Медики показали, как выглядят «до и после» суток на скорой

Вчерашний пост принёс много беспокойства моим коллегам на Скорой. Старший фельдшер устроила капитальную проверку всех автомобилей. Естественно нашлось много косяков. Не удивлюсь, если людей премии лишат. Естественно, все знают, что эти проверки провелись из-за меня и моего поста. Мне даже одна женщина написала на WhatsApp

Думаю много чего про меня было сказано неприятного. Но никто не объяснил мне, что такого плохого я написала. Что такого было в этом посте, что такую суету навели? Расскажите мне, пожалуйста. Во истину - я тупая как пробка.

Знаете, что мне это напоминает? Школу! Старший фельдшер решила травлю устроить? Вперёд. Я больше здесь всё равно работать не буду. И каждый раз, когда кто-то увольняется, я слышу как их поливают грязью. Каждый раз. Но я не вмешиваюсь. Это бессмысленно. Достаточно того, что люди знают об ушедших. Теперь моя очередь уходить. У кого есть голова на плечах, разберутся что к чему. А руки в грязи у тех, кто ею кидается в первую очередь. До меня не долетит.

Вот это мой сборник рассказов "Скоровские истории". Книги ещё есть. Хотя их остаётся всё меньше и меньше. Если кому-то это интересно, пишите мне в ВК или на почту. Данные есть в моём профиле.

Всем спасибо, кто принял участие в проекте.

На этом всё. Всем тепла и плюшек.

Берегите себя и своих близких.

С вами была Я - ваша .

  В ту пятницу было много вызовов. Как выехали на первый вызов в восемь, так и катались по вызовам, не заезжая на базу. Первый раз на скорую запустили во втором часу дня. А тут ещё эти «заминирования». Для тех, кто не в курсе, поясню: на любое «минирование» на объект выезжают не только сапёры и полиция, но и МЧС, и служба скорой медицинской помощи, и даже ЧОП, под чьей охраной находится заминированное предприятие или общественное место. А тут одновременно в двух местах «бомбу заложили»: в налоговой и в центре занятости населения. Значит, две бригады стоят и дежурят на «разминировании», а две оставшиеся работают на весь район.

  В нашем районе более ста тысяч только официально зарегистрированного населения. А еще есть жители других городов нашей страны, проживающих без регистрации по месту жительства, и граждане других стран, чаще бывших союзных республик, да люди вовсе без регистрации. В советские времена был разработан норматив: на 10 тысяч населения полагалась 1 бригада скорой помощи, потому что скорая должна была работать «в режиме ожидания». На случай ЧС, так сказать. Согласно этим нормативам, у нас должно быть десять бригад, а не четыре. Но в современном нашем государстве совершенно другие стандарты. В министерстве здравоохранения считают, что скорая должна работать со стопроцентной занятостью, то есть сотрудники скорой помощи должны всё время быть на вызовах. Вот такая логика у нашего руководства.

  В эту пятницу все разом разболелись. И если днём нас выручала поликлиника, то вечером мы остались одни. А тут – очередной торговый центр заминировали. Значит, на трёх машинах работаем. Передают нашей бригаде вызов в отдалённый район нашего города. Повод – плохо мужчине. Место – под балконом дома, и называют адрес дома. Поехали.

  Объехав дом по периметру, находим тело. Действительно, под балконом лежит мужчина. Мы хором:

– Мужчина!

  Мужчина тут же сел, посмотрев на нас, воскликнул:

– Опять скорая?! Нет! Я с вами не поеду! Меня уже сегодня возили в больницу, но там не положили. Пришлось пешком возвращаться.

  А это не ближний путь. Для тех, кто не в теме, поясню: всем пациентам с улицы, с рабочего места или из общественного места медик скорой помощи обязан предложить проехать в приёмное отделение больницы, даже если диагноз будет – «практически здоров». Выяснилось, что его сожительница домой не пустила, вот он и прилёг под балконом. Мужчина был пьян, но уже начал трезветь. Мы ему посоветовали попробовать ещё раз домой сходить. Может, подруга сменила уже гнев на милость.

  Я это к чему рассказываю? Да к тому, что сначала надо у человека спросить, в чём он нуждается, нужна ли ему скорая помощь. Было много разных случаев, когда скорая вовсе не нужна и человеку не плохо, а очень даже хорошо. Иногда достаточно просто окликнуть лежащего, и он встаёт и уходит. Иногда подходим и громко так говорим:

– Мужчина!!! Встань и иди!

И иногда встают. Но это может и прохожий сказать.

В нашем отделении Скорой работает одна семейная пара - Таня и Саня. Как-то раз ездили они вместе с ребенком на Азовское море отдыхать. Жили в отеле с собственным бассейном. Таня рассказала потом про одну встречу.

"Купаемся с ребёнком в бассейне. Смотрим бригада Скорой мимо прошла. Бригада из двух человек, и один из них со спины мне показался знакомым - на Ваню Ладыгина очень похож. (Ваня Ладыгин фельдшер, на скорой совместителем работал). Но откуда взяться здесь знакомым? Просто похож, наверное. Я Саньке об этом сказала и добавила:

- 100% на ерунду приехали, раз один только ящик с собой несут.

Сказала и пошла в номер за водой для ребёнка - дочка пить попросила. Когда вернулась, Саня сказал:

- Действительно, на ерунду приезжали. Представляешь, это и впрямь Ваня оказался!

- Он сейчас в отпуске здесь отдыхает. Жену ждёт - у неё отпуск позднее начался. Скучно просто так ждать, вот и решил подработать. Говорит, что взял восемь смен, последние дорабатывает. Жену завтра встречает, а через пару дней дальше поедут."

Оказывается, что в летнее время в курортных городах на Скорых создаются дополнительные бригады СМП в связи с наплывом отдыхающих. Медиков и так не хватает, а в летнее время тем более. Так что во время отпусков берут в совместители приезжих медиков на месяц, другой. Ну хоть на короткое время.

Если кому-то из сотрудников Скорой вдруг в отпуске на российских курортах скучно станет, знайте - вам всегда рады в бригадах СМП!

P.S. В данный момент Ивана Ладыгина нет с нами. Погиб на СВО.

 Я уже делилась историей, рассказанной моей коллегой Анной в дороге. Вот ещё одна. Произошла она с её дядей.

 Ехал мужчина из нашего города в Нижний Тагил. На трассе останавливает машину сотрудник ГИБДД. Представляется, просит предъявить документы и задаёт вопрос:

–  Выпивали?

 Мужчина не выпивал и ответственно заявляет об этом. Его просят проехать на освидетельствование в ближайшую больницу. Хоть и надо было ехать мужчине в другую сторону, да делать нечего. В приёмном покое подтвердилось, что водитель трезв. Но домой его не отпустили. Был он осмотрен терапевтом и неврологом. Потом сделали ему КТ. Госпитализирован с диагнозом ОНМК в отделение неврологии. На данный момент мужчина полностью восстановил своё здоровье.

 Инсульт у мужчины произошёл, когда он ехал по трассе. Сам мужчина не понял даже, что что-то не так. Просто «голову как- то закружило». Сотрудники ГИБДД остановили его машину потому, что «неуверенно вёл автомобиль». Когда мужчина вышел из автомобиля, подозрения гаишника усилилось, так как походка у водителя была шаткая, а речь как у пьяного – смазанная. Запаха не было, но сотрудник понимал, что что-то здесь не так. Ну и повезли мужчину в больницу «на освидетельствование».

 Вот так сотрудники ГИБДД, возможно, жизнь спасли. А может быть, и не одну.

 Через несколько лет после случая, описанного в рассказе «Чтобы точно приехали», я вновь услышала слова: «Жену с днём рождения поздравлял».

  Однако, как редко секс в некоторых семьях бывает. Понятно, когда это происходит с пожилыми людьми. Да-да, бывает, пожилые люди тоже сексом занимаются. Как-нибудь расскажу несколько историй. Но мужчины среднего возраста могли бы и почаще своих жён «поздравлять». Хотя бы раз в неделю, а не только по большим праздникам.

  В ту смену я была помощником врача. Дают вызов: мужчина, 45 лет, кровотечение из полового члена. Поехали. По дороге на вызов размышляли, что это за кровотечение. Может, просто уздечку порвал, а может... Вот, бывает, вызовут на кровотечение из раны, приезжаешь, а кровотечения нет и ранка не больше сантиметра длиной. А бывает, поехал на «кровотечение из лунки зуба», а приехал на ножевое ранение в живот. Был у нас такой случай. В общем, работа у нас далеко не предсказуема.

  На адресе нас встретили муж с женой. Серьёзные, трезвые, очень вежливые. Видно было, что очень стесняются, но что делать. Мужчина сказал, что у жены сегодня день рождения и он её с утра решил поздравить – заняться с ней сексом.

– И вот теперь из полового члена кровь идёт и не останавливается.

  Попросили показать. Снял пациент штаны: на половой член надет презерватив, заполненный кровью, миллилитров 50 было в нём, может, больше. Сняли презерватив – кровь каплями вытекала из уретры. Я наложила повязку. Врач сказал, что это разрыв уретры и надо ехать в больницу. На вопрос: «Надолго?» – ответил, что недели на две. В уретру установят катетер, и, пока не заживёт, мочиться пациент будет через него.

  Жена стала переживать:

– А сегодня вечером гости приедут. Что я им скажу?

  Я предложила:

– Скажите им правду!

– Ой! Я не могу! – воскликнула жена пациента.

  Я сжалилась и подсказала:

– Ну, скажите, что у него почечная колика началась и Скорая помощь увезла его в больницу.

  Мужчину госпитализировали.

  Помню как-то раз я была на смене. Вечером – звонок из полиции: дежурный по городу такой-то говорил нашему диспетчеру, что был обнаружен труп за городом возле поворота на посёлок Мурзинка. Труп окоченел, но полиция хочет, чтобы приехала скорая помощь и освидетельствовала труп. Диспетчер спрашивает:

– А зачем вам Скорая? Всё равно приедет группа из следственного комитета. Труп неизвестный и на улице.

  Дежурный подтверждает, что так оно и будет, но всё равно нужна справка от скорой, что это труп. Какой-то унесколько лет назад придумал, что любой труп должен освидетельствовать медработник со скорой, или из поликлиники. Даже разложившийся. Раньше-то выезжали на только что умерших. А вдруг он не умер? И бывали случаи, когда приезжали на живого человека, спасали его, лечили, увозили потом в больницу. Никто не спорит. Но на стопроцентные трупы скорую не вызывали. А теперь мои коллеги всего повидали: разложившихся, мумифицированных, окоченевших, как тот, к которому вчера полиция вызывала.

  Что делать? Посылает диспетчер бригаду на этот вызов. Путь не близкий. Через 20 минут бригада отзванивается. Фельдшер говорит, что подъехали к этому повороту, но ни трупа, ни полиции не видит. Нет никого. Диспетчер звонит дежурному в полицию. Дежурный говорит, что ничего не знает:

– Экипаж должен быть на месте. Вот Вам номер телефона – позвоните и уточните, где они находятся.

  Диспетчер звонит по названному телефону и узнаёт, что экипаж уехал обратно в город, а труп там в лесу лежит, и надо, чтобы бригада скорой нашла его. А потом оставалась с ним, пока не приедет группа из следственного комитета из Екатеринбурга. Сказать, что диспетчер удивилась, – ничего не сказать. Диспетчер потеряла дар речи и положила трубку. Но тут же опомнилась и перезвонила дежурному, пересказала, что ей только что стало известно. А дежурный ответил, что всё правильно.

– Пусть бригада ждёт, пока приедет следственная группа.

Не буду пересказывать, как наш диспетчер ругалась с дежурным. Но ворчала она потом долго. Бригаду отозвали с вызова. Приехал фельдшер, тоже возмущался по этому поводу:

– Совсем обнаглели (понятно, что слово было другое)! С какого перепуга я должен искать труп в лесу?! А потом ещё и охранять его?

Вот моя фотография с работы. Теперь уже бывшей. Конец апреля 2020. Я собираюсь первых коронавирусных больных в инфекционное отделение везти. Они были не очень-то и больны. Первые выявленные пациенты.

Именно в это время появился новый праздник День работника скорой медицинской помощи! С праздником, коллеги! Долгих лет жизни, крепкого здоровья и достойной зарплаты вам желаю!!!

Всем привет!

В первой командировке, в обязательном порядке, с нами присутствовала медик. Довольно лихая женщина, которая в свое время побывала на Чеченской компании. Это я про комплектацию специалистов. И спасибо организации, от которой мы работали за богатейший набор медицины, что была предоставлена. По хардкору, слава Богу ничего не пригодилось, но всякое - лечила на раз - два. Спасибо огромное "Лазарю".

Ну и всей "медицине" - спасибо.

Всех обнял. С уважением, Евгений Хрусталев.

  Эту историю рассказала мне моя коллега Арина. В этот день мы работали в одну смену. Дают Арине вызов: женщина, 18 лет, боль в животе. На словах диспетчер поясняет, что вызывает скорую к девушке мама. Температуры, поноса и рвоты нет. Вечером, когда мы встретились вновь, Арина рассказала об этом вызове. Далее я буду писать от её лица.

  «Приезжаю на адрес. Встречает в дверях женщина лет 45-50 с пышными формами. Ведёт меня в комнату, где в кровати под толстым одеялом лежит полная девушка. Я сразу подумала, что ожирение – это наследственное. Пока записывала данные и проводила сбор жалоб, пациентка не вылезала из-под одеяла. Во время опроса узнала, что вот уже два часа живот болит, но не постоянно. «Вот заболит-заболит, весь напряжётся. А потом проходит. И всё чаще и чаще. А теперь уже каждые 5-10 минут болит. Выпила 2 таблетки но-шпы и не помогло».

  Приступаю к осмотру. Убираю одеяло и вижу: пузо на лоб лезет. Такой живот бывает у беременных на последних сроках. Говорю маме:

– Так она же у Вас беременная! Мама стала громко возмущаться:

– Да как Вы смеете так говорить о моей девочке?! Да она у меня девственница!!!

  Ну и ещё несколько возгласов возмущения. Но тут девушка подняла взгляд на маму и гордо так сказала:

– Да, мама! Я беременная, и мне пора рожать.

  Вот вам и девственница. Оказывается, девушка всё знала о своей беременности, но боялась сказать маме. И на учёт в женскую консультацию она встала. И даже обменная карта у неё была. Под матрасом от мамы прятала».

P.S. Бывает так, что родители не хотят замечать ничего в своих детях. Так же как родители наркоманов и алкоголиков, эта мама об изменениях в своей дочери узнала последней.

  Эта история произошла в конце девяностых: в 1997 или в 1998 году. Точнее не вспомню. И рассказал её мой одногруппник. Во время учёбы в медицинском колледже он подрабатывал санитаром на Уралмашевской подстанции скорой медицинской помощи (г. Екатеринбург). Когда мы вернулись с новогодних каникул, одногруппник с воодушевлением рассказывал о своём дежурстве 31 декабря. Рассказал он и эту историю с канистрой.

 Внимание! Просьба – не надо повторять за героем этого повествования. Ни за что! Повторение этих действий может быть опасным для вашего здоровья. Я вас предупредила.

  31 декабря – короткий рабочий день. Настроение у людей нерабочее. Во многих организациях в обеденный перерыв устраивают небольшое застолье: все друг друга поздравляют, выпивают немного шампанского и расходятся по домам. Так было и с героем повествования. Я его так и буду называть – «герой», так как имени его я не знаю. После совместного с коллегами застолья герой и два его друга не побежали домой, а решили продолжить банкет в гараже предприятия, на котором работали. Сообразили на троих. Во время распития водочки зашёл у них разговор на тему, что если засунуть половой член в канистру, то ни за что его не вытащить. «С чего бы это?!» – воскликнул герой, и его взгляд упал на пустую полиэтиленовую канистру, стоявшую под верстаком. Разгорячённый алкоголем, герой решил тут же доказать друзьям, что «всё это туфта». Открутил крышку, достал свой член и засунул его в горлышко канистры. Вынул. Весело воскликнул:

– Входит и выходит. Замечательно выходит!

  Вставил в канистру вновь свой член и сделал пару махов бёдрами, имитируя половой акт. Во время этих движений случайно сжал с боков канистру. Ну а дальше нетрудно представить: когда разжал руки – член засосало в канистру. Половой орган стал стремительно отекать. Попытки стащить горлышко с канистры доставляли только боль. Друзья вызвали скорую помощь. В составе бригады и приехал мой одногруппник. Врач со скорой при помощи отвёртки и молотка пробил дыру в канистре, чтобы давление в канистре сравнять с внешним давлением. И повезли пострадавшего в приёмное отделение 23-й городской больницы снимать сей предмет с полового члена. На руки, державшие канистру, накинули ватник, чтобы скрыть с глаз посторонних это безобразие.

  Был доставлен в больницу с диагнозом: ущемление полового члена в инородном теле.

P.S. А тег "клубничка" надо в этом случае ставить?

 В тот день я была помощником у врача.Поступил утром вызов. Место вызова – частный дом в посёлке К. Повод – вчера вечером незнакомые люди избили мужчину. Выезжаем.

 На адресе: сидит мужчина на диване, губа разбита, синяк на пол-лица, левый глаз не открывается из-за отёка. Снимает рубашку. Видим потрясающую картину: левая половина грудной клетки и левая рука огромные, как у «качка», в то время как правая половина груди и правая рука обычных размеров. Отёк распространяется и на левую половину шеи. При ощупывании слышится хруст, как если снег через полиэтилен трогать. Этот звук называется крепитацией. Лёгкие слева не выслушиваются из-за скопления воздуха в подкожном пространстве. По той же причине нельзя и нащупать сломанные рёбра. Это пневмоторакс, осложнённый подкожной эмфиземой.

 Надо везти пострадавшего в больницу, но мужик упёрся:

–  Не поеду– и всё!

 Мы к нему «и так, и эдак, со словами и без слов». И уговаривали: «Полечиться надо», и грозили: «Помрёшь ведь». А он не едет:

–  Помру, так и хрен с ним. И тут жена говорит:

–  А ты покажи, между ног что у тебя. Тебя же и туда пинали.

 Мы насторожились: что там такое? Мужик снимает штаны, и мы видим незабываемую картину: мошонка синюшна и отёчна настолько, что чуть ли не до середины бедра свисает. Капец! И тут врач говорит:

–    Ну всё! Если не поедешь сейчас с нами, стоять у тебя больше не будет!

–  Как так?! Чё, правда, что ли?!!

 Мужчина удивлён и напуган. Тут же соглашается на госпитализацию.

 Воистину – импотенция для некоторых страшнее смерти.

В ту смену я работала фельдшером-помощником у врача, у старшего врача скорой. Дают нам вызов: высокая температура и рвота у мужчины 38 лет. Болеет неделю. Вызывает мама. По дороге обсуждали: «Маленький мальчик. Сам себе скорую вызвать не может. 100% не работает, а мамочка его содержит». Почему-то если мужчине после тридцати лет мама скорую вызывает, то он чаще всего живет с мамой, не работает и ведёт асоциальный образ жизни. (Даже не знаю, чем это объяснить.) И мы не ошиблись. Не работает, сидит дома, поэтому за медицинской помощью не обращался. Ведь больничный ему не нужен. Пил парацетамол. Пока я писала бумажки, врач опрашивал и осматривал пациента. Болен мужчина 7 дней: высокая температура, кашель. 5 дней назад появилась рвота. Стул нормальный. Раньше ничем не болел. Врач осмотрел пациента, менингита или пневмонии не увидел. Живот спокоен.

Я уже закончила с бумажками и подошла ближе. Пациент представлял неприятное зрелище: кожа с красными пятнами, в чешуйках, расчёсах. На темени и затылке залысины неправильной формы. Кожа в области проплешин из-за чешуйчатой сыпи не видна. Глаза слезятся, в углах глаз – гнойные выделения. Тут мама пациента говорит:

– А ещё он облысел за пять дней.

Следующий вопрос был от скорой:

– Анализы на ВИЧ делал?

– Нет.

– Наркотики ранее внутривенно употреблял?

– Было дело.

– Скорее всего, у Вас ВИЧ. Судя по тому, что весь кожный покров поражен грибком, это уже СПИД. Покажите язык.

В полости рта – молочница. Было рекомендовано маме на следующий день отвести пациента к инфекционисту на приём. В коридоре, позади мамы, стоял мужчина лет тридцати. Услышав слова ВИЧ и СПИД, он выругался:

– Вот урод! Скотина!

Мы потом решили, что это его брат, наверное. Но это не точно... И что он всем уже своим поведением надоел. Высокие семейные отношения. Уже в подъезде я высказала предположение, что и мозг у него грибами порос. Врач со мной согласился.

P. S. Да. Мы обсуждаем пациентов между собой. Бывает, что и злословим. Вот такие мы плохие.

 Сначала предыстория.

 Работала у нас фельдшер Жанна. Умнейшая из женщин, которых я знала. Так как поздно пошла учиться медицине, то выучилась она только на фельдшера. Сейчас Жанна в Краснодарском крае работает на скорой. Однажды её бригада попалана отравление уксусом ребёнка, возраст 1 год и 9 месяцев. Жанна была помощником у врача. Сделали, как положено, премедикацию, промыли желудок ребёнку. А когда стали доставать из желудка желудочный зонд, ребёнок умер. Произошла рефлекторная остановка работы сердца – наступила клиническая смерть. Но медики не растерялись – тут же приступили к реанимации и реанимировали его. Потом Жанна вспоминала:

– Вы бы слышали, как мать закричала, когда ребёнок перестал дышать. Как она кричала! Никогда не забуду. Вот был ребёнок жив. Ты его полечил, а он умер у тебя на руках.

 Ребёнка доставили, минуя приёмное отделение, сразу в реанимацию. Ребёнок выжил и выздоровел.

 Сама история.

 Через полгода мы работали с Жанной в одной бригаде. Я была помощником у Жанны. Нам дают вызов: отравление уксусом, ребёнок 1 год и 9 месяцев (тот же самый возраст и тот же повод, что и на том вызове, на котором у ребёнка развилась клиническая смерть). Приезжаем на адрес. Запах уксуса ударяет в нос с порога. Мама ребёнка рассказывает, что днём делала заготовки на зиму, используя семидесяти процентный раствор уксуса. Потом привела ребёнка из частного детского сада домой. Мама «буквально на минутку ушла в комнату», а «он сам залез на стол, а потом в шкафчик, достал бутылку и выпил уксус». Сколько именно было выпито, неизвестно. Мама вызвала скорую и попыталась промыть рот ребёнку. Осмотрели полость рта: видны следы химического ожога. Значит, действительно, уксус попал в рот.

 Квартира однокомнатная. Места мало. Поэтому мы вышли из комнаты на кухню, чтобы приготовить капельницу и шприцы с медпрепаратами. Работаем в две руки. Я вдруг услышала, как Жанна шепчет себе под нос:

–  Дубль два? Неужели дубль два? Ведь всё то же самое...

 Смотрю на Жанну, а она вся бледная и мокрая: пот стекал с висков по подбородку и с носа.

–   Так! Сейчас же прекратила! Всё будет хорошо! Никакой клинической. Слышишь, Жанна? У меня этот номер не прокатит.

 Это уже твёрдо я ей говорю. Жанна согласно кивает. Сработали мы хорошо и быстро: вернувшись в комнату, установили кубитальный катетер, обезболили, проатропинили, промыли желудок. Потом ребёнка завернули в одеяло и под спецсигналами поехали в больницу. Естественно, вместе с мамой. Я сидела в кабине, а Жанна – в салоне. По рации попросили,чтобы предупредили реанимацию. Во время транспортировки у ребёнка развилась одышка: начался отёк дыхательных путей. Минуя приёмное отделение, мы бегом отнесли ребёнка в отделение реанимации. Жанна несла ребёнка, а мама бежала следом. Ребёнка забрали на пороге реанимации медсестра с врачом, а маме сказали:

–  Можете пока здесь в коридорчике посидеть.

 Потом мы узнали, что ребёнку становилось всё хуже: отёк нарастал, пришлось интубировать. На следующий день ребёнок был перевезён в детскую областную больницу в машине реанимации. В последующем, после длительного лечения и пластики пищевода, ребёнок был выписан домой в удовлетворительном состоянии. А если бы замешкались на вызове, например, долго не могли бы в вену попасть, то неизвестно ещё, выжил бы ребёнок или нет.

 Казалось бы, всё. Но нет. Мама написала 7 жалоб на приёмное отделение. Семь! В разные инстанции! На приёмное отделение больницы, которое ребёнка даже не видело.

 Причина в том, что мама сидела в коридорчике и плакала. А к ней «НИКТО не подошёл и не спросил, что случилось».

 Если бы в приёмнике никого из других больных не было, то, может быть, и спросили, но в этот вечер было очень много пациентов. Они шли сами, больных везли бригады скорой помощи. Народа было, как в понедельник в поликлинике у травмкабинета. Много было и тяжёлых пациентов: то с ДТП, то с инфарктом привезут, то с тяжёлым инсультом. Все медики были заняты неотложными пациентами. Мама ребёнка всё это видела, но она очень была расстроена произошедшим. К ней приехала её мама (бабушка ребёнка) и стала требовать внимания к дочери. Подошёл терапевт, узнал, что произошло, измерил давление, и «даже укол успокаивающий не поставил, и капелек никаких не накапал». Он посоветовал сходить в аптеку и купить капли самим, что было расценено как «отказ в оказании медицинской помощи». Все семь жалоб были признаны необоснованными. Но объяснения пришлось писать терапевту и терапевтической медсестре в семи экземплярах.

 Вот так получается, что у родственников есть силы, чтобы жалобы писать. А чтобы просто «спасибо» сказать – нет ни сил, ни времени, ни желания.

 Это было лет 10 назад. Вечер на Скорой был томный (благословенны те времена). После 20 часов на базу приехали все. За час не поступило ни одного вызова. Бывает и так. Жаль, что редко. Помощники ходили и пыль по углам пинали – кто чай пил, кто ел, кто спал, кто книжку читал, кто телевизор смотрел. Первые номера карточки дописывали, кто всё дописал – занимались тем же, чем и помощники – отдыхал.

 Именно отдыхающие и обратили внимание на телефонный разговор одного из врачей. Нина Фёдоровна, назову её так, чтобы никто не догадался, говорила собеседнику:

–   Ну это же ребёнок! Может, вызовешь скорую или сама в больницу отвезёшь? Ну, как хочешь…

После окончания разговора сразу два фельдшера приступили к допросу:

–  Рассказывай,что там?

 Нина Фёдоровна стала запираться поначалу. Но к расспросам присоединились еще люди. Если бы не услышали слов: «Это же ребёнок!», то никаких вопросов никто не стал бы задавать. Мы стараемся не вмешиваться в чужую жизнь. Нина Фёдоровна сдалась и рассказала, что ребёнок дальней родственницы, девочка двух лет, выпила чистящее средство под названием «Шуманит». Но мама ребёнка не хочет ложиться в больницу. Первый звонок получила Нина Фёдоровна около пяти часов дня от более близкого родственника. Он спрашивал совета, что делать. Последовал совет: вызвать скорую помощь или самим приехать в больницу. А сейчас, спустя уже 4 часа, позвонила сама мама ребёнка за советом, что делать? В больницу они не поехали, потому что «мама не хочет лежать в больнице», а ребёнок плачет и плачет. Все сразу накинулись на Нину Фёдоровну: «Оформляй вызов и едь! Ты чего!». Кто-то тут же нырнул в интернет и выяснил, что в состав «Шуманита» входит то ли щёлочь, то ли щавелевая кислота, но жирорастворяющее вещество – это точно.

–  Съест желудок. Точно Вам говорю. Растворит на фиг!

 Но Нина Фёдоровна стала сопротивляться:

–  Как же я поеду? Мама же не хочет! Я не могу ехать.

 Тогда мы истребовали у неё адрес, сами записали вызов и отправили бригаду. Мою бригаду, потому что была наша очередь. В ту смену я была помощницей у Наташи. В подъезд нас запустил выходящий из него мужчина, поэтому мы сразу позвонили в дверь. Без каких-либо вопросов дверь открыла мама ребёнка. Мы, даже не спрашивая, прошли в квартиру и потребовали с мамы ведро воды,таз, ковшик и документы на ребёнка. Мама не выказывала никакого сопротивления. Желудок ребёнку промыли. Заминка возникла только на выходе из квартиры. Мама завела песню:

–  А можно не ехать? Я отказную напишу.

 На что мы хором ответили: «НЕТ». Уже были заготовлены угрозы вызвать полицию, но обошлось без них. Девочка была госпитализирована. В последующем девочке дважды была проведена пластика пищевода. Ребёнок выписан в относительно здоровом состоянии. Сейчас ей лет двенадцать. На прошлой неделе спрашивала у Нины Федоровны о здоровье девочки. Нина Фёдоровна ответила:

–  Я её недавно видела. Бегает. Вроде здоровая, нона какой-то диете.

Берегите своих детей. Цените их здоровье выше своего благополучия.

  Есть множество историй о том, как женщина не поняла, что забеременела. Расскажу вам ещё историю. Её нам рассказывала преподаватель по акушерству и гинекологии.

  Наша преподавательница по акушерству много лет отработала в роддоме, а потом ушла работать на участок в женскую консультацию. 2 дня в неделю преподавала у нас в колледже. К слову сказать, я считаю, что лучшие преподаватели получаются из «практиков». Не сравнить с «теоретиками». Ведь «теоретик» знает предмет из написанного другими людьми, а «практик» дополняет эти знания собственным опытом. Одни только их истории чего стоят. Очень наглядными рассказы получаются. Возможно, это справедливо только к преподавателям медицинских дисциплин.

  Дальнейшее повествование написано от имени преподавательницы.

«Одна из моих подруг жила на моём участке. И, естественно, я её на приёме и не видела никогда. Мало того, в свои проблемы со здоровьем она меня не посвящала. Считала, что у меня и так работы много. Посещала она другого гинеколога. Вот о моей подруге и пойдёт речь.

  Однажды утром звонит подруга и рыдает в трубку. Говорит, что когда-то давно у неё обнаружили фибромиому матки. Сказали, что, пока не растёт, трогать опухоль не будут. И вот опухоль начала расти, а подруга всё тянула с походом в больницу. «Но она такая большая стала! Наверное, оперировать уже надо, но я боюсь». И плачет навзрыд. Я ей отвечаю:

– Приходи ко мне сегодня на приём. Посмотрим, что за опухоль.

Когда подруга зашла ко мне в кабинет, медсестра сразу сказала:

– А почему на учёте по беременности не стоите?

  Подруга возмутилась: мол, она не беременная, это опухоль у неё. И она не может быть беременной, потому что с 35 лет у неё стойкая аменорея (отсутствие менструаций). Лечили, лечили да и плюнули на это.

  Уложила я её на кушетку и стала осматривать. На кресло пока не погнала. А у «опухоли» головка уже прощупывается и сердцебиение выслушивается. Говорю ей, что это беременность. Подруга не верит. Поверила, когда на УЗИ сходила. 28 недель беременности. Мальчик. Стала просить дать направление на прерывание беременности: «Что я сыну скажу? Он же скоро из армии вернётся!»

  Вынуждена была ей отказать. Искусственно прерывать беременность уже поздно. 28 недель беременности – ребёнок родится живой. Пришлось смириться подруге с таким «нежданчиком» в 52 года. Ребёнок родился абсолютно здоровым и с отменным иммунитетом. В детском садике почти не болел. В семье – любимец. А старший брат в нём души не чает. В этом году мальчик пошёл в первый класс».

Вот такую интересную историю нам рассказали. Я запомнила ещё одну историю из тех, что нам на акушерстве и гинекологии рассказывали. Но она про внематочную беременность. Расскажу в другой раз.

Однажды зимой работала я на Скорой. Днём было небольшое затишье, и все бригады собрались в отделении. Тут послали на вызов первую бригаду - ДТП на трассе. Минут через двадцать дают вызов нашей бригаде. Позвонил мужчина и сказал, что ехал он по трассе и увидел машину, которая съехала с трассы по откосу вниз. Перед у машины задран к верху, включены фары, а есть ли кто в машине, мужчина не видел. Он просто мимо проехал и решил вызвать Скорую. Машина эта стоит километров через 5-7 после ДТП, на которую "ваши уже приехали".

Пока мы ехали до места вызова, встретили несколько ДТП. Штук шесть, не меньше. В тех случаях, где возле побитых машин стояли эвакуаторы или где не было людей, подъезжать не стали. Просто притормаживали и смотрели. В трёх случаях мы подъезжали и спрашивали нужна ли помощь. Никому медицинская помощь не была нужна.

Вот мы подъехали к месту вызова. Издалека были видны следы от машины, уехавшей вниз. Склон очень крутой - градусов сорок пять. Машина стояла так, как описал вызывающий – передней частью кверху, только фары были выключены. Через лобовое стекло было видно, что в машине два молодых человека. Мы стали осторожно спускаться вниз. Скорее даже не спускаться, а сползать. Увидев нас, ребята открыли боковое стекло и радостно сообщили, что они ждут эвакуатор.

- А мы Скорую не вызывали. И тем мужчинам сказали, что Скорая не нужна. Зачем они вас вызывали?

Выползали мы из сугробов цепляясь сначала за машину, а затем за руку нашего водителя. Пока мы выбирались на обочину, мимо проезжали машины. Одна из них остановилась, объехав нашу машину. Из неё вышли двое парней и пошли к нам. Оказывается, они решили узнать не нужна ли их помощь Скорой помощи. Такие молодцы!!! Большинство людей, увидев, что Скорая работает на ДТП, проедут мимо. А эти молодые мужчины решили нам помочь. Мало ли? Может людей надо поднимать наверх? На носилках в машину грузить? Или ещё что. В общем, растрогалась я немного от этого. Наша помощь никому не была нужна, поэтому парни поехали дальше, ну и мы тоже.

Что имеем? 37 минут в одну сторону плюс 5 минут на вызове (спуститься вниз, поговорить, заползти на обочину) плюс 30 минут, чтобы вернуться обратно в город. Было потрачено больше часа на безрезультатный вызов, в то время как другие бригады катались по вызовам, не заезжая на Скорую.

Все мимо проезжающие делятся на три категории. Первая категория проезжает мимо ничего не предпринимая. "Не моё дело".

Вторая категория так же проезжает мимо, но они предпринимают определённые действия - совершают звонки в спецслужбы. "Я сделал доброе дело - позвонил". Такое поведение, безусловно, лучше, чем у людей из первой категории. Так есть гарантия, что люди, нуждающиеся в помощи, её получат.

Третья категория - мимо не проедут. Они "неравнодушные". Не пожалеют своего времени, остановятся, подойдут узнать, не нужна ли помощь? А если нужна, то помогут в силу своих возможностей. Вот таким людям - респект, уважение и искренняя благодарность. На таких, неравнодушных, держится мир. Благодаря им количество безрезультатных поездок становится меньше, помощь оказывается быстрее, а бригада, выезжающая на ДТП, заранее может предполагать есть ли пострадавшие, сколько и насколько тяжело они пострадали, что опять-таки облегчает работу медикам и повышает процент выживаемости людей, пострадавших в ДТП.

И вот хочу я попросить мимопроезжающих. Не проезжайте, пожалуйста, мимо. Остановитесь на пять минут, чтобы узнать нужна ли помощь? А если есть возможность, то помогите. Иногда просто укрыть человека, лежащего в снегу - уже огромная помощь, которая, быть может, спасёт человека от смерти.

"Спецавтомобиль двигался на запрещающий сигнал светофора с включёнными спецсигналами и столкнулся с автомобилем BMW под управлением 35-летнего мужчины.

В результате столкновения транспортных средств медицинская помощь потребовалась двоим фельдшерам из неотложки: 23-летней девушке и 31-летнему мужчине", - сообщили в городской полиции.