С 80-й годовщиной Победы в Великой Отечественной войне! С 9 мая, друзья!

Рейтинг городов, больше всего разрушенных в годы Великой Отечественной Войны

В честь 9 мая, я составил рейтинг городов, больше всего разрушенных в годы Великой Отечественной Войны.

Подробнее: Белгород. Белгород был очень сильно разрушен. Из 3 420 домов не уцелел не один.

Сталинград (Волгоград). Сталинград понес большие потери во время Великой Отечественной Войны. В Сталинграде было разрушено 90% жилого фонда.

Вязьма. В этом городе было разрушено 94% зданий. Город потерпел большие потери во времена Великой Отечественной Войны.

Керчь. Во время войны в Керчи было разрушено около 90% зданий.

Курск. Город так же был сильно разрушен. В Курске было разрушено 90% зданий.

80 лет... Больше, чем прожил мой дед, участвовавший с 1944 по 1946 год. У него была своя война - пока основные силы наступали вглубь Европы, он наступал от Черного моря до Балтики за их спинами, чтобы тем не приходилось воевать вперёд и взад одновременно.

Однако вернулся только в 1952 году, ибо после наведения порядка в будущих странах соцблока их отправили скакать по горам на юга, размечать новую советскую границу.

Девятое мая я обычно праздновал, либо пытаясь взять Берлин в Battlefield 1942 (2002), либо катаясь на самолетах Второй мировой войны в оригинальном Ил-2 Штурмовик (2001-2006, пропатчен до актуальной версии (сейчас v.4.15.1m от 21.07.2022)).

Собсна, полетаем!

Douglas A-20 Havoс (DB-7 Boston). 

Dewoitine D.520

Hawker Hurricane Mk.IIb

 И их десятки в лётном состоянии, число постоянно растёт. Великобритания сохранили большое количество Мерлинов на складах, а на фюзеляжи уже рука набита, могут хоть с нуля построить. Кроме британских предприятий, есть ещё канадские и новозеландские, которые тоже могут в реставрацию Харрикейнов, потому что когда-то они там тоже производились. 

Поликарпов И-153 П

Осталось четыре комплектных самолета, из них летает три. Нелетающий - единственный сохранившийся оригинал.

Ильюшин Ил-2 Тип-3М

Здесь самолетами управлял ИИ, ибо клавиатура слишком дёрганная для Ил-2 - это шайтан-летадло моментально теряет энергию при любых манёврах. А при отрицательных перегрузках ещё и поднимается благий мат за бронеспинкой.

Эх, думал, получится выжать больше роликов... В игре сотни самолетов, которые можно пожмякать, плюс ещё десятки бортов, недоступные для управления игроком, но на которые можно посмотреть со стороны. К сожалению, у меня пока нет интернета, который грузил бы полутораминутные ролики на ютуб быстрее чем за полчаса. Поэтому "что есть, то есть, мужик, что есть, то есть" - (c) Asmongold.

С праздником!

9 мая 1945 года стало днём, когда в мире окончательно отгремели залпы Второй мировой войны в Европе. Это событие, известное как День Победы, символизировало капитуляцию нацистской Германии и завершение шестилетнего кровопролитного конфликта, унёсшего жизни десятков миллионов людей. Однако путь к этому историческому моменту был долгим и сложным, а сама капитуляция сопровождалась политическими и военными нюансами, которые отразились на послевоенном мироустройстве.

Предпосылки капитуляции

К началу 1945 года Третий рейх находился в состоянии стратегического коллапса. Советские войска, начав масштабное наступление в январе, к концу апреля взяли Берлин, а западные союзники, высадившиеся в Нормандии в июне 1944 года, продвигались к Эльбе. 30 апреля, осознавая неизбежность поражения, Адольф Гитлер покончил с собой в бункере под рейхсканцелярией, оставив власть адмиралу Карлу Дёницу. Новое правительство Германии, базировавшееся во Фленсбурге, пыталось договориться о частичной капитуляции перед западными союзниками, чтобы избежать безоговорочной сдачи СССР. Однако требования США, Великобритании и Франции были категоричны: только полная капитуляция на всех фронтах.

Первое подписание: Реймс

Рано утром 7 мая 1945 года в штаб-квартире генерала Дуайта Эйзенхауэра во французском Реймсе начальник штаба вермахта генерал Альфред Йодл подписал акт о капитуляции, который вступал в силу 8 мая в 23:01 по центральноевропейскому времени. Однако Иосиф Сталин, чья страна понесла наибольшие потери в войне, отказался признать этот документ окончательным. Он настаивал на проведении церемонии в Берлине, который был взят Красной Армией, и участии в ней высшего немецкого командования. Это требование было продиктовано как символическим значением Берлина, так и желанием подчеркнуть роль СССР в победе.

Берлинская церемония

В ночь с 8 на 9 мая в берлинском районе Карлсхорст, в здании бывшего офицерского клуба, состоялось второе подписание. От Германии акт подписал генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель, главнокомандующий люфтваффе Ганс-Юрген Штумпф и адмирал Ганс-Георг фон Фридебург. Со стороны союзников присутствовали маршал Георгий Жуков (СССР), британский генерал Артур Теддер, американский генерал Карл Спаатс и французский генерал Жан де Латр де Тассиньи. Документ повторил условия реймсского акта, но придал им официальный статус в глазах СССР. Из-за разницы в часовых поясах в Москве уже наступило 9 мая, что и стало датой празднования в Советском Союзе и многих постсоветских странах.

Последствия и значение

Капитуляция Германии положила конец войне в Европе, но не во всём мире: боевые действия против Японии продолжались до августа 1945 года. Для Европы же наступила эпоха восстановления. Германия была разделена на зоны оккупации, что позже привело к образованию ФРГ и ГДР. Победа стала символом триумфа антигитлеровской коалиции, но также заложила основы холодной войны: различия в идеологиях между СССР и Западом быстро обострились.

Советский Союз, потерявший около 27 миллионов человек, воспринимал 9 мая как священную дату - день памяти жертв и чествования героизма. В Европе и США победу отмечают 8 мая, подчёркивая роль западных союзников. Однако именно в СССР, а затем в России, 9 мая сохранило статус главного национального праздника с военными парадами, акцией «Бессмертный полк» и минутами молчания.

Исторически капитуляция 1945 года завершила эпоху нацизма, но не уничтожила его наследие: Нюрнбергский процесс, начавшийся в ноябре 1945 года, стал первым шагом в осуждении преступлений против человечности. День Победы остаётся не только напоминанием о цене мира, но и предостережением от повторения трагедии, объединяя народы в памяти о великой жертве и победе.

P.S Подписывайтесь, чтобы всегда быть в курсе интересных событий, произошедших в мировой истории за сегодняшний день. Ваша поддержка очень важна!

Мой прадед Торопов Павел Ермилович, рядовой. Прошел Финскую войну, потому сразу на Великую Отечественную призвали. Пропал без вести в 1942 году под городом Юхнов, Калужская область (предположительно).

Сколько же людей погибло, о которых ничего не известно – как они погибли, где погибли. Мой прадед погиб в начале войны. И пусть у него нет медалей или наград, пусть он был простым рядовым, я считаю, что он герой. Точно такой же герой, как и сотни тысяч других солдат, которые ценой своих жизней смогли победить.

Ничто на земле не проходит бесследно.

Я помню. Я горжусь. Спасибо за победу! Вечная память!

Сканировал старые фотографии времен ВОВ, связанные с Ленинградом. Решил поделиться историей с вами. Если зайдет, то буду кидать еще, пока не кончатся сканы.

Население роет противотанковые рвы в Прифронтовой полосе. Автор - Л. Великжанина. 26.07.41

__________________________

Бойцы народного ополчения на набережной Жореса возвращаются с тактических занятий. Автор - В. Федосеев. 03.08.41

__________________________

Галерея Гостиного двора превращена в укрытие. Автор - В. Федосеев. 01.09.41

__________________________

Заделка воронки на проспекте 25-го Октября (ныне - Невский проспект) напротив дома 121 после первого налета фашистских стервятников 7 сентября 1941 г. Автор - А. Михайлов. 07.09.41

__________________________

Ленинградцы на строительстве деревянно-земляной огневой точки (ДЗОТ). Автор. В. Федосеев. 12.09.41

Ссылки на серии:

https://vombat.su/post/49860-neizvestnaya-voina-01-seriya-22-iyunya-1941-goda

https://vombat.su/post/49794-neizvestnaya-voina-02-seriya-bitva-za-moskvu

https://vombat.su/post/49797-neizvestnaya-voina-03-seriya-blokada-leningrada

Ссылки на серии:
https://vombat.su/post/49860-neizvestnaya-voina-01-seriya-22-iyunya-1941-goda
https://vombat.su/post/49794-neizvestnaya-voina-02-seriya-bitva-za-moskvu
https://vombat.su/post/49797-neizvestnaya-voina-03-seriya-blokada-leningrada
https://vombat.su/post/49942-neizvestnaya-voina-04-seriya-partizani-voina-v-tilu-vraga

Памятник представлен в виде трёх подростков-рабочих у токарного станка, прототипами которых стали рабочие завода № 622 (Ижевский механический) и «Ижмашзавода» времен войны. Рядом с подростками стоит оригинальный токарный станок военного времени, изготовленный на заводах Ижевска. Даже спустя годы он находился в рабочем состоянии, поэтому при подготовке к установке станок подвергся реставрации, а движущиеся части были заварены.

Летом 1941 года в республику были эвакуированы 49 крупнейших оборонных предприятий страны. За годы войны ижевские оружейники дали фронту более 11 миллионов единиц стрелкового оружия — почти столько же, сколько выпустила вся промышленность США и в два раза больше, чем все заводы Германии. «Неужели винтовки могут выпускаться рекой?» — удивлялся член Государственного Комитета Обороны К. Е. Ворошилов, посетивший ижевские заводы в 1942 году.
К стрелковому оружию нужно прибавить производство 7 тысяч авиапушек, 214 тысяч пулемётов Березина и Максима, 131 тысячу противотанковых ружей Дегтярёва и Симонова, 692 тысячи пистолетов. Уже в январе 1942 года Ижевск за сутки вооружал одну стрелковую и одну авиационную дивизию.
Ушедших на фронт заменяли старики, женщины и подростки 12 -16 лет — школьники, окончившие ускоренные курсы, мобилизованные из колхозов, дети эвакуированных.
По словам маршала Советского Союза Дмитрия Устинова, в годы Великой Отечественной войны возглавлявшего Народный комиссариат вооружений, «Ижевск был главнейшим арсеналом Родины. Именно здесь ковалось оружие Великой Победы».
В том числе руками вот этих 12-16-летних мальчишек.

Текст взят отсюда https://m.vk.com/wall-99626804_198557, фото мои. 

Специальный пост к 76-ой годовщине Победы в Великой Отечественной Войне.

Из всех праздников с детства у меня любимый был и есть 9 мая - День Победы.
Каждый год мама водила меня маленького на парад и потом мы примкнув к колонне шли на Поклонную гору к Вечному огню где происходило возложение венков к могиле неизвестного солдата.
К сожалению, с каждым годом к радости и благодарности к поколению победителей добавилось чувство стыда.

В прошлом году выгуливал ночью четвероногого любителя нюхать жопки, было трудно не обратить внимания на компанию бурно празднующих 9 мая. У парковки перед магазином под громкую музыку, доносившуюся из открытого багажника гниющей Лады 9-ой модели, владелец этого самого овощного магазинчика совместно с продавщицами и своим товарищем исполняли конвульсивные движения выдавая сие действо за танец. "Дамы" с грацией картофеля и широко раскрыв сфинктер рта оскверняли песню - символ победы Катюша, пытаясь заплетающимся языком попасть в текст. Каждая умудрялась показать акробатику. По-македонски они с одной руки делали глоток пива из пластикового стаканчика, а со второй снимали себя на камеру смартфона, быть может, чтобы потом поделиться духом победы в социальных сетях.

На просьбу: "Здравствуйте, сделайте, пожалуйста, потише, дети малые спят в домах, да и вообще поздно уже", залихватски был послан танцующей самкой с предложением организовать мне проблемы, благо самцы были более адекватны и молча увели в сторону буйную "патриотку" в пилотке которая моглабыповторить.

Разочарованный и впечатлявшийся фееричными историями я задумался о пути социума в котором мы живём.

Есть у меня традиция, каждый год 9 мая не ходить в баню с друзьями, а выкладывать один из рисунков на тему Великой Отечественной Войны, чтобы приобщиться к празднику и поздравить всех неравнодушных, этот год не стал исключением. Вот только наболела тема деградации общества. Очень захотелось высмеять "патриотов", может польза выйдет, кто-то задумается увидев себя или близких, а может и нет, крикнут: "РУСОФОБ"!
Мне же очень стыдно перед стариками за ночной ор охмелевших ватаг во дворах; за ленточки ордена Славы, трудной найти такое место куда бы их не привязывали "патриоты" и производители самой разной продукции; стыдно за спасибодедузапобеду и можемповторить; за поздравительные плакаты с изображением нацистов от бестолковых "дизайнеров".

Праздник уже давно превратился в балаган тщеславия чиновников, день когда можно попиариться, при всей этой вакханалии простым смертным нельзя вешать или рисовать на улицах страны плакаты в память о событиях войны. Не утверждено! - Значит будет снято и закрашено!
Бессмертный Полк превратился в повод прорекламировать свою организацию. Предприимчивое руководство некоторых компаний обязуют сотрудников посещать сие действо и шагать в дружной шеренге с коллегами под стягом с изображением логотипа предприятия.
В этот карнавальный день хотя бы вспоминают о нищих ветеранах. Иногда им дарят сухой пряник или хлеб с гречкой, не забыв конечно лишний раз сфотографироваться в обнимку с дедушкой и бабушкой для лайкосбора в инстаграме.

Победа вопреки! - фраза которая характеризует фильмы снятые по секретным документам от именитых режиссёров, за наши деньги. Книжные полки в магазинах заваленные макулатурой, от очередных экспертов. Памятники коллаборационистам, изображение немецкого автомата на стеле посвященной советскому конструктору стрелкового оружия, это невежество и безразличие какого уровня должно быть, что ни на одном из этапов проектирования, производства и утверждения не заметили ошибки?
Крайне обидно, стыдно, с львиной долей ненависти и брезгливости к авторам. Не могу понять, куда пропала совесть у подобных персонажей, все же воспитывались плюс-минус на одной истории, по одной программе в школе шли, а война затронула каждую семью.
Люблю свою страну, великая она, правители хорошие и народ может повторить, всё у нас очень классно, горжусь!
Продолжаю вести наблюдение, надеюсь, со мной не свяжутся.

Оставайтесь людьми, пожалуйста!

Всех с праздником, с Днём Великой Победы!

Рисовахи в моём исполнении можно посмотреть в:

Instagram - рисунки всех форматов.

VK - рисунки всех форматов + иллюстрации комментариев и постов с ссылками на них.

Я когда вижу эту надпись на заднем стекле хороших дорогих автомобилей, я бешусь.

И дело не в автомобилях.

У меня был дед. Был, потому, что он умер в 2000-м году, не дожив 10 месяцев до 21-го века. Незадолго до смерти ему исполнилось 88 лет.

В конце жизни у него было все хорошо, он был окружен заботой детей и внуков, сохранил до смерти острый ум и удивительную самодисциплину, обслуживал себя и ухаживал за своей домиком. Никогда ни у кого не просил помощи, но всегда принимал ее с благодарностью. Имея 4 класса образования и артиллерийское училище он был необычайно интеллигентным человеком, никогда я от него не слышал ни одного бранного слова, он удивительно грамотно писал и говорил, всегда был вежлив и спокоен, а самая большая доза алкоголя, которую он употреблял на моей памяти была двумя бокалами вина на праздник.

Он пошел в армию в 1934-м году рядовым красноармейцем по призыву, остался служить, выучился и стал офицером. Впервые вступил в бой в 1938-м году во время конфликта с Японией на озере Хасан. В 1942-м году его часть была переброшена с Дальнего Востока на Северо-Западный фронт и с этого момента и до конца войны он воевал с Германией. Когда в Берлин праздновали победу, он со свои дивизионом выкатывал орудия на прямую наводку где-то в уличных боях в Австрии. 14 апреля 1945-го года на наблюдательном пункте дивизиона он был атакован вражеской пехотой и не имея возможности отбить атаку своими силами вызвал огонь дивизиона на себя. Противник был уничтожен и рассеян, а его самого контуженного чудом нашли в завалах. На следующий день он снова командовал своим дивизионом. Приказ о награждении нашел его только в июне 45-го.

Он очень мало рассказывал о войне. Он вообще не был сильно разговорчивым человеком. Когда его спрашивали "что там было?" он всегда отвечал "всякое было, ничего хорошего".

Но как-то мне удалось разговорить его и когда мы что-то говорили про конец войны, я тогда еще подросток сказал, - Ну тогда же уже полегче было. На что дед ответил, - Тогда было тяжелее всего. Мы были уже на грани, если бы нам пришлось воевать еще хотя бы полгода, наверное мы не выдержали бы.

Я это очень хорошо запомнил. Впервые мне эта фраза вспомнилась, когда в 90-е диванные стратеги начали обсуждать, почему плохой Жуков послал столько людей на смерть в Берлинской операции, ведь можно было воевать медленно и печально. Я тогда понял почему. А второй раз, когда впервые увидел вот это "Можем повторить".

Не можем. Не должны. Мой дед, фронтовик и кадровый военный, не гордился войной. Для него это был самый трагичный период жизни - кровь, слезы, потери и утраты. Четыре года без сна, без любви и без тишины. А день победы был не гордостью за сделанное, а днем окончания кошмара. Величайшим днем избавления от ежедневной обязанности убивать и ежедневной готовности быть убитым. Это страшно, это не надо повторять.

Она была сформирована в Астрахани во время боёв под Сталинградом: нехватка машин и лошадей вынудила выловить в окрестностях диких верблюдов и приручить их. Большинство из 350 животных погибло на поле боя в разных сражениях, а выживших постепенно переводили в хозяйственные части и «демобилизовывали» в зоопарки. Один из верблюдов по имени Яшка дошёл с солдатами до Берлина.

— Наш полк выходил из окружения. Впрочем, какой, к черту, это был полк! Нас оставалось всего двадцать три человека: командир полка майор Терещенко, два молоденьких лейтенанта, пожилой старшина, женщина-санинструктор. Остальные - сержанты и рядовые. На всех приходилось семнадцать единиц оружия: четыре нагана, два автомата ППШ и одиннадцать винтовок. Да и патронов негусто...

Борис говорит тихо, почти шепотом. Сегодня воскресенье, и мы не работаем. Можно было бы поболтаться по лагерю, навестить земляков в других бараках, потолкаться на рынке. Но с утра зарядил дождь. Он дробно барабанил по крыше барака. Штубовой распорядился открыть настежь окна, и теперь отчетливо слышно, как что-то лопочет бегущая по лагерным улочкам вода. Эти звуки расслабляют и усыпляют. Почти все население барака спит. А мы с Борисом забрались на свое ложе, под самую крышу барака, и мой друг рассказывает мне историю своего пленения:

— Шли мы по лесостепи. Двигались по ночам, а днем скрывались в небольших лесах и рощах. Иначе было нельзя: колонны немцев, двигавшихся на восток, встречались буквально на каждом шагу. Обычно вечером командир полка находил на карте какой-нибудь лес, расположенный на десять-пятнадцать километров восточнее нашей дневки, и мы отправлялись в путь. Вперед уходили лейтенанты, вооруженные автоматами, за ними двигались остальные.

Так было и на этот раз. Майор расстелил на коленях карту, сверил ее с компасом и сказал:

«Сегодня ночью мы должны пройти тринадцать километров. Придется пересечь две проселочные дороги и овраг, по дну которого протекает ручей. На рассвете мы выйдем к небольшому лесу. Судя по карте, лес небольшой, но все же это укрытие. Да и другого выхода у нас нет...»

Трудным был этот последний переход. Особенно для майора, раненного в бедро. Иногда он со стоном садился на землю, и тогда к нему подбегала санинструктор, доставала из сумки обезболивающие таблетки. Да и погода была не лучше, чем сейчас. Всю ночь шпарил дождь. Через овраг мы переправлялись почти по горло в воде...

А перед рассветом нас остановил один из лейтенантов, высланных в головной дозор.

«Товарищ майор! — задыхаясь, доложил он. — Леса впереди нет...»

«Как нет? Должен быть! Вперед!»

Мы пошли вперед и вскоре убедились, что лейтенант был прав. Леса не было. Там, где когда-то росли деревья, теперь торчали гнилые пни. Майор устало сел на пень, вытянул простреленную ногу. Потом окинул взглядом наши недоумевающие лица и со злостью выдохнул:

«Нас подвела карта. Она датирована 1934 годом...»

От этого нам было не легче. Тем более что с каждой минутой становилось все светлее и светлее. И где-то совсем рядом натужно ревели моторами не то танки, не то мощные грузовики...

«Остановимся здесь, — ровным голосом сказал майор. — Заляжем среди пней, а ночью пойдем дальше. Другого выхода нет. Вокруг нас голая степь. Старшина! Раздайте завтрак!»

Старшина выдал по одной пачке концентрата горохового супа на двоих, и мы разместились кто как мог. Каждый старался найти место посуше, но так, чтобы не возвышаться над вырубкой. А дождь все лил и лил...

Борис замолкает. Внизу, под нами, на втором ярусе нар, в мучительном кашле бьется умирающий от чахотки испанец. Кто-то по-немецки спросонья бормочет: «Хоть бы сдох скорее!» Потом наступает тишина. Борис продолжает:

— Когда окончательно рассвело, мы убедились, что положение у нас — хуже некуда. Буквально в тридцати метрах от места нашей дневки немцы проложили по опушке вырубки полевую дорогу. Ночью по ней шли лишь одиночные машины, а с наступлением дня движение заметно оживилось...

А тут еще, как назло, прямо против нас забуксовал огромный, крытый брезентом грузовик. Остановилась ехавшая следом такая же машина, потом еще одна. Офицер, сидевший в кабине второго грузовика, что-то крикнул, и через задний борт первой машины посыпались солдаты в плащ-палатках. Они, подбадривая друг друга, начали подталкивать застрявший грузовик.

Я так увлекся наблюдением за событиями на полевой дороге, что до меня не сразу дошел окрик майора Терещенко:

«Стой! Ложись!»

«Что он, спятил? Чего он так орет?» — подумал я. Глянул направо, налево — и обомлел. По направлению к немцам, виляя между пнями, бежал кто-то из наших. Нелепо дергалась между высоко поднятыми руками взлохмаченная голова, горбом коробилась на спине перепачканная грязью шинель...

Бой, как говорят военные, был скоротечным. Немцы — а их было около шестидесяти — обрушили на нас огонь всех своих автоматов, забросали гранатами. Из наших уцелели только трое раненых. В том числе и я...

Борис ложится на спину и замолкает. Молчу и я: каждому нелегко вспоминать такое. Потом спрашиваю:

— А тот подонок?

— Тогда он остался жив, — говорит Борис. — Я встретил его летом 1942 года в шталаге IV- «A», в Баварии, куда меня перевели из Польши. Он явно процветал: ходил в офицерской шинели, рожа у него лоснилась. Я не успел выяснить, какой пост он занимает в лагере, как к нам пожаловал пропагандист из РОА. Нас построили перед типом в форме фельдфебеля вермахта. Этот штатный говорун из власовской армии начал уговаривать нас последовать его примеру. Особенно он нажимал на легкую жизнь: на шнапс, шоколад, сигареты и публичные дома. Кое-кто из доходяг не выдержал, вышел из строя. Однако первым шагнул этот, с лоснящейся мордой...

Снова наступает пауза. В бараке тихо, только под нами тяжело, с посвистом дышит испанец: у него уже нет сил на кашель.

— А может быть, ты ошибся? Может быть, это был не он? — спрашиваю я.

— Нет уж, извини, — говорит Борис. — Этого типа я знаю почти так же, как самого себя. Я прожил с ним бок о бок около двадцати лет.

— Разогни, Боря! Так уж и двадцать...

— Если не больше! Мне было три года, когда в нашу коммунальную квартиру на Якиманке въехали новые жильцы — семья Кисловых. Их было трое: муж, жена и прелестный кудрявый мальчик по имени Славик. Этот Славик был великий пакостник.

Впрочем, мальчишки-сорванцы, видимо, были у всех народов и во все времена. Но этот был особый. Он умел ловко маскироваться: перед взрослыми изображал воспитанного пай-мальчика, а пакостил, когда его никто не видел...

До сих пор помню, какой скандал поднял бывший буденовец пенсионер Кузьмич на нашей коммунальной кухне! Старик среди ночи схватил Славика за шиворот в тот момент, когда пай-мальчик руками вытаскивал мясо из его кастрюли со щами и жадно запихивал в рот...

Но за Славика горой стали его родители.

«Плевать мне на ваше мясо!» — орала мадам Кислова...

«Ребенок просто перепутал кастрюли. Ведь в кухне темно», — авторитетно пояснял папа Кислов. Он был важной шишкой в горторготделе, жил на широкую ногу и всех, кто не достиг его жизненного уровня, считал дураками.

Помню еще такой эпизод. Мы играли в футбол во дворе, и Славик угодил мячом в окно подвала, где жила дворничиха. Старуха ухватила Славика за рукав и привела к родителям. Надо, мол, заплатить за разбитое стекло.

Но где там! Славик сердито топал ножкой, размазывал по щекам крупные слезы и вопил:

«Неправда! Это не я! Это не я!»

«Мой мальчик никогда не врет. Ищите виновных в другом месте», — сухо отрезала мадам Кислова и вытолкала дворничиху из передней.

А Славик тут же вытер слезы и хитро подмигнул мне:

«Бабка сама ищет неприятностей... Жаль, что дома не было отца...»

Учился он, надо признать, хорошо, ходил в активистах, часто выступал на собраниях и клеймил позором лодырей и прогульщиков. Учителя были от него в восторге.

Нас вместе призвали в армию, и мы попали в один взвод. И здесь Славик ходил в любимчиках у командиров...

— Все это хорошо! — говорю я.— А как же он попал в наш лагерь? Может быть, бежал от Власова, пытался перебраться к своим?

— Не болтай ерунду! — сердится Борис, — Вместе с Кисловым в Гузен привезли еще одного гуся из власовцев. Этот гусь рассказывает, что они со Славиком изнасиловали одну девицу на пляже. И ошиблись: думали, что перед ними француженка, а девица оказалась немкой...

Борис приподнимается на локте, прислушивается к шорохам за окном и говорит:

— Кажется, дождь прошел...

И в самом деле за окном тихо.

— Прошел, — соглашаюсь я.

— Тогда пойдем! — говорит Борис. — Я тебе что-то покажу.

Мы выходим из барака и идем к зданию умывальника. Этим умывальником пользуются заключенные нашего и соседнего — семнадцатого — бараков. На бетонированном полу лежат несколько трупов. Борис подводит меня к крайнему. У этого мертвеца в испуге выкатились наружу глаза, в зверином оскале обнажились крупные зубы. Судя по всему, смерть застала его не врасплох. А на впалой груди кто-то наспех вывел химическим карандашом одно слово — «Бротдиб» (хлебный вор).

— Это он! — брезгливо касаясь трупа носком ботинка, говорит Борис. — Это Славик Кислов...

А я вспоминаю, как несколько дней назад поляк из соседнего барака жаловался на то, что у них начали пропадать пайки хлеба. И вор очень ловкий: никак не поймаешь...

Всеволод Остен «Встань над болью своей»

Кстати, в отражении моего окна виден экран, на котором тоже шла трансляция Бессмертного полка.