Птица поёт.

После этой статьи вы поймете, что поразительное всегда можно найти рядом. Домовой воробей — птичка, на которую даже внимания никто не обращает. Она плетется в самом конце пищевой цепи. Её существование — вечная игра на выживание. Но за невзрачной скромностью скрывается гениальное животное, покорившее весь мир.

Описывать воробья мы не будем. Выйдете на улицу, подышите свежим воздухом, поглядите на птичек сами! Но вот лайфхак: как отличить воробушка-девочку от воробушка-мальчика. Различить их можно даже издалека: у самцов на шее и грудке виднеется черный «галстук». У молодых птиц и самок оперение скромное и однотонное — бежево-коричневое. Поздравляем, теперь вы знаете, каким фактом скрасить неловкую паузу во время первого свидания в парке.

А вот на физических характеристиках мы остановимся поподробнее. Потому как воробушки — доходяги в мире пернатых. Про размеры и так все понятно — вес птички как у кусочка колбасы — 30 граммов. Но и дыхалка у воробушка никакущая! Птиц может летать без перерыва максимум 15-20 минут. Каждый длительный перелет для попрыгунчиков — как жесткая кардио-тренировка: пульс у пернатых подскакивает от 500 ударов в минуту в спокойном состоянии до 1000 в полёте!

Маленькая слабая птичка абсолютно беззащитна перед хищниками. На воробьев охотятся все: от стандартных кошек и ястребов до белок и синиц, которых вообще за мясоедов никто не считает! Те, кто не едят воробьев — конкурирует с ними за еду. Наглый толстый голубь с легкостью прогонит целую стайку попрыгунчиков от найденных ими крошек.

Как вы поняли, родиться воробьем — это выбрать максимальную сложность в игре на выживание. Но всё становится ещё страшнее, если посмотреть на статистику. Ежегодная смертность взрослых особей составляет 45-65%. Из 20 лет, отведенных природой, в среднем несчастные птички живут не больше 6! А если ты желторотый юнец, шанс найти вторую половинку и устроить собственное семейное гнездышко минимальны — до размножения доживает лишь 20-25% вылупившихся птенцов.

Но знаете, в чем парадокс? Будучи в самом низу пищевой пирамиды, воробей умудрился завоевать большую часть планеты и стал третьей птицей по численности на земле. Воробьи живут и гнездятся в 152 странах. Чтобы вы понимали масштабы: в мире всего 195 стран. Размер популяции немыслим: по примерным подсчетам она составляет от 800 млн до 1.3 млрд особей. По численности домовые воробушки уступают только домашней курице — 24 млрд; и красноклювым ткачикам — 1.5 млрд.

Особых мест для гнездовий им тоже не требуется: подойдет любая дырка: в дупле, стене, крыше или даже земле. Так воробушек стал верным спутником человечества. Да, в городе шумно и грязно. Нет зелени и заливных лугов, в которых нуждаются многие пернатые. Зато хищников здесь почти нет, а еды и укрытий — масса!

Во-вторых — коллективный разум. Если каждая отдельная птичка — деталь, то стая — отлаженный механизм из сотни особей. Стоит одному подать сигнал тревоги, как на крыло поднимаются все. Стоит одному найти крошку хлеба, тут же слетается стая. Коллектив воробьев работает так четко и гармонично, что его принципами заинтересовались информатики и математики. На основе массового интеллекта крохотных птичек разрабатываются алгоритмы оптимизации действий в приложениях.

В-третьих — ум. Мы привыкли превозносить интеллект врановых и попугаев, но если присмотреться к обычным воробьям — они поразят своей смекалкой ничуть не меньше. Именно так поступил журналист Боб Броки из Новой Зеландии. Он заметил, как воробьи воруют пакетики с сахаром. Птица самостоятельно догадалась, что маленькие мешочки — не просто мусор, а еда. Боб предложил читателям присылать интересные наблюдения за воробьями на почту. И спустя год выпустил заметку о гениальности этих пичуг.

Например, воробьи умеют открывать автоматические стеклянные двери супермаркетов. Сенсор не срабатывает, если крошечная птичка подойдет к двери. Чтобы попасть в здание, приходилось ждать, пока человек выйдет или зайдет. Но находчивые пернатые додумались, как обхитрить шайтан-машину. Чтобы сенсор их заметил, они подлетают к нему вплотную. Если не сработало — теребят его. Так воробьи попадают в торговые центры, магазины и другие помещения когда угодно!

Ещё одна уловка, которой научились воробьи — взаимодействие с машинами. Птицы догадались, что автомобили на пути сбивают рой насекомых. Мало того, они научились отличать, какие машины местные, а какие — приехали издалека. К последним у воробушков особый интерес: на трассе букашек куда больше, чем в городе. Воробьи научились собирать насекомых даже с проезжающего транспорта! Как? Всё просто. Ждут нужного сигнала светофора. Когда горит красный, птички подлетают к радиатору и выклевывают всё с пылу с жару. Когда загорается зеленый — быстро улетают.

Смекалку воробушки применяют не только в поисках пропитания, но и в обустройстве гнезда. Они стали одними из первых птиц, в гнездах которых ученые обнаружили сигаретные бычки. Зачем птицы захламляют собственную квартиру? Как ни парадоксально — для чистоты! Дым и смолы — идеальные инсектициды. Так воробьи избавляются от паразитов-пухоедов, которые докучают и птенцам, и взрослым.

Кстати, о семье. Вот четвертая причина мирового господства воробьев. Птицы эти моногамные. Все невзгоды и трудности самка и самец переживают вместе. Дружная семья за год способна воспитать от 2 до 7 поколений птенцов! В каждом из которых — 4-6 яиц. Родители вместе строят гнездо, вместе насиживают кладку, вместе кормят птенцов. Усилия окупаются с лихвой — уже спустя месяц малыши встанут на крыло.

Серебристая чайка заселила всю Европу, Сибирь, Дальний Восток и Северную Америку. Как вы думаете, в чём секрет её успеха? 0% эмпатии, 100% ненависти. Вот и всё, никакого двойного дна. Но в своей наглости и злобе птица настолько преисполнилась, что даже вызывает восхищение!

Прежде, чем превозносить дьявольскую изобретательность крылатого бандита, нам нужно поговорить о сложностях в систематике, а то мы получим по шапке от знатоков в комментариях. Раньше считалось, что серебристая чайка — это один большой вид, ареал которого занимает 2/3 Северного полушария. Но сейчас мы знаем, что серебристые чайки — это группа, в которой, по разным оценкам, от 2 до 8 видов. Оригинальное латинское название (Larus argentatus) закрепили за европейской чайкой, захватившей земли от Лиссабона до Ухты. Мы расскажем вам о всех серебристых чайках скопом, благо некоторые из них свободно скрещиваются друг с другом, а основные их черты неизменны вид от вида.

От природы серебристым чайкам достались приличные габариты: размах крыльев в — 1,5 метра, вес до — 1,5 кило. Благодаря размерам и физической силе они могут раздавать люлей даже некоторым специализированным на хищничестве пернатым. А ещё чайки отлично летают, неплохо бегают, прилично держатся на воде и даже немного умеют нырять. Не птица, а швейцарский нож какой-то!

И свою многозадачность они используют на полную. В естественной среде обитания пернатые отлично ловят рыбу, выслеживают грызунов, бросают о скалы закованных в броню моллюсков, раков и иглокожих. При необходимости, чайка может даже ягодами и плодами перекусить. По ширине рациона птицы вовсю соперничают с человеком. Так что нет ничего удивительного в том, что им понравилось жить рядом с нами.

Чайки и без того прекрасно себя чувствуют везде: от арктических пустошей до тропиков. Но в богатых на халявную пищу городах жизнь для них становится сказкой! Особенно «повезло» странам с выходом к морю. Например, в Британии 75% популяции серебристых чаек переехала со скал — в мегаполисы. И ведут себя пернатые так, будто именно они — хозяева каменных джунглей.

В городе чайка становится крупнейшей птицей на районе. Даже ворона — и та в 1.5-2 раза меньше морского оккупанта. А значит, всю ту еду, что нашел воробушек или голубь, приватизирует чайка. Кто-то не согласен с таким раскладом? В таком случае чайка уберёт конкурентов. В собственный желудок. Мелкие птички ей на один укус, а на обленившихся городских голубей даже охотиться особо не нужно!

Думаете, господство среди птиц утолит жажду ультранасилия? Как бы не так, на орехи достаётся и людям! Чайки воруют пищу со столов в летних кафе, таскают её из магазинов и даже из рук прохожих! По опросам жителей Великобритании за 2021-2022 года, 48% хоть раз подвергались нападению шибанутой птицы. Причем в половине случаев защитить свой обед у людей не удавалось.

Проблема настолько насущная, что некоторые продуктовые даже предоставляют страховку на еду! Так в Шотландии есть магазин сэндвичей. Его владельцы отмечают: птицы могут забирать еду у 30 человек в день! Потому они придумали «страховку» — доплачиваешь 1 фунт, и при краже обеда гарантированно получаешь бесплатную замену.

Вы попытались дать отпор этой обнаглевшей курице? Что ж, тогда вас ждет фекальная бомбардировка! Боеприпасы из полупереваренной пищи быстро отобьют у вас аппетит и заставят ретироваться. Но заляпаться в птичьем гуано — не страшно. Страшно попасть в больницу из-за неподеленной пачки чипсов. А ведь бывает и такое! Острым клювом птицы рассекут лоб и темя. Острыми когтями — попадут в глаза.

И повезет, если чайка оказалась одна. Чаще всего, птицы, как и положено организованной преступности, собираются в банды. Стая серебристых чаек насчитывает 2-3 тысячи птиц! Чтобы сородичи пришли на подмогу, пернатые издают знаменитый клич. Истеричный гогот — инстинктивная реакция чайки, когда она заметила еду. Заслышав неистовый ор, другие чайки тут же спешат к месту потенциального обеда.

Но самое главное — прогнать разбойников с насиженных мест крайне сложно. Большинство классических методов, вроде шипования поверхностей, чайками полностью игнорируется. Широкие лапки позволяют птице распределять нагрузку. От гвоздестояния она испытывает разве что небольшой дискомфорт. А остальные имеют очень кратковременный эффект. Разрушенные гнёзда просто отстраиваются заново. Макеты в виде хорьков и крупных хищных птиц игнорируются уже на второй-третий день. Чайки — это же не голуби, они быстро понимают, что к чему. По-настоящему эффективны только отстрел и травля, но пальба и разбрасывание ядов в центре города — так себе идея.

Не думайте, что у чаек к людям особое отношение. Они ненавидят всех одинаково. Вне зависимости от зоны обитания, важное дополнение к их рациону — ворованная пища, отобранная у других птиц, включая серебристых чаек поменьше. И яйца других пернатых они воруют при любом удобном случае.

Внутри многочисленной стаи тоже всё не гладко. Самки кричат и дерутся за лучшие места для гнездования, самцы кричат и дерутся за самок. Лишь к брачному периоду ситуация немного устаканивается: птицы больше времени уделяют выращиванию потомства, и меньше — постоянным войнам друг с дружкой за место в иерархии.

Как ни странно, в деле выращивания детей царит удивительная гармония. Серебристые чайки с радостью пускают свою изобретательность в созидательное русло, поэтому их гнёзда очень различаются по размеру и материалам: ветки, трава, мех животных и даже водоросли — всё идёт в ход.

Гнездо самец с самкой всегда строят вместе и детишек выращивают — тоже. Моногамная идиллия. Если забыть тот факт, что иногда самец ухаживает сразу за 2-3 самочками. Но даже в этом случае, он помогает всем своим дамам сердца, не отлынивает от обязанностей.

Чайки — замечательные родители. На радость их птенцам и на горе всем окружающим. Теперь режим терминатора не выключится до тех пор, пока малыши не выпорхнут из гнезда! Достанется всем, кого пернатые садисты сочтут потенциально опасным. Для справки: большие двуногие существа под эту категорию попадают.

Благо, что растут чаята относительно быстро. Они вылупляются через месяц-полтора после откладывания яиц, а уже через 4 дня после рождения скачут вокруг гнезда, возвращаясь в него только чтобы поспать или спрятаться от опасности. В полет молодежь отправляется ещё через полтора месяца. А к концу сезона юнцы становится самостоятельной боевой единицей по уничтожению всего сущего!

Она сохранилась так хорошо, что охотники за окаменелостями сначала подумали, что бедолага умерла вчера-позавчера, — но потом поняли, что нашли первую в истории птицу ледникового периода. Профессор эволюционной генетики Лав Дален из Стокгольма, Швеция, был в экспедиции с местными охотниками за ископаемыми костями внутри ледяного туннеля, вырытого в Сибири, когда они передали ему это доисторическое существо.

Лав был ошеломлен, когда охотники обнаружили, что оно не современное, а извлечено из вечной мерзлоты, и когда он подверг его в лаборатории углеродному датированию, результаты показали ошеломляющий возраст в 46 000 лет. Эта самка рогатого жаворонка жила среди шерстистых носорогов, мамонтов и пещерных львов. Животное так хорошо сохранилось, потому что оно замерзло вскоре после смерти, не успев разложиться.

Они все хороши, но у каждого свой стиль.

Золотистые корольковые манакины, например, мастера парных манёвров. Чтобы впечатлить самку, самец выбирает 3 растущих рядом ствола и прыгает между ними по очень сложной схеме.

Ласточкохвостые манакины, в свою очередь, профессионалы в групповых танцах. Четыре самца двигаются таким образом, что по очереди зависают в воздухе на несколько секунд. Создаётся ощущение, что один и тот же птиц висит в одной точке несколько минут!

А красношапочные манакины освоили лунную походку!

Если вы птицевод, то колечки помогают вам отличать птиц друг от друга. Это особенно актуально, если вы работаете с птицами с минимумом внешних различий и отсутствием полового диморфизма. Благодаря колечкам на лапках вы сможете следить за состоянием и здоровьем каждой отдельной птахи, даже если их у вас сотни.

Если вы орнитолог, то колечки – чуть ли не единственный способ узнать о миграциях птиц на средние и дальние дистанции.

Кстати, если у вас дома завалялось птичье колечко, отправьте его письмом в ближайший биологический институт. Укажите хотя бы примерную дату и место обнаружения кольца. Дальше учёные разберутся сами. Все «научные» кольца имеют унифицированную номерацию, поэтому орнитологи сами поймут, куда перенаправить колечко. Так вы внесёте свой вклад в науку!

Если гнездо расположено удачно, за ним могут ухаживать до сотни лет, а само гнездо превращается в башню 5-7 метров в длину.

А ещё известно, что хищные птицы иногда таскают в гнездо человеческие предметы или их обломки. Иногда в качестве строительного материала, а иногда – вместе с добычей.

Испанские исследователи догадались сложить два этих факта и обнаружили, что старые гнёзда – это настоящий источник археологических древностей! Пошуровав в старых гнёздах бородачей – хищных птиц с уклоном в поедание падали – они обнаружили остатки плетённых корзин, верёвки, выделанную овечью кожу и даже арбалетный болт. Возраст находок – от 130 до 650 лет!

Помимо них в гнёздах были обнаружены многочисленные клыки и обломки костей, интересные для биологов. По ним они могут воссоздать рацион хищных птиц, живших в XIV по XIX век!

Да так, чтобы вонзить её в неприятеля в самый неожиданный момент? Солдатский чибис – может. И да, он из Австралии. Там без заточки не выживешь.

Чибисы – жестко территориальные птицы. Во время периода размножения у птах сносит крышу по поводу обороны своего семейства. Тут в дело и вступают 2 шпоры на каждом крыле, оставленные эволюцией исключительно для драк с нарушителями.

Любого, кто покусится на драгоценную кладку (или просто пройдёт мимо гнёзда) постигнет мгновенная кара. Angry birds атакуют наглеца налету. Пикируя, птицы подгоняют шпорами потенциального пожирателя подальше от ненаглядных диточек. Как истинный солдат, чибис готов пожертвовать собой ради чистого неба над головами своих потомков.

Такая самоотверженность приносит массу проблем и птицам, и людям. Пернатые с одинаковой яростью атакуют ворон, людей, машины и даже самолёты. В итоге птицы ломают себе крылья. Либо повреждается техника, а люди идут зашивать дырку в боку.

КНИГА ЖИВОТНЫХ

Все птицы не в восторге от полётов под ливнем, но совам как будто особенно не повезло. Их перья намокают быстрее, чем у кого-либо ещё! А мокрая сова — это замёрзшее и жалкое создание. Такой вид не только дискредитирует сову, как грозного хищника, но и крайне не функциональный — птице даже летать сложно! Но почему всё именно так?

Обычно птицы обладают довольно влагостойким оперением. Оно настолько хорошо отталкивает жидкость, что пернатые в большинстве своём положили клюв на строительство крыш для гнёзд. Раньше считалось, что птицы сохраняют оперение сухим благодаря секрету копчиковой железы. Маслянистая жидкость выполняет сразу несколько функций. Во-первых, защищает всё вокруг от грибков, паразитов и бактерий. А во-вторых, отталкивает воду (на фото 3 показана копчиковая железа у птенца попугая).

Пернатые каждый день тратят уйму времени на то, чтобы тщательно размазать содержимое железы по перьям. И всё вроде бы логично и понятно. Только вот есть нюанс: у сов копчиковая железа работает не хуже, чем у других летунов. Следовательно, этот орган хоть и полезен для поддержания перьев в здравии, но плохо справляется с защитой от воды. Придётся копать дальше!

Основную роль во влагостойкости перьев играет сама их структура. Перо птицы — это не сплошная пластинка, а множество бородок с крючками на концах. Они цепляются друг за друга и организуют мелкую сеточку (фото 4). Когда капля воды падает на сеточку, она касается пера всего в нескольких местах. БОльшая часть воды висит на воздушной подушке, поэтому ей некуда впитываться! Чем больше у птицы бородок, тем меньше шансов, что вода пройдёт в щёлочку и попадёт на уязвимые пуховые перья.

У сов оперение устроено немного иначе — оно волосатое (фото 5)! Бахрома замечательно смачивается, отчего капли воды попадают прямо в пуховой слой пташки. Но зачем совы поломали механизм, который есть по умолчанию у всех летающих птиц?

Всё ради эффективности. Да, неровное оперение с бахромой лучше намокает. Но оно же делает полёты сов практически бесшумными. Ворсинки разбивают движение воздуха на множество разнонаправленных потоков, и громкие хлопки превращаются в едва заметный шум. Получается, когда сова намокает — она платит цену за право быть самым эффективным ночным охотником планеты!

Такое странное щебетало у этих пернатых не просто так, а с особенной эволюционной задумкой. Длинный клюв с ложечкой на конце работает как сито старателей: птица бродит по воде и делает головой туда-сюда. Клювище в это время зачерпывает ил со дна и процеживает его. Только вот вместо золота колпицы добывают всякую съедобную живность – рачков, личинок, моллюсков, земноводных и мелкую рыбёшку. Кстати, именно крохотные красные рачки обусловливают такой роскошный оттенок оперения. В рачках содержится каротиноидные пигменты, что накапливаются в пёрышках и со временем окрашивают их.

И ничего бы их не выделяло среди всего остального разнообразия, если бы не их брачный период. Тут они устроили настоящий трешовый сериал.

С апреля по июнь 84% самцов переодеваются в шикарные одеяния с роскошной гривой из рыжих или чёрных перьев. Мы назовём их альфачами (фото 1-2).

На токовищах они ведут себя как мачо: набивают соперникам щебетало, кадрят девчонок и выстраивают иерархию крутости. По их логике, девочку получит сначала самый крутой самец, потом тот, что проиграл ему в финале, и далее по нисходящей.

Но у 15% самцов ген, отвечающий за демонстративное «самцовое» поведение, подавлен, а их брачные воротники окрашены в белый цвет (фото 3). Потому мы назовём их белыми воротничками. Слетаясь на токовища, эти ребята не вступают в борьбу за превосходство, а болтают о природе, искусстве и музыке.

Пока девчонки наблюдают агрессивные поединки маскулинных альфачей, белые воротнички льют им в уши комплименты и уводят в ближайшие кусты. Продолжения не следует — ушлые ребята не стремятся строить семью. И даже если альфачи будут провоцировать белых воротничков на конфликт, они останутся альтруистами и проигнорируют агрессию (фото 4).

И без того непростая ситуация с половыми сношениями турухтанов осложнилась в 2006 году, когда исследователи открыли третий тип самцов. Они составляют всего 1% от численности всех парней, зато оказались настолько хитры, что переиграли все остальные 99%. Их секрет в том, что они полностью неотличимы от дам (фото 5)! Они выглядят как самки, ведут себя как самки, а их ген полового поведения совсем не работает. Я назову эту группу самцов трансвеститами, ведь альфы и воротнички регулярно принимают их за часть своего гарема.

Затесавшись в группу самок, трансвестит выжидает момента, когда одна из них расслабится, и оплодотворяет её. Правда, и самим лже-самкам приходится подставляться под альфачей — чтобы не сбить маскировку. Естественно, и в случае с этими героями-любовниками нет никакой речи о создании крепкой ячейки общества.

Зачем эти фокусы нужны — непонятно. Но, как ни странно, именно безответственность двух других групп самцов спасает альфачей от вымирания. Когда популяция нормальных мужиков становится критически низкой, количество трансвеститов и белых воротничков резко падает — ведь защищать растущее поколение становится некому! Альфачи, пусть и не участвуют в выращивании потомства, зато охраняют самок, гнездящихся на их территории, от мелкокалиберных хищников. Потому при их нехватке многие гнёзда оказываются под угрозой варварского разграбления.

А растить птенцов одной — сложно и долго: месяц уходит на высиживание яиц, и ещё один на кормление бесконечно голодных ртов. При среднем сроке жизни птиц в 4 года — это прямо-таки маленькая вечность.

Вот такие вот классные птицы, у которых сразу 3 типа совершенно разных самцов в популяции!

Птицы играючи обходят любых других животных, когда дело касается миграций. Стада африканских копытных преодолевают до 3200 километров во время великих миграций. Рыбы мигрируют на расстояние до 6000 километров, а киты могут проплывать 20 000 километров в год!

Только вот малый веретенник, небольшая болотная птичка, может пролететь 13 тысяч километров без пересадок! Огромное множество птиц зимой улетает на другие континенты, а полярная крачка вообще с ума сошла. Лето она проводит в Арктике, а зиму – в Антарктике! Следовательно, за год она целиком облетает земной шар. Так ведь ещё и не по прямой!

Это Гуахаро — птица, которая эволюционировала в летучую мышь!

Гуахаро — крупные козодои родом с севера Южной Америки. Эти края изобилуют глубочайшими пещерами, что тянутся на многие километры паутиной тёмных тоннелей. В этих пещерах наши козодои и поселились. Вход в их логова располагается на высоте 2 километров над уровнем моря в совершенно диких и неисследованных пещерах Венесуэлы, так что ни хищники, ни сапиенсы сюда не проберутся.

Птахи круглосуточно орут и дерутся за лучший выступ скалы, чтоб состряпать там своё гнёздышко. Их они сооружают из помёта, слюны, отрыгнутых плодов и семян. Прошаренный подписчик понимает, что жизнь в тёмной пещере не ахти без эволюционных прибамбасов. Поэтому птахи развили не только ночное зрение, но и эхолокацию, как у летучих мышей. Из всех птиц лишь гуахаро и саланганы (один стрижиный род) додумались прокачать это умение.

Но представь, как будет работать эхолокация, когда несколько тысяч чертей начнут куковать одновременно. Чтобы предотвратить авиа-аварии, у каждой птицы своя высота звукового сигнала. Звуки, кстати, в пределах человеческой слышимости, поэтому в пещерах стоит постоянный галдёж.

Единственная причина по которой козодой выходит из своего мрачного логова — еда. Рацион у нашего героя состоит из пальмовых и лавровых плодов. Ночью эти ребята улетают на 70-80 километров от родной пещеры, чтобы знатно покушать.

В пещеру пичуги возвращаются на рассвете, где их ждут птенцы. И если пингвины кормят детишек форшмаком из морепродуктов, голуби — птичьим молоком, то козодои взращивают своих малышей на отборном жире! Доходит до того, что малой весит вдвое больше своего родителя-кормителя.

Есть у птиц одно интересное приспособление — наседное пятно. Это особый участок кожи, который лысеет, когда пернатый родитель начинает высиживать яйца. Приспособление это для птенцов крайне полезное.

Во-первых, участок грудки усеян кровеносными сосудами, отчего температура наседного пятна на 1-2 градуса выше, чем у остального тела. Во-вторых, птица-мама, лишаясь перьев, минимизирует потерю драгоценного тепла сквозь пёрышки — кладка и птенчики греются от тела родителя напрямую.

Обычно боковой пух птиц справляется с тем, чтобы прикрыть непотребство. Но иногда из-за скопления лимфы наседное пятно опухает, и залысинку видно. Делается это тоже не просто так: всё ради того, чтобы увеличить открытую поверхность, которая будет прижиматься к яйцам!

У некоторых видов наседное пятно не образуется. У гусеобразных, например. Потому что в водичке прохладно голяком плавать. Водоплавающие пернатые греют кладку лапами — обнимают своих растущих деток.

Вероятно именно с этой особенностью птиц связано поверье о птичьем молоке. Люди замечали, что залысинка есть только у тех птиц, кто растит детей, и связывали это с таким же типичным кормлением, как у млекопитающих.

Мы привыкли считать ум каким-то высшим благом, от которого идут все остальные: цивилизация, WiFi, автокресла с подогревом и книги Грибоедова. Но попугаи кеа показывают нам обратную сторону гениальности. Горе от ума: пернатые кромсают овец, ломают всё вокруг и воруют — просто потому, что могут. Это как дать пятилетке отвёртку, молоток и полную свободу действий. Он не со зла, просто маленькому гению очень интересно, как же тут всё устроено!

На своей родине, в Новой Зеландии, кеа известны как «альпийские клоуны». При том что выглядят птички достаточно скромно. Особенно по меркам попугаев. Нет у них ни длинного хвоста, ни вырвиглазных перьев, ни сногсшибательного хохолка. Только хищный загнутый клюв крючком да зелено-бурые перышки по всему телу. Дело в том, что эпатирует публику птица не внешностью, а поступками. Кто на представлениях кеа был, тот в цирке не смеётся!

Весёлого в их действиях мало. По крайне мере для тех, кого кеа выбрал своей «жертвой». Пернатые разбирают машины туристов буквально по винтику: отрывают резинки с окон, дворники, откусывают антенны, ломают боковые стекла.

С пешими туристами тоже не церемонятся: птички раздирают палатки, воруют еду и уносят всё, что плохо лежит. Иногда это блестящие безделушки. Иногда — ценные документы. У несчастного туриста из Британии кеа украл паспорт. Вернуть его он так и не смог. Иногда — техника. В 2022 году у семьи туристов украли GoPro. Камеру нашли, в подарок от пернатого клоуна владельцы аппаратуры получили съёмки национального парка с высоты птичьего полета.

Но всё это так — шаловливые проделки. На пастбищах кеа превращается в злобного джокера. В отличие от других попугаев, альпийский клоун стал активным хищником. И охотится он не на абы кого, а на овец! Конечно, птице весом в килограмм не по силам схватить даже новорожденного ягнёнка. Но зачем кого-то убивать и уносить, когда можно устроить шведский стол прямо на живой добыче?

Птицы садятся на спину овце, выщипывают шерсть и пируют. Острый клюв оказался очень кстати — им так удобно вырывать куски мяса и жира с бараньей спины! Само собой после такой трапезы копытные болеют и даже погибают. Фермеры ополчились на птиц до такой степени, что за убитых попугаев какое-то время выдавали награду.

Эта вредительская клоунада сначала привлекла туристов, а потом и учёные подключились — стали проводить с птицами всевозможные эксперименты. И вот в чём парадокс: тот хаос, что творят кеа — результат их блестящего ума!

После многочисленных проверок и опытов выяснилось, что кеа не просто вредители, а одни из умнейших птиц на планете — наравне со знаменитыми новокаледонскими воронами, жако и какаду. Да что там птиц! По результатам экспериментов, когнитивные способности кеа оказались сопоставимы по интеллекту с человеческими детьми!

В задачах на рассуждение пернатые эйнштейны уверенно делают выбор по вероятности, то есть понимают, где больше шансов достать лакомство — совсем как шимпанзе или дети. В тестах на самоконтроль отказываются от быстрой награды в пользу более ценной вкусняшки, которую нужно подождать. Они терпят до 3 минут — такую выдержку проявляет далеко не каждый! А в опытах на командную работу кеа ждут напарника и тянут за верёвку синхронно, чтобы вместе получить еду — так, как делают приматы или слоны.

Более того, оказалось, что люди сами виноваты в том, что кеа из никому неизвестных птиц превратились в злостных пакостников. Пока в Новой Зеландии не поселились люди, попугаи обитали в равнинах и лесах. Но с прибытием колонистов деревья вырубили под сельское хозяйство, равнины вспахали, и птичкам пришлось переместиться в горную местность.

Высокий интеллект помог им приспособиться к новым условиям обитания. Пернатые всеядны — они запросто могут питаться семенами, фруктами, личинками, падалью и свежедобытым мясом. Поэтому они относительно безболезненно перенесли смену ареала.

С размножением тоже проблем не возникло. Кеа научились устраивать гнёзда в расщелинах скал, под корнями деревьев, в норах, которые порой достигают глубины 7 метров. Обычно на гнезде сидит самка — в её обязанности входит высиживание птенчиков в течении месяца. Самец охраняет семью и добывает еду. Самые смелые парни берут на себя ответственность за несколько самок сразу. Дело рискованное, но и птенцов в итоге больше. Тем более, что пернатые дамы откладывают яйца раз в несколько лет, а не как все птицы — ежегодно.

После вылупления малышня остаётся в гнезде на полном обеспечении мамы и папы до 3 месяцев, что довольно долго для попугаев. Но даже после того, как птенчики встанут на крыло и научатся добывать еду самостоятельно, они не покидают родителей. Поэтому часто можно встретить такие дружные семейные стайки птиц. Сплоченность и организованный быт помогли пернатым освоиться даже в суровых горных районах.

А когда в Новую Зеландию пришла цивилизация, жизнь кеа превратилась в праздник!

Сначала появились фермеры, что пасли овец на горных склонах. Применив смекалку, птицы освоили новый источник жира и мяса. Потом появились большие города. Мусорные баки оказались кладовой съестного. А потом приехали туристы. Там даже соображалку включать не пришлось — люди сами в клюв суют вкусняшки!

Задатки пернатых гениев у кеа были и без людей. Но с нашим приходом у птиц освободилось много ресурсов на их развитие. Еда стала питательнее, время на её добычу — минимально. А значит, есть возможность подурачиться! Гениальный ум всё время нужно чем-то занимать. Вот пернатые и учатся ковырять машины, вскрывать замки, открывать баки. Мало того, что это интересно, так еще и вкусненькое добыть что-то можно, если повезет!

Но самое главное: все беспорядки, что учиняет кеа, остаются безнаказанными! Пернатые находятся под охраной государства — убивать их нельзя. Дорогостоящий ремонт машин им сходит с лап. Нападения на овец фермерам компенсируют деньгами. А для туристов кеа стали живой достопримечательностью.

Это эквадорская зонтичная птица. Живёт в Южной Америке, размером с ворону, кушает фрукты и насекомых. У неё скромный черный прикид и классная укладка в стиле Элвиса Пресли. Самки ничем не выделяются, а вот у самцов из шеи торчит 35 САНТИМЕТРОВЫЙ ЁРШИК ДЛЯ СВИДАНИЙ.

Эта штука — не просто отросток, а горловой мешок, то бишь, кожаная брухля, украшенная жёсткими перьями. Висюлька отрастает у нашего героя до 35 см! Это больше чем половина от самой птицы! Из-за своего причиндала на крыло самцы поднимаются неохотно — попробуй полетать с отростком на шее длиной чуть ли не с тебя.

Заприметив дамочку, отросток парня быстро надувается, а перья на ней растопыриваются. Вот так, без прелюдий и романтики — они просто берут и показывают свою горловую шишку. Но это дам нисколько не смущает. Более того, боеспособный причиндал наоборот притягивает барышню. Ведь чем он больше — тем здоровее и крепче самец, а значит и детишки от него будут такими же здоровыми и крепкими.

Половой отбор, что ты делаешь?

Тык

Чем больше читаешь про киви, тем больше кажется, что они не эволюционируют, а откатываются в развитии по всем фронтам. Когда-то давно их предки были самими обычными птицами, изящными и крылатыми, а сегодня они превратились в полуслепые картошки с клювами. Давайте разбираться, почему эволюция сотворила с бедными птичками такую жесть.

Раньше считалось, что ближайшими родственниками киви являются ныне вымершие моа, чьи кости до сих пор находят в Новой Зеландии. Но сегодня мы знаем, что по строению тела они намного ближе к слоновым птицам, жившим за половину земного шара отсюда — на Мадагаскаре. Предки киви прибыли в Новую Зеландию 30-60 миллионов лет назад. И прибыли, причём, на своих крыльях.

Сейчас, миллионы лет спустя, от этих крылышек остались лишь отростки длиной менее 5 сантиметров. Крылья киви — самые маленькие среди всех птиц, ископаемых и ныне живущих. И ведь это не единственная часть их тела, которая подверглась странным изменениям. Их кости, когда-то лёгкие и тонкие, сегодня напоминают тяжёлые кости рептилий. Столь же изящные перья деградировали до простых волосков, похожих на шерсть млекопитающих. Да они даже пигостиля (копчиковой кости) лишились, а ведь он и так представляет собой укороченный хвост!

Список многочисленных утрат киви был бы не полным без особенности, которую выявили всего несколько лет назад. В 2017 году американские учёные изучили 160 птенцов киви и обнаружили, что 53 из них имели ухудшающие зрение дефекты глаз или и вовсе были слепы. А ведь для исследования отбирались лишь физически развитые птенцы без выраженных патологий! Создаётся ощущение, что уже через пару десятков миллионов лет киви окончательно деградируют до уровня фруктов.

Но всё на самом деле не так и плохо, у эволюции нет желания хорошенько поиздеваться над мохнатыми птичками, она ведь всего лишь процесс. И важнейший его компонент — естественный отбор — позволяет отбраковывать особей со сломанными генами, если эти мутации снижают жизнеспособность особи. Парадокс киви в том, что описанные выше негативные изменения практически не влияют на их жизнь.

Когда предки киви перебрались в Новую Зеландию, они лишились необходимости летать. Полёт — дело энергозатратное, поэтому ни одна птица не будет тратить на него силы, когда пища буквально валяется под ногами, а естественных врагов не существует. Поэтому мутации, нарушающие нормальное развитие крыльев, не влияли на их выживаемость и множились в популяции, пока не привели к полной утрате способности к полёту. Абсолютно та же история произошла с оперением и пигостилем — костной структурой, к которой крепятся хвостовые перья у летающих птиц.

Глаза же начали потихоньку выходить из строя, когда киви перешли на ночной образ жизни. Днём они отсыпаются, а ночью ищут фрукты, беспозвоночных и амфибий в кромешной темноте нижнего яруса тропических лесов. От зрения в таких условиях толку немного, киви полагаются почти исключительно на обоняние. А вот оно уже развито просто превосходно: абсолютное большинство других птиц киви и в подмётки не годятся!

Все другие особенности строения киви связаны с их специализацией под необычную экологическую нишу, более характерной для мелких всеядных млекопитающих. Крепкие когтистые ноги, например, позволяют шустро бегать за добычей, рыть норы и защищать свою территорию от других киви. А хорошо развитый сиринкс (певчее горло) — громко кричать как динозаврик, напоминая соседям о том, что эта территория занята. За свою землю, кстати, они готовы бороться даже до смерти! Территориальные конфликты между двумя птицами редко доходят до кровопролития, но уж если дошли — тяжёлых травм не избежать.

На своей территории киви не только охотятся, но и занимаются строительством. Каждая птица имеет несколько нор, расположенных в укромных местах её владений. Причём это не просто углубления в земле, а полноценные подземные жилища, как у млекопитающих! Киви старается не задерживаться в одном жилище надолго и вообще избегает любых контактов.

Единственное исключение для киви — это его вторая половинка. Киви — моногамные птицы и зачастую делят одну территорию на двоих. Но при этом они уважают потребность друг друга в уединении и встречаются у общего гнезда лишь раз в несколько дней. А в остальное время просто перекликиваются на расстоянии. Может, именно благодаря такому бережному отношению к личным границам они способны прожить вместе до 20 лет?

Раз в год самка откладывает одно-единственное яйцо, которое высиживает почти исключительно самец. Ну а что, дамочка и так уже достаточно потрудилась: вырастила в себе яичко весом в 450 грамм! Во время формирования яйца самка вынуждена есть в три раза больше, чем обычно. Но за 2-3 дня до откладывания они перестаёт питаться совсем: огромное яйцо давит на желудок и мешает ему переваривать пищу.

После откладывания яйцо приходится инкубировать в течении 2-3 месяцев. Зато из него вылупляется активный и подвижный птенец, который, к тому же, может жить исключительно на жировых запасах примерно 3 недели. Ему не нужны родительская защита и забота, он справляется и сам!

Вот такие необычные создания эти наши киви. Деградация отдельных органов сочетаются в них с необычными адаптациями и удивительно сложным поведением. Одно можно сказать наверняка — называть их примитивными никак нельзя!