Здравствуйте товарищи. Соблазнили меня тут посмотреть новый бич нашей эпохи, сериал про криминальный мир Казани времен позднего СССР.
Что могу сказать... Мне понравился. Но вот смотреть его стоит в компании со своими собственными воспоминаниями и ассоциациями, а не с позиции человека который молодежную банду видел только на картинках.
Очень не вовремя сериал вышел, в самое неподходящее для подобной ленты время.
А почему я так считаю, я объясню в длинной и автобиографической стене текста, что будет ниже.
Начинаем лирическое отступление. Я родился в Уфе, в 1988 году. Это там где чак-чак, мужик на коне, река Белая и Юра Шевчук, которому она уже не страшная.
Я к сожалению (хотя сам полагаю, что к счастью) не могу вам рассказать что-то внятное до 93 года, был
слишком маленьким, а вот про 1995 году уже могу, но он был для меня
относительно спокойным, я ведь все-таки был еще совсем маленьким ребенком который бегал по двору и занимался своими детскими делами и
таких как я никто обычно не трогал. Правда уже в 1996 все изменилось.
В августе 1996 закончилась первая чеченская, и устоявшийся мир
дворов и подъездов, где все было понятно (куда можно ходит, куда не стоит
ходить, где свои, а где не свои) в очередной раз резко изменился. А может были какие-то
еще причины. Тут уже сложно сказать.
Я учился в младшей школе, жил в редкой для Уфы высотке и имел карманные
деньги, которых мне хватало на шоколадку и маленькую бутылку сладкой газировки, или на
пакетик чипсов, соответственно был вполне обеспечен.
О том, что жить я начал по-новому, осознал я уже в сентябре, когда
оказалось, что двор желтого дома, который был совсем не далеко, стал «чужой территорией», куда нам ребятам из «пятнадцатиэтажек»
ходить стало категорически не рекомендовано. Нет, конечно без какой то лютой жести, поножовщины и перестелок. Но давайте честно, когда вам меньше 10 лет, то все это явно излишне.
Но я был наивен и не успел среагировать на крик «Стоямба! Ты откуда?!». Карманных денег я
лишился, получил оплеуху и пинок. Было скорее обидно, чем больно. Подобными поборами с мелюзки почти в каждом дворе занимались местные старшаки (обычно класса в шестого).
О том, что жить то стало совсем по-другому, я понял окончательно уже в школе, где стало неожиданно стало критически важно с какого ты двора.
Сейчас я конечно знаю, что это был просто очередной цикл.
Появилось разом много озлобленных и разочарованных в жизни людей, которые очень
хотели поменять, что-то в своей жизни прямо здесь и сейчас и были не против
пролить за это немного крови.
Нет, естественно они не создали преступность. Но
они стали важным элементом в очередном «плановом» процессе передела территории. В 96, да и в
течение нескольких последующих лет все это говно бурлило, порождая новые
правила и обычаи, которые, мелкий и слабо понимающий подоплеку, я осознавал тогда
довольно примитивно на уровне правил некой игры. Что-то вроде туда ходи, а туда не ходи. По крайней мере у меня был довольно безопасный для меня двор.
Но в какой-то момент
я совершил серьезную ошибку. Играя на стройке с другими такими же малолетками, кидаясь друг в друга разным мусором, я очень неудачно проявил
меткость. Нет, не надо думать, что я один там был отмороженный шкет, который
кидался камнями и осколками кирпичей. Мы, дворовые идиоты, это
делали все вместе при чем целясь друг в друга. Я просто попал. Камнем в лицо младшему
брату Тохи, который был авторитетным пацанчиком во дворе. А он не попал в меня. Впрочем думаю, если бы попал, ничего бы не
изменилось.
Я в социально-дворовом рейтинге, был намного ниже. Да у меня
были братья, но никто их них не «стремился по жизни» и даже не состоял на учете
в милиции.
Это был залет. Поэтому во дворе было решено что мне "хана" и с 97 года как-то так получилось, что во дворе пятнадцатиэтажки
я утратил статус "своего".
Это было херово. И с этим ничего нельзя было сделать в рамках
моих сил. Улица стала для меня тем место, где передвигаться я мог только в
глубоком стелсе, либо бегом. Нет, ничего ужасного со мной не делали. Могли поставить подножку, пробить в живот, макнуть в лужу, забрать вещи.
Система опознования "свой-чужой" работала безотказно. И я огребал, каждый день. Карманные деньги я просто перестал брать, так как до школы я их в любом случае не доносил. Красивая ручка? Модная тетрадка? Ранец? Ха-ха. На мне все это можно сказать горело и пропадало. Так длилось 2 долгих года, в ходе которых я погружался на дно школьной иерархии. Можно сказать, что в 6 класс я начал словно Губка Боб, обитая на дне океана.
Поэтому когда мне предложили общение и "дружбу" я вообще не думал. Я бежал и соглашался так быстро, как только мог. Ведь нашлись те, кто был готов за меня вписаться. К счастью мне повезло. Те ребята, с которым я связался относились не к
той категории, что греют зону, или говорят о блатной романтике.
Нет, конечно своя идеалогия, и собственные "разговоры о важном" у нас были, и было их много, но в целом, давайте честно, я не идеалогию искал, а тупо защиту, которую никак иначе получить не мог. Поэтому я был рад обрить башку и послушать про "злых мигрантов".
Учитывая, что действия разворачивались
в Башкирии, а не в более «арийских землях», была своя специфика, да и
направление было несколько отличающимся от того, как принято изображать скинов.
Тем не менее это была первая субкультура, где я получил поддержку и защиту, наконец
Что особенно смешно, за весь этот период своей жизни, помощи и поддержки от родителей я получил ровно ноль. Впрочем аналогично получилось и с братьями, их у меня было ровно двое, оба старшие. Средний предпочитал делать вид, что меня не знает, а старший сказал "разбирайся сам", что в принципе я по итогу и сделал. Бритую башку мне приходилось пару раз демонстрировать на линейке в школе, это было странно. Очень часто я стоял там вместе с парнем, который наоборот отращивал хаер. Но стыдили нас обоих. Из за чего мы даже в итогу сдружились с ним к старшей школе.
Что поделать, учителя среднеообразовательной школы - им не угодишь.
А потом в нашу семью пришла вторая чеченская война и мой старший
брат уехал в Моздок. Это снова многое изменило в моей жизни. Во-первых, я получил
«кредит уважения» за то, к чему никакого отношения не имел, но так уж повелось,
что тех чьи братья в тот момент воевали, в той среде, где я вращался, было принято уважать чуть больше, особенно учитывая с кем тогда воевали. Это были тяжелые два года, которые как ни странно я помню как какую то мешанину из медленно сходящей с ума матери, которая погружалась в гадания и нумерологию (из этого период я вынес стойкое неприятие к любому мистицизму), а также тихие запои отца, который старательно превращался предмет интерьера.
Потом
в 2001 году мой брат вернулся домой. С легкой контузией, ПТСР, званием старшины
и тяжелой рукой, после чего сразу стал очень значительным человеком в нашем дворе.
С одной стороны, это еще больше увеличило «почет и уважуху»
в определённых кругах, с другой стороны… С другой сторон это был лютый пиздец. Плюс,
когда тебе уже больше 14, ты начинаешь играть несколько другую роль в рамках «кружка
по интересам». Была первая нормальная «стенка на стенку», сотрясение
бестолковой башки, пред и пост концертные мероприятия и много всего того, что,
наверное, я бы не хотел повторить еще раз в своей жизни. Завязал я со всем этим довольно резко. В 2006 моя семья переехала в другой район, а я поступил на юрфак после 11 класса. Никто меня прямо сильно особо обратно в "дурную" компанию не тянул, да и сам я туда не хотел.
На этом лирическое отступление пора
заканчивать и говорить прямо о том, о чем я хочу сказать:
Как я надеюсь можно понять из "лирического отступления", проблемы были не в воспитании, не в наличии или отсутствии
кружков рядом с домом, не в бедности, а в самой среде где я жил и рос.
Проблема была в заразности идеи «права сильного», и в
количестве тех, кто был готов эту идею поддерживать.
На конец девяностых выпало
2 локальных конфликта, которые выпустили в город тех кто был уже привычен к
крови. У многих был ясный мотив делиться на «своих и чужих», была потребность
в защите от чужих, которую увы и ах никто кроме «верных товарищей» тебе дать не мог.
И было инфополе в котором мы росли, которое говорило – «да,
это тяжело, да, это опасно, но по-другому не бывает, лучше жить ярко, чем долго», а в такт телевизору мы
слушали старших во дворе, которые важно кивали и говорили – «да, пацаны, по-другому
не бывает, кто не с нами, тот вы сами знаете кто».
И именно поэтому мне крайне неуютно, что сейчас, когда ситуация,
по сути довольно сильно похожа на ту, что была во время чеченских, в инфополе влетает этот
сериал.
Нет, запрещать его уже поздно. Джин вылетел из бутылки и
назад вы его не загоните. И нет, сериал не является эдаким «совращающим злом»,
он просто хорошо показывает те идеи, которые отлично ложатся на текущую
обстановку. Опять.
Есть книги, которые нельзя выпускать в открытый доступ. Например,
учебники по взрывному делу. Не нужно позволять любому любопытному, без труда, понять,
как же соединить бризантное ВВ с инициирующим. Это лишняя информация. Затруднять
к ней доступ логично.
И не надо давать малолетним идиотам видеоинструкцию о том,
как организовывать и управлять бандой. Это увеличит число тех, у кого получиться как минимум ее создать. А еще не надо давать людям с обостренным
чувством справедливости (которое иначе называется ПТСР) дополнительный мотив «сделать
лучше и правильнее» чем получилось до них.
Да, этот сериал хороший. Он снят с душой. По реальным
событиям. И, к сожалению, приведет к учащению случаев, когда эти события будут
повторены.
Есть хороший чем фильм «Рэкетир». Но нынешний сериал в
отличие от Рэкетира, вышел не вовремя. Сериал про молодежные банды вышел ровно
тогда, когда на них действительно есть спрос у народа, когда эта идея и так витает в
воздухе.
И да, к сожалению, все уже случилось, обществу напомнили про
любимую игру смутного времени, и общество будет в нее играть.
А теперь небольшой совет для родителей. Уровень «корзиночности»
вашего ребенка не имеет никакого значения. Интересуется он бандидсткой
романтикой или нет, тоже не важно.
Его в любом случае просветят о том, кто он, что он и под кем ходит. Ведь это,
по сути, игра.
Игра в которой легко можно лишиться не только перспектив, но и жизни. Игра в которой нельзя выиграть, можно только не проиграть. И в эту игру вашему ребенку придётся
играть. С вами или без вас.
Поэтому вместо того, чтобы засовывать голову в
песок, призывать что то запретить, или уповать на полицию и школу, постарайтесь хотя бы помочь ребенку разобраться в правилах этой игры.
Будьте
уже наконец ответственным взрослым, которым и должны быть. Вот вам четыре простых правила, которые очень сильно облегчат жизнь "трудного" подростка, даже если он попал в "дурную" компанию.
Правило первое – никогда не советуйте «просто не обращать внимание» и «игнорировать»
нападки других детей. Это не работает. Да, неприятно слушать что «вы вырастили хулигана!!»,
неприятно слушать о том, что «вашего бандита мы посадим!!!», но один подбитый
глаз у задиры, намного больше поможет вашему ребенку занять место в коллективе
и отстаивать свои границы, чем годы унижений и травли. Да, драку можно
проиграть. И скорее всего ваш ребенок ее проиграет, но после этого он как
минимум не будет восприниматься как беспомощный. Важна не победа, важна
готовность защищаться.
Правило второе – не пытайтесь действовать через посредников.
Учителя, родители, директор – они вам не помогут. Не они травят вашего ребенка,
не они спрашивают с какого он района. И они действительно ничего не смогут сделать. Единственное, чего вы добьетесь это
репутации «доносчика» для своего ребенка. И нет, это его не спасет. Таких презирают, а не бояться.
Правило третье – всегда защищайте своего ребенка если на
него оказывают давление старшие. Особенно учителя или другие взрослые. Даже
если он не прав, сами потом с ним разберетесь. Он должен чувствовать вашу
поддержку здесь и сейчас. Эта поддержка не в словах, это поддержка в действиях.
Если уважать или бояться будут лично вас, то частично этого распространиться и
на ваших детей. Но упаси вас бог, лезть в конфликт ребенка со сверстниками. Тут
он должен получать от вас советы, но не содействие. А если все-таки залезли, то
тогда черпайте с ним вместе все это полной ложкой. Его бьет другой ребенок?
Окей. Значит говорите именно с другим ребенком. Не через маму/папу/бабушку/учителя.
Вы должны говорить с позиции «это мой пиздюк, и любой прыжок на него – прыжок на
меня». Знаете, что самое стремное? Вам не поверят. И вам придётся исполнить те
угрозы, которые вы озвучите. Сказали что макнете в сортит? Значит макайте в сортир. "Тявкающих" в пустую родителей никто не боиться, наоборот, это только добавит интерес. Боитесь что вам исполнение угроз с рук не сойдет? Да, не сойдет. Придеться отвечать, возможно даже сидеть. И именно поэтому, если это возможно, не влезайте лично в те конфликты которые у вашего ребенка идут с одногодками. На крайний случай, помните, что бегство - тоже выход. Можно
сменить адрес, школу, город.
Правило четвертое – если ваш ребенок попал в «дурную»
компанию, это конечно грустно. Но надо обязательно выяснить, почему. Скорее
всего у него был выбор между дурной компанией и бытием жертвы. Не вам его
осуждать в таком случае. Хотите его оттуда забрать? Окей. Возьмите яйца в кулак,
даже если вы женщина и встретьтесь с тем, кто в этой компании главный. Не с
родителями, директором, полицией, а именно с тем, кто эту компанию держит. Все
мы люди. Мы можем общаться. Вести диалог. Даже если вам противно, страшно и
стыдно. Главное не ведите себя высокомерно, если у вас за плечом не стоит охранник или
вы сами не являетесь авторитетом для собеседника. Старайтесь говорить с позиции
равного. Не используйте фраз вроде «Я запрещаю своему сыну с вами водиться!!»
или «Я вас всех в полицию сдам!!». Этим вы сделаете только хуже. Четко и
понятно донесите свое беспокойство, не кидайтесь обвинениями и угрозами, особенно
если не можете их исполнить. И самое главное – не надо все это превращать в
вызов. Подобные вопросы лучше обсуждать без кучи свидетелей. Идеально при личной
встрече. Если вы сами этого сделать не можете, значит не занимайте позицию «генерала»
и не отдавайте своему ребенку приказ «скажи, что ты больше не с ними!» или «прекрати
с ними общаться, я так сказал/сказала!», он его исполнить не сможет.
Комментарии