Однажды я переживал эпидемию
Недавно моя коллега Даша подцепила ОРВИ.
Короновирусная паника была ещё относительно далеко, а девушка она самоотверженная и трудолюбивая. Несмотря на температуру, сопли и кашель она упрямо торчала на работе, пытаясь сдать сложный проект над которым корпела уже не первый месяц.
Через несколько дней наше начальство изучило улики, нахмурило усы и, грозно сверкая очками, припёрло Дашу к стенке.
- Даша! Ты что - болеешь?!
- Д-д-ет, Пав-вел Ев-вгедьевич, - пыталась отпираться Даша. Её трясло от озноба. Пот тёк со лба ручьём. - Я в подядке. Че-честно….
Павел Евгеньевич заглянул в её дивные глаза, подёрнутые мутной пеленой, мгновенно сориентировался в ситуации и простёр железную длань в сторону входной двери.
- Домой! - Коротко скомандовал он. - И чтобы я тебя здесь раньше чем через две недели не видел.
И Даша отправилась на оплачиваемый больничный.
Первые два дня она честно держалась и никак не давала о себе знать. Между тем, паника, связанная с эпидемией уже начала заполнять новостные ленты.
На третий день мне в ватсапе пришло сообщение: "Привет. Ну как у вас там?".
Я был сильно занят. Поэтому ограничился дежурным "нормально" и поинтересовался дашиным самочувствием.
На следующий день вопрос был сформулирован конкретнее: "Привет. Как обстановка в офисе? Что нового?".
Я огляделся вокруг. За прошедшие три дня ровным счетом ничего не изменилось. Писать об этом было скучно, поэтому вместо стандартных фраз я отстучал: "Держим оборону лагеря. Запасов воды на несколько дней. Еды значительно меньше. Заражённые то и дело пытаются проникнуть за укрепления. Патроны и оружие есть только у лидера. Недавно он без разговоров казнил человека за то, что тот сделал лишний глоток воды. Ходят слухи, что в лагере планируется захват власти. По ночам слышно как завывают и рычат заражённые".
"Ахахах", - ответила Даша. "Держитесь там".
"Как у вас там дела?", - поинтересовалась она следующий день.
Я подумал, поставил кофейную чашку на стол и ответил: "Попытка свержения лидера провалилась. Он лично казнил главного зачинщика, выставил его отрубленную голову на всеобщее обозрение и провозгласил себя императором новой эры. Остальных бунтовщиков отправили за укрепления и скормили заражённым. Запасы тают на глазах. Участились случаи казней за самые безобидные поступки. Во время дневного обхода периметра нашёл металлический предмет. При ближайшем рассмотрении установил, что это приспособление, которое в прежние времена использовали для чистки зубов. Кажется я смогу сделать из неё отличную заточку. Заметил, что по ночам у восточной стены лагеря вой заражённых почти не слышен".
"Как ты там?", - поинтересовалась Даша на следующее утро.
Я впервые за утро оторвался от монитора и ответил: "Большая часть лагеря перешла к каннибализму. Казни теперь проводятся ежедневно, путём жеребьёвки. Казнённых тут же съедают. Лидер расхаживает по лагерю с оружием в руках и вещает свои безумные бессвязные проповеди. Его сторонники-каннибалы поклоняются ему, как божеству. Всё чаще я слышу в его проповедях призыв открыть ворота лагеря и впустить заражённых. Он называет это "очищением". Я не сплю уже несколько суток. Слишком высок риск проснуться съеденным. Заточка почти готова. Я обнаружил уязвимое место восточной стены. Эти безумцы не выставляют там на ночь часовых".
"Ужас какой", - через некоторое время ответила Даша, "А я тут ещё из-за температуры в 37.2 переживала…".
На следующее утро пришел не столько вопрос, сколько просьба:
Я ненадолго отложил в сторону дела и ответил:
"В конце концов, это всё-таки случилось. Жребий пал на меня. Наш кровавый император смотрел на меня своими безумными глазами и хохотал во всё горло.
- Ну что, Немой?! - Прокричал он мне. - Ты думал - я не замечаю тебя?! Думал, что сможешь растворяться в толпе вечно?! Я вижу и слышу всё! И вот моя воля: сегодня твоя очередь кормить мой народ!
По его знаку ко мне со всех сторон бросились безумцы и навалились на меня всей толпой. Я пришёл в себя уже стоя привязанным к жертвенному столбу. Он вещал очередную бессвязную проповедь, а толпа фанатично кричала его имя. Их голодные глаза пожирали меня.
- Вот и всё немой. - Сказал он в конце концов, повернувшись ко мне. - Пора умирать...
И тогда во мне словно что-то сломалось. Я посмотрел прямо в его сумасшедшие глаза и впервые с тех пор, как похоронил близких, заговорил.
- Нет. - Возразил я безумцу с оружием. - Это тебе пора.
А затем, той же самой заточкой, которой резал верёвки во время всей его длинной проповеди, я вскрыл ему горло. Он схватился за шею и осел на колени. Я вынул пистолет и запасную обойму из-за пояса императора. Стало очень тихо.
- Это ваш бог? - Спросил я толпу. - Хотите его божественности? Тогда ешьте, пока он тёплый.
Потом я повернулся и пошёл к восточной стене, где уже несколько дней готовил лаз к единственной точке вокруг лагеря. Той самой, где по моим наблюдениям, не собирались заражённые.
Я не оборачивался, но судя по крикам - император был ещё жив, когда паства вкусила плоти и испила крови его".
Даша некоторое время молчала. Я понял, что увлёкся и несколько переборщил с подробностями.
"Так. Это отвратительно. Но мне интересно выбрался ты или нет. Что было дальше?".
"Заражённые… Они повсюду. Я оставил лагерь за спиной почти месяц назад. И с тех пор не было ни дня, чтобы я не сталкивался с ними. Я перемещаюсь ползком, ночами. Днями я сплю на ветках деревьев. Питаюсь чем придётся. Патроны давно кончились. Я оставил один про запас. На самый крайний случай".
"Во время вчерашней стычки меня укусили. Пострадала нога. Идти не могу. Остаётся только сидеть на этой зелёной поляне, слушать птиц и писать эти бессмысленные заметки, которые никто и никогда не найдёт. А если и найдёт, то уже не сможет прочитать.
Временами я думаю: а к чему было сопротивляться и бежать из лагеря? Конец был бы неминуем. В любом случае всё закончилось бы смертью. Так не всё ли было равно?
Но потом я смотрю на безмятежное небо над головой и понимаю, что предпочитаю, чтобы всё закончилось именно здесь и именно так. В мире и покое.
Там куда целенаправленно шёл я сам. А не влекомый кровожадным безумцем и его потерявшими человечность последователями.
Возможно, это и была та решающая черта, которая придавала всему этому какой-то смысл. Возможно, в самом конце важно не то, кем ты был и откуда пришёл. А то, кем ты стал и где оказался в итоге.
Чувствую, как перестают повиноваться руки. Не прозевать бы последний момент, когда я ещё смогу держать пистолет…
Варрпсатллмиоллтмпрлллл прть тл
Запись найдена рядом с телом Ричарда "Немого" Брауна.
Обнаружен со следами инфекции, прокушенной стопой и простреленным черепом за 10 дней до конца эпидемии".
- Должна тебе сказать, что пока всё это читала, я поняла, что наконец-то не думаю о работе. - Прокомментировала Даша, когда наконец-то вышла с больничного. - А сам ты что думаешь?
- А я думаю, что работать лучше дома, - завистливо вздохнул я, глядя на её посвежевшее лицо и погрузился обратно в свой проект.
Комментарии