Речь, разумеется, не идёт об излечении вируса иммунодефицита человека (до этого пока не добрались), а о двух новых видах антиретровирусной терапии. Зато это действительно новые виды терапии, способные справиться там, где не справляется больше ничего.
Первое из них уже зарегистрировано в качестве лекарства и называется Bixlenvo:
Выпускается в таблетированном виде и представляет собой сочетание двух действующих веществ:
Биктергравира, ингибитора интегразы;
Ленакапавира, ингибитора вирусного капсида.
Оба действующих вещества действительно новые: биктегравир был зарегистрирован в 2018 году, а ленакапавир в конце 2022 года.
В чём плюс Bixlenvo?
Во-первых, эта таблетка, принимать которую можно один раз в день. Во-вторых, ленакапавир — первый и единственный на данный момент ингибитор вирусного капсида ВИЧ, не имеющий перекрёстной резистентности к уже имеющимся лекарствам. Проще говоря, какой бы мутировавший подтип ВИЧ у человека не был, ленакапавир будет на него действовать. А значит, человек может отказаться от предыдущих малоэффективных схем лечения и полностью перейти на Bixlenvo.
Прошедшие клинические испытания подтвердили, что производитель таки не врёт:
Средний возраст испытуемых составлял 60 лет;
Все испытуемые были вынуждены принимать от 2 до 11 таблеток в день;
40% испытуемых принимали таблетки два и более раза в день;
На АРВТ участники находились в среднем 28 лет, то есть принимали её практически с момента появления;
67% участников были резистентны к ингибитора ревертазы;
87% участников были резистентны к той или иной схеме АРТВ.
Практически все участники смогли заменить существующую терапию на Bixlenvo с не меньшей эффективностью и таким же профилем безопасности. Негативные эффекты, мешающие приёму, были обнаружены у единиц.
Многокомпонентные схемы лечения ВИЧ до начала приёма Bixlenvo
Второй препарат ещё не зарегистрирован, однако уже прошёл III фазу испытаний, так что это только вопрос времени.
Тоже содержит два действующих вещества:
Ислатравир, ингибитор ревертазы;
Ленакапавир, ингибитор вирусного капсида.
Тут всё ещё лучше: благодаря постепенному высвобождению, препарат достаточно принимать в виде таблетки вообще один раз в неделю. Проведённые испытания показали, что даже по истечению 48 недель ни у одного испытуемого уровень вирусной нагрузки не превысил 50 копий на миллилитр.
И это действительно прорыв, так как это первый препарат в виде таблеток, который не нужно принимать каждый день. Ранее такими свойствами обладали только уколы.
Ну а человечество не стоит на месте. В прошлом году был одобрен ленакапавир инъекционного вида как профилактическое средство, защищающее от заражения ВИЧ в течении 6 месяцев, а в этом проводится III фаза испытаний, которая позволит продлить этот срок до 12 месяцев. Укололся раз в год — и вирус почти не страшен.
P.S. Ещё у меня есть бессмысленные и беспощадные ТГ-каналы (ну а как без них?):
Вот тут про молекулярную биологию, медицину и новые исследования: https://t.me/nextmedi;
На днях американская биофармацевтическая компания Gilead Sciences похвалилась регистрацией нового препарата от ВИЧ (вирус иммунодефицита человека) под названием Bixlenvo. Это комбинированный препарат, содержащий два действующих вещества:
биктегравир 75 мг, ингибитор интегразы;
ленакапавир 50 мг, ингибитор капсида.
Bixlenvo представляет собой таблетку, принимаемую раз в день и предназначен для людей, находящихся на сложных схемах лечения или для людей, у которых ВИЧ выработал резистентность к уже существующим препаратам.
В настоящий момент Bixlenvo – действительно единственные подобный препарат в мире, дающий надежду для людей, которым уже ничего не помогает. Ключевым его элементом является ленакапавир — ингибитор вирусного капсида.
Что такое ВИЧ? Это очень интересный и сам по себе злобный вирус, от которого нет ни вакцины, ни лечения. Единственное спасение от него — это антиретровирусная терапия, подавляющая репликацию вируса. Принимать её нужно пожизненно, и очень важно не нарушать режим лечения. Пропуск даже всего одного дня, если не повезёт, может привести к мутации вируса и необходимости смены схемы лечения.
Почему так? Потому что ВИЧ очень любит мутировать. Мутируют вообще все вирусы, но ВИЧ тут, наряду с вирусом гепатита С, один из чемпионов. Именно поэтому ни для одного, ни для второго до сих пор не создано вакцины.
Чтобы понять, почему нет вакцины или почему нельзя нарушать режим приёма лекарств при ВИЧ, нам нужно понять, как иммунная система вообще с ним борется.
Связывание
Когда наш организм встречает какой-либо патоген, он начинает вырабатывать к нему антитела. Процесс этот долгий и само по себе интересный, но в результате должны появиться иммуноглобулины класса IgG, борящиеся с инфекционным агентом. В нашем случае с вирусом:
Так вот, когда говорят, что появились антитела к какому-либо вирусу — это не совсем соответствует действительности. Антитела вырабатываются не к самому вирусу целиком, а только к его частям, так называемым антигенам. Антигенов у вируса несколько типов, например, ферменты, капсид или поверхностные белки. Именно последние чаще всего становятся мишенью для вакцин:
Красненькие «пупырки» - это и есть белки оболочки вируса
Но и это ещё не всё. Молекулы антител вырабатываются не ко всему антигену, а к его конкретной небольшой части, так называемому эпитопу. Называется это сайтом связывания, к нему присоединяется антитело. При этом тоже не всё, а тоже только своей небольшой частью, называемой паратопом. Если эпитоп и паратоп подходят друг к другу (хотя бы частично), иммунная система получает возможность взаимодействовать с вирусом:
Механизм взаимодействия антигена-антитела можно представить как процесс сборки 3D-паззла или конструктора лего. Только вместо механической силы для конструктора в основе связывания эпитопа и паратопа лежат электромагнитные.
Противовирусные лекарства действуют по схожему принципу: молекула лекарства связывается с элементом вируса и блокирует его работу:
А теперь самое важное: что будет, если вдруг изменится эпитоп или сайт связывания у других элементов вируса? Если изменение незначительно, то антитела и лекарство продолжат действовать, пусть и с меньшей эффективностью.
А вот если вирусный сайт связывания изменится значительно, то антитела или лекарство просто перестанут действовать. В этом случае приходится менять схему лечения или вдруг обнаружить, что старая вакцина от какого-нибудь коронавируса не действует.
Только и остаётся, что костерить учёных/врачей и податься в лагерь антипрививочников, утверждая, что вакцины не действуют.
Безответственная ревертаза
Вернёмся к ВИЧ, вот он какой:
Геном (сверху) и вирион (снизу) вируса иммунодефицита человека
Каждый вирус несёт в себе генетический материал — схему-инструкцию, где записано, как он должен размножаться. В качестве генома может выступать как РНК, так и ДНК разных видов. Например, для ВИЧ геном представлен двумя цепочками РНК.
Геном кодирует все элементы вируса, начиная от поверхностных белков и заканчивая вспомогательными элементами. Последовательность нуклеотидов определяет, из чего должны состоять элементы вируса.
Один из генов вируса отвечает за производство полимеразы. Это фермент, предназначенный для работы с РНК или ДНК: оно делает из ДНК РНК (и наоборот), а также создаёт копии и того, и другого.
ВИЧ в этом плане вирус практически уникальный. Его полимераза (её ещё называют ревертазой) из РНК производит ДНК, в то время как в природе процесс идёт в обратном направлении: из ДНК производится РНК.
После производства ДНК другой фермент ВИЧ под названием интеграза подхватывает получившуюся ДНК и встраивает её в ДНК клетки. И вуаля — человек становится пожизненным носителем. Встроенная ДНК (её называют провирусом) воспринимается клеткой как часть своего генома и ежедневно штампует новые вирусные частицы. Прервать процесс можно только принимая антиретровирусную терапию. При этом сам провирус никуда не девается.
А теперь снова самое важное. В идеале, полимераза должна создавать точную копию генома. Для живой клетки это критично, ведь если копия не точна, новая клетка может работать с ошибками или вообще превратиться в раковую и начать бесконтрольно делиться. Дабы этого избежать, полимеразы клеток действуют с повышенной точностью, да ещё и корректируют свою неправильную работу, а потом их работа проверятся дополнительно.
А вот для вируса всё совсем не так. Ему просто плевать на то, что его потомки будут мутантами. Новые вирусные частицы производятся в неимоверных количествах каждый день, и чем их больше — тем лучше, даже если часть из них заведомо не способны размножиться:
Поэтому ревертаза ВИЧ мало того, что не имеет никаких средств коррекции ошибок, так и сама по себе крайне не точная. Практически каждый провирус не соответствует своей матричной РНК и содержит хотя бы одну ошибку.
Дальше провирус начинается делать мутантные вирионы, они, в свою очередь, заражают новые клетки, а там уже их неточная ревертаза при производстве дочернего провируса делает свои ошибки. И понеслись плодиться мутанты, их мутантные последователи и мутантные последователи мутировавших последователей мутантов.
Геном и его устойчивость
Что будет, если процесс не прервать? В организме человека через цепочку мутаций расплодится огромное количество подвидов исходного ВИЧ. Какие-то вымрут, а какие-то станут доминирующими.
А теперь представим, что человек сидит на АРВТ, действующее вещество которой ингибирует протеазу (это вирусный фермент, разрезающий белковую последовательность). Сразу же начинают возникать мутации в геноме вируса и часть из этих мутаций за счёт великого рандома образуется в гене pol, кодирующим протеазу.
Дальше как повезёт — мутация может оказаться фатальна и новые протезы просто не смогут собраться. А может оказаться не фатальной и протеаза сохранит свои функции, но при этом молекулярная форма протеазы будет отличаться от той, на которую действует лекарство. Молекула принимаемого препарата больше не сможет связываться с молекулой протеазы. Всё, приехали, здравствуй, резистентность и изменение схемы лечения.
И очень повезёт, если в загашнике найдутся молекулы, которые ещё могут связываться с элементами вируса. Бывает так, что цепочка мутаций приводит к появлению настоящих монстров, которых не берёт ни одно лекарство. Вот почему терапия от ВИЧ так строга ко времени. Не выпил вовремя таблетку/таблетки — ревертаза может произвести (и обязательно произведёт) провирус с изменённой формой вирусных компонентов. И вот почему монотерапии ВИЧ не существует — мутации, обходящие одно действующее вещество, возникают очень быстро.
К счастью, глубина мутаций ограничена. Некоторые элементы генома могут мутировать очень сильно без утраты функций, а для некоторых ключевых элементов лишь незначительная часть мутаций позволяет выжить.
Например, поверхностные белки вируса, к которым обычно и вырабатываются антитела иммунной системой, допускают высокую степень изменения. Поэтому вакцину от ВИЧ до сих пор не сделали — классическим способом просто невозможно охватить все формы поверхностных белков. А вот другие элементы, вроде самой ревертазы или интегразы допускают заметно меньше мутаций.
Капсид и его ингибиторы
Возвращаясь к упомянутому в начале Bixlenvo. Ленакапавир, его ключевое действующее вещество, на сегодняшний момент является единственным ингибитором капсида ВИЧ. И оно получилось настолько удачным, что блокирует практически все разновидности ВИЧ.
Почему? Потому что капсид, на который долго не обращали внимания, оказался самым чувствительным элементов вируса. Его код допускает очень небольшое количество ошибок, иначе капсид просто не способен существовать. И даже если участок генома, отвечающего за капсид, изменится не фатально, новый мутантный капсид выходит настолько дохлым, что активность вируса падает в десятки раз.
Добавляем к терапии ингибитор ещё одного наименее устойчивого элемента вроде интегразы или ревертазы — и получаем ситуацию, когда вероятность появления двойного мутанта стремится к нулю.
Так что когда вакцины не действуют — это не значит, что они плохие. Это обычно значит, что конкретный вирус, который мы подхватили, просто имеет не подходящую (слабо или сильно) к антителам форму эпитопа.
P.S. Ещё у меня есть бессмысленные и беспощадные ТГ-каналы (ну а как без них?):
Вот тут про молекулярную биологию, медицину и новые исследования: https://t.me/nextmedi;
Она достигла этого первой среди стран с населением больше ста миллионов человек
Всемирная организация здравоохранения официально признала Бразилию страной, искоренившей передачу ВИЧ-инфекции от матери ребенку. В ней выполнены формальные критерии искоренения: снижение вертикальной передачи вируса до уровня менее двух процентов и достижение более чем 95-процентного покрытия пренатальной помощью, рутинным тестированием на ВИЧ и своевременным лечением инфицированных беременных. Помимо этого, страна продемонстрировала качественное оказание медицинских услуг матерям и младенцам, а также современное лабораторное оснащение и системы хранения и обработки данных.
Тестирование беременной на ВИЧ в Бразилии
Первой страной, искоренившей вертикальную передачу ВИЧ-инфекции, стала Куба в 2015 году. К настоящему времени этот статус получили 19 стран, включая Бразилию (она стала первой с населением более 100 миллионов человек). 12 из них находятся в Американском регионе ВОЗ, преимущественно на Карибских островах. Перед этим искоренения достигли Ямайка и Сент-Винсент и Гренадины в 2024 году.
Расскажу вам историю из жизни двух моих знакомых. Назову их Ольга и Константин. В девяностые Ольга и Константин жили вместе лет пять. Тогда им было двадцать с небольшим лет. Потом расстались и стали жить - каждый своей жизнью. Константин сошёлся с женщиной. Прожил с ней несколько лет. Потом женщина ушла из дома и не вернулась. Была найдена на следующий день убитой - её изнасиловали и задушили. А потом бросили где-то в гаражах. Подробностей не знаю. Мы в то время уже не общались. Информацию узнала от общих знакомых. А потом Константин и вовсе из вида пропал. Как он жил все эти годы не знаю.
Ольга вышла замуж, родила дочку, через несколько лет развелась. Сошлась с другим мужчиной. Официально в брак не вступали. Мужчина работал водителем. Часто уезжал в командировки на несколько дней. Потом Ольга и с ним рассталась. И где-то через полгода после этого Ольга столкнулась с Константином на улице. Поздоровались, поболтали, обменялись номерами телефонов. Потом встретились. И закрутилось, завертелось... Сошлись и стали жить вместе.
Константин работал сварщиком на каком-то предприятии, а Ольга в магазине продавцом. И вот медосмотр у Ольги. Как всегда сдавали анализы, в том числе и на ВИЧ. И результаты были неутешительными - был обнаружен вирус. Я даже не представляю, как Ольга восприняла эту информацию. Она очень эмоциональная. Конечно, были повторные анализы. И Константина тоже проверили. У обоих выявили ВИЧ-инфекцию. Кто кого заразил не известно. Константин ранее вовсе не проверялся. Но и Ольгу со счетов сбрасывать не стоит.
Как бы то ни было, Ольга и Константин живут вместе уже несколько лет. Терапию получали. Отказались от алкоголя и бросили курить. Хотят прожить как можно дольше. Как-то вдруг начали ценить жизнь. Естественно, что они никому не рассказывали о своём заболевании. И я об этом узнала случайно, но это уже другая история.
А к чему я это рассказала? К тому, что не все ВИЧ-инфицированные ведут асоциальный образ жизни. Ольга и Константин никогда не употребляли наркотики, не злоупотребляли алкоголем. А вот незащищённый секс был у обоих.
Уже лет пять как наша скорая ходячих больных из одного отделения
больницы в другое не перевозит. Только носилочных. А раньше возили и на
рентген из туботделения, и на УЗИ из инфекционного отделения, и из
терапии или реанимации в инфекционное, и … Много таких, не нуждающихся в
носилках и в самих медиках транспортировок бригадами скорой медицинской
помощи проводилось, пока главному врачу штраф большой страховая
компания не выписала.
И вот сегодня вспомнилась мне одна женщина, которую я перевозила из
реанимации в инфекционное отделение больницы с диагнозом В20, пневмония.
(В20 — это значит ВИЧ-инфекция.) Пациентке 36 лет. Работает бухгалтером
на заводе. Не замужем. Детей нет.
Во время транспортировки в стационар разговаривала с пациенткой.
Заболела она месяц назад. Поднялась температура, появился кашель. Вместо
того чтобы обратиться в больницу или в поликлинику за лечением, женщина
продолжала ходить на работу. Десять дней назад упала в обморок прямо на
рабочем месте. Сотрудники вызвали скорую. Женщина была
госпитализирована в терапию с диагнозом внебольничная пневмония.
Состояние пациентки ухудшалось. На следующий день ее перевели в
реанимацию. И вот теперь перевозят в инфекционное отделение.
Я поинтересовалась, как давно она узнала о том, что ВИЧ-инфицирована? И
оказалось, что только сегодня ей об этом сообщили утром, когда женщина
спросила о причине перевода в инфекционное отделение. Откуда инфекция,
женщина не знает. Скорее всего, из-за незащищенного секса, так как
наркотики никогда не употребляла, операций и переливаний крови у нее не
было. Пациентка сказала, что она в шоке и не знает, как жить дальше и
стоит ли. Что «враз стало пусто». Были какието планы, замыслы и жизнь
впереди. Но эта страшная новость все изменила. А у нее ни семьи, ни
детей, ничего…
Оставшийся путь я пыталась объяснить женщине, что жизнь на этом не
закончена, что люди с таким диагнозом живут полноценной жизнью много
лет, при условии соблюдения определенных правил. Что ВИЧ-инфицированные
даже семьи создают и живут так же, как и другие. А на работе можно свой
диагноз и не озвучивать, и друзьям его не сообщать. Я ее пыталась
успокоить и дать надежду. В общем — на несколько минут я стала
психологом. Не знаю, помогли ли мои слова. Но очень надеюсь, что хоть
чуть-чуть, но женщине стало легче.
Медицинские новости раз в год обещают, что ученые вот-вот вылечат всех от всего, но мимо вот этого исследования мы пройти не можем. Выглядит многообещающе очень.
Вакцина уже прошла финальную стадию испытаний — её вкалывали два раза в год 5300 женщинам в возрасте от 16 до 25 лет. Результат — никто из них не заразился, а препараты, созданные ранее, допускали 1% заражений. ЭТО ПОТРЯСАЮЩИЙ ПРОРЫВ! Есть большая надежда на то, что у нас будет проверенный, высокоэффективный профилактический инструмент для защиты людей от ВИЧ. Ведь за последний год в мире было зарегистрировано 1,3 миллиона новых случаев заражения.
В конце этого года ученые закончат испытания лекарства у мужчин. Если исследования пройдут успешно — два укола в год будет достаточно для полной профилактики ВИЧ 🙏🏻
Учёные объявили результаты третьей фазы клинических исследований экспериментального препарата, созданного в частной космической лаборатории Varda Space Industries. Препарат называется ленакапавир.. Он показал 100%-ную защиту от вируса иммунодефицита человека (ВИЧ), превзойдя по эффективности предыдущие аналоги, которые были эффективны лишь на 99%.
Ленакапавир необходимо вводить в организм дважды в год, что делает его удобной и перспективной профилактикой ВИЧ в мире. Препарат был разработан компанией Gilead Sciences, которая также создала таблетированные препараты Truvada и Descovy для профилактики ВИЧ.
В третьей фазе клинических исследований ленакапавир показал 100% защиту от ВИЧ, в то время как Truvada и Descovy — 99%. Среди 5300 женщин, принимавших участие в исследовании, никто не заразился ВИЧ при использовании ленакапавира, в то время как при приёме Truvada и Descovy было зарегистрировано 16 и 39 случаев заражения соответственно.
Ленакапавир действует как ингибитор капсида ВИЧ — вирусного генетического материала, который играет решающую роль в транспортировке вируса в клетку-хозяина. В отличие от него, Truvada и Descovy подавляют фермент, необходимый ВИЧ для размножения, а также содержат комбинацию противовирусных средств.
В рамках третьей фазы исследования ленакапавир тестировался среди женщин в возрасте от 16 до 25 лет. Препарат вводился подкожно дважды в год, и учёные не зафиксировали значимых побочных эффектов. Благодаря высокой эффективности исследования была прекращена слепая фаза, и всем участникам вводили только ленакапавир.
В конце этого года учёные представят результаты применения ленакапавира у мужчин. Если результаты будут успешными, препарат может стать удобной и безопасной мерой профилактики ВИЧ, который активно распространяется в развивающихся странах.
Ученые представили предварительные результаты финальной фазы исследований препарата Sunlenca, в которой изучались профилактические свойства лекарства для защиты от вируса иммунодефицита человека. Sunlenca уже одобрен для пациентов с ВИЧ, которые не реагируют на стандартные препараты антиретровирусной терапии, однако теперь показания к назначению препарата могут быть пересмотрены.
Препарат Sunlenca (ленакапавир) компании Gilead показал предотвращение инфицирование ВИЧ у женщин в 100% случаев, пишет Bloomberg. Инъекционный препарат, представляющий собой ингибитор функции капсида ВИЧ-1, вводили женщинам дважды в год и за период наблюдений ни одна не заразилась ВИЧ.
В исследовании приняли участие более двух тысяч женщин от 16 до 25 лет, проживающих в Южной Африке и Уганде. Окончательные результаты также должны представить эффективность препарата у мужчин.
В 2022 году Sunlenca был одобрен для пациентов с ВИЧ, которые демонстрируют резистентность к стандартной антиретровирусной терапии. В случае успеха новых клинических исследований Sunlenca может получить одобрение в качестве профилактического средства от ВИЧ. Если это произойдет, то препарат поступит в продажу уже в конце 2025 года.
Примечательно, что эффективность Sunlenca оценивали в сравнении с другими экспериментальными препаратами от ВИЧ компании Gilead, такими как Descovery и Truvada, но только ленакапавир показал 100% защиту.
В ту смену я работала фельдшером-помощником у врача, у старшего врача
скорой. Дают нам вызов: высокая температура и рвота у мужчины 38 лет.
Болеет неделю. Вызывает мама. По дороге обсуждали: «Маленький мальчик.
Сам себе скорую вызвать не может. 100% не работает, а мамочка его
содержит». Почему-то если мужчине после тридцати лет мама скорую
вызывает, то он чаще всего живет с мамой, не работает и ведёт
асоциальный образ жизни. (Даже не знаю, чем это объяснить.) И мы не
ошиблись. Не работает, сидит дома, поэтому за медицинской помощью не
обращался. Ведь больничный ему не нужен. Пил парацетамол. Пока я писала
бумажки, врач опрашивал и осматривал пациента. Болен мужчина 7 дней:
высокая температура, кашель. 5 дней назад появилась рвота. Стул
нормальный. Раньше ничем не болел. Врач осмотрел пациента, менингита или
пневмонии не увидел. Живот спокоен.
Я уже закончила с бумажками и подошла ближе. Пациент представлял
неприятное зрелище: кожа с красными пятнами, в чешуйках, расчёсах. На
темени и затылке залысины неправильной формы. Кожа в области проплешин
из-за чешуйчатой сыпи не видна. Глаза слезятся, в углах глаз – гнойные
выделения. Тут мама пациента говорит:
– А ещё он облысел за пять дней.
Следующий вопрос был от скорой:
– Анализы на ВИЧ делал?
– Нет.
– Наркотики ранее внутривенно употреблял?
– Было дело.
– Скорее всего, у Вас ВИЧ. Судя по тому, что весь кожный покров поражен грибком, это уже СПИД. Покажите язык.
В полости рта – молочница. Было рекомендовано маме на следующий день
отвести пациента к инфекционисту на приём. В коридоре, позади мамы,
стоял мужчина лет тридцати. Услышав слова ВИЧ и СПИД, он выругался:
– Вот урод! Скотина!
Мы потом решили, что это его брат, наверное. Но это не точно... И что
он всем уже своим поведением надоел. Высокие семейные отношения. Уже в
подъезде я высказала предположение, что и мозг у него грибами порос.
Врач со мной согласился.
P. S. Да. Мы обсуждаем пациентов между собой. Бывает, что и злословим. Вот такие мы плохие.
Разработанная учеными из США и России молекула может стать одним из самых громких прорывов последнего времени в мировой науке. Если говорить совсем просто, то в российской лаборатории создан "киллер" ВИЧ.
Кстати, у этого вируса интересная судьба. Открытый в 80-х годах прошлого века, он сразу поразил своим коварством. Отключая иммунитет и лишая организм оружия для борьбы с ним, вирус грозил выкосить многие миллионы жизней.
Количество инфицированных людей в России на сегодняшний день- около 800 000. Но это только официальная статистика, только те, кто стоит на учете, реальные цифры больше раза в 2. Дело в том, что болезнь вначале протекает без особых симптомов, и человек даже о ней не догадывается. А когда вирус в полной мере проявляет себя, оказывается, что уже поздно. Но если 20 лет назад это было смертельное заболевание, то сейчас ситуация немного изменилась. Созданы различные препараты (так называемая Антиретровирусная терапия- АРВТ) принимая которые, человек может прожить чуть дольше. Однако сам вирус так и остался непобежденным.
- Увы, никакие современные препараты не могут его убить, он остается с человеком навсегда, - говорит завлабораторией ФИЦ Биотехнологии РАН Вадим Макаров. - Почему? Дело в том, что вирус иммунодефицита оказался очень изощренным. Во-первых, он очень маленький, а поэтому у него сложно найти мишени, чтобы его убить. Но главное, он нашел для себя очень надежное пристанище - наши нейроны. Они надежно защищены от проникновения "чужаков", в том числе лекарств. А не пропускает их в нейроны так называемый гематоэнцефалический барьер. Являясь основным бастионом защиты, охраняя наши нейроны от разных внешних воздействий, барьер в данном случае затрудняет лечение болезни. И если ослабить терапию для проникновения через этот барьер- вирус сразу проявляется и болезнь быстро прогрессирует.
Кроме того, все лекарства от вируса сами по себе токсичны, имеют немало серьезных побочных эффектов. Как говорится, одно лечим - другое калечим.
ВИЧ-положительные люди, у которых благодаря соблюдению режима антиретровирусной терапии достигнут неопределяемый уровень вирусной нагрузки, не передают ВИЧ своим сексуальным партнерам и подвергаются низкому риску «вертикальной» передачи вируса своим детям. Имеющиеся данные также указывают на то, что при достижении носителем ВИЧ вирусной нагрузки на уровне 1000 копий/мл или ниже (так называемой «подавленной вирусной нагрузки») риск передачи ВИЧ пренебрежимо мал или почти равен нулю.
Ученые ФИЦ Биотехнологии РАН и Университета Северной Каролины (США) поставили задачу убить вирус в его логове - самих нейронах. "Киллер" должен удовлетворять минимум трем требованиям: проникать через барьер внутрь нейронов, убивать там врага и не вредить самим нейронам. Чтобы в одной молекуле совместить эти три критерия, ученым понадобилось более пяти лет.
В поисках "киллера" через конвейер пропустили и отсеяли десятки самых разных вариантов, пока, наконец, не был получен желаемый результат. Оптимум по всем трем критериям. Созданное соединение проникает через барьер в нейроны, не вредит им и убивает вирус. Что и подтвердили испытания на животных.
Итак, стадия фундаментальных исследований завершена, впереди превращение полученных знаний в реальное лекарство, которое может избавить человечество от страшной болезни.
Учёные долго пытались повторить последовательность действий, которые привели к первой долгосрочной ремиссии 12 лет назад. С так называемым “Лондонским пациентом” у них, кажется, получилось.
Уже во второй раз с начала глобальной эпидемии пациент излечен от ВИЧ-инфекции – вируса, который вызывает СПИД.
Новость появилась почти через 12 лет после того, как стало известно об излечении первого пациента – о подвиге, который учёные долго и безуспешно пытались повторить.
Исследователи опубликовали свой доклад в журнале “Nature” и представили некоторые детали на конференции по ретровирусам и оппортунистическим инфекциям в Сиэтле. В данной публикации учёные описывают этот случай как долгосрочную ремиссию. В интервью же большинство экспертов называли это излечением, но с оговоркой, что очень сложно определить, какое слово стоит использовать, так как пока известно только два таких случая.
Оба выдающихся результата достигнуты благодаря пересадке заражённым пациентам костного мозга. Но в обоих случаях трансплантация предназначалась для лечения рака, а не ВИЧ.
Трансплантация костного мозга вряд ли станет предпочтительным вариантом лечения в ближайшем будущем. Сейчас для контроля ВИЧ-инфекции используются сильнодействующие препараты, пересадка же остается рискованным вмешательством из-за серьёзных побочных эффектов, которые могут длиться годами.
Однако, как говорят учёные, замена собственных иммунных клеток организма на специально модифицированные к сопротивлению ВИЧ-инфекции может успешно применяться на практике.
«Это вселит в людей надежду, что исцеление – не сон. Оно достижимо!» – говорит доктор Аннамари Венсинг, вирусолог из университетского медицинского центра в Утрехте, Нидерланды.
Доктор Венсинг соруководитель “IciStem” – консорциума европейских учёных, изучающих пересадку стволовых клеток в качестве лекарства от ВИЧ-инфекции. Консорциум поддерживается “amfAR” – американской организацией по изучению СПИДа.
Новый пациент предпочел сохранить анонимность, и учёные называют его исключительно “Лондонским пациентом”.
«Я чувствую ответственность перед врачами в том, чтобы помочь им понять, как это произошло, чтобы они могли развивать науку» – написал он “New York Times” по электронной почте.
Новость, что он излечился от рака и от ВИЧ одновременно, была нереальной и ошеломляющей, как написал он в письме. «Я никогда не думал, что лечение будет найдено в течение мой жизни».
На той же конференции в 2007 году доктор из Германии описал первый случай излечения “Берлинского пациента”, позже идентифицированного как Тимоти Рэй Браун 52-х лет, сейчас проживающего в Палм Спрингс, Калифорния.
Эта новость, размещенная на плакате в задней части конференц-зала изначально не привлекла много внимания. Как только стало ясно, что мистер Браун вылечен, учёные начали попытки повторить этот результат с другими раковыми пациентами, зараженными ВИЧ.
Раз за разом вирус возвращался примерно через девять месяцев после того, как пациенты прекращали антиретровирусную терапию, или же пациент умирал от рака. Неудачи заставляли учёных гадать, останется ли излечение мистера Брауна счастливой случайностью.
У мистера Брауна была лейкемия, и после неудачной химиотерапии ему потребовалась пересадка костного мозга.
Трансплантация была от донора с мутацией белка CCR5, который находится на поверхности определенных иммунных клеток. ВИЧ использует этот белок, чтобы проникнуть внутрь клеток, но не может попасть в их мутированную версию.
Мистеру Брауну давали сильнейшие имуносупрессивные лекарства, которые больше не используются, он страдал от сильнейших побочных эффектов месяцами после трансплантации костного мозга. Его даже погрузили в искусственную кому, и он едва не умер.
«Он был совершенно разбит из-за всех манипуляций» – говорит доктор Стивен Дикс, лечащий врач Брауна, эксперт по СПИДу из Калифорнийского Университета, Сан-Франциско. «И потому мы всегда задавались вопросом, оправдывает ли лечение то огромное количество вреда, нанесённое его иммунной системе, ведь Тимоти излечился, а другие нет?»
“Лондонский пациент” отвечает на этот вопрос так: «Лечение не обязательно должно доводить пациента до полусмерти, чтобы быть эффективным».
У него была лимфома ходжкина, и он перенес трансплантацию костного мозга от донора с мутацией белка CCR5 в мае 2016 года. Ему также была назначена имуносупрессивная терапия, но лечение было менее интенсивным, согласно нынешним стандартам трансплантации.
Он перестал принимать лекарства от ВИЧ в сентябре 2017 года, что сделало его первым пациентом после Брауна, у которого не обнаружен вирус спустя более чем год после прекращения терапии.
«Я думаю, это несколько меняет правила игры» – говорит доктор Равиндра Гупта, вирусолог университетского колледжа Лондона, представивший результаты лечения на встрече в Сиэтле. «После случая “Берлинского пациента” многие начали верить, что, чтобы излечиться от ВИЧ, нужно практически умереть, но сейчас, возможно, уже нет».
Хотя “Лондонский пациент” после трансплантации не был болен так же сильно, как мистер Браун, вмешательство все равно сработало: трансплантация уничтожила рак без разрушительных побочных эффектов. Пересаженные иммунные клетки, устойчивые к ВИЧ, похоже, полностью заменили его собственные уязвимые клетки.
Большинство людей с мутацией устойчивости к ВИЧ, названной “Дельта 32”, североевропейского происхождения. В базе данных “IciStem” насчитывается около 22 тысяч таких доноров.
Пока учёные отслеживают 38 ВИЧ-инфицированных, перенесших пересадку костного мозга, включая шестерых с пересадкой от доноров без мутации. Лондонский пациент 36-й в этом списке. Другой, 19-й номер из списка, называемый также “Дюссельдорфским пациентом”, не принимает анти-ВИЧ терапию уже четыре месяца. Детали этого случая будут представлены на Сиэтльской конференции позже.
Консорциум учёных повторно проанализировал кровь “Лондонского пациента” на наличие вируса. Они увидели слабые признаки инфекции в одном из 24-х тестов, но говорят, что это может быть результатом загрязнения образца.
Самый высокочувствительный тест не обнаружил вирус. Антитела к ВИЧ всё ещё обнаруживаются в его крови, но их число со временем уменьшается по той же траектории, что и у Брауна. «Ничто из этого не гарантирует, что “Лондонский пациент” навсегда вне опасности, но схожесть со случаем Брауна позволяет надеяться на лучшее,» – говорит доктор Гупта. «В каком-то смысле, единственный, с кем можно проводить прямые аналогии – “Берлинский пациент”. Это единственный стандарт, который есть у нас на данный момент».
Большинство экспертов, которые знают подробности, согласны, что этот новый случай выглядит, как легитимное лечение, однако некоторые не уверены в его актуальности для терапии против СПИД в целом.
«Я не уверен, о чём это нам говорит. Сначала у нас вышло с Тимоти Рэй Брауном, теперь этот случай – хорошо, но что дальше? Куда нам теперь двигаться?», – сказал доктор Энтони Фаци, директор Национального института аллергии и инфекционных заболеваний. По словам доктора Дикса и других специалистов, одна из возможностей заключается в разработке генной терапии, для выключения CCR5 у иммунных клеток или их предшественников – стволовых клеток. В конце концов, резистивные к ВИЧ клетки очистят тело от вируса. (CCR5 – это протеин, который, по утверждениям учёного из Китая Хэ Цзянькуй, был изменён с помощью генной терапии у по крайней мере двух детей в попытке сделать их устойчивыми к ВИЧ. Этот эксперимент получил международное осуждение).
Несколько компаний стремятся разработать такие генные терапии, но еще не достигли успеха. Изменения должны быть нацелены на нужное количество клеток и в нужном месте – например, только в костном мозге, а не в головном мозге – и менять только гены, связанные с производством CCR5.
«Нужно достичь нескольких уровней точности,» – говорит доктор Майк МакКьюн, старший советник по вопросам глобального здравоохранения Фонда Билла и Мелинды Гейтс. «Существует проблема с тем, что вы можете сделать что-то неправильно, и тогда вам хорошо бы иметь возможность отменить это».
По словам доктора МакКьюна, сейчас над преодолением этих трудностей работает сразу несколько групп учёных.
В конце концов, у них может получиться вирусная система доставки, которая, после введения в организм, будет находить и удалять все рецепторы CCR5. А может быть, даже создадут стволовые клетки, устойчивые к ВИЧ, которые можно перенести любому пациенту.
«Это мечты, верно? Предметы на чертёжном столе», – говорит доктор Маккун. «Эти мечты мотивируются подобными случаями, они помогают нам представить, что может быть сделано в будущем».
Одним из важных предостережений для любого подхода является то, что пациент всё равно будет уязвим к форме ВИЧ X4, который использует другой белок, CXCR4, чтобы попасть в клетки.
«Это сработает только если у кого-то будет вирус, использующий лишь CCR5 для попадания в клетки – а это, вероятно, около 50 процентов от всех людей, живущих с ВИЧ, если не меньше», – говорит доктор Тимоти Дж. Генрих, специалист по СПИДу в Университете Калифорнии, Сан-Франциско.
Если у человека есть даже небольшое количество вируса X4, то его количество многократно увеличится в отсутствие конкуренции с его вирусными собратьями.
Существует как минимум один описанный случай пациента, которому пересадили “Дельта 32” от донора, но позже у него был найден вирус Х4. (В качестве предосторожности от вируса Х4 мистер Браун ежедневно принимает таблетки для предотвращения ВИЧ).
Мистер Браун надеется, что выздоровление “Лондонского пациента” окажется таким же долгосрочным, как и его. «Если в медицине что-то произошло один раз, то может произойти снова,» – говорит Браун. «Я уже очень давно ищу себе компанию».