Охота. «Хищные вещи века», А. и Б. Стругацкие.
Всем привет! На связи SilverArrow.
Немного оффтопа.
Ух, успел-таки до середины марта, как и обещал) В прошлый раз, я напомню, мы начали понедельник в понедельник, а не в субботу, что не помешало вам оставить кучу комментариев к посту, за что огромное спасибо)
А сегодня у нас разговор посложнее. Приятного прочтения!
Жаль, что неба больше не видно.
Остались только неон вывесок да ксенон фар — инертно, всё инертно и тяжело.
Мы зайдём с вами в какой-нибудь местный кабак — главное не покажите, что вы пришли сюда что-то узнать новое, будьте беззаботны и наивны, как настоящие туристы, мы ничего не ищем — тут не любят искателей, не любят умников, поверьте.
Любят тех, кто зароет в землю монеты в ожидании денежного дерева. Ну или бросит их в ладонь официанта-бармена-портье, безликого-стоящего-за-стойкой-готового-обслужить.
А ведь за это место мы сражались… В этом месте был уголок старого мира — с его бедами, бедностью, голодом, даром что на берегу какого-то тёплого моря в какой-то стране, название которой я позабыл — да и не так уж важно оно, это название!
Теперь тут изобильно и радостно.
Тут пройдохи-местные и оглушённые достатком туристы. Тут красивые девушки и вдовы, плачущие по статным мужьям. Тут тайные собрания местных элит, как в старые времена, но ночами, когда можно полюбоваться на украденную из музея картину — великую картину, настоящее искусство, потому что суррогатное приелось — а хочется настоящего!
А оно и осталось позади. Дальше, чем новый мир.
И, что страшнее — дальше, чем старый.
Правда, тут об этом никто не задумается.
Тут вообще это не принято — думать. Книги стоят на полках плотно, словно приклеенные, ради антуража. Чуть что — в твою сторону бросят сквозь зубы «интель» - и пройдут мимо, и не будут обслуживать, разве что в горло не вцепятся. Увидят, что читаешь — засмеют. В этом, конечно, нет обречённости других антиутопий — там жгли читающих - и сами книги, травили их крысами, разлучали любимых…
Но тут всем всё равно. И это страшнее.
Тут всё-таки что-то читают: газеты — там всякие развлекательные новости, мельтешение фиговых листочков на причинных местах. Печатают справочники — там всё расписано, все факты, все цифры про город, только вот ни слова — про то, чем он живёт.
Днём его жители пьют потихоньку, ностальгируют, ведут какие-то разрозненные беседы на тему своих проблем: не пытаются помочь другому, а делятся тем, что у них на душе — а вечером уже поддают по-настоящему, а потом, словно мотыльки, летят на свет перемигивающихся фонарей. «Дрожка!», «Дрожка!» - разносится по толпе, и начинается странное действо, которое кому-то напомнит рейв ночного клуба, а кому-то — языческую оргию. Или идут к рыбарям — и спускаются в заброшенные туннели метро, где творится нечто страшное…
И вам, дураку-туристу, будет тут хорошо.
Даже местный доктор философии радостно будет рассказывать вам про свои теории не с кафедры, а в уютном ресторане, между переменами блюд. И вы узнаете, как нужно жить, пока будете разбалтывать сметану в картофельном супе — ровно так, как вам советует гуру неооптимизма напротив, потому что жизнь он знает лучше, чем вы.
Бойтесь тех, кто думает, что он понял жизнь — потому что жизнь держится к ним одной гранью, если уж не одним ребром.
И они будут на вас охотиться.
Хищные вещи века — не сторонние наблюдатели, а хитрые звери на их поводках, которые только и рвутся с них в поиске вас — не готовых к этой охоте, расслабленных…
Но это тоже не так. Такую свору вы заметите сразу — и обойдёте.
Настоящие хищные вещи века таятся в засаде. Вы на них случайно наткнётесь — настолько хороша их маскировка, и вы до последнего, даже когда в вас вцепятся, будете считать, что находитесь в безопасности.
Вы найдёте себя сидящими на кровати и говорящими сами с собой. Вы будете пытаться понять, как так вышло, что делать дальше, почему именно вы…
А хищная вещь уже пустила по вашим венам свой яд — и он медленно травит вас. И нет от него антидота — только не попадаться больше ей на зубок.
Но яд этот — ещё и величайшее наслаждение со смешной, на первый взгляд, ценой. И вот вы уже живёте в двух мирах, в одном — вы можете всё, а в другом — только хранить секрет всемогущества.
И вы молчите, пугаете всех «слегом» - вот она, самая хитрая тварь, найти которую можно только по маленьким, почти незаметным деталькам — и которая заманит вас в свою засаду.
Вас
будут называть «слегачом», угрожать
полицией, плевать в вашу сторону — но
знать, что вы знаете общий секрет, может, кто-то попытается травить вас репеллентом, как надоедливое насекомое, а
потом и вы начнёте молчать, потому что
рассказать это — невозможно, ибо "слег" субъективен — и при этом страшно довериться другим, отдать им секрет всемогущества.
Но есть и другие люди. Обязательно есть, должны быть!
Если у тёмных сил нет сердца, в которое их можно поразить — значит, есть и добро, которое просто так не убить?
И можно остаться — и найти его.
И тогда поменяются местами жертвы и хищники.
Правда, только в одном, отдельно взятом, курортном городе, где даже памятник одному знакомому нам планетолётчику стоит оттого, что он сорвал джекпот в местном казино.
А таких мест — ещё полным-полно. И прибывший оттуда в поисках волшебных молний от равных богам и хлеба для своего народа будет снова строить своё царство изобилия, где в кустах возле дорог будут тихо ждать в засаде хищные вещи века…
И вы поймёте, что это зло не победить сразу, что потребуется несколько поколений — а другие силы добра этого не поймут, потому что верят, что можно нанести один удар, но нельзя бить — это всё обманка, ещё одна дорожка в засаду…
И вы останетесь, потому что дать одним действовать — ошибка, а другим — преступление.
И вы начнёте приручать хищную вещь, и продолжат другие — и вот она уже будет бежать рядом и вилять хвостом, совершенно безвредна.
И только так век-волк станет веком-волкодавом
«Хищные вещи века» я прочёл в 17.
Я был студентом первого курса, переехал из своего крайне северного города в общежитие северной столицы — вернее, в глубокое подстоличье, на южный берег Залива.
Я прочёл к тому моменту три из четырех книг, которые все считают «ключевыми антиутопиями». Они таковыми и являются — потому что поочерёдно рисуют картины очень разного будущего, вслед за тем, как менялось восприятие прогресса людьми в начале XX века.
«Дивный новый мир», «1984» и «451 по Фаренгейту». «Мы» я тогда пролистал — сам язык казался чужеродным, а вот остальные прочлись отлично.
И примерно в то время я и нашёл пост на тогда ещё имеющем минусы (а сейчас там — сплошные плюсы)) Пикабу.
Там говорили про не самые популярные антиутопии - «Когда спящий проснётся» Уэллса, «Алая чума» Джека Лондона — и «ХВВ» Стругацких.
Я проигнорировал "Хищные вещи века", когда мне в руки угодило полное собрание сочинений за пару лет до этого. Там был тяжёлый, вязкий том — сначала «ХВВ», которые не пошли, а потом «Сказка о Тройке» - которая тоже, по итогу, была пролистана.
А тут стало интересно — и я прочёл эту повесть.
Потом я полез читать пояснения, шедшие вместе со сборником, чтобы понять - правильно ли я понял её.
Книга оказалась «о мещанстве и мещанинах». Мне тогда показалось, что Стругацкие не до конца удовлетворились тем, как посмеялись над этим в «Понедельнике» (кадавры Выбегалло, да и он сам) — и решили бить из всех стволов, залпом.
Потом им за это прилетело — сначала книгу долго не пускали в печать, потом попросили подредактировать — в основном добавить и убавить тут и там всякого, а потом, уже после публикации — вышла разгромная статья в журнале «Коммунист» (для понимания масштаба — представьте себе, что сегодня про какую-нибудь книгу написали бы в «Российской газете» отрицательный отзыв).
Основная претензия — мало было осуждения капитализма самого по себе. То есть проблема общества, описанного в книге, по мнению людей, редактировавших/цензурировавщих её, а потом — и громящих в официальной прессе, не в том, что победило мещанство, а в том, что капитализм ещё не проиграл, а «ужасов», сопуствующих ему, в книге не так уж и много. Это именно рассказ, а не очернение противоборствующей на тот момент времени идеологии.
И мне кажется, что этот смысл, классический для русской — да и для мировой литературы тоже, затмевает другую идею — и тут перекликается уже с «Трудно быть богом».
Авторы пытаются представить, что будет, если пойти по пресловутому «анизотропному шоссе истории» не назад, где «пулемёт и прикованный к нему фашист», а вперёд, и оказывается, что дорога-то совершенно не прямая и ровная, а всё ещё извилистая и таящая опасности на пути.
Где-то ведь и правда случится такой момент, когда мы решим большую часть потребностей. У нас будет еда, вода, жильё и что-то сверху. И мы будем жить — достаточно хорошо для того, чтобы иметь доступ к развлечениям, но так устроен человек, что эти самые развлечения наскучивают — и ему нужны новые.
«Слег» и раньше появлялся в истории человечества, под очень разными именами, роднило его одно — это нечто, уводящее прочь от скучной реальности в мир фантазии и грёз — от грибов, собранных шаманом для ритуала в племени до депривационной камеры, где ты колышешься в солёной воде и не имеешь информации от большинства органов чувств. И тогда мозг принимается думать — но не на пользу общества, а для обмана владельца.
Проблема в том, что думать о других — ой, но надо.
Тогда можно будет если уж не избежать действия «слега», то хотя бы понять, что это — и как можно с этим бороться, или, если повезёт, как это обойти.
Потому что мещанство не стоит на месте — и идёт вместе с прогрессом.
И, конечно, мы снова в него упадём — это нормально, так уж устроен человек, если он добивается чего-то, то мотивации идти вперёд может больше не найтись, а там, где он находится сейчас, хорошо и комфортно...
Но надо уметь покинуть это место в поисках того, где будет лучше. Может, каждому в отдельности, а может — и всем сразу.
Борис Натанович в «Комментариях к пройденному» говорит, что мнение об этой повести у Стругацких (скорее всего, у него лично) поменялось со временем. И что мир, описанный в ней, похож на плохо воспитанного подростка — он не идеален, но у него есть все шансы исправиться.
Главное — чтобы этот подросток, хоть иногда, запрокидывал голову — и смотрел на небо над ним, и хотел побывать там.
Мы не можем воспитать настоящее, но способны воспитать будущее.
На этом и остановимся.
Стоит ли начинать читать Стругацких с этой книги?
Да, стоит. Особенно, если вы сейчас на том этапе, когда читаете всякие антиутопии - а их очень часто рекомендуют к прочтению, актуальность идей не меняется, просто одни выходят на первый план, а другие - отходят назад.
"Хищные вещи века" - это большое размышление о том, куда мы идём, верен ли наш путь, и есть ли у нас шансы, если изобилие наступит раньше, чем единство.
______________________________________________________________________________________
И традиционное послесловие (да, доложим в стену текста ещё кирпичей) :
Я ухожу на паузу с циклом до начала апреля. Нужно многое перечитать, обдумать, найти перекрёстные смыслы - и решить, как правильно подать это в удобном формате. Там "Улитка на склоне" - и к ней нужен особый подход)
Не теряйте, этот цикл точно будет окончен)
Буду рад видеть Ваше мнение в комментариях. Хорошего Вам дня!
С уважением, Ваш SilverArrow
Ссылки на предыдущие посты:
Комментарии