Траулер «Гримсби» HASSETT («Крэмпимс»)

Чтобы многомесячный тяжелый труд на судне приносил удовлетворение, нужно любить море и обладать особым складом характера

Профессия рыбака во все времена была трудной и опасной, а с появлением технологий переработки улова прямо на борту траулеры начали уходить в море не на часы или дни, а на долгие месяцы. О том, как устроена жизнь на современном рыболовном судне, что ждет отправившихся в полугодовой рейс и почему, несмотря на все тяготы этой профессии, многие не мыслят свою жизнь без моря, Вокруг Света рассказал капитан-директор рыболовного траулера Сергей Добровольский.

Курс молодого рыболоваСергей родился на берегу Каспийского моря в Махачкале. Детство провел на Донбассе, в Краматорске. А в 1990-м году отправился учиться в Сахалинское мореходное училище (ныне Сахалинский морской колледж) в город Невельск.
За партой Сергей просидел недолго — через полгода его забрали в армию. Но за два года службы тяга к морю стала еще сильнее. После демобилизации Сергей вернулся в училище и попал на практику на большой морозильный рыболовный траулер (БМРТ).

— Это было старое, ржавое, просоленное судно, корпус которого еле держался на заклепках, — вспоминает Сергей. — Опреснители там не работали. Поэтому борщ, компот и любая другая еда была одинаково соленой. Меня поставили на практику в трюм. Приходилось таскать 33-килограммовые ящики. Работали на приемке красной рыбы, ходили в районе Татарского пролива. Удалось даже деньжат заработать, для «поддержки штанов», так сказать.
После такой практики Сергею было уже ничего не страшно. В 1995 году он закончил училище и начал выбирать место работы.
— Тогда были модны «крабовики», — рассказывает Сергей. — Эти суда оснащены ловушками с наживкой — мелкой рыбешкой, на которую ловят крабов. Работать на них было выгодно, потому что «крабовики» ходили за границу, откуда члены экипажа привозили электронику, бытовую технику и машины.
Еще будучи курсантом, Сергей впервые увидел филейный траулер немецкой постройки и «влюбился». Рыба там обрабатывалась непосредственно на судне — отсюда и название.

— Внутри там все было в кнопочках, моргало, крутилось — это был «космос» только на волнах. Попасть на такое судно без блата казалось нереальным, — вспоминает капитан.
Но у Сергея были преимущества перед другими курсантами: он без троек закончил училище, был командиром взвода, а также имел положительные рекомендации. Поэтому уже в 22 года выпускник мореходки получил распределение на морозильный филейный траулер «Мыс Корсакова» в рыболовецкий колхоз имени Кирова, расположенный в поселке Озерский Корсаковского района.
— Я был «зеленый», но оголтело влюбленный в море, — рассказывает Сергей. — На этом судне я получил первые навыки по своему промыслу, по навигации. Работал на рыбном производстве, проверял соответствие документов личного состава, вел судовую документацию, занимался корректурой карт — вкусил моряцкое дело на все 100%.
Для повышения квалификации Сергей заочно отучился в Дальневосточном государственном техническом рыбохозяйственном университете во Владивостоке, который окончил в 2008 году.

«Морской волк» и его «стая»

В 2007 году Сергей перешел на морозильный филейный траулер «Морской волк». Сначала был старшим помощником, а вскоре стал капитаном-директором — ответственным за все рыбное производство.

Экипаж его судна составляет 70 человек. Размещение на траулере вполне комфортабельное: капитан и другие члены комсостава живут в одно- и двухместных каютах, а остальные (матросы первого класса, матросы обработки морепродуктов) — в четырехместных, с душем и туалетом. Есть на судне и сауна — в ней моряки греются после работы в трюме или на палубе.
Примета о том, что женщина на корабле приносит беды и проблемы, осталась в прошлом. На «Морском волке» женщины работают поварами, трудятся в буфете и занимаются сортировкой икры.
— У нас всегда были женщины в экипаже, — говорит Сергей. — На монотонных процессах, таких, как сортировка икры, например, мужики долго не выдерживают.

Экипаж на судне несет ежедневную вахту: шесть часов работы сменяются шестью часами отдыха. Выходные, праздники, любые погодные условия — конвейер по добыче и переработке рыбы не останавливается ни на минуту. Работников соседней смены на судне за глаза называют «немцами» или «врагами». Так проявляется конкуренция между членами экипажа, которые «меряются» уловом и объемами переработки добытой рыбы.

Попасть на траулер без подготовки нельзя. Чтобы стать хотя бы матросом, требуется отучиться на специальных курсах, освоить навыки борьбы за живучесть суда и оказания первой помощи, а также пройти медкомиссию. Командному составу требуется диплом о высшем образовании и практический опыт, а каждые пять лет нужно проходить переаттестацию.

Безотходное производство

В январе «Морской волк» выходит на лов сельди. С начала февраля и до конца марта траулер занимается добычей минтая. В апреле Охотское море «закрывается» для рыбного промысла — в это время судно идет в порт Владивостока для технического обслуживания. С июня по сентябрь траулер бороздит Берингово море в поисках минтая и других донно-пищевых видов рыб. Квота на улов в это время составляет 6000 тонн. Выбрав ее, судно возвращается в Охотское море.

Как быстро траулер сможет добыть разрешенный объем рыбы, зависит от удачи и его технического оснащения.
— Без хорошей удочки рыбы не поймаешь, — говорит Сергей. — Поэтому у нас очень хорошее промысловое оборудование, со специальными датчиками наполнения трала и гидролокаторами.
За раз трал набирает 100-120 тонн рыбы. Затем улов отправляется на переработку. Готовая продукция хранится в трюме, который вмещает до 700 тонн рыбной продукции. Морозильные установки поддерживают внутри температуру до -30 °C. Когда трюм заполняется, к траулеру подходит корабль-погрузчик. За сутки экипажи перегружают содержимое огромного морозильника на второе судно и цикл добычи и переработки рыбы начинается заново.

На «Морском волке» организовано безотходное производство. Рыбные туши разделываются на филе, которое фасуется в специальные мешки по 14-килограммов. Добытая икра загружается в ящики по 22,5 килограмма, а из голов, хребтов, кишок, хвостов и подавленных тушек, непригодных для разделки на филе, делают рыбную муку. Кроме того, на судне есть установки по производству рыбьего жира.

Бытовой мусор на траулере сжигают, а пластмассу и стекло складируют и сдают на берег по приходу в порт. За этим строго следит Моринспекция.

Родные голоса

Еще 20 лет назад рыбаки могли уходить в море на год и больше. Сейчас рейсы длятся до шести месяцев. Но и этот срок вдали от берега выдержать непросто, если приходится разлучаться с семьей.

До недавнего времени члены экипажа могли общаться с родными по спутниковому телефону из радиорубки. Минута такого разговора влетала в 10 долларов США. Другим вариантом был заказной звонок через береговую станцию. Правда из-за использования для таких звонков частот, на которых «сидела» вся флотилия, разговор любого моряка с женой могли «подслушать» на каждом дальневосточном корабле.

Сегодня дела со связью обстоят лучше. На «Морском волке», как и на многих других современных рыболовных судах, есть доступ к интернету. Сеть ловит не везде и не всегда, но общаться с близкими рыбаки могут чаще и свободнее, чем раньше.

Букет профессиональных болячек

Перед каждым выходом в рейс моряки проходят медкомиссию — больным в море не выпустят, но профессиональная деятельность постепенно сказывается на здоровье рыболовов. Так, из-за сурового климата и активного физического труда, у большинства членов экипажа траулера частенько ломит суставы, да и простужаются на судне постоянно.

Кроме того, механики в машинном отделении страдают глухотой, а у сортировщиков икры часто падает зрение. Наконец, постоянное употребление опресненной воды, в которой не содержится необходимых солей и минералов, плохо влияет на зубы всех членов экипажа.
Но не все так печально, если не страдать ипохондрией. Свежий морской воздух, по словам Сергея, способен купировать и даже излечивать хвори лучше любых антибиотиков.

Работа не для всех

Тяготы жизни на траулере отчасти компенсируются неплохой заработной платой, но стабильным этот доход назвать нельзя: выплаты в значительной степени зависят от сезона, уровня выполнения плана по добыче рыбы и рыночных цен на продукцию. Влияет на зарплаты моряков и политика владеющих траулерами компаний. Да и с умом распорядиться солидной выплатой за удачный рейс удается не всем.

— Одни за пару лет покупают себе квартиру, обеспечивают будущее своих семей, а другие спускают все за пару месяцев, — рассказывает Сергей. — Я знаю матросов, которые из рейса в рейс за душой ничего не имеют. У них и после десяти лет морской вахты дыра в кармане.

Сергей уверен, что работа в море — не для всех. Чтобы полюбить ее, нужно обладать определенным складом характера. Те, кто приходят на судно только ради денег и не готовы надолго влиться в дружный экипаж, обычно не задерживаются.

От сплоченности команды зависит исход рейса и заработок каждого человека на борту. Да и в экстренных ситуациях все решают нарабатываемые годами навыки совместной работы.

— Во время шторма, например, нужно оперативно принимать решение, где прятаться. Во время нарастания льда, которое грозит кораблю пробоиной, жизненно важно вовремя решить: в какую бухту уйти. Приоритетная задача в море — жизнь человека. Были знакомые, которые не возвращались, — делится Сергей. — Бывают такие ситуации, что, поверьте, лучше дома посидеть.

Сергей уже и не помнит, когда отмечал Новый год или свой день рождения в кругу семьи. Обычно праздники выпадают на рейсы. Для своего экипажа он был и Дедом Морозом, и даже Снегурочкой. А вот рождение детей пропустил.
— Приходишь из рейса, а малыши уже научились ходить, разговаривать. Дети выросли не на моих руках — это, пожалуй, главный недостаток профессии, — признается капитан.
Но другой судьбы он бы не хотел. Просто потому что уже не представляет, как жить без морской романтики.
— Радуешься проплывающим мимо косаткам, китам, — говорит Сергей. — По весне, во время штиля, когда тают льды, сердце щемит от этой красоты. Морские пейзажи каждый раз новые. Разве можно променять их на земную бытовуху?

.

В 2025-м Сергею Добровольскому исполняется 52 года — накопленный стаж позволил ему выйти на пенсию. Но оставаться на суше морской волк с «Морского волка» не собирается. Как только море позовет, он вновь отправится в рейс.

Вокруг Света 

На снимке 1960-х годов запечатлен ржавеющий остов грузопассажирского судна, вот уже более сорока лет покоящегося на мели в 3 милях севернее Рокингема в Западной Австралии. Этот корабль, чье точное название остается предметом дискуссий среди местных историков (возможно SS Kwinana или SS Windsor), нашел свое последнее пристанище здесь 29 мая 1922 года, когда в результате навигационной ошибки, технической неисправности или из-за штормовой погоды судно намертво село на мель у этого пустынного участка побережья. 

Сообщения того времени свидетельствуют, что экипажу и пассажирам удалось благополучно спастись, однако само судно оказалось обречено - его корпус так прочно застрял в прибрежных песках, что все попытки спасательных операций оказались тщетными. В последующие десятилетия некогда гордый корабль превратился в местную достопримечательность, постепенно сдаваясь на милость стихии - соленые ветры, палящее австралийское солнце и неумолимые волны Индийского океана методично разъедали металл, оставляя лишь призрачный остов. 

В июле 1861 года произошло крушение парохода SS Victory водоизмещением 501 брт, принадлежавшего Inter-Colonial Royal Mail Company, в заливе Уиклифф у полуострова Отаго в Новой Зеландии. 

Судно, вышедшее из порта Отаго вечером в условиях сильного северо-восточного шторма, уже через час после отплытия было выброшено на песчаный берег около мыса Сондерс. По счастливой случайности пароход оказался на относительно безопасном песчаном участке - если бы он сел на мель всего на милю выше по заливу, где находились опасные скалы, последствия могли быть катастрофическими. Благодаря удачному местонахождению крушения все пассажиры и почтовые грузы были благополучно спасены, однако само судно оказалось в безнадежном положении. 

Во время отлива вода вокруг корпуса отступала до глубины всего 4 фута (1,2 метра), а пароход так глубоко застрял в песке, что любые попытки его спасти были признаны бесперспективными. Пресса того времени отмечала, что судно оказалось "настолько высоко на берегу", что о его восстановлении не могло быть и речи. Это происшествие стало типичным примером опасностей, с которыми сталкивались суда в эпоху активного развития парового судоходства у берегов Новой Зеландии, где еще недостаточно изученные навигационные условия в сочетании со сложными погодными условиями часто приводили к подобным инцидентам. 

Судьба SS Victory после крушения остается неясной - вероятнее всего, его либо разобрали на месте, либо он постепенно разрушился под воздействием стихии, хотя теоретически его останки могут до сих пор находиться в прибрежной зоне залива Уиклифф. Этот случай хорошо иллюстрирует риски морских перевозок середины XIX века, когда даже современные по тем временам паровые суда не были застрахованы от навигационных ошибок и превратностей погоды.

По оценкам, на побережье полуострова Корнуолл, протяженностью около 250 миль (400 км) потерпело крушение около 6000 кораблей, больше, чем на любом другом сопоставимом побережье Британских островов. 

Традиционная поговорка о северном побережье гласит: «От мыса Пентайр до маяка Хартленд — водяная могила днем ​​и ночью». 

Побережье полуострова Лизард особенно опасно для судоходства, а морские пути вокруг него исторически были известны как «Кладбище кораблей».

26 июня 1994 года у скалистого мыса Duiker Point в Южной Африке разыгралась драма, поставившая точку в истории крупнейшего плавучего крана Африки. Французская баржа BOS 400, 100-метровый исполин весом 8000 тонн, следовала на буксире за российским судном "Тигр" из Конго в Кейптаун, когда внезапно разыгравшийся шторм переломил ход событий. Мощные волны сначала порвали буксировочный трос, а затем безжалостно швырнули неуправляемую баржу на коварные скалы.

Несколько отчаянных попыток спасателей вернуть BOS 400 в воду оказались тщетными - слишком неудобно расположился кран и очень уж мощным было прижимное течение. Океан не желал отпускать свою добычу. Три года инженеры бились над решением этой гигантской головоломки, пока в 1997 году не махнули рукой: 8000 тонн металлоконструкций официально признали потерей.

Сегодня ржавеющие останки BOS 400, постепенно разбираемые волнами и ветром, превратились в мрачную достопримечательность мыса Duiker Point. Местные рыбаки в шутку называют их "местью Нептуна", а особо впечатлительные настаивают, что в штормовые ночи оттуда доносятся стоны металла. 

Грузовое судно SS Sapona представляет собой уникальный пример бетонного кораблестроения 1920-х годов. Построенное в 1920 году, это 120-метровое судно было одним из экспериментальных железобетонных судов, созданных в условиях дефицита традиционных материалов. Судно развивало скорость до 10 узлов и использовалось для перевозки различных грузов, пока в 1926 году не стало жертвой мощного урагана. Во время шторма SS Sapona было выброшено на мель у берегов острова Бимини на Багамах, где и осталось навсегда - слишком массивный бетонный корпус сделал невозможной его буксировку.

Особую известность SS Sapona приобрело благодаря своему расположению в районе Бермудского треугольника. Именно здесь в 1945 году произошло таинственное исчезновение пяти самолетов "Эвенджер" во время тренировочного полета, вошедшее в историю как "Рейс 19". Это событие, ставшее одной из самых загадочных морских тайн XX века, прочно связало судно с легендами о Бермудском треугольнике, хотя сам корабль к исчезновению не имел прямого отношения.

Сегодня SS Sapona является популярной туристической достопримечательностью Багамских островов. Бетонный корпус судна, разрушенный временем и волнами, возвышается над водой, создавая сюрреалистическое зрелище. Ржавая арматура, выступающая из бетона, придает останкам корабля вид гигантского морского скелета. Туристы могут не только осматривать руины с воды, но и подниматься на сохранившиеся участки палубы, откуда открывается прекрасный вид на окрестности.

Для дайверов и снорклеров SS Sapona представляет особый интерес - за десятилетия, проведенные в воде, корпус судна превратился в искусственный риф, обросший кораллами и ставший домом для многочисленных видов тропических рыб. Особой популярностью пользуются прыжки в воду с уцелевших фрагментов высокого борта.

На пути из Фальмута в Испанию с грузом смолы 19 января 1901 года села на мель в бухте Парадо у мыса Нэр-Хед на полуострове Корнуолл.

В итоге была разбита прибоем. 

Научно-исследовательское судно "Леонид Демин", некогда гордость советского флота, нашло свое последнее пристанище у скалистых берегов острова Гогланд в Финском заливе. Построенное в 1971 году, это 122-метровое судно водоизмещением 9600 тонн почти три десятилетия верно служило науке, пока в 2003 году не было отправлено на слом. Однако судьба распорядилась иначе - во время буксировки из Кронштадта в Прибалтику судно попало в жестокий шторм.

Оборвавшиеся буксировочные тросы оставили огромный корабль на милость разбушевавшейся стихии. Волны безжалостно швыряли 9600-тонную махину, пока не выбросили ее на западное побережье Гогланда, где оно и застряло навсегда.

До сих пор остов "Леонида Демина" так и лежит у острова, медленно превращаясь в часть прибрежного ландшафта. Его некогда белоснежный корпус, покрытый толстым слоем ржавчины, накренился на бок, частично погрузившись в воду. Надстройки, где когда-то кипела научная работа, теперь пусты и разрушены. Ветер гуляет по опустевшим коридорам, а чайки устроили на ржавых конструкциях свои гнездовья.

История "Леонида Демина" типична для многих списанных судов, но от этого не менее драматична. Корабль, предназначенный для научных открытий, закончил свой путь как металлолом, так и не дойдя до места утилизации.

9 июля 2024 года грузовое судно MV Ultra Galaxy, следовавшее стандартным маршрутом из Европы в Азию с грузом промышленного оборудования, село на мель у западного побережья Южной Африки. 

Инцидент произошел в сложных навигационных условиях, характерных для этого региона в зимний период - при плохой видимости и сильном прибрежном течении. Судно под панамским флагом, принадлежащее международной судоходной компании, подало сигнал бедствия, на который оперативно отреагировали местные береговые службы. 

В результате грамотно организованной спасательной операции все 22 члена экипажа были благополучно эвакуированы без каких-либо пострадавших. Особое внимание привлекает экологический аспект происшествия, поскольку район известен своей хрупкой морской экосистемой. 

По данным Департамента лесного хозяйства, рыболовства и окружающей среды ЮАР, на борту находилось около 500 тонн судового топлива, однако предварительный осмотр не выявил признаков утечки. На место оперативно прибыла специализированная антикризисная команда для оценки ситуации и разработки плана спасательной операции. 

Это уже третий аналогичный инцидент в данном регионе за последние пять лет, что вновь актуализирует вопросы безопасности судоходства в этих сложных для навигации водах, где традиционно отмечается опасное сочетание природных факторов - сильных течений, частых туманов и изменчивых ветров. 

В настоящее время ведется тщательное расследование причин происшествия с анализом данных судового журнала и показаний системы автоматической идентификации судов (AIS).

В декабре 2014 года мощный средиземноморский шторм выбросил грузовое судно на скалистый берег Кипра близ Ларнаки. Судно, название которого до сих пор точно не установлено (возможно, это был один из небольших каботажных грузовиков), оказалось в ловушке прибрежных скал настолько прочно, что эксперты сразу признали - стоимость спасательной операции превысит цену нового судна. 

Эта история получила неожиданное развитие, когда капитан корабля отказался покидать свое судно, превратившись в настоящего морского отшельника. Более года он продолжал жить на борту ржавеющего остова, охраняя остатки имущества и ведя бесконечные судебные тяжбы со страховыми компаниями и местными властями. Его упорство стало местной легендой - туристы специально приезжали фотографироваться с необычным "Робинзоном", а рыбаки из ближайших деревень иногда привозили ему провизию.

Судно, которое в первые месяцы после крушения еще сохраняло узнаваемые очертания, постепенно превращалось в груду металлолома под воздействием соленых волн и палящего кипрского солнца. Местные власти разводили руками - юридические сложности с установлением собственника и экологические требования делали любые действия по утилизации практически невозможными. 

К 2016 году от корабля остался лишь искорёженный каркас, но он по-прежнему привлекал внимание как мрачный памятник морской стихии и человеческому упрямству. На сегодняшний день остатки судна, вероятно, окончательно исчезли под водой или были разобраны.

Чилийский сухогруз "Капитан Леонидас" (SS Captain Leonidas) представляет собой один из самых живописных кораблекрушений чилийского побережья. Построенный в 1937 году, этот 130-метровый корабль почти три десятилетия исправно перевозил уголь, зерно и другие грузы вдоль чилийского побережья, пока 7 апреля 1968 года не завершил свою карьеру необычным образом - навсегда оставшись на мели у берегов Пуэрто-Варас.

Крушение произошло в условиях густого тумана, когда судно, следовавшее из Пуэрто-Монта, из-за навигационной ошибки слишком приблизилось к скалистому берегу. Все попытки снять судно с мели оказались безуспешными - корпус прочно застрял среди прибрежных скал. Экипажу повезло - все моряки были благополучно эвакуированы, оставив корабль на милость океанских волн.

В последующие десятилетия "Капитан Леонидас" превратился в местную достопримечательность. Его ржавеющий корпус, вросший в скалы, создавал впечатление, будто огромное судно пытается выбраться на сушу. Со временем природа и люди сделали свое дело. Штормы постепенно разрушали корпус, а местные жители разбирали судно на металлолом. К 2000-м годам от некогда внушительного сухогруза остались лишь фрагменты каркаса, торчащие из воды во время отлива. Сегодня лишь ржавые балки и отдельные элементы конструкции напоминают о том, что здесь когда-то застрял "Капитан Леонидас".

29 ноября 1929 года грузовой пароход "Норвич Сити" стал участником драматических событий в водах Тихого океана. Судно, построенное в 1911 году и принадлежавшее британской компании, совершало обычный рейс из Мельбурна в Ванкувер, когда его судьба внезапно изменилась. В штормовую ночь, потеряв ориентировку в темноте, корабль на полном ходу выскочил на рифы у маленького необитаемого атолла Никумароро, более известного как остров Гарднер.

Удар о коралловые скалы был настолько сильным, что в машинном отделении мгновенно вспыхнул пожар. Огонь быстро распространялся по пустым трюмам судна, не встречая препятствий. Капитан принял решение оставить корабль - в кромешной тьме, под ударами штормовых волн, 35 членов экипажа начали опасный переход по острым коралловым рифам к берегу. Этот путь стоил жизни 11 морякам, которые не смогли преодолеть яростный натиск стихии.

Выжившие 24 человека оказались на пустынном острове, где их взору предстали лишь руины давно заброшенных кокосовых плантаций. Остров Гарднер, необитаемый с конца XIX века, представлял собой клочок суши длиной всего 6 километров, окруженный смертоносными рифами. Моряки соорудили временное укрытие из обломков корабля и пальмовых листьев, питались кокосами и рыбой, которую удавалось поймать в лагуне. Их сигнальные костры, разведенные на берегу, через пять дней заметило проходящее судно, и потерпевших кораблекрушение наконец спасли.

Особую известность это крушение получило благодаря дальнейшей истории острова Гарднер. В 1937 году здесь велись интенсивные поиски следов пропавшей летчицы Амелии Эрхарт, и некоторые исследователи предполагали, что обгоревший остов "Норвич Сити" мог быть ошибочно принят за остатки ее самолета. 

Сегодня от "Норвич Сити" остались лишь ржавые обломки, разбросанные по дну у берегов острова. Эта история напоминает нам о сотнях подобных забытых катастроф, когда обычные торговые суда превращались в легенды благодаря трагическим обстоятельствам и таинственным местам их последней стоянки. Крушение 1929 года так и осталось бы рядовым морским инцидентом, если бы не его связь с загадкой исчезновения Эрхарт и мрачной славой острова Гарднер - места, которое, кажется, специально создано природой для кораблекрушений.

SS America был построен в 1940 году на верфи Newport News Shipbuilding как флагманский лайнер компании United States Lines. Это великолепное 220-метровое судно водоизмещением 35 440 тонн создавалось под руководством выдающегося судового архитектора Уильяма Фрэнсиса Гиббса, который воплотил в проекте последние достижения судостроения. Лайнер мог развивать скорость до 22 узлов и первоначально вмещал 1202 пассажира, предлагая им беспрецедентный уровень комфорта и роскоши.

После ввода в эксплуатацию SS America начал трансатлантические рейсы, быстро завоевав репутацию одного из самых элегантных и технически совершенных судов своего времени. Его интерьеры в стиле ар-деко, просторные общественные помещения и комфортабельные каюты устанавливали новые стандарты морских путешествий. В 1964 году лайнер сменил владельца и название, став Australis, после чего начал работать на новых экзотических маршрутах.

Трагический финал SS America наступил в январе 1994 года, когда во время буксировки в Азию для переоборудования в плавучий отель лайнер попал в жестокий шторм у Канарских островов. Оборвавшиеся буксирные тросы оставили судно на милость стихии, и его выбросило на берег у западного побережья Фуэртевентуры. Несмотря на попытки спасти корабль, он прочно застрял на отмели у пляжа Гарафей.

В последующие годы могучий корпус постепенно сдавал позиции под натиском океана - сначала обрушилась кормовая часть, затем надстройки. К 2007 году от легендарного лайнера остались лишь фрагменты носовой секции, видимые во время сильных отливов. Сегодня координаты 28°20′ северной широты и 14°10′ западной долготы отмечают место последней стоянки SS America.

Хотя физически корабль почти исчез, его наследие продолжает жить. Многие технические решения, опробованные на SS America, были использованы при строительстве других знаменитых лайнеров. Сохранившиеся элементы интерьеров и судовые артефакты можно увидеть в морских музеях, а фотографии лайнера в его лучшие годы продолжают восхищать ценителей морской истории. Особой гордостью судна был уникальный бальный зал с собственным органом, специально созданным для музыкального сопровождения путешествий.

Водоизмещением 1589 тонн, потерпел крушение у побережья Корнуолла у Гурнарлс-Хед 26 сентября 1896 года.

Груз сместился во время шторма, что затрудняло управление судном и привело к такому неприятному происшествию.

На пустынном побережье Гудзонова залива в канадской провинции Манитоба стоит необычный памятник морской истории - ржавеющий корпус грузового судна "Итака". Этот пароход, построенный еще в 1922 году в Квебеке, провел в эксплуатации впечатляющие 38 лет, прежде чем 9 сентября 1960 года его судьба круто изменилась. Во время очередного рейса по суровым водам Гудзонова залива "Итака" попала в жестокий шторм. Стихия оказалась сильнее - поломка рулевого управления сделала судно неуправляемым, и могучие волны выбросили его на берег, где оно остается уже более 60 лет.

Удивительно, но все 37 членов экипажа спаслись, однако само судно было решено оставить на месте крушения. Удаленность от крупных портов и сложные климатические условия сделали эвакуацию "Итаки" экономически нецелесообразной. Так началась ее вторая жизнь в качестве берегового памятника. Сегодня корпус судна, хотя и сильно пострадавший от времени и ржавчины, все еще сохраняет узнаваемые очертания. Он находится примерно в 30 метрах от кромки воды - с каждым годом штормовые волны и приливы постепенно "отталкивают" его все дальше на берег.

"Итака" представляет собой уникальный случай - большинство судов, терпящих бедствие в Гудзоновом заливе, обычно тонут, а не оказываются выброшенными на сушу. Эта особенность сделала ее местной достопримечательностью. В 2020 году местные жители даже неофициально отметили 60-летний юбилей "отдыха" судна на берегу.

Судно постепенно разрушается под воздействием сурового арктического климата, но пока еще сохраняет свою форму. Местные энтузиасты периодически выдвигают предложения о консервации "Итаки" и создании на ее основе музея, однако пока она остается своеобразным памятником эпохи парового судоходства и напоминанием о могуществе северной природы.

«Атлантус» использовался для перевозки американских войск из Европы домой после Первой мировой войны, а также для перевозки угля в Новую Англию.После двух лет службы пароход был отправлен в отставку в 1920 году на свалку в Вирджинии.

В 1926 году полковник Джесси Розенфельд приобрел Atlantus для использования при создании паромного дока (для маршрута, который сейчас обслуживается паромом Кейп-Мэй — Льюис ) из него и двух его однотипных судов.

В марте 1926 года состоялась церемония закладки первого камня для строительства паромного причала. «Атлантус» был отремонтирован и отбуксирован в Кейп-Мей . 8 июня 1926 разразился шторм, пароход сорвался с якоря и сел на мель в 150 футах от побережья Сансет-Бич.

Было предпринято несколько попыток снятия с мели, но ни одна из них не увенчалась успехом  

Вечером 27 января 1974 года греческий сухогруз «Каптаянис» оказался в эпицентре сильного шторма в заливе Ферт-оф-Клайд. Судно, перевозившее крупный груз тростникового сахара с Кубы, пыталось переждать непогоду, но стихия внесла свои коррективы. В условиях плохой видимости и сильного ветра сухогруз столкнулся с другим судном, стоявшим на якоре. Удар был настолько сильным, что в корпусе «Каптаяниса» образовалась серьезная пробоина.

Экипаж оперативно эвакуировали, а само судно, оставшееся без управления, начало дрейфовать по воле волн. Течение и ветер постепенно прибили поврежденный сухогруз к песчаной отмели недалеко от берега в районе Эрскина. Здесь корабль прочно сел на мель, оказавшись всего в 150 метрах от суши. Попытки спасти судно не увенчались успехом - владельцы отказались от его восстановления.

Самой необычной частью этой истории стал груз. Тысячи тонн сахара, находившиеся в трюмах, начали постепенно растворяться в морской воде. Это вызвало неожиданные последствия - сладкая вода привлекла огромное количество пчел и других насекомых, создав временные неудобства для местных жителей. Со временем море и ветры разрушили корпус судна, но его остов до сих пор виден во время отливов.

За десятилетия, прошедшие с момента крушения, «Каптаянис» стал местной достопримечательностью, а местные жители называют его «Сахарным кораблем».

В ноябре 1966 года немецкое грузовое судно MV Nordmeer следовало обычным маршрутом из Гамбурга в Чикаго через систему Великих озёр. На борту находился груз стального проката. Во время плавания по озеру Гурон судно попало в сильный шторм. Из-за сложных погодных условий и навигационной ошибки 18 ноября корабль на полной скорости налетел на скалистую отмель у мыса Пойнт-Оксбоу в канадских водах.

Удар оказался настолько мощным, что судно буквально взлетело на скалы, оказавшись в тридцати метрах от береговой линии. Корпус корабля застыл под углом 45 градусов, возвышаясь над водой. Несмотря на серьёзные повреждения, судно не затонуло. Весь экипаж в составе 24 человек был благополучно эвакуирован с помощью вертолётов береговой охраны.

Спасательные операции продолжались несколько лет. В 1967 году судно удалось стащить со скал, но степень повреждений корпуса сделала ремонт экономически нецелесообразным. Владельцы судна отказались от восстановления, и Nordmeer превратился в постоянный объект на скалистом берегу. В течение последующих лет штормы, ледовые массы и постоянное воздействие волн постепенно разрушали конструкцию корабля. К 1972 году от некогда крупного сухогруза остался лишь изуродованный остов.

Местные жители дали кораблю прозвище "Непотопляемый" за его удивительную способность годами противостоять разрушительной силе стихии. Во время особенно сильных штормов волны пролетали сквозь прогнивший корпус, создавая жутковатые звуковые эффекты, разносившиеся по всему побережью. Останки судна долгое время служили ориентиром для рыбаков и привлекали внимание туристов, пока окончательно не исчезли под водой к середине 1980-х годов.

В апреле 1941 года советский грузовой пароход "Вацлав Воровский" потерпел крушение в водах реки Колумбия на северо-западе США. Построенное в 1911 году в Великобритании судно водоизмещением 4792 брт выполняло коммерческий рейс, когда произошла трагедия.

При прохождении сложного участка реки с сильным течением судно столкнулось с навигационными трудностями. В условиях плохой видимости пароход на полном ходу налетел на подводное препятствие, получив серьезные повреждения корпуса. Попытки экипажа спасти судно не увенчались успехом - через пробоины начала быстро поступать вода.

Капитан принял решение посадить поврежденное судно на мель, чтобы избежать полного затопления. Однако стремительное течение реки и начавшийся крен сделали эвакуацию сложной операцией. Весь экипаж был благополучно спасен местными спасательными службами.

Судно, получившее критические повреждения, осталось лежать на мелководье. Попытки его восстановления признали нецелесообразными из-за масштабов разрушений и сложных условий на реке. Со временем корпус "Вацлава Воровского" был частично разобран, а остатки постепенно разрушились под воздействием течения и погодных условий.