Чистота

бонус внутри, пикаперы

Скетчи:

Всем спасибо за плюсы и подписки (божечки, солько вас, памагити!), продолжаю рассказ, как и обещала.

Итак, остановилась я на том, что ко мне в гости зашёл Сосновский Евгений Александрович, заведующий нейрохирургией, просто и понятно объяснив, что без операции я отныне гусеница.

Ну что же, я подписала документы, затем ко мне зашёл мой лечащий врач из нейрохирургии Бабаев Михаил Владимирович с интерном (тот всё хотел меня иголочкой потыкать, а мне хотелось в ответ потыкать в ответ иголочкой его, но оба обошлись без крайностей)  и меня начали готовить к операции. За 12 часов до самого действа вкатили мне пятивёдерную клизму, подключили пару аппаратов и оставили ночевать в реанимации, где меня уже из окна повторно хотели выкатить за слишком долгое нахождение (месяц). Так долго я пролежала там, потому что реанимация находится на первом этаже, и если я упала из-за суицида, то при повторной его попытке дальше морга в подвале я бы не улетела.

Утро наступает, меня катят в операционную, и я слышу "ой, опять эта девочка, и опять в мою смену, ну надо же!". "Ну блин", думаю, "раз в третий раз в чью-то смену, то это добрый знак".

Там безумно долго не могут поставить новый подключичный катетер (сейчас я понимаю, что из-за малого количества жидкости в организме), всё это под лекцию для начинающего анестезиолога, которая стоит справа и старается паниковать меньше, чем я.  Потом вкатывают, наконец, анестезию, мне сразу становится тепло и сладко, и я прихожу в себя уже в коридоре около операционных дверей, ощущая, как из меня вынимают интубацию (как это вообще правильно пишется? Реинтубируют? Деинтубируют?).

Воспринимаю и это, как хороший знак. Значит, поеду не в реанимацию, а в отделение...

Щазз!

В следующий раз прихожу в себя уже в нейрохирургической реанимации, лежу на сломанном правом боку, на спине огроменный горб (отёк), из меня торчат два ужасающих размеров дренажа гармошкообразного вида и я жутко хочу пить.

А, про что я забыла рассказать. Когда меня интубировали первый раз, сразу после падения, у меня все кровью залито было так, что работали наощупь, и из-за этого, видимо, повредили мне голосовые связки. Первый месяц я могла только тииихоо-тихо хрипеть, ну и плюс рваные лёгкие тоже голосу не добавляли. Из-за этого я не могла позвать медсестру что в первой реанимации, что во второй.

Спустя какое-то время ко мне подошел медбрат, лица которого я не помню. Запомнила только, что у него была татуировка на правой руке, забитая затем в черный квадрат. Это я тоже восприняла как хороший знак, татуированный татуированного поймёт! Оптимистка реанимационная, блин.

К моменту его прихода я уже заметила еще одну деталь (найди сто отличий ДО операции и ПОСЛЕ, ага). У меня была парализована по локоть левая рука. Кого бы я ни спрашивала про этот момент, все говорили, что либо не в курсе, либо "во время операции руки были привязаны выше тела, это пройдёт". Так вот, НЕ ПРОШЛО! Ну, вернее, как. По чесноку если, процентов на 80-то прошло, но безымянный, средний и указательный пальцы до сих пор почти ничего не чувствуют и плохо печатают. А в мае того года я даже зубную пасту из тюбика левой рукой не  могла выдавить, очень долго и тяжело разрабатывала и тренировала руку.

Полежала я в реанимации дней пять, а потом перевели меня в психиатрическую клиническую больница № 4 им. П.Б. Ганнушкина, в 15 отделение к Орлову Владимиру Алексеевичу (привет вам, если читаете это!) )

Я была несколько обескуражена подобным поворотом событий, но мне объяснили, что это обычная практика для летунов и прочих подозрительных личностей.

Тогда еще можно было в отделении пользоваться телефоном, выглядела я уже вполне нейтрально, но отказывалась переводиться из поднадзорной палаты, чем вызывала искренний смех заведующего: "Впервые слышу, что из этой палаты не хотят переводиться".

А мне просто плохо было, я боялась, что будут заставлять постоянно ходить.

У меня держалась температура, были стабильные боли в спине и началось, как бы это сказать... отделение экссудата от послеоперационной раны.

Короче, она начала гноиться. Серьезно и сильно.

Утро начиналось с перевязки, перед сном тоже перевязывали, и все равно рана стремительно опухала, с каждым днем все круче и круче, а при нажатии на область рядом  издавала звук "чпок" и между стежками пролезал гной. Ночью я спала со свежей перевязкой, и все равно утром мне меняли всё: перевязку, ночную рубашку, халат, простынь, наволочку - все было в гное. Вставал вопрос о переводе обратно, тем более, что психиатры единодушно пришли к выводу, что настолько тупым нужно давать премию Дарвина, а не справку из ПНД.

Всё решил мой ангел - Сосновский Евгений Александрович (зав нейрохирургией, если забыли. Он приехал, осмотрел меня и сказал, что надо ехать обратно.

Меня следующим днём и выписали. Из машины-перевозки я вернулась в ГКБ №81 имени В. В. Вересаева, в родной 10 корпус, но на последний этаж, в отделение гнойной хирургии, прямо в гостеприимные объятия Прошина Андрея Владимировича, моего врача в этом отделении.

Хорошо помню этот момент: меня с каталки скидывают на кровать и говорят раздеваться под простынкой, щас чиститься поедем. А в палате еще 5 человек, ко всем там мужья-сыновья-дети приехали, и тут я.

Короче, то ли я так долго раздевалась, то ли операционную рекордно быстро приготовили, но за мной приехали уже на этапе нижнего белья. А дальше схема уже известная: наркоз - темнота - палата.

Зашивать меня не стали, к моменту чистки у меня в спине было такое гнойное болото, что побоялись рецидива.

Заметка о том времени из того времени: "О, это больничное веселье...Только что мне делали перевязку и забыли про анестезию. Я лежала и чувствовала, как какой-то металлический инструмент шкрябает по позвонкам.

Ххххррррясь. Шшшшкккряяяяб. Гррррынь.

По моим. Живым. Позвонкам.

Ну и да. Мне опять распотрошили спину, так что это ещё недели две в больнице и одна операция"

Две недели. Аха-ха... Дааа, мы все тогда верили в лучшее...

Спустя 4 дня, 17 апреля, я внезапно проснулась утром, в которое все поняли, что легко не будет:

"Сегодня очень ранним утром, почесавшись во сне под воротом футболки, я неожиданно нащупала сначала края вооот такенной раны, а потом интимно погладила свой позвонок. Гладенький, но не мурчит...Стоп, чтоа?!

Бегом в перевязочную, сопли-слёзы до колен, на том же уровне болтаются бинты со спины отвалившиеся. Захожу.

Врач: - И?

Я: - Загляните за шиворот.

Врач: - Мне лень.

Я: - Я начинаю раздеваться.

Он: - Давай, я на такие предложения от симпатичных девчонок с радостью всегда. Или это угроза?

Я: - Я упала с 12 этажа, вся в шрамах, синяках и прочем, а половина моей спины - болото с гноем.

Врач: - фу, ладно, загляну... Ой блять быстро на каталку и снимай футболку, иначе я её срежу!

Пока он готовился, я содрала футболку и перед зеркалом покрутилась.

Лежать мне тут дофига, короче, в ширину края раны в не самом широком месте больше ладони. Врач, когда увидел, что я рану разглядываю, сквозь фейспалм и подготовку назвал долбанутой. А я просто любопытная и не брезгливая...

Ну вот. Так я получила внеочередную перевязку. Главное - диалог, а вы... Эх. Агрессия, агрессия..."

В тот день я в палате впервые с падения плакала. Перевязочная медсестра честно сказала мне, что даже с моими высокими темпами заживления, лежать мне здесь до сентября, если не найдут какой-то вакуум. Она, мой врач и заведующий отделением Якобишвили Яков Исаакович долго что-то обсуждали, а я лежала на своём спасительном левом боку, смотрела в окно на чистое-чистое голубое небо с обрывками облаков и молча плакала. До сентября. Еще полгода в больнице. Еще полгода боли. До сентября... Как сказать об этом маме?

А через два дня вакуум нашли :) Им оказался прибор, который высасывает из раны экссудат по трубочке. В спину, прям в самое нихачу, засовывается здоровенная (она реально огромная, с мою ладонь!) губка, из которой торчат два провода, которые ведут в аппарат, внешне похожий на радио (когда я сбегала погулять на 10 минут в прибольничный парк, у меня так прямо и спрашивали "а это что у вас, радио?").

То самое "радио"

Так мы с ним гуляли, ну или я на плечо его вешала, но оно вечно сползало, а должно было висеть ровно, потому что...

Потому что экссудат, да-да.

Пока я гуляла, заезжал бывший муж, выяснили на сравнении с ним, что я сантиметров пять потеряла в росте

Заодно передал подарки и открытки от друзей, а то я запретила кому бы то ни было приезжать, кроме мамы, болеть предпочитаю одна. Даже приезд Игоря она подстроила, когда ей лень ездить было)

В итоге, 20 мая меня все-таки выписали) Шрам к тому моменту не затянулся до конца, маме пришлось делать еще перевязки, но это уже мелочи.

Хотела написать про то, как опробовала такую штуку, как "анафилактический шок", как нашла труп в палате и еще о чём-то, но это все равно что боли описывать - скучно и неинтересно.

...Хотя нет, однажды я орнула от боли так, что три бабушки из пяти в моей палате обделались, и меня санитарки так потом и называли "три из пяти", но это уже другая история...)

Хочу сказать огромное СПАСИБО больнице им. Вересаева, а именно:

Никифорову Андрею Николаевичу, заведующему реанимации;

Чуич Наталье Георгиевне, врачу анестезиологу-реаниматологу;

Сосновскому Евгению Александровичу, заведующему нейрохирургии;

Бабаеву Михаилу Владимировичу, нейрохирургу;

Гудкову Демьяну Александровичу, хирургу;

Якобишвили Якову Исаковичу, заведующему гнойной хирургии

Прошину Андрею Владимировичу, хирургу

И травматологам, имен которых я не нашла на сайте, а мама моя не успела записать. Спасибо вам огромное!

Всем здравствовать!
Что-то давно я ничего не писал, на тему окон. Не знаю с чем это связано, возможно, всё потому, что рассказать можно много о чём, но, как известно, чем шире выбор, тем сложнее определиться. А может потому, что вы не задаёте вопросов))
Поэтому предлагаю немного познакомиться с окнами из алюминия. В чём отличия, плюсы/минусы и т.п.

Итак, чем же отличаются окна из алюминия от окон и поливинилхлорида (ПВХ)? Правильно, алюминиевые делают из алюминиевого сплава (неожиданно, правда?). Окна, как и двери, могут быть «холодными» и «тёплыми». Если занудствовать, то «холодными» называют конструкции без терморазрыва, а «тёплыми», конструкции с терморазрывом.

Что же собой представляет этот самый терморазрыв? Это, как правило, вставка из стеклонаполненного полиамида и она предназначена для того, чтобы «разорвать» профиль (ведь металлы очень хорошо проводят тепло), тем самым снижая общую теплопроводность и соответственно увеличивая сопротивление теплопередаче. Конечно, для обеспечения надёжной теплоизоляции (хотя для южных регионов этого будет достаточно) одних вставок из полиамида не достаточно, поэтому к ним на помощь приходят теплоизоляционные вставки из вспененных материалов. 

Благодаря этим вставкам достигается очень высокая степень сопротивления теплопередаче (для самого профиля), даже выше чему у сопоставимых по глубине (70 мм, пять-шесть камер) ПВХ профилей. Напомню, что основным источником теплопотерь в окнах является стеклопакет, поэтому, для достижения максимальной энергоэффективности, рекомендую устанавливать стеклопакеты как минимум с энергосберегающим стеклом.

Теперь, пожалуй, о достоинствах и недостатках.
Конечно, самым главным (и единственным) недостатком конструкций из алюминиевых профилей, является их стоимость. Если посчитать одну и ту же конструкцию (с тем же стеклопакетом, хорошей фурнитурой, в том же цвете) из ПВХ и алюминия, то второй вариант будет как минимум в два раза дороже.
Что же касается достоинств, то к ним можно отнести бóльшую жёсткость и как следствие прочность конструкций.
Следующим достоинством можно считать широчайший выбор цветов и их оттенков. Да, есть стандартные, они немного дешевле, но в тоже время, можно выбрать любой оттенок из каталогов RAL.

Алюминиевые профили можно красить в два цвета, снаружи и изнутри. Да, алюминиевые профили также можно заламинировать.
Ко всему прочему алюминиевые окна экологически чище. Не выделяют никаких вредных веществ (ПВХ тоже практически безвредны, но только если речь идёт об известных производителях, которые заботятся о своей репутации).

Да, совсем забыл, конструкции из алюминиевого профиля, получаются легче, чем из ПВХ и при этом намного прочнее. К тому же, они обладают некоторой огнестойкостью, по сравнению с ПВХ, ведь ПВХ профили начинают размягчаться уже при 150° C, а плавятся уже при 220° C.
Ну и, конечно же, стоит отметить высокую взломостойкость, даже с обычной фурнитурой (про взломостойкую вообще молчу), ведь как я уже говорил, алюминий намного жёстче и прочнее ПВХ. Поэтому, если вам необходимо обеспечить максимальную взломостойкость на объекте (не важно дом, дача или магазин), рекомендую обратить внимание на конструкции из алюминиевого профиля.

Что же, пожалуй, пока всё, на сегодня хватит (работать тоже нужно иногда). Поэтому, до новых встреч!
P.S. напоминаю, что жду любые вопросы, касательно окон/дверей (и иже с ними) из ПВХ или алюминия. Не стесняйтесь, без вопросов я даже не знаю о чём вообще писáть.

Скетчи:

Скетч: