Трутовик серно-желтый

Однажды я потерялся.
В девятом классе я влюбился в девочку Олю. Настолько влюбился, что подошел и прямо ей об этом сообщил. Оля сказала: «Спасибо», похлопала меня по плечу и пошла с подружками в буфет – есть пирожки, пока еще горячие.
Душевная травма была так велика, что я прогулял алгебру, купил в киоске две сигареты и отправился на скамейку за школой. Зажигалку я купить забыл. Но сам факт обладания сигаретами каким-то образом драматизировал ситуацию до нужного уровня.
Я уселся на скамейку с сигаретами в кармане и принялся старательно переживать. Был май. Над головой ярко синело небо, по-летнему шпарило солнце и птички чирикали что-то веселое. Хотелось развалиться на скамейке, вытянуть ноги и подставить физиономию под солнечные лучи. Но настоящие трагедии так не переживают. Поэтому я изо всех сил хмурил брови и смотрел в землю.
- Привет. – сказал чей-то голос справа от меня. И назвал меня по имени. – Как жизнь?
Я повернулся. Рядом со мной на скамейке сидела незнакомая девчонка моего возраста. Глаза у нее были ярко синие, нос курносый, а стрижка короткая. Тоненькая куртка у нее была кислотно-желтого цвета.
- Ээээээ... – галантно ответил я. – Мы знакомы?
- Не напрямую. – Невозмутимо ответила девочка. - Я с Иринкой дружу. И с Асей.
Я знал трех Ирин и двух Ась. Что характерно, Ирины с Асями никак в жизни не пересекались. С другой стороны, имя она мое назвала правильно. В общем я решил не вдаваться в подробности.
Девочка безо всяких переходов рассказала, как утром у нее в троллейбусе разрезали сумку. Я в ответ рассказал, как однажды чуть не утонул в речке. Она дала мне послушать любимый трек Земфиры и показала фокус с зажигалкой. А я поделился с ней сигаретами. Потом мы учились выпускать кольца из дыма, но получилось только у нее. Да и то всего один раз. Мы поделили напополам подушечку "Орбита". Долго трепались обо всякой ерунде. Потом она сказала, что ей пора и ушла.
Я поймал себя на том, что сижу, развалясь на скамейке и улыбаюсь, подставив лицо под солнце. И не помню за каким чертом я сюда вообще приходил.
Лето выдалось хлопотливое. Сперва выпускные экзамены. Потом переход из одной школы в другую. Сбор документов. Вступительные экзамены. Летняя подработка.
Время от времени я натыкался на Желтую Куртку. Мы сталкивались в самых разных местах. На троллейбусной остановке. В районной библиотеке. В метро. С ней всегда было, о чем поболтать. Она смешно шутила и смеялась, над моими остротами, иногда несильно пихая меня кулаком в плечо. И хотя я не слишком акцентировал на этом внимание, видеть ее всегда было приятно.
Была в нашем общении какая-то непонятная магия. Я рассказывал ей о том, что минуту назад казалось проблемой глобального масштаба. А в моем пересказе это выходило забавным пустяком. И в общем-то им и оказывалось в итоге.
Во время нашей первой встречи она назвала свое имя. А я его не запомнил. И в следующие разы спрашивать было уже как-то неудобно. Поэтому мысленно я так и звал ее Желтой Курткой.
Примерно через год я поймал себя на том, что давненько ее не встречал. Начал было осторожный опрос знакомых Ирин и Ась, но быстро понял, что они не понимают о ком я говорю. Тем более, что ключевого опознавательного элемента – имени, я не помнил.
Прошло немало лет. Много со мной случилось хорошего и поучительного. И когда ситуация становилась совсем уж поучительнее некуда - кто-нибудь из окружающих меня обязательно спрашивал:
- Ты о чем так глубоко задумался?
А я вовсе не задумался. Я просто внимательно вглядывался в окружающее пространство. Не то чтобы всерьез надеялся увидеть желтую куртку. Но я точно знал, что сказал бы, если бы однажды все-таки увидел:
- Черт, как же тебя все-таки зовут? И где тебя так долго носило?

Это один из самых красивых грибов на нашей планете. Ярко-голубой, полупрозрачный, на тонкой изогнутой ножке, он словно только что сошел с кадров фантастического блокбастера. В отличие от своих ближайших родственников этот гриб не светится в темноте. Но это не делает его менее удивительным и волшебным.

Работа на Скорой это не только пациенты, оказание помощи и дорога между вызовами. Но и отдых, в том числе сон. О как сладок на работе он!

Благословенны времена до КОВИДа. Тогда мы могли ночью немного поспать. Двадцать шесть лет назад, когда я только пришла работать на Скорую, если было на бригаду два вызова за ночь, то ночь считалась безнадёжно испорченной. Сейчас же - это очень хорошая ночь. Всё познаётся в сравнении.

Недавно вспоминали как мы спали и какие сны видели на работе. Многим бывало снилось, что пришёл диспетчер и разбудил на вызов. Тогда человек вставал, шёл в диспетчерскую и убеждался, что это был всего лишь сон, вызова нет и можно пойти ещё вздремнуть. И мне бывало такое снилось. А однажды было вот что.

Лежу я на кушетке и слышу, как диспетчер пришла. Стала будить врача, которая лежала на соседней кушетке:

- На вызов, - задев плечо врача, сказала диспетчер.

Врач ответила, не поднимая голову с подушки:

- Ага.

Диспетчер ушла, а врач продолжила спать. Я же лежала и ждала, когда она всё-таки встанет и уйдёт. Переживала от чего-то, что человек не встаёт, а его ведь ждут больные. Уснула и тут же снова проснулась. А врач всё лежит и лежит. Я тогда не выдержала, встала и тихонько тронула за плечо. Врач проснулась:

- Что? - шёпотом спросила она.

- У Вас вызов.

- Ага. Сейчас встану.

Встала, надела куртку, сунула ноги в тапочки и пошла на выход. А я со спокойной душой легла спать. Проснулась от тычка в плечо. Это врач, которую я на вызов отправила, вернулась:

- Ты зачем меня разбудила? - возмущалась она. - Нет никакого вызова. Диспетчер спит и никого не будила.

Оказывается мне диспетчер приснилась. Неудобно так получилось с врачом. Она мне до сих пор этот случай вспоминает. И мне всё ещё немного стыдно.

Скучаю по тем временам, когда спали за деньги в прямом смысле слова. И не только я скучаю.

Чувствительных, беременных, брезгливых, вонючих, пердящих и прочих многоуважаемых граждан, попрошу убраться от экранов телефонов или компьютеров, потому что в тексте будет очень много слова хуй.

Сегодня про хуи, как все очень любят.  Дело в том, что не только людей одарила природа этой прекрасной вещью, или наоборот -  не только природу одарила этой прекрасной вещью сама природа.  Дело в том, что хуи в природе встречаются достаточно часто, вот прям такие настоящие мужские половые хуи их больше чем вы думаете.

Вы мне скажете - Дилдий,  сморчок ты вонючий, охуел что ли  засирать сайт всякой хуйнёй, которая летит из твоей башки тупорылой? А я вам в ответ скажу, что сморчок вонючий - это не я, это такой грибочек есть, в простонародье у этих неграмотных биологов он называется Весёлка Обыкновенная. Он даже по латыни называется хуём, фаллосом - это если по культурной латыни говорить.

Не знаю что там обыкновенного увидели в Весёлке товарищи грибоизучатели,  но нормальный биолог назвал бы - хуй обычной, грибной. Всё. Никаких  прелюдий не надо, биология всё простит, наука прощает любые названия, в этом ничего страшного нету, достаточно просто в школе не преподавать про эти грибы и всё. Есть куча  других грибов, про которые можно рассказывать, а про хуи давайте будем рассказывать в ПТУ, где люди учатся на швей-мотористок,  сварщиков и прочих автомехаников.

Перейдем к сабжу. Грибочек, говорят, даже съедобный. У него яйца съедобные, что немаловажно это для любителей бычьих яиц  и прочей икры, а также сам, непосредственно, хуй тоже очень съедобный. Во Франции, к примеру, эти писюны поедают сырыми, как редиску, ебашут как за здрасте!

Но сорвать его из хуехранилища надо вовремя,  потому что, если чуть-чуть проебёте вспышку - всё, пиздец, начинается гниение, он начинает плохо пахнуть, короче для любителей сюрстрёмминга в принципе пойдёт, вреда никакого не причинит,  максимум может быть пердеть будете как дикие.

В народной медицине грипп тоже используется. Говорят от всего организма, всех хворей лечат, но есть нюанс - они, народ, его настаивают на спирту и на водке. То есть  гриб там нахуй не нужен,  раствор и так всё лечит заебись!

А вот по легендам и поверьям грипп считался признаком любви!  Если вам понравилось какая нибудь девушка, а может быть мужчина, то что вы делаете? Правильно - идёте в лес рвёте хуй, дарите хуй этому хую,  и счастлив и вы и тот хуй, заебись же! Всё хорошо, идите ебитесь на здоровье.

Но если вы живёте в Свердловской области, то вас выебут этим же хуём в случае, если вы его сорвёте, потому что там он занесён в Красную книгу - очень редкий! Поэтому ищите себе любовников не в Свердловской области, там лучше не надо. Тем более если они у вас падки на грибные хуи, то в  Свердловской не надо никого искать, хорошо? Договорились.

За сим позвольте откланяться, побежал за хуями!

А больше всего я люблю фотографировать грибы... Ну и всякое их сопровождающее.
Сначала издалека.

Привет! Навязала небольшие корзиночки из полиэфирного шнура крючком, с деревянными донышками. Посмотрите.

Не такие хорошие варианты тут

На фото изображен не результат человеческой небрежности и не импровизированная пепельница, и лесным пожарам эти объекты не грозят.

Перед нами грибы вида Camillea leprieurii. Точнее говоря, на снимке запечатлены стромы — плотные образования из стерильного мицелия, внутри которых расположены плодовые тела гриба, называемые перитециями. Именно в этих перитециях происходит созревание спор, участвующих в половом размножении гриба. Споры выходят наружу через специальные отверстия, расположенные на верхушке стромы, что обеспечивает их дальнейшее распространение.

Стромы Camillea leprieurii могут вырастать до 7,5–38 миллиметров в высоту и часто покрыты сверху белым налётом, состоящим из конидий — бесполых спор. Именно это внешнее сходство с сигаретными бычками или окурками и дало повод назвать этих грибов «грибами-окурками». Несмотря на столь необычный вид, они представляют собой естественные элементы тропических лесов и не несут никакой угрозы для окружающей среды в плане возгорания.

Camillea leprieurii относится к числу факультативных паразитов растений. Это означает, что гриб может вести как паразитический, так и сапротрофный образ жизни. В роли паразита он поражает деревья, вызывая у них белую гниль — процесс разрушения лигнина, одного из компонентов древесины, наряду с целлюлозой. Однако чаще всего гриб не наносит серьезного вреда растению, оставаясь незамеченным в виде небольших колоний мицелия, скрытых внутри тканей дерева. Лишь после гибели дерева гриб переходит к сапротрофному образу жизни, начиная питаться мёртвыми остатками древесины и выполняя в экосистеме роль разрушителя органики.

Представители рода Camillea в основном обитают в тропических регионах, и наибольшее разнообразие видов встречается в Южной Америке. Тем не менее, их «родственники» — грибы с похожими характеристиками и внешним видом — могут быть найдены и в других частях света, включая умеренные широты. Их присутствие может оставаться незамеченным, но в определённых условиях они становятся заметными, особенно после гибели растений, когда их стромы появляются на поверхности древесины, вызывая удивление и недоумение у случайных наблюдателей.

Особенно мне нравится гриб-лисенок :)

Спросил в магазине 7-11 в Таиланде "С чем пирожок?"

Продавщица не смогла объяснить и решила нарисовать

А у меня возле дома прям у забора маслята повырастали

В масле больше жира.

Молочному жиру придают цвет каротиноиды — красно-желтые пигменты, в частности витамин А. Жир присутствует и в молоке, и в сливочном масле. Но в молоке он находится в виде эмульсии — взвеси капелек размером 3–4 микрона. Каждая капелька окружена тончайшей белково-лецитиновой оболочкой. Жидкости с такой структурой выглядят белесыми из-за рассеяния света на поверхности капелек, независимо от цвета их содержимого. (В этом можно убедиться, например, разболтав в воде желток куриного яйца.) В сливочном масле доля жира выше, из-за чего многие капли эмульсии сливаются друг с другом. Свет рассеивается на них хуже, и природный цвет жира проявляется сильнее. Еще более желтым выглядит топленое масло, представляющее собой почти чистый молочный жир.