В 2015 году ученые впервые в истории "услышали", как сталкиваются черные дыры. Это стало возможным благодаря открытию гравитационных волн — колебаний самого пространства-времени, которые распространяются со скоростью света и разбегаются по Вселенной подобно ряби на воде.
Эти волны были предсказаны Альбертом Эйнштейном еще в 1916 году в рамках его общей теории относительности, но понадобилось почти сто лет, чтобы ученые, вооружившись самыми точными и чувствительными приборами в истории человечества, смогли их наконец обнаружить.
Природа гравитационных волн
Чтобы понять природу гравитационных волн, представьте пространство-время как огромный натянутый батут. Массивные объекты, такие как звезды и планеты, создают в нем углубления. Когда эти объекты движутся, сталкиваются или взрываются, они вызывают колебания, которые распространяются во все стороны, искажая геометрию окружающего пространства. Эти искажения и есть гравитационные волны, несущие информацию о породивших их космических событиях.
Наиболее мощные гравитационные волны рождаются при грандиозных космических событиях — слиянии черных дыр, столкновении нейтронных звезд и взрывах сверхновых. Энергия этих процессов настолько колоссальна, что буквально заставляет пространство-время "дрожать".
Как мы их обнаруживаем?
Эффект от прохождения гравитационных волн настолько мал, что его можно сравнить с изменением расстояния между Землей и Солнцем на толщину человеческого волоса. Именно поэтому для их обнаружения необходимы невероятно чувствительные приборы.
Для первой в истории регистрации гравитационных волн ученые создали специальные детекторы – интерферометры LIGO в США и VIRGO в Италии. Это гигантские L-образные туннели длиной в несколько километров, внутри которых с помощью сложной системы лазеров и зеркал измеряются мельчайшие колебания пространства. Работая вместе, эти детекторы не только улавливают гравитационные волны, но и помогают определить, из какой области космоса они пришли.
Почему это важно?
Обнаружение гравитационных волн открыло новую эру в астрономии. Теперь мы можем "слышать" Вселенную! Если раньше мы могли только наблюдать космос с помощью различных видов излучения (свет, радиоволны, рентгеновские лучи и другие), то теперь у нас появился совершенно новый способ изучения космических явлений, происходящих на расстоянии в миллиарды световых лет от Земли.
Первый зарегистрированный сигнал, получивший название GW150914, пришел от слияния двух черных дыр на расстоянии около 1,3 миллиарда световых лет. В этом грандиозном событии участвовали черные дыры массами 29 и 36 солнечных масс, которые, слившись воедино, образовали новую черную дыру и отправили по Вселенной мощную гравитационную волну. Этот исторический сигнал стал первым прямым доказательством существования и гравитационных волн, и двойных систем черных дыр.
Будущее исследований
Сейчас ученые планируют создавать еще более чувствительные детекторы гравитационных волн, в том числе космические. Это позволит нам "услышать" еще больше космических событий и лучше понять устройство Вселенной.
Специальная теория относительности, перевернувшая в начале прошлого столетия общепринятые представления о мире, до сих пор продолжает будоражить умы и сердца людей. Сегодня мы попытаемся разобраться вместе, что это такое.
В 1905 году Альберт Эйнштейн опубликовал специальную теорию относительности (СТО), которая объясняла, как интерпретировать движения между различными инерциальными системами отсчета – попросту говоря, объектами, которые движутся с постоянной скоростью по отношению друг к другу.
Эйнштейн объяснил, что когда два объекта двигаются с постоянной скоростью, следует рассматривать их движение друг относительно друга, вместо того чтобы принять один из них в качестве абсолютной системы отсчета.
Так что, если два космонавта, вы и, допустим, Олег, летите на двух космических кораблях и хотите сравнить ваши наблюдения, единственное, что вам нужно знать – это ваша скорость относительно друг друга.
Специальная теория относительности рассматривает лишь один специальный случай (отсюда и название), когда движение прямолинейно и равномерно. Если материальное тело ускоряется или сворачивает в сторону, законы СТО уже не действуют. Тогда в силу вступает общая теория относительности (ОТО), которая объясняет движения материальных тел в общем случае.
Теория Эйнштейна базируется на двух основных принципах:
1. Принцип относительности: физические законы сохраняются даже для тел, являющихся инерциальными системами отсчета, т. е. двигающимися на постоянной скорости относительно друг друга.
2. Принцип скорости света: скорость света остается неизменной для всех наблюдателей, независимо от их скорости по отношению к источнику света. (Физики обозначают скорость света буквой с).
Одна из причин успеха Альберта Эйнштейна состоит в том, что он ставил экспериментальные данные выше теоретических. Когда в ряде экспериментов обнаружились результаты, противоречащие общепринятой теории, многие физики решили, что эти эксперименты ошибочны.
В конце 19 века физики находились в поиске таинственного эфира – среды, в которой по общепринятым предположениям должны были распространяться световые волны, подобно акустическим, для распространения которых необходим воздух, или же другая среда – твердая, жидкая или газообразная. Вера в существование эфира привела к убеждению, что скорость света должна меняться в зависимости от скорости наблюдателя по отношению к эфиру.
Альберт Эйнштейн отказался от понятия эфира и предположил, что все физические законы, включая скорость света, остаются неизменными независимо от скорости наблюдателя – как это и показывали эксперименты.
Однородность пространства и времени
В Специальной теории относительности Эйнштейна постулируется фундаментальная связь между пространством и временем. Материальная Вселенная, как известно, имеет три пространственных измерения: вверх-вниз, направо-налево и вперед-назад. К нему добавляется еще одно измерение – временное. Вместе эти четыре измерения составляют пространственно-временной континуум.
Если вы двигаетесь с большой скоростью, ваши наблюдения относительно пространства и времени будут отличаться от наблюдений других людей, движущихся с меньшей скоростью.
На картинке ниже представлен мысленный эксперимент, который поможет понять эту идею. Представьте себе, что вы находитесь на космическом корабле, в руках у вас лазер, с помощью которого вы посылаете лучи света в потолок, на котором закреплено зеркало. Свет, отражаясь, падает на детектор, который их регистрирует.
Сверху – вы послали луч света в потолок, он отразился и вертикально упал на детектор. Снизу – для Олега ваш луч света двигается по диагонали к потолку, а затем – по диагонали к детектору
Допустим, ваш корабль двигается с постоянной скоростью, равной половине скорости света (0.5c). Согласно СТО Эйнштейна, для вас это не имеет значения, вы даже не замечаете своего движения.
Однако Олег, наблюдающий за вами с покоящегося звездолета, увидит совершенно другую картину. С его точки зрения, луч света пройдет по диагонали к зеркалу на потолке, отразится от него и по диагонали упадет на детектор.
Другими словами, траектория луча света для вас и для Олега будет выглядеть по-разному и длина его будет различной. А стало быть и длительность времени, которое требуется лазерному лучу для прохождения расстояния к зеркалу и к детектору, будет вам казаться различным.
Это явление называется замедлением времени: время на звездолете, движущимся с большой скоростью, с точки зрения наблюдателя на Земле течет значительно медленнее.
Этот пример, равно как и множество других, наглядно демонстрирует неразрывную связь между пространством и временем. Эта связь явно проявляется для наблюдателя, только когда речь идет о больших скоростях, близких к скорости света.
Эксперименты, проведенные со времени публикации Эйнштейном своей великой теории, подтвердили, что пространство и время действительно воспринимаются по-разному в зависимости от скорости движения объектов.
Объединение массы и энергии
В своей знаменитой статье, опубликованной в 1905 году, Эйнштейн объединил массу и энергию в простой формуле, которая с тех пор известна каждому школьнику: E=mc^2.
Согласно теории великого физика, когда скорость материального тела увеличивается, приближаясь к скорости света, увеличивается и его масса. Т.е. чем быстрее движется объект, тем тяжелее он становится. В случае достижения скорости света, масса тела, равно как и его энергия, становятся бесконечными. Чем тяжелее тело, тем сложнее увеличить его скорость; для ускорения тела с бесконечной массой требуется бесконечное количество энергии, поэтому для материальных объектов достичь скорости света невозможно.
До Эйнштейна концепции массы и энергии в физике рассматривались по отдельности. Гениальный ученый доказал, что закон сохранения массы, как и закон сохранения энергии, являются частями более общего закона массы-энергии.
Благодаря фундаментальной связи между этими двумя понятиями, материю можно превратить в энергию, и наоборот – энергию в материю.
Но тут есть загвоздка: это абсолютная ложь. Эйнштейн не был двоечником. Напротив, он был одним из самых усидчивых, внимательных и умных детей во всей школе.
Откуда же взялся этот устойчивый миф, в который по сей день верят миллионы людей?
Четыре факта, исказивших историю
Молчаливый гений
Маленький Альберт поздно заговорил — до трех лет он молчал, предпочитая наблюдать за миром. Родители Герман и Паулина даже подозревали, что у них растет умственно отсталый наследник.
Но когда мальчик наконец открыл рот, то он сразу стал формулировать целые предложения. Просто до этого его мозг был занят более важными вещами, чем генерация детского лепета.
Путаница с оценками
В швейцарской школе Арау, где учился Эйнштейн, в то время действовала оценочная система, в корне отличавшаяся от той, к которой привыкли мы с вами. Там высшим баллом была единица, а не пятерка.
Поэтому, когда люди слышали, что у Эйнштейна были сплошные "единицы" по математике и физике, они воспринимали его как ни на что неспособного неуча. По факту же это были замечательные оценки — максимально возможные в той системе.
Конфликт с посредственностью
У Эйнштейна были сложные отношения с некоторыми преподавателями, и дело было не в его неуспеваемости. Наоборот — он все схватывал на лету и быстро разбирался в любой теме, но презрительно относился к педагогам, которые допускали ошибки или говорили глупости.
В порыве гнева один из учителей даже сказал, что Альберт "никогда ничего не достигнет". Ирония судьбы в том, что едва ли кто-нибудь вспомнит имя этого преподавателя, а вот Эйнштейн стал символом человеческой гениальности.
Провал... по французскому
Эйнштейн не смог поступить в Федеральную политехническую школу Цюриха с первого раза. Но завалил он не физику или математику — по этим предметам у него были как всегда блестящие результаты.
Проблемы возникли с гуманитарными дисциплинами, особенно с французским языком, который не был для него родным. Будущий ученый просто не желал тратить время на изучение того, что его не увлекало, предпочитая заниматься физикой, с которой уже тогда планировал связать свою жизнь.
Реальный Эйнштейн: гений, а не отстающий
В 12 лет Альберт самостоятельно изучил Евклидову геометрию, которую обычно проходят в старших классах.
В 15 лет будущий лауреат Нобелевской премии уже свободно владел дифференциальным и интегральным исчислением.
"Я никогда не делал ошибок в математике, а дифференциальное и интегральное исчисление освоил к 15 годам", — писал ученый в своем дневнике.
В подростковом возрасте он увлекся философией Канта — произведения, над которыми ломают голову студенты университетов и их седовласые наставники.
Разве это портрет двоечника? Скорее гения, который с детства интеллектуально опережал сверстников на годы (или десятилетия).
Стоит отдать дань уважения студенту медицинского вуза Максу Талмуду, который был наставником юного Эйнштейна, познакомившим его с чудесами науки, не связанными с сухой и скучной зубрежкой, принятой в школе.
Почему миф так живуч?
Люди обожают истории из серии "из грязи да в князи". Многим хочется верить, что великие достижения доступным каждому, даже двоечнику. Легенда про "неудачника Эйнштейна" дает надежду родителям плохо успевающих детей и оправдание тем, кто не желает учиться.
Но не стоит кормить двоечником мифами! Будущее поколение нужно учить тому, что успех требует адского труда и нечеловеческого упорства.
Альберт Эйнштейн — идеальный пример того, как выдающиеся способности, помноженные на страсть к познанию и трудолюбие, привели к революционным открытиям, перевернувшим наши представления об устройстве Вселенной.
Общая теория относительности, сформулированная Альбертом Эйнштейном в 1915 году, предсказывала существование объектов, способных искривлять геометрию пространства-времени настолько, что ничто, упавшее в эту область, не способно вырваться наружу.
Однако сам Эйнштейн скептически относился к этой идее, считая, что столь аномальные объекты просто не должны существовать в нашей реальности. Он называл их математическим курьезом, артефактом теории, но никак не физическими объектами.
В 1939 году он даже опубликовал статью, в которой пытался доказать, что "черные дыры" не могут сформироваться во Вселенной. Для Эйнштейна эти гипотетические объекты были слишком экстремальными, слишком... абсурдными.
Но Вселенная оказалась смелее физика. В 1964 году рентгеновский телескоп, направленный в сторону созвездия Лебедя, выявил крайне мощный источник излучения неизвестной природы. Нечто, удаленное примерно на 7 000 световых лет от нас, получило название Лебедь X-1 (Cyg X-1).
Через шесть лет астрономы установили, что имеют дело с двойной системой, где видимая голубая сверхгигантская переменная звезда вращается вокруг невидимого компактного, но очень массивного объекта. Масса этого объекта (примерно в 21,2 раза больше массы Солнца) оказалась слишком большой, а размер при этом слишком малым, чтобы его можно было классифицировать как какую-либо "нормальную" звезду или любой другой вероятный объект, кроме черной дыры.
К 1990 году накопленный объем данных позволил ученым заключить, что Cyg X-1 — черная дыра. Теория перестала быть абстракцией на бумаге и превратилась в наблюдаемую реальность. Эйнштейн был прав в уравнениях — но ошибался в скепсисе.
Плохо учился в школе и присвоил достижения своей жены? Мог стать президентом Израиля и изобрел холодильник? Разбираемся, что из этого правда, а что нет.
Легенда 1. Эйнштейн плохо учился в школе
Вердикт: это не совсем правда.
Альберт Эйнштейн. 1893 год (Wikimedia Commons)
Правильнее сказать, не был круглым отличником и самым прилежным учеником, несмотря на очевидные выдающиеся способности. Эйнштейн очень много учился сам и умел заниматься самостоятельно, ради собственного любопытства, а не чтобы понравиться учителям. Вообще всю жизнь у него были проблемы с социализацией и конформизмом, соответствием ожиданиям, установкам и пожеланиям окружающего общества. В школе ему претила строгая дисциплина и подчинение приказам, немецкий Ordnung . Экзамены для него были не стимулом к учебе, а отвлекающим от нее ненужным раздражителем. Он мог преуспевать по одним предметам, запустив другие, мог провалить тесты и не поступил в университет с первого раза.
Если бы он думал о будущей академической карьере, возможно, в годы учебы вел бы себя по-другому. А он, не окончив гимназию, уехал из Германии, где тогда был главный центр научной жизни и большие ресурсы для исследований, в Италию и Швейцарию. В результате учился в довольно провинциальном университете — Цюрихском политехникуме — и не у самых знаменитых преподавателей, причем не старался угодить им, чтобы стать аспирантом или ассистентом профессора. Ну и те, соответственно, тоже не предложили ему ничего серьезного в качестве первой ступеньки академической лестницы. Правда, разрешили молодому человеку без какой-либо университетской должности защитить написанную самостоятельно, без научного руководителя, диссертацию. Так, в 1905-м Эйнштейн получил докторскую степень в Цюрихском университете .
Как еврею Эйнштейну в любом случае было бы труднее продвигаться в академической среде из-за широко распространенного тогда антисемитизма, но он и сам допустил несколько ошибок, которые не дали ему возможности остаться работать в науке после окончания учебы. Лишь после нескольких лет офисной службы в патентном бюро он опубликовал ряд важных статей, чем обратил на себя внимание влиятельных профессоров и благодаря их поддержке сумел с запозданием получить университетскую должность в Цюрихе, а потом в Праге. Дальнейшее продвижение оказалось стремительным: в 1914 году — самый престижный в немецком научном сообществе статус, статус члена Берлинской Академии наук.
Легенда 2. Он украл теорию относительности у коллег и сам ее не понимал
Авторство у теории относительности — по крайней мере, специальной теории относительности — коллективное. В развитие ее идей помимо Эйнштейна не менее важный вклад внесли голландец Хендрик Лоренц, француз Анри Пуанкаре и еврей Герман Минковский, родившийся в российской Польше, учившийся и работавший в Германии. В узком кругу специалистов их заслуги всегда признавали.
Другое дело — массовая культура и медиа, которым нужны кумиры и которые часто пренебрегают нюансами ради сенсационных преувеличений в ту или другую сторону. Широкой публике Эйнштейн стал известен на десятилетие позже, в конце 1919 года, благодаря астрономическим подтверждениям его теории гравитации. Известная как общая теория относительности, эта теория уже действительно была по преимуществу его личной заслугой. После этого имя Эйнштейна стало известно всей читающей публике и журналистам, а не только специалистам по теоретической физике. В средствах массовой информации термин «теория относительности Эйнштейна» стал общеупотребительным, включающим не только релятивистскую теорию гравитации, но и более раннюю специальную теорию относительности. Поскольку другие ее авторы не получили такого же всемирного признания, можно сказать, что в какой-то степени награда за специальную теорию относительности оказалась несправедливо поделенной, но не самим Эйнштейном, а риторикой медийного пространства.
Став предметом публичного дискурса, Эйнштейн и теория относительности приобрели статус культурного символа и объекта несдержанных споров — как восхвалений, так и гневных нападок со стороны научных и политических оппонентов. Так, например, в нацистской Германии, где Эйнштейн официально считался расовым и политическим врагом, некоторые физики предлагали преподавать в университетах теорию относительности, не упоминая Эйнштейна, и аргументируя это тем, что главная роль в ее создании принадлежала другим ученым. И много позже те, кто публично высказывал некоторые сомнения во вкладе Эйнштейна, часто получали обвинения в антисемитизме, даже если они считали, что основную заслугу стоит присвоить Минковскому.
Легенда 3. Он присвоил достижения своей жены
Вердикт: это неправда.
Альберт Эйнштейн и Милева Марич. 1912 год Wikimedia Commons
Первая жена Эйнштейна, Милева Марич из Сербии, училась вместе с ним в политехникуме и обладала нужными знаниями, чтобы обсуждать вопросы из области физики и математики. Разговоры, которые он вел с ней, а также с другими друзьями в неформальном кругу студентов, интересующих актуальными проблемами науки, конечно, были важны для Эйнштейна, особенно в ранний период его творчества, когда он еще не стал полноправным членом академического сообщества. По крайней мере, как возможность обсудить и услышать компетентную реакцию на свои формирующиеся идеи. В этих дискуссиях также могли рождаться новые повороты мысли и вопросы, которые возникают именно в диалогах, но что-либо более конкретное о роли Милевы сказать трудно.
Нужно понимать, что возможности для участия женщин в научных исследованиях тогда были очень ограниченными. Даже общепризнанного права на учебу в университетах еще не существовало, хотя довольно много молодых женщин уже добивались этого с помощью индивидуальных прошений. Получить же работу и сделать профессиональную карьеру в области науки они могли только в исключительно редких случаях. Наиболее распространенным способом был семейный — женщины помогали и участвовали в научных проектах своих мужей или отцов. Иногда их признавали как соавторов, а после смерти мужей или отцов женщины могли сами публиковать некоторые исследования. Самый знаменитый случай того времени — Нобелевская премия 1903 года для Пьера и Марии Кюри за открытия в области радиоактивности. Изначально Нобелевский комитет не хотел выдвигать Марию на премию, предполагая, согласно бытовавшему стереотипу, что жена стала соавтором статей, ассистируя мужу. Потребовались протесты и угрозы самого Пьера и нескольких других ученых, чтобы важность вклада Марии была официально признана комитетом.
Этот и несколько аналогичных примеров позволили некоторым биографам предположить, что и жена Эйнштейна могла внести существенный вклад в его ранние работы. Исключить этот сценарий полностью нельзя, но и доказать или сформулировать, в чем именно был ее вклад, тоже не получается. Их неформальные дискуссии о физике не оставили документальных следов, кроме нескольких кратких и не очень конкретных упоминаний в письмах. Информация, которой располагают историки, позволяет намного более уверенно утверждать, что в их недолгом браке Альберт оказался плохим мужем и отцом, а не то, что он поступил несправедливо по отношению к Милеве как к возможному научному соавтору.
Легенда 4. Эйнштейн получил Нобелевскую премию за теорию относительности
Официально — согласно объявленной формулировке — не за теорию относительности, а за открытие закона фотоэлектрического эффекта. А неофициально, конечно, все понимали, что теория относительности сыграла важную роль, но Нобелевский комитет не решился открыто назвать ее, присуждая в конце 1922 года премию за предыдущий 1921 год. Поосторожничал он, правда, не из-за сомнений в авторстве. С одной стороны, Эйнштейн уже был самым знаменитым во всем мире ученым, так что промедление с его награждением могло повредить репутации Нобелевского комитета в глазах публики. Но эта мегаизвестность была во многом медийным эффектом, а теория относительности все еще продолжала вызывать ожесточенные споры: научные, философские, политические, как в публичной сфере, так и среди специалистов — физиков, математиков и астрономов. Присуждение премии второпях, за результат, который потом, возможно, будет опровергнут, тоже могло повредить репутации Нобелевской премии, которая в тот ранний период еще не была такой авторитетной, как сейчас.
Вообще Нобелевский комитет в те годы предпочитал давать премии не за теории, а за что-то более материальное: экспериментальные открытия или изобретения, в буквальном соответствии с завещанием Нобеля. Теоретическая физика тогда была относительно новой и менее статусной дисциплиной (поэтому евреям, которые занимались теоретической физикой, было легче получить работу, чем тем, кто занимался физикой экспериментальной). Ее престиж правда рос, в частности благодаря примеру Эйнштейна, но во многих местах, в том числе в Стокгольме, все еще продолжали доминировать экспериментаторы, смотревшие на новомодные теории с некоторым подозрением. Во избежание риска возможной ошибки в случае с Эйнштейном Нобелевский комитет поступил хитроумно и осторожно, никак не упомянув ни относительность, ни кванты. Вместо этих спорных теорий номинаторы нашли в его ранних работах важную, но более частную математическую формулу, описывающую фотоэффект, которая к тому времени уже получила подтверждение в экспериментах. За нее и присудили премию.
Легенда 5. Он не понимал или не признавал квантовую механику
В отличие от ситуации с теорией относительности роль Эйнштейна в развитии квантовой теории, наоборот, долгое время несколько преуменьшалась. Хотя специалисты всегда признавали огромную ценность его ранних работ в этой области, довольно часто можно было услышать мнение, что Эйнштейн в итоге не понял или не принял квантовую механику и тем самым отстал от магистрального развития физики. На самом деле Эйнштейна наравне с Максом Планком можно было бы считать первооткрывателем квантов. Он, по-видимому, раньше всех осознал фундаментальность дискретности энергии в микромире, а также был одним из первых, кто столкнулся с неразрешимостью квантовых парадоксов. Суть в том, что образы и интуиции, которые считаются естественными и необходимыми для понимания макроскопических процессов, соизмеримых с нашим ежедневным опытом и размерами, приводят к противоречиям при попытке применить их к событиям в мире микроскопических атомов и электронов. Например, не удается понять, является ли квант света волной или частицей. Несколько десятилетий Эйнштейн пытался разными способами разрешить эти фундаментальные парадоксы, но так и не нашел удовлетворившего его объяснения.
Появившаяся в 1925 году квантовая механика помогла разобраться с большим числом как технических, так и концептуальных проблем в описании атомов, но и она не разрешила самые фундаментальные противоречия, которые так беспокоили Эйнштейна. Признавая значимость достигнутого прогресса, он отказывался считать эту теорию окончательной и продолжал задавать неудобные вопросы, на которые не было ответов, и находить новые, еще более глубинные парадоксы. Многим физикам, реально работавшим с квантовой механикой, это казалось бесполезной тратой времени. Ведь новая теория открыла для них так много интересных и решаемых проблем, возможностей для реальных открытий, вычислений и приложений.
Прошло несколько десятилетий, и уже в послевоенном поколении квантовых физиков проблемы фундаментальных и парадоксальных оснований квантовой теории вновь приобрели остроту, и опять началось копание вглубь, во многом на основе парадоксов, сформулированных Эйнштейном. Он не нашел на них ответа, но открыл направление, в котором возможен прорыв, способный вывести физику на новый, еще более глубокий уровень понимания природы.
В 1939 году Эйнштейн подписал написанное менее знаменитыми молодыми учеными письмо президенту Рузвельту о возможной опасности, которую принесет разработка ядерного оружия в гитлеровской Германии. На этом основании в популярной литературе Эйнштейну иногда приписывали важную роль (заслугу или вину, в зависимости от политических предпочтений) в создании американской атомной бомбы. Он сам, если верить свидетельствам коллег, после Хиросимы и начавшейся гонки вооружений сожалел об этом письме как о своей главной политической ошибке. Менее известно, что в действительности письмо Эйнштейна не произвело большого эффекта. Потребовались еще два года и другие, более важные события и открытия, которые и привели к политическому решению организовать Манхэттенский проект по созданию атомного оружия.
Сам же текст письма 1939 года свидетельствует скорее о том, что тогда никто в мире — ни Эйнштейн, который собственно ядерной физикой не занимался, ни другие ученые — еще не понимал, как может реально работать атомная бомба. Ученые рассуждали в терминах реактора, в котором цепное деление урана вышло из-под контроля. Такой реактор, конечно, может взорваться и саморазрушиться — опасно, как в Чернобыле, — но не может уничтожить огромный город. Для настоящей бомбы, которую взорвали в Хиросиме, нужно было другое понимание ядерных процессов, которое впервые появилось в 1940–1941 годах. Эйнштейн об этом, скорее всего, не знал и к участию в Манхэттенском проекте тоже не привлекался. Пацифистом он не был, точнее перестал быть после прихода к власти Гитлера, поняв, что войны не избежать. В годы войны он консультировал американское военно-морское ведомство по некоторым техническим вопросам. Позже, когда выяснилось, что у нацистской Германии атомной бомбы не появилось, стал открытым противником оружия массового уничтожения, милитаризма, антикоммунизма и холодной войны, а в знаменитом манифесте Рассела — Эйнштейна 1955 года призывал к политическому диалогу, разрядке и разоружению.
Легенда 7. Он был убежденным атеистом
Вердикт: это не совсем правда.
Альберт Эйнштейн. 1927 год Wikimedia Commons
Эйнштейн не был религиозен в обычном понимании этого слова. Еще в юном возрасте, пережив период острого интереса к религии и подросткового кризиса, он отверг идею антропоморфного Бога и пришел к убеждению, что традиционные культы, такие как иудаизм или христианство, являются массовыми суевериями. При этом атеистом он тоже себя не считал. Его научные поиски и устремления вдохновлялись другого рода сильной, но недоказуемой верой, верой в разумность мира. Эйнштейн верил, что мир создан на основе законов, которые человеческий ум и логика способны понять и сформулировать. Средневековые теологи называли этот подход «книгой природы» — дополнительным к Библии методом познания Бога через понимание законов его творения. Иногда это воззрение называют пантеизмом, но сам Эйнштейн скорее верил в бога Спинозы . При этом сам процесс открытия новых законов природы и момент внезапного понимания фундаментального смысла мира порождал в нем глубокие эмоциональные переживания и мотивации, схожие с религиозно-мистическим откровением.
Легенда 8. Он мог стать президентом Израиля, но отказался
На развитие политической идентичности Эйнштейна решающее влияние оказала Первая мировая война, которую он считал глупым самоубийством Европы. Подписав антивоенный манифест, Эйнштейн подвергся нападкам и угрозам со стороны немецких националистов. С его точки зрения, именно вышедший из берегов национализм европейских стран и стал главной причиной, толкнувшей человечество к трагедии мировых войн. А точнее, национальное государство как политическая форма, предоставляющая националистам такие могущественные методы контроля над населением, как всеобщее образование, государственный язык, школы, средства массовой информации, полиция, тюрьмы и армия. Большая часть его жизни пришлась на эпоху мировых войн, и Эйнштейну не раз приходилось по своей или чужой воле менять национальность, быть эмигрантом и лицом без гражданства. Себя он определял в первую очередь культурно (как европеец), но не национально. Он также впоследствии стал считать себя социалистом — без конкретной партийной принадлежности, но понимающим, что без государственного регулирования капитализм будет скатываться в кризисы и саморазрушение, как в период Великой депрессии.
Еврейская идентичность Эйнштейна тоже сформировалась во время Первой мировой войны. Он рос в нерелигиозной, полностью ассимилированной, относительно обеспеченной семье, довольно типичной для немецких евреев. В годы войны он столкнулся с совсем другими евреями — беженцами из Восточной Европы, необразованными нищими массами, говорящими на другом наречии, верующими в своего Бога, преследуемыми и дискриминируемыми в любой стране. Из чувства солидарности с попавшими в беду соплеменниками Эйнштейн стал объявлять себя евреем и использовать свою известность, чтобы привлечь внимание к их невзгодам. Не видя возможности решить проблему антисемитизма и преследований евреев в Европе, он поддержал сионистский проект переселения и поиска нового дома для них, в частности, в Палестине. Правда, с важным ограничением: Эйнштейн не приветствовал идею создания еврейского государства, а ратовал за совместное и равноправное сосуществование арабов и евреев под наднациональным или международным управлением. Он боялся, что возникновение еврейского национального государства приведет к проблемам с необузданным национализмом и милитаризмом, к массовому насилию и войнам, как до того произошло в связи с возникновением национальных государств в Европе.
Уже в первые послевоенные годы Эйнштейн публично выступил против фашиствующих партий в израильской политике. В 1952 году, после смерти первого президента Израиля, сионистского лидера Хаима Вейцмана, правительство предложило этот преимущественно церемониальный пост Эйнштейну как самому известному в мире еврею. Реалистично надеясь, что он это предложение тактично отклонит, что и произошло. Эйнштейн совсем не был аполитичным, витающим в облаках мудрецом не от мира сего. Практически всю жизнь он активно интересовался и участвовал в текущей политике, но его активизм выражался в открытом и смелом высказывании своих, как правило, очень радикальных и рискованных взглядов по разным вопросам. Совершенно невозможно представить его в официальной политической должности или властной структуре.
Холодильники были изобретены и пущены в промышленное производство еще до Эйнштейна. У него, правда, есть одно изобретение, придуманное в соавторстве, патент более безопасной конструкции холодильников, но оно в массовое производство не пошло.
За этим мифом стоит тот факт, что Эйнштейн действительно не был исключительно теоретиком, а на протяжении всей жизни, начиная со своей первой должности в патентном бюро, интересовался разными техническими устройствами, придумывал новые практические схемы для экспериментов и был автором ряда специальных изобретений и патентов. Лучше всего об этом написано в вышедшей на русском языке книге Виктора Френкеля и Бориса Явелова «Эйнштейн-изобретатель».
Легенда 10. Он сказал: «Есть две бесконечные вещи: Вселенная и глупость»
Эйнштейну приписывается очень много апокрифических глубокомысленных высказываний и афоризмов. Цитировать стоит только те, которые имеют документальное подтверждение. Вышеприведенная фраза к таким, насколько я знаю, не относится. Конечно, не исключено, что он в сердцах мог высказаться категорично о неограниченности человеческой глупости, особенно в ее массовых и политических проявлениях. Менее вероятно, что он с такой же категоричностью стал бы рассуждать о бесконечности Вселенной. Космологические модели, основанные на общей теории относительности, могли быть как конечными, так и бесконечными, и имеющиеся данные не позволяли сделать окончательный выбор между ними. По философским и эстетическим соображениям Эйнштейна можно судить, что он, скорее всего, предпочел бы вариант конечной Вселенной.
