Сорокопут. Птица, которая охотится на крупных насекомых, грызунов, ящериц и других птиц.

Если гнездо расположено удачно, за ним могут ухаживать до сотни лет, а само гнездо превращается в башню 5-7 метров в длину.

А ещё известно, что хищные птицы иногда таскают в гнездо человеческие предметы или их обломки. Иногда в качестве строительного материала, а иногда – вместе с добычей.

Испанские исследователи догадались сложить два этих факта и обнаружили, что старые гнёзда – это настоящий источник археологических древностей! Пошуровав в старых гнёздах бородачей – хищных птиц с уклоном в поедание падали – они обнаружили остатки плетённых корзин, верёвки, выделанную овечью кожу и даже арбалетный болт. Возраст находок – от 130 до 650 лет!

Помимо них в гнёздах были обнаружены многочисленные клыки и обломки костей, интересные для биологов. По ним они могут воссоздать рацион хищных птиц, живших в XIV по XIX век!

Все птицы не в восторге от полётов под ливнем, но совам как будто особенно не повезло. Их перья намокают быстрее, чем у кого-либо ещё! А мокрая сова — это замёрзшее и жалкое создание. Такой вид не только дискредитирует сову, как грозного хищника, но и крайне не функциональный — птице даже летать сложно! Но почему всё именно так?

Обычно птицы обладают довольно влагостойким оперением. Оно настолько хорошо отталкивает жидкость, что пернатые в большинстве своём положили клюв на строительство крыш для гнёзд. Раньше считалось, что птицы сохраняют оперение сухим благодаря секрету копчиковой железы. Маслянистая жидкость выполняет сразу несколько функций. Во-первых, защищает всё вокруг от грибков, паразитов и бактерий. А во-вторых, отталкивает воду (на фото 3 показана копчиковая железа у птенца попугая).

Пернатые каждый день тратят уйму времени на то, чтобы тщательно размазать содержимое железы по перьям. И всё вроде бы логично и понятно. Только вот есть нюанс: у сов копчиковая железа работает не хуже, чем у других летунов. Следовательно, этот орган хоть и полезен для поддержания перьев в здравии, но плохо справляется с защитой от воды. Придётся копать дальше!

Основную роль во влагостойкости перьев играет сама их структура. Перо птицы — это не сплошная пластинка, а множество бородок с крючками на концах. Они цепляются друг за друга и организуют мелкую сеточку (фото 4). Когда капля воды падает на сеточку, она касается пера всего в нескольких местах. БОльшая часть воды висит на воздушной подушке, поэтому ей некуда впитываться! Чем больше у птицы бородок, тем меньше шансов, что вода пройдёт в щёлочку и попадёт на уязвимые пуховые перья.

У сов оперение устроено немного иначе — оно волосатое (фото 5)! Бахрома замечательно смачивается, отчего капли воды попадают прямо в пуховой слой пташки. Но зачем совы поломали механизм, который есть по умолчанию у всех летающих птиц?

Всё ради эффективности. Да, неровное оперение с бахромой лучше намокает. Но оно же делает полёты сов практически бесшумными. Ворсинки разбивают движение воздуха на множество разнонаправленных потоков, и громкие хлопки превращаются в едва заметный шум. Получается, когда сова намокает — она платит цену за право быть самым эффективным ночным охотником планеты!

Чёрный вихрь кружит над шумными рынками и грязными свалками. Это марабу — элитный отряд тотальной зачистки. В саванне эти птицы исполняют почетную роль санитара. А в городах превратились в зеркала нашей цивилизации: едят несъедобное и растят птенцов на мусоре. Природа дала им роль хранителей чистоты, но мы сделали их заложниками отходов.

Марабу — крупнейшие аисты современности. В этот род входит три вида: африканский, индийский и яванский. Все они до одури здоровые: рост — 150 см, размах крыльев — 2,5-3 метра! Но габариты — далеко не самая примечательная черта пернатых.

От привычных нам аистов у марабу осталось одно название. Местные не церемонились и назвали птаху «птица-гробовщик». Траурное оперение в черно-белых цветах, непропорционально огромный грубый клюв, голая красная шея и голова. Страшно представить, какого ребеночка принесет ТАКОЙ аист!

Полуголые пернатые — последняя инстанция для всего живого. Они не просто падальщики, а элитный отряд тотальной зачистки. Для переваривания тухлого мяса и прочих отходов у птах есть 4 уровня защиты.

Первый — механический. Их здоровенный клюв работает как огромный пинцет, которым удобно отщипывать съедобные части из самой глубины чьей-нибудь туши. При этом голая кожа на голове и шее служит как мясницкий фартук — кровь, грязь и прочие субстанции не прилипают к телу. А если те и попали на кожу — удалить нечистоты с голой поверхности куда проще, чем с перьев.

Второй уровень защиты — химический. Марабу могут безопасно питаться абсолютно любыми по качеству продуктами, ведь их пищеварительный тракт сродни промышленной химической лаборатории. Там переваривается абсолютно всё: от костей и шкуры до бактерий сальмонеллёза, ботулизма и сибирской язвы. В первом, железистом желудке, у птиц работает сильнейший желудочный сок, pH которого сравним с аккумуляторной кислотой. Он убивает большинство заразы. То, что не погибло, добивают ферменты и бактерии из пищеварительного тракта птиц.

И это — третий уровень, биологический. Тысячи «полезных» одноклеточных микроорганизмов участвуют в пищеварении и замедляют рост патогенных микробов. Свои-то уже привыкли к жесточайшей кислоте и атакам ферментов. Микробиота кишечника помогает марабу разложить и выжать крохи питательных веществ из самых испорченных продуктов. Во втором мускульном желудке всё съеденное птицей механически перетирается и переваривается окончательно.

Последний уровень защиты от воздействия токсинов и патогенов — иммунная система. Если вдруг какая-то упрямая бактерия всё-таки проберётся через предыдущие этапы защиты, снаружи пищеварительного тракта её будут поджидать клетки иммунитета. Они добьют всё болезнетворное, и марабу ничем не заразится.

Благодаря четырём этапам защиты полуголые пернатые могут питаться даже такими вещами, от которых отказываются другие падальщики: тухляк, кости, экскременты и мусор. Потому марабу — индикатор экологической обстановки региона. Просто посмотрите, чем питаются местные аисты — и всё будет понятно. В относительно благополучных ареалах птицы кушают как обычно: собирают падаль по лесам и болотам, отбирают добычу у хищников и даже порой сами промышляют охотой. Так живут яванские марабу.

А вот в Индии, Бангладеше, Непале и Камбодже падальщики переселились ближе к городам, на гигантские свалки мусора. Марабу привлекает «лёгкая еда» на помойке, однако, как показывают исследования, не такая уж она и лёгкая. Среди отходов птицам чаще всего попадаются растительные остатки и человеческая еда, которая по сравнению с мясом, пусть и тухлым, куда менее калорийная. Поэтому птицам приходится проводить больше времени в поиске пропитания. Плюс такой рацион богат всевозможными консервантами, пестицидами и прочими химическими веществами, от которых у марабу нет никакой защиты. Так, популяция индийского марабу сегодня находится на грани исчезновения.

С африканскими птицами история похожая. Их даже называют «мусорными аистами» — за пристрастие ковыряться в помойках. Они спокойно шастают по улицам города и подбирают всё, что плохо лежит. Но местные жители относятся к марабу с почтением и уважением — их чуть ли не священными считают. И это факт — если бы пернатые не утилизировали отходы в себя, всевозможные эпидемии, скорее всего, случались бы куда чаще.

Только вот для самих птиц такой образ жизни совершенно неестественный. Особенно это сказывается на птенцах.

В природе родители-марабу старательно вкладываются в потомство. Самка откладывает 1-3 яйца в большое гнездо из веток и перьев и высиживает их около месяца. А после, несмотря на свою приверженность падали, и мать, и отец охотятся на живую добычу. Первое время птенцы питаются исключительно свежим мясом — малыши пока не могут переваривать тяжёлую протухшую пищу.

По крайне мере, так было до появления человека. В местах, где пернатые сами питаются на свалках, они и птенцам приносят ядовитые вкусняшки с помойки. Молодняк аистят гибнет от отравления и непроходимости: желудок закупоривают человеческие отходы — пакеты, пластик, металл.

Марабу стали зеркалом нашей цивилизации. Там, где саванны и болота, они остаются величественными санитарами, что держат природу в равновесии. А там, где свалки и грязь, они превращаются в мрачные символы отходов, которые человечество оставляет после себя.

Автор: Арина Таран

Редактор: Елизавета Исаева

Когда большинство живых существ спасаются от ураганов, некоторые морские птицы летят прямо в этот хаос. Согласно репортажу BBC , пустынный тайфунник, редкая морская птица, обитающая в Северной Атлантике, активно ищет тропические циклоны, чтобы питаться богатейшими кальмарами, рыбой и другими обитателями океанских глубин. Поскольку в мире осталось всего около 200 пар, способных к размножению, эти птицы выработали замечательную стратегию выживания: оседлать шторм.

Обладая длинными и тонкими крыльями, позволяющими им без труда парить на высоте тысяч миль, буревестники занимают позицию на пути урагана, иногда пролетая в пределах 200 километров от его центра. С помощью GPS-навигации учёные обнаружили, что эти птицы не избегают циклонов, как большинство видов, а следуют за ними, питаясь добычей, которую поднимают вверх бурные воды урагана.

Такое поведение подчёркивает как устойчивость, так и хрупкость дикой природы . Ураганы могут опустошать экосистемы , уничтожая места гнездования черепах, разрушая коралловые рифы и вытесняя животных, но они также кратковременно увеличивают запасы пищи, вызывая цветение фитопланктона, которое оказывает влияние на всю пищевую цепочку. Для буревестников штормы — это рискованное, но необходимое время.

Однако изменение климата делает ураганы более частыми и сильными, добавляя новую неопределенность. Хотя пустынные буревестники, возможно, эволюционировали вместе с сезонными штормами, экстремальные погодные условия, связанные с глобальным потеплением , могут заставить даже этих специалистов по охоте за штормами выйти за пределы своих возможностей. Другие морские птицы, менее приспособленные к таким условиям, часто десятками тысяч выбрасываются на берег во время суровых зим, умирая от голода, сбитые с курса.

История качурок – напоминание о хрупком равновесии природы и о том, как изменения, вызванные человеком, угрожают ему. Эти птицы воплощают собой самую смелую форму адаптации, взлетая в такие штормы, от которых большинство из нас предпочло бы убежать. Но их выживание зависит от защиты океанов и стабилизации климата.

Каждый наш выбор — от сокращения выбросов до перехода на растительную диету — помогает защитить такие виды, как тайфунник Desertas, и взаимосвязанную сеть жизни, которая поддерживает нас всех.

Белоплечий орлан (Haliaeetus pelagicus). Гнездится на островах и побережьях Дальнего Востока России. Внесён в Красные книги РФ и МСОП.

Стеллеров баклан (Phalacrocorax perspicillatus). Обитал на Командорских островах, полностью истреблён к середине XIX века.

Желтобровая овсянка (Emberiza chrysophrys). Гнездится на территории Восточной Сибири.

Дрозд Науманна (Turdus naumanni). Гнездится на территории восточных регионов России.

Бурый дрозд (Turdus eunomus). Гнездится только на территории восточных регионов России.

Сибирская завирушка (Prunella montanella). Распространена широко по азиатской и отчасти по европейской части России; предположительно гнездится только на территории РФ.

Сибирский конёк (Anthus gustavi). Гнездится только в России, от долины Печоры к востоку до Чукотского полуострова.

Тонкоклювый кроншнеп (Numenius tenuirostris). Достоверные места гнездовий известны только с территории России. Крайне редкий и, вероятно, уже исчезнувший вид; внесён в Красные книги РФ и МСОП.

Кроншнеп-малютка (Numenius minutus). Гнездится на севере Сибири.

Лопатень (Eurynorhynchus pygmeus). Гнездится на Чукотке и Камчатке. Внесён в Красные книги РФ и МСОП.

Острохвостый песочник (Calidris acuminata). Гнездится в тундровой зоне на северо-востоке Сибири.

Краснозобик (Calidris ferruginea). Гнездится в тундровой зоне северной части Сибири и Дальнего Востока.

Длиннопалый песочник (Calidris subminuta). Предположительно эндемик восточных регионов России, однако достоверно гнездовой ареал вида пока что не установлен.

Большой песочник (Calidris tenuirostris). Гнездится в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке.

Охотский улит (Tringa guttifer). Гнездится только на Дальнем Востоке и острове Сахалин. Внесён в Красные книги РФ и МСОП.

Пепельный улит (Tringa brevipes). Гнездится на востоке России.

Стерх, или белый журавль (Grus leucogeranus). Обе сохранившиеся популяции вида гнездятся только на территории России. Внесён в Красные книги РФ и МСОП.

Дикуша (Dendragapus falcipennis). Осёдлый эндемик Дальнего Востока России; на территории соседнего Китая, судя по всему, исчезла. Внесена в Красную книгу РФ.

Чирок-клоктун (Anas formosa). Гнездится только в России, на территориях от Таймыра до Охотского моря. Внесён в Красную книгу РФ.

Краснозобая казарка (Branta ruficollis). Гнездится в тундровой зоне от Ямала к востоку до западной окраины бассейна Хатанги. Внесена в Красные книги РФ и МСОП.

Тундровый гуменник (Anser serrirostris). Подвид гуменника, часто выделяемый орнитологами в отдельный вид. Гнездится в тундровой зоне восточных регионов России.

Источник: https://vk.com/biovk