Форсаж 12

Однажды меня воспитывали

Мне было 17 лет.

Летним вечером я валялся на диване с книжкой в руках. Ко мне подошла мама. Губы у неё были сжаты в тонкую бледную ниточку. Что всегда было дурным предзнаменованием.

- Скажи-ка пожалуйста, - отчеканила она, - а это не тебя ли я случайно сегодня видела на улице курящим?

- Где именно? - Бездумно уточнил я.

- Тааак. - Не вполне оправданно обрадовалась мама. - Ты ещё и не один раз курил. Совсем хорошо. Пойдём-ка беседу побеседуем с твоим папой.

Папа валялся на диване и развлекался переключением каналов телевизора. Увидев нас, он понял, что придётся прерваться и с сожалением отложил пульт на кота Кешу. Кеша протестующе приоткрыл один глаз, но тем и ограничился.

- Наш сын курит. - Мрачно возвестила мама.

- И? - Не понял отец. - Я тоже курю. Причём с семи лет. Ты куришь, насколько мне известно, с двенадцати. А он хотя бы дождался наступления сознательного возраста. Я считаю - прогресс.

- Тебе не кажется, что было бы лучше, если бы он вообще у нас не курил?

- Кажется. - Согласился папа. - Но он уже взрослый человек и должен сам решать, что и как ему делать.

- А что насчёт алкоголя?

- Ну… - Замялся отец. - Мне с утра на работу, но в принципе я не против. А повод какой?

- Я про сына.

- Хороший повод, - согласился папа и обратился ко мне: - Ну сынок, сегодня хоть и запоздало, но отметим, наконец, твоё появление на св…

- Перестань валять дурака. - Прервала его мама. - От него почти каждый вечер после прогулок пивом пахнет.

- В его возрасте от меня почти каждый вечер пахло водкой. - Возразил отец. - И потом: ты хоть раз видела нашего сына пьяным? Ну, чтобы его тошнило, шатало, околесицу нёс?

- Нет. - Нахмурилась мама.

- Вот и я не видел. Значит, пьёт сознательно. Блюдёт себя.

- Ну смотри… - Вполголоса изрекла мама. - Наблюдёт он тебе ещё… А то, что он с девками всё время какими-то обжимается тебя не смущает?

- Ему 17 лет уже, - отмахнулся папа. - Меня бы больше смущало, если бы он с ними не обжимался.

- То есть, ты не возражаешь, чтобы он у нас стал курящим алкоголиком?

- Я не возражаю, чтобы он был самостоятельным и умел отвечать за последствия своих действий. Чтобы не пил и не курил потому, что сам для себя так решил. А не потому, что так сказали.

- Я просто хочу оградить его от очевидных ошибок…

- Он в любом случае наделает ошибок. У него возраст такой - ошибки делать. И по мне, так пусть уж лучше делает очевидные. И под присмотром.

- Я не хочу всё это поощрять…

- И я не хочу. Но если запрещать, то будет только хуже.

- Так, - решительно подвела черту мама, - побудь для разнообразия отцом. И серьёзно поговори с ним о недопустимости такого поведения.

И не давая оппоненту возможностей для манёвра, устремилась на кухню.

Папа перевёл взгляд на меня, устало вздохнул и сел.

- Сынок, - глубокомысленно произнёс он, - твой интерес к табаку, алкоголю и противоположному полу на мой взгляд вполне понятен. Можно даже сказать - естественен. Как мужчина я тебя прекрасно понимаю. Однако это сильно беспокоит и волнует твою мать.

Я понимающе кивнул.

- Поэтому, - продолжил отец, - я настоятельно прошу тебя воздержаться от курения, алкоголя и беспорядочных связей…

Я снова кивнул. И перед тем, как включить телевизор папа вполголоса закончил:

- …при маме.

Однажды я понял разницу между мужской и женской психологией.

Я учился в пятом классе. Мне было 11 лет. После физкультуры я переодевался и понял, что где-то потерял рубашку.

Перетряхнул рюкзак, проверил под лавками в раздевалке, посмотрел на полу в коридоре и на всякий случай еще раз перетряхнул рюкзак. Ничего. Тогда я пошёл в каморку, где обитали физруки и спортивный инвентарь.

Две физручки пили за столом чай и обсуждали школьные сплетни. Одетый в камуфляж физрук-ОБЖешник сидел в углу и флегматично читал газету.

Узнав о моей беде, физручки первым делом спросили:

- Рубашка какого цвета была?

- Белая. - Уверенно ответил я.

Физручки озадаченно переглянулись.

- Что-то я у нас белых потеряшек и не припомню…

- Я тоже…

- Она не белая. - Коротко сказал ОБЖшник и перевернул страницу газеты.

- А вы откуда знаете, Василий Андреевич?

- А оттуда, что он мужик. Другой тип мышления. В его понимании, Марина Петровна , “белая рубашка” - это совсем не то, что вы думаете. Там, вообще что угодно может оказаться. Принесите ему все потерянные вещи, пусть опознает.

Мне показали светло-жёлтую, светло-серую и светло-синюю рубашки. Я покачал головой.

- Она не белая. - Хмуро напомнил из угла ОБЖшник и зашелестел газетой.

Физручки нахмурились и принесли огромный ворох разнокалиберной одежды светлых тонов. Я основательно в нем покопался и своей рубашки так же не обнаружил.

- Да-не-бе-ла-я-о-на, - Вполголоса пропел Василий Андреевич, не отвлекаясь от газеты.

Среди пёстрых и ярких остатков склада потерянных вещей моей рубашки тоже не было.

- Наташ, - вдруг осенило одну из физручек. - А принеси-ка ту, розовую. Которую сегодня притащили.

И они положили передо мной рубашку. Ту самую. Белую, если не обращать внимание на мелкий узор. С бордовыми манжетами и воротником, которые я терпеть не мог. Мою рубашку.

- Да! Это она! - Подтвердил я.

- Так она же у тебя вообще не…

Физручки медленно переглянулись и захихикали.

- А я ведь вам говорил. - Подытожил ОБЖшник. - Другой тип мышления.

Однажды я раздавал листовки и стал лучше разбираться в людях.

Мне было 27 лет. Я оказался в сложной ситуации. Уволившись с одной работы слишком долго искал новую. И в один прекрасный момент, подбивая бюджет осознал, что денег до первой зарплаты хватает едва-едва. И то, только в том случае, если я пару раз откажусь от роскоши в виде еды.

Я сел и стал думать, что можно сделать. Занимать у знакомых не хотелось. Брать кредиты - тоже. Можно было попросить помощи у родителей, но я решил оставить этот вариант как запасной.

В общем, я залез на авито и стал искать разовую подработку с выплатой день-в-день.

Мне повезло. В 15 минутах ходьбы от моего дома располагалось кафе-столовая. Им требовался раздатчик листовок, поскольку находились они за углом от проходного места и люди их не замечали.

Суббота и воскресенье. По три часа. Выплата каждый день, сразу по окончании. Сумма меня вполне устроила.

Стоять нужно было на Австрийской площади. Место не в самом центре города, но и далеко не окраина. Поговорив с владельцем и получив от него пачку листовок, я занял стратегически выгодную позицию у пешеходного перехода и принялся за дело.

Поначалу я хандрил. Мне 27 лет, а заниматься приходится такой фигнёй. Не дай бог ведь кто увидит. На всякий случай надел тёмные очки.

Но был июнь, стояла отличная солнечная погода. В футболке и шортах мне было комфортно. В ушах играл мой любимый плейлист. Вокруг были симпатичные дома, а проходящие люди легко брали у меня листовки и дружелюбно улыбались. Я и сам не заметил как начал улыбаться в ответ и настроение мало-помалу улучшилось.

И тут, спустя пару часов, по всем законам жанра я встретил знакомую. В мою сторону по каким-то своим делам шла моя бывшая однокурсница Олеся.

Я поплотнее надвинул на нос очки и принялся старательно разглядывать тротуар под ногами.

- Привет! А ты чего тут делаешь? - Услышал я знакомый голос и почувствовал, как начинаю краснеть. Начал что-то мямлить, но потом осекся и рассказал всё как есть.

- И чего? - Удивилась Олеся. - Ну и что здесь такого? Я понимаю, если бы ты милостыню просил и смущался. А тут - трудный момент. Они у всех бывают. Ты нашёл вполне достойное решение. Так что завязывай хернёй страдать.

Мы поболтали ещё пару минут. Потом попрощались. Олеся попросила писать и не пропадать. И уходя взяла у меня листовку.

После этого у меня на душе совсем отлегло. Я успокоился настолько, что даже снял очки, когда солнце ушло с того места, где я стоял.

Владелец кафе со мной расплатился честно. Так что на следующий день я приступил к раздаче листовок в прекрасном расположении духа. Трудности были вобщем-то позади. И далось мне это достаточно легко.

А потом я заметил ещё одну бывшую однокурсницу - Аню. Она не спеша шла в мою сторону, задумчиво глядя перед собой.

- Аня, привет. - Поздоровался я.

Она повернула голову в мою сторону и замедлила шаг. Сперва она посмотрела на моё лицо и у неё на губах стала проступать приветливая улыбка.

Но потом её взгляд скользнул на стопку тёмно-красных листовок у меня в руках. Глаза округлились, а улыбка сохранилась, но стала больше похожа на сдерживаемую гримасу отвращения.

- При… вет. - Поздоровалась она, не останавливаясь. - Я… Это… Тороплюсь очень сильно…

Набирая скорость, она с гадливой улыбкой осмотрела меня округлёнными глазами с головы до ног и умчалась вдаль.

Я посмотрел на листовки у себя в руках и пожал плечами. В конце концов - ей же хуже. А ведь могла бы получить тридцатипроцентную скидку на обед в кафе “Фиалка”.

Однажды я опаздывал.

Я проснулся в шесть утра.

Потом моргнул и на часах стало шесть тридцать.

Задумался о причинах такого аномального временного скачка - и стало семь часов.

Стал ломать голову: как вернуть упущенное время. А часы показывали уже семь тридцать.

Тут я рывком заставил себя подняться, включил кофеварку и задумался. Даже если сократить программу моих утренних сборов до минимума (то есть просто одеться и выскочить из дома) - всё равно опоздаю. Как минимум на полчаса. Наш директор Георгий Павлович очень не любит опаздывающих. Их вообще никто не любит, даже я. Но у него к ним какая-то особенная, личная неприязнь.

Я отписался в вотсапе своему непосредственному руководителю Олегу, использовав нейтральное слово "задерживаюсь". Насколько возможно быстро собрался и выскочил из дома.

В метро я проверил телефон. Моё сообщение в вотсапе всё ещё было непрочитанным. До начала рабочего дня оставалось семь минут. Я подумал и отстучал сообщение коллеге из смежного отдела Ирине. "Задерживаюсь на 40 минут. Олегу отписался. Не отвечает". На что получил ответ: "Сама опаздываю на полчаса. Отписалась Наде. Пока молчит". Надя была ириным руководителем.

Известие о том, что опаздывает ещё как минимум один человек кроме меня, придало мне энергии. Спустя сорок минут после начала рабочего дня, я ввалился в офис и рухнул в,своё кресло. Напротив меня сидела взъерошенная и раскрасневшаяся Ира.

- Пробки, - смущённо пояснил я.

- Ребёнка в садик отводила, - глядя куда-то влево, ответила Ира.

Дверь распахнулась и в офис торопливо заскочила Надежда.

- Ой коллеги, доброе утро. Машина с утра сломалась…

Минут через пять в кабинет вошёл Олег.

- Доброе утро, коллеги. - И поймав вопросительный взгляд Нади, невозмутимо пояснил: - К врачу заходил.

Спустя ещё десять минут, дверь снова отворилась. В офис неторопливым прогулочным шагом зашёл Георгий Павлович во плоти. Все присутствующие сделали лица велосипедистов на ответственной гонке, застучали клавишами и защёлкали мышками.

- Вот ведь погода какая дурная… - мечтательно глядя в окно, произнёс наш шеф. - Впервые за десять лет проспать умудрился… Доброе утро, коллеги!

Хорошо, когда в коллективе есть тот, кто говорит правду.

Источник  Пересмотрел фильм «Форсаж».

Однажды я не помог людям.

Мне было 15. Моему другу Артему – 17. Шли мы как-то жарким летом по проспекту. Никого не трогали. Пили пиво.

У тротуара стояла машина. Возле нее ошивались трое бритых парней в кожаных куртках. Когда мы проходили мимо, один из них обратился к нам.

- Э! Парни постойте!

- Нет. – Коротко ответил я и ускорил ход. Артем наоборот – притормозил.

- Да погоди ты. – Вполголоса сказал он. – Давай узнаем – может, случилось чего.

Что у парней случилось, я как-то интуитивно догадывался. Бритый парень мои догадки незамедлил подтвердить.

- Пацаны, тут такое дело, - Скороговоркой заговорил он, подойдя поближе. – Встряли мы тут конкретно. Бенза только до заправки хватит максимум. А у нас голяк…

- Нету у нас денег, - Прервал я парня, медленно увеличивая дистанцию между нами. Артем продолжал стоять как вкопанный с задумчивым лицом. – Артем, чего встал? Пойдем. И так опаздываем.

- Чего ты несешь? – простодушно удивился Артем. - Никуда мы не опаздываем.

- Короче, пацаны, - Обращаясь теперь уже персонально к Артему, продолжил бритый автолюбитель. – Выручите косарем. Доедем до заправки, нормально заправимся. Нам один товарищ долг отдаст. Мы сразу к вам - и рассчитаемся. Лады?

- Не лады, - Снова ответил я. Стоя уже метрах в пяти от парня. – Я ж говорю – нет у нас денег…

Но тут Артем поднял ладонь вверх, призывая меня к молчанию.

- А если дам косарь, - Хитро прищурившись, спросил он. – Через сколько вас ждать обратно?

- Да минут пятнадцать максимум, - Успокоил его парень. – Хочешь – вон время засеки.

Артем достал из кармана кошелек. Изучил содержимое. Достал пятисотенную бумажку.

- Только пятьсот есть.

Пятьсот парня вполне устроило. И секунду спустя, машина, подняв пыль столбом, резво умчалась вдаль.

Пятнадцать минут мы стояли в тишине. Артем изучал свои часы. Когда время вышло он поднял глаза на дорогу. Но там было пусто.

- Вот суки! – Гневно произнес он. – Ладно, все равно я их обманул.

- Каким образом? – Поинтересовался я. Артем самодовольно улыбнулся:

- Да на самом деле был у меня косарь.

До сих пор иногда думаю – почему я с ним дружил?

Всем спасибо за плюсы и подписки (божечки, солько вас, памагити!), продолжаю рассказ, как и обещала.

Итак, остановилась я на том, что ко мне в гости зашёл Сосновский Евгений Александрович, заведующий нейрохирургией, просто и понятно объяснив, что без операции я отныне гусеница.

Ну что же, я подписала документы, затем ко мне зашёл мой лечащий врач из нейрохирургии Бабаев Михаил Владимирович с интерном (тот всё хотел меня иголочкой потыкать, а мне хотелось в ответ потыкать в ответ иголочкой его, но оба обошлись без крайностей)  и меня начали готовить к операции. За 12 часов до самого действа вкатили мне пятивёдерную клизму, подключили пару аппаратов и оставили ночевать в реанимации, где меня уже из окна повторно хотели выкатить за слишком долгое нахождение (месяц). Так долго я пролежала там, потому что реанимация находится на первом этаже, и если я упала из-за суицида, то при повторной его попытке дальше морга в подвале я бы не улетела.

Утро наступает, меня катят в операционную, и я слышу "ой, опять эта девочка, и опять в мою смену, ну надо же!". "Ну блин", думаю, "раз в третий раз в чью-то смену, то это добрый знак".

Там безумно долго не могут поставить новый подключичный катетер (сейчас я понимаю, что из-за малого количества жидкости в организме), всё это под лекцию для начинающего анестезиолога, которая стоит справа и старается паниковать меньше, чем я.  Потом вкатывают, наконец, анестезию, мне сразу становится тепло и сладко, и я прихожу в себя уже в коридоре около операционных дверей, ощущая, как из меня вынимают интубацию (как это вообще правильно пишется? Реинтубируют? Деинтубируют?).

Воспринимаю и это, как хороший знак. Значит, поеду не в реанимацию, а в отделение...

Щазз!

В следующий раз прихожу в себя уже в нейрохирургической реанимации, лежу на сломанном правом боку, на спине огроменный горб (отёк), из меня торчат два ужасающих размеров дренажа гармошкообразного вида и я жутко хочу пить.

А, про что я забыла рассказать. Когда меня интубировали первый раз, сразу после падения, у меня все кровью залито было так, что работали наощупь, и из-за этого, видимо, повредили мне голосовые связки. Первый месяц я могла только тииихоо-тихо хрипеть, ну и плюс рваные лёгкие тоже голосу не добавляли. Из-за этого я не могла позвать медсестру что в первой реанимации, что во второй.

Спустя какое-то время ко мне подошел медбрат, лица которого я не помню. Запомнила только, что у него была татуировка на правой руке, забитая затем в черный квадрат. Это я тоже восприняла как хороший знак, татуированный татуированного поймёт! Оптимистка реанимационная, блин.

К моменту его прихода я уже заметила еще одну деталь (найди сто отличий ДО операции и ПОСЛЕ, ага). У меня была парализована по локоть левая рука. Кого бы я ни спрашивала про этот момент, все говорили, что либо не в курсе, либо "во время операции руки были привязаны выше тела, это пройдёт". Так вот, НЕ ПРОШЛО! Ну, вернее, как. По чесноку если, процентов на 80-то прошло, но безымянный, средний и указательный пальцы до сих пор почти ничего не чувствуют и плохо печатают. А в мае того года я даже зубную пасту из тюбика левой рукой не  могла выдавить, очень долго и тяжело разрабатывала и тренировала руку.

Полежала я в реанимации дней пять, а потом перевели меня в психиатрическую клиническую больница № 4 им. П.Б. Ганнушкина, в 15 отделение к Орлову Владимиру Алексеевичу (привет вам, если читаете это!) )

Я была несколько обескуражена подобным поворотом событий, но мне объяснили, что это обычная практика для летунов и прочих подозрительных личностей.

Тогда еще можно было в отделении пользоваться телефоном, выглядела я уже вполне нейтрально, но отказывалась переводиться из поднадзорной палаты, чем вызывала искренний смех заведующего: "Впервые слышу, что из этой палаты не хотят переводиться".

А мне просто плохо было, я боялась, что будут заставлять постоянно ходить.

У меня держалась температура, были стабильные боли в спине и началось, как бы это сказать... отделение экссудата от послеоперационной раны.

Короче, она начала гноиться. Серьезно и сильно.

Утро начиналось с перевязки, перед сном тоже перевязывали, и все равно рана стремительно опухала, с каждым днем все круче и круче, а при нажатии на область рядом  издавала звук "чпок" и между стежками пролезал гной. Ночью я спала со свежей перевязкой, и все равно утром мне меняли всё: перевязку, ночную рубашку, халат, простынь, наволочку - все было в гное. Вставал вопрос о переводе обратно, тем более, что психиатры единодушно пришли к выводу, что настолько тупым нужно давать премию Дарвина, а не справку из ПНД.

Всё решил мой ангел - Сосновский Евгений Александрович (зав нейрохирургией, если забыли. Он приехал, осмотрел меня и сказал, что надо ехать обратно.

Меня следующим днём и выписали. Из машины-перевозки я вернулась в ГКБ №81 имени В. В. Вересаева, в родной 10 корпус, но на последний этаж, в отделение гнойной хирургии, прямо в гостеприимные объятия Прошина Андрея Владимировича, моего врача в этом отделении.

Хорошо помню этот момент: меня с каталки скидывают на кровать и говорят раздеваться под простынкой, щас чиститься поедем. А в палате еще 5 человек, ко всем там мужья-сыновья-дети приехали, и тут я.

Короче, то ли я так долго раздевалась, то ли операционную рекордно быстро приготовили, но за мной приехали уже на этапе нижнего белья. А дальше схема уже известная: наркоз - темнота - палата.

Зашивать меня не стали, к моменту чистки у меня в спине было такое гнойное болото, что побоялись рецидива.

Заметка о том времени из того времени: "О, это больничное веселье...Только что мне делали перевязку и забыли про анестезию. Я лежала и чувствовала, как какой-то металлический инструмент шкрябает по позвонкам.

Ххххррррясь. Шшшшкккряяяяб. Гррррынь.

По моим. Живым. Позвонкам.

Ну и да. Мне опять распотрошили спину, так что это ещё недели две в больнице и одна операция"

Две недели. Аха-ха... Дааа, мы все тогда верили в лучшее...

Спустя 4 дня, 17 апреля, я внезапно проснулась утром, в которое все поняли, что легко не будет:

"Сегодня очень ранним утром, почесавшись во сне под воротом футболки, я неожиданно нащупала сначала края вооот такенной раны, а потом интимно погладила свой позвонок. Гладенький, но не мурчит...Стоп, чтоа?!

Бегом в перевязочную, сопли-слёзы до колен, на том же уровне болтаются бинты со спины отвалившиеся. Захожу.

Врач: - И?

Я: - Загляните за шиворот.

Врач: - Мне лень.

Я: - Я начинаю раздеваться.

Он: - Давай, я на такие предложения от симпатичных девчонок с радостью всегда. Или это угроза?

Я: - Я упала с 12 этажа, вся в шрамах, синяках и прочем, а половина моей спины - болото с гноем.

Врач: - фу, ладно, загляну... Ой блять быстро на каталку и снимай футболку, иначе я её срежу!

Пока он готовился, я содрала футболку и перед зеркалом покрутилась.

Лежать мне тут дофига, короче, в ширину края раны в не самом широком месте больше ладони. Врач, когда увидел, что я рану разглядываю, сквозь фейспалм и подготовку назвал долбанутой. А я просто любопытная и не брезгливая...

Ну вот. Так я получила внеочередную перевязку. Главное - диалог, а вы... Эх. Агрессия, агрессия..."

В тот день я в палате впервые с падения плакала. Перевязочная медсестра честно сказала мне, что даже с моими высокими темпами заживления, лежать мне здесь до сентября, если не найдут какой-то вакуум. Она, мой врач и заведующий отделением Якобишвили Яков Исаакович долго что-то обсуждали, а я лежала на своём спасительном левом боку, смотрела в окно на чистое-чистое голубое небо с обрывками облаков и молча плакала. До сентября. Еще полгода в больнице. Еще полгода боли. До сентября... Как сказать об этом маме?

А через два дня вакуум нашли :) Им оказался прибор, который высасывает из раны экссудат по трубочке. В спину, прям в самое нихачу, засовывается здоровенная (она реально огромная, с мою ладонь!) губка, из которой торчат два провода, которые ведут в аппарат, внешне похожий на радио (когда я сбегала погулять на 10 минут в прибольничный парк, у меня так прямо и спрашивали "а это что у вас, радио?").

То самое "радио"

Так мы с ним гуляли, ну или я на плечо его вешала, но оно вечно сползало, а должно было висеть ровно, потому что...

Потому что экссудат, да-да.

Пока я гуляла, заезжал бывший муж, выяснили на сравнении с ним, что я сантиметров пять потеряла в росте

Заодно передал подарки и открытки от друзей, а то я запретила кому бы то ни было приезжать, кроме мамы, болеть предпочитаю одна. Даже приезд Игоря она подстроила, когда ей лень ездить было)

В итоге, 20 мая меня все-таки выписали) Шрам к тому моменту не затянулся до конца, маме пришлось делать еще перевязки, но это уже мелочи.

Хотела написать про то, как опробовала такую штуку, как "анафилактический шок", как нашла труп в палате и еще о чём-то, но это все равно что боли описывать - скучно и неинтересно.

...Хотя нет, однажды я орнула от боли так, что три бабушки из пяти в моей палате обделались, и меня санитарки так потом и называли "три из пяти", но это уже другая история...)

Хочу сказать огромное СПАСИБО больнице им. Вересаева, а именно:

Никифорову Андрею Николаевичу, заведующему реанимации;

Чуич Наталье Георгиевне, врачу анестезиологу-реаниматологу;

Сосновскому Евгению Александровичу, заведующему нейрохирургии;

Бабаеву Михаилу Владимировичу, нейрохирургу;

Гудкову Демьяну Александровичу, хирургу;

Якобишвили Якову Исаковичу, заведующему гнойной хирургии

Прошину Андрею Владимировичу, хирургу

И травматологам, имен которых я не нашла на сайте, а мама моя не успела записать. Спасибо вам огромное!

Однажды я убедился, что счастье не в деньгах.

У дверей нашего офиса, на лифтовой площадке заменили кофейный автомат. И заодно, рядышком поставили ещё один - со снеками.

Ближе к концу рабочего дня я решил сделать перерыв и заодно заценить насколько продукция нового автомата отличается от бурды, которую выдавал прежний.

Пока готовился кофе - стал изучать ассортимент автомата со снеками и наткнулся на кое-что любопытное. На предпоследнем сверху ряду были выставлены сухарики. Одна из пачек сильно накренилась и держалась кое-как. На один ряд выше располагались увесистые и массивные круассаны. Я хмыкнул, забрал свой кофе и вернулся в наш кабинет.

- Ты чего такой задумчивый? - поинтересовался мой сосед по рабочему столу Сергей, оторвавшись от монитора.

- Ты в курсе, что в автомате с едой можно бонус получить? - Ответил я вопросом на вопрос.

- В смысле? Как?

Я кратко обрисовал ситуацию.

- Да ладно?! - моментально оживился Серёга. В глазах у него зажёгся огонёк азарта. - Ну-ка пойдём, попробуем!

- Да на фига тебе эти сухарики и этот круассан?

- Ты не понимаешь! Тут дело принципа! - ответил мой коллега срываясь с места. - Мне в принципе интересно - сработает твой план или нет!

Я ничего не ответил. Мне тоже стало интересно.

- Ничего у вас не получится. - Хмуро бросил наш коммерческий директор, не отрываясь от монитора. Мы замерли у дверей.

- Почему - не получится, Павел Эдуардович? - печально спросил Сергей.

- Потому что он поломанный. Купюры не принимает. С утра ремонтник приезжал, чинил. Автомат полчаса нормально проработал, а потом опять перестал деньги брать.

В воздухе повисло разочарование.

- А монетки? - поинтересовался я.

- Хм, - нахмурился Павел Эдурдович, - а вот монетки-то он может и принимает…

- Красавчик! - опять оживился Серёга и хлопнул меня по плечу. - Мы снова в игре. Погнали!

- Так. Ну с богом. Понеслась! - сказал Сергей, запихав в автомат мелочи на стоимость круассана.

Он тщательно проверил номер товара, протёр глаза и осторожно, как сапёр обезвреживающий бомбу, нажал нужные кнопки.

Мы, двое тридцатилетних мужиков, затаив дыхание ждали, что будет дальше.

Автомат заработал и у меня ёкнуло сердце. Мой план строился на том предположении, что механизм просто выталкивает товары из ряда и они падают вниз. Тяжёлый круассан должен был сбить лёгкие сухарики. Но я не заметил, что конкретно у этой модели есть уловитель - широкая матерчатая лента на всю длину ряда. Которая поднималась к нужной полке с продуктами, ловила падающий товар и аккуратно опускала его вниз. Это рушило весь план.

Серёга, судя по его лицу, тоже это понял. Он с досадой сморщился и горестно простонал:

- Ой-ёй…

А потом случилось вот что. Стремительно поднимаясь к полке с круассанами, уловитель краем ленты шлепнул по пакетику с сухариками. И тот, красиво кувыркнувшись приземлился на дно автомата.

- Даааа! - заорал Сергей.

Затем лента аккуратно спустила вниз круассан.

- Даааааа!!! Сработало! Дай пять! - Серёгино лицо расплывалось в широкой счастливой улыбке. - Победа!!!

Он вручил мне круассан и, помахивая пакетиком с сухариками, пружинистой походкой отправился в кабинет - рассказывать о случившемся.

Я смотрел ему вслед. Мы проработали вместе больше двух лет. При мне Серёга заключил два крупных контракта, которые существенно увеличили его зарплату. Но таким счастливым я не видел его никогда.

Universal и Вин Дизель официально подтвердили дату зарубежной премьеры одиннадцатой части "Форсажа" – заключительный фильм франшизы выйдет 17 марта 2028 года.

Исполнитель роли Доминика Торрето разместил фотографию с покойным Полом Уокером. К снимку прилагалось послание, судя по всему, намекающее на название ленты – Fast Forever:

Никто не говорил, что путь будет лёгким... но это наш путь. Путь, который нас определил и стал нашим наследием... А наследие... живёт вечно.

https://www.instagram.com/p/DUJJ1fVj0V8/?utm_source=ig_embed&ig_rid=35f9e345-0485-4289-a5a6-0dd25c8cc7fa

Детали сюжета одиннадцатой части пока не раскрываются, но фильм продолжит события десятого "Форсажа", вышедшего в 2023 году. По информации Collider, режиссёром снова станет Луи Летерье, а съёмки начнутся в ближайшее время.

  Осенью прошлого года появились сообщения о том, что Universal настаивает на сокращении бюджета финального фильма франшизы. Как это повлияет на масштаб проекта, пока неизвестно.  

Источник

Однажды я прогулял школу.

Учился я классе в седьмом. Как-то проснулся с утра и понял - да вот ну его на фиг. Вчера в школу ходил, позавчера - тоже. Нечего учителей баловать. Хорошего понемножку. И остался дома.

Как назло, неожиданно вернулась мама. Она нахмурила брови и сжала губы.

- Ты почему дома? - спросила она. В квартире вдруг стало так тихо, что я услышал как в соседней комнате ходит кот.

Я начал рассказывать сложную и запутанную историю, не имеющую определенного конца. Мама некоторое время слушала и пристально смотрела на меня. От ее взгляда моя история становилась еще путанее, а щеки - краснее.

- Короче ты прогулял? - в конце концов уточнила она. Я стыдливо кивнул.

Мама произнесла краткую, но очень доходчивую речь о недопустимости прогулов и важности образования. Затем она удалилась, а я остался в комнате один на один с чувством вины. Этим чувством пропитались все мои обычные игры и развлечения. Поэтому я уселся на подоконник и уставился в окно.

В комнату заглянула мама.

- И чего, - спросила она, - ты теперь весь день так собрался просидеть?

Я кивнул и постарался выразить на лице всю степень раскаяния.

- Не будь дураком. - Мягко сказала мама. - Ты уже прогулял уроки и этого никак не отменить. Так хотя бы получи от прогула удовольствие. А то ты сделал глупость, так еще и выходит - понапрасну сделал.

Я недоверчиво посмотрел на нее.

- Сын, не делай того, о чем будешь потом жалеть. А если уже сделал, так не жалей. На кухне есть конфеты и можешь включать свою приставку.

На секунду она снова нахмурила брови и добавила:

- Но только попробуй мне двоек нахватать…

Мамин совет имел спорную педагогическую пользу - прогуливал я впоследствии много и часто. И вырос, если уж называть вещи своими именами - сказочным раздолбаем.

Но зато совершенно счастливым.