Операция «Согласие»: зачем Сталин отправил войска в Иран в разгар войны с Гитлером?

«Скажи мне фамилию — и я скажу, кто ты» — звучит сомнительно. Зато между Петровым и Пушкиным, Кузнецовым и Гагариным различие заметить можно. И главное — понять, кого именно помянули наши предки.

У русских фамилий есть два гиганта: «-ов» (и «-ев») и «-ин». Первые носят примерно 60–70% населения, вторые — около 30%. Но дело не в процентах, а в звуках.

Твердый согласный против гласного: все решает последний звук

Представьте древний Новгород XIII века: людей без фамилий много. Рождается сын у человека по прозвищу «Бык» — чтобы показать принадлежность, дают краткое притяжательное прилагательное: «Чей ты?» — «Быков».

И вот правило: суффикс «-ов»/«-ев» пристает к основе, оканчивающейся на твёрдый согласный или на «-о». Иван → Иванов. Кузнец → Кузнецов. Бык → Быков. Это как клеймо рода, отпечатанное временем.

Если же основа оканчивается на гласный («а», «я») или на мягкий согласный, используется «-ин». Илья → Ильин. Фома → Фомин. Пушка (тот, кто громко стрелял или артиллерист) → Пушкин. Разница между этими массовыми фамилиями — буквально последний звук имени предка. Жесткая фонетика, ничего личного.

Материнская линия и донские преобразования

Но «-ин» хранит и другую историю. Иногда отец был неизвестен, и фамилию давали по матери — так возникало матчество: Мина → Минин, Марфа → Марфин. Внебрачные дети помещиков тоже нередко получали фамилию по матери.

На юге, в Области Войска Донского, «-ин» порой не признавали за «достаточно русское» и переделывали: Ильин становился Ильиновым, Кузьмин — Кузьминовым. В результате часть нынешних «-ов» родом от прежних «-ин» с добавленным суффиксом.

Разрушаем главный миф

В сети иногда пишут, что «-ов» — это наши, православные, а «-ин» — будто бы еврейское. Абсолютная ерунда.

Оба суффикса — исконно русские, оба — притяжательные прилагательные. Просто «-ов» оказался продуктивнее, потому что большинство основ заканчивалось на твёрдый согласный. «-ин» же шёл к тем, чья основа кончалась на «а» или «я».

Фамилии Пушкин, Гагарин, Минин — такие же русские, как Иванов. А среди евреев полно «-ов»: Поляков, Казаков. По окончанию национальность не определить — это не вопрос штампа в паспорте.

Живая летопись предков

Так что в следующий раз, увидев табличку или подпись, прислушайтесь. Фамилия на «-ов» чаще всего говорит: ваш древний предок — сын человека с «твёрдым» именем (пахарь, кузнец, Волк). На «-ин» — корень уходит в имя на гласный (Илья, Фома, Савва) или указывает на материнскую линию. Оба варианта — живые свидетельства того, как звучала и дышала Древняя Русь.

Читайте другие интересные статьи тут - https://dzen.ru/id/69cf696d5843de58aff105f0

22 июня 1941 года около четырёх часов утра посол Германии в СССР граф Фридрих-Вернер фон дер Шуленбург вручил Вячеславу Молотову ноту об объявлении войны. В тот же момент в Берлине, на Унтер-ден-Линден, в здании советского посольства разыгрывалась зеркальная сцена: статс‑секретарь германского МИДа Эрнст фон Вайцзеккер вызвал к себе временного поверенного в делах СССР Валентина Бережкова и зачитал ему ту же самую ноту. С этого момента сотни советских граждан — дипломаты, торговые представители, журналисты и члены их семей — оказались на территории государства, которое только что объявило им войну. Их судьба оказалась драматичной: до возвращения на родину им пришлось пройти через полтора месяца изоляции, унижений и неопределённости.

Утро 22 июня в Берлине

Подробное описание тех часов дал сам Валентин Бережков — переводчик и второй секретарь посольства, позднее, уже работая референтом у Сталина, переводивший на встречах «большой тройки». В мемуарах «С дипломатической миссией в Берлин, 1940–1941» и «Страницы дипломатической истории» он рассказывает, как в ночь на 22 июня его не один раз срочно вызывали в германский МИД — без объяснений. Когда Бережков наконец попал к Вайцзеккеру, тот зачитал ноту, где германское правительство объясняло, что воспринимает сосредоточение советских войск у границы как угрозу и принимает соответствующие контрмеры.

В это же время в посольстве находился посол Владимир Декано́зов (бывший заместитель Молотова, фигура противоречивая — выдвиженец Берии, впоследствии расстрелянный в 1953 году). Новость о войне поразила его: ещё накануне он отправлял в Москву донесения, в которых относился к слухам об нападении с заметным скепсисом — как, впрочем, и сам Сталин.

Уже через несколько часов после объявления посольство на Унтер-ден-Линден было оцеплено эсэсовцами. Телефонная связь отключена, выход на улицу запрещён, окна велено не открывать. Радиоприёмники конфисковали. Связь с Москвой исчезла — шифровальную аппаратуру сотрудники посольства уничтожили сами, как только узнали о начале войны.

Изоляция и допросы

Положение людей внутри посольства быстро превратилось в полузаключение. Кроме дипломатов в здании оказались сотрудники торгового представительства, представители ТАСС, корреспонденты «Известий» и «Правды», их семьи — всего, по разным оценкам, порядка 130–140 человек. Также в Берлин за несколько дней свозили советских граждан, работавших в других городах рейха.

Труднее всего пришлось тем, кто находился не в самом Берлине. Часть сотрудников торговых представительств в портовых городах — Гамбурге, Штеттине — была задержана прямо на местах работы. По воспоминаниям выживших, гестапо проводило обыски, изымало документы, некоторых допрашивали; известны случаи применения рукоприкладства — особенно в отношении моряков: советские суда, оказавшиеся в немецких портах при объявлении войны, были захвачены, а их экипажи интернированы.

Особенно тяжело сложилась судьба генерального консула в Кёнигсберге и сотрудников ряда консульств в оккупированных Германией странах Европы: их арестовали и содержали отдельно от берлинской группы в значительно более жёстких условиях. Об этом, в частности, свидетельствует исследование историка Сергея Случа, изучавшего советско‑германские отношения перед войной.

Переговоры об обмене

С первых дней после объявления войны встал вопрос об обмене дипломатами. По нормам международного права — а Германия и СССР формально оставались участниками дипломатических конвенций — дипломаты воюющих сторон подлежали возвращению на родину через нейтральную страну.

Переговоры о вывозе вели через нейтральные пункты, главным образом через Швецию и Болгарию — последняя в то время ещё формально не была в состоянии войны с СССР. Со стороны нейтралов роль посредника выполнял прежде всего шведский МИД: интересы СССР в Германии представляло шведское посольство, и аналогично интересы Германии в СССР были представлены шведской дипмиссией.

Читайте другие интересные статьи тут - https://dzen.ru/id/69cf696d5843de58aff105f0

Август 1945 года. Победившая нацистскую Германию Красная армия разворачивает силы на восток и за считанные недели громит Квантунскую армию — миллионную группировку, считавшуюся венцом японского милитаризма. Маньчжурия, Корея, Южный Сахалин, Курилы переходят под советский контроль. Казалось, осталось лишь дождаться высадки советских дивизий на острова Японской империи. Но этого не произошло: Япония капитулировала, а советские войска так и не ступили на Хонсю или Хоккайдо. Причины этого сложнее, чем может показаться, и связаны с военными, географическими и политическими обстоятельствами.

Запоздалая, но стремительная кампания

Сначала напомним, как вообще СССР оказался в войне с Японией. До августа 1945 года Москва и Токио были связаны пактом о нейтралитете, подписанным в апреле 1941 года, что позволило СССР избегать войны на два фронта в самые тяжёлые годы Великой Отечественной. На Ялте в феврале 1945 года Сталин пообещал союзникам вступить в войну с Японией через два–три месяца после падения Германии. Взамен Москва рассчитывала вернуть утраченные после русско‑японской войны 1904–1905 годов территории — Южный Сахалин и Курилы — и восстановить влияние в Маньчжурии.

8 августа 1945 года СССР объявил войну Японии, и в ночь на 9 августа началась масштабная Маньчжурская стратегическая операция. Три фронта под общим командованием маршала Василевского обрушились на Квантунскую армию с разных направлений. Наступление развивалось с поразительной скоростью: танковые соединения преодолевали огромные расстояния, обходя японские укрепления, и уже через несколько дней Квантунская армия фактически перестала существовать как организованная сила. Одновременно шли операции на Южном Сахалине и в Курилах: к концу августа — началу сентября советские войска заняли все Курильские острова. 2 сентября 1945 года на борту американского линкора Миссури был подписан акт капитуляции Японии — Вторая мировая война завершилась.

Граница советских возможностей

Первое, что важно учесть: между захватом прилегающих материковых и близко расположенных островов и масштабным вторжением на главные японские острова лежала пропасть, буквальная и фигуральная. Маньчжурия, Корея, Сахалин и Курилы были доступны Красной армии либо по суше, либо через короткие морские переходы. Высадка же на Хонсю или Хоккайдо требовала полной морской десантной операции через открытое море — и тут возникали серьёзные трудности.

К 1945 году Тихоокеанский флот СССР не имел ресурсов для крупного десанта против метрополии: не хватало специализированных десантных кораблей, транспортов и практики организации масштабных высадок под огнём. Вспомним, с какими трудностями и потерями проводилась курильская десантная операция на Шумшу, где японский гарнизон оказал ожесточённое сопротивление — а это был лишь небольшой северный остров. Штурм густонаселённых и хорошо укреплённых японских островов с их решительно настроенными войсками представлял бы собой задачу совершенно иного масштаба.

Опыт союзников это подтверждал: даже обладая гигантским океанским флотом и огромным десантным потенциалом, американцы при штурме Окинавы понесли тяжелейшие потери. Планируемое вторжение США в Японию (операция «Даунфолл») по самым осторожным оценкам могло привести к сотням тысяч жертв. СССР таких возможностей для самостоятельной высадки не имел.

Бомба, изменившая расклад

Другой ключевой фактор — атомные удары. 6 и 9 августа 1945 года американцы сбросили бомбы на Хиросиму и Нагасаки. В сочетании с наступлением СССР это подорвало волю японского руководства к дальнейшему сопротивлению. 15 августа император Хирохито в радиовыступлении объявил о согласии принять условия капитуляции. С этого момента необходимость полномасштабного вторжения на острова отпала: страна, сложившая оружие, не требовала штурма.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/ar8zYnjX-itOs4ub

Для тех, кто каждый день спускается в метро, это просто способ передвижения по городу. Для иностранца — вход в другую реальность. Когда американец или европеец впервые попадает в московскую подземку, его культурный шок можно сравнить с ощущением от разорвавшейся бомбы. «У нас метро — это просто утилитарные дыры в земле с рельсами. Серые, грязные, с граффити. А тут каждая станция как произведение искусства», — признаётся жительница Нью-Йорка.

Иностранцы не понимают, как могли создать такое великолепие — и сделать его доступным для всех. Житель Лондона Филип Хатчинсон, спустившись в московское метро, сразу отметил точность движения поездов. «Поезда приходят вовремя, все чисто, в отличие от грязных британских поездов», — подвёл он итог.

«Geniale… Incredibile…»: роскошь за 83 рубля

Одна из самых трогательных и известных историй случилась с итальянским архитектором Алессандро Бьянки, который проектирует интерьеры для состоятельных клиентов. Оказавшись на «Комсомольской» — той самой, называемой «воротами столицы», с мраморными колоннами, бронзовыми светильниками и мозаиками, — он замер. А узнав, что проезд стоит всего 83 рубля, не сдержал слёз. «Geniale… Incredibile…», — повторял он, гуляя по подземным залам.

В Европе такая роскошь обычно встречается в частных виллах. В Москве же красота принадлежит всем. Это не просто транспорт — это живой музей, доступный за копейки. Итальянец, делающий дома для миллионеров, вдруг понял, что настоящий «дворец для народа» находится под землёй.

Спуск в бездну и призрачные поезда

Западных гостей пугает сама глубина московских станций. «Парк Победы» залегает на 84 метра — словно 30-этажный дом. Эскалатор длиной 126 метров тянется бесконечной лентой, и у многих тех, кто спускается впервые, начинает кружиться голова.

К этому добавляются легенды. Рассказ о якобы засекреченной системе «Метро-2» — сети правительственных бункеров и тоннелей — будоражит воображение не меньше, чем архитектура. Заброшенные или ведущие в никуда переходы на «Арбатской» или «Киевской» подпитывают интерес к подземным тайнам.

Контраст с «диким Западом»

Самое удивительное для многих гостей — не столько красота, сколько привычная безопасность. Французский путешественник кратко ответил на вопрос о впечатлениях: «В парижском метро я прячу телефон в карман. В нью-йоркском вообще стараюсь не доставать. А в Москве все спокойно сидят с айфонами».

Западные метрополитены часто ассоциируются с преступностью, грязью и крысами. Московское метро — стерильно, чисто и безопасно. По данным служб, ежедневно туда спускаются более 7,5 миллиона человек, и порядок поддерживается как в музее.

Глядя на мозаики, люстры и спокойно лежащие в карманах телефоны, иностранец вдруг понимает главное о Москве: её подземка — не просто транспорт. Это символ страны, которая умеет строить для людей, даже если строит под землёй. Подземный город, где вместо крыс и граффити — история на стенах и тишина в вагонах. Именно за этим контрастом сюда и едут.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/ar3h63jX-itOs2Js

В далёкой Западной Австралии, в посёлке Холлс-Крик, стоит необычный памятник. Не генералу и не исследователю, не политическому деятелю — простой мужчина тянет перед собой огромную тачку, в которой лежит другой человек, явно больной или обессиленный. На постаменте — надпись: «Русский Джек».

Для австралийцев это имя знакомо всем, а в России — почти никому. А ведь Иван Фредерикс, он же «Русский Джек», — одна из самых ярких фигур в австралийской истории. Чем же выходец из Архангельска так поразил суровых золотоискателей, что ему воздвигли памятник ещё при жизни?

Родом из моряков

Иван Фредерикс (по другим данным — Иван Фёдоров) родился в Архангельске в середине XIX века — одни источники называют 1864 год, другие — 1851-й. Но важнее не точная дата, а телосложение: почти двухметровый рост, грудь как колесо, руки толщиной с бедро обычного человека.

Сначала он служил на русском речном флоте, затем нанялся на британское судно. В 1886 году (а возможно и раньше) его корабль пришёл в Австралию, Иван сошёл на берег — и остался.

Сперва он возил грузы на собственной шхуне, которую называл «Старушка». А в 1886-м на севере, в Кимберли, обнаружили золото, и толпы искателей ринулись в пустоши. Иван отправился за ними.

Тачка, которую мог тянуть лишь он

Те золотые лихорадки собирали суровых людей: жара, песок, мухи, жажда, и многие гибли по пути к приискам. Иван сделал себе необычную тачку — трёхметровую, с широкими колёсами, чтобы не вязла в песке. Он нагружал её почти центнером провизии, инструментов и воды — и никто, кроме него, эту махину не мог сдвинуть с места.

Но не рост и не чудо-тачка покорили людей. Поразил поступок.

Подвиг, ставший легендой

Однажды Иван шёл в Холлс-Крик, чтобы оформить новый золотой участок, и по пути встретил больного старателя, который не мог идти. Что бы сделал любой другой в такой ситуации? Прошёл бы мимо — золото не ждёт.

Иван посадил человека в свою тачку и повёз к врачу: по бездорожью, под палящим солнцем, кормя и ухаживая за ним в дороге. Точное расстояние до сих пор оспаривают: на надгробии написано 300 километров, премьер Западной Австралии Чарльз Корт называл 160 км, исследователь Питер Бридж, автор книги о «Русском Джеке», считает, что это было около 50 км. Так или иначе — путь был огромен, и Иван прошёл его пешком, таща тачку с больным. Свой участок он, разумеется, потерял.

Другие спасения

Таких случаев было несколько. В одном эпизоде товарищ, с которым Иван заблаговременно застолбил участок, поохотился и сломал ногу. Иван снова не колеблясь погрузил напарника в тачку и протащил его 190 километров до ближайшего населённого пункта — снова утратив лицензию, но спасая жизнь.

Легенды о силе и характере

Ходили легенды: будто он гнул лом восьмиугольный толщиной четыре сантиметра; будто, работая на ферме и привязанный за пьянку к бревну, поднимал его, тащил в паб, а потом возвращал на место. Но золото так и не улыбнулось ему, как и многим другим старателям.

Конец жизни

17 апреля 1904 года Иван Фредерикс умер от пневмонии в госпитале Фримантла. Ему было около сорока, и он умер бедняком. В некрологе местной газеты, слова которого высечены на его могиле, сказано:

«Если на небесах есть ангелы, записывающие добрые дела, совершённые на земле, то у тебя будет достаточно записей, чтобы стереть многие недостатки, свойственные простой плоти».

Человек-символ

В 1979 году в Холлс-Крике установили памятник «Русскому Джеку». Он стоит там и поныне — напоминание о том, кто выбирал чужую жизнь вместо собственной выгоды.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/aoaC6UgF0B8igdfa

Отец — самый близкий человек, и кажется неважно, как его называют. Но за каждым обращением — целая эпоха. Сегодня ребёнок скажет «папа», а сто–двести лет назад было иначе: главным словом для главы семьи было «тятя». Звучит по‑деревенски, ласково, с каким‑то былинным основанием. Откуда оно появилось и куда делось?

Детская речь, ставшая нормой

Самая простая версия лежит на поверхности: лингвисты считают «тятю» продуктом детской речи. Ребёнку трудно произнести «отец» или «батюшка», проще повторять лёгкие слоги «тя‑тя», «та‑та». С течением времени такая абракадабра закрепилась и вошла в обиход. По тому же принципу появились «мама», «дядя» и даже «папа».

Путь в глубь веков: индоевропейские корни

Более глубокая теория уводит нас в древность. Макс Фасмер связывал «тятю» с общеиндоевропейским корнем ta, что объясняет наличие схожих слов в разных языках — от древнеиндийского «tatas» до литовского «tėvas». Когда говорили «тятя», по сути произносили слово, понятное тысячелетия назад по всей Европе и Азии.

Родство с «тётей» и диалектные неожиданности

Этимологи заметили у «тяти» — его родственницу «тётю». По одной версии оба слова восходят к единому древнему корню «родитель», а затем значения разошлись. В словаре Владимира Даля зафиксированы ещё более курьёзные местные варианты: в некоторых рязанских говорах «тятей» называли и сестру, и просто ребёнка. Вот такие чудеса диалектной географии.

От крестьянской избы до Пушкина

«Тятя» — во многом крестьянское обращение, распространённое в провинциях от Архангельска до Сибири. Его встретишь и в классике: знаменитая строка из Пушкина в «Медном всаднике» — «Тятя, тятя, наши сети / Притащили мертвеца…». В XX веке это обращение особенно долго сохраняли старообрядцы, бережно хранящие традиции речи.

Исчезновение «тяти»: триумф «папы»

Изменили всё модные тенденции. В XVIII–XIX веках дворянство заговорило по‑французски, и вместе с манерами пришло слово papa. Сначала оно было признаком хорошего тона, потом перешло к купцам и мещанам, а к началу XX века «папа» уже доминировало и в народе. «Тятя» осталось символом ушедшей, патриархальной России — родного, но утраченого мирка.

Больше чем обращение

«Тятя» — не просто слово, а языковой портрет времени, когда во главе семьи стоял не просто родитель, а глава рода с непререкаемым авторитетом и кормилец. Сегодня оно звучит архаично, но в этом коротком слоге слышится теплота и какая‑то былинная мощь ушедшей России.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/ateJncYN6FQznLiu

Непоколебимый монах, ринувшийся в безрассудный бой на татарского великанa, жертвуя жизнью ради надежды русской рати — такой образ знаком нам с детства. Но кто же на самом деле был Александр Пересвет: безвестный служитель церкви или опытный придворный воин? Разбираемся в легенде.

Был ли Пересвет в реальности?

Для начала самое главное: Пересвет — историческая личность. Более того, он — единственный из участников той битвы, чьё существование не вызывает серьезных сомнений у ученых. Его имя зафиксировано в древних синодиках (поминальных списках) вместе с княжескими и боярскими именами. Он считаётся родоначальником реального дворянского рода Пересветовых, и эта родословная известна историкам.

Таким образом, первый большой миф рушится: Пересвет — не вымысел летописцев, а реальный человек. Правда, он остался пленником своего времени: в биографии много пробелов, которые народное воображение заполнило эффектными, но зачастую невероятными деталями.

Не инок в схиме, а боевой боярин

Другой мощный пласт легенд связан с тем, что Пересвет — монах. В «Сказании о Мамаевом побоище» он предстаёт именно как инок, якобы получивший благословение Сергия Радонежского.

Современные историки относятся к этой версии с долей скепсиса, и на то есть причины: самый ранний и наиболее достоверный источник о битве — «Задонщина», созданная вскоре после событий, не называет Пересвета иноком. В ней он изображён как блистательный воин: «Пересвет поскакивает на борзе кони, а злаченым доспехомъ посвечиваше».

Итак, образ инока-воина, который перед смертью снимает доспехи и идёт в бой в одной схиме, — более позднее наслоение. Историки полагают, что Пересвет был профессиональным воином, брянским боярином, а его «постриг» в монахи — литературный приём, приписанный спустя десятилетия для усиления драматизма и святости подвига. В отдельных версиях предполагают и то, что монашество он принял уже после смертельного ранения.

Жертва-самоубийца в поединке, которого не было

Ещё более сильное разочарование ждёт тех, кто верит в знаменитый поединок с Челубеем. Эта сцена отсутствует в ранних источниках, и, возможно, такой дуэли в том виде, в каком мы её знаем, вовсе не было.

Подробного описания схватки двух богатырей нет в древних летописях. Имени «Челубей» не встретишь в хрониках; сам сюжет появляется лишь в позднем и сильно легендаризированном источнике — «Сказании о Мамаевом побоище», написанном более чем полвека спустя после битвы.

Историки называют эту повесть «беллетризированной». Такого рода дуэльные сцены были чужды как русской, так и татарской военной практике — это элемент художественного вымысла. В реальности Пересвет, скорее всего, сражался в строю, как все остальные, и героически пал, будучи одним из многих.

Символ

Пересвет — не только историческая фигура. Он — символ. Миф о нём (инок, святой воин, одиночный поединок) оказался важнее сухих летописных записей. Он стал необходим русскому обществу для осмысления и возвеличивания победы.

Даже сегодня, несмотря на то что учёные уверенно утверждают: Пересвет был брянским боярином, а не сергиевским иноком, мы по инерции помним его как «попа в доспехах». Потому что так история превращается в легенду. А легенда живёт веками.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/arPxFT11HjvjKmvL

В 70–80-х годах XIX века в Европе и США не было более популярного русского художника, чем Василий Верещагин. Его выставки становились сенсацией: о них писали газеты, у дверей залов собирались толпы. И при этом многие его картины запрещали. В Германии — для солдат. В Австрии — для всех католиков. В Англии — чаще всего просто делали вид, что не замечают; если замечали — возмущались.

В чём причина? Человек, который сам воевал, имел Георгиевский крест и погиб на броненосце в русско‑японскую войну, вызывал такую ярость потому, что писал правду. А эта правда была многим неприятна.

«Апофеоз войны»: что напугало фельдмаршала Мольтке

Верещагин — не обычный баталист. Раньше войну изображали романтично: развевающиеся знамёна, стройные колонны, полководец на белом коне. Верещагин разбил эту традицию: у него — грязь, кровь, страдания раненых и трупы, над которыми кружат вороны.

Его знаменитая «Апофеоз войны» (1871) — пирамида человеческих черепов в пустыне с надписью: «Посвящается всем великим завоевателям — прошедшим, настоящим и будущим». Никакой романтики.

В 1880‑е годы он привёз эти работы в Берлин. Фельдмаршал Гельмут фон Мольтке, впечатлённый мастерством, регулярно ходил на выставки, но отдал приказ: запретить немецким солдатам посещать экспозицию. Почему? Потому что картины «разлагают» солдат: вместо патриотизма они вызывают ужас перед войной и нежелание воевать. Офицерам, как правило, смотреть разрешали — видимо, считали их более устойчивыми.

«Святое семейство»: как художник рассердил католиков

Реакция церкви в Вене была ещё острее. В 1885 году Верещагин привёз «Палестинскую серию» — евангельские сюжеты, написанные после поездки по Святой земле. Две картины особенно взбудоражили публику: «Святое семейство» и «Воскресение Христово».

«Святое семейство» показано как сцена обычной крестьянской жизни: Мария кормит ребёнка грудью, сидя на земле; плотник Иосиф — спиной к зрителю; вокруг — ещё шесть детей, а один из них — отрок Иисус с книгой. Для католиков это звучало как кощунство: многодетная Дева Мария противоречила учению о её вечной девстве, а Христос, представленный просто как ребёнок среди братьев, казался слишком человечным — что связывали с влиянием Эрнеста Ренана и его образа Иисуса как обычного, хоть и мудрого человека.

«Воскресение Христово» тоже шокировала: Иисус в погребальной одежде пытается выбраться из узкого прохода гробницы, а стражники в ужасе разбегаются.

Венский архиепископ кардинал Гангльбауэр пришёл в ярость: потребовал убрать картины или закрыть выставку, а когда его не послушали — опубликовал открытое письмо, в котором заявил, что эти полотна «поражают христианство в его основных учениях и недостойным образом стараются подорвать веру в искупление человечества Воплотившимся Сыном Божьим». Он призвал верующих не посещать выставку и даже организовал крестный ход, чтобы «очистить Вену от скверны».

Верещагин ответил кардиналу ироничным заявлением в прессе — предложил созвать Вселенский собор для разрешения спора. Ирония в том, что чем громче протестовала церковь, тем больше людей шло на выставку: скандал работал как лучшая реклама.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/aoQtRQxpEg9wSRR4

Ещё три десятка лет назад идея об Арктике без льда казалась сценарием научной фантастики. Сейчас это вопрос сроков. По данным Росгидромета, с начала спутниковых наблюдений в 1979 году площадь арктического морского льда в летнем минимуме сократилась более чем на 40 процентов, а толщина многолетних льдов уменьшилась примерно вдвое. В сентябре 2012 года зафиксирован абсолютный минимум — 3,41 миллиона квадратных километров; несмотря на последующее небольшое «отыгрывание», общая тенденция остаётся очевидной.

Международная группа учёных в статье 2023 года в Nature Communications пришла к выводу, что первое полностью безлёдное арктическое лето может выпасть уже на период 2030–2050-х годов — и это может случиться независимо от сценария выбросов. Разница лишь в том, будет ли это единичное явление или станет регулярностью. Для России, чей арктический берег тянется на десятки тысяч километров, последствия будут колоссальными, и многие из них не так просты и предсказуемы.

Северный морской путь: золотая жила или ловушка

При упоминании тающей Арктики первым делом говорят о Северном морском пути. Логика понятна: меньше льда — проще навигация. Маршрут из Мурманска в Йокогаму через СМП примерно на 40 процентов короче, чем через Суэцкий канал, что даёт экономию топлива, времени и денег.

Россия активно наращивает арктическую инфраструктуру: в 2024 году грузопоток по СМП превысил 37 миллионов тонн, поставлена цель довести его до 80 миллионов тонн к 2030 году. Строятся новые ледоколы, в том числе атомные проекта 22220 «Арктика», расширяются порты Сабетта и Диксон.

Но исчезновение льда не означает простого перехода к безопасной судоходности. Парадокс в том, что в переходный период навигация может стать даже опаснее: разрушение ледовых полей порождёт массу дрейфующих льдин и айсбергов. Непредсказуемые ледовые условия потребуют не менее, а возможно и более мощного ледокольного флота. К тому же оттаивание вечной мерзлоты уже разрушает прибрежную инфраструктуру — причалы, навигационные знаки, склады. По данным Арктического и антарктического НИИ, в отдельных секторах побережья моря Лаптевых и Восточно-Сибирского моря скорость размыва достигает нескольких метров в год.

Иными словами, Северный морской путь одновременно открывает стратегические возможности и ставит серьёзные инженерные задачи масштабов, которыми трудно не пренебречь.

Вечная мерзлота: фундамент, который подтаивает

Около 65 процентов территории России находится в зоне вечной мерзлоты. На ней расположены Норильск, Якутск, Воркута, Салехард и многие другие населённые пункты; по ней проходят трубопроводы, железные дороги и линии электропередач. Промышленная инфраструктура Севера буквально вморожена в грунт.

Потепление Арктики и сокращение ледового покрова усиливают деградацию мерзлоты вдоль побережья и вглубь материка. Открытая вода сильнее нагревается солнечными лучами, чем лёд, который их отражает, что создаёт положительную обратную связь: чем меньше льда, тем теплее океан, тем быстрее оттаивает грунт на суше.

По оценкам Института мерзлотоведения СО РАН, к середине XXI века зона устойчивой мерзлоты может сократиться на 25–30 процентов. Уже сейчас в Норильске фиксируются массовые деформации зданий. Авария на топливохранилище «Норникеля» в 2020 году — когда в реки попало более 21 тысячи тонн дизтоплива — специалисты связывают с просадкой свай в оттаивающем грунте.

Стоимость ущерба от деградации мерзлоты для российской инфраструктуры оценивается в триллионы рублей в ближайшие десятилетия. Это не отдалённая угроза — это происходит здесь и сейчас, каждый день.

Читайте другие интересные статьи тут - https://dzen.ru/id/69cf696d5843de58aff105f0

Обращение по имени-отчеству — одна из тех особенностей русской культуры, которая и удивляет иностранцев, и раздражает людей, не привыкших к такой длине. Но за этой формой вежливости стояла многовековая традиция, где каждая деталь имела смысл. В старой Руси отчество было не просто частью имени, а социальным маркером, чётко обозначавшим положение человека в иерархии. И что интересно: многие вовсе не имели права на отчество. Существовали целые категории людей, которых по отчеству не называли — иногда это было общепринятой нормой и даже табу.

Что означало отчество в старой Руси

Прежде чем рассматривать, кого не называли по отчеству, важно понять само значение отчества. До XVI–XVII веков полная форма отчества с окончаниями «-вич» или «-вна» принадлежала преимущественно высшим сословиям. Простые люди, конечно, знали своих отцов, и в документах их указывали, но иначе: «Ивашка Петров сын» или «Марья Иванова дочь». Никаких «Ивановичей» или «Ивановен» для мужика или посадского человека не существовало.

Историк Василий Ключевский подробно освещал этот вопрос: употребление отчества с «-вич» в Московском государстве регулировалось особыми царскими указами. Иван Грозный, например, жаловал «именованием с -вичем» как высшую милость — это считалось почётом, сопоставимым с пожалованием вотчины. В источниках есть свидетельства, что такую привилегию даровали отдельным боярам, дьякам, иногда купцам первой гильдии.

Итак, отчество в полной форме было привилегией, что автоматически исключало из её числа большую часть населения.

Холопы и крестьяне: имя без отчества

Самая очевидная категория — холопы и крепостные крестьяне. Их обычно называли уничижительными или уменьшительными формами имени: не Иван, а Ивашка; не Григорий, а Гришка; не Анна, а Аннушка или Анка. Отчества к таким именам как правило не прилагались.

Это была не просто бытовая привычка, а закреплённая юридически норма. В челобитных, обращаясь к царю, даже люди знатного происхождения могли писать о себе в уничижительной форме — «Ивашка», «Петрушка», подчёркивая своё холопское положение перед государем. Но если боярин мог так поступать лишь в обращении к царю, то крестьянин использовал такие имена перед всеми, кто стоял выше его по соцлестнице. А выше него стояло почти всё общество.

Когда в XVIII веке Пётр I ввёл «Табель о рангах», система обращений усложнилась, но крестьяне и дворовые люди по-прежнему оставались вне обычая отчества: их звали по имени — чаще уменьшительно — и в лучшем случае указывали фамильный род или «сын»/«дочь». «Васька Кузнецов сын» могло быть принято, тогда как «Василий Кузьмич» — нет.

Эта традиция сохранялась долго. Даже после отмены крепостного права в 1861 году в быту крестьян по отчеству называли лишь в официальных документах или внутри самой деревни между равными. Барин, чиновник или купец, обращаясь к мужику, обычно ограничивался именем; «Иван Степанович» в адрес простого крестьянина звучало бы либо как насмешка, либо как чрезмерная формальность в особых случаях.

Слуги, мастеровые и городские низы

Аналогичная картина наблюдалась у дворовых слуг, мастеровых и мелких ремесленников. В дворянских и купеческих кругах их называли только по имени — почти всегда в уменьшительной форме: кухарка Дуняша, лакей Прошка, конюх Ермошка — такие обращения часто встречаются в литературе XVIII–XIX веков. Это подчёркивало дистанцию между классами.

Между самими слугами обращение по отчеству тоже не было повсеместным. Старшие — повара, дворецкие, экономки — могли получить полную форму имени и иногда отчество от младших, особенно при долгой службе и уважении, но это оставалось внутренней иерархией, не выходившей за пределы службы.

В мещанской среде ситуация была мягче: городские обыватели, торговцы и ремесленники могли обращаться друг к другу по отчеству, но обычно это касалось старших или торжественных случаев. В быту же предпочтение отдавалось имени без отчества или сопровождавшему прозвищу.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/aqZ0Qj11HjvjKLm1

Ранняя весна 1918 года. Дон охватили пожары. В конце февраля красные отряды при поддержке беднейших казаков заняли Ростов и Новочеркасск. Атаман Каледин покончил с собой, не желая сдавать власть победителям. Казалось, «новая жизнь» навсегда пришла на берега Тихого Дона: на территории Области Войска Донского была провозглашена Донская Советская Республика, формально существовавшая с 23 марта по 30 сентября 1918 года (хотя реальный контроль большевики утратили уже в мае).

Но как раз в момент триумфа советской власти произошёл жестокий раскол. Казаки, которые еще недавно плечом к плечу сражались в Первой мировой, вдруг стали противниками друг друга.

Глубокая трещина

Причины раскола были глубже, чем простое «белые» против «красных». Фронтовые казачьи солдаты и приехавшие из других мест крестьяне стремились к одному — им обещали землю и конфискацию помещичьих угодий. Для зажиточных казаков, особенно в низовьях Дона, где станицы близ Ростова и Новочеркасска обладали большими наделами, земельный передел означал разрушение привычной жизни и нищету.

Казаки северных округов — Хоперского, Усть‑Медведицкого — в массе перешли на сторону красных или разделились пополам: они издавна были беднее. Низовцы же, напротив, взялись за оружие, чтобы оборонить свои хутора и земли.

Зверства «красного атамана»

Раскол усугубляла жестокая политика местных большевиков. В мае 1918 года мобилизационный отряд под руководством Фёдора Подтелкова и Михаила Кривошлыкова — лидеров красных казаков — устроил на Верхнем Дону настоящий террор.

Подтелков был яркой, противоречивой фигурой: георгиевский кавалер, артиллерист, сторонник радикальных мер, который считал, что старое нужно выжечь дотла. Его репутацию окончательно уничтожило убийство полковника Василия Чернецова — белого офицера, терроризировавшего красных своими рейдами. Попав в плен, Чернецов был зарублен шашкой, по свидетельствам, лично Подтелковым. Зрелище расправы над безоружным пленником в присутствии его земляков потрясло казачье сообщество. Законы ведения войны рушились на глазах.

С тех пор красные казаки в глазах белых стали не просто врагами, а предателями и убийцами.

Палачи и мученики

Кульминация наступила 11 мая 1918 года. Подтелков и его отряд — всего 82 человека — деморализованные и окружённые своими земляками, сдалиcь в плен. День казни пришёлся на Светлую субботу, канун Пасхи — многие из соседних хуторов приехали в надежде на примирение, полагая, что в святой день кровавых расправ не будет.

Они ошиблись. Суд стариков — «дедов», вершивших правосудие по старинным обычаям, — приговорил 79 человек к расстрелу; Подтелкова и Кривошлыкова приговорили к повешению.

По свидетельствам очевидцев, Подтелков держался мужественно, крикнул, что революция победит и старый мир не вернётся. Его подвешенное тело в святой для христиан день стало символом того, что прежний Дон исчез. «Кровавая Пасха» 1918 года оборвала последнюю нить, связывавшую родных по крови.

Ответный удар

Расправа над отрядом Подтелкова вызвала ответную волну жестокости. К концу мая 1918 года, при поддержке немцев по условиям Брестского мира и на волне возмущения казаков земельной политикой большевиков, белые под командованием генерала Краснова нанесли сокрушительный удар. Власть перешла к Всевеликому Войску Донскому.

Донская Советская Республика пала, но мира на Дону не наступило. Месть настигала оставшихся «подтелковцев» и их семьи. Убийства следовали за убийствами. Гражданская война, начавшаяся с расстрела на хуторе Пономарёв, продолжалась до 1920 года, пока Дон не опустел.

Читая сегодня «Тихий Дон» Шолохова, легко увидеть документальную точность сцен казни Подтелкова. Это был момент, когда война перестала быть «битвой за идею» и превратилась в резню. Кровь, пролитая в Светлую седмицу, показала всему миру: казачий Дон уже не будет прежним.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/alenjAxpEg9wRFjw

В русской памяти много сражений, но одно из них настолько врезалось в память противника, что навсегда вошло в язык. Для каждого француза «Березина» — не просто место на карте, а синоним полной катастрофы. Почему же бой, в котором Наполеон всё же сумел переправиться и выжить, стал для его нации главным позором?

Языковой след катастрофы

C’est la Bérézina. Так во Франции говорят о крахе, провале, полном провале. Выражение прочно вошло в обиход — его можно услышать в песне или в разговоре о провале стартапа. Источник этого — река в Беларуси, где в 1812 году разыгралась последняя трагедия «Великой армии». К ноябрю от некогда полумиллионного войска Наполеона осталось не более 60 тысяч боеспособных солдат, которые тащились на запад по выжженной и стылой земле. Им предстояло перейти Березину, а кольцо русских войск сжималось.

Ловушка, что чуть не захлопнулась

Русское командование выстроило хитрый план. Кутузов, Витгенштейн и Чичагов должны были сойтись у реки и окружить французов. Западный берег уже занимал 25‑тысячный корпус адмирала Чичагова, захвативший единственный мост в Борисове. Казалось, путь на Запад и на свободу закрыт. Но Наполеон сыграл на обмане: он демонстративно начал сооружать ложные переправы южнее Борисова, заставив Чичагова поверить, что переход будет там. Адмирал, опытный моряк, но новичок в сухопутных манёврах, отвёл главные силы на юг, в то время как у деревни Студёнка тайно строились настоящие мосты. В ночь на 26 ноября понтонёры генерала Эбле, стоя по пояс в ледяной воде среди льдин, за две ночи соорудили две переправы. Многие из них впоследствии умерли от холода, но мосты были готовы.

48 часов ада

28 ноября наступил день, когда кошмар стал явью. Чичагов, осознав ошибку, ударил по западному берегу; с востока на переправу пошли войска Витгенштейна; арьергард французов, понимая, что всё кончено, сражался до конца. Основная масса бегущих, лишившаяся человеческого вида, рвалась к узким мостам. Возникла давка: люди гибли не только от пуль, но и от удушья, мосты рухнули, сбросив тысячи в ледяную воду. Свидетельства очевидцев описывают апокалипсис. «Те, кто бросился к мосту как к последнему средству спасения… людской поток, с такой яростью устремившийся к роковому берегу, тотчас же обрушил в воду перегруженный мост», — писал Бальзак. Одни в панике шли на дно, другие жгли обозы, третьи отдавали последнее ради шанса перейти. За эти дни французы потеряли убитыми, утонувшими и замёрзшими до 40 тысяч человек. По свидетельствам, река несла столько тел, что её течение расширилось на сотни шагов.

Почему это стало позором

Для русских это была военная победа. Но главная причина, из‑за которой французы чтят «Березину» как позор, не в цифрах потерь. Наполеон уцелел. Переправив Старую гвардию, он понял: Великой армии больше нет. Вместо войска, покорившего пол‑Европы, остался лишь измученный сброд, который удалось вывести из русского котла. Это был психологический перелом: французы осознали, что их кумир, принесший им славу, привёл их к гибели в бескрайних русских снегах. Империя рухнула в одно мгновение, а символом этого краха стала небольшая река Березина. Для русских — операция, для французов — потеря империи. Не случайно и по сей день «Березина» во Франции вызывает дрожь.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/aqF7ij11HjvjKBiw

Она прожила с ним почти три десятка лет. Родила двоих детей. Спала в одной постели. Стирала рубашки с бурыми пятнами и слушала рассказы о «кознях коллег». Когда милиция наконец задержала «ростовского потрошителя», Фаина Одначева просто не верила. Даже когда показали видео. Особенно — когда показали видео.

Идеальный муж в советской квартире

Они встретились в 1963 году: подруга Таня, сестра Андрея, пригласила на огонек тихого учителя истории. Фаина не была красавицей — выросла в многодетной семье, где двенадцать детей делили по кусочку хлеба. Такой жених — без пороков, без скандалов, копит на «Москвич» — казался ей настоящим подарком судьбы.

Через полтора месяца сыграли свадьбу. Соседи завидовали: муж послушный, жена его слушает, а в доме главной стала сама Фаина. Андрей охотно отдавал зарплату, не пил, не гулял. В тесной хрущевке он выглядел мягким и покладистым. Родня называла его «тютя» — мухи не обидит.

Первый ребёнок умер младенцем. Фаина плакала. Андрей — тоже. Позже у них родились дочь и сын. Сын Юрий до сих пор считает отца лучшим папой на свете: «Ничего такого за ним не замечал. Или почти ничего».

Кровавые командировки и «бессилие»

Странности проявились с самого начала. С первой брачной ночи Чикатило нуждался в помощи жены. Фаина вздохнула: «Ну, застенчивый». Потом их интимная жизнь совсем угасла, и она решила — муж импотент. Списала это на здоровье и успокоилась.

Потом начались увольнения. Андрей терял работу за работой. Из школы-интерната выгнали завуча — приставал к ученицам. Из ПТУ уволили — домогался до подростка. Андрей объяснял всё одним словом: «Наговоры». Она верила: коллеги завидуют, он — белая ворона.

Самое страшное началось в 1982 году. Чикатило ездил в командировки снабженцем. Возвращался уставшим, в одежде, запятнанной землёй и, как позже выяснилось, кровью. Фаина стирала без вопросов. «Работа такая», — говорил Андрей.

Следователи потом удивлялись: как можно было не заметить? Она не замечала, потому что очень не хотела замечать.

Слепота по собственному выбору

Первый звоночек прозвенел, когда дочь Людмила, узнав, что отец приставал к её маленькому сыну, навсегда исключила Чикатило из жизни. Дочь сменила фамилию и уехала в другой город. Фаина же осталась. Она встала на сторону мужа: «Он хороший, просто несчастный», — повторяла женщина.

Племянница Фаины, Марина, позже рассказала, что Чикатило пытался склонить и её к близости. Фаина снова молчала.

К 1990 году, когда маньяка наконец взяли, формально они уже были в разводе — для получения второй квартиры. Но в душе он всё ещё оставался тем тихим неудачником, который приносит домой зарплату.

Видео, которое разрушило всё

Следователь Амурхан Яндиев долго уговаривал Фаину приехать на опознание. Она отказывалась — не верила. Пока не включили видеокассету.

На плёнке Андрей Чикатило спокойно показывал лесополосу, рассказывал, где копал. А потом из-под лопаты показалась маленькая кроссовка убитой девочки.

Жена монстра смотрела на экран не моргая и, как вспоминает Яндиев, холодно произнесла: «Я всё поняла».

Затем устроили встречу в тюрьме. Чикатило вошёл в комнату и не выдержал взгляда. Опустил глаза, прятался, а потом бросился к жене, как загнанный щенок, пытаясь прижаться к плечу. Мямлил что-то про «не послушался, Фенечка», про то, что нужно было водить его к врачу.

Фаина стояла каменная. Её губы дрогнули, и она задала лишь один вопрос:

— Как же так, Андрей?

Это были её последние слова к нему.

Путь в Харьков

Она вернула девичью фамилию Одначева. Сын и дочь тоже поменяли документы. Но это не помогло: в Новочеркасске соседи мазали их дверь смолой, на почтовом ящике писали проклятия. От самосуда спасало лишь чудо.

Фаина уволилась из детсада, где была заведующей. Переехала в Харьков, торговала на рынке и тихо растила внуков.

Умерла в 2005 году. И так и не нашла для себя ответа на один вопрос: как можно прожить три десятка лет с монстром и разглядеть его клыки только тогда, когда тебе показали их на видео?

Больше интересных статей читайте тут - https://dzen.ru/id/69cf696d5843de58aff105f0

Мы привыкли считать неандертальцев чем‑то далёким, ископаемым, лохматым и не очень умным. Учёные с этим давно поспорили: их мозг был крупнее нашего, орудия они делали мастерски. И самое главное — они не исчезли совсем. Точнее, исчезли частично.

Если в вашей родословной есть европейцы или азиаты, то почти наверняка в вас есть следы Homo neanderthalensis. До примерно двух процентов нашего генома — их вклад. И эти доли проявляются в вполне конкретных признаках. Никакого мистицизма — только генетика и анатомия.

Крупный нос и особое лицо

Первое, что бросалось в глаза у неандертальцев, — лицо: выдающаяся нижняя челюсть, скошенный лоб и массивные надбровные дуги, часто сливающиеся в единый валик. У прямых «копий» сегодня нет, но генетики выяснили, что вариант гена ATF3, унаследованный от неандертальцев, делает нос выше и шире. Это адаптация: широкий нос лучше согревает холодный воздух, поэтому потомки, покинувшие Африку, сохранили эту «неандертальскую деталь».

Посмотрите в зеркало: если у вас крупноват нос и лицо кажется массивным — возможно, это след древней крови.

Рыжина и веснушки

С рыжими волосами и светлой кожей тоже интересная история. Долго считали, что блонд и рыжие — черты кроманьонцев, приспособившихся к северу. Но палеогенетики обнаружили у неандертальцев вариант гена MC1R, связанный с рыжим цветом волос и веснушками. Современные рыжие — не точная копия неандертальцев (мутация у них была своя), но «рыжий вектор» уходит глубоко в древность. Если летом вас засыпает веснушками, а кожа моментально краснеет на солнце — возможно, благодарность (или проклятие) за древнюю встречу двух видов 50 тысяч лет назад.

Волосы и ногти «броней»

Ещё один маркер — кератин, белок волос, ногтей и верхнего слоя кожи. У неандертальцев кератин вырабатывался активнее. Признаки такого наследия:

• Очень жёсткие волосы, плохо укладывающиеся и торчащие в разные стороны.

• Крепкие ногти, которые не слоятся даже при нагрузке.

• Плотная, толстая кожа, которая почти не показывает синяков (капилляры залегают глубоко).

Если вам говорят «кожаный мешок», не обижайтесь — возможно, у вас неандертальская выносливость.

Тромбы и быстрое заживление

Это один из самых проблемных «подарков». Наличие неандертальских вариантов связано с повышенной свертываемостью крови. В каменном веке это было преимущество: порез — и ранка быстро заживает, без сильного кровотечения или воспаления. Сегодня тот же механизм повышает риск тромбозов, варикоза и даже инфарктов у молодых людей. Организм склонен «закупоривать» сосуды там, где это не нужно — эволюция просто не успела подстроиться под современный малоподвижный образ жизни.

«Сова» с бочком

И пара забавных вещей про режим дня. Неандертальцы вели ночной образ жизни: днём — в пещерах, с наступлением темноты — на охоту; у них была хорошая приспособленность к сумеркам и ночному зрению. Современные «совы» — те, кто не может заснуть до двух и встаёт с трудом — могут нести часть этого наследия. Плюс склонность к набору веса: предки могли длительное время голодать, поэтому их метаболизм был настроен на быструю откладку жира при первой же возможности. Лишний вес у таких людей часто не столько из‑за обжорства, сколько из‑за старой «приказной» программы организма.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/aoPgbAxpEg9wSQfZ

Когда речь заходит о событиях 1918–1920 годов, обычно вспоминают чехов, англичан, французов, японцев. Американцы в этом ряду выглядят как-то отдельно — вроде присутствовали, но будто и не воевали. На самом деле были, сражались и теряли людей на русской земле. Вопрос только — сколько и при каких обстоятельствах.

Сегодня эту страницу общей истории предпочитают не афишировать ни в Москве, ни в Вашингтоне. Но ветераны тех событий — американские «полярные медведи» — своих не забыли.

Два пути в русский ад

Американцы пришли в Россию с двух сторон, и обе истории отличались друг от друга.

На Русский Север отправился 339-й пехотный полк — около пяти с половиной тысяч человек из Мичигана и Висконсина. Их окрестили «Экспедицией полярный медведь». Высадка в Архангельске состоялась 4 сентября 1918 года. Официально — для охраны складов союзников; на практике — для боёв с Красной Армией на Онежском и Двинском направлениях.

На Дальний Восток ушло почти восемь тысяч солдат — 27-й и 31-й пехотные полки, инженеры, связисты. Они высадились во Владивостоке 16 августа 1918 года. Задача — охранять Транссиб и поддерживать чехословацкий корпус. И те, и другие рассчитывали на быстрое завершение миссии. Ошиблись.

Северный фронт: как «медведи» попали в капкан

Северная экспедиция оказалась самым кровопролитным для американцев. Красная Армия не собиралась мириться с чужаками.

В конце января 1919 года под Шенкурском части 6-й армии РККА создали американцам настоящий ад. Пятьсот солдат США оказались в кольце. Вырваться удалось только чудом и с помощью белогвардейцев, хорошо знавших местность. При отступлении красные забрали двенадцать орудий, тонны продовольствия и амуниции.

Это был не единственный тяжёлый бой. В марте 1919 года у деревни Кицкие Выставки встретились четыре роты 339-го полка — около тысячи человек; американские потери составили шесть убитых. Для местного театра это было серьёзно.

Однако главным врагом оказались болезни. На кораблях, шедших в Россию, вспыхнула «испанка» — грипп косил солдат быстрее, чем вражеские штыки.

Итог северной экспедиции: по одним данным, 110 убитых в боях, более 70 умерших от болезней и обморожений и около 30 пропавших без вести; по другим — 167 убитых и 29 пропавших. Различия объяснимы — в глухой российской глубинке трудно было вести точный учёт: тела терялись, захоронения смывало паводками, крестьяне иногда перекладывали останки. Американцев вывели из Архангельска к августу 1919 года — продержались меньше года.

Дальний Восток: другая война

В Сибири всё шло иначе. Командовал американским корпусом генерал Уильям Грейвс. Его инструкции были противоречивы — сдерживать русских, но не воевать; помогать белым, но не влезать в политику; охранять железную дорогу, но не вмешиваться в местные распри.

Грейвс старался следовать этим правилам: сидел во Владивостоке, избегал боевых столкновений, не выдавал оружия Колчаку — за что белые его ненавидели. Атамана Семёнова он называл «бандитом и убийцей». Для партизан разницы это, впрочем, не делало.

Летом 1919 года у села Романовка отряд большевиков под командой Якова Тряпицына напал на американцев и убил более двадцати солдат. Американцы отвечали, но многие потери случались не в боях — от холода и сырости, дорожных аварий, стычек с мародёрами.

За 19 месяцев в Сибири американский корпус потерял 189 человек — почти двести парней, которые думали, что едут «налаживать порядок».

А что потом?

После вывода войск начались долгие переговоры о возвращении тел. Советская власть не спешила помогать бывшим противникам.

В 1919 году вывезли останки 112 погибших. В 1929 году — ещё 86, эта экспедиция была организована самими ветеранами — бывшими «полярными медведями» — при содействии Американского легиона. В 1934-м, уже после официального признания США СССР, вернули последние 14 захоронений.

Сегодня под Детройтом стоит памятник — белый медведь на постаменте. На церемониях собираются потомки тех, кто в 1918 году уехал воевать в Россию и не вернулся.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/apfzyAxpEg9wSxVN

Кровь великих завоевателей — вечная тема для споров. Чьим сыном считать Чингисхана и Тамерлана — монголов, тюрков или кого-то ещё — вопрос, на который историки разных стран дают удивительно разные и порой прямо противоположные ответы. Истина, как это часто бывает, теряется в глубине веков, где само понятие «национальность» имело совсем иной смысл.

Таинственный род Борджигинов

Начнём с самого известного правителя в истории Азии — Чингисхана. Пожалуй, ни один вопрос о нём не вызывает столько страстей, как его этническое происхождение.

Самая распространённая и, пожалуй, самая аргументированная версия гласит, что Чингисхан происходил из монгольского рода Борджигинов. Эта точка зрения подкрепляется летописями того времени, в частности, «Сокровенным сказанием монголов», которое считается основным источником о жизни Тэмуджина. Само название рода, как указывают некоторые исследователи, переводится как «Синеглазый». Любопытно, что и персидский летописец Рашид ад-Дин, и другие современники прямо связывают Борджигинов с «голубыми» или «синими» глазами, что само по себе необычно для типичного монголоидного типа внешности.

Обычай против современных штампов

Однако, пытаясь навесить на Чингисхана ярлык «монгол» или «тюрок», мы совершаем главную методологическую ошибку. В XII веке в степи не было ни «наций», ни «национальностей» в нашем современном понимании. Всё решала принадлежность не к народу, а к конкретному роду и племени.

Показательно, что главными врагами Тэмуджина были татары — именно они отравили его отца. И сегодня монголы очень трепетно относятся к этому историческому разделению, категорически не соглашаясь с тем, что в российской традиции монгольское нашествие часто называют «татаро-монгольским». В 2018 году в Монголии даже была запущена целая программа по дезавуированию этого названия. Кстати, сам титул «Чингисхан» был дарован Тэмуджину на курултае – собрании монгольских племён.

Синеглазый миф или правда? Внешность правителя

Особый ажиотаж вокруг национальности Чингисхана вызывает его внешность. Здесь снова нет единства. Китайские портреты, созданные спустя сотни лет после его смерти, изображают классического монгола: широкое лицо, раскосые глаза с нависшим веком.

Но существуют и альтернативные, прямо противоположные описания. Тот же Рашид ад-Дин пишет о рыжеватых волосах и светлых глазах представителей рода Борджигинов. Лев Николаевич Гумилёв в своих работах также утверждал, что монголы XIII века были народом высокорослым, бородатым и светловолосым. Некоторые учёные даже выдвигают теорию о том, что предки завоевателя могли иметь европейское происхождение, смешавшись при миграциях с местным населением. Споры на эту тему ведутся до сих пор.

Рыжий хромец Тамерлан

История с определением национальности у второго великого завоевателя, Тамерлана (Тимура), не менее запутанная.

Известно, что Тамерлан (а это название — искажённое персидское прозвище Тимур-э-Лянг, «Тимур Хромой») родился в 1336 году в семье барласского бека на территории современного Узбекистана. Сами барласы — очень интересный народ. Рашид ад-Дин, например, писал, что изначально они были монгольским племенем под названием барулос. Однако к XIV веку это племя настолько смешалось с тюркским населением завоёванных Чингисханом земель, что говорить об их «чистоте» было уже сложно.

Обидное «узбек»

Хотя Тимур и не был прямым потомком Чингисхана (для легитимизации своей власти он всегда женился на представительницах его рода и всячески подчёркивал с ним родство), «железный хромец» очень болезненно относился к своему происхождению. Известна история, когда персидский шах Мансур Музаффари в письме назвал Тамерлана «узбеком». Разгневанный полководец воспринял это как страшное оскорбление, и ответом на него стал разрушительный поход на персидский город Шираз.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/aiOiWFiCMlqlhz85

В русской истории немало примеров, когда наши соотечественники оказывались на троне других стран. Это могло бы звучать как сюжет приключенческого романа, но на деле — документированная реальность. Причём речь не о самозванцах или проходимцах, а о представителях аристократических родов, военных и дипломатов — людях, которых иностранные государства сознательно выбирали себе в правители. Иногда это было продиктовано расчётом, иногда — вынуждено, но всегда имело далеко идущие последствия.

Греческие короли из дома Романовых: кровные связи с престолом

Строго говоря, греческую корону держала не русская династия, а датская ветвь Глюксбургов. Тем не менее русская кровь в этой семье была настолько значительна, что её нельзя игнорировать.

Великая княгиня Ольга Константиновна, внучка Николая I, в 1867 году вышла замуж за греческого короля Георга I. Став королевой Эллады, она дала начало целой ветви греческих монархов. Её сын Константин I руководил страной в бурные годы Балканских войн и Первой мировой; внук Георг II правил дважды — до и после Второй мировой; правнук Павел I нес корону в 1947–1964 годах.

Ольга Константиновна жила в Греции более полувека, пережила мужа и стала свидетелем взлётов и падений местной монархии. Она открывала больницы, покровительствовала флоту, во время Балканских войн лично организовывала работу госпиталей. Греческий народ именовал её «василиса» — царица — и относился с искренним уважением. Через неё российская императорская фамилия стала одним из корней греческого королевского дома. Последний греческий монарх, Константин II, свергнутый в 1974 году, был её праправнуком.

Болгария: русские генералы у истоков государства

Современная Болгария во многом возникла после Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, и первые годы её существования прошли под сильным влиянием России.

После освобождения от османского ига Болгария получила статус автономного княжества, но собственных государственных кадров у неё практически не было после пяти веков турецкого владычества. Первым главой временной русской администрации стал князь Александр Дондуков‑Корсаков — опытный военачальник, участник Кавказских походов и Крымской кампании. С апреля 1878 по май 1879 года он фактически исполнял роль правителя Болгарии.

Хотя формально Дондуков‑Корсаков был Императорским российским комиссаром, его полномочия по сути были абсолютными. Он руководил созданием Тырновской конституции — первой болгарской конституции, по которой страна жила до 1934 года; формировал армию, полицию, суды и почтовую службу. По сути русский генерал построил государственный аппарат страны с нуля.

Первым избранным правителем Болгарии стал немецкий принц Александр Баттенберг — выбор, к которому Петербург приложил немало усилий. Баттенберг был племянником императрицы Марии Александровны; однако его отношения с Россией вскоре испортились, и в 1886 году он был свергнут при активном участии русских офицеров, служивших в болгарской армии.

Курляндия: Бирон и русская власть на Балтийском берегу

Эрнст Иоганн Бирон в русской историографии часто фигурирует в негативном свете: «бироновщина» стала символом засилья иностранцев при дворе. В то же время он играл заметную роль как герцог Курляндский — правитель балтийского государства на землях современной Латвии.

В 1737 году, благодаря покровительству императрицы Анны Иоанновны, Бирона избрало курляндское дворянство на герцогский престол. Формально Курляндия была вассалом Речи Посполитой, но фактически превратилась в русскую сферу влияния. Бирон управлял герцогством из Петербурга и, надо сказать, делал это результативно: при нём развивались мануфактуры и торговля, Митава (нынешняя Елгава) перестраивалась по столичным образцам.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/anxETQxpEg9wSEub

Когда говорят о пиратах, воображение обычно рисует Карибское море, чёрный флаг с черепом и Джека Воробья. Между тем у нас существовала своя, самобытная пиратская традиция — гораздо более ранняя, чем подвиги Моргана или Дрейка. Новгородские ушкуйники грабили волжские города ещё тогда, когда Колумб не родился и Золотая Орда казалась несокрушимой. О них почти не снимают фильмов и редко пишут романы, хотя биография этой вольницы — готовый материал для эпопеи.

Откуда взялось необычное имя

Версий происхождения слова «ушкуйник» несколько, и ни одна не признана окончательно. Наиболее распространённая связывает его с названием лодки — ушкуя. Это было плоскодонное судно длиной около 12–14 метров, вмещавшее до тридцати человек с припасами и оружием. Ушкуя ходила и на вёслах, и под парусом, легко преодолевала речные мели и пороги, а при необходимости её волоком перетаскивали из одного бассейна в другой. Идеальный инструмент для дальних набегов по русским рекам.

Некоторые учёные, в том числе советский историк Владимир Янин, связывали название с рекой Оскуй — притоком Волхова, где, по преданию, новгородцы строили эти суда. Другие выводили слово от поморского «ошкуй» — белого медведя, что созвучно свирепой репутации речных разбойников. Как бы то ни было, к XIV веку ушкуйники уже были заметной и грозной силой от Северной Двины до Нижней Волги.

Кто становился ушкуйником

Было бы ошибкой считать их просто бандитами. Ушкуйники — сложное явление, выросшее из устройства новгородской республики. Вольный город, живший торгами и освоением северных земель, нуждался в людях, готовых уходить надолго, сражаться с чужаками и привозить добычу или дань. Молодые мужчины из малоимущих семей, лишившиеся земли крестьяне, ушедшие из посадов ремесленники, авантюристы — все они находили в речных походах и заработок, и шанс подняться по социальной лестнице.

Экспедиции, как правило, финансировали богатые новгородские бояре. Они вкладывали средства в постройку ушкуй, оружие и припасы — и получали свою долю с добычи. Формально вече могло осудить набег, особенно если он портил отношения с соседями. Фактически же республика мирилась с ушкуйниками, потому что те решали задачи, которые сама власть не могла или не хотела решать: давили на торговых конкурентов, осваивали окраины, держали Орду в напряжении.

Поход на Кострому

Самый громкий эпизод в истории ушкуйников — поход 1375 года. Около двух тысяч человек на семидесяти ушкуях двинулись от Новгорода вниз по Волге. Возглавляли отряд воеводы Прокоп и Смолянин — их имена сохранила летопись. Под Костромой их встретило великокняжеское войско, по летописным данным около пяти тысяч человек. Несмотря на двукратное превосходство, костромичи потерпели разгром.

Город ушкуйники разграбили тщательно: брали всё, что можно было увезти, остальное жгли. Затем двинулись дальше — на Нижний Новгород, Булгар, Сарай. Столица Золотой Орды! В разгар её могущества новгородцы ворвались в Сарай и взяли город на щит. Это была дерзость неописуемая. Регулярных русских войск в Орду тогда не водили — это сделала ватагa новгородской вольницы.

Поход закончился трагически. На обратном пути, в устье Волги, ушкуйников хитростью перехитрил астраханский князь Салчей: пригласил на пир и перебил почти всех. Но память о походе осталась — в русских летописях и в восточных хрониках, где новгородцев поминали с явной ненавистью.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/apUDZj11HjvjJt52

Привычный набор «крепких слов» сегодня кажется неизменным. Однако за столетия русская бранная лексика сильно трансформировалась. Многие обидные прозвища канули в Лету — для нас они звучали бы дико, зато били куда точнее. Заглянем в старые словари и посмотрим, как предки обрушивали оскорбления без единого матерного слова.

Почему язык забывает старую брань

За изменениями в ругани стоят несколько причин. Во-первых, меняется быт: исчезают предметы и явления, вместе с ними умирают и связанные с ними метафоры. Во-вторых, «вежливость» делает своё дело — слова, некогда грубые или прямые, со временем становятся табу и избегаются. В-третьих, происходят семантические сдвиги: значения слов изменяются, иногда радикально (вспомните «убогий», изначально означавшее «находящийся у Бога»). На это влияют и новые культурные коды. Так, зооморфная брань вроде «скотина», когда-то весомый аргумент в ругани, ныне почти не используется.

Невероятные прозвища наших предков

Читая старинные лексиконы, поражаешься силе этих выражений.

Обидные эпитеты для глупости и слабости

В древнерусской речи к дуракам относились беспощадно. Глупца могли назвать «баламошкой» (полоумный) или «божедурьем» (врожденный глупец). Вздорных и брюзжащих порой величали «куёлдой» или «елдыгой» (задира, скандалист), а сплетниц — «вяжихвостками».

Красота и мерзость

Бывали и неожиданные эпитеты. Так, человека, который особенно колоритно ругается, называли «басалаем» — от «баса» (красота, изящество). Для обозначения физически неприятного человека применяли жёсткие слова: «брыдлый» (отвратительный, гадкий) или «безпелюха» (запущенная неряха).

Сердцееды и ловеласы

Похотливого мужчину могли окрестить «балахвостом» (волокита) или суровее — «блудоумом», намекая, что похоть лишила его ума. Людей, вечно суетливых и вмешивающихся в чужие дела, называли «ерохвостом» (задира) или «бзырей» (непоседа).

«Забытое богатство»

Русский язык необычайно богат, но мы используем лишь малую часть его ругательного наследия. Поразительная меткость и изящность старых слов — «белебеня», «захухря», «карахтер» — представляют собой настоящий клад для лингвиста. Понимание причин исчезновения старой бранной лексики помогает яснее увидеть динамику современного языка и характер эпохи, в которой мы живём.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/aqgTDj11HjvjKPZD

В декабре 1798 года к длинному перечню громких титулов российского императора Павла I добавился новый — для современников почти фантастический: Великий магистр Мальтийского ордена. Православный монарх, самодержец огромной империи, вдруг возглавил католическое воинско-религиозное братство, основанное крестоносцами ещё в XI веке. Реакция была разной. Сам же Павел объявил Мальту «губернией Российской империи» и, кажется, был готов на всё, чтобы удержать крошечный, но стратегически важный остров в Средиземном море. Читайте, как рыцари-изгои, изгнанные Наполеоном, нашли приют в Санкт-Петербурге, и почему этот дерзкий проект провалился.

В конце XVIII века орден госпитальеров переживал нелёгкие времена. После утраты Святой земли и Родоса рыцари обосновались на Мальте, но их главная беда была не турецкая угроза, а деньги. Основные доходы шли с обширных владений в католической Европе — прежде всего во Франции, которые Великая французская революция отняла: церковное и орденское имущество было национализировано, а самих рыцарей изгнали.

Оставалась надежда на польские владения: после разделов Речи Посполитой часть бывших орденских землевладений перешла к России. Рыцари обратились к Екатерине II за компенсацией. Императрица была прагматична: помогать согласилась, но потребовала взамен права на создание российской военно-морской базы на Мальте. Орден, дороживший нейтралитетом, отказал, и дело застопорилось.

Ситуация изменилась с приходом к власти Павла I. В отличие от матери, он не собирался торговаться. Новый император искал союзников и расширения влияния в Европе, где после революции старые монархические устои шатались. Рыцари, лишённые поддержки Франции и других католических дворов, оказались в критическом положении и приняли любую помощь. Павел объявил себя их протектором и в 1797 году создал в России Российско‑католическое приорство. Это шаг менял баланс: православный царь становился покровителем католического воинства, демонстрируя, что Россия готова защищать традиционные ценности, даже переходя через конфессиональные барьеры.

База на Мальте давала России ключ к центральному Средиземноморью. Конец 1790‑х годов был бурным: Наполеон готовил поход в Египет, Англия и Франция сражались за господство на море, Турция колебалась. Русский флот, базирующийся на Мальте, мог бы оказаться решающим фактором. К тому же Павел рассматривал орден как средство мягкой силы: через их благотворительные и образовательные проекты (больницы, школы) он хотел модернизировать российское общество и приблизить его к западным традициям служения.

Летом 1798 года Бонапарт, отправляясь в знаменитый Египетский поход, приказал захватить Мальту. Остров пал почти без боя, и рыцари остались без последнего пристанища. Они обратились к своему протектору. Павел действовал решительно: ордену предложили перебраться в Россию.

Изгнанникам дали не просто приют, а шикарные условия. Их официальной резиденцией стал Воронцовский дворец на Садовой в Санкт‑Петербурге — шедевр Растрелли. Рядом возвели католическую капеллу. В Гатчине для летней штаб‑квартиры ордена архитектор Львов соорудил Приоратский замок — неоготическое здание, не похожее ни на что в России, чтобы рыцари чувствовали связь с прежней родиной. Император не жалел средств: выплатил компенсации за утраченные владения (300 тысяч злотых по завышенному курсу), пожаловал земли, церкви и крепости.

В ответ действующий великий магистр, утративший к тому времени реальную власть, подал в отставку. И 16 декабря 1798 года Павел I был избран новым главой Мальтийского ордена. Россияне, привыкшие к православию, недоумевали: их царь стал католическим монахом и дал обет безбрачия, оставаясь при жене и детях. Но Павел был непреклонен. Мальта официально объявлялась губернией Российской империи, и на картах появился новый русский остров.

Ссылка на источник - https://dzen.ru/a/atbubaX-G0wPoGTH