходимым для оценки эффективности предпринимаемых мер и предотвращения необратимых изменений в структуре и функционировании природных сообществ.

По материалам:

https://www.researchgate.net/publication/301922037_The_impact_of_feral_camels_Camelus_dromedarius_on_remote_waterholes_in_central_Australia

https://www.researchgate.net/publication/301922037_The_impact_of_feral_camels_Camelus_dromedarius_on_remote_waterholes_in_central_Australia

И видеоисточник:

Охота (hunting) - это совокупность действий, направленных на добычу дичи. Поиск, преследование и отстрел/отлов.

Заготовка (harvesting), в свою очередь, акцентирует внимание на результат и устойчивость процесса добычи, а именно на сбор и использование добытого животного. Например, охотник соблюдает ограничения, введенные законодателем в отношение охоты на конкретные виды животных.

На работе я люблю смотреть фоном многочасовые видосы аляскинских гидов-охотников, которые десантируются с клиентами на самолете и находят им трофейную дичь. Трофейным на худой конец считается любое животное, которое старше/крупнее, чем требование законодательства, и задача гида как раз в том, чтобы опытным глазом прикинуть размер животного прежде, чем дать добро на выстрел.

Однако заготовка касается и спортивной охоты на "тех, кого не жалко". Например, в США вы можете косить европейских диких свиней любым оружием и в любом количестве, ибо этот инвазивный вид уничтожает местную фауну и несет экономический ущерб фермерству. 

Однако после пострелушек вам надо будет собрать тушки и сдать на переработку, чтобы это дело в свою очередь не провоцировало рост численности хищников/падальщиков. 

Некоторые заманивают диких поросей в загон, глистогонят их, пичкают антибиотиками и после лечения продают как безопасное для употребления в пищу мясо.

Минус этого способа в том, что он медленный. Свиньи плодятся, как кролики.

Даже несмотря на постоянные их "геноциды", устраиваемые тактикульщиками, экипированными на уровне частной военной компании, численность пятаков растет процентов на 20 в год. Данный способ просто наглядно показывает возможность организовать устойчивую заготовку мяса.

Другие инвазивные виды наподобие средне-крупных копытных размножаются не столь быстро, и с ними можно не торопиться. Например, пятнистый олень на Гаваях. В 1960-е их завезли в количестве 9 голов, сейчас их численность 70 тысяч голов. При этом их отстреливается около 40 тысяч в год, но ползучий рост все равно продолжается. Достаточно устойчивый источник мяса, и недавно местный бизнес это просек. Точно так же по ночам грузятся в пикапы вооруженные до зубов чувачки, только используют они более прецизионное оружие типа болтовых винтовок с тепловизором, ибо цель стоит не в том, чтобы напичкать тушку свинцом, а в том, чтобы положить животное выстрелом в конкретное место, чтобы не испортить мясо. На следующий день свежая оленина уже летит в континентальные Штаты.

Джейк Мьюс, один из сооснователей гавайского производителя оленины Maui Nui Venison

Некоторые товары из их онлайн-маркета. 

Как они охотятся, можно увидет в ролике MaxTheMeatGuy. 

Скоро лето, а зима выдалась очень снежной. В этом году велик шанс увидеть настоящее чудо земли русской. Это щитни – древние ракообразные, которые появляются также неожиданно, как и исчезают.

Уникальная особенность этих небольших монстриков заключается в том, что это единственное более менее крупное (до 12 см) животное, которое живёт почти исключительно только в ЛУЖАХ. Реки – нет. Озёра – нет. Болота – нет! Только лужи. Только временные микроводоёмчики после обильных осадков или таяния снега.

Щитни упорно избегают водоёмов, где водится другая живность. Рыбы, амфибии и т.д. только уменьшают шансы их появления, но всё-таки иногда щитни могут быть обнаружены и в обычных водоёмах, но это скорее исключение из правил.

Ещё более удивителен их жизненный цикл. Цисты (микроскопические яйца щитней) могут лежать в земле в случайных местах десятилетиями. Они ждут ведомых только им идеальных условий для пробуждения. Поэтому в один год щитней нет вообще, а в другой они могут неожиданно появиться в любой луже.

После вылупления личинки развиваются с огромной скоростью. Из микроскопических они превращаются в половозрелых особей длиной несколько сантиметров всего за 2 недели. Всё это время они фильтруют органику. В пищу им подходит почти всё. От букашек и головастиков до остатков растений и частичек мусора в воде.

Вскоре щитни начинают бурно размножаться. На данный момент известно, что большинство щитней – девочки, и они размножаются партеногенезом, то есть штампуют своих клонов без участия самцов. Но иногда в популяциях всё-таки появляются мальчики, чтобы внести хотя бы небольшое генетическое разнообразие в популяцию.

И вот, отложив яйца в грунт, щитни исчезают также внезапно, как и появились. Лужа, скорее всего, уже высохла, щитни погибли, а их потомство разнесёт ветер. Быть может, через несколько лет или даже десятков лет новая популяция возникнет здесь же в этой старой луже, или где-то ещё.

Если вы вдруг встретите щитня этим летом, то вам очень повезло. Вы наблюдаете настоящее чудо природы. Они не опасны и не могут причинить никакого вреда человеку. Остается только созерцать и радоваться.

Рассказывайте о своих встречах с этим загадочным существом! 

Источник: Книга животных (Дзен)