Изотопный анализ одного коренного зуба выявил связь с Уэльсом, сезонные перемещения и даже намек на беременность в эпоху, когда поднимался Стоунхендж.

В 1924 году археологи, работавшие у южного входа в Стоунхендж, обнаружили фрагмент коровьей челюсти. Почти столетие он оставался незамеченным среди тысяч других находок, его значение было скрыто от глаз. Теперь, благодаря высокоразрешающему изотопному анализу, эта челюсть выдала замечательную историю о жизни и движении 5000 лет назад.  

Корова, которая дошла до Стоунхенджа: история Зуба о 5000-летнем путешествии

Корова, или Bos taurus , жила на самых ранних этапах строительства Стоунхенджа, около 2995–2900 годов до нашей эры. Один коренной зуб из этой челюсти сохранил химические следы её рациона, движений и даже физиологического состояния. Исследователи расшифровали эти записи и тем самым пролили свет на человеческую драму, лежащую в основе строительства самого известного памятника Великобритании.

«Это исследование выявило беспрецедентные подробности шести месяцев жизни коровы, предоставив первое свидетельство перемещения крупного рогатого скота из Уэльса, а также задокументировав изменения в рационе питания и жизненные события, произошедшие около 5000 лет назад», — сказала Джейн Эванс, геохимик из Британской геологической службы.

Наука внутри зуба

Зубы – это капсулы времени. По мере роста их эмаль и дентин улавливают крошечные количества элементов, циркулирующих в организме животного. Эти изотопы – разновидности распространённых элементов, таких как углерод, кислород, стронций и свинец – несут на себе отпечаток ландшафтов и рациона, в которых обитало животное.

Исследовательская группа разделила третий коренной зуб коровы на девять слоёв, каждый из которых соответствовал разным фазам роста животного на втором году его жизни. Анализируя эти слои, они смогли реконструировать около шести месяцев его существования, охватывая цикл с зимы до лета.

  • Изотопы кислорода отразили сезонные изменения температуры, подтвердив, что зуб рос с зимы на лето.
  • Изотопы углерода отслеживали изменения в рационе питания, показывая, что корова питалась лесным кормом в холодные месяцы и перемещалась на открытые пастбища летом.
  • Анализ изотопов стронция выявил нечто необычное: геологический состав его рациона не соответствовал меловым почвам равнины Солсбери. Вместо этого он соответствовал гораздо более древним палеозойским породам, обнаруженным на юго-западе Уэльса — в том же регионе, где добывались голубые камни Стоунхенджа.

«Это наводит на заманчивую мысль о том, что камни перевозили с помощью крупного рогатого скота», — сказал Майкл Паркер Пирсон из археологического факультета Калифорнийского университета в Лондоне, который долгое время изучал происхождение этого памятника.

Беременность в изотопной записи

Одно открытие привлекло внимание: всплеск изотопов свинца в период с конца зимы до весны. Этот сигнал нельзя объяснить только местной геологией или кормом. Исследователи предполагают, что свинец попал в кровь коровы из её собственных костей в период стресса, возможно, беременности или кормления.

Чтобы проверить эту теорию, команда обратилась к пептидному методу определения пола. Результат: высокая вероятность того, что это животное было самкой. Если интерпретация верна, изотопные данные отражают не только её путешествие, но и физиологические потребности, связанные с размножением во время этого перехода.

«Очень часто в исследованиях крупных археологических памятников доминируют грандиозные нарративы, — сказал Ричард Мэджвик из Кардиффского университета. — Но этот подробный биографический подход к одному животному открывает совершенно новую грань истории Стоунхенджа».

От Пресели до Солсбери

Выводы выходят за рамки одной коровы. Открытие подтверждает то, что подозревали многие археологи: в эпоху неолита люди перемещали животных на огромные расстояния. Это были не просто стада, необходимые для пропитания. Вероятно, они были частью церемониальных пиров и ритуалов, объединявших сообщества.

Перевозка скота, а возможно, и самих камней, с холмов Пресели на равнину Солсбери была бы монументальным предприятием. Эта корова, вероятно, была не просто вьючным животным. Она была частью социальной и символической экономики общества, возводившего свой самый амбициозный памятник.

Один зуб, более широкий ландшафт

Что может рассказать нам зуб? Оказывается, очень многое. Он может проследить сезонные миграции, раскрыть контуры доисторической торговли и даже намекнуть на тайны жизни животного, жившего пять тысяч лет назад.

По мере того, как новые технологии совершенствуют изотопные линзы, будет появляться всё больше подобных историй. Каждая из них добавит фактуры истории Стоунхенджа — не как отдельного инженерного шедевра, а как узла в сети людей, животных и ландшафтов, сплетённых воедино в глубинах времени.

Источник: www.anthropology.net