DC и Marvel показали несколько страниц из кроссовера «Бэтмен/Дэдпул»

Оказывается, Нил Гейман (автор книг «Американские боги», «Звездная пыль», «История с кладбищем», «Океан в конце дороги», культового графического романа «Sandman» от Vertigo) писал сценарии и для комиксов о Бэтмене.

Одна из его историй – «Бэтмен. Что случилось с Крестоносцем в Маске?» (Batman: Whatever Happened to the Caped Crusader?, 2009).

Бэтмен умирает, и попрощаться с ним приходят как его друзья, так и враги.

Каждый рассказывает свою историю смерти детектива в маске. Например, Альфред говорит о безумии Брюса Уэйна.

Чтобы помочь ему преодолеть болезнь, он договаривается с актерами театра, в котором сам раньше играл, чтобы те изображали злодеев, с которыми и будет «сражаться» Брюс, вообразивший себя супергероем. Сам Альфред играет Джокера.

По сути в конце комикса Гейман перезапускает в очередной раз вселенную DC.

Получилось это у него очень «по-геймановски» в хорошем смысле этого слова.

Прочитал интересный короткий комикс о Бэтмене от DC – «Бэтмен. Готэм в газовом свете» (Batman: Gotham by Gaslight, 2006) Брайана Августина и Майка Миньолы (создатель «Хеллбоя»). Русское издание 2022 года от «Азбука-Аттикус объединяет две истории, сюжетно между собой не связанные.

Действие происходит в альтернативной реальности Готэма, где Брюс Уэйн учится в Вене у Зигмунда Фрейда и  после пяти лет учебы возвращается в родной город. Как оказалось, не один.

Вместе с ним в городе появляется и убийца его родителей, по совместительству – Джек-Потрошитель, до этого творивший непотребства с падшими женщинами в Лондоне.

В комиксе интересен постмодернистский взгляд на викторианскую Англию, деструкция оригинальной истории о Бэтмене и легкий налет стимпанка.

Рисовка для истории-сингла тоже интересная.

Викторианский Бэтмен готичен по одной простой причине: потому что, собственно, он Бэтмен.

В 2018 году вышел одноименный неплохой мультфильм от Warner Bros. Animation и DC Comics, дополняющий и развивающий сюжет.

Вторая история – «Санктум» – мне лично не понравилась. Включили ее, скорее всего, в делюкс-издание из-за схожей атмосферы и для увеличения объема.

Сборник из трех историй о Бэтмене «"Бэтмен: Эго" и другие истории» (Batman: Ego and Other Stories, 2000) в издании «Азбуки» 2021 года.

В целом неплохой комикс. Заглавная история «Эго» сценариста, художника и мультипликатора Дарвина Кука  (Darwyn Cooke) – это рассказ в духе «Странной истории доктора Джекила и мистера Хайда» Роберта Льюиса Стивенсона или фильма «Психо» (Psycho, 1960) Альфреда Хичкока.

Две остальные я бы не назвал сюжетами, дополняющими первую историю. Скорее всего, их добавили по остаточному принципу, чтобы увеличить объем и выпустить делюкс-издание.

Красивый альбом с комиксовыми иллюстрациями – «Marvel: «Искусство Адама Куберта» (Marvel Art of Adam Kubert, 2020). У нас было опубликовано издательским домом «Лев» в 2022 году.

Не очень, на самом деле, люблю комиксы Marvel с их мультивселенной и ее постоянными ребутами (хотя у DC тоже такое имеется) и порой совершенно стереотипными супергеройскими сюжетами, но чего компании не занимать, так это хороших художников.

Адам Куберт – вообще очень крутой американский художник комиксов. Сын легенды индустрии Джо Куберта (Joe Kubert), он за 30 лет карьеры собрал кучу наград, включая Eisner Award и премию от Wizard Magazine. Начинал, кстати в DC.

Прославился же благодаря эпичным работам над «Росомахой» (Wolverine)

и «Невероятным Халком» (The Incredible Hulk),

а потом стал звездой «Людей Икс» (X-Men), где нарисовал культовую сагу «Натиск» (Onslaught), которая в очередной раз перевернула вселенную Marvel.

Дальше были: «Потрясающий Человек-Паук и Росомаха» (Amazing Spider-Man & Wolverine), «Мстители против Людей Икс» (Avengers vs. X-Men), «Новейшие, абсолютно другие Мстители» (All-New, All-Different Avengers – кризис идей у Marvel даже в названиях комиксов), «Питер Паркер: Блистательный Человек-Паук» (Peter Parker: The Spectacular Spider-Man), «Капитан Америка» (Captain America).

В 2020 году он с триумфом вернулся к своему главному герою в перезапуске «Росомахи» (Wolverine) во время эпохи «Падения Икс» (Fall of X).

Короче, настоящая легенда комиксов. Дальше иллюстрации и наброски из артбука – те, что наиболее понравились. Вообще очень красивое и информативное издание на русском языке получилось.

Небольшой официальный артбук по женским персонажам вселенной DC художника Стэнли Лау (Stanley Lau) – иллюстратора из Гонконга, а также креативного директора и соучредителя студии Imaginary Friends Studios, которая занимается концепт-артами и много чем еще для Capcom, DC Comics, Marvel Comics и других гигантов индустрии развлечений.

Единственный мужик среди всего этого женского серпентария, что удивительно – это Бэтмен. Хотя, наверное, именно потому, что он Бэтмен.

  После того как "Дэдпул и Росомаха" собрал в мировом прокате более 1,3 миллиарда долларов, вопрос о продолжении франшизы стал лишь делом времени. Теперь Райан Рейнольдс в интервью изданию People приоткрыл завесу тайны над тем, как может выглядеть следующий фильм с его участием.  

Актёр и сценарист признался, что уже приступил к написанию материала для продолжения, однако озвучил неожиданный взгляд на будущее персонажа. Теперь болтливый наемник будет на вторых ролях.

Часть материала уже написана, но я не думаю, что когда-нибудь вернусь к историям с Дэдпулом в качестве центрального персонажа. Он – второстепенный герой, который сияет в команде.

Это означает, что следующее появление болтливого антигероя будет кроссовером, что Рейнольдс уже подтвердил ранее. Наиболее вероятными партнёрами по команде выглядят персонажи из "Людей Икс", хотя конкретный состав пока остаётся неизвестным.

Больше ясности в этом вопросе может появиться после выхода "Мстителей: Судный день", который может существенно переформатировать расстановку сил в киновселенной Marvel и обозначить, какие герои окажутся в центре внимания в ближайшие годы.

Источник

Все же дошли у меня руки до одного из величайших комиксов о крестоносце в маске и плаще – «Бэтмен. Год первый» (Batman: Year One).

Впервые он был опубликован в 1987 году (выпускался в серии комиксов Batman, выпуски 404–407).  

Автором является знаменитый Фрэнк Миллер (Frank Miller) – художник и сценарист, легенда комиксовой индустрии, автор «Города грехов», «300 спартанцев» и «Возвращения Темного Рыцаря».

Художником стал Дэвид Маццуккелли (David Mazzucchelli) – мастер атмосферных, реалистичных иллюстраций.

У нас комикс официально выпускался издательством «Азбука» в 2017 году в одном томе.

Книга разбита на четыре главы-части, показывающие параллельные пути Брюса Уэйна и Джеймса Гордона в первый год их противостояния преступности Готэма.  

1. Возвращение и первые шаги.   

– Брюс, после 12 лет тренировок за границей, возвращается в Готэм, но понимает, что одних его боевых навыков мало. Его первая вылазка в роли охотника на преступников проваливается: он едва не гибнет от пули полицейского.

   –Тем временем лейтенант Джеймс Гордон тоже приезжает в город и сталкивается с тотальной коррупцией в полиции. Его напарник, Фласс, продажный полицейский, сразу начинает вставлять Гордону палки в колеса.

2. Рождение Бэтмена.   

— После первой неудачной  попытки Брюс осознает: чтобы искоренить преступников, ему нужен символ. В культовой сцене летучая мышь врывается в его кабинет — так и рождается образ Бэтмена. По сути комикс Миллера перезапускает в очередной раз серию.

   — Гордон, рискуя карьерой, начинает тайную войну с коррумпированными коллегами, включая комиссара.

3. Первые победы и жертвы.   

– Бэтмен устраивает облаву на группировку мафиози Кармайна Фальконе, но его ранят и собираются уже убить. Неожиданно спасение приходит от Селины Кайл – будущей Женщины-кошки, которая видит в нем своего.  Бэтмен просто спас котейку в ходе перестрелки.

   – Гордон, вопреки всему, доверяет только одному человеку – Харви Денту, пока еще не Проклятому и не Двуликому. И, кобеляра такой, мутит с симпатичной коллегой-детективом.

4. Собственно, финал. Мафия повержена, естественно, не до конца. Бэтмен спасает сына Гордона и заключает с ним союз.

Вообще значимость комикса именно в том, что это не очередная карикатурная история о Бэтмене в духе «золотого» и «серебряного веков» комиксов DC.

На передний план выступает сюжетная линия Гордона, грязь, кровь и преступления в городе грешников и попытка двух людей, объединившись, все это прекратить. Собственно, яркий пример реалистичного нуар-детектива. Естественно, с бэт-примочками.

В итоге «Год первый» – эталонная ориджин-стори, оказавшая влияние и на трилогию о Бэтмене Нолана, и на «Джокера» Филлипса.

Миллер и Маццуккелли создали мрачный, реалистичный Готэм, где Бэтмен — не супергерой, а человек, который учится, ищет свое место в жизни и пытается помочь и родному городу, и нуждающимся в помощи. Оцениваю в 9/10, must-read для фанатов Бэтса.

Съёмки "Бэтмена 2" вот-вот начнутся, и режиссёр Мэтт Ривз активно раскрывает актёрский состав сиквела. В своём аккаунте в X он опубликовал серию гифок из первого фильма, сопроводив каждую подтверждением возвращения того или иного актёра.

Среди подтверждённых имён – Колин Фаррелл, который вернётся к роли Пингвина. Джеффри Райт снова сыграет Джима Гордона, а Энди Серкис – Альфреда Пенниуорта. Также Ривз анонсировал возвращение Джейм Лоусон в роли Беллы Реал и Хиля Переса-Абрахама в роли офицера Мартинеса.

При этом режиссёр дал понять, что впереди ещё немало анонсов, ведь в списке обнаружились весьма заметные пробелы. Например, не было ни слова о Себастьяне Стэне, который должен сыграть Харви Дента, и никакого подтверждения слухов об участии Чарльза Дэнса и Скарлетт Йоханссон.

Самым громким умолчанием, взволновавшим фанатов, стало отсутствие Барри Кеогана. Актёр появился в удалённой сцене первого фильма в роли Джокера, и его возвращение в сиквел ожидалось практически как данность – однако Ривз ни словом о нём не обмолвился.

В соцсетях тут же начались спекуляции. Один из пользователей предположил:

Думаю, скоро Мэтт Ривз может объявить следующее: Барри Кеоган в роли Джокера, Себастьян Стэн – Харви Дент, Скарлетт Йоханссон – Гильда Дент и Кон О'Нилл – шеф Маккензи Бок.

Другой заметил:

Он заканчивает все эти твиты фразой "мой друг"… он приберегает анонс Джокера на финал, да?

Третий написал:

Не могу дождаться реакций, когда Мэтт Ривз запостит гифку с Джокером Кеогана.

Сам Кеоган пока не подтвердил своё участие в сиквеле. В недавнем интервью актёр отказался комментировать эту тему – впрочем, отказ от комментариев это точно не отрицание.

Источник

Неплохая серия комиксов от DC «Заражение» (DCeased), начала издаваться в 2019 году, у нас была выпущена издательством «Азбука» в 4 томах.

Действие происходит на альтернативной Земле, где большая часть землян и супергероев заражаются инопланетным вирусом анти-жизни.

Дальше как в «Игре престолов» практически каждые несколько страниц кто-нибудь из супергероев погибает самым зверским образом, обычные люди мрут в космических масштабах.

Ничего особенно нового в серии нет, но сюжет держит, рисовка красивая, тонны пафоса, зомби, кровищи и оторванных голов и конечностей прилагаются.

В фантастике немало историй о том, как герои случайно меняют прошлое. Из-за этого настоящее порой преображается до неузнаваемости и становится весьма негостеприимным для того, кто взялся переписывать историю. Яркий пример подобного — комикс «Флэшпойнт». Это глобальное событие радикально изменило вселенную DC и уже получило отражение на экранах.

В частности, эта серия послужила источником вдохновения для фильма «Флэш». К премьере фильма мы рассказываем о ней, а также о её весьма существенном влиянии на комиксы DC и предыдущие адаптации.

Мы не станем раскрывать все подробности сюжета «Флэшпойнта», но должны предупредить, что без некоторых спойлеров не обойдётся.

Переписать историю

В предыстории многих супергероев ключевую роль играет смерть кого-то из близких — например, убийство родителей Брюса Уэйна или гибель дяди Питера Паркера. Их товарищем по несчастью можно назвать и Барри Аллена, который при трагических обстоятельствах лишился матери, что во многом определило судьбу будущего Флэша. Но однажды он просыпается в мире, где Нора Аллен жива, а сам он лишён сверхспособностей, и это ещё не главные отличия от знакомой ему реальности. Так начинаются события мини-серии «Флэшпойнт», которая состояла из пяти выпусков и выходила с мая по август 2011 года.

Барри, конечно, счастлив, что мама жива, но понимает, что происходит что-то неправильное, — тем более что новый мир оказывается весьма пугающим. Прежнюю реальность помнит, кажется, только сам Флэш, и он берётся разобраться в том, что случилось, попутно пытаясь вернуть свои силы. Ему предстоит узнать, что именно его опрометчивые действия привели к изменению хода истории, и исправить свою ошибку.

На время оставив Флэша без его способностей, сценарист Джефф Джонс по ходу мини-серии здорово показал, что настоящего героя определяют вовсе не сверхчеловеческие силы. Куда важнее целеустремленность и самоотверженность.

Издательство DC Comics использовало «Флэшпойнт» для масштабной перезагрузки своей вселенной. В финале серии главному герою вроде бы удаётся восстановить правильный ход времени, но реальность, в которой он просыпается в финале «Флэшпойнта», всё же не совсем та, что прежде. В результате действий Барри воедино слились три мира — DC Comics, Vertigo и WildStorm, а из истории оказались стёрты десять лет. Как следствие, герои стали моложе, а некоторые погибшие персонажи вернулись к жизни.

Таким образом издательство DC Comics устроило «мягкую перезагрузку» своей вселенной. С одной стороны, многие ключевые и популярные события прошлого остались частью официальной хронологии. С другой — сценаристы получили изрядную долю творческой свободы, чтобы рассказывать совершенно новые истории или переосмысливать образы персонажей. И вдобавок издательство создавало удобную «точку входа» для новых читателей.

Перезагрузка получила название The New 52, и в её рамках издательство запустило ровно 52 серии. Проект стал эдаким новым началом для вселенной, позволил осовременить одних персонажей и возродить других, вызвал ажиотаж у любителей комиксов и подстегнул продажи DC Comics. Впрочем, далеко не все серии оказались одинаково удачными и популярными, так что уже вскоре их количество существенно сократилось.

Другой мир

Комиксы, отвечающие на вопрос «Что, если?» и переносящие события в альтернативные реальности, не редкость. И авторам, и читателям любопытно взглянуть на героев в непривычных обстоятельствах и на то, как при этом меняются их роли. Создатель «Флэшпойнта» в этом смысле разошёлся не на шутку — мир, где проснулся Барри, разительно отличался от привычного.

Здесь так и не была создана Лига Справедливости. Супермен захвачен американским правительством и практически всю жизнь провёл в застенках. Хэл Джордан не стал Зелёным фонарём. Аквамен превратился в настоящего диктатора и обрушил свой гнев на жителей поверхности Земли, затопив бо

льшую часть Восточной Европы. Теперь атланты ведут затяжную войну против амазонок, которые во главе с Чудо-женщиной оккупировали Великобританию, провозгласив её Новой Темискирой. Единственным же «официальным» американским супергероем оказался Киборг, чьих сил явно недостаточно, чтобы справиться со всеми напастями, обрушившимися на Землю.

В самом «Флэшпойнте» все эти изменения, прежде всего, создают интересный и необычный фон для приключений Барри. Пусть по ходу сюжета ему довелось оказаться в эпицентре противостояния атлантов и амазонок, всё-таки тот конфликт оставался для сюжета Джонса второстепенным. Но выход мини-серии сопровождался и выпуском комиксов, которые лучше раскрывали мир, судьбы и характеры отдельных персонажей — например, углублялись в противостояние Аквамена и Чудо-женщины. Причём публиковались мини-серии о каждой из сторон этого конфликта.

Самым, пожалуй, смелым и запоминающимся изменением, которое придумал Джефф Джонс, стал новый Бэтмен. В реальности «Флэшпойнта» во время знаменитого ограбления в преступном переулке погибли не Томас и Марта Уэйны, а маленький Брюс. В ярости Томас голыми руками насмерть забил преступника, а со временем стал Бэтменом. Этот Тёмный рыцарь оказался куда более суровым и безжалостным, чем тот, которого знали Барри и читатели. В частности, он не чурался использовать огнестрельное оружие и убивать, чего избегал классический Бэтмен. А вот Марта Уэйн от горя сошла с ума и превратилась в местного Джокера. Подробнее их судьбы показаны в отдельной мини-серии.

Новый Бэтмен не только оказался яркой фигурой «Флэшпойнта», но и сыграл в сюжете весьма значительную роль. Он помог Барри восстановить — насколько это было возможно — исходную хронологию. В финале комикса Томас через Флэша передал сыну записку с незамысловатыми, но эмоциональными жизненными наставлениями и словами любви.

Финал «Флэшпойнта» вроде бы ознаменовал конец альтернативной реальности, которую по неосторожности создал Флэш. Однако издательства комиксов не любят хоронить идеи, завоевавшие популярность. Так произошло и с миром «Флэшпойнта» — во время одного из последующих глобальных событий сценаристы его возродили.

Более того, со временем двум Бэтменам — Брюсу и Томасу — довелось встретиться и сражаться плечом к плечу. А чуть позже Томас попал в магистральный мир DC, где затеял многоходовую и безжалостную интригу… против Брюса. Уэйн-старший был разочарован тем, что его «сын» продолжает геройствовать, вместо того чтобы наслаждаться обычной жизнью. Чтобы заставить Брюса отказаться от роли Бэтмена, Томас попытался психологически сломать его и даже не побрезговал пользоваться помощью суперзлодеев. Однако и махинации, и уговоры Томаса оказались тщетны — Брюс остался верен выбранному пути.

Возвращение Темнейшего рыцаря

В 2022 году Джефф Джонс вернулся к созданному им альтернативному миру в сиквеле, который получил заглавие Flashpoint Beyond. Центральным персонажем здесь выступает Томас Уэйн, вернувшийся в свой мир и не понимающий, почему тот продолжает существовать. Реальность эту продолжает лихорадить пуще прежнего — всё ещё кипит конфликт между атлантами и амазонками, а планете угрожает вторжение криптонцев, чья планета вскоре погибнет, из-за чего они нуждаются в новом доме.

Первым делом Томас пытается наделить местного Барри Аллена способностями Флэша, воссоздав инцидент, который в основной реальности DC даровал тому Силу Скорости. С помощью Флэша Томас — его, кажется не волнует ничто, кроме цели, — надеется переписать прошлое и сделать так, чтобы и в этой реальности выжил Брюс, а не его родители. Но вмешивается убийца-атлант, и Барри, вместо того чтобы обрести сверхспособности, гибнет от удара молнии.

Пылая гневом, Томас отправляется в Европу, чтобы разобраться с Акваменом, и таким образом вмешивается в войну между амазонками и атлантами. Тем временем гибнут, и отнюдь не по естественным причинам, другие сверхлюди, способные путешествовать во времени.

Фокус повествования в Flashpoint Beyond совершенно иной, нежели в оригинальном «Флэшпойнте». В нём сюжет строился вокруг того, что герой оказывался в «неправильной» реальности, и Флэш изо всех сил старался вернуть ту, которая существовала прежде. А события, потрясавшие этот новый мир, служили там, в сущности, не более чем декорацией — по крайней мере, в рамках основной мини-серии.

А вот в Flashpoint Beyond Джефф Джонс концентрирует внимание уже на том, что происходит в этой самой альтернативной реальности с её самым колоритным героем. Тут есть и детективная интрига, закрученная вокруг убийств персонажей, которые могут перемещаться во времени. И довольно сильная драма, которую Джонс выстраивает вокруг отношений Томаса с несколькими близкими ему людьми — в частности, он возьмёт под опеку подростка, который по ходу истории станет Робином. А то, что делает Томас и что происходит с ним, здорово переплетено с глобальными проблемами, с которыми сталкивается реальность «Флэшпойнта», — например, с угрозой нашествия криптонцев.

Кроме того, часть сюжета Flashpoint Beyond происходит и в основной реальности DC Comics — хотя здесь почти всё повествование построено на диалогах. Отправной точкой для мини-серии становится то, что Брюс похищает у Мастеров времени шар со снегом, внутри которого и существует мир «Флэшпойнта», — чтобы его «отец» мог продолжить жить в своём мире. Мастера времени предупреждают Брюса, что заигрывание с пространственно-временным парадоксом, который обрёл вещественное воплощение, чревато проблемами планетарного масштаба, и дело не обходится даже без прямого столкновения между героями. Но в итоге шар, заключающий в себе целый мир, всё-таки остаётся в Бэт-пещере, а решения, принятые Томасом, позволяют избежать катастрофы, которой опасались Мастера времени.

Впрочем, они предупреждают, что без последствий вмешательство Брюса в естественный ход вещей не останется, и одно из них мы видим уже в финале. Из-за действий Бэтмена в историю DC Comics, в 1940-е годы, вновь вплетаются 13 классических героев той эпохи. Вокруг них закручен сюжет масштабного кроссовера The New Golden Age за авторством того же Джеффа Джонса.

«Флэшпойнт» на экранах

Спустя всего два года после публикации «Флэшпойнт» получил первое воплощение на экранах: полнометражный мультфильм Justice League: The Flashpoint Paradox. Как и большинство других мультфильмов DC, он был довольно близкой к первоисточнику экранизацией. Однако без некоторых изменений, продиктованных форматом, не обошлось — например, более подробно показана схватка Аквамена и Чудо-женщины, но в то же время не нашлось места эмоциональной сцене прощания Барри с мамой. Для анимационной вселенной The Flashpoint Paradox выполнил ту же роль, что и серия Джеффа Джонса для комиксов, — он ознаменовал перезагрузку вселенной и дал возможность создателям рассказывать новые истории почти что с чистого листа.

Другая адаптация «Флэшпойнта» получилась уже куда более вольной. В конце второго сезона телесериала «Флэш» заглавный герой, оглушённый горем из-за смерти отца, использовал Силу скорости, чтобы вернуться в прошлое и спасти маму от смерти. Как и в комиксе, это привело к существенным изменениям в реальности, хотя и не столь печальным, как у Джеффа Джонса, — на первый взгляд она даже казалась вполне уютной. Например, оба родителя Барри живы, у него самого складывались отношения с любимой девушкой, а с ролью Флэша неплохо справлялся Уолли Уэст.

Однако у некоторых других близких Барри людей судьбы изменились к худшему, а сам он постепенно начал терять память о том мире, каким он был прежде. Когда Уолли получил смертельное ранение, Барри решил, что нужно вернуть историю на круги своя. Впрочем, сделать это на сто процентов не удалось — в некоторых деталях восстановленная реальность отличалась от прежней. Флэшу оставалось только смириться с этим и учиться жить с последствиями своих ошибок.

Источник: www.mirf.ru

Супергеройский привет всем, кто это читает. Я хочу рассказать о «модных веяниях», трендах, словом, о темах, которые чаще всего появлялись в супергеройских комиксах в тот или иной период. В долгоиграющих комиксах основных линеек такие тренды особенно заметны.

Начало 1940-х - Вторая мировая война. Упоминать её как «тренд» – не вполне честно, но не включить в подборку было бы неправильно. Даже те супергерои, которые дебютировали не как «Капитаны Звёзды-И-Полоски», со временем начали бить нацистов немецких да японских, иногда – представителей пятой колонны. И разумеется, в то же время появилось множество узконаправленных супергероев-патриотов США, которые после окончания войны были преимущественно забыты. В этот период практически не появлялись именитые суперзлодеи (во всяком случае, не в таком количестве, как впоследствии), а те, что успели появиться – отходили на второй план, и если герои не сражались с нацистами или злыми нацистскими учёными, то противостояли обычным бандитам.

Конец 1940-х-начало 1960-х - Атом. Отгремела вторая мировая, бахнули Толстяк и Малыш в Японии, по всему миру начали появляться атомные электростанции, и в комиксах начали хайповать на теме атома. Если главгерою противостоял робот, так с атомным двигателем внутри. Воры в комиксах стали реже грабить банки и чаще похищать радий, а в каждой второй истории, в которой какой-нибудь супергерой попадал на другую планету, там обязательно фигурировали автомобили с атомными двигателями, атомные лучемёты, атомные роботы или атомные мутанты. Вторгающиеся на Землю пришельцы либо прилетали в звездолётах с атомными двигателями, либо при всех своих технологиях лазеров и телепортации пытались выведать тайны ядерного оружия. Апофеозом стало начало 1960-х в Марвел, где на радиации в той или иной форме завязано появление Фантастической Четвёрки, Человека-Паука, Людей-Икс и Халка.

1960-е – конец 1970-х - Субкультуры и конфликт поколений. Супергерои – это здорово, но на одних супергероях выехать получается отнюдь не всегда, и создатели комиксов где-то с середины-конца 1960-х начали понимать, что комиксы будут покупать бодрее, если в них будет что-то, знакомое молодёжи. Сначала нехотя, робко, в комиксах начали упоминать битников, затем рокеров и хиппи (поначалу - исключительно в негативном контексте, конечно), и нередко появлялись сюжеты о том, как очередной подросток влипал в неприятности из-за того, что не с той компанией связался и рассорился с родителями-сухарями и ушёл к крутым гопникам-рокерам или в нелегальный палаточный лагерь хиппи, или к битникам-сквоттерам. Появились молодёжные команды типа Юных Титанов, и в некоторых комиксах взрослые супергерои, раньше бывшие главгероями, стали если не совсем антагонистами, то как минимум просто взрослыми, которым не понять всего пламени души подростковой.

1970-е – остросоциалка. В продолжение предыдущему, в целом. Чтобы доказать, что комиксы – это не «Картинки про педиков в трико», туда начали пропихивать животрепещущие темы, забив болт на часть предписаний Кодекса Комиксов. Возможно, если читать комиксы по одному в месяц, как они выходили, это было не так заметно, но если пачками, как я, то сильно бросалось в глаза. Темы «Суперзлодей хочет взорвать планету» или «Воры грабят банк» никуда не делись...но появились и начали активно насаждаться темы «Правительство несправедливо к чёрным», «Подростков подсаживают на наркотики» и «Производства загрязняют окружающую среду», а частыми врагами стали не только суперзлодеи, но и наркоторговцы и взяточники. Именно в этот период начали массово появляться чёрные супергерои (Люк Кейдж, Блейд, Чёрная Молния, Гроза, Зелёный Фонарь Джон Стюарт и другие).

1970-е – оккультизм. Вот это иначе как трендом не назовёшь. Как я уже упоминал, Кодекс Комиксов начал давать слабину, всё чаще на его требования начали забивать. В этот период вернулись из небытия закрытые ранее комиксы ужасов, но даже не относящиеся напрямую к теме ужасов и мистики супергерои начали чуть реже сталкиваться с ограблениями банков и всё чаще – с сатанинскими сектами, которые либо призывают демонов, либо похищают девушек и детей, чтобы принести демонам в жертву. В комиксах Марвел дебютировал Призрачный Гонщик, не упускающий возможности поныть о том, как его кинул Сатана, и Деймон Хеллстром, сын Сатаны. А даже если речь и не касалась именно дьявольщины, врагами супергероев в этот период частенько становились колдуны и вампиры, нередко поднималась тема вуду (что также отлично сочетается с предыдущим пунктом, ибо вуду – это ещё и субкультура, негры, болота Луизианы, атмосферненько).

1970-е и начало 1980-х – боевые искусства. Ежу понятно, что без поставленного удара супергерой долго не проживёт. Но раньше способность героя настучать врагам по лицу не была трендом. Супергерои сражались, и всё. Но в 1970-е в США боевые искусства начали набирать популярность (на самом деле раньше, но в 1970-е повально, в золотой период кинокарьеры Брюса Ли), и по такому поводу появились супергерои, конкретно под боевые искусства заточенные. Например, Железный Кулак (этот по-первой и вовсе, как заправский персонаж аниме, называл все свои приёмы вслух), Шань-Чи, Ричард Драгон. Но этого показалось мало, и имеющиеся супергерои начали выпячивать, что ещё и боевые искусства знают. Где раньше Бэтмэн раскидал бы гопников, как они складываются с одного удара, там в 1970-е пошли рассуждения «Один бросок дзюдо легко решит эту проблему» или «Вот этот опасен, но не настолько, чтобы удар каратэ его не утихомирил».

Конец 1980-х – начало 2000х - Компьютеры, Кибернетика, Виртуальная Реальность! Да, вообще 90-е в комиксах это тема для отдельного поста, но именно трендом этого периода, горячей темой, которую начинают мусолить во всех комиксах, является всё, связанное с компьютерами в целом и виртуальной реальностью в частности. Злодеи, раньше строившие атомные выжигатели, теперь создают суперкомпьютеры и занимаются оцифровкой сознания или загрузкой его в виртуальную реальность. Пожилые писатели, которые наверняка вызывают программиста, чтобы он им перезагрузку сделал, от балды сыпят «крутыми» словами типа «модем» и «кибернетический». Появляются персонажи-киборги – сначала враги, а затем и главгерои, а случайно выбранные имеющиеся персонажи становятся специалистами по компьютерам с бухты-барахты. Появляются злые ИИ, ставшие разумными. Появляются (чаще в Марвел) инопланетные техноорганические жизнеформы.

Середина 1980х – конец 1990х – антигерои. С началом «Британского вторжения» (наплыва в американские комиксы британских авторов типа Алана Мура, Нила Геймана и Гранта Моррисона) и, главное, дебютом и растущей популярностью «Хранителей» Алана Мура, начинает пропихиваться без смазки мысль о том, что Хорошие Парни – это миф, а труъ-герои – это те, кто «очищают мир от биомусора». «собаке собачья смерть», вот это вот всё. Персонажи-убийцы типа Карателя и Дэдпула, чьё основное оружие – не «крепкий хук справа», а колюще-режущее и огнестрельное. Имеющиеся персонажи зачастую тоже мрачнеют (либо появляются их более суровые аналоги, например, Азраил для Бэтмэна, СШАгент для Капитана Америки), но это аукнется ещё позже.

2010е – вторые 1990-е, в новой обёртке. Практически всё, что было в 1990е, вернулось в комиксы в 2010-е, только сильнее. В частности, вернулась мода на мрачняк. Супергерои-убийцы, сюжеты всё мрачнее и мрачнее, смерть близких, погружение в чёрные пучины отчаяния, а стычки с врагами это уже не только движняк, но и страдания. Периодически появляются злодеи, которые выжимают из героев все соки физические и моральные. Второй тренд этого периода, чтобы дважды не вставать (но на нём фокусироваться не буду, ибо отличный повод для срачей) – п о в е с т о ч к а. В целом, нет ничего плохого в том, чтобы разбавить очень мужской, очень белый и очень гетеросексуальный состав супергеройского сообщества. Но иногда это делается гармонично (с проработкой характеров и мотиваций), а иногда – показушно. «Нннна вам, расистам-сексистам, гомофобам членом через всё рыло, новый носитель прозвища вашего любимого персонажа – китаец/чернокожая девушка/открытый гей/транс и/или всегда ими были, утритесь, это будущее, а вы пережитки прошлого!».

2020-е – Мультивселенная. Это нормальная часть комиксов. Истории с параллельными вселенными появлялись примерно с конца 1940-х. С 1970х визиты в параллельные вселенные перестали быть невообразимой редкостью. С 1980х без задействования параллельных вселенных не обходились крупные кроссоверы, ибо ну здорово же, посмотреть на супергероев в ковбойском сеттинге, или в альтернативном будущем, или какой бы была Лига Справедливости во вселенной Марвел. Но в 2020е тема Мультивселенной поднимается всё чаще. К ней приобщаются даже те персонажи, которым обычно шастать между мирами не свойственно. Даже само слово «Мультивселенная» мелькает всё чаще, став такой же универсальной затычкой сюжета, звучащей умно, как раньше «широкополосное соединение» или «кластер данных в матрице киберпространства». Вторая тема – ИИ. Разумные и чувствующие роботы вошли в сюжет довольно давно – Ультрон, Вижн, Красный Торнадо, вот это вот. Но сейчас, прочувствуйте разницу, мусолится тема не просто разума роботов, а искусственного интеллекта. А всё потому что он набирает популярность и наяву. Как в 1960-е и 1970-е фильмы Брюса Ли привели к тому, что герои-рукопашники начали поминать дзюдо в любой непонятной ситуации, так и сейчас все эти ЧатыГПТ, Гроки, Стабильные Диффузии, ХарактерАИ и прочие Миджорни (и возникающие по их поводу срачи и скандалы) ведут к тому, что ИИ всё чаще упоминается в комиксах не как разум какого-то отдельного робота, а как ИИ, потому что ИИ это стильно, модно, молодёжно.

Большой и красивый артбук 2020 года от DC Comics, в который включены 350 наиболее значимых иллюстраций, размещенных на обложках супергеройских комиксов, начиная с 30-х годов XX века.

Первый комикс издательства DC, которое в 1935 году так даже не называлось.

Артбук разделен формально на пять так называемых «веков» или «эпох» комиксов: золотой, серебряный, бронзовый, стальной и современный.

Вообще интересно посмотреть, как за все эти годы менялась стилистика и цена на комиксы в США. Первые обложки выглядят очень дешево и наивно, хотя сами оригинальные комиксы того времени стоят сейчас бешеных денег.

Джиму Ли 61 год, но он до сих пор активно рисует и руководит творческими процессами в DC Comics. Начал карьеру в Marvel, где прославился своими работами над «Людьми Икс» (особенно X-Men #1 – считается самым продаваемым комиксом в истории).

Позже перешел в DC, где нарисовал культовые арки вроде «Бэтмен: Тихо» (Batman: Hush). 

Один из основателей Image Comics (студия WildStorm), позже его компанию купила DC. Сейчас — креативный директор DC, отвечает за визуальную часть супергеройской вселенной. Ниже иллюстрации из его артбука 2020 года – DC Comics: The Art of Jim Lee. Volume 1.

Почему же товарища уважают? Реалистичный, детализированный стиль – его герои выглядят мощно и реалистично, без излишней мультяшности. 

Не застрял в прошлом – несмотря на возраст, адаптируется к современным трендам.  

Не просто художник – в отличии от киновселенной под его руководством комиксовая индустрия DC процветает.

Для меня прежде всего показательны его обложки для комиксов импринта DC – Vertigo.

Вообще очень скромный и совсем не зазвездившийся чувак, просто делает хорошо свою работу.

Нашел еще один сборник обложек разных художников к комиксам - на этот раз о чокнутой возлюбленной Джокера Харли Квинн (Harley Quinn).

Персонаж впервые появился в культовом мультсериале о Бэтмене 1992 года и с тех пор стал очень популярным.

Харли Квинн успела замутить, наверное, с большинством злодеев и супергероев вселенной DC обоего пола. Судя по последнему мультсериалу, в данный момент бросила Джокера и живет с Ядовитым Плющом.

Сборник очень большой и красивый. Мне кажется, у нас официально не издавался и навряд ли будет издан в связи с неоднозначной сексуальной ориентацией героини.

Предыдущая часть истории комиксов здесь

Продолжаю рассказ об истории комиксов как явления в целом и супергеройских комиксов в частности. В прошлой части я вкратце познакомил читателей с Кодексом Комиксов и доктором Вертамом - в этой части знакомиться будем поближе. 

Макс Гейнс нашёл бы способ убедить Вертама остановить бурление говн и не вводить Кодекс. Но Билл Гейнс, его преемник, ненавидел отца и делал всё наоборот. Он «сразился» с Вертамом в суде. Доктор Фредрик Вертам, нейрофизиолог и психиатр, автор книг по психиатрии и строению мозга, основал в Гарлеме клинику, где беднякам, как чёрным, так и белым, оказывалась дешёвая (а то и вовсе бесплатная) психиатрическая помощь. И в этой клинике он часто сталкивался с тем, что малолетние преступники были просто одержимы комиксами (внезапно, как и вообще все дети того времени, но это уже неважно – Гитлер носил одежду, значит, одежда - зло). Вертам негативно отзывался о явственной классовой несправедливости: психованные «мажоры» лечились в дорогих психиатрических лечебницах, «они не виноваты – они больные люди». Бедняки же, совершившие какое-либо преступление в результате психической болезни, отправлялись на электрический стул, как обычные преступники. Кроме того, по его мнению, в большинстве случаев подростковой преступности были виноваты комиксы. И, разумеется, он был одним из тех, кто обвинял новый вид средства массовой информации во всех грехах. В своё время подобной демонизации подверглись телевидение, радио, газеты, книги, а в «наше» время - сначала интернет в целом, потом определённые форумы, блоги, социальные сети (а также видеоигры и аниме), теперь вот ИИ.

Впрочем, компания EC, которой заведовал Билл, прославилась не только Байками из Склепа. Было у неё много журналов и много авторов – и был среди них Харви Курцман, заведовавший военной тематикой. Она не приносила ему много денег – будучи педантом, Харви стремился наиболее точно передать все детали. Следил, чтобы затворы рисовались с правильной стороны оружия, чтобы персонажи не говорили «передёрнуть гашетку», консультировался с настоящими военными. Понятное дело, что всё это занимало кучу времени и нервов, и было довольно скучным делом. Но был у него талант к юмору. По совету своего начальника, Билла, Харви начал работу над сатирическим журналом, в котором поначалу высмеивал своих прямых соперников внутри компании, заведовавших фантастическими или хоррорными комиксами – а затем перешёл к конкурентам из других компаний, фильмам, политике – ничто не избежало осмеяния. Его журнал, MAD, с фирменным кривлякой на обложке, выходит до сих пор. Второй журнал аналогичной тематики, Panic, был вскорости убит критиками – за «оскорбление чувств верующих».

Так или иначе, Вертам наступал по всем фронтам, выступая на конференциях, обращаясь в разнообразные органы и потрясая научными и псевдонаучными выкладками. Его главные тезисы: комиксы способствуют преступности среди малолетних (неправда), отвращают детей от настоящих книг и способствуют безграмотности (как показало более позднее исследование – неправда), содержат гомосексуальный подтекст (на тот момент – неправда, сейчас подтекстов тоже нет, всё прямым текстом пишется), содержат инструкции для совершения преступлений (он бть серьёзно?), рекламу вредных для ребёнка товаров (правда) и мелкий шрифт, который портит глаза (он бть серьёзно? х2). Билл Гейнс же в ответ на эти аргументы сделал ход конём, обвинив Вертама (и всех его сторонников) в приверженности идеям коммунизма. Что лишь забило гвоздь в крышку гроба его компании. Его показания в суде во время его «сражения» с Вертамом были использованы против него.

Так как же, всё-таки, родился Кодекс Комиксов? Сам же Вертам не мог его ввести, даже если бы очень постарался – у него просто не было полномочий. А всё началось с акций. «Сдай все свои комиксы и получи настоящую книгу бесплатно». Комиксы сжигались. Тем, кто сожжёт больше всего комиксов, давались дополнительные призы. Создателей комиксов презирали соседи, иногда отворачивались родственники и друзья. Если человек имел отношение к комиксам, к нему относились примерно как к педофилу. В итоге Билл созвал конференцию из 38 издателей комиксов. Разношёрстная толпа основала Ассоциацию Комиксов Америки (Comic Magazine Association of America), а та, в свою очередь, ввела ряд правил, Кодекс Комиксов, чтобы комиксы продолжали существовать, пусть и в кастрированном виде (список правил - в предыдущем посте). Да, новому тренду с ужасами и преступностью пришёл гаплык – но комиксы в целом выжили. Впрочем, проблема Кодекса была не только в том, что правила были жёсткими. Они также не были чёткими. Комикс могли забраковать за чрезмерное обилие дыма от оружия в «кадре», за капли пота на лбу у персонажа, вообще за любую деталь. Произвольно. Оценивали «пригодность» комиксов ушедшие на пенсию учительницы. Отдавать что-то новое на суждение старушкам – не лучшее решение. В итоге Билл окончательно забил и на комиксы, и на Комиссию, и на Кодекс, перевёл MAD в разряд глянцевых журналов и адски разбогател.

Харви Курцман, создатель MAD, вскоре рассорился с главредом, Биллом. Биллу не нравилась педантичность Курцмана, которая приводила к медленным темпам выхода журнала. Когда Курцмана предложил взять под своё крыло Хью Хефнер, создатель Playboy, тот с радостью согласился, начав печатать для Хефнера новый журнал, Glossy Trump. И-и-и этот журнал протянул аж два выпуска, после чего сдох. А MAD жил дальше – но без Курцмана. Биллу Гейнсу повезло – а вот остальной комикс-индустрии не очень. На многие годы комиксы «шагнули назад», став исключительно детским чтивом – им просто нечем было заинтересовать подростков и взрослых. Ни кровищи, ни сисек, ни зомбей…скукота! Тем более, начало распространяться телевидение. Это привело к тому, что с 1954 до 1956 года количество комиксов резко упало. Волна прокатилась по всей индустрии не без последствий, одним из которых стал распад продержавшегося вместе пятнадцать лет славного дуэта Джо Саймона и Джека Кирби. Открыто против Кодекса осмелились пойти лишь две компании, Classics Illustrated – и Dell, которую защищал Уолт Дисней (Диснею невозможно отказать).

И кто же громче всех порицал Кодекс Комиксов? Внезапно, доктор Вертам. По его мнению, если раньше вся грязь в комиксах была на поверхности, теперь она подразумевалась, что ещё сильнее ранило неокрепшие детские умы (под одеждой-то все голые!). А тем временем наступали 1960-е. Издательство EC закрылось и умерло, но его фанаты жили. Они создавали фанзины (фанатские журналы) и пересылали друг другу комиксы, написанные в стиле ЕС. Одним из таких журналов был Foo – подражатель MAD, созданный братьями Крамб, Чарльзом и Робертом. Журнал продавался довольно слабо, но он дал Крамбам доступ к сети фанатов – и вскоре на сцене возник Джулиус Шварц. Вместе с любителем фантастики Мортом Вайзингером ещё до второй мировой войны он основал The Time Traveler, научно-фантастический журнал, открывший дорогу в мир «выскочкам», сейчас являющимся классиками фантастики – в том числе Говарду Лавкрафту. Шварц работал на Максвелла Гейнса, потом – на DC, несмотря на то, что в то время любители фантастики и любители комиксов были непримиримыми врагами. Благодаря Шварцу DC разжились мегапопулярными фантастическими комиксами Strange Adventures и Mystery in Space. Кстати, именно Strange Adventures запустили в 1950-х знаменитую «волну горилл», когда гориллы на обложках гарантировали успех комикса.

Следующей идеей Шварца стало возвращение супергероев. По его наставлению в комиксы начали возвращать героев прошлого – с обновлёнными историями и образами. Шварц начал с Флэша. Новый Алый Скороход, Барри Аллен, с более реалистичной (по тем меркам) историей пришёлся читателям по вкусу, поэтому за ним последовал Зелёный Фонарь. Художник Джил Кейн основал образ нового Зелёного Фонаря, Хэла Джордана, на внешности своего соседа, актёра Пола Ньюмана, а образ его «начальников», Хранителей Вселенной – на внешности Давида Бен-Гуриона, премьер-министра Израиля. В моду начали входить супергерои с научно-фантастическими деталями биографии. Кроме того, Шварц ввёл в разделе писем читателей нововведение – теперь раскрывались их адреса, так что фанаты комиксов могли найти единомышленников в любой точке США. А вскоре Рой Томас и Джерри Бейлс подали DC идею о перезапуске Атома – и он тоже привёл к успеху. Бейлс после этого начал издавать журнал Alter-Ego – весьма популярный журнал с обзорами старых комиксов, фанфиками и статьями на тему комиксов новых.

Когда СССР успешно запустили космический спутник и началась космическая гонка, взгляды любителей фантастики ещё пристальнее обратились к космосу – и даже те, кто ранее не увлекались фантастикой, начали поглядывать на звёзды. В 1958 году Джек Шифф, один из редакторов DC Comics (отвечающий за тайтлы My Greatest Adventure и Tales of the Unexpected), нанял Джека Кирби для создания новых научно-фантастических комиксов. И-и-и Шифф кинул Джека через писюн. Потерпев поражение в суде, Кирби был вынужден устроиться к человеку, которого презирал за «стукачество» очень давно. В Timely Comics, компанию, которая превратилась в Atlas, а затем в Marvel Comics. К бесячему Стэнли Либеру, ака Стэну Ли. Мальчик на побегушках к тому времени стал главредом и послушно прогибался под троюродного дядю Гудмана, выпуская, в зависимости от трендов, взаимозаменяемые истории о супергероях, романтике, ужасах, простых американских подростках или ковбоях.

В конце 1950-х годов Гудман принял волевое решение и уволил всех сотрудников Atlas кроме Стэна Ли. Компания попала в анальное рабство к DC, и выпускала всего шестнадцать тайтлов на разную тематику. Автором сценариев и редактором был Стэн Ли, художниками (и «литературными неграми») – фрилансеры. Около 1958 года в моду вошли Кайдзю (Годзилла сотоварищи), Atlas сменила название на Marvel и принялась производить в промышленном масштабе разномастных монстров, которых создавали Джек Кирби и начинающий художник Стив Дитко. Но у DC появилась Лига Справедливости, и любитель копировать всё оригинальное, Мартин Гудман, потребовал, чтобы и Стэн Ли создал свою супергеройскую команду. Однако Стэну надоело танцевать под дудку своего пятиюродного деверя, и он решил уволиться. Впрочем, жена подала ему замечательную идею: создать-таки команду супергероев, как требовал Гудман – но такую, которая понравилась бы самому Стэну. Так появилась Фантастическая Четвёрка. Как и с остальными комиксами, Стэн набросал идею и отдал на реализацию Джеку Кирби.

Изначальная задумка Фантастической Четвёрки значительно отличалась от того, что получилось в итоге. По задумке Стэна Ли, Существо должно было стать полноценным монстром и предать команду, использование способностей Мистера Фантастика должно было причинять ему сильную боль, Невидимая Девушка должна была стать невидимой раз и навсегда, а Человек-Факел мог гореть не больше пяти минут за раз. Свой привычный вид Четвёрка приняла, потому что заваленный работой Стэн Ли привык сваливать часть работы на Стива Дитко – «Вот приблизительный сюжет, ты рисуй, а реплики я потом вставлю». Так, например, шла работа над Человеком-Пауком. Это давало и художникам, и сценаристам больше свободы – в отличие от более раннего подхода, где сценарий комикса расписывался заранее и буквально по панелям, как инструкция: «Страница 5, панель 3 – Герой Героич стоит, держится за стенку левой рукой, трико порвано на локте, шлем треснут, лицо уставшее от этого дерьма, Злодей Злодеич замахивается кулаком. На роже оскал, плащ развевается на ветру в правую сторону. Страница 5, панель 4…».

До появления Фантастической Четвёрки никто особо не обращал внимания на то, что там выблёвывает Atlas/Marvel. Однако Четвёрка стала бешено популярной, и вслед за ней пошли остальные легенды Марвел – Халк, Человек-Паук, Тор, Доктор Стрэндж, Люди-Икс – те, без кого сейчас комиксы – не комиксы. И писателем, редактором, «отцом» всех этих персонажей значился Стэн Ли, взявший себе в качестве девиза слово «Excelsior!» - «Только вперёд!». Благодаря Стэну, комиксы вновь взлетели на вершину популярности. Его лекции собирали больше слушателей, чем выступления бывшего президента Эйзенхауэра. В это время в среде искусства и творчества укрепилось мнение, что для того, чтобы считаться искусством, у произведения должен быть автор. У книг есть писатели, у картин – художники, у фильмов – режиссёры. А кто автор комиксов? Комиксы, как корпоративный продукт, искусством быть не могут. А что не искусство – то говно. Дабы доказать, что комиксы – очень даже искусство, Стэн Ли не забывал напоминать, что кто бы ни писал комиксы в его компании, их автор - Стэн Ли. 

Стэна устраивало такое положение. Неосведомлённая публика была уверена, что Стэн действительно создаёт всё сам, и это начало понемногу подбешивать его главных творцов – Джека Кирби и Стива Дитко. Да что там, Кирби, на тот момент уже считавшийся «Королём» комиксов, был в ярости – но на открытую конфронтацию всё равно не решался. Зато решился Дитко. Веруя в справедливость, он не стремился стереть имя Стэна Ли с обложек – но он добился того, чтобы Ли начал справедливо распределять роли и признавать в подчинённых не только «воплотителей его гениальных идей» - но и творцов. Это привело к тому, что Ли и Дитко рассорились. А когда Стэн кинул Дитко через писюн с доходом от фигурок и прочего мерчендайза по Человеку-Пауку, Дитко и вовсе раз и навсегда ушёл из Марвел. А Кирби не осмелился. Всё ещё втихую злясь на Стэна, он продолжал работать с ним и ни разу в открытую не выступал против него – несмотря на то, что инструкции Ли свелись к совершенно минимальным и расплывчатым (так, Кирби создал Галактуса, когда Стэн заявил, что Фантастическая Четвёрка должна встретиться с Господом Богом).

Впрочем, не решаясь на открытое столкновение, Кирби понемногу продумывал тайный отход на свободу. А чем художник может сильнее всего насолить издателю? Ле-ва-ком. Кирби начал разрабатывать собственный фантастический сюжет про Новых Богов – противостояние Нью-Генезиса и Апоколипса, Всеотца и Дарксайда, и связанную с ними прочую фантастическую мишуру. В 1970 году Кирби ушёл к DC со своими тайтлами – New Gods, Mr. Miracle и Forever People. По мнению многих, Джек Кирби был настоящей опорой Марвел. Художник Джон Бушема не одинок во мнении, что после внезапного ухода «дезертира» Кирби Марвел были на грани закрытия.

В 1960 году Рой Лихтенштейн, художник-абстракционист, начал потихоньку рисовать мелкие комикс-стрипы, чтобы порадовать своего шестилетнего сына. Его друзья посоветовали ему переключиться на комиксы всерьёз. Штудируя комиксы (преимущественно романтические и военные), он начал экспериментировать – копировать панели из комиксов, перерисовывая их на свой салтык и превращая в картины. Им заинтересовался Лео Кастелли, гениальный «продажник» (а через пару недель отверг аналогичное предложение Энди Уорхола, как «лишённое оригинальности»). Так появился поп-арт. И окружающий мир, карикатурой на который являлся поп-арт, начал под поп-арт подстраиваться. В головах людей начала крутиться идея о телеадаптации Бэтмэна – задумке рискованной, так как благодаря Кодексу Комиксов и пропаганде Вертама для среднего жителя США, не знающего всю историю Тёмного Рыцаря, Бэтмэн представлялся примерно как «странный клоун, воюющий с пришельцами из космоса и Годзиллами, женатый на Робине». В какой-то мере так оно и было на тот момент. Будущий продюсер чувствовал себя идиотом, погружаясь в комиксы.

Идея пришла продюсеру в голову внезапно. Как перенести эти дурацкие комиксы на экран? Просто – довести до полного абсурда. Так родился сериал 1960-х годов с Адамом Уэстом в роли Бэтмэна и Бертом Уордом в роли Робина. Яркие декорации обошлись сериалу довольно дорого – примерно по миллиону долларов за серию, хотя эти цифры кажутся фантастическими. Из-за таких затрат сериал и закрыли после третьего сезона. Впрочем, сериал довольно быстро собрал внушительные три миллиарда долларов на мерчендайзе. На премьере присутствовали Лихтенштейн, Уорхол и другие приверженцы поп-арта, и они были восхищены. Одновременно с этим у читателей проснулась любовь к старым комиксам – издания 1940-х годов лишились статуса «старого хлама» и перешли в раздел «бессмертной классики». Комиксы двадцатилетней давности начали расти в цене.

26 сентября Бэтмену  выдали  именную  звезду на  «Аллее славы» в Голливуде. Награда вошла в категорию «Кинофильмы».

Тёмному рыцарю удалось стать первым супергероем, который получил подобную награду, хотя в прошлом её уже выдавали вымышленным персонажам.

Голливудская торговая палата с большой гордостью чествует первого супергероя, получившего звезду на голливудской «Аллее славы». Единственного и неповторимого Бэтмена!
"Поклонники со всего мира будут в восторге, узнав, что Тёмный рыцарь получит свою награду, расположенную рядом со звёздами Адама Уэста, который играл его в сериале 1960-х, и самого Боба Кейна — соавтора персонажа" - из заявления организаторов инициативы

Бэтмен дебютировал в 1939 году в 27-м выпуске линейки Detective Comics, после чего быстро обрёл популярность. Приключения персонажа множество раз переносили на большой и малый экраны. Их экранизировали в виде сериалов, анимационных шоу и полнометражных фильмов от именитых режиссёров вроде Тима Бёртона и Кристофера Нолана.

На церемонии открытия звезды присутствовали организаторы инициативы, а также некий артист, облачённый в костюм супергероя.

На фото и видео также можно заметить Бэтмобиль из недавней картины Мэтта Ривза, главную роль в которой исполнил Роберт Паттинсон.

Забавная история от DC Comics «Супермен. Красный сын» (Superman. Red Son, 2003) о том, что бы было, если бы корабль с Суперменом упал на территории СССР в годы «холодной войны».

Развесистая клюква в виде вездесущего НКВД, товарища Сталина, серпа и молота повсеместно и диссидента Бэтмена в шапке-ушанке прилагается.

Медведей, балалаек, самоваров и автомата Калашникова замечено не было. Бутылка водки замечена два раза.

Просто убила фраза Супермена, когда Иосиф Виссарионович намекает ему, что для СССР было бы хорошо, если бы Супермен замутил детишек с Чудо-женщиной: «Товарищ Сталин, я сюда не размножаться прибыл!».

Вообще моим любимым Бэтсом стал тутошний Бэтмен после прочтения: эдакий диссидент в шапке ушанке, товарищ Бэтменкофф. Круче Бэтмена я просто никогда больше не видел! 

Повсеместно красные стяги, но они совершенно не напрягают. Создается  яркий образ коммунистической агитки, чего авторы и добивались.

Ленин и Сталин повсюду.

Некоторые страницы вообще будто просятся на агитационный плакат о непобедимости коммунизма.

Обычная жизнь советского Супермена.

Бэтмэн как никогда крут, потому что он, собственно, Бэтмен, диссидент и вообще «Мстя моя будет страшна!».

Это вообще можно хоть сейчас в рамочку и на стену.

Ну и эскизы коллекционного русского издания.

Предыдущая часть истории комиксов здесь

Ждали вы этого или нет – а рассказ об истории комиксов продолжается. В прошлой части я рассказал  о взлёте и почти падении Марвела и расцвете поп-арта, ну и много о чём ещё, ознакомьтесь, если не читали – будет понятнее, о чём пишу здесь.

В предыдущей части я рассказал о том, как Marvel из подзаборного издательства выбилась в люди - а сейчас пора поговорить о тёмной стороне комиксов. В 1960-х годах Джек Джексон, сын владельца ранчо, издал первый андерграунд-комикс, «Божий Нос» (God Nose - созвучно с God Knows, Бог Знает) – сатирический, юмористический комикс. Объединившись с Гилбертом Шелтоном (автором супергеройской пародии Wonder Warthog), Дэйвом Мориарти и Фредом Тоддом, Джексон основал издательство Rip-Off Press, знаменитое своими инди-комиксами и буйными вечеринками. Эту компанию современники прозвали «Техасской Мафией». А тем временем в Кливленде молодой художник по открыткам, застенчивый невротик-мизантроп Роберт Крамб, подсел на ЛСД. Однажды он так сильно упоролся, что его не отпускало полгода, и за это время Крамб успел насоздавать кучу новых персонажей (включая Кота Фрица). А когда его отпустило, он рванул в Сан Франциско, желая насладиться разгаром сезона хиппи. Рванул без подготовки, в чём за хлебом вышел. В Сан Франциско он нашёл новую работу, издавая андерграундные комиксы со своими персонажами, рождёнными в эпоху упоротости. Его комиксы, не достигавшие тиражей «официальных», одобренных Кодексом компаний, становились всё более популярными – особенно в среде хиппи и любителей «кислоты». Крамб, по сути, стал королём андерграунд-течения в комиксах.

Ближе к концу 1960-х Крамб познакомился с С. Клеем Уилсоном, ещё одним подпольным автором, издававшим невероятно кровавые комиксы, которые ни за что не пропустил бы Кодекс. Вдохновившись его творением, Крамб полностью отказался от каких-либо норм морали. Пригласив Уилсона в своё издательство, он начал выпускать комиксы, нарочно нарушающие все возможные табу, оскорбляющие всех, кого нельзя – расистские, сексистские, извращённые. Многие из бывших сторонников Крамба отвернулись от него. Ему это понравилось – ванильная дружбомагия хиппи к тому моменту успела его изрядно задолбать. Его популярность снизилась – но комиксы всё ещё покупались, а их успех копировался. Как всегда бывает в аналогичных ситуациях – началась гонка «кто сильнее нарушит табу». И чемпионов начала «награждать» путёвками в однозвёздочный санаторий полиция. Потому что будь ты хоть трижды андерграундом, а полностью забивать на законы всё же не стоит. В начале 1970-х художниками овладела паранойя – за некоторыми из них начали приходить «люди в чёрном».

Джексон был уверен, что за андерграундом будущее, и что ещё немного – и официальные, крупные комикс-компании падут под мощью подполья. Но «большие» комиксы тоже не стояли на месте – видя успех андерграунда, они тоже начали меняться. В 1969 году писатель Деннис О'Нил и художник Нил Адамс превратили комикс про Зелёного Фонаря и Зелёную Стрелу в остросоциальное чтиво. Главгерои больше не сражались с пришельцами и Злыми Цапчиками – они сражались с наркоманией, расизмом, социальной несправедливостью. Коммерчески неудачно. В 1971 году Стэн Ли впервые издал комикс без штампика Кодекса Комиксов – сюжет о том, как Человек-Паук противостоял распространению наркотиков, не был одобрен комиссией Кодекса. Но все и так поняли, что дни Кодекса сочтены. А Крамб, основатель андерграунда комиксов, ушёл из движения, купил ферму на деньги, вырученные с мультфильма «Кот Фриц», и жил себе припеваючи. Он опасался, что мультфильм провалится, что его «залижут» для более общедоступного рейтинга – но опасался зря. Мультфильм чуть более, чем полностью состоял из расизма, изнасилований, нацизма, пыток, насилия и прочей милоты. Всё как Крамб и задумывал. Рекомендую к просмотру.

В начале 1970-х, после окончания войны во Вьетнаме, андерграунд начал умирать. Новые законы о наркотиках привели к тому, что торговля наркотиками полностью перешла в руки организованной преступности. Движение хиппи раскололось, превратившись из одной большой и дружной извращённой, увлекающейся инцестом семьи в разрозненные и презирающие друг друга мелкие сообщества «своих». Видя конец эпохи андерграунда, вконец задолбанный Крамб убил Кота Фрица в комиксах – но продюсеры уже без его благословения сняли сиквел к мультфильму. Но движению это не помогло. Особенно когда один из представителей андерграунда решил замахнуться на гиганта и отжать часть сокровищ у Диснея. Дэн О'Нил начал издавать комиксы, которые бодро назвал Air Pirate Funnies. В них Микки Маус, Гуфи, неразлучные гусята-племянники Скруджа и другие диснеевские персонажи бухали, курили шмаль, дрочили и отсасывали друг другу. Дэн ожидал бурной реакции Диснея. Он ожидал, что его вызовут в суд, или хотя бы побьют в подворотне. Но всё было значительно хуже. Дисней его даже не заметил.

Чтобы добиться нужного эффекта, О’Нилу пришлось лично подсунуть свой комикс сыну директора компании Диснея. Только тогда на него подали в суд. И О’Нил превратил судебное заседание в настоящее цирковое представление – дошло до того, что он пришёл на заседание в костюме ковбоя и целился в судью из банана. И не забыл захватить с собой пару серьёзных адвокатов, защищавших его право пользоваться чужими персонажами. Но дело он, разумеется, проиграл, его обязали выплатить Диснею 200 тысяч долларов и больше никогда не рисовать обдроченных Микки Маусов. О’Нил обжаловал решение во всех возможных инстанциях, потом просто положил на него – и вновь был оштрафован, пообещав больше Диснея не трогать. Но с моральной стороны, по собственному мнению, он победил, потому что заставил Диснея изрядно понервничать. Это, кстати, стало одной из причин того, что Дисней продавил закон об авторском праве, значительно удлинив сроки перехода вымышленных персонажей в раздел общественного долстояния.

Ну да ладно, стоит и на Европу взглянуть. До 1940-х годов в Европе комиксы были представлены преимущественно перепечатками (с переводом) комиксов американских. Когда Европу захватил Гитлер, он по большей части отрезал приток американских комиксов, и Европе пришлось выкручиваться. Самым популярным европейским творением в то время в комиксах стал Тентен, детище Жоржа Реми, бельгийского художника, рисовавшего для католической газеты. После появления Тентена, паренька-репортёра, продажи газеты взлетели до небес. Когда нацисты захватили Брюссель, они позволили Реми продолжать выпускать комиксы о Тентене – но после освобождения Брюсселя новое правительство Бельгии заподозрило Реми в симпатии к нацистам. Жоржа сажали в тюрьму четыре раза. Ему запретили работать в газетах – но его репутацию спас Раймонд ЛеБланк, ветеран бельгийского сопротивления и большой фанат Тентена. От газетных стрипов Жорж Реми перешёл к полноценным комиксам, ему выделили собственный журнал. Позже его примеру последовали другие страны Европы, со своими комиксами.

Американские комиксы так и не вернулись в Европу. Например, во Франции ещё в 1949 году ввели запрет на излишнюю жестокость в комиксах – с целью защиты от вливания иностранной культуры в том числе. В США волну сверхжестоких комиксов пришлось подавлять, во Франции же она даже не началась. В 1960-х годах из Франции ссаными тряпками прогнали Marvel – а в 1970-х там появился свой последователь Крамба, решивший создавать более мрачные комиксы. Его звали Жан Жираль, а его журнал назывался Metal Hurlant. Вскоре в США появилась его копия – Heavy Metal, в которой переводные работы европейских авторов совмещались с оригинальными американскими комиксами, а жёсткая эротика (до уровня порнографии) – с тёмным фэнтези, фантастикой и наркотическими трипами.

Комикс стал невероятно популярным – но индустрия в целом терпела убытки. Ближе к концу 1970-х продажи комиксов в США пошли на спад – дошло до того, что из толпы крупных издателей остались всего шесть, включая Marvel и DC. В 1978 году произошло событие, известное, как «Великое Обрушение DC» (DC Implosion) - компания закрыла 31 тайтл. Это дофига. Marvel спаслась от серьёзных проблем, снюхавшись с Джорджем Лукасом и начав выпускать комиксы по Звёздным Войнам. Первый выпуск комикса по ЗВ вышел до фильма и был первым комиксом со времён лихих 1940-х, который продался миллионным тиражом. А в 1980 году Marvel выпустила журнал Epic Illustrated – журнал комиксов с более взрослым содержанием, и авторы этих комиксов оставляли за собой права на них. Что было важно, потому что назревали конфликты, связанные с великим и ужасным Цопирайтом.

В США так было заведено – коли ты что-то создал, ты являешься автором своего творения. А если авторство ещё и в Библиотеке Конгресса зарегистрируешь, то сможешь засудить любого, кто без спросу твой креатив спиратит. Однако закон об авторском праве от 1909 года гласил, что в случае наёмного труда автором произведения является не тот, кто его создал…а его начальник. Тот, кто его нанял. От этого страдали многие авторы комиксов, да хотя бы те же Джерри Сигель и Джо Шустер, создатели Супермэна. Супермэн принёс DC немыслимые золотые горы. А Сигелю и Шустеру – обычную, средненькую зарплату писателя и художника. Сигель частенько жаловался Джеку Либовицу, на тот момент главе DC. Требовал больше денег. Либовиц в ответ упрекал Сигеля и Шустера в снижающемся качестве картинок и сценариев. Особенно сильно Сигель взбеленился, когда в его отсутствие (призвали-с на войну-с) DC тайком создали и запатентовали Супербоя, молодую версию Супермэна – хотя Сигель раньше предлагал идею Супербоя, и её отметали.

Вскоре после войны Сигель решил-таки судиться с DC. Чувствуя, что один в поле – не воин, он решил привлечь на свою сторону Боба Кейна, «батю» Бэтмэна. Тот, впрочем, не поддержал Сигеля, ибо сам вовсю пользовался законом 1909 года – на него работало много «литературных негров», большую часть окружения Тёмного Рыцаря (костюм, батаранги, Джокера, Робина и не только) создал Билл Фингер – но права принадлежали Кейну. Тайком Кейн предупредил Либовица, чтобы тот успел подготовиться. Сигель и Шустер эпически проиграли в суде (хотя бы Супербоя отсудили, уже какая-то победа). DC предложила им утешительный приз – единоразовую выплату в 100 тысяч долларов, и чтобы они заткнулись. Большая часть суммы ушла на оплату услуг адвоката, и Сигель с Шустером остались без надежды на какие-либо дальнейшие выплаты (помимо обычной зарплаты). А комиксы продавались всё лучше, да и сериал 1953 года был принят на ура…печаль-беда.

Но изначально владеть правами на творение автор (или его босс) мог лишь ограниченное время. Потом персонажи становились достоянием общественности (и сейчас существует сайт, где перечислены персонажи, о которых ранее выходили комиксы, и которые сейчас являются достоянием общественности, сиречь – ничейными, «берите кто хотите» - на определённых условиях). Именно поэтому многих так разозлил американский закон о продлении авторских прав от 1998 года, который в народе стал известен, как «Закон о защите Микки Мауса», потому что его активно лоббировала компания Дисней. Комиксы и их персонажи преимущественно регулировались законом от 1909 года, который предписывал, что контракты в отношении этих персонажей должны обновляться каждые 28 лет, иначе бум – и персонажи становятся достоянием общественности. Контракт Супермэна кончился в 1960-е годы – и Сигель вновь отправился в суд. Примерно в то же время Джо Саймон обратился с теми же претензиями в Marvel по поводу Капитана Америки. Но боссы Марвел подкупили (а потом кинули) Джека Кирби, чтобы тот выступал на их стороне. Джеку обещали заплатить – но он своих денег так и не дождался.

Кирби, как я писал раньше, переметнулся к DC, что чуть не убило Марвел. Марвел отправили ему письмо с требованием переписать на них все его творения авторские и соавторские (Халка, Тора, Фантастическую Четвёрку, Железного Человека и Иксов). Кирби согласился на условии, что ему выплатят должок по делу Джо Саймона. Сказано-сделано, в 1972 году Кирби отказался от всех прав в пользу Марвел. А тем временем в 1967 году компания DC и студия Warner Brothers были куплены магнатом Стивом Россом. Он объединил их и начал разработку фильма о Супермэне. Сконцентрировавшись на разработке фильма, DC прекратили разбирательства с Сигелем, пообещав отщипывать небольшой, но аппетитный процентик от дохода ему и Шустеру. Сигель к тому моменту работал на почте. Шустер нигде не работал – он ослеп и жил на иждивении у брата. Выполнили ли DC своё обещание? Конечно же нет.

Узнав, что Марио Пьюзо получит три миллиона долларов на съёмки фильма в то время, как он, создатель Супермэна, выл вынужден жить на 7000 долларов в год, Сигель бомбанул так, что смерть Криптона на его фоне показалась петардой. Он отправил пресс-релиз с описанием всех грехов DC во все СМИ, до которых дотянулся – и Джерри Робинсон, важная шишка в рядах карикатуристов и мультипликаторов (бывший президент их сообщества) вызвался ему помочь. Робинсон сочувствовал Сигелю – его самого прокинули с правами, ведь он помог Биллу Фингеру придумать Джокера и Робина для Бобы Кейна. Заручившись помощью своей ассоциации, а также Гильдии Мультипликаторов и Гильдии Писателей, он подал в суд. На сей раз это была победа. DC присудили Сигелю и Шустеру выплаты (и обязались на сей раз не кидать), а также обязались отныне на всех комиксах, в титрах всех фильмов, на всём мерчендайзе неустанно напоминать: Супермэна создали Джерри Сигель и Джо Шустер.

В 1974 году законодательство о праве собственности в США несколько изменилось – но положение в целом осталось тем же. На сей раз попытать удачу решил Джек Кирби – Скрулл с ними, с персонажами, но у Марвел хранились его оригинальные рисунки. Кирби надеялся хотя бы их отсудить. Хрен там плавал! Пронырливые адвокаты Марвел доказали, что Марвел, и только Марвел владеет всем, что создал Кирби, и будет владеть всегда, без ограничения сроков. В качестве утешительного подарка Марвел согласились отдать Кирби 85 страниц (жалкие крохи, он выдавал целые горы материала) – но оставили за собой право забрать их обратно. Кирби три ночи не спал, размышляя, как поступить дальше в своих переговорах с Марвел – и в итоге решил обратиться к общественности. В 1985 году он выступил перед большой аудиторией и рассказал о грехах Марвел. Этим не забыли воспользоваться DC, напомнив читателям, что у них-то с правами всё в порядке (Сигелю икнулось), и они заплатили Джеку Кирби за создание Новых Богов больше, чем Марвел заплатила ему за создание всей их грёбаной вселенной. В итоге Марвел сдались, и выдали Кирби внушительную сумму денег и около 1800 его страниц – примерно одну пятую из всего, что он сделал. Остальные оригинальные листы к тому времени были либо раздарены, либо украдены сотрудниками, либо уничтожены.

Ну да ладно, вопросы цопирайта – это тема, о которой можно рассуждать очень долго и очень скучно. Давайте лучше поговорим об истории. И вернёмся в Золотой Век ненадолго, к журналу Classics Illustrated, основанному иммигрантом из России, Альбертом Льюисом Кантером, создателем игрушечного телеграфа. Кантер додумался передавать классические произведения в формате комиксов. Это было увлекательное, и вместе с тем образовательное чтиво – но именно на него в то время больше всего взъелись учителя. Кантер отказался ставить на свой журнал штампик Кодекса Комиксов – хотя бы потому что там печатались комикс-версии произведений, более серьёзных, чем мордобой очередного Супермэна с очередным крылатым самотыком с Сатурна. И его таки не трогали – тем более, его комиксы пробуждали в детях тягу к «настоящей» литературе, как бы ни возмущались учителя.

В 1978 году Уилл Айснер, герой комикс-индустрии, подаривший миру Спирита и добившийся того, что крупную награду за достижения в области развития комиксов назвали его именем, издал по-настоящему взрослый комикс, вложив в него в художественной форме несколько душераздирающих историй: A Contract with God. Он же и ввёл для такого творения оригинальное название – графическая новелла. Чтобы сразу отличить его от сражений взаимозаменяемых «педиков в трико». Хотя сам Айснер утверждал – и этому есть подтверждения – что термин придумал не он, история предпочитает это игнорировать. Успех его графической новеллы вскоре повторил Maus – комикс о бедной еврейской мыши, живущей в несправедливом мире нацизма, за авторством польского еврея Арта Шпигельмана...