Йоханесбург, Толстой, Ганди, история которую Вы не знали

Главный краевед @Yasher_Ko конечно может зажигать огонь ивентов. Потому давайте интересного вскроем по Йоханесбургу ))) с вывертами так сказать 😅

В Йоханесбурге стоит посетить статую Ганди.. Причем бы тут Йохансбург и лидер Индийцев?

Махатма Ганди провёл в Йоханнесбурге около десяти лет (примерно с 1903 по 1913 год) и именно здесь сформировал свою философию ненасильственного сопротивления — сатьяграху

В 1903 году Ганди открыл адвокатскую контору в Йоханнесбурге — это был первый индиец, сделавший это в городе. Он защищал права индийских переселенцев, подвергавшихся дискриминации. 

1906 года. 11 сентября 1906 года в Имперском театре Йоханнесбурга Ганди созвал собрание индийцев в ответ на дискриминационный «Чёрный закон» правительства Трансвааля, который обязывал всех индийцев регистрироваться, сдавать отпечатки пальцев и носить пропуска. На митинге более 3 тысяч человек приняли общую клятву не подчиняться закону и нести за это наказание. Именно в ходе этой борьбы у Ганди окончательно сформировалось понимание сатьяграхи — метода ненасильственного сопротивления, основанного на принципах ахимсы (ненасилия) и готовности претерпевать страдания.

1910 году при содействии друга Германа Калленбаха Ганди основал в окрестностях Йоханнесбурга общину «Ферма Толстого» — идеализированную модель социального устройства. Участок в тысячу акров Калленбах передал Ганди безвозмездно. Название было дано в честь Льва Толстого, чьи пацифистские идеи оба высоко ценили. Община служила местом подготовки участников движения сатьяграхи. 

А теперь То что вы на знали! Ганди и Толстой!

Их переписка началась в 1909 году, и это была беседа двух во многом очень разных людей. Толстой, всемирно известный писатель, публицист и религиозный философ, уже отметил свое 80-летие, Ганди было 30 лет, и он был мало кому известным молодым адвокатом, начинающим вдали от родины, в Южной Африке, свою практику. Русский мыслитель путем напряженной работы ума и сердца, поисков, кризисов и открытий выработал четкие жизненные установки, старался им следовать и их пропагандировать, индус же только начинал вырабатывать подходы к борьбе во благо своих соотечественников и был знаком с некоторыми публицистическими произведениями Толстого.

«Книга Толстого "Царство Божие внутри нас",— вспоминал Мохандс Карамчанд Ганди,— буквально захватила меня. Она оставила неизгладимый след в моей душе. Перед независимым мышлением, глубокой нравственностью и правдивостью этой книги показались неинтересными все другие книги…» Ему была понятна и близка философия русского мыслителя, поэтому он решился обратиться к Толстому как к арбитру с конкретным вопросом в споре о нравственности: «…если бы устроить всеобщий конкурс на статью по вопросу о нравственности и действенности пассивного сопротивления, то это сделало бы наше движение более известным и заставило бы людей задуматься. Один мой друг поднял вопрос о нравственной допустимости устройства такого конкурса. Он думает, что такое обращение к людскому мнению не согласно с истинным духом пассивного противления и что оно даст нам только купленное мнение. Могу ли я обратиться к Вам с просьбой высказаться по этому вопросу с точки зрения нравственности

Ганди был особенно дорог Толстому именно потому, что он воплощал в жизнь его философию борьбы. По этой же причине их переписка была столь насыщенной, продуктивной — семь писем менее чем за год. Оборвалась она только со смертью Толстого. Последнее письмо русского философа Ганди получил, когда уже пришла весть о кончине писателя. Оно было продиктовано за два месяца до смерти Льва Толстого и было вообще одним из последних его писем. Оно стало фактически завещанием Льва Николаевича продолжателю его дела с пожеланием укрепиться в своих убеждениях и идти дальше: «…Ваша деятельность в Трансваале, как нам кажется на конце света, есть дело самое центральное, самое важное из всех дел, какие делаются теперь в мире и участие в котором неизбежно примут не только народы христианского, но всего мира.

Думаю, что Вам приятно будет узнать, что у нас в России тоже деятельность эта быстро развивается в форме отказов от военной службы, которых становится с каждым годом все больше и больше. Как ни ничтожно количество и Ваших людей, непротивляющихся, и у нас в России число отказывающихся, и те, и другие могут смело сказать, что с ними бог. А бог могущественнее людей».

Письма Ганди к Толстому повествовали о событиях и его борьбе в Южной Африке и, казалось бы, не имели отношения к Индии, но уже тогда Ганди думал об освободительном движении, которое начиналось на родине, какими методами оно должно вестись. Во втором письме появлялась эта тема: «Я не имею возможности популяризировать нашу борьбу так широко, как мне хотелось бы. В наше время Вы пользуетесь, вероятно, наибольшим влиянием на широчайшие круги общественности. Если Вас удовлетворят факты, изложенные в книге мистера Дока, и если Вы сочтете, что эти факты оправдывают выводы, к которым я пришел, то не мог ли бы я просить Вас использовать Ваше влияние, чтобы любым способом, который Вы найдете приемлемым, популяризировать наше движение? Если оно восторжествует, то это будет не только торжеством веры, любви и истины над неверием, ненавистью и ложью, но, весьма вероятно, послужит примером для миллионов людей в Индии и в других частях света, могущих подпасть под пяту угнетателей. Оно, безусловно, будет во многом способствовать поражению сторонников насилия, по крайней мере в Индии. Если мы будем держаться до конца,— а я думаю, что мы выдержим,— у меня нет ни малейшего сомнения в конечном успехе. Ваша поддержка может укрепить нашу решимость». Третье письмо и особенно присылка Ганди своей книги «Самоуправление Индии» показывают, что он, живя и работая в Трансваале, всегда имел конечной целью борьбу за освобождение Индии.

В 1913 году в окрестностях Йоханнесбурга Ганди запустил знаменитую Сатьяграху Фолькруста — массовое протестное движение против целого комплекса дискриминационных законов (паспортных, о регистрации браков, налога в три фунта и ограничений на передвижение). В акциях активно участвовали женщины, а сам Ганди был арестован и заключён в тюрьму. В итоге правительство Яна Смэтса пошло на уступки, и в 1914 году был принят Закон об индийских переселенцах, смягчивший наиболее одиозные нормы.

Таким образом, Йоханнесбург стал для Ганди не просто местом проживания, а настоящей лабораторией, где он оттачивал свою тактику ненасильственной борьбы, которая позже легла в основу его деятельности в Индии.