Сибирь

Двигаясь по Чемальскому тракту от Ороктойского моста несложно заметить с правой стороны от дороги чернеющий в скале вход.

Штольня представляет собой протяжённую горную выработку, для осмотра из которой доступно около 100 метров. Здесь устроено освещение, поэтому можно хорошо рассмотреть технологическое устройство тоннеля, который имеет несколько боковых ответвлений. В некоторых местах тоннеля остались бетонные блоки, к которым, вероятно, крепились технологические трубопроводы для отвода шлама и подачи воды.

На самом деле штольни две: одна из них, которая поменьше, расположена у основания скалы, другая, большая горная выработка имеет вход на значительной высоте, к нему нужно подняться по лестнице, заплатив достаточно символическую плату за посещение.

История штолен связана со строительством Еландинской ГЭС, работы по проектированию которой начались в далёкие 1960-е годы. Первоначальный проект был составлен с широким размахом и включал в себя целый каскад из шести гидроэлектростанций, которые планировалось построить на Катуни.

Проект Еландинской ГЭС предполагал строительство сразу 5-ти агрегатов суммарной мощностью 1600 МВт, достаточной для обеспечения всех потребителей, например, такого крупного города, как Горно-Алтайск. Для приведения их в действие необходимо было обеспечить напор падающей воды с высоты порядка 170 метров, с этой целью предполагалось строительство бетонной плотины Еландинской ГЭС в высоту достигающей 179 метров. Такое грандиозное сооружение на Катуни привело бы к образованию Катунского водохранилища, площадь водного зеркала которого составила бы около 90 кв. км. Для сравнения Телецкое озеро имеет площадь 233 кв. км.

Затяжные дискуссии о целесообразности строительства по экологическим причинам, результатом которых стали постоянные пересмотры проектов и многочисленные экспертизы. Проект проходил согласования в различных ведомствах, то поддерживающих, то отвергающих его.

Наконец, в 1989 году уже третья редакция проекта, предусматривавшая строительство всего двух ГЭС (изначально планировалось 6), была рассмотрена государственной экологической экспертизой и он был отвергнут. Решение было подкреплено еще и экономическими проблемами, проявившимися к концу 1980-х. В результате строительство ГЭС было остановлено и заброшено.

www.youtube.com/@krugliyvs

Еландинские пороги — очень живописное место на реке Катунь в Горном Алтае (Чемальский район, недалеко от села Еланда).

По сути, это не один порог, а система мощных каскадных перекатов. Здесь скальная гряда разделяет русло Катуни на два рукава — широкий левый и узкий правый. Вода, зажатая между скал, с силой прорывается через каменные гряды, образуя валы и «бочки». Глубина тектонического разлома, который и сформировал этот ландшафт 550–500 миллионов лет назад (в кембрийский период), варьируется от 20 до 60 метров. Левый жёлоб-каньон вытянут примерно на 40 метров и заклинен известняковой глыбой, а правый — около 100 метров. В сочетании с чёрными графитовыми валунами и бирюзовой водой пейзаж получается очень контрастным и фотогеничным.

www.youtube.com/@krugliyvs

Видео о Камышлинском водопаде — одной из главных природных достопримечательностей Алтая. Высота водопада — 12 метров, он состоит из двух каскадов: верхний — почти вертикальный поток, нижний — широкий «шатровый» каскад, где вода рассыпается на множество струй. Водопад находится на реке Камышла, недалеко от Катуни, и легко доступен по экотропе. В ролике — лучшие ракурсы, детали ландшафта и атмосфера места. Отличный повод запланировать поездку: Камышлинский водопад впечатляет в любое время года!

По распространённой версии, водопад частично рукотворный. В 1930-х годах местные жители перекрыли старое русло реки дамбой, чтобы построить водяную мельницу, а позже её переоборудовали в лесопилку. Остатки сооружений (почерневшие брёвна с металлическими оковами) можно увидеть и сейчас. С 1996 года водопад имеет статус памятника природы.

www.youtube.com/@krugliyvs

Тётя @Nemezida77 как всегда инициировала, @GGDR пост написал, ну а я книгу вспомнил. Одна из первых детских книг. И уж точно первая которую зачитал до дыр. “Четырёхэтажная тайга” Георгия Граубина. Данный рассказ показался мне в детстве весьма жутким. Но прелесть всей книги это нисколько не уменьшает. Рассказ Георгия Граубина. Распознавание и правка - мои. Ну и картинок тоже я из интернета надёргал.

Может создаться впечатление, что в животном мире Сибири теперь процветают все виды. Когда-то из-за людской алчности чуть было не погиб соболь, но потом новое поколение спохватилось и гигантскими усилиями восстановило умирающий вид.

Взбунтовались однажды медведи от бескормицы, но вскоре их жизнь вошла в нормальную колею.

Распоясались было волки, но их быстренько образумили.

Увы, есть в истории животного мира и очень грустные страницы. Умирает некогда процветавший сибирский сурок, слава о котором расходилась далеко за пределы его обитания. И человек не только не может уберечь его от гибели, но и содействует ей.

Сибирский сурок (иногда его называют монгольским) больше известен под именем тарбагана, а в Монголии его зовут курун-баем.

Он очень похож на кролика, но у норы сидит, как суслик: столбиком и сложив на груди лапки.

У него пышный желтовато-серый мех под цвет осенней степи, а на голове небольшая темная шапочка.

У его собратьев, что живут в гольцах Кодара и Удскана, около Байкальского заповедника, шапка совсем черная. К тому же около глаз у них черные окружья, похожие на оправу очков. Их зовут черношапочными сурками. Им пока не угрожает опасность исчезновения - перед человеком они ни в чем не виновны.

Владения тарбагана - степи юго-востока Забайкалья, Монголия и Манчжурия. В обычных степях он не живет - ему нужны горные. Но были известны три его колонии и в долине Иркута. Двое из них существовали с незапамятных времен, третья появилась после 1939года. (Вероятно, тарбаганы переселились из Монголии.)

После войны эти колонии вдруг исчезли, видимо, их разорили. Но через десять лет обнаружились две в самых верховьях Иркута.

Около тысячи тарбаганов долгое время обитали в чикойской тайге вдоль реки Мензы. Теперь их там тоже почти не осталось.

Норы у тарбагана длинные, хотя и короче, чему его родственника сурка-байбака из Средней Азии и Казахстана. Ведь условия здесь суровые, нередко встречается вечная мерзлота, норы копать труднее.

Десятиметровый тарбаганий тоннель обычно уходит на глубину двух-трех метров. В конце находится обширная спальня шириной в полтора метра. Там зимует вся семья, и пять, и десять тарбаганов. А в старину число их доходило до двадцати.

Тарбаганьи норы видны издалека, они похожи на небольшие холмы. Ведь каждую осень, перед тем как залечь в спячку, тарбаганы устраивают генеральную чистку. Они выскребают из своих жилищ землю, мусор, а бывает, и кости предков. За многие годы и века в Даурии выросли целые холмы, особенно около Борзи и Соловьевска.

Тарбаган питается прямо около своего дома: корм растет вокруг норы. В его меню почти всегда сон-трава, лютики, одуванчики. Очень он охоч до цветочных головок, с удовольствием ест подорожник, полынь, очень уважает эдельвейсы.

В Альпах за ними идут высоко в горы, цветок этот считается редким и экзотическим. Он среди других цветов что самородок среди камней. А в Забайкалье он растет рядом с ромашками и диким луком, прямо по берегам рек.

Когда молодые тарбаганы пасутся, старые иногда, как гуси в своем стаде, стоят на посту.

Тарбаган любопытен, как соболь, только ничего не исследует. Он меланхолично сидит у своей норы, поглядывая по сторонам, словно ища развлечения. Умной охотничьей собаке ничего не стоит отвлечь его внимание на себя. Она вдалеке начинает выделывать головоломные акробатические трюки, и тарбаган прямо сгорает от любопытства: «Что это такое, и что бы это все значило?» А в это время охотник незаметно подкрадывается с другой стороны. Иначе тарбагана не взять. Он не только сам осторожен, но и предупреждает об опасности других. Сигнализация у тарбаганов хорошо отработана. Стоит тревожно свистнуть одному, как тут же откликаются остальные. И вскоре, как пишет А.Н.Формозов: «Всё свистит: старые зычным хрюкающим, обычно двойным посвистом (вроде «кви-квить»),  молодые тонким сипловатым «фить-фить». Такой же свист начинается при появлении кружащегося над колонией беркута или орлана».

Испуганная косуля взлаивает, а испуганный тарбаган похрюкивает не открывая рта.

Тарбаган не рыщет по степи в поисках воды. Он вообще не пьет, ему хватает того, что есть в растениях. В связи с этим думали, что он и плавать не умеет. Поэтому исследователи были удивлены, когда увидели около Кайластуя переплывающих Аргунь тарбаганов.

Перед спячкой тарбаган нагуливает жир. Про него и говорят: «жирует».(Впрочем, так же говорят и про лосей, и про медведей.)Он ест, как всегда, только у него теперь начинает откладываться жир – летом этого не бывает.

Жира набирается чуть ли не четверть веса. В тибетской медицине его применяют от многих болезней, высоко ценят в Забайкалье. Недавно медики провели всесторонние исследования. И убедились: в нем содержится много чрезвычайно целебных веществ: витамины, микроэлементы, аминокислоты.

Когда весной тарбаган выходит на поверхность от жира ничего не остается, он его за долгую зиму сжигает весь без остатка. И то сказать: его братья - сурки на юге спят четыре месяца, а тарбаган чуть ли не девять. Даже не спят, а находятся между жизнью и смертью.

Постель тарбаганы готовят себе мягкую, пышную. Перед тем как унести в нору сухую траву, они старательно мнут ее между передними лапками и брюхом.

Чем меньше тарбаганов спит в норе, тем больше несут они подстилки, чтобы было теплей. А весной они её съедают. Как говорится, безотходное производство.

В подземное жилище ведет обычно несколько ходов. Ложась спать, тарбаганы их замуровывают. Причём очень старательно. В дело идет земля, камни, собственные отбросы.

Такие пробки, длиной до двух метров, забивают снаружи. И только последнее отверстие – основной лаз - изнутри. Пробка получается такой крепкой, что весной приходится прорывать новый ход. (Точно так же поступают и суслики.)

1 / 2

Самыми первыми скрываются в норах самые упитанные тарбаганы. А когда под землёй исчезают последние, начинают поступать вести о нападении волков на овец. Пока по степи бегают тарбаганы, волки не трогают скот - «тарбаганят».

В закупоренной норе вскоре образуется избыток углекислого газа и недостаток кислорода.

Видимо, от этого тарбаганы скорее впадают в спячку.

Температура в их жилище плюсовая даже в самые большие морозы. А если вдруг понижается, некоторые тарбаганы переходят в полусонное состояние, температура их тела повышается: и прогревает зимовочную камеру. Нагревают камеру и снова впадают в спячку. (Спят они, как и суслики, свернувшись клубком и поджав голову к брюху между задних ног.)

Что за будильник срабатывает у тарбаганов по весне - пока ещё не ясно. Но вся колония  - иногда жители многих десятков нор – выходит из-под земли почти что одновременно. Может быть, во время таяния снега к ним в камеры проникает озон и они просыпаются от запаха весны? Этого никто не знает и, наверное, не узнает.

Как ни грустно, но жизнь тарбаганов изучать уже как бы и ни к чему, их дни сочтены. И с этим ничего не поделать.

Все, конечно, слышали про чуму. Это страшная болезнь. От «черной смерти» в Европе в средние века вымирали целые города. Недаром турки забрасывали катапультами в неприятельские крепости трупы людей, умерших от чумы.

В конце прошлого века эпидемия бубонной чумы, начавшись в Китае, обошла чуть ли не весь земной шар. Она не погашена до сих пор.

В 1911 году в Маньчжурии от чумы погибло шестьдесят тысяч человек.

В Забайкалье чумные вспышки известны с 1858 года,но наверняка были и раньше. Последняя,самая грандиозная эпидемия была здесь в 1919 – 1920 годах. После зарегистрированы только отдельные случаи, с 1937года – ни одного.

Издавна известна чума в Индии и Южной Африке. Полагают, что туда её завезли на кораблях крысы, которые заразились от диких грызунов. А природный очаг чумы, в котором живут дикие носители чумы, - горные страны, пустыни и степи Азии, Африки и Америки.

В Забайкалье, в районе Торейских озер, - тоже природный очаг чумы: его возникновение связывают с появлением песчанок и тарбаганов. Они и являются ее хранителями.

Территория в районе Торейских озер – лишь часть, как бы «язык» огромнейшего природного очага, уходящего далеко на юг. Чумы в нашей стране давно нет, но девятая часть территории «чумоопасна». За ней бдительно следят.

Но тогда, сто лет назад, когда в Забайкалье обнаружили чуму, ни о каких «очагах» не знали. Теряясь в догадках, откуда она взялась, трупы сжигали, а ответа не находили.

Врачи, правда, отмечали: гибель людей совпадает с массовым падежом тарбаганов. Но вместе два этих факта никто не связывал. Лишь за два года до первой мировой войны доктор Д. К. Заболотный установил, что чума - от тарбаганов.

Через два года в Чите была открыта крохотная бактериологическая лаборатория. А сразу после революции развернута целая сеть противочумных пунктов.

Врачи и ученые долго распутывали чумную цепочку. Наконец, она перед ними предстала в таком виде: чума живет в тарбагане. Когда он находится в спячке, все процессы протекают в нём вяло, его даже яд не берет. Пробовали заражать спящих – болезнь протекала в них скрыто и очень медленно.

Чтобы тарбаган стал чумоопасным, достаточно одного укуса тарбаганьей блохи. Это она передает болезнь от одного тарбагана к другому, сама оставаясь невредимой. Человек с тарбаганом выходит на прямой контакт, делая из него жаркое: у тарбагана очень вкусное мясо. Вот и замкнулась цепь.

(Контакт этот тоже древний. Ещё в тринадцатом веке Марко Поло отмечал, что монгольские племена едят «фараоновых крыс» - сурков-тарбаганов.)

Когда в своё время тарбаганьи шкурки научились красить под обезьяний мех и цена их подпрыгнула в пятьдесят раз, начался настоящий бум. Десятки тысяч людей устремились в Забайкалье из Монголии и Китая. Они ловили и убивали тарбаганов без разбора, хотя местные охотники уже знали, что нельзя тарбагана стрелять, если он плохо бежит - значит, чумной.

Сейчас в нашей стране сурков больше, чем где-либо в мире – больше двух миллионов. И добывается из них двести-триста тысяч в год. А в те годы в Забайкалье их было намного больше, чем сейчас во всей нашей стране!

В 1907 году здесь было закуплено семьсот тысяч шкурок. А через три года - два с половиной миллиона.

Из-за большой добычи, из-за слишком большого контакта в Монголии, в Северо-Восточном Китае и Забайкалье почти не прекращались эпидемии чумы. Они докатывались до Харбина и до самого Дальнего Востока.

Но вот численность тарбаганов резко пошла на убыль. К началу тридцатых годов заготовки шкурок снизились до ста тысяч в год. И тут охотоведы решили восстановить запасы. В Борзе был создан охотпромхоз для регулируемой добычи.

Это подлило масла в огонь: чумологи давно уже выступали против тарбагана. Однако к мнению врачей не прислушивались, многие просто не верили, что тарбаганы повинны в смерти людей. Хотя в том же Борзинском районе чума четырежды в свое время опустошала село Соктуй-Милозан. В борзинской больнице умер врач Гурулев: он заболел, вскрывая чумной труп. На берегу Борзянки умер санитар Рогов: он тоже заразился и в беспамятстве убежал за город. В селе Кулусутай соприкоснулись с чумой врач Ащман и фельдшер Юдин. Их даже не успели довезти до больницы. На станции Маньчжурия умер фельдшер Шагов, который заразился в Абагайтуе...

Как бы там ни было, к началу сороковых годов тарбаган размножился, численность его возросла. Но его вина в распространении чумы была окончательно доказана, и решено было порвать контактную цепь «тарбаган—человек».

Начались работы по уничтожению тарбаганов. Но к этому времени выяснился и другой виновник, другой хранитель чумы – даурский суслик. Он живет в том же чумоопасном районе, так же впадает в спячку, у него есть свои блохи – переносчики чумы. Суслик может хранить чуму в себе всю жизнь, а блохи передавать её животным и людям.

На Волге в распространении чумы суслики тоже бывали виновны неоднократно. Но их долго не могли поймать с «поличным»: «черная смерть» вспыхивала, когда они безмятежно спали в своих норах.

Только потом выяснилось, что их блохи не накрепко привязаны к своим хозяевам. Когда суслики впадали в спячку, их блохи переходили на мышей. А те с наступлением холодов устремлялись поближе к человеческому жилью.

В Индии чуму точно так же разносят крысы. Они вообще неиссякаемый источник всяких инфекций.

В Забайкалье у сусликов никакого содружества с мышами нет, сусликов здесь не добывают, так что контакта с человеком у них нет. Но бывали случаи, когда из озорства их ловили дети. И заражались.

В общем, чтобы оздоровить очаг чумы, надо было уничтожить и тарбаганов, и сусликов. И их стали травить ядовитыми порошками, отправляя в степи специальные повозки и автомобили.

Особенно не жалели ядов в опасных местах и вдоль линии государственной границы. Здесь их количество довольно быстро удалось сократить в десять раз.

Наблюдения показали: оставшиеся зверьки передвигаются на свободную территорию со скоростью восемьсот метров в год. В среднем на одном километре границы осталось десять тарбаганов. Раньше их были сотни.

Работа по наблюдению за очагом проводилась огромная. Только с 1941 по 1960 год в Забайкалье было обследовано сто тридцать тысяч тарбаганов, сорок тысяч сусликов, сто двадцать тысяч других грызунов.

Ни в одном из них возбудителя чумы обнаружено не было. Разрешили даже в некоторых местах поднять численность тарбаганов. И тут у хомячка, полевки и суслика, отловленных в пади Гулженга, были выделены культуры чумного микроба.

Через год в пятнадцати километрах отсюда обнаружили их и у здоровых на вид тарбаганов. Амнистию пришлось отменить. Чума затаилась, она живет, она тлеет, готовая в любую минуту вспыхнуть. Поэтому каждое лето, изо дня в день, из месяца в месяц в борзинские степи уходят отловщики.

В защитных перчатках и сапогах, в костюмах, пропитанных отпугивающими блох веществами, они отлавливают грызунов, обследуют норы, собирают насекомых. Грызунов и насекомых потом тщательно обследуют, чтобы выяснить – не вылезла ли где чума?

Ученые продолжают тщательно изучать «черную смерть» - тайн у неё ещё много. Достаточно нескольких микробов, чтобы человек заболел смертельно. А волк съест павшего от чумы тарбагана – и хоть бы что.

Предполагают, что вспышки чумы зависят от вспышек на солнце. Но как, почему, где связь? Где ещё, в ком и в чём, кроме зверьков, сохраняется чума?

По данным Всемирной организации здравоохранения, в физиологическом растворе возбудитель чумы сохраняется от трех до шести дней. В Чите чумологи доказали, что чумной микроб в этом растворе сохраняет жизнеспособность болыше двух лет.

В водопроводной воде, как показали опыты, он живёт до четырех лет, а в почве и того дольше. Значит, в подходящих условиях он может долго сохраняться и вне живого организма.

Около Читинской противочумной станции высится небольшой памятник. Он поставлен на том месте, где в декабре 1923 года был сожжён труп лекпома А.Н.Мичурина. На нём выбиты такие слова: «Спи, труженик. Ты погиб на чуме, выполняя свой долг».

А внутри здания стоит большой холодильник, в котором хранятся тушки полевок, сусликов, тарбаганов. Их привезли из очага, их надо исследовать. Может быть, ни в одном из них нет чумного микроба, (в последний раз он был обнаружен в 1976 году у суслика, вытащенного из тарбаганьей норы), как не было в ста тысячах предыдущих. А вдруг он находится в крови какого-нибудь именно из этих зверьков? Ведь никто не знает, когда его ждать.

Поэтому на холодильнике непривычная надпись: «При пожаре не спасать». Если случится беда, пусть лучше содержимое холодильника погибнет в огне. Как погибают во имя здоровья и жизни человека некогда знаменитые тарбаганы.

Иогач — это небольшая горная река в Турочакском районе Республики Алтай, являющаяся правым притоком реки Бии.

Река начинается на склонах отрога хребта Алтынту. Часть притоков Телецкого берут начало на склонах этого хребта. По берегам этих рек стоит темнохвойная кедровая тайга, часто непроходимая и богатая большим количеством зверья. У местных жителей есть поверье, что вершина Алтын-Туу священна, т.к. там расположен престол духа Ульгеня, творца всей Вселенной и верховного божества местных шаманов.

Река Иогач  в просторечии Иогачка, течёт на север, впадает в Бию в 300 метрах от истока из Телецкого озера. В устье расположено село Иогач.

В приустьевых частях речки, отмечены нерестовые скопления сига Правдина.

Вдоль реки проходит дорога, ведущая на горнолыжный комплекс «Телецкий» и 5-звездочный отель «Алтай Виладж».

www.youtube.com/@krugliyvs

Голубая лагуна — находится в конце Полтавской и Невской улиц Микрорайона Промышленновский Кемеровской области. Дорога там есть, но лишь номинально: сначала идет гравийка с ухабами да булыжниками, потом кончается и она. Вместо нее появляется накатанная тропа, которая после первого же дождя превращается в глиняную кашу. Впрочем, добраться от твердой земли до озера можно и пешком, благо идти не более 300–350 метров. От остановки же пешком не более 2,5 километра, то есть около получаса неспешным ходом.

Если подниметесь на небольшой холм, перед вами откроется огромных размеров чаша, до краев наполненная водой. Несложно догадаться, что тут относительно недавно, всего каких-то 25 лет назад, был угольный карьер. Участок, где копали черное золото Кузбасса, в какой-то момент начало сильно подтапливать, и в итоге он полностью ушел под воду. Кстати, водолазы рассказывают, что там до сих пор стоят остатки техники — как минимум один трактор.

Глубина здесь, по разным оценкам, от 15 до 40 метров, что равно высоте 12-этажного дома. Поэтому, если что-то в воду упало, то, считайте, пропало.

Длина водоема — более 650 метров, максимальная ширина — более 300. Всем известное Красное озеро в Кемерове длиннее примерно на 350 метров. В лагуне купаются практически везде, где это позволяет берег, хотя место не оборудовано и плавать не рекомендуется.

На отдаленных берегах озера порой остаются на все выходные, ночуя в палатках или машинах. Но в основном тут отдыхают местные жители. Оно и неудивительно: песочный берег, удивительной чистоты вода, где порой дно видно на глубине более трех метров. К тому же водоем довольно теплый, особенно на диких пляжах.

https://rutube.ru/channel/45060787

Кузбасский мост — шестиполосный мост через реку Томь, который соединяет между собой два района города Ленинский и Рудничный. Сам мост является неотъемлемой частью улицы Терешковой и автомобильной дороги федерального значения М53 «Сибирь» Новосибирск — Кемерово — Красноярск — Иркутск. Строительство Кузбасского моста началось в 1972 году. Длина моста составляет 615 метров, а ширина — 26,8 метров.

В 1948 году в Кемерове запланировали возвести три моста. И, действительно, столице Кузбасса очень не хватало переправ через реку. Особенно это стало заметно в последние годы, когда на правом берегу стали активно строиться новые микрорайоны. В конце 40-х появилась идея возвести мосты на Кузнецком проспекте, в Кировском районе и в деревне Красной. Первый из них тогда уже начали возводить.

Кузбасский же мост ждал своей очереди 20 лет. Именно тогда назрела острая необходимость соединить заискитимскую часть с правым берегом. В Кемерове активно велось строительство, населения становилось все больше, количество транспорта увеличивалось. И одного моста уже не хватало.

…В 1980-м новый мост наконец-то соединил правый и левый берега Томи. Но и тогда работы еще не были завершены. Началась финальная фаза по доводке объекта и созданию дорожной инфраструктуры, которая также заняла не один год.

В 1983-м долгожданный момент настал. Дождливым субботним утром 29 октября на новом мосту прошли последние предпусковые испытания. На автопроезде в шесть рядов выстроились 30 тяжелых «КрАЗов» с грузом весом 22 тонны каждый. За рулем – водители-испытатели Кировской и Южной автобаз Главкузбасстроя. Готовность номер один – и пуск… Процессия стартует под радостные крики: «Ура! Поехали!» Мост, которого кемеровчане ждали с 1972-го, вступил в работу.