Астронавты и космонавты, имевшие опыт пребывания на Международной космической станции (МКС), постоянно испытывают благоговение, когда видят под собой кривизну Земли. Нечто подобное время от времени испытывают ученые, изучающие Красную планету, благодаря все еще действующему космическому аппарату NASA "Марс Одиссей".
Все снимки, представленные в статье, были получены в конце ноября 2023 года с высоты около 400 километров — примерно на той же орбите, где сегодня работает МКС. Изображения получились весьма атмосферными в прямом смысле слова.
Когда десять изображений объединили в одну панораму, исследователи получили совершенно непривычный вид Марса: испещренная горами и кратерами поверхность планеты под слоями облаков и пыли, парящими в атмосфере.
Для ученых эта съемка оказалась не просто эстетическим наслаждением, а редкой возможностью рассмотреть структуру марсианской атмосферы сбоку, а не сверху, как обычно.
Камера THEMIS, установленная на борту "Марса Одиссей", в основном смотрит непосредственно вниз. Ее инфракрасные датчики позволяют определять состав пород, идентифицировать лед, песок и пыль, а также фиксировать суточные и сезонные перепады температуры.
Кроме того, прибор помогает исследовать и атмосферу — например, определять количество кристаллов водяного льда и пыли. Однако при обычной ориентации аппарата он получает информацию лишь из относительно узкого столба атмосферы непосредственно под собой.
Исследователям хотелось увидеть гораздо больше. Для этого THEMIS пришлось направить не привычно вниз, а под углом к поверхности. Подготовка к такому сеансу наблюдений заняла три месяца. Почему так долго? Все дело в том, что инженерам NASA и Lockheed Martin нужно было рассчитать, как именно повернуть аппарат для получения желаемой перспективы, но при этом не нарушить его орбиту или, что еще хуже, случайно не уронить его на поверхность планеты. Даже незначительная ошибка могла бы похоронить миссию, которая трудится на благо науки без малого четверть века (выход на орбиту состоялся 24 октября 2001 года).
В итоге "Марс Одиссей" запечатлел не просто поверхность Марса, но и срез его атмосферы. На снимках отчетливо видно, где находятся слои облаков и пыли относительно друг друга. Наблюдения подтвердили, что чрезвычайно разреженная атмосфера Марса представляет собой многослойную структуру, где слои облачности чередуются со слоями пыли разной концентрации.
Джонатон Хилл из Университета штата Аризона, ответственный за операции с камерой THEMIS, отметил, что до этого момента ни одному марсианскому космическому аппарату еще не удавалось получить подобный вид.
Дополнительные данные — это бесценный вклад в наше понимание климатической истории Красной планеты, которая в далеком прошлом была куда более комфортным местом, потенциально пригодным для зарождения простейшей жизни.
Именно эта высота официально признана международным сообществом как граница между атмосферой Земли и космическим пространством. Но почему именно 100 километров? Давайте вместе с вами разбираться в этой увлекательной истории.
История появления границы
Все началось в 1940-х годах, когда венгерско-американский инженер и ученый-механик Теодор фон Ка́рман (11 мая 1881 года — 6 мая 1963 года) проводил расчеты поведения летательных аппаратов на больших высотах. Именно его математические выкладки легли в основу определения границы космоса, которая теперь носит его имя — линия Ка́рмана.
Суть расчетов Кармана заключалась в следующем: с увеличением высоты воздух становится все более разреженным. На определенной высоте атмосфера становится настолько тонкой, что крылья самолета уже не могут создавать достаточную подъемную силу. Чтобы не упасть, летательному аппарату необходимо двигаться с первой космической скоростью — 7,91 километра в секунду. На такой скорости он уже не летит как самолет, а движется вокруг Земли как спутник.
Математическое обоснование
Карман рассчитал, что эта критическая точка находится на высоте около 100 километров. Именно здесь плотность атмосферы падает настолько, что для создания достаточной подъемной силы требуется скорость, равная первой космической. Это делает классический аэродинамический полет в общем-то невозможным.
В 1957 году Международная авиационная федерация (FAI) официально приняла высоту 100 километров над уровнем моря как рабочую границу между земной атмосферой и космосом. Это решение стало фундаментальным для международного космического права и определило принципы регулирования космической деятельности.
Разные подходы к определению границы
При общем признании стандарта в 100 километров существуют и другие подходы к определению границы космоса. Например:
NASA и Военно-воздушные силы США исторически считают границей космоса высоту 80 километров, хотя официально США, как и большинство стран, признают международный стандарт в 100 километров. Такое расхождение связано с тем, что на высоте 80 километров уже появляются первые признаки космического пространства, и американские пилоты, поднявшиеся на эту высоту, становятся кандидатами в астронавты.
Некоторые ученые предлагают установить границу на высоте 150 километров, где плотность атмосферы становится практически неощутимой.
Важно понимать, что линия Кармана — это условная граница. В реальности четкой физической границы между атмосферой и космосом не существует. Атмосфера постепенно становится все более разреженной с увеличением высоты, и этот процесс происходит плавно, без резких переходов.
Более того, высота, на которой атмосфера становится слишком разреженной для аэродинамического полета, может варьироваться в зависимости от:
Солнечной активности;
Времени года;
Географического положения;
Геомагнитных условий.
Практическое значение
Определение границы космоса имеет важное практическое значение для:
Граница в 100 километров является условной, но она служит важным ориентиром в космической деятельности человечества. Линия Кармана — это не произвольно выбранная высота, а результат серьезных научных расчетов, учитывающих физические особенности полета на больших высотах.
В будущем, с развитием технологий и углублением нашего понимания верхних слоев атмосферы, определение границы космоса может измениться. Но пока линия Кармана остается общепринятым стандартом, символической дверью в бескрайние просторы космоса.
18 февраля 2021 года марсоход NASA Perseverance сделал то, что до него удавалось только его предшественнику Curiosity — он запечатлел свою собственную посадку на Марс. На высоте около десяти километров над поверхностью Красной планеты были сделаны кадры, которые позволяют нам увидеть Марс "глазами" робота-первопроходца.
Перед нами не просто любопытное изображение — это настоящая техническая симфония, созданная путем объединения десяти отдельных снимков, полученных камерой системы технического зрения посадочного модуля (Lander Vision System Camera, LVSC). LVSC — не обычный фотоаппарат, а часть сложной системы навигации, которая помогала марсоходу найти безопасное место для посадки.
Серебряный страж
На снимке можно увидеть удивительную деталь — серебристый диск, падающий на поверхность Марса. Это тепловой щит, который подобно верному стражу защищал Perseverance во время спуска через атмосферу Марса, когда температура вокруг марсохода достигала экстремальных значений.
Система камер, сделавшая эти снимки, представляет собой настоящий прорыв в технологии космических исследований. Впервые в истории марсианских миссий робот мог в реальном времени анализировать поверхность планеты и самостоятельно — без вмешательства со стороны земных операторов — корректировать траекторию посадки.
Значение момента
Этот снимок — больше чем просто техническая документация. Это свидетельство триумфа человеческой мысли, момент, когда созданный людьми аппарат готовится совершить одну из самых сложных операций в истории космонавтики — точную посадку на поверхность другой планеты.
Сегодня Perseverance продолжает свою миссию на Марсе, исследуя кратер Езеро в поисках возможных следов древней жизни. Но этот снимок навсегда останется символом его первой встречи с Красной планетой.
Перед вами малоизвестный снимок Марса, полученный орбитальным аппаратом ОАЭ "Аль-Амаль" ("Надежда") 5 января 2022 года. В одном кадре оказались: обширная темная область Большой Сирт (лат. Syrtis Major), окутанная пылевой бурей, и спутник Фобос, безмятежно проплывающий над поверхностью Красной планеты.
Пылевые бури на Марсе — одно из самых масштабных явлений в Солнечной системе. В отличие от земных, марсианские бури могут достигать планетарного масштаба, окутывая весь мир пылевым одеялом на недели или даже месяцы.
На этом снимке мы видим региональную бурю, накрывающую Большой Сирт — один из самых темных и заметных регионов Красной планеты, имеющий вулканическое происхождение. Средний диаметр области составляет 1 300 километров.
Ученые уделяют пристальное внимание каждой марсианской буре, поскольку они играют ключевую роль в формировании климата планеты. Вздымающиеся частицы пыли насыщают разреженную атмосферу, влияя на ее температуру и температуру поверхности, создавая сложную систему обратных связей.
Фобос — обреченный спутник
В кадр также попал Фобос — ближайший и самый крупный из двух спутников Марса со средним диаметром 22,5 километра. Этот небольшой космический объект движется настолько быстро, что обгоняет вращение самого Марса. На полный оборот вокруг планеты Фобосу нужно всего 7 часов 39 минут. Если бы вы оказались на поверхности планеты, то наблюдали бы восход спутника на западе и заход на востоке.
Еще один интересный факт, связанный с Фобосом, заключается в том, что он — обреченный спутник. Фобос неумолимо приближается к Марсу со скоростью около двух метров за столетие. Результаты моделирования показывают, что примерно через 30-50 миллионов лет гравитация планеты разорвет Фобос на мелкие фрагменты, из которых сформируется временная кольцевая система.
Надежда Арабских Эмиратов
"Аль-Амаль" — первая межпланетная миссия арабского мира. Космический аппарат, в создании которого участвовали консультанты NASA, был запущен 19 июля 2020 года, а его выход на орбиту вокруг Марса состоялся 9 февраля 2021 года. И с тех пор зонд исследует атмосферу и климат планеты, включая суточные и сезонные изменения.
Снимки, подобные этому, имеют не только эстетическую, но и огромную научную ценность, позволяя отслеживать динамику атмосферных процессов.
Изучая Марс, мы лучше узнаем историю планеты-соседки и формируем представление о судьбе нашего собственного мира, поскольку обе планеты имеют много общего в своем геологическом прошлом.
На Марсе, в северных низменностях планеты, расположен удивительный природный феномен – кратер Королёва, настоящий ледяной оазис диаметром 82 километра. Он находится к югу от обширного поля дюн Olympia Undae, которое окружает часть северной полярной шапки планеты.
Кратер Королёва — это не просто впадина в марсианской поверхности, а уникальная природная морозильная камера, хранящая гигантские запасы водяного льда.
Естественный холодильник
Кратер Королева заполнен массивом льда толщиной 1,8 километра, который сохраняется круглый год. Это один из наиболее хорошо сохранившихся примеров марсианских кратеров, заполненных именно водяным льдом.
Механизм холодной ловушки
Кратер Королева представляет собой глубокую чашу, дно которой расположено почти на два километра ниже окружающей поверхности. Когда воздух проходит над ледяной поверхностью, он охлаждается и, становясь тяжелее, опускается вниз. Этот холодный воздух создает защитный слой непосредственно над льдом, действуя как изолятор.
Поскольку воздух – плохой проводник тепла, образуется своеобразный "щит", защищающий лед от нагревания и испарения. Благодаря этому естественному механизму кратер остается замороженным постоянно.
Исследования с орбиты
Первые снимки кратера были получены 4 апреля 2018 года камерой высокого разрешения HRSC космического аппарата ESA "Марс-экспресс". Для создания полной картины потребовалось объединить пять длинных полос изображений, снятых во время разных пролетов над кратером. Позже свой вклад в исследование внес и аппарат ESA Trace Gas Orbiter, который сфотографировал 40-километровый участок северного края кратера.
Кратер назван в честь Сергея Павловича Королёва, главного конструктора советской космической программы. Под его руководством были созданы первые искусственные спутники Земли в рамках программы "Спутник", осуществлены первые полеты человека в космос (программы "Восток" и "Восход", включая полет Юрия Гагарина в 1961 году), а также запущены первые межпланетные миссии к Луне, Марсу и Венере. Королев также работал над ракетами, которые стали предшественниками успешных носителей "Союз" – рабочих лошадок российской космической программы, используемых как для пилотируемых, так и для автоматических полетов.
Мы с таким рвением устремляем взгляды в космос, изучая далекие планеты, звезды, туманности и галактики, что порой забываем о существовании не менее загадочной вселенной рядом с нами. И имя у этой вселенной — Мировой океан.
Как и космические просторы, океанские глубины полны тайн, многие из которых человечество только начинает разгадывать. Здесь, в подводном мире, обитают создания не менее удивительные, чем жители далеких планет, описанные на страницах научной фантастики.
Подобно космическим зондам, современные глубоководные аппараты и смелые фотографы исследуют темные глубины морей и океанов, открывая новые виды, природные явления и аномалии. Мировой океан покрывает более 70% поверхности нашей прекрасной планеты, но изучен лишь на 5% — меньше, чем поверхность далекого и безжизненного (скорее всего) Марса.
Итак, я предлагаю вашему вниманию десять удивительных фотографий подводных обитателей, каждая из которых открывает окно в этот загадочный водный мир, демонстрируя многообразие жизни в океанских глубинах.
Лимонная акула в сумерках
Это любопытная лимонная (желтая) акула, поднявшаяся к водной глади у берегов Багамских островов. Разделенная композиция снимка — с морским хищником в нижней части кадра и закатным свечением в верхней — создает почти мистическую атмосферу.
Лимонные акулы, несмотря на внушительные размеры (взрослые особи вырастают до 3,5 метра), очень осторожные и пугливые создания, старающиеся избегать контакта с людьми. Данный кадр — большая удача.
Материнская забота осьминога
Это самка карибского рифового осьминога, охраняющая свои полупрозрачные яйца, в которых уже виднеется ее крошечное потомство. Она истощена и доживает последние дни своей жизни.
Связано это с тем, что самки осьминогов перестают питаться во время высиживания потомства из-за активации особых желез, которые подавляют аппетит и полностью перестраивают поведение будущей матери. Все силы направляются на постоянную охрану кладки и обеспечение яиц кислородом.
Это очень специфическое программируемое самопожертвование в животном мире, эволюционный смысл которого пока до конца не ясен.
Следы человеческого безумия
На морском дне в ледяных водах Гренландии покоятся китовые кости — безмолвные свидетели китобойного промысла. Белые кости резко контрастируют с темным дном, создавая мрачный визуальный эффект. Эти останки будут десятилетиями служить убежищем для множества морских обитателей.
Глядя на этот снимок, на ум приходит высказывание древнегреческого философа Аристотеля:
"Природа не терпит пустоты".
Живое произведение искусства
В теплых водах у берегов Австралии притаился большой брюшной морской конек (лат. Hippocampus abdominalis). Это один из крупнейших видов морских коньков в мире, длина тела которого может достигать 35 сантиметров.
Это загадочное создание обладает способностью крайне эффективно менять окраску под цвет окружающих кораллов. Любопытный факт: потомство у морских коньков вынашивают самцы, а не самки. Все это напоминает нам о том, что Земля населена существами не менее удивительными, чем обитатели далеких миров, придуманные фантастами.
Живой парус
Затонувшее судно у берегов бразильского города Ресифи стало домом для тысяч морских обитателей, включая этих рыб, которые в момент наблюдения сформировали геометрическую фигуру, напоминающую парус корабля.
Учитывая, что из-за климатических изменений коралловые рифы исчезают с катастрофической скоростью, искусственные рифы из затонувших кораблей становятся критически важными для сохранения морского биоразнообразия.
Взгляд древнего гиганта
В заливе Магдалена у берегов Мексики встречи человека и серых китов — обычное явление. Эти морские гиганты, вырастающие до 15 метров, порой сами приближаются к лодкам, словно изучая людей с тем же любопытством, с каким мы наблюдаем за ними.
Серые киты совершают одни из самых длинных миграций среди всех млекопитающих, преодолевая до 20 000 километров в год, чтобы размножаться в теплых тропических водах после нагула в полярных регионах.
Балет дельфинов
Это группа атлантических пятнистых дельфинов (возможно, семья), резвящаяся в кристально чистых водах Багам. Они с легкостью развивают скорость до 40 километров в час и ныряют на глубину более 100 метров!
Интеллект этих морских млекопитающих позволяет им узнавать себя в зеркале, возвращаться в родные места из любой точки океана и сохранять память о сородичах на протяжении всей жизни.
Подводный сад
Необычная экосистема в холодных британских водах у берегов Шотландии, представленная фиолетовым морским ежом и офиурами, которые внешне похожи на морских звезд.
Эта фотография доказывает, что даже в суровых северных водах Мирового океана процветает сложная жизнь — яркие краски, сложные взаимосвязи и удивительные формы.
Первые "шаги"
У гренландских тюленей один из самых коротких периодов детства в животном мире — всего 14 дней от рождения до полной самостоятельности. В кадр попал малыш, который родился чуть больше двух недель назад, и вот он уже учится плавать, чтобы вскоре стать покорителем арктических вод.
Гренландские тюлени могут погружаться на глубину до 200 метров, используя темноту как надежное укрытие от хищников, которые предпочитают охотиться у поверхности.
Странная акула-молот
Четырехметровый самец акулы-молота, патрулирующий свои владения в водах северных Багам. Эти странные создания остаются практически неизменными сотни миллионов лет — эволюция подарила им идеальную "конструкцию", которая до сих пор не требует доработок.
Несмотря на грозный вид, акулы-молоты совершенно не интересуются людьми, предпочитая элегантно скользить в толще воды в поисках мелкой рыбы, кальмаров, осьминогов, крабов и креветок.
Уникальная форма головы, известная как цефалофойл, используется хищником для оглушения и прижимания добычи ко дну. Кроме того, этот инструмент позволяет акуле находить жертв, скрывающихся в грунте, по их электромагнитным импульсам.
Космический Зонд "Новые Горизонты" передал на Землю самые детальные из когда-либо полученных снимков поверхности Плутона. 14 июля 2015 года космический зонд приблизился к поверхности Плутона на максимально близкое расстояние в 12,5 тысяч километров.
Поверхность Плутона была запечатлена при помощи сенсора камеры LORRI, которая установлена на борту космического зонда, за 17 минут до максимального сближения. В некоторых местах, поверхность Плутона по своему виду очень похожа на Лунную. Это если представить, так могла выглядеть Луна, если бы на ней лежал снег. На снимках мы можем хорошо рассмотреть слоистые ударные кратеры и ледяные равнины.
Как сообщают учёные из космического агентства NASA: диаметр большинства из этих кратеров, припорошенных снежным покровом, составляет приблизительно 10-12 километров. Снег на поверхности Плутона по своему составу полностью отличается от земного. Его основой являются не замороженные частички воды, как на Земле, а замороженный метан.
Было установлено, что метан преобладает исключительно в нижних слоях атмосферы. В моменты, когда его концентрация становится более насыщенной, это происходит на границе между верхними и нижними слоями атмосферы, то в результате его замороженные частицы выпадают на поверхность в виде снега.
По полученным данным с зонда "Новые Горизонты": в целом атмосфера Плутона представляет из себя разреженный газовый слой, полностью окутывающий планету. В его состав входит: азот, метан и монооксид углерода.
Изначально Плутон астрономы считали девятой полноценной планетой, но в 2006 году его статус поменяли. Теперь он считается карликовой планетой и крупнейшим объектом Пояса Койпера. Площадь поверхности Плутона имеет чуть меньшую площадь, чем Россия. Площадь России составляет 17 098 242 квадратных километра, а Плутона - 16 650 940 квадратных километров.
Плутон находится от Солнца на расстоянии в 7 390 миллиарда километров. Это довольно холодная планета, состоящая из камня и льда, со средней температурой на поверхности -230 градусов по Цельсию. Впервые Плутон был открыт: 18 февраля 1930 года американским астрономом Клайдом Томбо.
Это скопление галактик, известное как MACS J0416. Это один из крупнейших объектов во Вселенной, который удерживается гравитацией. Он содержит сотни, если не тысячи отдельных галактик, плавающих в перегретом газе, показанном фиолетовым цветом.
Перед вами ледяная поверхность 504-километрового спутника Сатурна Энцелада, запечатленная 28 октября 2015 года космическим аппаратом NASA "Кассини". В момент получения этой фотографии зонд находился всего в 48 километрах от "морщинистой" поверхности загадочного мира, обладающего потенциально обитаемым подповерхностным океаном.
В 2005 году, анализируя данные "Кассини", ученые установили, что гейзеры на южном полюсе Энцелада являются источником ледяных крупиц и газа, вырывающихся из недр сатурнианской луны со скоростью более 400 метров в секунду. Примечательно, что эти извержения непрерывны — снижается лишь их интенсивность. Из-за этого вокруг Энцелада сформировался огромный, но чрезвычайно разреженный ореол мелкой ледяной пыли, часть которой идет на поддержание существования E-кольца Сатурна.
Львиная же доля этих ледяных крупиц постепенно оседает на поверхность спутника, обеспечивая ее медленное, но непрерывное обновление. Благодаря этому Энцелад обладает самым высоким альбедо (отражательной способностью) среди всех тел в Солнечной системе, отражая от 90% до 99% падающего солнечного света.
Спектральный анализ выбрасываемого льда и газа позволил выявить в гейзерах Энцелада не только воду, но и молекулярный водород, диоксид углерода, сложные органические соединения и соли — все, что нужно для зарождения и поддержания жизни. Кроме того, это подтвердило гипотезу наличия разогретого каменного ядра, с которым океан активно взаимодействует. Следовательно, Энцелад не лишен внутренней энергии, без которой невозможно существование жизни.
Планетологи и астробиологи считают, что в океане Энцелада могут процветать хемосинтетические экосистемы, подобные земным сообществам у гидротермальных источников в глубинах Мирового океана.
Будущие миссии будут включать посадку на поверхность Энцелада и, вероятно, проникновение в его океан через разломы на южном полюсе, из которых бьют гейзеры.
Сегодня Энцелад — самое перспективное место для поиска внеземной жизни в пределах Солнечной системы.
Неизвестно точно, как эта черта образовалась, но, вероятнее всего, её появление связано с подповерхностной активностью магмы в этом вулканическом регионе.
Морозным утром 18 марта 1944 года в Лапландии 27-летний финский солдат Аймо Койвунен и его сослуживцы оказались в крайне неприятной ситуации. Они только что устроили привал после двух дней почти непрерывного пути и разбили лагерь в регионе, где им приказали проследить за необычной активностью советской армии. Пока остальные топили снег и заваривали чай, Аймо, отправился на разведку с напарником. Продвинувшись на открытую местность мужчины почти сразу заметили, как по склону к ним с двух сторон приближаются несколько десятков солдат.
Около 10 минут финны обороняли стоянку. Затем лейтенант принял решение отступать. Аймо приказали устанавливать мины, пока еще двое солдат отстреливались от советского отряда. Довольно быстро стало ясно, что лучше сосредоточиться на бегстве: враги в несколько раз превосходили финнов численностью и подготовкой, стрелявшим не хватало точности, а мины просто объезжали. Тогда Койвунена, как самого опытного бегуна, поставили во главе группы, чтобы он прокладывал лыжню в глубоких сугробах.
Аймо Койвунен
За несколько часов погони Аймо обессилел. Время перевалило за полдень, а он с ночи подкрепился только черствым бутербродом. Койвунен начал спотыкаться и серьезно замедлился — настолько, что не такие уставшие, но не менее напуганные товарищи поторопили его и попросили не засыпать. Аймо разозлился и запаниковал. Разгоряченный мозг подсказал неожиданное решение: финн вспомнил, как перед началом операции его назначили ответственным за первитин.
Первитин — другое название метамфетамина, который в нацистской Германии использовался для поддержания солдат в тонусе. Летом 1940-го во время нападения на Францию именно волшебные таблетки позволяли войскам Третьего рейха по многу часов продвигаться вглубь чужой территории, не чувствуя ни страха, ни усталости. Финны активно поддерживали нацистов, поскольку рассчитывали вернуть территории, утерянные в Зимней войне, и в целом относились к Советскому Союзу как к неадекватному и агрессивному соседу. Со стороны рейха поддержка проявилась и в поставках метамфетамина, который сделал бы союзника выносливее в затяжных противостояниях с РККА.
На раздаче первитина Койвунен возражал против использования наркотика и не собирался его принимать, но несколько недель спустя передумал, оказавшись под советским обстрелом. Дрожащими руками ничего не соображающий мужчина на ходу вытащил заветный контейнер из переднего кармана куртки и попытался достать предназначавшуюся именно для таких экстремальных обстоятельств таблетку. Из-за толстых перчаток ничего не получилось — к нему в ладонь выпали все 30 доз, предназначавшихся для целого отряда.
Даже сам Койвунен позже не мог понять, о чем подумал в тот момент. Скорее всего ни о чем, просто до смерти перепугался ситуации и не захотел, чтобы сослуживцы решили, будто у него не все в порядке с головой. Тогда он быстрым движением руки, не сбавляя ход, закинул пригоршню кругляшей себе в рот и проглотил, давясь и ничем не запивая. Буквально через пару минут он ощутил себя сверхчеловеком. Именно так — с 30 таблеток метамфетамина, проглоченных перепуганным финским солдатом, началась одна из самых безумных историй Второй мировой.
Наркотики сработали как укол адреналина, и Койвунен буквально пролетел следующие несколько километров. Он бежал настолько стремительно, что остальные едва успевали, хотя продвигались по проторенной лыжне. Спустя еще какое-то время Аймо ощутил, что пространство вокруг него трансформируется, а затем и вовсе рухнул в обморок. Через несколько минут он очнулся, но по-прежнему не пришел в норму и вел себя неадекватно. Обеспокоенные товарищи разрядили его пистолет-пулемет и продолжили бежать, однако Аймо оставался с ними недолго.
Об остальном остается догадываться. По одной версии, возбужденный после мощнейшей передозировки мужчина разогнался еще сильнее и ломанулся куда-то через лес, совсем не в том направлении, куда двигалась группа. По другой, напуганные его помешательством и преследованием врага финны решили бросить сослуживца, а тот уже сам, ничего не соображая, углубился в совсем непроходимую чащу. Как бы там ни было, в результате Койвунен отбился от отряда и остался совершенно один.
Финские лыжники-военные во Вторую мировую войну
Он пришел в себя с разряженным оружием и полным непониманием происходящего, но по-прежнему на лыжах. Довольно быстро Койвунен осознал, что за время забытья преодолел огромное расстояние и теперь находится в нескольких десятках километров от той точки, где в последний раз видел других финнов. «Я попытался осмыслить ситуацию, — вспоминал Аймо много лет спустя. — В моем лихорадочном сознании мелькали разные вопросы. Почему я один? Где остальные? Как я оказался здесь? Никаких ответов — только чувство ужаса, которое постепенно расцвело и закрепилось у меня в голове». Немного успокоившись, Койвунен решил, что важнее всего сейчас перекусить и зарядить оружие, но к ужасу обнаружил, что рюкзак пуст — ни пайка, ни патронов. При каких обстоятельствах он лишился запасов неизвестно, но теперь придумывать приходилось на ходу. Действие метамфетамина продолжалось, а Аймо испытывал настолько сверхъестественную уверенность в своих силах, что вскоре успокоился. Он примерно определил направление конечного пункта назначения отряда с помощью компаса, убедил себя, что остальные уже ждут его там, и двинулся в путь.
Не пройдя и нескольких километров, он снова отключился.
На протяжении следующих нескольких дней провалы в памяти и галлюцинации превратились для Койвунена в норму. Он подолгу беседовал со знакомыми, которые, как он точно знал, сейчас находились далеко от северной границы между Финляндией и СССР. Его рацион состоял исключительно из воды и сосновых почек, но из-за первитина Аймо почти не испытывал голода.
После хаотичных блужданий по чаще у солдата под кайфом наконец появилась надежда на спасение. Он заметил вдали горящий костер, а так как из-за наркотиков по-прежнему не рассуждал здраво, то почему-то сразу же решил, что у огня греются союзники-немцы или его соотечественники. Ему показалось, что добраться до них необходимо максимально быстро, то есть вкатиться на лыжах прямо в лагерь на полной скорости, чтобы ему поскорее дали перекусить и отдохнуть. Аймо обрадовался настолько, что пока мчался к цели, расплакался от счастья. Когда он проморгался, то осознал, что мчится прямо к советским солдатам.
Возможности притормозить или объехать лагерь уже не оставалось, и отчаянный Койвунен разогнался еще сильнее. «Для русских парней мое прибытие оказалось максимально неожиданным, и они даже не успели понять, что происходит, — вспоминал потом Аймо. — Они громко кричали, но мне показалось, что командир запретил им стрелять, потому что я услышал всего пару пуль, просвистевших у меня над головой. Они лежали в укрытиях вокруг костра без костюмов и экипировки, поэтому вместо того, чтобы сразу схватить меня, только отодвинули ботинки и позволили промчаться мимо!».
Аймо испугался, что враги снова бросятся в погоню и решил двигаться по открытой местности, чтобы снег поддерживал лыжи. Для этой цели идеально подошло обледенелое болото, которое увело его еще дальше от первоначального маршрута. Доехав до конца водоема, финн обернулся и понял, что оказался прав. Фигуры советских солдат за ним стремительно приближались.
Погоня продолжалась несколько часов. Большую часть пути преследователи оставались от Койвунена на расстоянии примерно 100 метров, но когда поля закончились и финну пришлось подниматься в гору по лесистой местности, он резко замедлился. Противники сократили отставание до 20 метров. В тот момент Аймо не сомневался: малейшего промедления хватит, чтобы его взяли в плен или просто застрелили.
«Страх — это состояние сознания, когда не чувствуешь голода или усталости, — рассуждал Койвунен. — Мне приходилось соревноваться в скорости с отдохнувшими и крепкими бойцами Красной армии. Даже в старости у меня по-прежнему бегут мурашки, когда я вспоминаю о той погоне. Не представляю, как продержался на такой скорости. Порой мне казалось, что советские парни вот-вот схватят меня за плечо».
Вдобавок ко всему началась снежная буря. Вихрь колючих ледяных кристаллов заслонял обзор, а ветер проникал даже под плотную одежду и продувал насквозь. Аймо двигался почти наугад около часа и к темноте наконец достиг склона, а на рассвете оставил гору высотой несколько сотен метров позади. Преследователи отстали — видимо, решили, что не стоит тратить время, силы и припасы на одного финна, который очевидно потерял рассудок и не представлял особой угрозы.
На протяжении всего следующего дня неутомимый Койвунен продвигался на запад. Оказавшись в хвойной рощице, он заварил последний завалявшийся в карманах чай, а из сосновых иголок приготовил нечто вроде супа. После жалкого подобия трапезы он все-таки почувствовал усталость, развел костер и приютился под упавшим деревом.
Той же ночью ему привиделась схватка с оборотнем. В галлюциногенном сне Аймо получеловек-полуволк следовал за ним какое-то время и появился из темноты, когда финн заметил его следы. Жуткое существо со светящимися глазами и зловонным дыханием уставилось прямо на безоружного Койвунена и напугало его до полусмерти. В тот самый момент, когда оно собиралось прыгнуть на него из-за дерева, мужчина выхватил нож и ударил со всей силы.
Когда Аймо очнулся, оказалось, что он стукнул не оборотня, а дерево. От сильного удара разбился компас. С того момента финну приходилось ориентироваться исключительно по небу. Во время очередного подъема он вымотался настолько, что просто упал в снег, мгновенно уснул и словил очередную галлюцинацию. Теперь ему явился старый друг по имени Матти Олли, который стоял под деревом и звал Аймо. Когда Койвунен откликнулся и поднялся, его разряженный пистолет-пулемет застрял в ветках, и Матти посоветовал бросить оружие.
После непродолжительного отдыха воображаемый товарищ предложил продолжить путь. Аймо согласился, а когда очнулся понял, что он по-прежнему один, только теперь у него при себе не осталось вообще ничего — ни пистолет-пулемета, ни рюкзака с кастрюлей, в которой он раньше варил чай и похлебку. Тогда Койвунен твердо решил, что больше останавливаться нельзя. От следующего галлюциногенного сна можно не проснуться. Еще несколько часов спустя он уже не осознавал, грезит или бодрствует и в таком полубессознательном состоянии наткнулся на покосившуюся заброшенную хижину. Впервые за несколько суток у него появилась крыша над головой.
Однако даже в хижине ему недолго удалось насладиться теплом и покоем. К тому моменту от наркотиков, истощения и усталости Аймо соображал настолько плохо, что развел костер прямо посреди комнаты на деревянном полу. На полке он нашел старую банку, растопил немного снега, выпил кипятка и впал в лихорадочную дремоту. Огонь перекинулся на пол и постепенно охватил все здание, но мужчина никак не реагировал на пожар и лишь немного отодвигался от языков пламени, когда становилось слишком жарко.
Крепко уснуть из-за сильного голода и остаточного воздействия метамфетамина тоже не получилось, и когда хижина обрушилась, Койвунен все-таки выскочил из-под обломков, прежде чем загорелся сам. Глядя на пепелище, финн пришел в себя и с ужасом осознал, что чудом остался жив посреди гигантского костра, который сам же устроил. Впрочем, на этом Аймо не остановился. Он развел печку в сауне по соседству со сгоревшим домом и отдыхал на скамейке в теплом помещении почти сутки.
К вечеру он снова собрался в путь и почти сразу заметил вдали одинокий огонек. Счастливый Аймо принял его за свет из деревенского дома и всю ночь пытался добраться до нового спасительного укрытия. Только под утро пришло печальное осознание: уже несколько часов он без малейшего смысла преследовал полярную звезду. Тогда же он понял, что обмороженные пальцы едва шевелятся, а сам он близок к тому, чтобы смириться с неизбежной гибелью и упасть в сугроб.
В тот самый момент, когда шансов на выживание практически не осталось, перед Койвуненом вдруг забрезжила новая надежда. На этот раз он заметил нечто вполне реальное: колючую проволоку, заграждения и блиндажи. Рядом почти наверняка находился немецкий аванпост. Аймо попытался докричаться до немцев, но никто не откликнулся. Окоченевшими пальцами он кое-как отстегнул крепления лыж и нетвердой походкой двинулся в сторону траншей, где надеялся встретить союзников.
Аймо успел сделать несколько шагов, когда услышал легкий щелчок и понял, что правой ногой наступил на мину. Тогда же пришло осознание: немцы оставили заставу, но перед отступлением тщательно заминировали территорию вокруг. Койвунену в очередной раз повезло: он вовремя отпрыгнул в сторону и с головой закопался в сугроб, прежде чем его разорвало бы на куски. Несмотря на выдающуюся реакцию, Аймо серьезно повредил ногу: кости торчали в разные стороны, мышцы выглядели так, будто их прокрутили через мясорубку. Дотащившись до одной из оставленных вермахтом землянок, финн толкнул дверь и случайно активировал еще одно взрывающееся устройство. На этот раз все помещение разлетелось на части, а солдат в очередной раз потерял сознание.
Он очнулся метрах в 30 от взрыва в разодранной одежде. Яркая вспышка вызвала жуткую боль в глазах. От теплых лыжных ботинок тоже ничего не осталось. Решив, что на этом его страшное приключение подошло к кону, Койвунен настроился на максимально комфортное ожидание смерти. Из остатков майки сделал повязку для ноги, поверх надел носок и приготовился умирать. Развел маленький костерок, на этот раз такой, чтобы точно не устроить пожар. Уже по привычке он набрал снега, чтобы натопить, и тут осознал, что все попытки спастись с самого начала не имели смысла. Почувствовав близость смерти, Аймо разрыдался так громко, что эхо прокатилось по горам вокруг.
Какое-то время он просто плакал, и тело сотрясало от всхлипов. Когда истерика закончилась, израненный и истощенный мужчина вдруг почувствовал себя свободнее, как будто груз упал с плеч. Он утолил жажду — вода никогда не казалась такой вкусной. Откуда-то прилетела и заверещала у него над головой маленькая кукша. Под птичьи крики Аймо подтащил оставшиеся от взорванной землянки обломки досок, использовал приземлившийся рядом с ним рваный продуктовый мешок вместо одеяла, и погрузился в долгий, приятный сон.
Теперь он грезил, как его на самолете доставили в больницу в родном городе Лоймаа. Как медсестры ухаживают за ним и кормят самыми любимыми блюдами. На протяжении ночи он часто просыпался, но каждый раз, когда засыпал, ему снился тот же самый пир. После фантазий о теплой больничной палате каждое пробуждение на морозе с тупой болью в разодранной ноге и едкой сухостью в пересохшем горле превращалось в пытку. Когда наконец наступил рассвет, Аймо уже не мог подняться. Из-за сильной рези никак не получалось разодрать глаза, дни перемешались с ночами.
Сознание пыталось избавиться от воспоминаний о кошмарных событиях нескольких последних суток и от нынешнего безнадежного положения. Раненого солдата засосало в сладкую и безмятежную пустоту — безразличную и непроницаемую толщу небытия, которая одновременно напоминала грезу и кому. В таком состоянии он, несмотря на крайнюю степень истощения и плачевное состояние ноги, чуть не подскочил на месте, когда где-то поблизости один за другим прозвучали два выстрела.
Аймо подумал, что советский отряд все-таки нашел его и подтащил одну из оказавшихся неподалеку мин, чтобы при необходимости избавить себя от мучительного плена. Внезапно он услышал родную речь. Кто-то вдали просил поскорее притащить сани. Слабым голосом Аймо позвал на помощь. Он очень боялся, что его не услышат, но на его хрипы все-таки подошли молодые солдаты, почти подростки, из патруля.
Вновь прибывшие объяснили, что их сержант сам только что подорвался на мине, поэтому придется эвакуировать его первым делом. Они пообещали послать за Аймо сразу, как только доберутся до лагеря, и ушли, хотя тот пытался объяснить, что умрет, если не получит помощь в ближайшее время. Так Койвунен снова остался наедине с безрадостными мыслями. Он уже не был уверен, видел ли кого-то на самом деле, или весь разговор — очередной метамфетаминовый мираж. Прошло еще несколько суток. Аймо не верил, что финны придут за ним, и ожидал скорее советских солдат, которые если не спасут его, то хотя бы избавят от мучений.
В состоянии почти философского умиротворения он сидел настолько неподвижно, что однажды примерно в метре от него расположилась очередная любопытная кукша. Аймо максимально незаметно потянулся за лыжной палкой. Миллиметр за миллиметром он приподнимал ее, пока не занес достаточно высоко. Тогда он собрал все оставшиеся силы и одним движением руки прибил пернатую жертву. «Вот она, священная птица Лапландии, — обрадовался финн. — Чудо совершилось!» Он поднял насаженную на лыжную палку добычу, ощипал перья и вонзил зубы в мелкую тушку. Момент выглядел сюрреалистично. Аймо не мог поверить, с одной стороны, что питается сырым мясом, а с другой — в то, каким вкусным оно ему кажется.
Он впервые за несколько дней съел что-то кроме сосновых почек. Затем снова наступило приятное и одновременно жуткое чувство невесомости, в котором сошлись невыносимая боль и возвышенное равнодушие к собственной судьбе. Аймо не знал, сколько часов или суток прошло, как вдруг услышал над головой звук пролетающего самолета.
Мужчина тут же поднял меховую шапку на лыжную палку и постарался потрясти ей, чтобы привлечь внимание пилота. Тот заметил его, сделал еще один круг над пустынным аванпостом и пошел на снижение. Позже Аймо узнал, что самолет был немецким и пролетал не в рамках поисковой операции. Наткнулись на него совершенно случайно.
Чтобы вытащить его с минного поля, потребовался отряд финских саперов, которых вызвали немцы. К моменту, когда его погрузили на борт, он ослаб настолько, что даже не радовался и вообще с трудом воспринимал происходящее. Последние силы ушли на то, чтобы поднять шапку над головой. Сердце билось с частотой 200 ударов в минуту и чуть не выпрыгивало из груди, а весил он 43 килограмма.
В полевом госпитале в общине Салла, куда его доставили, выяснилось, что наркотический трип Аймо продлился две недели. Одну из них он практически неподвижно пролежал в немецкой траншее, после того как чуть не подорвался на мине. На протяжении всего этого времени температура в регионе колебалась от 20 до 30 градусов ниже нуля по Цельсию. Общая протяженность немыслимого броска Аймо от горы Кайта, откуда он стартовал 18 марта, до брошенного аванпоста в 50 километрах от Саллы, где он оказался 1 апреля, составила почти 400 километров.
Трудно поверить, что после всех испытаний Аймо Койвунен все-таки остался жив. Можно спорить, помог ли ему метамфетамин или помешал, учитывая, что без него он вряд ли оказался бы в одиночестве посреди лесов за полярным кругом. Спасение финского лыжника, который получил сильнейшую передозировку и полмесяца бродил по лесам посреди войны, кажется сюжетом фильма, хотя все события произошли на самом деле. Набравшись сил, Аймо максимально подробно восстановил их в памяти, а в 1978 году запечатлел в рассказе «Первитинный путь», опубликованном в финском журнале Kansa taisteli.
Койвунен не стремился к славе и не делал из выживания подвиг. Он отделался ампутацией обмороженных пальцев на ноге, был признан инвалидом и демобилизован. Послевоенные годы жизни Аймо прошли мирно: он женился, воспитал сына и умер в 71 год в 1989-м. Однако для всех, кто знал его удивительную историю, он так и остался тем самым безумным метамфетаминовым финном, который продрался через лагерь красноармейцев и сожрал сырую птичью тушку, чтобы не умереть от голода.
Комментарии