Срочно в номер!

Недельному ивенту посвящается :)

Редактор городской газеты Николс тосковал. Даже шикарный вид, открывавшийся перед его глазами, не поднимал настроения. А сегодня было на что посмотреть: с утра ярко светило солнце, легкий ветерок сметал пыль с крыш, и над улицами висело нежно-желтое облако, в которое то и дело вырвались белые клубы пара от проезжающих машин. На окраине, над городской прачечной, клубился пар серый, тяжелый, по еле заметной железнодорожной нитке то и дело пролетали длинные темные облака от поездов, спешащих к вокзалу или от него. Пар пыхтел, ворочая колеса трех мельниц, раскручивая карусель в парке, поднимая из реки воду...

Город работал, как часы. Люди весь день работали с ним наравне, не тратя время на лишнюю суету. Вечером они оставят свои рабочие места, умоются, переоденутся в чистое и пойдут домой.

- А по пути они захотят купить вечернюю газету с новостями, - возмущенно произнес Николс. – А где я им возьму новости? Они их сделали? Кто из них затеял драку, прогорел на бирже, бросил жену или хотя бы подвернул ногу, выходя от мясника? Никто. Они не желают делать новости, они хотят их читать! Стефан! Ты меня слышишь?

Стефан, щуплый юноша, стоявший в углу за конторкой, нервно дернулся и почесал левое плечо.

- Я превосходно слышу вас, господин редактор, - отрывисто сказал он, поднимая глаза от бумаг.

- Тогда давай-ка подумаем вместе.

Николс принялся ходить по большой комнате, по привычке рассуждая вслух.

- Давай поищем в городе слабое место. Вот есть у нас мост. Он в каком состоянии? Вдруг он на грани и вот-вот рухнет?

Стефан вытащил из шкафа у стены длинный каталог, забитый толстыми папками, и начал в нем копаться.

- Мост ремонтировался год назад, - бодро отрапортовал он, найдя нужную. – Полностью проверены быки, обновлены подвески, арки вычищены до блеска.

Николс поморщился.

- Ладно. Я слышал, что мостовая в районе завода совсем разбита, автомобили не могут проехать. Может, прилюдно осудим?

Стефан снова зарылся в бумаги.

- Мэр просил повременить, на следующей неделе начинается капитальный ремонт. Вот официальное письмо.

- Проклятье, - пробормотал Николс. – Мэр слишком шустрый у нас. Ну а что с зоопарком? Который год обещают привезти льва и этих… змееядов что ли.

- Муравьедов. Привезли в прошлом году, мы с женой уже два раза ходили смотреть.

Упомянув жену, Стефан смутился и покраснел. Женат он был третий год, но все никак не мог привыкнуть к свое маленькой, нежной и очень строгой «старушке».

Николс, закоренелый холостяк, демонстративно закатил глаза.

- Дом престарелых только вот… - поспешил сменить тему помощник. – Там творится что-то странное. Я бы даже сказал, необычное.

- Так-так-так! Ну-ка подробнее.

Стефан выловил из вороха бумаг в конторке ту самую, над которой сидел все утро, и еще раз бегло перечитал ее, будто сомневаясь в себе.

- Вы же знаете, что в нашем доме престарелых запрещена работа? – спросил он наконец. – Любая работа. Старики здесь должны только отдыхать или заниматься творчеством. Это обязательное условие. Обусловлено тем, что…

- Да знаю я, чем оно обусловлено, - перебил его Николс. Ему не хотелось слушать цитаты из городского кодекса, тем более, что помощник знал его почти наизусть и относился к нему очень трепетно. – Если работаешь с шестнадцати лет, очень просто двинуть кони в пятьдесят. А стариками не разбрасываются.

- Именно! Но вчера один из моих… кхм.. знакомых…

- Шпиков.

- Агентов! – возмущенно поправил Стефан. – Сказал мне по секрету, что один из постояльцев дома престарелых правило нарушил.

- Что, подмел в своей комнате? – спросил Николс, пряча за ехидством возрастающее беспокойство.

Стефан обиженно сжал губы.

- Знаете, господин редактор, если вам не нравятся мои методы и моя работа, я могу уйти. Отец Оливии зовет меня на железку, обходчиком. Между прочим, там льготы!

- Ну-ну, - примирительно протянул Николс. – Не горячись. Ты же знаешь, как я тебя ценю.

Стефан знал, и только поэтому, посопев и выдержав паузу, протянул Николсу бумагу. Тот нетерпеливо выхватил ее и погрузился в чтение. Через минуту он поднял глаза и ошеломленно уставился на помощника.

- Но как, Стефан? – свистящим шепотом произнес Николс. – Как? За ними же там следят! Там же персонала почти две сотни... А этот дед… Погоди, да не может быть. Нет ли фотографии?

Скрывая торжествующую улыбку, Стефан выудил из конверта большой картонный лист. Николс мельком взглянул на него, ахнул, и от радости крепко ударил помощника по плечу.

- Ты опять спас газету! Меня, наборщиков, печатников, мальчишек-разносчиков – ты спас всех! А я всегда знал... Всегда говорил! Ты наше сокровище, Стефан. В печать, сукины дети, в печать немедленно!!

Город встречал вечер, нежась в легких осенних облачках. Уже не так пыхтели по улицам автомобили, пекари выставили на прилавки новые ряды свежего хлеба, молочники снова завертели педали велосипедов, нагруженных бидонами, мостовые начали заполняться народом. Из ворот типографии начали выбегать мальчишки с охапками газет. Прочитав заголовок, они округляли глаза, выпячивали губы, толкали друг друга локтями, в общем всеми способами выражали свое удивление и ужас. Наконец, заходящее солнце коснулось шпиля городской ратуши, и по улицам полетел стук множества мальчишечьих сандалий.

- Молния! Газета-молния! – понеслось по сонным улицам.

- Внимание, срочное сообщение!

- В доме престарелых!

- Посадил дед репку!

- И выросла репка! Большая-пребольшая! Молния, срочные новости!

Почти всегда беру камеру и прусь на балкон, как только начинает сверкать. )

Спрайт - удивительное явление из мира разрядов и довольно вкусный лимонад. Но разряд в первую очередь!

Итак, спрайт - разновидность молний. В отличие от обычных молний, которые развиваются на высоте до 20 км, эти товарищи развиваются на высоте около 100 км и могут тянуться на десятки километров как в длину, так и в диаметре. На такой высоте довольно разреженная атмосфера, поэтому требуемое напряжение для пробоя меньше, чем для обычных молний.

Обратите внимание, что спрайт имеет красный оттенок в отличие от обычной молнии - дело в том, что на такой высоте преобладает азот, который и дает красное свечение (в отличие от кислорода, который больше в синие оттенки).

Полноценного физического объяснения я не нашел, скорее всего, его пока и нет. Очевидно, что это форма разряда, но не ясны точные условия, при которых спрайты развиваются. Считается, что спрайты развиваются во время сильных гроз и являются разновидностью разряда в холодной плазме (механизм такой же как свечение в газоразрядных трубках, которые используют в различных лампах).

Спрайт проходит очень быстро - не дольше 0.1 секунды, обычно значительно быстрее.

А вот так спрайты выглядят вкупе с остальной грозой. Увидеть вполне даже можно.

Читаю новости своего города и снова подгорает и у меня и у комментаторов от новости:  девочка-школьница ехала в маршрутке и хотела оплатить, как положено, социальной картой или  школьным проездным, не имеет значения, а водила сказал нафиг мне твоя карточка не нужна плати -  либо переводом, либо наличкой.  Выложенна фотография с номером телефонна водителя, номер маршрутки и так далее.

Ну думаю, сейчас почитаю комментарии, что там будут сейчас поливать говном водителя, организацию-перевозчика и прочее. Но удивило меня другое: вы представляете, что очень много защитников маршрутчиков, пишут что водителю надо что-то кушать, он должен зарабатывать деньги, с этих соц карт, проездных и с этих терминалов ему ничего не идёт, а наличные это единственный источник его дохода.

Проездной тоже стоит денег,  школьной проездной тоже - за него какие-то деньги родители платят, а то что потом водитель что-то недополучает - это сугубо проблема водителя и его работодателя.

Защищают, понятное дело,  сами маршрутчики😁 иного объяснения я не вижу.

Ну тут вопрос в другом: то что кто-то переводит лично на карту водителю - это является самой настоящей тоже коррупционной составляющей,  даются деньги в обход всего и вся. Это несет за собой массу последствий, хотя-бы те, что  будут (и есть) жалобы на то, что старые маршрутки, новые не покупаются и так далее и тому подобное.

Люди у нас боятся отстаивать свои права. Почему - неизвестно. Расскажу за себя : мне поскандалить не лень, я уже взрослая женщина, жизнь повидавшая 😆 но только в том случае, если я права.

Например заходя в ту же маршрутку, ищу номер телефона на котором написано, что если у водителя не работает терминал, то позвоните по номеру или если водитель требует оплату перевода на номер телефона.

Процентов 10-15 всех моих поездок - это заряд бодрости либо с утра, когда терминал, якобы, не работает, либо вечером когда тоже какие-то неполадки с терминалом или там ещё какие-то проблемы. Никогда не перевожу и переводить не буду - имею право платить терминалом, вплоть до того, что не заплачу -  буду ехать бесплатно, выгнать он меня не имеет права, я сразу милицию вызову.

— Когда можно приехать за номерами? — небрежно спросил Фролов, позвонив по объявлению.

— Здравствуйте. За номерами?.. Так я же машину продаю… — удивилась женщина-продавец.

— Ведро с гайками себе можете оставить, а мне номера нужны. Откуда они у вас такие, если не секрет?

— Из ГАИ, когда оформляли, нам их там и выдали… — не понимала сути вопроса женщина. — А вам зачем номера? Машина же на ходу еще. Муж говорил: подварить, подкрасить, пыль с панели протереть и еще лет пятнадцать можно ездить.

— Хорошо, — Фролов старался держаться холодно и не выдавать переполняющую его радость, — через час готов приехать забрать.

— Ой. Ну… ну приезжайте, я сейчас тогда салон пропылесошу.

— Ок.

Фролов был тот еще щеголь: золотой ребенок, пафосная молодежь. Брендовая одежда, брендовая техника, брендовые девицы. Внимание и уважение для него являлось жизненной необходимостью — без этого он чах и терял самоуверенность. А тут такой крутой автомобильный номер по цене прошлогоднего айфона. Нужно только доехать до какой-то мухосрани. Хорошо, что в мире остались ограниченные идиоты.

Через час Фролов уже стоял возле белых «жигулей» с ярко-красными полосками. На заднем стекле машины прицелом выделялся крест, а на дверях — выцветшая надпись: «Медицинская служба». Но главным здесь был хромированный бампер, гордо держащий драгоценный номер «Т333ТТ».

— Муж всегда говорил, что ТТТ — это тьфу-тьфу-тьфу, он после каждого вызова плевал так через плечо, — с наивной улыбкой объясняла полненькая и вспотевшая от уборки салона хозяйка. — Он на этой машине двадцать лет фельдшером отработал у нас в городе. За свой счет ее покупал, сам за рулем ездил.

— Угу, угу, — без интереса кивал Фролов, прикидывая, как бы ему поскорее оторвать благородные цифры и буквы от этой скверны на колесах.

— Вы, кстати, молодой человек, можете и сами на ней еще поработать. И клеить ничего не нужно, — женщина пальцем придавила отошедший край буквы «ж» в слове «служба», но тот снова отлип.

— Спасибо, — рыгнул Фролов и отсчитал наличку.

Через два дня на пункте скупки металлолома от машины оторвали двери с надписями, сняли стекла, вытащили все органы и еще живые сиденья, а затем обескровленную и выпотрошенную «четверку» без какого-либо уважения расчленил газовый резак.

Очищенный и обновленный номер теперь красовался на новеньком кроссовере, подаренном Фролову родителями на окончание института.

После оформления машины Фролов решил сделать круг почета по городу, чтобы оповестить весь белый свет о своем приобретении. Горячая кровь бодро циркулировала по молодому организму, и правая нога Фролова работала как пресс, вдавливая педаль газа в пол и заставляя стрелку спидометра быстро ползти вверх.

Красные сигналы светофоров, камеры, пешеход, шагнувший на двухмерную зебру, — все эти препятствия и возможные штрафы вызывали у водителя лишь скуку, и он бессовестно игнорировал их. Но вот внезапное падение оборотов двигателя Фролов игнорировать не мог. Машина не слушалась, на грубости и другие истерики водителя не реагировала. Фролов давил на газ, словно пытался накачать надувной матрас ножным насосом, но машина тормозила и вот-вот должна была остановиться. Свернув с главной дороги, Фролов накатом добрался до каких-то гаражей, где машина окончательно заглохла.

Фролов крутил ключом, снова ругался, затем вызвал по телефону эвакуатор и собирался перемыть кости всему гарантийному отделу салона, где купил машину. Покинув автомобиль, он обошел его, зачем-то попинал колеса и собирался зайти за гаражи, чтобы немного растопить снег собственными жидкостями, как вдруг заметил возле ворот одного из гаражей чье-то тело.

«Задолбали эти бичи», — подумал Фролов и отправился за гараж делать свои грязные дела. Закончив, он снова взглянул на человека. Судя по одежде и гладко выбритому лицу, а еще дорогому телефону, лежащему рядом с мужчиной, это был никакой не бомж. Фролов подошел ближе и заметил валяющийся рядом увесистый лом. Очевидный вывод напрашивался сам собой: падение было делом рук коварной воды, но не огненной, как поначалу решил Фролов, а замерзшей. Дядька явно расчищал вход в гараж ото льда. Молодой человек попытался растолкать мужчину, но тот никак не реагировал. Нащупав пульс на скукожившейся от холода руке, Фролов достал из кармана телефон и набрал номер скорой.

— Ожидайте бригаду, — сухим голосом ответили ему по телефону и, дав какие-то вводные по первой помощи, попросили дождаться врачей. Но у Фролова и так не было выбора.

«Вот мне делать-то больше не… И надо же было этому корыту сломаться!»

Пока не земле остывал человек, у Фролова остывали его драгоценные понты.

Скорая не спешила, эвакуатор тоже; пострадавший не просыпался и менялся в цвете, как неопытный хамелеон. Снег белый, а мужик — синий. Фролов начинал психовать.

«Да чтоб тебя!»

С этими словами он открыл заднюю дверь своей машины и, не скрывая брезгливости, вцепился в мужчину. Приподняв его, молодой человек заметил красное пятно там, где только что лежала голова. Впервые в жизни вскрыв автомобильную аптечку, Фролов достал бинт и, периодически потирая свой текущий нос, сделал из мужчины Тутанхамона, забинтовав ему половину головы и лица, а затем затащил на заднее сиденье, обещая, что позже вышлет счет за химчистку.

Сев за руль, Фролов без какой-либо надежды крутанул ключом. Машина рыкнула, загорелись приборы, задула холодным воздухом печка.

— Че за прикол? — спросил у Вселенной водитель, но Вселенная промолчала в ответ.

Не желая больше тратить свое золотое время, Фролов поехал к ближайшей больнице, надеясь как можно скорее вернуться на свой воображаемый подиум.

Не без проблем и дополнительной ругани с персоналом, Фролов сдал болезного в травмпункт и, отменив скорую и эвакуатор, вернулся на главную дорогу. Включив погромче музыку, чтобы выветрить из памяти неприятные события, он мчался вперед, плохо подпевая голосам, льющимся из колонок. Не проехав и трех километров, водитель снова почувствовал неладное. Руль не слушался, поворотники включались сами собой, а тормоза, наоборот, не срабатывали. Машина шла юзом и игнорировала дешевые Фроловские угрозы продать ее за бесценок.

Всё произошло быстро и на глазах самого Фролова. Впереди, в трехстах метрах от светофора, на котором его машина остановилась, произошла авария. В одной точке пешеходного перехода сошлись две непредсказуемые стихии: таксист и курьер на электровелосипеде. Оба нарушили правила: один не пропустил пешеходов, спеша на заказ, другой тоже торопился на заказ и не спешился при пересечении улицы.

Фролов попытался свернуть, чтобы не приближаться к аварии, но машина знать ничего не хотела и тащила его прямиком к месту происшествия, с которого уже скрылся таксист.

Курьер был жив и изнывал от боли. Его рука была изогнута под прямым углом и напоминала ту самую букву, на которую начинаются многие плохие слова и популярная болезнь желудка.

Машина Фролова заглохла в метре перед потерпевшим.

Совершенно не понимая, что происходит, Фролов тоже вспомнил много слов на ту самую букву и адресовал их своей машине, дополнив прилагательным «китайское». А потом бросил еще пару слов в адрес уехавшего таксиста.

Курьер смог сам встать, а значит, травм с позвоночником у него, вероятно, не было, но от срочной госпитализации человек бы точно не отказался. Машина Фролова по-прежнему не заводилась. В голове парня возникла пугающая теория.

 — Слышь, болезный, сядь-ка в машину, — обратился Фролов к курьеру.

Тот, кажется, намеревался отказаться, но Фролов намекнул, что недалек тот час, когда болеть будут обе руки, и курьер повиновался. Машина тут же завелась. Проклиная всё на свете, Фролов помчал в сторону больницы.

— Вы наш новый водитель, что ли? — спросила уже знакомая женщина в приемной.

— Тьфу-тьфу-тьфу, — сплюнул он в ответ и, поймав себя на страшной мысли, выругался.

Фролов мчал как безбашенный «шашист»: обгоняя, резко перестраиваясь и проскакивая перед трамваями. Он решил как можно скорее добраться до дома и оставить свои понты для обитателей парковки, надеясь, что завтра странная напасть его минует; но до завтра было еще далеко.

Фролов был готов в жизни ко многому: к большим деньгам, большой любви, большой популярности и большим перспективам, но вот к чему он не был готов, так это к тому, что придется принимать роды, а больше никого рядом для помощи не будет…

Фролов стоял на очередном светофоре, когда пассажирская дверь его машины открылась и на заднее сиденье взобралась женщина, готовая вот-вот явить миру нового человека.

— Вы кто? — спросил испуганно Фролов, не понимая, как вообще женщина смогла открыть заблокированную дверь.

— Я заказывала до третьего роддома, — обливаясь по́том, пыхтела женщина.

— Это не такси! — закричал Фролов, и женщина закричала в ответ, но то был крик безысходности, а не злости.

— Да вашу ж налево! — выругался Фролов и ударил по газам.

Впервые его навыки хамского вождения приносили пользу. Фролов нарушал все известные правила, а сзади готовилось что-то страшное. К роддому он подъехал вовремя, но столкнулся с самой непробиваемой, жестокой и принципиальной силой в мире — оператором шлагбаума. Фролова не пропускали, а сзади уже появлялся новый пассажир.

Роды прошли успешно. Подоспевшие к их окончанию врачи предложили юному «акушеру» перерезать пуповину, но тот лишь чудом не падал в обморок.

Через пару часов об этой истории уже знал весь город, а экстремальную езду Фролова засняли более пятнадцати камер, и записи эти транслировались по всему интернету. Штраф набежал приличный, Фролову даже светила уголовная ответственность. Но когда про пафосного водителя рассказал курьер и тот дядька, что потерял сознание, администрация города совместно с ГИБДД решили пойти на компромисс. Герою-лихачу дали выбор: лишение прав и условный срок или полгода работы водителем в скорой помощи за полноценную оплату плюс стаж в трудовой книжке.

Фролов подумал, что скрутит проклятые номера и, отработав положенный срок, вернется к своей привычной беспечной жизни, где за всё платят папа с мамой. Но когда в новостях написали, что пассажирка-роженица назвала в его честь сына, он изменил свое решение. Что-то в его ветреной, набитой исключительно самодовольством голове щелкнуло. Фролову понравилось быть героем. Впервые в жизни его уважали за дело, и это, черт возьми, было жутко приятно.

— У меня тогда тоже есть условие, — сказал Фролов. — Я буду работать на своей машине.

Так сложилась жизнь, что перед пандемией я провела зиму в ЮАР, в пригороде Йоханнесбурга. Развлечений там особо не было, жили мы за колючей проволокой под током, под шлагбаумом (въезд строго при предъявлении паспорта). Место очень красивое, на холме, виды шикарные, свободного времени почти не было (полдня в неделю). И одно из развлечений было смотреть на Луну в телескоп по вечерам или рано утром, а второе фоткать молнии. Еще пару дней нас развлекали толпы бабочек, которые мигрировали куда-то на Мадагаскар, а потом толпы какой то саранчи. Ну и ящерицы повсеместно)) А грозы там были знатные, почти такие же шикарные как закаты. 

Принудительный разряд грозовых облаков, производится выстрел снаряда с металлическим тросом, по которому спускается разряд.

Реддит

Балда прошел сквозь портал первый раз. Но он знал, хорошо выспавшись, конечно, кроме монстра там не было никого кто мог знать где его питомец.

#memes #funny #cartoon

Пуэрто-Рико, попадание молнии в группу подростков на пляже. Вроде как все живы, но один тяжелый. 

Не дождалась коточетверга. Вчера на учёбе рисовали кота, у меня получился вот такой. Тут всё по-честному акварельно - белые блики, усы и щётки в ушах зарезервированы специальной жидкостью, а не нарисованы белым поверх краски. 

Накрасила сегодня разворот в скетчбуке. Пробовала лить краску на бумагу, а не работать с кисти. Непривычно, но интересно.

UPD: comment#fcf997 Коротнул щиток при подключении внешнего источника питания

santiago borja