Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
Пересмотрел свои посты. В этом, нуарном стиле, они воспринимаются иначе. Пересмотрите свои посты и остальных. Довольно занятно.
Провокационной страницей творчества американского художника являются картины с мрачными сюжетами. Хью Уорд – просто классик жанра, который опередил свое время, и ведь не скажешь, что его иллюстрации созданы более ста лет назад.
Всех с началом рабочей недели! Сегодня мы, под впечатлением от сериала «Слишком стар для этого дерьма чтобы умереть молодым», рассмотрим термин нео-нуар в нашей рубрике кинослова. Как появился жанр и в чем его характерные особенности – в нашей статье.
Согласно википедии:
Неонуа́р (neo-noir) — обозначение нуаровой волны, которая прокатилась по американским киноэкранам в первой половине 1970-х годов на фоне уотергейтских разоблачений и неудач американцев во Вьетнаме. Иногда термин распространяют и на цветные фильмы с элементами нуара, которые снимались в более поздний период.
Но это определение не в полной мере описывает жанр.
Поэтому для начала вспомним, что такое нуар.
_______________________
Нуар и его характерные черты
Нуа́р (фр. film noir «чёрный фильм») — кинематографический термин, применяемый к голливудским криминальным драмам 1940-х — 1950-х годов, в которых запечатлена атмосфера пессимизма, недоверия, разочарования и цинизма, характерная для американского общества во время Второй мировой войны и в первые годы холодной войны.
Первоначально нуар появился как стиль, а не жанр.
Для стиля нуар характерны:
- детективная структура и криминальная тематика;
- ночные или намеренно затемненные сцены;
- свет, падающий через жалюзи косыми линиями;
- скрытые в тени герои или их лица;
- камера с широкоугольным объективом и «голландский угол»;
- методичное, размеренное нагнетание напряжения от диалога к диалогу (саспенс);
- среда обитания — большой город-лабиринт в целом и его криминальная обочина в частности;
- действие в барах, мотелях, увеселительных заведениях, подпольных залах для азартных игр;
- мотив воды: дождь, влажные поблёскивающие улицы, доки, причалы;
- сложная, запутанная хронология действия, создающая впечатление «потерянности во времени», дезориентации;
- присутствие архетипа "роковой красотки".
Многие из этих клише присутствуют и в нео-нуаре.
_______________________
История происхождения термина Неонуар
Последствия войны во Вьетнаме, череда нераскрытых убийств политических деятелей, сенсационные журналистские разоблачения власть предержащих и спад в экономике — эти обстоятельства придали многим фильмам Нового Голливуда налёт неизбывного пессимизма. На этом фоне в Голливуде вновь оказалась востребованной эстетика нуара, которая вышла из моды в оптимистический период экономического бума середины 1950-х годов.
В 70-е было переосмыслено наследие эпохи нуара, поднимая более острые темы (тотальная коррупция, семейное насилие, бесправие, инцест) чем в фильмах 1940-х. Их герои оказываются заложниками собственной принципиальности и старомодного кодекса чести, который не востребован хаотично устроенным обществом сегодняшнего дня.
В «Китайском квартале» Романа Полански (1974) действие происходит в координатах классического нуара (мегаполис 1930-х годов), однако выводы, к которым приходит частный детектив после традиционной для жанра встречи с загадочной незнакомкой, настолько радикальны, что их нельзя себе представить в кинематографе времён 40-х, требовавшего, чтобы порок под конец фильма был наказан и на все вопросы даны чёткие и внушающие уверенность ответы.
Этот период развеял романтический флёр вокруг фигуры частного детектива — странствующего рыцаря в плаще современного покроя, наглядно показав его беспомощность перед лицом господствующего кругом зла, от которого он и сам едва в силах удержаться. Лишённые загадок и сюрпризов, эти неутешительные фильмы только подтверждают, что дело и в самом деле обстоит так плохо, как это нам представлялось. Нуарная традиция Нового Голливуда представлена также такими лентами, как «Долгое прощание», «Злые улицы», «Таксист» и др.
В 80-е в моду входят ремейки классических нуаров («Почтальон звонит дважды», «Наперекор всему», «Ночь и город»). В фильмах братьев Коэнов «Просто кровь» и «Перекрёсток Миллера» нуар сгущается до полного абсурда и переходит в чёрный юмор.
"Кто подставил кролика Роджера" (1988) – любопытная вариация нуара, выполненная частично в мультипликационном варианте, умело пародирует жанр.
_______________________
Неонуар в 90-е
В 1990-е годы традицию неонуара продолжают фильмы «Первая сила», «Секреты Лос-Анджелеса», «Подозрительные лица», «Помни» и другие. Здесь характерен элемент субъективизма, многие события оказываются порождены расстроенным сознанием главного героя. Источник зла перемещается извне в сердце главного героя, который не только испытывает соблазн перейти на сторону зла (воспринять преступные методы борьбы с преступностью), но и не находит для себя другого выхода, кроме как уступить этому соблазну.
Кадр из фильма Д. Финчера «Семь» (1995).
_______________________
Современный нео-нуар
Сейчас к нео-нуару в той или иной степени можно отнести фильмы:
- Олдбой (2003)
- Прощай, детка, прощай (2007)
- Старикам тут не место (2007)
- Девушка с татуировкой дракона (2009) / (2011)
- Стрингер (2014)
- Под покровом ночи (2016)
- Хорошее время (2017)
- Закатать в асфальт (2018) и др.
Особенно интересен фильм-комикс «Город грехов» (2005) который обыгрывает многие известные клише нуарных фильмов.
Как было сказано ранее, для современного нео-нуара характерно смешение жанров. Это может быть сочетание нео-нуара:
- с супергероикой ("Хранители", "Темный рыцарь");
- с комедией ("Поцелуй навылет", "Врожденный порок", "Под Сильвер-Лейк");
- с фантастикой ("Матрица", "Помутнение", "Бегущий по лезвию 2049" и др.).
Кадр из фильма "«V» значит Вендетта"
На самом деле, для сочетания нуара с фантастикой тоже существует отдельный термин – тех-нуар. К нему относят "Бегущий по лезвию" (1982) и "Терминатор" (1984), в котором и было впервые упомянуто слово (название бара). Тех-нуар тесно связан со стилем кибер-панк.
_______________________
Творчество Николаса Виндинга Рефна и Лос-Анджелесский нео-нуар
Особенное место в списках нео-нуара занимают фильмы Николаса Виндинга Рефна. Все потому, что у режиссера сформировался свой особенный и узнаваемый стиль.
Поздние фильмы Рефна обозначили его переход на территорию преимущественно визуального повествования и работы со скрытыми подтекстами. Последние три фильма режиссёра формируют так называемую «неоновую трилогию», которая объединяет картины по следующим признакам:
- визуальный ряд насыщен яркими контрастными цветами и неоновым освещением;
- саундтрек ко всем фильмам написал Клифф Мартинес;
- в них отображается двойственность человека и вечное противостояние дня и ночи, добра и зла.
- старое доброе ультранасилие;
- молчаливый и безэмоциональный главный герой.
На съемках "Драйва" Рефн и Гослинг каждый вечер отправлялись кататься на машине по Лос-Анджелесу, чтобы найти подходящие места для съёмок. Эти поездки позволили режиссёру прочувствовать дух города, в котором ему предстояло снять фильм. Вместе с Гослингом он часто слушал электронную музыку, и это позволило ему представить, какое настроение должно быть у «Драйва».
Сейчас "Драйв" считается самым успешным фильмом Рефна, стал очевиден его культовый статус. В то время как последовавшие за ним «Только Бог простит» и «Неоновый демон» получили смешанные отзывы — их ругали за претенциозность и пустоту.
Однако нельзя отрицать, что благодаря этим фильмам у Рефна сформировался неповторимый визуальный стиль и эстетика, в которых преобладают яркие неоновые цвета, подчеркивающие агрессивность окружающей ночной среды и экспериментальный, постоянно меняющийся подход.
Все это есть в его новом сериале "Слишком стар, чтобы умереть молодым" в котором главный герой в исполнении Майлза Теллера противостоит различным криминальным структурам, и все это происходит в том же Лос-Анджелесе, так полюбившемуся Рефну. За это его окрестили королем "лосанджелесского неонуара".
_______________________
Итак, подведя итог, отметим отличительные черты современного нео-нуара:
- цветная картинка с ярким и контрастным светом;
- циничный и неоднозначный главный герой;
- внутренняя борьба героя и соблазн перейти на сторону зла;
- деградация общества, тотальная коррупция и бесправие;
- взаимодействие света и тьмы;
- неоновые цвета в ночи;
- электронная музыка в саундтреке;
- ультранасилие и откровенные сцены;
- отсутствие хэппи-энда.
________________________
На этом все. Спасибо за внимание!
Источники:
Два ангела. Двое наемных убийц. Две девушки, несущие смерть. Одно прошлое, которое таит в себе множество кровавых тайн. Мирей зарабатывает на жизнь тем, что выполняет заказные убийства; она — наемный убийца-профессионал.
Кирика ничего не помнит из своей прошлой жизни, но умеет она только одно: убивать. Убивать жестоко, эффективно, беспощадно. Между ними нет ничего общего, кроме этой исключительной способности — нести смерть. Они — друзья, потому что, кроме друг друга, у них никого нет. Они — враги, потому что рано или поздно кто-то из них должен будет умереть…
Комплекс зданий бывшего Костромского ВДНХ - это заброшенная достопримечательность, которая привлекает туристов своей атмосферой и аутентичностью.
«Поцелуй меня насмерть», 1955, Роберт Олдрич
«Все должно быть безупречно, до самого конца».Если бы американские критики не были так высокомерны в 40-е годы, то сегодня мы, возможно, не использовали бы французский термин noir для обозначения таких фильмов, как «Мальтийский сокол», «Двойная страховка» или «Убийцы». Мы, возможно, говорили бы «черный фильм», или фильм «черной серии», или того лучше — hard-boiled film, имея в виду связь подобных образцов с традицией «круто сваренного» черного романа (hard-boiled). Тем не менее история распорядилась иначе, и первыми, кто заговорил о нуаре, были французские синефилы.
(из фильма «Двойная страховка»)
В начале было слово. В 1946 году Нино Франк запустил в обиход выражение film noir, позаимствовав его из книжной серии Марселя Дуамеля Serie noire. Однако стать термином, подразумевающим под собой фильмы со схожими чертами и интонацией, нуар смог только в 1955 году, когда во Франции вышла книга Раймона Борде и Этьена Шаметона «Панорама американских кинонуаров», моментально ставшая киноведческим бестселлером. Рассматривая такие американские образцы, как «Мальтийский сокол» (1941) Джона Хьюстона, «Двойная страховка» (1944) Билли Уайлдера, «Убийство, моя дорогая» (1944) Эдварда Дмитрыка, «Женщина в окне» (1944) Фрица Ланга, «Лаура» (1944) Отто Преминджера, «Гильда» (1946) Чарлза Видора, «Большой сон» (1946) Ховарда Хоукса, «Леди в озере» (1946) Роберта Монтгомери, «Убийцы» (1946) Роберта Сиодмака, «Почтальон всегда звонит дважды» (1946) Тея Гарнета, «Из прошлого» (1947) Жака Турнера, «Обнаженный город» (1948) Жюля Дассена и ряд других, авторы книги констатировали появление целой серии мрачных фильмов, выдержанных не столько в канонах полицейского или гангстерского жанров, сколько предлагающих «новые криминальные приключения» или «новую криминальную психологию». Странность, эротичность, кошмар, жестокость, амбивалентность — вот ключевые слова, которые уже тогда были найдены для американских нуаров. События большей части из них закручивались вокруг убийства. Подспудная одержимость смертью или динамизм жестокой смерти находили в нуарах свои впечатляющие визуальные решения, как, например, в «Убийцах», где свет от пистолетных выстрелов подосланных киллеров взрывал несколько раз темноту комнаты и обмякшая рука жертвы свидетельствовала о том, что дело сделано, или как в «Двойной страховке», где момент преступления отмечали три автомобильных сигнала и крупный план непроницаемого лица героини Барбары Стенвик, подстроившей вместе со своим любовником смерть мужа от несчастного случая. Или еще лучше — в фильме «Леди из Шанхая» (1947) Орсона Уэллса, где финальная разборка между убийцей-мужем, убийцей-женой и обвиненным в убийстве любовником происходила в зеркальной комнате и имела с десяток отражений.
«Леди из Шанхая», 1947, Орсон Уэллс
Завороженность авторов преступлением в нуаре куда сильнее, чем завороженность наказанием. Не из-за этого ли постановщик «Двойной страховки» Билли Уайлдер изъял из своего фильма финальную сцену смерти преступника на электрическом стуле? Подобный финал сразу бы вывел звучание фильма в регистр социальной критики — то есть в зону предшественников нуара, американских гангстерских фильмов 30-х годов, вроде «Я — беглый каторжник» Мервина Ле Роя или «Ревущие 20-е» Рауля Уолша. Нуары — фильмы о преступлении, но не документы преступления. Даже чуть ли не единственное исключение — один из поздних нуаров «Убийство» (1956) Стэнли Кубрика, построенный под «документ», по часам фиксирующий дело об ограблении кассы ипподрома, рассказывал, скорее, о вмешательстве рока, планомерно разрушающего хитроумно задуманную преступниками комбинацию.
Рок или судьба, разбивающая планы героев быстрее, чем могла бы их разбить полиция, в нуарах значили очень много. Моральный детерминизм, ведущий к расплате, включался сразу же, как только главный герой совершал один неверный шаг — чаще всего попадал под чары роковой женщины или (что значило почти то же самое) брался выполнить задание какого-нибудь вздорного богача, чтобы заработать деньги и уехать далеко-далеко с возлюбленной красавицей. То, что это шаг роковой, герои понимали не сразу. А когда понимали, ничего уже сделать не могли. Не отсюда ли та обреченная покорность героя Берта Ланкастера в начале «Убийц», не желающего бежать от киллеров и встретившего смерть, не сходя с кровати? И не отсюда ли та повышенная нервозность героя Ричарда Уидмарка в британском фильме Жюля Дассена «Ночь и город» (1950), задумавшего ради преуспеяния настроить друг против друга отца и сына, чтобы с помощью одного организовать в Лондоне греческие бои, которые бы начали конкурировать с предприятием второго…
Нуары исследовали преступление с точки зрения преступника, а не полицейского. Неслучайно повествование довольно часто велось от лица главного героя — частного детектива, страхового агента, писателя, ветерана войны, убийцы и даже убитого, как в «Сансет-бульваре» (1950). Через рассказ мир обретал смысл. «Из прошлого», «Леди из Шанхая», «Двойная страховка», «Лаура», «Почтальон всегда звонит дважды», «Рассчитаемся после смерти» — своим голосом за кадром герои этих и других фильмов как будто бы извлекали свой рассказ из прошлого, говорили, словно на исповеди. В картине «Почтальон всегда звонит дважды» эта «исповедь» была обыграна буквально: в финале зрителю давали понять, что рассказанная убийцей история о любовной связи с женой работодателя и двух попытках его убийства адресована священнику перед казнью. Похожий ход был разыгран в «Рассчитаемся после смерти» Джона Кромуэлла, где герой — ветеран войны, взявшийся расследовать убийство, в котором обвинили его боевого товарища, — также поначалу обращался со своим рассказом к священнику, но в финале переадресовывал его зрителю, который должен был стать главным свидетелем и моральным судьей преступников. Моральное видение жизни — неотъемлемая составляющая философии нуара. И хотя здесь жизнь раскрывалась во всей своей аморальности, за каждый неверно сделанный шаг героев ждала неминуемая расплата.
Рэймонд Чандлер
Голос за кадром, позволявший выстроить повествование как субъективный рассказ, являлся также следствием онтологической связи нуара и американского hard-boiled детектива. Черные романы (как их иногда называют) Дэшила Хэммета, Рэймонда Чандлера, Росса Макдоналда, Микки Спиллейна, по мнению теоретика кино Джона Кавелти, сотворили один из важнейших американских мифов. Центральной фигурой этого мифа был герой-сыщик, носитель субъективной точки зрения (the private eye hero), занимающий маргинальную позицию по отношению к официальным социальным институтам (вроде полиции или прокуратуры). В мире, где, как писал Чандлер в своем эссе «Простое искусство убивать», «гангстеры правят нациями и городами, где отели, многоквартирные дома, роскошные рестораны принадлежат людям, которые сколотили свой капитал на содержании публичных домов, где звезда киноэкрана может быть наводчиком бандитской шайки, где ваш очаровательный сосед может оказаться главой подпольного игорного синдиката, где судья, у которого подвал ломится от запрещенного сухим законом спиртного, может отправить в тюрьму беднягу, у которого в кармане обнаружили полпинты виски, где мэр вашего города может относиться к убийству как к орудию наживы, где никто не может спокойно, без опаски за свою жизнь пройти по улице, потому что закон и порядок — это нечто, что мы обожаем на словах, но редко практикуем в жизни», — в таком мире все-таки мог найтись человек, не запятнанный и не запуганный.
Частный сыщик вроде Филипа Марлоу или Сэма Спейда (сыгранных в кино Хамфри Богартом) вселял надежду на индивидуальную честность и способность разобраться с преступлением. Этот маргинальный герой, работающий вне официальных органов правопорядка и зарабатывающий не особенно много денег, рискуя жизнью, отстаивал интересы своего клиента, даже если последний старался использовать его как пешку в двойной игре. Он — человек чести и прямоты, который не мог сдаться, пока не найдет правосудие. В отличие от своих английских предшественников (вроде рациональных детективов Агаты Кристи и Дороти Сейерс, выстраивавших свой детективный метод на основе улик и рассказов свидетелей), сыщики черных романов вели расследование через непосредственные встречи и неожиданные столкновения с сетью преступной корпорации. Их частенько били, но они упорно пытались найти истину. Подобные герои, как отмечал все тот же Кавелти, раскрывали не отдельного преступника, но коррумпированное общество, в котором богатые и респектабельные люди были связаны с гангстерами и продажными политиками. Своими действиями они помогали обнаружить ту двусмысленность, которая существовала между институциализированным законом и подлинным правосудием. Поскольку речь шла о погрязшем в преступлении обществе, а не об отдельном преступнике, официальная машина закона была не в состоянии вершить правосудие. Героям черных романов приходилось самим решать, какого рода наказание должно быть совершено в двусмысленном мире современной Америки. Таким образом, героический маргинальный персонаж, наследовавший героям-одиночкам вестерна, становился судьей и вершителем правосудия, а закон и порядок поддерживался только индивидуальной волей. В дальнейшем история развития нуара, а точнее его современной модификации неонуар, покажет, что кино будет активно пересматривать формулу крутого детектива и образ сыщика. К примеру, «Китайский квартал» (1974) Романа Полански заставит поверить, что привести к правосудию коррумпированное общество нельзя, равно как никакими героическими усилиями невозможно защитить невинность, а «Черная орхидея» (2006) Брайана Де Пальмы продемонстрирует, что Лос-Анджелес (архетипическое место развития нуара) — город, где каждый способен на преступление, включая сыщика.
«Мальтийский сокол», 1941, Джон Хьюстон
Итак, на первом этапе развития крутой детектив успешно одолжил нуару свою формулу, которая в кино блестяще заявила о себе в 1941 году — экранизацией романа Дэшила Хэммета «Мальтийский сокол». Этот фильм Джона Хьюстона повествовал о группе авантюристов, охотящихся за реликвией мальтийского ордена и готовых ради нее убить любого, а также о частном сыщике, втянутом в расследование, связанное с этой реликвией. В фильме было почти все самое главное, что свойственно нуару: общество, погрязшее в преступлениях и фальшивых приоритетах, герой-одиночка по ту сторону закона, не состоящий на службе в полиции и ведущий свое собственное расследование, женщина-оборотень, расставляющая ловушку герою, хитрая, расчетливая и способная на убийство. Femme fatale, красивая и опасная, — важный образ для формулы черного романа, а следом и нуара. Она всегда стоит на пути расследования и старается заставить героя полюбить себя. Иногда она клиент, иногда часть преступной сети. И что важно для формулы черного романа — протагонист утверждает себя как герой, когда в финале находит силы уйти от нее, остаться верным своему маргинальному статусу, не изменить собственным приоритетам. Нуар, в ходе своего развития предъявивший две основные сюжетные модели — фильмы-расследования (вроде «Мальтийского сокола») и фильмы-ловушки (вроде «Двойной страховки»), тем не менее унаследовал от черного романа определенный взгляд на роль роковой соблазнительницы. Пытаясь вовлечь мужчину в круговорот обмана, толкнуть его на путь преступления и тем самым разрушить его мужскую силу, приблизив его к неизбежной деструкции, женщина формировала важную функцию нуара. Через нее жанр репрезентировал мужское желание и идентичность, ибо выполнением преступного задания, определяемого женщиной-соблазнительницей, герой парадоксальным образом испытывал себя на маскулинную состоятельность.
К тому же, часто являясь рассказчиком истории (учитывая фирменный для нуара голос за кадром), герой невольно навязывал зрителю свой субъективный взгляд, формируя образ женщины, возможно, такой же далекий от реальности, каким далеким оказывалось восстановленное в памяти героя прошлое от настоящего.
Женщина-фантазия, женщина-наваждение — героини классического нуара, сыгранные такими блистательными актрисами, как Рита Хэйворт, Ава Гарднер, Барбара Стенвик, Лорен Бэколл, Лана Тёрнер, Мэри Астор, Вероника Лейк, Джейн Грир, — при более близком рассмотрении просто боролись за свое место под солнцем, считая, что для этого все средства хороши. Мужчина являлся для женщин нуара средством для достижения своей цели: будь то какой-нибудь пожилой богач, за которого они обычно выходили замуж, или молодой герой, чьими руками они стремились устранить богатого супруга как препятствие на пути к долгожданной независимости. Треугольник здесь — принципиальная форма взаимоотношения характеров.
Нуар иногда определяют одновременно как вид «мужской мелодрамы» и как «женский триллер». К примеру, «Двойная страховка» Билли Уайлдера — краеугольный камень нуара, его идеальная модель — вполне может претендовать на то и на другое определение. «Двойная страховка», снятая по роману Джеймса Кейна, — это история страхового агента (Фред Макмюррей), который, оказавшись под чарами своей клиентки, берется подстроить смерть от несчастного случая ее супруга. Прекрасно зная все подводные камни страхового бизнеса, он пытается осуществить идеальное убийство, и, если бы не непредвиденные обстоятельства (неожиданный свидетель или феноменальное чутье на аферу у его босса), его усилия могли бы увенчаться для клиентки страховкой в двойном размере. Автор сценария Рэймонд Чандлер и режиссер Билли Уайлдер построили фильм как своего рода исповедь: во вступительных кадрах раненный соучастницей герой посреди ночи приходит в кабинет своего босса, чтобы сознаться в преступлении. Он записывает свой рассказ на магнитофон, восстанавливая в памяти детали первой встречи с роковой женщиной (Барбара Стенвик), сумевшей нащупать в нем моральную слабину и склонить к преступлению. Барбара Стенвик — идеальная героиня нуара — хищная, расчетливая и одновременно хрупкая, как фарфоровая куколка. В момент совершения убийства Билли Уайлдер крупным планом и специальным освещением подчеркивает ее неподвижное лицо-маску. Такое лицо женщины-сфинкса — это смерть мужчинам, а воля и энергия — вызов мужской пассивности. Она стратег во всем: первая стреляет в своего соучастника, когда тот после преступления начинает видеть в ней исчадие ада и избегать ее. Рядом с ней главный герой смотрится, скорее, исполнителем, который всегда на шаг позади.
Искусительница Барбара Стенвик своей действенностью и решимостью позволяла вспомнить о героях триллера, в то время как психологическое портретирование внутренних дилемм Фреда Макмюррея — о мелодраме. Экстремальный эмоциональный опыт, который переживал в «Двойной страховке» герой, — игра судьбы, случайные совпадения, рефлексия и раскаяние — также связывал нуар с мелодрамой. Однако главное, чем поражала «Двойная страховка», — то, что отметил в программной статье «Заметки о кинонуаре» Пол Шредер: этот жанр вводил фильм в ранг негероических и неискупительных. Через мизантропический взгляд на человека нуар транслировал витавшую во времени разочарованность, которая была долгоиграющей реакцией на Великую депрессию 30-х и последовавшую за ней Вторую мировую войну.
Эта разочарованность и пессимизм порой буквально отражались на сюжетах послевоенных нуаров: в таких фильмах, как «В трудном положении» (1945), «Голубой георгин» (1946), «Рассчитаемся после смерти» (1947), герои — ветераны войны, обманутые своими подружками или партнерами по бизнесу, — сталкивались с миром, за который, казалось бы, вовсе не стоило воевать.
«Поцелуй меня насмерть», 1955, Роберт Олдрич
Безнадежность, отчуждение, клаустрофобия, чувство фатализма — ключевые слова для нуара. На все это в числе прочего работает черно-белая, почти графическая стилистика фильмов, создающая то, что можно назвать noir-look, — настолько узнаваемый и характерный, что просто напрашивается на то, чтобы предстать в рисованных графических сериях (что и было эффектно проделано создателем комикса «Город грехов» Фрэнком Миллером). Любимый прием нуара — половинное освещение лица главного героя, создающее эффект столкновения света и темноты, который можно трактовать как визуальное воплощение вечных моральных дилемм. Нуар любит ночные улицы, игру теней на стенах полуосвещенных комнат и вслед за немецким экспрессионизмом (еще одним предшественником нуара) предпочитает горизонтальным линиям вертикальные. Как верно заметил Пол Шредер, в нуаре композиционность имеет преимущество перед физическим действием: режиссеры скорее будут выстраивать композиции вокруг главного исполнителя, чем позволят актеру контролировать сцену за счет физических усилий. Яркая визуальная пластика — одна из главных причин игнорирования нуара американской критикой, вплоть до 70-х зацикленной на социологическом аспекте кино и со снобизмом относившейся к фильмам категории B, к которой частенько принадлежали нуары (достаточно вспомнить «Нечестную сделку» (1948) Энтони Манна или «Поцелуй меня насмерть» (1955) Роберта Олдрича). Нуар демонстрировал условность социального бытия, предлагая особую интонацию, тон, манеру, стиль. Своим узнаваемым стилем фильмы-нуары предлагали пересмотреть авторскую концепцию, ибо, как отмечал все в той же статье Пол Шредер, авторская концепция подразумевает то, чем режиссеры отличаются друг от друга, а критика кинонуара останавливается на том, что у них общего.
Общим для нуаров, к примеру, была техника освещения low-key, при которой фигуры актеров одновременно освещались сильными лучами сверху, что создавало черные тени, и мягким, рассеянным светом спереди (источник ставился перед камерой), что позволяло еще больше акцентировать тени, заполнить их, сделать более контрастными и выразительными. Таким образом техника low-key сталкивала свет и темноту, затемняла лица, помещение, городской ландшафт и создавала эффект таинственности, неизвестности, опасности. Варьирование верхнего освещения (оно может быть под углом 45 градусов или может помещаться за спину актеров), равно как и устранение переднего света (что создает участок темноты), давало разные возможности освещения. К примеру, исключительно благодаря освещению в фильме «Почтальон всегда звонит дважды» возникает тень в виде решетки на стене комнаты в сцене, когда герои, совершившие убийство, под давлением прокурора начинают валить вину друг на друга. Не менее метафорично решена первая сцена в «Убийцах», снятых по рассказу Эрнеста Хемингуэя, где два киллера, приехавших в городок убить предателя Андерсона по кличке Швед (Берт Ланкастер), благодаря ночной съемке и специальному освещению выглядят как две зловещие фигуры неминуемого рока, внезапно появившиеся из темноты.
Освещение позволяло подчеркнуть непроницаемость лиц роковых женщин. Нуар не любит сверхкрупных планов лица, но когда использует их, то делает это с математической точностью. Например, в «Двойной страховке» сверхкрупный план героини Барбары Стенвик появляется в сцене, когда она дает понять своему соучастнику в убийстве, что не позволит ему выйти из игры. Есть один сверхкрупный план лица в «Убийцах» в момент, когда роковая женщина (Ава Гарднер) встречается в ресторане с ведущим расследование убийства страховым агентом и натравливает на него убийц. Крупный план позволяет взглянуть в глаза женщине-убийце, он показывает, что зло — тотально, раз занимает собой весь экран, и оно искусительно, раз таится в столь прекрасных глазах.
«Большой сон», 1946, Ховард Хоукс
Излюбленная техника нуаров — глубокий фокус и съемка широкоугольным объективом при интенсивном освещении — позволяет «растянуть» кадр, создать многофигурные композиции и избежать монтажа «восьмеркой» при диалогах. Например, в экранизации Рэймонда Чандлера «Большой сон» благодаря широкоугольной оптике Филипп Марлоу (Хамфри Богарт) постоянно оказывается в одном кадре и ведет напряженный словесный поединок то с преступниками, то с женщинами-искусительницами, чем подчеркивается его уязвимость, одиночество. Герой все время находится один на один с опасностью, смотрит в глаза смерти, не отворачиваясь. Он как будто отчужден от всего остального мира, для него актуален известный сартровский афоризм «Ад — это другие».
Много было написано о влиянии экзистенциализма на нуар, о его «черном видении». И это логично, учитывая роль экзистенциализма в американской культуре послевоенного периода. Как и в мире книг Сартра и Камю, в мире нуара не было места ни трансцендентным ценностям, ни моральным абсолютам. Зато здесь знают, что такое чувство отчуждения, одиночества и одновременно импульс упрямой, почти абсурдной настойчивости, с которыми герои заявляли о себе. Персонажи Хамфри Богарта («Мальтийский сокол», «Большой сон», «Рассчитаемся после смерти», «Черная полоса»), Роберта Митчума («Из прошлого»), Ричарда Уидмарка («Ночь и город») и особенно Берта Ланкастера («Убийцы», «Грубая сила») демонстрировали упрямое сопротивление абсурдности и жестокости бытия. К примеру, в «Грубой силе» осужденный сидеть в тюрьме герой Ланкастера решался осуществить побег даже тогда, когда узнавал, что о его планах известно главному надзирателю тюрьмы, желающему воспользоваться моментом, чтобы демонстративно и самым садистским образом расправиться с бунтовщиком.
В «Убийцах» его герой демонстрировал еще большую уязвимость и нелепое упрямство, когда, невзирая на предупреждение товарища, не желал прятаться от убийц и встречал свою смерть, едва приподнявшись на кровати. Кстати, эта абсурдная упертость, достойная Сизифа, станет отличительной чертой героев современных неонуаров. К примеру, ее будет демонстрировать персонаж «Огней городских окраин» (2006) Аки Каурисмяки, готовый выгораживать финскую femme fatale даже тогда, когда ее предательство будет ему очевидно.
Как отметил Роберт Порфирио, автор статьи «При закрытых дверях: экзистенциальные мотивы нуара», герои черных фильмов демонстрировали предельную отчужденность от любого социального и интеллектуального порядка. Даже частные сыщики вроде чандлеровского Филипа Марлоу, сохраняющие на минимальном уровне эмоциональную вовлеченность в дела клиента, обретали силу над остальными только ценой одиночества. Женщины нуара (femme noir) также смотрелись своего рода отчужденными монадами, бесполезными для общества. На отчуждение работали и мизансцены, в которых персонажи то входили в тень, то выходили из нее, что напоминало о неминуемой опасности. В этом мире для них совсем не оставалось убежища, разве что маленький спартанский офис (частное детективное или страховое агентство) или апартаменты, и то до тех пор, пока туда не вторгалась полиция или не заявлялись убийцы.
Является ли нуар жанром? Это один из самых спорных вопросов кинотеории. Вплоть до конца 70-х французские, а затем и американские критики расценивали нуар не как жанр, а как тон, настроение, стиль. Пол Шредер даже предложил рассматривать нуар как своеобразный период в истории кино, вроде «новой волны» или неореализма. И только с конца 70-х стали появляться статьи, предлагающие рассматривать нуар как жанр, имеющий свою формулу, или структуру повествовательных конвенций. К примеру, Джеймс Дамико писал: «Жанр подразумевает собой группу, теоретически основанную на общих внешних формах (специфика метра, структура), а также на внутренних формах (склад мышления, тон, цель, предмет, аудитория)». Он обращал внимание на то, что, как любой жанр, нуар имеет период рождения, развития, расцвета и увядания и, что не менее важно, как другие жанры, обладает трансжанровыми функциями, которые активно работают в создании неонуаров. Например, можно встретить самые разные смешения: нуар-комикс («Город грехов»), нуар — эротический триллер («Основной инстинкт» (1992), нуар — сюрреалистический фильм (Femme Fatale, 2002), tech-нуар («Бегущий по лезвию бритвы», 1982), ретронуар («Черная орхидея») и даже нуар-мюзикл (номер Фреда Астера «Охота на девушку» в фильме «Театральный вагон», 1953). Конечно, любое ностальгическое использование классической формулы может закончиться лишь появлением еще одного образца ретронуара, но нуар продолжает удивлять своими новыми трансформациями. Тогда как роковые женщины нуара панически боятся своего преступного прошлого, ибо оно грозит расплатой, а мужчины готовы рассказывать о прошлом в подробностях как о самом сокровенном в жизни, жанр нуар обретает себя через обращение к прошлому. Это — одна из ключевых конвенций, которая сохраняется и в его современных модификациях. Иногда это обращение к прошлому ничем особо не маскируется, как, например, в первых кадрах фильма Femme Fatale, где Ребекка Ромейн-Стамос глядит, как в зеркало, в экран телевизора, на котором показывают «Двойную страховку».
Автор Анжелика Артюх
Всю последнюю неделю настроение у Маргариты было особенно приподнятым.
Да и как не радоваться, когда, можно сказать, мечта жизни исполняется. Как актриса, Рита Тоцкая звезд с неба не хватала. В театре, конечно, ролями с единственной репликой “Кушать подано!” дело не ограничивалось, но и главных ролей ей не доставалось. В кино тоже, кроме нескольких заурядных сериалов к своим 25 годам у нее в активе ничего не было.
И тут месяц назад, как гром среди ясного неба!
Сам Фабио Джентиле! Можно сказать - живой классик! И не роль какой-нибудь русской проститутки или агентши КГБ, а настоящая работа! Роль фактурная, интересная! Пускай и не большая, но зато заметная! П
Эх… Права была бабуля, права, когда говорила, что каждый интеллигентный человек должен говорить на иностранных языках.
Семья по бабкиной линии у них была дворянская, пусть и не родовитая. Языки передавались от родителей к детям. Так что уже с детства маленькая Риточка разговаривала и на французском, и на английском, а спецшкола на Зубовском бульваре, только закрепила знание языков.
Правда ездить ей приходилось через пол Москвы, но теперь Маргарита об этом ни капли не жалела.
Роль русской графини, которая в конце девятнадцатого века крутит роман с итальянским художником, предполагала идеальное знание французского. По внешнему облику и возрасту Тоцкая подходила идеально, сценарист тоже был очарован Маргаритой и сказал Джентиле, что видит в роли графини Ярославцевой только ее. Месяц назад Рита была в Милане, на пробах. С Фабио сразу выстроились прекрасные деловые отношения, они отлично поговорили. Режиссер обрисовал свое видение роли, актерскую задачу и по хорошему увлек Маргариту будущей работой!
Да и деньги по контракту предлагались вполне достойные. Тем более, соскучившаяся по успеху, Тоцкая готова была и сама доплатить, лишь бы взяли…
Завтра у нее был билет на утренний рейс в Рим, а там сразу натурные съемки.
Утром Маргарита заскочила в парикмахерскую, сделала шикарную укладку. Потом буквально на пару часов пришлось побывать на улице Пырьева, там вокруг Мосфильма роилась тьма частных студий. На одной из них Тоцкая озвучила эпизодическую роль. Режиссер и звукооператор отпустили столько комплиментов ее внешности, что и без того прекрасное настроение стало просто зашкаливать. Вылилось это внеплановым походом в ЦУМ и необязательной покупкой сумочки “ Fendi” за сорок тысяч.
Выйдя на Петровку, актриса задумалась, рвануть в клуб, поплавать или сразу поехать к маникюрше и привести каждый из двадцати имеющихся ноготочков в идеальный порядок.
— Девушка, вы торопитесь, можно вас отвлечь на мгновение?
Напротив Маргариты стояла девчушка лет 12-13, очень худенькая, в ярко-оранжевом худи с кричащим принтом WTF и драных джинсах, с правильными чертами лица и тонюсенькой длинной шеей. Ее можно было бы назвать красивой, если бы не глаза. Огромные, в пол лица, они казались бездонными и какими-то мертвыми. Как-будто принадлежали неживому существу…
— Нет я, тороплюсь и очень сильно! — попыталась отделаться от девочки Маргарита.
— Никуда ты завтра не полетишь и радуйся этому, — сказала девчонка и пристально посмотрела Тоцкой в глаза.
Когда Маргарита пришла в себя, никого рядом не было, по улице ехали автомобили, люди спешили куда-то.
— Что это было? Наваждение какое-то! Наверное показалось? Устаю очень! Но девчонка эта странная, да и отпечаталась в памяти в мельчайших деталях!
В эту секунду подъехало заказанное такси…
В аэропорту народа было много. И хотя Рита зарегистрировалась он-лайн, у стойки пришлось простоять полчаса! Рядом стояла жирная тетка и противным дельфиньим голосом нуздрила своего тощего супруга. К тому же от нее пахло какими-то сладчайшими тошнотворными духами, может “Мажи нуаром?” Наверное вылила на себя половину флакона.
Пограничник долго вертел в руках Маргаритин паспорт, потом позвал старшего по смене.
— Видите ли, у вас запрет на выезд за пределы Российской федерации! У нас соответствующее письмо от судебного исполнителя Рыбицкого.
— Не может быть, это какая-то чудовищная и нелепая ошибка. Меня ждут в Риме! — залепетала Тоцкая. Но…
Что она только не предпринимала, включив весь свой арсенал уловок, обольщения и жеманства. Потом попыталась разыграть обморок, да так, что Станиславский с Немировичем-Данченко побежали бы за дефибриллятором. Но тщетно, пограничник с лошадиным лицом, изрезанным морщинами, как кракелюрами, пригласил ее в отдельный кабинет и вручил ей предписание о том, что до уплаты долга, она не имеет права на выезд.
Оставался шанс обратиться к своему бывшему покровителю.
Генерал-полковник Валерий Стрекаловский занимал высокий пост в самой секретной и успешной организации страны и мог буквально все! Отношения у них остались превосходнейшими. Несмотря на разницу в возрасте, кавалером он был превосходным, да и расстались они по вине Риты, слишком многого захотела!
— Вот что… Езжай домой! — сказал он. — Завтра-послезавтра разберемся, сегодня ты уже никуда не полетишь, сиди и жди звонка!
Вечером, сидя у телевизора и выпив не пьянея бутылку “Мартини” , она услышала взволнованный голос диктора из работающего в соседней комнате телевизора:
— В одиннадцать семнадцать самолет компании “Боинг”, совершавший рейс из Москвы в Рим исчез с экранов радаров! Позже его обломки были обнаружены …
Рита, вскочила с кресла, издала душераздирающий крик и… проснулась!
Вся ночная рубашка была мокрой, до выезда в аэропорт еще 3 часа… Приснится же такое. Все девчонка эта! Нагнала страху…
Утром, уже подкатывая чемодан к дверям здания аэропорта, Рита краем глаза зацепилась за тревожно-знакомую оранжевую кофточку какой-то девушки, садящейся в подъехавшее такси. Ругая себя за мнительность, она пошла к стойке.
Ей не дано было увидеть, как бездонно-мертвый взгляд укоризненно провожал ее из отъезжающей машины.
Регистрация и паспортный контроль прошли гладко. Войдя одной из первых в лайнер, Рита быстро отыскала свое место,пристегнулась и закрыла глаза. Из-за бессонной ночи очень хотелось спать.
Взлет она пропустила, проснулась потому что заложило уши. И тут ее маленький носик ощутил характерный приторный запах “Мажи нуар”.
Она посмотрела на тех, кто сидел слева от нее и… вопль ужаса заполнил салон лайнера!
Будущее ближе чем кажется, рекомендую к прочтению Интервью с нейросетью: Знакомство мне зашла эта книжка, хотя начало показалось не для меня.
Студия Fumi Games представила 12 минут эксклюзивного геймплея Mouse: P.I. for Hire — стильного шутера от первого лица, который выглядит как оживший мультфильм 1930-х годов. Видео демонстрирует вторую миссию кампании под названием Vaudeville, где главный герой, детектив Джек Пеппер, берется за свое первое официальное дело. Игрокам предстоит примерить на себя роль ветерана войны, чей голос озвучил знаменитый Трой Бейкер (известный по ролям Джоэла в The Last of Us и Букера в BioShock Infinite).
Уникальность проекта заключается в эстетике культовой анимации "резинового шланга": черно-белая картина создавалась вручную кадр за кадром, что придает современному шутеру вид классики от Disney или Fleischer Studios. Несмотря на мультяшную оболочку, Mouse: P.I. for Hire — это суровый нуарный детектив с заговорами, коррупцией и жестокими разборками банд в городе Маусбург. Динамичный геймплей сочетает в себе классическую стрельбу с акробатикой: Джек может бегать по стенам, использовать крюк-кошку и совершать двойные прыжки для навигации по многоуровневым локациям.
Арсенал Пеппера включает более десяти видов оружия, от классических гангстерских автоматов до причудливых мультяшных гаджетов. Особое внимание уделено системе усилений, вдохновленной моряком Попаем — герой может съесть банку «шпината» (или его местного аналога), чтобы временно получить сокрушительную мощь и раскидать врагов вручную. Разработчики также добавили элементы метроидвании: по мере прохождения игроки открывают новые способности, позволяющие находить секреты и альтернативные пути на уже пройденных уровнях.
Мир игры разделен на более чем 20 нуарных уровней, включая роскошные театры, мрачные киностудии и ядовитые болота. Все это сопровождается оригинальным джазовым саундтреком, что усиливает атмосферу 30-х годов. По словам разработчиков, Маусбург — это не просто декорация, а огромная площадка для расследований, где за каждым углом спрятаны улики, раскрывающие мрачный заговор, стоящий за похищениями и убийствами в городе.
Релиз Mouse: P.I. for Hire намечен на 19 марта 2026 года. Игра выйдет одновременно на всех актуальных платформах: PC, PlayStation 4/5, Xbox One, Xbox Series X|S и Nintendo Switch.
Николас Кейдж высказался о любимом Человеке-пауке, и его выбор наверняка удивит многих. Актёр отдал предпочтение Эндрю Гарфилду, а не Тоби Магуайру или Тому Холланду, которых фанаты традиционно ставят на первые строчки.
Я считаю, что Эндрю Гарфилд был действительно великолепным Человеком-пауком. Он проделал потрясающую работу. Он замечательный актёр. Среди всех молодых Питеров Паркеров он был тем, за кем было особенно интересно наблюдать. Я бы назвал Гарфилда, на мой взгляд, лучшим Человеком-пауком в кино.
Выбор тем более неожиданный, что дилогия с Гарфилдом в роли Питера Паркера принята аудиторией неоднозначно. Вторая часть, The Amazing Spider-Man 2, вышедшая в 2014 году, подвергается жёсткой критике до сих пор. Совсем недавно создатель Invincible Роберт Киркман публично раскритиковал фильм во время промотура второго сезона своего анимационного сериала на Prime Video.
Большинство зрителей и критиков всё же склонны ставить на первое место Тоби Магуайра из трилогии Сэма Рэйми, а Том Холланд в роли Человека-паука из вселенной Marvel удерживает вторую позицию в этом негласном рейтинге. Мнение Кейджа явно идёт вразрез с общепринятой точкой зрения.
Доброе утро, австромиртусы сладкие мои! С праздником!
Сегодня 18 августа и Международный день вина «Пино-нуар»!
Ежегодно 18 августа отмечают Международный день вина «Пино Нуар», фантастического вина и настоящего шедевра виноделия. Благодаря своему богатому цвету и сложному аромату, оно в значительной степени считается одним из самых удивительных вин в мире. Элегантный и ягодный, его бархатистый аромат - идеальное дополнение ко всему.
В мире виноделия существует множество удивительных и интересных сортов винограда. Одним из наиболее популярных и изысканных сортов является «Пино Нуар», который привлекает своим вкусом, нежным ароматом и роскошной текстурой.
«Пино Нуар» – один из самых древних сортов винограда, который бережно выращивают и из которого производят вина на протяжении многих столетий. Его родина – Бургундия, знаменитый регион во Франции. Считается, что первые упоминания о «Пино Нуар» датируются более двух тысячелетий назад. Отличительной чертой этого сорта винограда является его чувствительность к климатическим условиям и земле, на которой он выращивается.
Хотя «Пино Нуар» и является визитной карточкой Бургундии, этот сорт винограда успешно адаптировался и в других регионах мира. Различные страны, включая США, Новую Зеландию, Чили и другие, производят отличные вина из этого уникального сорта.
Виноград этого сорта обладает тонкой кожей и маленькими гроздьями, что делает его более чувствительным к окружающей среде и болезням, но в то же время создает благородство и изящество вина.
В зависимости от места произрастания и стиля производителя, вино может иметь различные оттенки и характер. Молодые вина «Пино Нуар» отличает свежесть, в то время как выдержанные вина обладают глубиной и полнотой.
«Пино Нуар» – это не просто вино, это настоящее произведение искусства, обладающее своим характером и природной ценностью. Оно завоевывает сердца ценителей вина своим изысканным вкусом, гармонией и хорошей выдержкой. Если вы хотите окунуться в мир утонченных ароматов, «Пино Нуар» – отличный выбор для вас.
Для того, чтобы полностью насладиться ароматом и вкусом «Пино Нуар», необходимо учесть несколько моментов:
Предлагаем открыть сегодня бутылку, чтобы насладиться богатым, сложным цветом и вкусом «Пино Нуар». Это лучший день, чтобы выпить вино, сделанное из необычного сорта винограда. Кстати, «pinot noir» в переводе с французского - «черная шишка». Такое название сорт получил из-за формы маленьких, плотных гроздей, напоминающих шишки.
Всем хорошего дня )
Комментарии