Ещё три десятка лет назад идея об Арктике без льда казалась сценарием научной фантастики. Сейчас это вопрос сроков. По данным Росгидромета, с начала спутниковых наблюдений в 1979 году площадь арктического морского льда в летнем минимуме сократилась более чем на 40 процентов, а толщина многолетних льдов уменьшилась примерно вдвое. В сентябре 2012 года зафиксирован абсолютный минимум — 3,41 миллиона квадратных километров; несмотря на последующее небольшое «отыгрывание», общая тенденция остаётся очевидной.

Международная группа учёных в статье 2023 года в Nature Communications пришла к выводу, что первое полностью безлёдное арктическое лето может выпасть уже на период 2030–2050-х годов — и это может случиться независимо от сценария выбросов. Разница лишь в том, будет ли это единичное явление или станет регулярностью. Для России, чей арктический берег тянется на десятки тысяч километров, последствия будут колоссальными, и многие из них не так просты и предсказуемы.

Северный морской путь: золотая жила или ловушка

При упоминании тающей Арктики первым делом говорят о Северном морском пути. Логика понятна: меньше льда — проще навигация. Маршрут из Мурманска в Йокогаму через СМП примерно на 40 процентов короче, чем через Суэцкий канал, что даёт экономию топлива, времени и денег.

Россия активно наращивает арктическую инфраструктуру: в 2024 году грузопоток по СМП превысил 37 миллионов тонн, поставлена цель довести его до 80 миллионов тонн к 2030 году. Строятся новые ледоколы, в том числе атомные проекта 22220 «Арктика», расширяются порты Сабетта и Диксон.

Но исчезновение льда не означает простого перехода к безопасной судоходности. Парадокс в том, что в переходный период навигация может стать даже опаснее: разрушение ледовых полей порождёт массу дрейфующих льдин и айсбергов. Непредсказуемые ледовые условия потребуют не менее, а возможно и более мощного ледокольного флота. К тому же оттаивание вечной мерзлоты уже разрушает прибрежную инфраструктуру — причалы, навигационные знаки, склады. По данным Арктического и антарктического НИИ, в отдельных секторах побережья моря Лаптевых и Восточно-Сибирского моря скорость размыва достигает нескольких метров в год.

Иными словами, Северный морской путь одновременно открывает стратегические возможности и ставит серьёзные инженерные задачи масштабов, которыми трудно не пренебречь.

Вечная мерзлота: фундамент, который подтаивает

Около 65 процентов территории России находится в зоне вечной мерзлоты. На ней расположены Норильск, Якутск, Воркута, Салехард и многие другие населённые пункты; по ней проходят трубопроводы, железные дороги и линии электропередач. Промышленная инфраструктура Севера буквально вморожена в грунт.

Потепление Арктики и сокращение ледового покрова усиливают деградацию мерзлоты вдоль побережья и вглубь материка. Открытая вода сильнее нагревается солнечными лучами, чем лёд, который их отражает, что создаёт положительную обратную связь: чем меньше льда, тем теплее океан, тем быстрее оттаивает грунт на суше.

По оценкам Института мерзлотоведения СО РАН, к середине XXI века зона устойчивой мерзлоты может сократиться на 25–30 процентов. Уже сейчас в Норильске фиксируются массовые деформации зданий. Авария на топливохранилище «Норникеля» в 2020 году — когда в реки попало более 21 тысячи тонн дизтоплива — специалисты связывают с просадкой свай в оттаивающем грунте.

Стоимость ущерба от деградации мерзлоты для российской инфраструктуры оценивается в триллионы рублей в ближайшие десятилетия. Это не отдалённая угроза — это происходит здесь и сейчас, каждый день.

Читайте другие интересные статьи тут - https://dzen.ru/id/69cf696d5843de58aff105f0