Грызун

У мышей очень противно заскрипело колесо.
Берём нейлоновый дюбель (2 шт.) и отрезаем лишнее.

Если в колесе отверстие не достаточного размера, рассверливаем его.

Впрессовываем дюбель в колесо.

Повторяем процедуру с другой стороны.

Мыши довольны.

Комикс с самым заплюсованным бонусом в истории аккаунта.

Шутка «Тебя что, мама в детстве вниз головой роняла?» не кажется такой смешной, если речь идёт про летучих мышей. Там ведь у новорожденных и правда есть риск свалиться с высоты нескольких десятков метров сразу после рождения! Ну а если серьёзно, как крылатые справляются со счастьем материнства?

Спойлер — всё сложно. Но давайте по порядку, ведь мы в Книге животных, и байки про капусту с аистами тут не работают. Итак, сроки размножения летучих мышей разнятся в зависимости от вида и региона. Большинство наших местных летунов начинает брачные игрища осенью, незадолго до зимней спячки.

При этом беременность у рукокрылых может длиться до полугода. Для нас это кажется немного, но для крошечных млекопитающих, размер тела которых чаще всего не больше пары десятков сантиметров, это гигантские сроки! Соразмерные грызуны становятся родителями уже спустя пару недель после зачатия!

А дело в том, что многие виды рукокрылых после спаривания умеют «ставить беременность на паузу» на время зимней спячки. Это супер удобно как для матери, так и для детеныша. Малыш появляется весной — в тепле и продовольственном изобилии. Так матери легче родить и выкормить малыша. Сил и ресурсов для родов мышке нужно масса: у большинства видов рукокрылых вес детеныша достигает 1/3 от веса самки! Это то же самое, как если бы наши женщины рожали богатырей весом в 15-25 кг!

Причём некоторые летучки могут сами решать, сколько детей родить. В исследованиях, где все мышемамы были беременны двойней, двух мышат в итоге рожали только самые крупные и упитанные животины. «Средненькие» приносили чаще одного, а худые так и вовсе могли отменить беременность — их организм просто растворял плоды прямо в утробе.

Ну вот мы и подошли к самому интересному. Так как же летучие мыши справляются с родами? Обычно до родов самки собираются в «материнские колонии», занимая самые лучшие пещеры в округе. Сам процесс происходит прямо вверх ногами: самка рожает медленно, помогая малышу появиться на свет крыльями и пастью. С помощью крыльев и хвостовой перепонки мама создаёт страховочную «колыбельку», чтобы предотвратить падение новорожденного. Естественно, в таком положении без помощи не обойтись. Потому в процессе иногда участвует другая летучая мышь-повитуха, которая помогает будущей мамочке и принимает мышонка.

Летать они не умеют, добывать еду — тем более. Зато с первых дней малыши умеют крепко хвататься даже за отвесные скалы. Самки остаются неразлучными с новорожденными от нескольких часов до нескольких дней.

Только так она сможет восстановить собственные силы и обеспечить молоком детёныша. Но малыш не остается в пещере один. Например, детки большого мексиканского воронкоуха образуют ясли, куда сбиваются мышата примерно одного возраста в ожидании родительниц.

После возвращения мать находит своё дитя среди тысяч ему подобных по запаху и голосу. Но если самка не успевает вернуться с охоты вовремя, добрая тётушка из стаи накормит ненасытного малыша. Кстати, кормление у рукокрылых выглядит достаточно своеобразно. Ведь молочные железы у них расположены не на груди, как мы привыкли, а в подмышках!

На молочной диете юный мышонок пробудет два месяца, после чего расправит крылья и отправится в самостоятельное путешествие по жизни! А если сам он не торопится в вольный полет, мама без зазрения совести к этому подтолкнёт. Буквально вытолкнет его с родного насеста! Так, например, поступают летучие мыши листоносы. В момент, когда детеныш должен начать питаться самостоятельно, самка похлопывает его по предплечьям, заставляя его махать крыльями. Чем старше становился мышонок, тем понятнее для него был намек от родительницы. Так он отвыкал от молока и учился первым полётам, после чего навсегда покидал гнездо.

Бонусы внутри. И их много.

Краткая историческая справка 

«Здравствуйте! Расскажите, почему у одних собак уши домиком, а у других болтаются. От чего это зависит, как влияет на собачий слух? У котов специально выводили вислоухие породы, а у псов разделение произошло само, как так?»

Нам задали вопрос и мы начали копать и раскопали, что висячие уши — это не просто причуда селекции. Это один из официальных признаков домашнего животного!

Дедушка Дарвин называл висячие уши следствием «синдрома одомашненности». Мол, на по попечительстве человека животные чувствуют себя в безопасности, становятся спокойнее и перестают прислушиваться ко всяким шорохам и уши падают. Как выяснили учёные, доля истины в этих суждениях имеет место быть.

Когда-то волки стали домашними животными только благодаря тому, что некоторые особи имели особенности эндокринной системы. Как результат, их организм вырабатывал чуть меньше гормонов стресса. Эти же особенности влияют на формирование эмбриона и вызывают такие отклонения от волчьего «стандарта», как белые пятна в окрасе и висячие уши. Дальнейшая же селекция собак привела к нынешнему разнообразию пород и, соответственно, собачьих форм ушей.

Но почему тогда у большинства гончих, борзых и спаниелей, которые вообще-то веками выводились ради охоты, уши тоже висят? Разве им не нужен чуткий слух для выслеживания добычи? Резонный вопрос, но всё не так просто. Совместная охота на зверя или птицу подразумевает хорошую связь человека и его собаки.

К тому же на промысел часто идут большой компанией. Совершенно недопустимо, чтобы барбосы дрались между собой или кусали чужих людей. Поэтому за всё время селекции в качестве помощников на охоте люди отбирали самых добрых и послушных собак. А доброта, как мы знаем, обусловлена низким уровнем адреналина и, соответственно, висячими ушами. И нет, такая форма ушей совсем не мешает барбосам в работе, ведь слух — не главный ориентир охотничьей собаки. Чаще всего они полагаются на нюх.

А как насчёт крупных сторожевых собак типа молоссов. Как, например, бурбуль, ка-де-бо, кане-корсо и другие? Разве им в карауле не нужен хороший слух, злобный нрав и стоячие уши? Этот вопрос ещё интереснее, поскольку затрагивает сразу несколько ушастых проблем. Да, крупным сторожевым собакам очень важен чуткий слух, они не могут полагаться только на зрение и нюх, как охотники. И да, для охраны обычно отбирают самых недоверчивых барбосов, адреналина должно быть много. Но тут злую шутку играет сама селекция.

Вспомните, как выглядят собаки вышеперечисленных пород? Как правило, они ширококостные, с толстыми лапами и бочкообразной грудью, у них много рыхлой шкуры, есть складочки. Это всё — издержки селекции на размер. Проще говоря, если вы захотите увеличить овчарку раза в два, она тоже станет похожа на мастифа, у неё получатся широкие крепкие кости, чтобы поддерживать свой же вес. Но неизбежно упадут уши. Поскольку ушки тоже увеличатся пропорционально остальной собаке, станут массивнее и тяжелее, они просто не смогут подняться торчком. Примерно так и получилось с молоссами — размер и типичная внешность повлияли на хрящ уха, который сделался тяжёлым, и теперь всё время ухи висят.

Для рабочей собаки такое положение ушей травмоопасно. Во время схватки с нарушителем границ, будь то другая собака, дикий зверь или человек, болтающиеся по бокам головы уши — очень лёгкая цель. К тому же ушки у животных пронизаны множеством мелких сосудов и нервных окончаний. Если в схватке противник травмирует барбосу ухо, будет очень неприятно, больно, охранник может сдаться.

Именно поэтому люди начали практиковать процедуру купирования ушей у сторожевых и служебных собак. Одним породам купируют ушки в раннем щенячестве, как, например, алабаям и кавказским овчаркам. Другим же делают это в возрасте 2-5 месяцев. Служебным породам уши после заживления заматывают пластырем и укрепляют в так называемой «короне», чтобы те стояли торчком — вспомните доберманов, шнауцеров и боксёров.

А что же с кошками? А кошки по сути не являются полностью одомашненными животными, ведь они гуляют сами по себе. Их селекция не производилась по принципу дружелюбия, а потому серьёзной гормональной перестройки не было.

Возможно, вы никогда не слышали про иглистых мышей. Хотя это обширный род грызунов, там 21 вид, а живут они в засушливых регионах Передней Азии и Африки. В среднем эти мыши в 2 раза крупнее привычных домовых мышей.

Первый прикол этих зверей отсылает к названию. Это буквально колючая мышь. Они преобразовали часть шерсти в иголки, как ежи. Если глянуть на фотки, то реально наблюдается какая-то химера. И это полноценные иглы, которые вынуждают хищников подумать, стоит ли ловить такую добычу.

Вторая особенность ещё интереснее, и о ней узнали недавно, что ввергло научное сообщество в восторг. У иглистых мышей какие-то чудовищные способности регенерации. И это ни разу не преувеличение.

Без особых усилий звери могут расстаться с почти 60% своей шкурки! И самое главное — остаться при этом в живых. Кожа иглистых мышей ужасно хрупкая: её прочность в 20(!) раз меньше, чем у мышей обычных. Поэтому животинам не нужны никакие линии отрыва или мышечные спазмы как на хвосте у рептилий. Шкура рвется в любом месте травмы.

Мыши могут исцелять: кожу со всеми её производными — шерстью и железами, мышцы, хрящи, кровеносные сосуды, нервы, почечную ткань, сердце и даже мозг! Таким первоклассным уровнем регенерации тканей не обладает больше ни одно другое млекопитающее.

Мышки ведь не просто заживляют раны, они отращивают полноценную замену недостающему кусочку. Когда у всех остальных на месте повреждения образуется рубец из соединительной ткани, у иглистых мышей всё заживает без следа. К тому же рубец не функционирует как другие, здоровые клетки. А вот восстановленные ткани грызунов ничем не отличаются от исходных.

Секрет в том, что во время травмы у мышек включаются особые гены, связанные с образованием и развитием клеток у зародыша. Эмбриональноподобные клетки отправляются в место раны и залатывают недостающий кусочек тела новыми участками, а не бесполезной в работе внутренностей соединительной тканью. Стоит ли говорить, какое поле для экспериментов дают такие способности?

Бонусы внутри, как всегда.

Это Гуахаро — птица, которая эволюционировала в летучую мышь!

Гуахаро — крупные козодои родом с севера Южной Америки. Эти края изобилуют глубочайшими пещерами, что тянутся на многие километры паутиной тёмных тоннелей. В этих пещерах наши козодои и поселились. Вход в их логова располагается на высоте 2 километров над уровнем моря в совершенно диких и неисследованных пещерах Венесуэлы, так что ни хищники, ни сапиенсы сюда не проберутся.

Птахи круглосуточно орут и дерутся за лучший выступ скалы, чтоб состряпать там своё гнёздышко. Их они сооружают из помёта, слюны, отрыгнутых плодов и семян. Прошаренный подписчик понимает, что жизнь в тёмной пещере не ахти без эволюционных прибамбасов. Поэтому птахи развили не только ночное зрение, но и эхолокацию, как у летучих мышей. Из всех птиц лишь гуахаро и саланганы (один стрижиный род) додумались прокачать это умение.

Но представь, как будет работать эхолокация, когда несколько тысяч чертей начнут куковать одновременно. Чтобы предотвратить авиа-аварии, у каждой птицы своя высота звукового сигнала. Звуки, кстати, в пределах человеческой слышимости, поэтому в пещерах стоит постоянный галдёж.

Единственная причина по которой козодой выходит из своего мрачного логова — еда. Рацион у нашего героя состоит из пальмовых и лавровых плодов. Ночью эти ребята улетают на 70-80 километров от родной пещеры, чтобы знатно покушать.

В пещеру пичуги возвращаются на рассвете, где их ждут птенцы. И если пингвины кормят детишек форшмаком из морепродуктов, голуби — птичьим молоком, то козодои взращивают своих малышей на отборном жире! Доходит до того, что малой весит вдвое больше своего родителя-кормителя.

Все знают, что лежа есть нельзя. И я считаю это несправедливым! Вон, летучие мыши едят и переваривают пищу вверх тормашками. И ничего, не давятся! Кстати, а как такое вообще возможно?

Начинка рукокрылых по комплектующим мало отличается от нашей. Желудок, пищеварительные железы и кишечник следуют друг за дружкой, как и у всех остальных млекопитающих. А вот процессы внутри этого всего происходят куда более интересные.

Начнём с того, что переваривание любой еды у летучих мышей и летучих лисиц происходит максимум за два часа. Чем меньше непереваренная еда внутри находится, тем меньше дополнительного веса таскает зверёк. Для полёта это крайне важно!

Полёт требователен не только к весу пилотируемого, но и к его энергетическим ресурсам. Чтобы покорить воздушную стихию, рукокрылые ускорили метаболизм. Едят летучие мыши и лисицы как не в себя — до трети собственного веса за ночь! Питательное добро не складируется на боках, а быстро разбирается на составляющие и доставляется к клеткам, чтобы зарядить зверька к следующему вылету.

Молниеносный обмен веществ достигается за счет обилия ферментов. И у нас, и у рукокрылых за их выработку отвечает печень. Как итог, она у летучих мышей может составлять до 20% от веса зверька! А у фруктоядных листоносов, например, — аж целых 80%! Чтобы по дороге ничего не потерялось, кишечник рукокрылых обильно покрыт ворсинками сложной формы. Они моментально впитывают все то, что расщепилось в организме.

Ну так всё же, что там по висению вниз? Вот мы и подошли к самой мякотке нашего обсуждения — когда мышка висит вверх тормашками, все вышеописанные процессы сильно тормозятся! В спокойном состоянии и во время сна бешеный метаболизм замедляется. Активность ферментов падает, еда буквально «встает» в желудке и не идет по ЖКТ. И это не только пищеварения касается: температура тела, сердцебиение и дыхание тоже замедляются. По факту, пищеварение у летучих мышей происходит как у всех — в вертикально-горизонтальном положении

А теперь представьте, что вы маленький навсегда, и никто вам не сможет помочь вырасти. А мышам-малюткам даже представлять не надо, это самые маленькие грызуны в мире!

Мышь-малютка настолько мелкая, что учёные решили отметить её рост даже в латинском имени — Micromys minitus (дословный перевод: микромышь маленькая). Оно и неудивительно: крупнейшие представители вида едва дотягивают до 13 сантиметров. И половина этой длины приходится на хвост! Хорошо наевшийся самец малютки весит примерно 10 грамм, как взрослый майский жук. А их дети совсем микроскопические — вес всего 700 миллиграмм розового безволосого тельца!

Конечно, у такой маленькости свой взгляд на мир. Для неё леса — что-то огромное, страшное и в принципе непознаваемое. А вот заросшие злаками луга, хоть и выглядят как тропические дебри, куда более пригодны для проживания. Поэтому мышка более всего распространена в лесостепной зоне Евразии, но изредка встречается севернее: по вырубкам и пойменным лугам она добирается даже до средней тайги.

И если представить, что высокие травы — это деревья, то из малютки вышел отличный житель верхнего яруса леса. Эта мышка обожает карабкаться по стеблям травы. Она настолько в этом преуспела, что приобрела обезьяньи привычки. Грызун пользуется хвостом как дополнительной конечностью, на которой можно повиснуть. Особенно это полезно при поедании зёрен прямо с колоска.

Микромышки даже живут на «деревьях», они создают трёхслойные шарообразные гнёзда. Внешний слой представлен переплетёнными листочками, средний выстлан шерстью, а в центре находится теплота — от 5 до 9 мышат. В гнездо нельзя войти привычным путём. Каждый раз, когда мама захочет покормить потомство, ей нужно расплести листья, забраться внутрь и закрыть проход. Таким образом она защищает детей от паразитов и хищных насекомых.

Образ жизни резко меняется осенью, когда трава хиреет и гибнет. Тут становится не до размножения. Самим бы выжить. Шансы на это невысоки: до первого дня рождения доживает не более 20% особей. Чтобы добиться хотя бы шанса на выживание, нужно радикально изменить свой образ жизни. Вместо шаровидных домиков — чужие норы и человеческие сараи. Вместо спокойной одиночной жизни — колонии себе подобных.

Реддит

P.S. я, правда, подозреваю, что Мых может быть песчанкой, но имя уже прижилось.