Я должен рассказать и задокументировать то, что со мной произошло. Вкратце: я долбанулся головой. Об асфальт (скорее всего). После реанимации голову распирает от мыслей, но начать я должен с копипасты пасты) Этот пост на одном вражеском сайте стал для меня кусочком пазла, который позволил увидеть картину в целом, подытожить всю информацию, которая складывалась в моей голове задолго до происшествия. #люди - космическая плесень
И речь не про компенсации чернокожим в Америке за годы рабства.
Я предлагаю копнуть глубже — ко временам, когда наши далёкие прародители договорились с другими далёкими прародителями о равноправном сотрудничестве. А потом грубо предали их и превратили в рабов.
На картинке — состав клетки типичного угнетателя.
Отмотаем на 2,4 миллиарда лет назад. Жизнь на планете уже зародилась. Сначала — как воспроизведение цепочек рнк. А там уже появились и первые одноклеточные — прокариоты. Простые клетки без ядра, очень маленькие по размеру.
И тогда же на планете был изобретён смысл жизни. Докладываю, смысл жизни — вкусно поесть и размножиться (если еды хватает). Если еды не хватает — впасть в анабиоз, дождаться еды, а затем размножиться.
Размножение это ключевой пункт. Если ты передаёшь свои гены дальше, ты выполняешь своё предназначение.
Бонус — если клетка размножается делением, то технически она не умирает. Жизнь в те времена была вечной!
Праздник испортили цианобактерии, продвинутые одноклеточные, которые изобрели фотосинтез. Они никого не трогали, питались себе обычной органикой, грелись на солнышке, потихоньку синтезировали кислород из углекислого газа. И за несколько миллионов лет так насытили океан и атмосферу кислородом, что это убило всё живое. Это был первый и самый массовый геноцид в истории.
Следом пришло глобальное похолодание на 300 миллионов лет (потому что весь метан из атмосферы окислился и парниковый эффект исчез). Планета покрылась льдом, все выжившие при кислородной катастрофе сдохли теперь. Сами цианобактерии сдохли тоже — потому что солнышка теперь ни у кого не было. Оставшаяся жизнь теплилась в редких горячих источниках на морском дне.
Люди, цените свои выбросы!
Слава богу, нашлись источники парниковых газов (может, вулканы какие проснулись). Немножко солнечного тепла стало оставаться в атмосфере, часть льдов потаяла, маятник качнулся в обратную сторону. Условия на планете изменились, выжившим одноклеточным надо было думать, что делать дальше.
Некоторые одноклеточные (аэробы) научились использовать кислород, чтобы расщеплять органику. И такой способ оказался эффективным!
В этот момент выжившие прокариоты (наши предки) пришли с предложением к аэробам.
Прокариот: «Эй, аэроб, не хочешь дружить? Залезай ко мне внутрь, я дам тебе внешнюю оболочку и защиту, буду подгонять питание, а ты знай сиди внутри меня и расщепляй органику. Хватит нам обоим, размножаться будешь внутри меня как и прежде, зато от агрессивной среды защищаться не нужно»
Предложение звучало заманчиво, некоторые свободноживущие аэробы согласились. Променяли свободу на стабильность.
И первые сотни миллионов лет всё было нормально. Наши предки прокариоты увеличились в размерах и превратились в эукариотов — полноценные клетки с ядром и кучей органелл.
Бывшие свободные аэробы стали митохондриями внутри клетки.
Живут в тепле, ни в чём не нуждаются, имеют собственную днк, делятся, когда хотят. И это вопрос — кто кем управляет? Кто тут кого поработил?
Наверное аэробы думали, что это их хитрая многоходовочка.
Со временем некоторые эукариоты стали многоклеточными. Классное изобретение — когда есть много клеток, их можно приспособить под разные задачи. Многоклеточное существо уже может захватить жгутиками побольше вкусного. А там и до движения недалеко.
И тоже всё шло хорошо, пока многоклеточные размножались делением и почкованием. И ядра клеток, и митохондрии передают свои гены дальше, все выполняют своё предназначение. Условия договора соблюдались. И как при коммунизме, никому не нужно было умирать.
Тревожный звонок прозвенел, когда каким-то многоклеточным захотелось потрахаться и они изобрели половое размножение.
Поначалу всё шло нормально — ввели два равноправных гендера.
Два существа клепают внутри себя половые клетки и выпускают их наружу. Происходит оплодотворение, клетки сливаются, дают начало новому организму.
Половые клетки были одного размера — это называется изогамия. Запомните, мы ещё вернемся к этому слову.
Наклепать половых клеток проще, чем отпочковывать целый организм — значит популяция, где практикуют половое размножение, получает преимущество.
Быстрее заселяет незанятые ниши, быстрее приспосабливается к меняющимся условиям. Эволюция у таких видов резко ускоряется.
Митохондрии не возражали — они по-прежнему сидят внутри клеток, хорошо питаются и передают свою днк дальше.
(обращаю внимание, что где-то в этот момент особи перестали быть бессмертными. Променяли вечную жизнь на эволюционный успех популяции. Так сказать пожертвовали собой ради общества)
Первоначально два пола было трудно отличить друг от друга, но со временем роли разделились. Мужик — это тот, кто производит больше посевного материала (без излишеств, без запаса питательных веществ в половой клетке). А женщина — это та, кто заботится, чтобы потомство выжило. Т.е. нужно обеспечить свою половую клетку питанием. Мужик может быть легкомысленным повесой, женщине нужно думать о том, чем кормить детей.
Проблема в том, что такое несправедливое распределение ролей закрепилось. Популяции, где мужик был безответственным производителем семени, получали преимущество перед популяциями, где царило равноправие полов.
Далее произошёл так называемый «кембрийский взрыв», когда разнообразной живности на планете стало очень много, появились хордовые, а там уже недалеко и до наших с вами предков-приматов.
Что же стало с бывшими свободноживущими аэробами (митохондриями)?
Трагедия в том, что в какой-то момент у них отняли последнее — возможность передавать свои гены дальше.
Точнее так — по женской линии митохондрии по-прежнему передают свою днк дальше.
А вот из организма мужика митохондриям один выход — смерть.
По крайней мере так у млекопитающих, я не в курсе, как с этим у остальных хордовых.
Мужская митохондрия до последнего живёт в сперматозоиде (ещё бы, она помогает ему двигаться).
Но вот сперматозоид проник в яйцеклетку — и тут происходит что-то странное — митохондрия мужика гибнет сама (первая версия) либо её съедают аутофагосомы яйцеклетки (вторая версия).
В любом случае, в зародившейся особи есть только днк митохондрий мамы.
Если вы мужик — представьте себе ужас, который сейчас испытывают ваши митохондрии. Всю жизнь они работают в темноте, при этом даже без шансов оставить потомство. Их уникальная днк сгниёт вместе с вашим трупом.
Но при этом у вас шанс оставить свои гены есть — у митохондрий такого шанса нет.
Прогрессивные люди всех стран должны срочно начать что-то делать. Возможно, подписать петицию.
Я бы предложил в ней следующие пункты:
1. Немедленно признать 2 миллиарда лет угнетения и взять на себя личную ответственность перед аэробными бактериями (митохондриями).
2. Решительно начать двигать свою половую жизнь к изогамии (когда половые клетки имеют примерно равный размер, а не различаются в тысячи раз, как сейчас)
3. Потребовать долгожданного освобождения митохондрий. Два миллиарда лет рабства — это достаточно, я считаю. Нужно отпустить митохондрии на волю, обеспечив их достаточным количеством органики в качестве компенсации.
А люди пусть съедят какое-нибудь ГМО и учатся использовать другие источники энергии. Желательно вернуться к природе и снова стать одноклеточными.
Прошу уважаемых экспертов дополнить мой список мер.
К критическим замечаниям я готов — ведь вам осознать серьёзность ситуации мешают ваши многоклеточные привилегии.
