Жпчшц

В Мировом океане полным-полно сидячих организмов. Большинство из них сидит на дне и не рыпается, но самые ушлые животинки способны прорасти на чём угодно. Даже на раках.

Бедное ракообразное обросло морскими жёлудями – другими ракообразными. Не пожалели они братца.

Из-за раков рак передвигается медленнее, толком ничего не видит и охотится с трудом. Вот так и получается: для кого-то ты опасных хищник, а для кого-то просто субстрат.

Ссылка

Благодаря прозрачным раковинам мы знаем, что у раков-отшельников есть специальная пара лапок для почесывания зада.

Только что вернулись из парка с уловом.

Всем привет:)

Первые опыты с ракушками:)

Началось все с того, что у меня есть знакомый мастер, который делает просто умопомрачительные ракушки, но, как правило, из дуба, который у него в достатке произрастает.

А мне капец как хотелось посмотреть, как будут выглядеть такие ракушки из стабилизированного дерева, и я отправлял ему в подарок разные деревяшки, но он, вместо того, чтобы их пилить, перебирает вечерами, как сокровища.. 

В общем пришлось пробовать сделать самому)))

Пока не так, чтобы очень хорошо, еще есть, куда стремится:)

Из этих, немного подумав, решил сделать кулоны.

Вот как-то так получилось:)

https://flibusta.is/node/681117 (доступно через VPN).

Плохие новости с флибусты. У ее владельца рак.

И в любом случае спасибо Stiver за мою самую любимую библиотеку, не смотря на все вставленные ему палки в колеса.

Это не результат визуализаций нейросетей, а макрофотографии с Суджукской косы. Водоросли, выброшенные штормом элементы моллюсков.

 Работала у нас фельдшером одна женщина. Когда я пришла на скорую, она уже была на пенсии, но продолжала работать.

  Когда я с ней познакомилась, она уже была верующей. За несколько лет до моего прихода на скорую затянули мою коллегу сектанты в свою «церковь чего-то там». Честное слово, не помню, как называлась эта секта. Помню, что началось с обычного храма, куда ходила женщина. С детьми у неё были проблемы: сын – наркоман, а дочь – алкоголик. Так уж получилось. Ходила она в церковь молиться, а после церкви её и встретила женщина, объяснила, что неправильно моя коллега молится, пригласила на «службу». И всё. Изменился человек. Женщины с моей работы рассказывали, что поначалу была новоиспечённая верующая агрессивна по отношению к другим вероисповеданиям и атеистам. Но после в секте сменился настоятель, и наша фельдшер поуспокоилась.

  Время шло. Умер муж. С самой женщиной произошёл несчастный случай: она упала на улице и сломала позвоночник. Лечилась в травм.отделении, но полностью так и не восстановилась. Движение одной руки стало очень ограниченным из-за повреждения спинного мозга. Но она продолжала ходить на работу. На пенсию совсем уходить и инвалидность оформлять не захотела. А тут самая старая наша сотрудница взяла и после смены умерла. Было ей больше 70 лет. Она пришла домой, легла в ванну, наполненную водой. Там её и обнаружили мёртвой. Это заставило наших пенсионеров призадуматься. И две из них уволились, в том числе и наша верующая.

  После выхода на пенсию она обнаружила у себя уплотнение в груди. Обратилась к онкологу. Диагноз – рак молочной железы.

  «Пусть будет всё, как Богу угодно», – сказала моя коллега и ... не стала лечиться. Ей предлагали операцию с последующей химиотерапией. Заболевание-то было на начальной стадии. Но женщина решила, что Бог ей поможет. Подруги пытались её вразумить. Уговаривали, ссылались на её же слова:

– Если есть медицина, так это Богу угодно, значит, и операция эта Богу угодна. Если сейчас пролечиться, то можно много лет прожить.

  Но больная упёрлась: «Богу угодно, чтобы я болела и сама справилась».

  Я была всего один раз у неё на вызове. Мне и этого одного раза хватило. Истощённая, одинокая, страдающая от сильных болей. А запах... Умерла она дома в одиночестве. Сын нашёл её уже остывшей.

  И вот женщина, с медицинским образованием, не древняя старуха или страдающая олигофренией девочка, вполне мыслящий человек, отказывается от лечения, потому что «так Богу угодно». Бред какой-то.

  Конец смены. Вызов в квартиру – надо констатировать смерть онкологической больной. Вызов повторный. Час назад была другая бригада у этой пациентки. Диагноз – «ЗНО желудка с метастазами, предагональное состояние». (ЗНО - это злокачественное новообразование),

  На адресе осматриваю труп. Умершая – полная женщина. Лицо, шея и верхняя половина грудной клетки синюшной окраски. А онкологические больные на последней стадии заболевания истощены. Синюшность же кожных покровов может говорить о развитии тромбоэмболии лёгочной артерии. Во время осмотра попутно веду опрос родственников. Родственники говорят, что пациентка не была лежачей больной. Она сама себя обслуживала. Только последние два дня жаловалась на постоянные боли в животе, которые уже не снимались кеторолом. Собиралась идти на приём к онкологу, чтобы попросить препарат посильнее. Утром проснулась от того, что начала задыхаться. Вызвали скорую. Фельдшер со скорой сказала, что женщина умирает от онкологии, давление у неё низкое и везти в больницу не имеет смысла. Через час после отъезда скорой женщина умерла.

  Я не стала высказывать своё мнение о причинах смерти родственникам. Выразила свои соболезнования и уехала. На базе я спросила фельдшера:

– А чего не увезла? Она ведь не от онкологии умерла. Там же явная ТЭЛА. Голова, шея и грудь синие плюс одышка, кашель, боль в груди.

  На что мне ответили:

– Я видела синюшность. Но решила, что так будет лучше.

  У меня всё. Я до сих пор об этом думаю. Я бы не смогла закрыть глаза на признаки тромбоэмболии и принять решение оставить человека умирать. С одной стороны, что бы ожидало эту женщину, если бы её от ТЭЛА пролечили? Боль и страдания. У женщины были уже метастазы в печень и брюшину. Она была «неперспективная». С другой стороны, кто мы такие, чтобы решать, жить человеку или нет? И когда ему умирать?

  Я не умею играть в Бога. Эта чёртова работа! Огромная ответственность, большая эмоциональная нагрузка, всё возрастающие требования к знаниям и умениям, и ощущение, что ты просто обслуживающий персонал, о который любой может ноги вытереть. Хочется всё бросить и уйти в закат.

  Одно время я брала «халтуру» — соглашалась делать инъекции и внутривенные вливания (капельницы) на дому. Это сейчас имеется множество коммерческих медицинских организаций, которые оказывают большой спектр услуг: хочешь — капельницу, хочешь — уколы на дому делать будут. Главное, были бы деньги. А в нулевых годах все обстояло по-другому. Не знаю, как в других городах, но в нашем больница такие услуги не оказывала, коммерческих медицинских организаций не было, а найти медсестру, чтобы та согласилась делать инъекции на дому, было трудно. Делали, конечно, но «по знакомству».

 Однажды попросили меня поделать капельницы с питанием девушке со злокачественным заболеванием. Конечно, не бесплатно. Назову девушку Лена. Лене было на тот момент 23 года. После внутримышечной инъекции (какого именно препарата, не помню) в правой ягодичной области появилось злокачественное новообразование — саркома. Длительное лечение не имело успехов, заболевание прогрессировало. Пошли метастазы.

На момент нашего знакомства Лена уже не могла себя обслуживать — лежачая больная в подгузниках для взрослых. Обезболивающие препараты ставил старший брат, а вот внутривенные инъекции он делать не умел. Поэтому в доме появилась я. Дело в том, что девушка не могла есть. Тут же начиналась рвота. И мама вместе со старшим братом решили кормить ее внутривенно. Обсудили все с лечащим врачом. Он дал разрешение и выписал препараты для парентерального питания.

Я приходила к Лене домой, собирала систему, устанавливала венозный доступ. Минут пять-десять наблюдала за тем, как переносит инфузию препаратов больная, а затем уходила домой. Брат Лены потом все сам убирал. И вот это время, что я наблюдала за Леной, мы общались с ней и ее семьей. Мне рассказывали, как жили до болезни. Показывали фотографии Лены. На этих снимках была запечатлена молодая веселая девушка. Белокурые вьющиеся волосы, белая кожа, пухлые губки, ямочки на щеках. Всегда с улыбкой. Сейчас же передо мною лежал в постели скелет, обтянутый серого цвета кожей. От белокурых кудрей ничего не осталось. После лучевой терапии волосы все выпали, а затем вырос ирокез из черных жестких волос.

Мама вспоминала о прошлом, а Лена говорила о будущем. И вот это было самое тяжелое.

— Я ведь вылечусь? Я обязательно вылечусь! Я закончу колледж и пойду работать. Найду себе хорошего парня и выйду замуж. У нас будет дом и двое детей…

И так далее. А ты знаешь, что этого никогда не будет. И плакать хочется. Но ты улыбаешься и поддакиваешь. На протяжении недели я ходила и делала капельницы с питанием. А потом позвонил брат и сказал, что Лена умерла…

На похороны я не пошла. Тот год был тяжелым. За два дня до смерти Лены я побывала на очередных, двенадцатых за год, похоронах. Сил моих больше не было.

Больше я на такие «халтуры» не соглашалась. Даже не представляю, как люди в хосписах работают. Такая боль.

 История эта произошла в 2006 году. На 8 марта моя подруга позвала меня на «гастроли» в город Урай (ХМАО). Она в качестве продюсера привозила в этот город на корпоративный вечер артистов с выступлениями. А меня она позвала в качестве «известной гадалки». Подробно расписывать не буду – это тема отдельного рассказа. Скажу только, что за два вечера я заработала больше, чем за месяц работы на скорой. Есть у меня мысль, кем буду на пенсии подрабатывать.

 Через 3 месяца мне позвонила подруга:

–  Помнишь,ты в Урае парню одному гадала?

 И давай мне его описывать. Конечно, я не помнила. Мужчин на гадание пришло больше, чем женщин. И у меня не было цели их запоминать.

–   Ну так вот, – продолжила подруга, – не могла бы ты ему помочь и приютить у себя на несколько дней? Ваня привезёт своего отца на обследование, и им негде жить. Я бы их у себя оставила, да у меня же пятый этаж, а лифта нет. Отец Вани очень сильно болеет, и ему будет не подняться. У тебя квартира трёхкомнатная и лифт есть.

 Я была не против.

 Они приехали в пятницу. После того, как я расположила гостей в большой комнате, отвела Ивана на кухню поговорить.Я сразу спросила:

–  У отца онкология?

Иван возмутился:

–   Нет, конечно! У него саркоидоз лёгких! Это доброкачественное заболевание. Нам так врач сказал.

 И Ваня рассказал историю отца. Заболел отец в январе. Диагноз ОРВИ сменился острой пневмонией. Острая пневмония сменилась хронической. Потом поставили новый диагноз – саркоидоз лёгких. Саркоидоз начали активно лечить: гормоны, витамины и т.д. Но становилось только хуже. И вот терапевт, у которого лечился отец Ивана, направил больного на консультацию к пульмонологу в Сургут. В Сургуте пульмонолог сказал:

–   Лучше будет вам поехать в Екатеринбург, в пульмонологический центр. Вот там лучше лечение назначат.

 И написал им направление в Екатеринбург в пульмоцентр. Отец Ивана был в очень плохом состоянии, и я злоупотребила своим положением. Обратилась к заведующему отделением скорой помощи, объяснила, что приехал родственник с направлением в Екатеринбург, но общественным транспортом он не доедет. Таких пациентов скорая увозит в областные больницы «по договорённости» из отделения нашей больницы, а не с адреса. Но мне пошли на встречу. К сожалению, сейчас этот номер не пройдёт. В понедельник Ивана вместе с отцом на машине скорой помощи повезли в пульмоцентр города Екатеринбург на ул. Чапаева. Наш фельдшер, которая была в этой бригаде, без очереди провела его к пульмонологу. Пульмонолог сказал, что пациент нуждается в госпитализации, а не в консультации. И в таком состоянии он должен быть госпитализирован в какую-нибудь другую больницу. Короче говоря, вы не по профилю здесь. И наш фельдшер решила увезти пациента в областную больницу №1. Доставила его в приёмное отделение. Там пациенту и его сыну объяснили, что здесь лечат только жителей области. А раз вы не отсюда, то уезжайте в ХМАО. Но Иван поинтересовался, а можно ли за деньги полечиться жителю другой области? Оказывается, очень даже можно. Отца Вани положили в пульмонологическое отделение после заключения договора на оказание платных услуг. На следующий день его перевели в отделение реанимации в связи с ухудшением самочувствия. А еще через сутки отец Вани умер. На вскрытии выяснилось, что никакого саркоидоза у умершего не было, а был рак желудка с метастазами в лёгкие.

Ура! Ура! УРА! Тепло! Солнце печет! Одеваем шорты, сандалии, солнечные очки и скорее бежим к водичке! Как же это приятно пройтись босиком по теплому песочку, зайти в прохладную еще водичку, почувствовать тепло солнца всем телом!

А раз уж мы направляемся гулять, можно и в списочек заглянуть, что там можно сделать, дабы скрасить свой досуг.

Вот и я оглядев пункты заметил 2 которые можно выполнить одновременно. Конец весны ознаменовался моей первой попыткой в картины по номерам (шикарный пёсель получился), картина готова, а краски остались еще в достаточном количестве. Кинул все в пакет, пару кисточек и тряпочку.

Самым сложным оказалось найти подходящие ракушки по берегу, поэтому шел и собирал все подряд, потом отмыл и выбрал подходящие. Осталось самое простое: выбрать сюжет. Но а) я не умею рисовать, б) имею ограниченный выбор цветов. Посмотрев, прикинув и оглядевшись вокруг выбрал самый незамысловатый. Немного старания и получаем вот такой результат

Вроде неплохо. Можно пойти дальше, ведь мне удалось найти ракушку у которой не распались створки, а это уже задел на парный сюжет, что и было воплощено в краске

Рисовать красками на улице  ✅
Раскрасить ракушку  ✅
Загорать на пляже  ✅

Фотограф Эд Голд много лет документирует сообщества, живущие вне цивилизации. Это одно из таких - лесное сообщество Tinkers Bubble в Сомерсете. Истории жителей в комментариях под фото.

Жизнь без ископаемого топлива намного более трудоемка, порою сложно найти баланс. Мы поддерживаем связь с соседними поселениями, но есть очевидное различие между нашим укладом жизни и внешним миром. Я не буду отрицать, что это морально и физически сложно, особенно зимой.

Я никогда не посещала это место, но была знакома с несколькими жителями. Переезд не был болезненным, наоборот, я почувствовала прилив энергии и подъем духа. Межличностные отношения являются самым ценным, но наиболее сложным аспектом жизни в сообществе. Это настоящее блаженство, чувствовать связь с другими людьми.

Если кратко, я бы сказал, что любые незначительные изменения, которые вы совершаете в своей жизни и которые сближают вас с природой, делают вас счастливее и полезнее. Будь то посадка цветов, или выращивание местных видов бабочек, или автономная жизнь на лоне природы - оно принесет в вашу жизнь радость и смысл. Ежегодно мы принимаем около 300 добровольцев, которые разочарованы своей жизнью, но знают, что хотят её изменить. Они приходят и уходят, но меняются при этом.

Думаю, для меня самое сложное в практическом смысле - отсутствие стиральной машины, которая экономит уйму времени. Здесь же я трачу около трех часов на то, чтобы постирать одежду вручную.

Это, пожалуй, единственное место в моей жизни, в котором я задержался на такой продолжительный период. Мне здесь нравится. Я чувствую, что это правильно, что это позитивные изменения и движения вперед.

Да, автономная жизнь реальна. Мы стараемся жить независимо: выращиваем пищу, каждый занимается делом по душе. Я, например, ухаживаю за лошадьми, дою коров, готовлю еду. Над большими проектами, как строительство дома, мы работаем вместе, сообща.

  Причиной боли в груди могут послужить злокачественные новообразования (ЗНО) как органов грудной клетки, так и метастазы из других источников. При этом боль может иметь совершенно различный характер, разные места расположения и сопровождаться различным жалобами. Например, одышка, слабость, кашель и др. Бывает, что лечится человек от одного заболевания (например, от остеохондроза), а у него выявляют онкологию. Надо помнить, что одно заболевание не исключает наличие другого. В связи с этим, при болях в грудной клетке необходимо делать не только ЭКГ и рентген грудной клетки (а лучше КТ или МРТ), но и общий анализ крови.

  А бывает и наоборот – боль в грудной клетке у онкологических больных расценивается как следствие ЗНО, а оказывается, например, что это инфаркт миокарда или тромбоэмболия лёгких. Поэтому при болях в груди необходимо делать ЭКГ в первую очередь.

  В ту смену я работала одна, без помощника. Дают мне вызов. Повод к вызову – плохо онкобольному. Диспетчер говорит:

- Родственники сказали, что у него рак лёгких, а сейчас в груди болит. Объяснишь им, что это из-за онкологии. Делов-то.

  Очень не люблю я такие вызовы. Всегда неловко становится оттого, что помочь в случае онкологического заболевания я ничем не могу. Но что делать? Вызов есть вызов. От него не откажешься. Поехала. На вызове я решила не ограничиваться разговорами, а обследовать больного, как и положено. Что с того, что у человека онкология? Болит же в груди. Значит, надо снять ЭКГ. А на кардиограмме я увидела хороший такой инфаркт миокарда. Дальше делала всё согласно стандартам. Пациент был госпитализирован в кардиологическое отделение. В последующем он был выписан домой.

Знал я одного дяденьку. Дяденька имел вид Эйнштейна (с той знаменитой фотографии) и одновременно - чародея-отшельника (видимо со склонностью к управлению грозой). Он считал что раз человек - существо прямоходящее, то ползать должно быть неприемлемо и оскорбительно для всякого разумного.

Шёл дяденька однажды от друга (знакомый+выпивка=друг). Ну как шёл.. Это надо было видеть, чтобы правильно описать.

Несколько шагов по ровной местности удались на славу. Но потом на пути встал предательский холм. Дяденька делал шаг.. И уходил носом в траву. Бумс! Летели листья, пыль и потревоженые кузнечики. Некоторое время дяденька не шевелился. Затем, ровно в точке падения, подбирался и вставал. Отряхивал одежду от прилипших листьев и травяной крошки. Делал шаг.. И снова летел носом в траву!

В точке приземления история снова повторялась.

Я совсем не жестокий человек. Я был уверен что он бросит это дело и спокойно дойдёт домой ползком.

Но нет. Похоже что именно для меня вселенная явила этот урок титанического упорства.

Встать. Отряхнуться. Сделать шаг. Бумс! Кузнечики.. Желтые листья. Ещё шаг..

До дома он таки добрался. После этого я сильно зауважал его.

Я не знал его имени. Но среди селян он был известен под кодовым именем "Лохматый".

Он жил отшельником в небольшой избушке. Ни жены ни родственников у него не было.

В год всеобщей эпидемии Лохматый умер.

В его избушке пробовали собираться любители выпить в шумной компании. Но что-то это им быстро разонравилось.

Старая черёмуха вдруг разрослась и совсем скрыла избушку.

Только холм ещё стоит. И что ему сделается?