Донецк бульвар Пушкина с высоты. 26.05.2015

 В 00:30 поступил вызов: ребёнок, 2 года, упал со шведской стенки и сейчас не дышит.

Мы долетели да адреса за 5 минут. Ехали со включенными спецсигналами, хотя по ночам мы их не включаем. Сирену выключили, только когда въезжали во дворы. На одном дыхании я взбежала на третий этаж. Пока бежала думала: «Только бы был живой. Только бы был жив». Позади бежал врач. Мама с ребёнком на руках встретила в коридоре. Ребёнок был жив. Бледный, как снег, мокрый от пота, без сознания. Пока врач осматривал мальчика и опрашивал маму, я уже собрала систему, набрала анальгин. Раньше, если человек после черепно-мозговой травмы был в коме, его не обезболивали. Теперь обезболивание должны проводить в любом случае. И не зря. После введения анальгина ребёнок порозовел, кожные покровы высохли – значит, действует лечение. Потом удивлялась сама себе: как умудрились сразу в вену попасть? В спокойном состоянии, когда ребёнок стабилен и в сознании, в тоненькую венку фиг бы я попала. А тут – сразу получилось ...

Мама рассказала, что ребёнок залез на шведскую стенку и упал с неё, ударившись затылком об пол, потерял сознание и перестал дышать. Мама сразу вызвала нас. Когда мы приехали, дыхание восстановилось, но не сознание. Какого чёрта в это время ребёнок не спит? Какие, к лешему, шведские стенки по ночам?!

Ребёнок в коме был доставлен в приёмное отделение нашей больницы. Диагноз предварительный: «Ушиб головного мозга. Кома 2». У нас травматология только для взрослых. Всех детей с травмой госпитализируют в детскую областную больницу. Не успели мы вернуться на базу, как поступил вызов: дежурный травматолог вызывал бригаду скорой для транспортировки нашего пострадавшего в областную больницу. Якобы, ребёнок пришёл в сознание и его можно везти. Я предупредила фельдшера, которая должна была ехать на этот вызов:

– Ребёнок тяжёлый, был в коме. Смотри внимательно: он не мог так быстро прийти в себя.

Я оказалась права. Ребёнок был всё ещё в коме. Мало того, у него и зрачки стали разными. А это может быть признаком внутричерепного кровотечения. Значит, состояние нестабильное, происходит ухудшение состояния. Кома – один из критериев нетранспортабельности пациента для линейной бригады. Иными словами, обычная линейная бригада не имеет права перевозить такого пациента из одной больницы в другую. Ребёнок был оставлен в приёмнике. Его перевели в реанимационное отделение. После стабилизации состояния пациента через несколько часов он был перевезён в детскую областную больницу бригадой детской реанимации города Екатеринбурга – вызвали специально для транспортировки.

Не оставляйте маленьких детей без присмотра и укладывайте их спать вовремя.

Ответ на пост Пост: Маханакхон. 314 метров над Бангкоком

Пятигорск, гора Машук

Эльбрус

А это спешл фо Потато))

19 октября 1888 г. Чехов получил половинную Пушкинскую премию Академии наук за вышедший в предыдущем, 1887 г., третий сборник своих произведений под названием «В сумерках».

В соответствующем постановлении академической комиссии было написано, что «рассказы г. Чехова, хотя и не вполне удовлетворяют требованиям высшей художественной критики, представляют однако же выдающееся явление в нашей современной беллетристической литературе».

Сборник был издан в августе 1887 г. В него вошли шестнадцать рассказов 1886 и начала 1887 гг. Формировалась книга в марте 1887 г., самый поздний рассказ, включенный в нее, был опубликован 7 марта 1887 г.

Для того чтобы понять, как строго и взыскательно отбирал Чехов рассказы для этой книги, достаточно привести несколько фактов. Всего в 1886 г. Чехов написал сто тринадцать произведений. Из них в сборник вошло только двенадцать. С начала 1887 г. по март было опубликовано пятнадцать рассказов. Из них Чехов включил в книгу четыре.

Чехов тщательно продумал не только состав сборника, но и последовательность расположения рассказов, которые он в него включил. До последнего дня подготовки книги к печати Чехов не мог подобрать для нее подходящего названия. Наконец оно было найдено.

Но название это - «В сумерках» - не понравилось Александру Павловичу, брату Чехова, и он пытался его отговорить. На что получил ответ, как всегда в письмах к брату, полусерьезный, полушутливый. «"В сумерках", – писал Чехов, – туг аллегория: жизнь – сумрак, и читатель, купивший книгу, должен читать ее в сумерках, отдыхая от дневных работ».

Сборник составили 16 рассказов, опубликованных автором в газетах «Новое время» и «Петербургской газете» в 1886-1887 гг.

Рассказы из сборника «В сумерках»:

- Мечты 1886 «Новое время», № 3849, 15 ноября

- Пустой случай 1886 «Новое время», № 3793, 20 сентября

- Недоброе дело 1887 «Петербургская газета», № 59, 2 марта

- Дома 1887 «Новое время», № 3958, 7 марта

- Ведьма 1886 «Новое время», № 3600, 8 марта

- Верочка 1887 «Новое время», № 3944, 21 февраля

- В суде 1886 «Новое время», № 3814, 11 октября

- Беспокойный гость 1886 «Петербургская газета», № 190, 14 июля

- Панихида 1886 «Новое время», № 3581, 11 октября

- На пути 1886 «Новое время», № 3889, 25 декабря

- Несчастье 1886 «Новое время», № 3758, 16 августа

- Событие 1886 «Петербургская газета», № 323, 24 ноября

- Агафья 1886 «Новое время», № 3607, 15 марта

- Враги 1887 «Новое время», № 3913, 20 января

- Кошмар 1886 «Новое время», № 3621, 29 марта

- Святою ночью 1886 «Новое время», № 3636, 13 апреля

Сборник посвящен Д. В. Григоровичу. Чехов писал ему, узнав о решении Пушкинской комиссии:

«Премия для меня, конечно, счастье, и если бы я сказал, что она не волнует меня, то солгал бы. Я себя так чувствую, как будто кончил курс, кроме гимназии и университета, еще где-то в третьем месте. Вчера и сегодня я брожу из угла в угол, как влюбленный, не работаю и только думаю. Конечно — и это вне всякого сомнения — премией этой я обязан не себе. Есть молодые писатели лучше и нужнее меня, например, Короленко, очень недурной писатель и благородный человек, который получил бы премию, если бы послал свою книгу. Мысль о премии подал Я. П. Полонский, Суворин подчеркнул эту мысль и послал книгу в Академию, Вы же были в Академии и стояли горой за меня. Согласитесь, что если бы не Вы трое, то не видать бы мне премии, как ушей своих. Я не хочу скромничать и уверять Вас, что все Вы трое были пристрастны, что я не стою премии и проч. — это было бы старо и скучно; я хочу только сказать, что своим счастьем я обязан не себе. Благодарю тысячу раз и буду всю жизнь благодарить».