Ученые обнаружили, что загадочные отметки на древних фигурках и орудиях возрастом около 43 тысяч лет были не случайными. Согласно новому исследованию, ранние люди использовали упорядоченную систему символов задолго до появления письменности.
Насечки, точки, кресты и линии, найденные на палеолитических артефактах Европы, долго считались простым украшением или случайными царапинами. Но новое исследование, опубликованное в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences, показало, что эти знаки были частью продуманной символической системы, созданной охотниками-собирателями эпохи ориньякской культуры – одной из первых культур современных людей в Европе.
Ученые проанализировали более 3000 символов, нанесенных на 260 предметов: фигурки людей, животных, украшения и каменные орудия. Многие из этих находок происходят из пещер Швабских Альп в современной Германии.
Символы с повторяющимися правилами
Компьютерный анализ показал, что знаки не наносились хаотично. Они образовывали повторяющиеся последовательности с устойчивой структурой. Например, кресты чаще встречались на фигурках животных – особенно мамонтов и лошадей, – тогда как точки чаще связывались с изображениями людей и львов.
На некоторых фигурках, включая гибридные изображения человека и льва, точки и другие символы располагались в определенном порядке. Это намекает на то, что знаки могли передавать характеристики, связанные с образом животного или его символическим значением.
Похоже на письменность. Но ею не является
Исследователи сравнили плотность информации и порядок символов с древнейшими системами записи, включая протоклинопись, появившуюся в Месопотамии около 3500 года до н. э. Неожиданно структура оказалась схожей, несмотря на разницу почти в 40 тысяч лет.
При этом найденные знаки не являются письменностью в строгом смысле: они не передавали речь и не фиксировали язык. Скорее, это была система символической коммуникации – способ хранить и передавать информацию вне человеческой памяти.
Почему система исчезла
Удивительно, что эта система знаков использовалась почти 10 тысяч лет и оставалась стабильной по структуре. Это говорит о ее важной роли в жизни древних сообществ. Однако позже она исчезла и не развилась в полноценную письменность.
Ученые предполагают, что охотникам-собирателям просто не требовалась сложная письменная система. Их образ жизни не нуждался в фиксации больших объемов информации, как это происходило в более поздних оседлых цивилизациях.
Новый взгляд на мышление древнего человека
Открытие показывает, что способность создавать символические системы возникла у людей гораздо раньше, чем считалось. Даже без письменности древние европейцы уже умели структурировать информацию, использовать знаки осмысленно и сохранять культурные смыслы на протяжении тысячелетий.
Золотое обручальное кольцо с ажурной надписью на латыни «ANIMA DVLCIS VIVAS MECV(M)», что означает «Живи со мною, милая душа», поздняя Римская империя, IV век н.э., частная коллекция.
Минуло более полутора тысяч лет, и мы с вами уже никогда не узнаем ни имен этой пары, ни то, как сложились их судьбы, но заветные слова любви продолжают звучать сквозь мглу веков.
Новые генетические данные показывают, что неолитическая революция в Европе была не столько внезапным захватом, сколько длительным сосуществованием, отмеченным постепенными смешанными браками.
Археологи десятилетиями спорят о том, как земледелие проникло в Европу. Было ли это нашествием новых людей, вытеснивших старых? Или культурным заражением — идеями, распространяющимися быстрее генов? Новое исследование опубликовано в журнале Science Advances предполагает более сложную реальность: земледельцы и собиратели не просто встретились, они объединились, жили бок о бок и в конечном итоге переплелись.
Долгий переход
Около 9000 лет назад земледельцы из Западной Анатолии начали переселяться на Балканский полуостров, принося с собой одомашненные растения, животных и радикально иной образ жизни. Они продвигались вдоль рек, таких как Дунай, постепенно продвигаясь в сердце Европы. Но они не нашли пустошей. Охотники и собиратели уже были там, глубоко укоренённые в своих ландшафтах и традициях.
Долгое время эти два мира сосуществовали. Они делили пространство, обменивались товарами и, в конечном итоге, генами. Такую картину нарисовали исследователи, объединившие компьютерное моделирование с данными древней ДНК 67 человек, захороненных в Центральной и Юго-Восточной Европе.
«Неолитический переход не характеризовался жестоким противостоянием или полным замещением, а длительным сосуществованием с возрастающим уровнем межпородного скрещивания», — сказал Александрос Цупас, ведущий автор исследования.
Имитация древней встречи
Группа исследователей из Женевского университета построила демографические модели для симуляции расширения сельскохозяйственных общин вдоль Дунайского пути. Они ввели данные о численности популяции, темпах воспроизводства, миграционном поведении и потенциальных сценариях контактов между двумя группами. Затем они сравнили эти модели с реальными генетическими данными, полученными из доисторических скелетов.
Результат? Выявилась закономерность: когда земледельцы впервые прибыли в новые регионы, скрещивание с местными охотниками-собирателями было редкостью. Но с годами — а может быть, и столетиями — такой генетический обмен становился всё более распространённым.
«Эти симуляции генерировали тысячи сценариев», — пояснил Матиас Куррат, популяционный генетик из команды. «Сравнив их с реальной ДНК, мы смогли оценить наиболее вероятную динамику взаимодействия».
В пять раз больше
Одним из наиболее явных различий между двумя группами был масштаб. Земледельческие общины были крупнее — примерно в пять раз превосходили по размеру местные группы собирателей. Их демографический вес в сочетании с периодическими перемещениями на большие расстояния позволил им быстро расселиться по континенту. Но расселение не означало полного исчезновения.
Вместо этого сложилась мозаика. В некоторых регионах гены охотников и собирателей сохранялись веками, вплетаясь в генетическую структуру ранних земледельцев. В других регионах изоляция задержала контакты, сохраняя культурные различия на протяжении поколений.
Тихое преобразование
Эта детальная картина важна, поскольку она бросает вызов более старым представлениям о внезапном замещении или насильственном завоевании. На самом деле, первые земледельцы Европы и её последние собиратели пережили период наложения, согласования и слияния. Их история показывает, что культурные переходы, особенно столь глубокие, как освоение сельского хозяйства, редко бывают гладкими и мгновенными.
Сегодня отголоски этой встречи сохраняются в наших геномах. Большинство европейцев несут в себе следы обеих групп: мобильных собирателей плейстоцена и земледельцев, пришедших позже.
Почему это важно
Это исследование не только меняет наше представление о прошлом, но и демонстрирует инструменты, доступные археологам: вычислительные модели и палеогеномика позволяют реконструировать историю популяций с беспрецедентной детализацией. Они показывают, что история человечества, как и человеческая идентичность, многослойна и динамична.
Данные из Узбекистана отодвигают корни эксплуатации зерновых культур глубже в Азию и подвергают сомнению наши представления об истоках земледелия.
Размышляя об истоках сельского хозяйства, большинство людей обращаются к Плодородному полумесяцу — широкой дуге речных долин, где впервые начали выращивать пшеницу, ячмень и чечевицу. Эта история знакома, ясна и глубоко укоренилась. Но открытие, сделанное в предгорьях южного Узбекистана, смещает её с пьедестала.
В пещере Тода в долине реки Суркандарья археологи обнаружили доказательства того, что 9000 лет назад, задолго до того, как первые тракторы начали пахать землю, люди уже собирали дикий ячмень каменными серпами. Это был не Плодородный полумесяц. Это было почти в 2000 километрах к северо-востоку, в труднопроходимой местности на границе с Центральной Азией.
«Это открытие должно изменить представление учёных о переходе от собирательства к земледелию», — заявил Синин Чжоу из Института палеонтологии позвоночных и палеоантропологии, возглавлявший исследование. «Оно показывает, насколько широко были распространены эти переходные формы поведения».
Результаты исследования опубликованы в Трудах Национальной академии наук (PNAS).1, усложняют вопрос, который антропологи задают себе уже несколько десятилетий: зародилось ли сельское хозяйство в одном месте, а затем распространилось за его пределы? Или же человеческие сообщества, расположенные на обширных территориях, независимо друг от друга экспериментировали с возделыванием растений?
Собиратели с серпами: новое окно в доисторический период
Команда раскопала самые глубокие слои пещеры Тода, обнаружив каменные орудия, остатки растений и древесный уголь. Следы износа на орудиях – известняковых лезвиях и отщепах – указывают на их предназначение. Это были не охотничьи орудия, а режущие инструменты, заточенные для срезания травы и стеблей растений. Микроскопический анализ выявил борозды, характерные для сбора урожая зерновых.
А среди осадка сохранились крошечные следы: фрагменты зёрен дикого ячменя с обугленной от древних пожаров шелухой. Рядом с ними встречались скорлупки фисташек и яблочные семечки, что свидетельствовало о широком спектре собирательской экономики.
Это самое раннее свидетельство систематической эксплуатации дикого ячменя к северу и востоку от Плодородного полумесяца. Его последствия выходят далеко за рамки одной пещеры.
Переосмысление истоков сельского хозяйства
На протяжении десятилетий господствующая модель предполагала существование «ядра» сельскохозяйственных инноваций — очага изобретений в Леванте, где климатические изменения или перенаселенность заставляли людей сажать и сеять. Отсюда, согласно этой логике, сельское хозяйство распространялось вширь.
Но пещера Тода не вписывается в эту схему. Её обитатели были не просто собирателями, которые время от времени собирали зерно. Они изготавливали специальные инструменты для скашивания травы, используя методы, удивительно похожие на те, что применялись в регионах, где уже было развито сельское хозяйство.
«Эти древние охотники и собиратели уже были вовлечены в культурные практики, которые привели к зарождению сельского хозяйства», — отметил Роберт Шпенглер из Института геоантропологии Общества Макса Планка, соавтор исследования.
Данные свидетельствуют о том, что одомашнивание, возможно, изначально не было преднамеренным актом. Скорее всего, оно развивалось посредством повторяющихся действий — сбора одних и тех же растений в одно и то же время каждый год и, возможно, даже уничтожения конкурирующей растительности. На протяжении поколений эти действия начали формировать эволюционную траекторию самих растений.
Почему ячмень и почему здесь?
Ячмень ( Hordeum vulgare ) — один из древнейших в мире возделываемых злаков, ценимый за свою приспособляемость к суровым условиям. В высокогорьях Центральной Азии его устойчивость сделала бы его идеальным кандидатом для раннего освоения. Сегодня этот регион засушливый и континентальный, но в раннем голоцене его долины были покрыты пышной сезонной зеленью.
Выводы группы поднимают волнующий вопрос: были ли эти зерна просто собраны в дикой природе или ранние формы их культивирования уже укоренились?
«Всё больше исследований свидетельствуют о том, что одомашнивание произошло без сознательного участия человека, — сказал Шпенглер. — Тот факт, что люди постоянно развивали модели поведения, которые привели к развитию сельского хозяйства, подтверждает эту точку зрения».
Если ячмень из пещеры Тода действительно был окультурен (то есть морфологически все еще дикий, но каким-то образом обработанный), это указывает либо на независимое происхождение земледелия в Центральной Азии, либо на гораздо более раннее распространение сельскохозяйственных практик на восток, чем считалось ранее.
Что это значит для истории человечества
Это открытие позволяет переосмыслить распространение сельскохозяйственных практик как мозаичную картину, а не как волну. Люди по всей Евразии использовали растительные ресурсы таким образом, что грань между собирательством и земледелием стиралась. В некоторых местах эти практики кристаллизовались в сельское хозяйство. В других же они сохранялись в виде гибких стратегий на протяжении тысячелетий.
Следующий шаг ясен: найти больше участков, протестировать больше образцов и составить более полную картину того, как ранние люди взаимодействовали с окружающей средой на обширных ландшафтах.
Империя инков создала уникальную налоговую систему «мита», основанную не на деньгах, а на трудовой повинности. Каждый взрослый мужчина должен был отработать определенное количество дней в году на государственных проектах, от строительства дорог до добычи золота.
Исследования кипу — узелкового письма инков — позволили установить, что налоговые инспекторы «кипукамайоки» вели скрупулезный учет отработанных дней с помощью сложной системы узлов разных размеров и цветов. Эта система была настолько точной, что позволяла контролировать население в миллионы человек без письменности в современном понимании.
Археологические раскопки хранилищ «кольки» показали масштаб налоговых сборов: только в районе Куско было обнаружено более 2 000 складов, где хранились продукты, одежда и другие товары, собранные в качестве налога. Эти запасы использовались для содержания армии, чиновников и обеспечения населения в случае неурожая.
Испанские хронисты XVI века с изумлением отмечали, что в империи инков не существовало голода благодаря эффективной налоговой системе и перераспределению ресурсов. Даже в самых отдаленных провинциях поддерживался достойный уровень благосостояния, что было недостижимо для европейских государств того времени.
Фрагменты страусиных яиц возрастом более 60 тысяч лет показали, что древние люди создавали сложные геометрические узоры. Исследование предполагает, что эти рисунки были продуманными и отражали развитое абстрактное мышление.
Задолго до появления бумаги и глиняных табличек люди использовали то, что было под рукой. В новом исследовании, опубликованном в журнале PLOS One, археологи изучили 112 фрагментов страусиной скорлупы с трех южноафриканских стоянок возрастом более 60 тысяч лет. На их поверхности сохранились выгравированные линии и орнаменты.
Подобные находки уже встречались раньше, но новое исследование впервые детально реконструировало узоры с помощью геометрического и статистического анализа.
Узоры, которые нельзя назвать случайными
Исследователи выделили повторяющиеся элементы: параллельные линии, прямые углы, сетки, штриховки и ромбовидные мотивы. Более 80% рисунков демонстрировали четкую пространственную структуру.
Простые композиции строились на повторении углов и линий, а более сложные – на принципах поворота, смещения и симметрии. Это говорит о том, что авторы узоров заранее продумывали композицию, а не наносили линии хаотично.
Признак абстрактного мышления
Анализ узоров на скорлупе
Исследователи считают, что такие рисунки могут свидетельствовать о развитом визуально-пространственном планировании. Люди не просто украшали поверхность, а создавали изображения по определенным правилам.
Пока неизвестно, имели ли эти узоры символическое значение или выполняли практическую функцию. Однако сам факт системности говорит о способности к абстракции – важном этапе в эволюции человеческого мышления.
Древнейшие традиции
Страусиные яйца уже известны археологам как материал для изготовления бус и емкостей для воды. Теперь к этому списку добавилась и роль своеобразной «письменной поверхности».
Хотя интерпретации остаются гипотетическими, находка показывает, что стремление к порядку, симметрии и геометрии появилось у людей задолго до возникновения письменности и математики в привычном нам виде.
Археологи обнаружили доказательства существования обширных сетей обмена, связывающих горы Папуа-Новой Гвинеи с далекими морями, бросая вызов старым предположениям об изоляции и застое в древнем прошлом Океании.
Пещера в горах с морскими тайнами
Высоко в южном высокогорье Папуа-Новой Гвинеи, пещера Валуфени хранит историю, которая переосмысливает наши представления о доисторической Океании. Под слоями осадочных пород и каменных орудий археологи обнаружили нечто неожиданное: ракушки из океана, принесённые вглубь страны более 3000 лет назад на расстояние более 200 километров.
Это открытие раздвигает границы давних представлений учёных о древних папуасских обществах. Эти сообщества не были изолированными, а, напротив, участвовали в обширных сетях перемещений, торговли и культурного обмена, простиравшихся через моря и горы.
«Появление морских раковин в Валуфени знаменует собой существенный сдвиг в том, как это место использовалось и понималось», — отмечает исследовательская группа Австралийской археологии.«Эти ракушки говорят об отношениях, простирающихся далеко за горизонт».
Что ракушки возрастом 3200 лет рассказывают нам о социальных мирах
Раковины, найденные в Валуфени – раковины моллюсков, каури, оливковые раковины – были не просто декоративными диковинками. Это были культурные артефакты, приспособленные для пришивания к одежде или продевания в бечёвки. Каждая ракушка, некогда найденная в заливе Папуа или Торресовом проливе, рассказывает историю о руках, которые её передавали, об обязательствах, церемониях и обменах, объединявших далёкие группы.
Морские раковины в Папуа-Новой Гвинее никогда не были просто украшениями. Они служили маркерами статуса, валютой в переговорах и символами брачных союзов. Для некоторых они были ритуальными предметами, вплетенными в ткань церемониальных регалий. Их присутствие в высокогорной пещере подчёркивает, что задолго до того, как колониальные карты нанесли Океанию на карту, коренные мореплаватели уже обозначили её контуры торговыми и родственными путями.
«Раковины брюхоногих моллюсков продолжают использоваться в культурах, живущих на плато, и сегодня», — пишут авторы. «Их до сих пор пришивают к церемониальным костюмам или предлагают в виде цепочек в качестве товара для обмена».
Плато, которое никогда не было изолированным
Раковины валуфени отложились в позднем голоцене, в эпоху, когда мореплаватели-лапита пересекали Тихий океан, перевозя керамику, растения и людей в отдалённые уголки Океании. Но высокогорья Новой Гвинеи, часто представляемые отрезанными от этих морских миров, теперь предстают как соединённые пространства.
С керамикой та же история. Керамика лапита, впервые появившаяся на южном побережье Новой Гвинеи около 3300 лет назад, распространила своё технологическое влияние вглубь страны и через Торресов пролив. Черепки из Торресова пролива и Северной Австралии демонстрируют техники, заимствованные у этих ранних австронезийских гончаров.
Перемещение предметов сопровождалось перемещением идей. В устных преданиях с плато упоминается Сидо или Соу, культурный герой, чьи истории также циркулируют в Торресовом проливе и на побережье Новой Гвинеи. Эти мифы, подобно ракушкам, отображают сеть общих идентичностей на огромных расстояниях.
Почему ракушки так важны
Для археологов эти ракушки важны, поскольку они разрушают устоявшиеся европоцентристские представления. Слишком долго высокогорье считалось культурным захолустьем, изолированным и неизменным. Валуфени доказывает обратное. Эти общины были активными участниками региональной системы взаимодействия, охватывающей Коралловое море.
Это соответствует тому, что археолог Университета Монаша Иэн Макнивен называет «Сферой культурного взаимодействия Кораллового моря» — сетью торговли и коммуникаций, связывающей Папуасское плато, Торресов пролив и полуостров Кейп-Йорк.
Преемственность и изменение
Нити этого обмена тянутся и в настоящее время. Раковины брюхоногих моллюсков по-прежнему используются в церемониальной жизни. Гирлянды ракушек по-прежнему передаются между семьями как символы обязательств и союзов. Это больше, чем просто предметы; это социальные контракты, их значение, отшлифованное веками, как и сами ракушки.
Почему это меняет повествование
Пещера Валуфени напоминает нам, что ландшафты — это не границы, а мосты, и что горные сообщества были не пассивными получателями внешнего влияния, а активными участниками формирования культурной мозаики Океании.
«Эти результаты основаны на переоценке возможностей коренных народов», — заключает исследование, — «оспаривая устаревшие представления о застое и изоляции».
Предисловие: Это самый важный для меня пост за многие годы. С появлением ИИ я ушел от ручного формулирования текста и изыскивал способы заставить ИИ вычищать текст от остаточного английского синтаксиса и семантики, а также прочих проблем, подхватившихся из исходного языка при ИИ-переводе. Я определенно достиг прогресса в этом, но минус такого подхода - накапливающиеся проблемы с психикой. Ибо, во-первых, идеальных ИИ-текстов не бывает, и постоянно испытываешь неудовлетворённость от неудачных и порой сложно исправимых без изменения всего предложения формулировок, а во-вторых, сам начинаешь писать теми же паттернами, какие использует ИИ. Я ещё и по работе вынужден писать ИИ-тексты, порой сотни печатных знаков в день, потому глаз замыливается. Ввиду этого я ушел с работы на неопределенное время и решил вспомнить, каково это - исследовать идеи и писать посты без участия ИИ. Печально, что на сочинённых человекам текстах уже не заработать хороших денег.
Фанаты военной тематики могут отметить, что многие военные технологии уже используются от нескольких десятилетий до более века.
Например, старые добрые трёхлинейные патроны.
Патроны 7,62х54R обр. 1891 года. Основной винтовочный калибр ВС РФ по сей день.
Из существенных изменений: к Великой Отечественной войне разработали основную номенклатуру современных пуль; к 1980-м обновили пороха на более эффективные.
И есть все основания полагать, что популярные армейские калибры XX века, перенесшиеся в XXI-й, простоят на службе ещё как минимум столетие.
Ну так вот, одним из первых таких долгоиграющих прорывов в истории человечества была... Веревка. Благодаря ей появился совершенно новый класс метательного оружия.
...
Луки однозначно существовали 7000 лет назад, так датируются самые старые археологические находки.
Хельмгардский лук, Дания
Если же включить менее однозначные находки, то они могли существовать и более 50 тысяч лет назад. Например, в Африке часто находят подозрительной формы каменные пластинки, датируемые вплоть до 64 тыс. лет назад, в некоторых случаях на них даже обнаруживаются остатки крови и костной ткани. Ученые упираются в предположение, что это наконечники стрел, ибо для копий они слишком маленькие.
Находка из ЮАР, старейшие потенциальные наконечники стрел из известных на данный момент.
В Европе такие старые наконечники находят реже, но они есть. Самым старым 54 тысячи лет.
Находка из Франции, старейшие потенциальные наконечники стрел, найденные вне Африки.
В числе претендентов на древнейшие стрелы вне Африки находится также и Азия. В Монголии обнаружены особые двуконечные пластинки, возраст которых - до 48 тысяч лет.
Интересно то, что такие находки обнаруживаются преимущественно на стоянках Homo Sapience, что поддерживает теорию о возможной причине вымирания неандертальцев: понаехавшие с Африки сапиенсы обратили своё техническое превосходство в локальный геноцид... не забыв в процессе пересношать всю Евразию. До сих пор 1-2 процентов нашей ДНК - неандертальские.
Вернемся к верёвкам. Очевидно, лук невозможен без тетивы, а самая простая тетива - это прочная плетеная веревка.
Веревки умели делать даже неандертальцы. Находка из Франции, 41-52 тыс. лет назад. Возможно, в будущем выяснится, что и луки у них были, но на сегодняшний день считается, что они не успели прокачать эту ветку.
Чтобы сделать её, оказывается, много ума не надо. У многих из нас основным развлечением в детстве было бить палкой крапиву. Что уж говорить про каменный век, когда вариантов времяпрепровождения было и того меньше. Вероятно, однажды кто-то бесцельно ломал траву и обратил внимание на то, что она не ломается до конца...
По иронии судьбы, именно крапива обладает одними из самых прочных растительных волокон среди трав Европы. Также в зависимости от местности можно найти кутру коноплёвую, коноплю и др.
Осталось только скрутить центр пуча в нитку и, сложив его надвое, начать плести двужильную веревку. Сделать две такие верёвки и потом сплести их вместе в четырёхжильную. Вуаля! Примитивная тетива готова!
Однако этот подход не единственный. Если посмотреть, как делают веревки аборигены, то можно предположить, что человечество довольно рано освоило обработку животного сырья. Но вряд ли одновременно с травяными веревками, ибо процесс гораздо более сложный.
К слову, древнейшая веревка, однозначно идентифицированная как тетива, как раз была сделана из сухожилий: её нашли среди вещей Тирольского ледяного человека Этци - того самого охотника-собирателя, мумию которого обнаружили в Альпах.
Тетива Этци, ~5300 лет назад.
Один из способов изготовления тетивы на животном сырье описывает зритель всё того же SageSmokeSurvival в комментариях под видео:
В Африке наши предки использовали свиную шкуру: удаляли щетину, разрезали на тонкие длинные пряди, замачивали в животном жире на 2 недели, доставали, растягивали в течение нескольких дней, смазывали жиром, сушили, смазывали жиром, снова сушили, и растягивали, пока она не переставала тянуться, смазывая жиром... Метод плетения тот же самый.
Оказывается, не только лишь сухожилия можно пустить на веревку.
Что касается процесса обработки непосредственно сухожилий: их срезали с кости и сушили. В сухом виде они могут храниться бесконечно, если только их не сгрызут грызуны или насекомые.
Всю историю развитого человечества от каменного века и до позднего средневековья тетива изготавливалась одним из этих подходов.
Веревка расширила возможности охоты на мелкую и быструю дичь. Одно дело - куропатка, которая до последнего будет прикидываться шлангом и подпустит человека на расстоянип броска камня рукой, а другое - скажем, суслик или заяц.
Тут нужно помнить, что существовало такое оружие, как праща. Для его изготовления не нужно ничего, кроме веревки. Вероятно, она появилась раньше лука. Также справедливо предположить, что долгое время праща была на уровне с луком по эффективности, потому что она сообщала камню больше энергии, чем свежесрубленная натянутая на шаблон и подсушенная на костре палка, поэтому камень летел так же далеко, как стрела. Привычный нам европейский процесс изготовления луков, занимавший месяцы - это уже европейские средневековые технологии. Если приспичит, примитивный лук можно сделать за день.
Замечательная наука археология. Благодаря археологам мы узнаём как жили люди в прошлом. Мы учимся у них и восхищаемся предметами искусства созданными древними мастерами. В этом ролике представлены пять удивительных археологических находок сделанных не так давно...
Комментарии