Фермерство

Археолог, изучающий методы ведения сельского хозяйства в прошлом на северном побережье Перу, утверждает, что эти модели могут помочь справиться с нынешними климатическими кризисами.

УВИДЕВ СЕВЕРНОЕ ПОБЕРЕЖЬЕ Перу впервые, вам будет трудно поверить, что это одна из самых сухих пустынь в мире .

В некоторых частях региона за год выпадает менее дюйма осадков . Тем не менее, вода и зелень повсюду. Это агропромышленный центр страны, и благодаря оросительным каналам почти каждый сантиметр поймы покрыт прибыльными экспортными культурами , такими как сахарный тростник, спаржа и черника.

Однако кажущийся успех этой системы скрывает ее внутреннюю хрупкость.

Нехватка воды преследует регион на протяжении веков, а современные изменения климата в сочетании с агропромышленной практикой ещё больше усугубили засухи . В ответ на это перуанское правительство в последние годы инвестировало миллиарды долларов в ирригационную инфраструктуру, призванную обеспечить подачу большего количества воды из источника, расположенного более чем в 160 километрах от него: ледников в Андах.

Однако ледники Анд исчезают по мере повышения глобальной температуры. С 1962 года площадь ледников Перу сократилась более чем на половину. В то же время частота и интенсивность наводнений, часто связанных с влажными годами Эль-Ниньо, увеличиваются . Эти наводнения часто разрушают или блокируют критически важную ирригационную инфраструктуру.

Как археолог, изучающий реакцию общества на экологические и климатические катастрофы в Перу, я стремлюсь разобраться в истории сложных систем , чтобы понять, как улучшить аналогичные системы сегодня . Чтобы понять уязвимость центральной части Перу, полезно обратиться к далёкому прошлому.

Большая часть современной сети каналов возникла ещё в доиспанские времена, более 1400 лет назад. Однако данные свидетельствуют о том, что, хотя системы каналов прошлого, возможно, и выглядели подобно современным, они функционировали более эффективно и гибко . Ключ к адаптации к нашему нынешнему и будущему климату может заключаться в понимании систем знаний прошлого — не только оборудования, технологий или инфраструктуры, но и того, как люди их использовали.

СРЕДА КРАЙНОСТЕЙ

Северное побережье Перу — это крайность.

Тысячи лет назад в этой пустыне общества сталкивались со многими из тех же проблем, которые порождает современный климатический кризис: расширение засушливых земель, нехватка воды, уязвимые системы производства продовольствия и частые, сильные стихийные бедствия.

Однако люди не только обитали на этой территории тысячелетиями, но и процветали там. Общества моче и чиму создали сложные политические и религиозные институты, искусство и технологии, а также одно из крупнейших пирамидальных сооружений в Америке.

Когда вскоре после 1532 года испанцы прибыли на пустынное северное побережье Перу, ранние летописцы отмечали зеленые долины по всему региону.

Испанцы сразу осознали важность сети каналов. Подобная технология строительства каналов применялась в Испании на протяжении веков. Поэтому они начали привлекать коренное население и адаптировать ирригационную систему к своим целям.

Однако всего несколько десятилетий спустя исторические записи описывают песчаные дюны и кустарники, вторгающиеся в зеленые долины, нехватку воды и мощное наводнение Эль-Ниньо в 1578 году, которое едва не положило конец молодой колонии .

Каким же образом аборигены добились успеха в освоении этого ландшафта, в то время как испанцы и современный агропромышленный комплекс неоднократно терпели неудачу?

КУЛЬТУРНЫЕ ЗНАНИЯ ИМЕЛИ РЕШАЮЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ДРЕВНИХ СИСТЕМ КАНАЛОВ

Древние верования, обычаи и нормы — то, что археологи называют культурой, — были фундаментально интегрированы в технологические решения в этой части Перу в древности. Изоляция и удаление инструментов, основанных на этих знаниях, сделали их менее эффективными.

Ученые, политики и заинтересованные стороны, ищущие модели устойчивого сельского хозяйства и адаптации к изменению климата, могут обратиться к археологическим данным. Успешное применение прошлых практик к современным вызовам требует изучения культур, которые так долго эффективно использовали эти инструменты.

Доиспанские общества Перу разработали принципы ведения сельского хозяйства с учетом реалий пустыни , которые включали как засушливые сезоны, так и внезапные наводнения.

Крупномасштабная ирригационная инфраструктура сочеталась с недорогими, легко модифицируемыми каналами . Акведуки также служили отстойниками для сбора питательных веществ. Ответвления каналов отводили как речную, так и паводковую воду. Даже защитные дамбы – небольшие плотины, используемые для борьбы с мощными паводками – действовали несколькими способами. Обычно построенные из насыпного булыжника и гравия, они снижали энергию внезапных паводков, удерживали богатые отложения и пополняли уровень грунтовых вод.

Первоначальные неудачи испанцев на северном побережье иллюстрируют проблему попыток перенять технологию без понимания стоящих за ней культурных основ: хотя по форме они могут быть идентичны, испанский канал — это не канал моче.

Испанские каналы эксплуатировались в умеренном климате и управлялись отдельными фермерами , которые могли поддерживать или увеличивать поток воды. Каналы Моче и Чиму были связаны со сложной системой труда , которая синхронизировала очистку и обслуживание, а приоритетом было эффективное использование воды. Более того, каналы Моче функционировали совместно с каналами отвода паводковых вод, которые активировались во время Эль-Ниньо, создавая ниши для повышения сельскохозяйственной продуктивности в условиях стихийных бедствий.

Земледелие в пустыне требовало от инфраструктуры гибкости и многофункциональности . Достижение этого часто означало отказ от непроницаемых материалов и капитальных конструкций, что резко контрастирует с современными методами строительства водохозяйственных сооружений.

КОПИРОВАНИЕ ДРЕВНИХ ПРАКТИК БЕЗ КУЛЬТУРНЫХ ЗНАНИЙ

Сегодня правительство Перу реализует многомиллиардный проект, начатый несколько десятилетий назад, по доставке воды на северное побережье из реки, питаемой ледником.

Проект «Чавимочик» обещает грандиозные преобразования, превращая пустыню в плодородные сельскохозяйственные угодья. Но он может принести в жертву долгосрочную устойчивость ради краткосрочного процветания.

Проект использует временное обилие талой ледниковой воды. Это вызывает резкий приток воды по мере таяния льда, но за этим неизбежно последует разрушительный спад, поскольку ледники практически исчезнут, что, по оценкам учёных, может произойти к концу XXI века

Между тем, устойчивые методы землепользования, применявшиеся коренными жителями в прошлом, продолжают поддерживать экосистемы сотни и даже тысячи лет спустя. Исследования показывают более высокий уровень биоразнообразия , критически важного для здоровья экосистем, вблизи археологических памятников.

На северном побережье Перу доиспанская инфраструктура продолжает удерживать паводковые воды во время Эль-Ниньо. Когда их современные поля затапливаются или уничтожаются этими явлениями, фермеры иногда перемещают свои посевы в районы, прилегающие к археологическим памятникам, где кукуруза, тыква и фасоль могут использовать накопленную воду и отложения и безопасно расти без необходимости дополнительного орошения.

Критики могут указывать на сложность масштабирования древних технологий для глобальных приложений, считать их примитивными или предпочесть присвоить дизайн, не утруждая себя пониманием «культурной составляющей».

Но такой подход упускает из виду главное: эффективность этих технологий определялась культурным фактором. Не только инструментами, но и тем, как они использовались в обществах, которые их эксплуатировали. Пока современные инженерные решения пытаются модернизировать древние технологии, не принимая во внимание культурные особенности, которые их обеспечивали, эти проекты будут испытывать трудности .

ПОНИМАНИЕ ПРОШЛОГО ВАЖНО

Археологи играют важную роль в построении будущего, устойчивого к изменению климата, но любой значимый прогресс выиграет от исторического подхода, который учитывает различные способы понимания окружающей среды, эксплуатации оросительного канала и организации экономики, основанной на сельском хозяйстве.

На мой взгляд, такой подход начинается со спасения языков коренных народов, в которых глубоко укоренилась культурная логика, а также с сохранения археологических и священных мест и создания партнерских отношений, основанных на доверии, с людьми, которые работали с землей и чьи культуры адаптировали свои практики к меняющемуся климату на протяжении тысячелетий.

Источник: www.sapiens.org

Ари Караманика

К счастью, моторика быстро восстановилась, он всё ещё может играть на гитаре.

В этом ролике он также упоминает неоднозначную реакцию на свой документальный фильм «Брайан Мэй: барсуки, фермеры и я». На протяжение 10 лет гитарист Queen руководил научно-исследовательской работой, направленной на установление "реальных" причин коровьего туберкулёза. В настоящий момент главными разносчиками болезни считаются бурундуки, которых ввиду этого истребляют. Мэй якобы собрал доказательную базу в защиту бурундуков.

Со своей стороны могу лишь сказать, что, во-первых, необходимо проверить, на какие академические источники ссылаются авторы документалки, какие академические источники они сами произвели в ходе этого 10-летнего исследования. Во-вторых, бурундуки во многих штатах не нуждаются в защите. Наоборот, напрашиваются на геноцид, ибо превратились в очередных бесконтрольно плодящихся крыс. США вообще знамениты тем, что значительная часть биомассы у них сейчас состоит из слишком приспособленных видов животных, насмотря на то, что охотники высаживают в них целые арсеналы огнестрела в попытках вернуть их численность в норму. Это вам не сайгаков в Казахстане с вертушки расстреливать, грызуны плодятся гораздо быстрее, чем охотники успевают пополнять боекомплект. Ну, и тонны свинца, маринующиеся в почве, не особо полезны.

Тут один подписчик написал мне благодарственное сообщение за то, что я пропиарил наш телеграм-канал, в котором мы рассказываем про секреты огородничества (точнее, в основном рассказывает моя жена, а я обычно копаю, таскаю, кошу, рублю или пилю на заднем плане). Мол, он и его жена многое почерпнули оттуда и что надо этим делиться почаще. Поэтому, продолжаю нестроительные посты, ибо от стройки уже голова кругом - сейчас больше 10 объектов на стройконтроле, каждый вечер пишу отчёты по обследованиям домов и уже потонул в них. Надо немного переключиться, чтобы не выгорать.

Кто не в курсе, 10 лет назад мы с женой переехали за город, построили свой первый дом и начали жить-поживать. В первую весну жена (коренная москвичка, кстати, никогда не видевшая дачи и школьное детство проводившая в пионерских лагерях) сказала - раз у нас столько земли, нужно что-то посадить. Я поддержал инициативу по обеспечению продовольственной безопасности нашей семьи собственными продуктами и так у нас появились первые грядки с томатами. Которые, в момент технической зрелости затопило наводнение. Но мы успели собрать урожай, дозарить его и понять, что это хорошо. На следующий год грунт был поднят, куплены и собраны теплицы, урожай был удвоен. Так и родился проект Агрокульт - блог, в котором мы делимся своим опытом по выращиванию еды и строительству домов на загородном участке. За годы работы на земле мы получили квалификацию - жена выучилась на агронома, я на инженера стройконтроля. Одновременно занимались нашей мини-фермой. Сегодня мы выращиваем коллекционные сорта томатов, авторы нескольких собственных сортов, авторы методики выращивания томатных деревьев. И нет, это не тамарилло. Это особым образом сформированный томат, который позволяет собирать от 20 кг урожая из одной семечки.

Сорта могут быть разными, но желательно использовать районированные и адаптированные сорта.

Некоторые агрокультисты выращивают только томатные деревья. Первые плоды при тепличном выращивании можно получить уже в начале июля. Плодоношение длится до заморозков.

В общем, выращивание томатных деревьев это не просто хобби, но и обеспечение семьи томатами практически весь огородный сезон.

Вот как он выглядит и сколько он приносит томатов. И всё это из одной семечки.

Учитывая, что у нас таких деревьев четыре и кроме них ещё порядка 160 обычных кустов томатов - урожай неплохой. Он уже упакован в баночки с маринадом и ждёт распределения внутри нашей многочисленной семьи.

Если вас заинтересовала тема выращивания томатных деревьев, можно изучить её в телеграм-посте, где наш главный агроном Агрокульта отвечает на вопросы подписчиков.

Кстати, раз уж началась огородная тема, присоединюсь к поздравлениям @ExtremeGrower, с самой большой российской тыквой этого года. Александр, не расстраивайтесь - первое место по РФ это очень значимое достижение. Зачёт в международном рейтинге - тоже. Кроме того, у Вас на руках неплохой капитал - семена гигантских тыкв. А это значит, что вместо рефлексии нужно озадачиться финансированием строительства полноценной теплицы с автоматизацией полива, подкормки и вентиляции, чтобы в следующем году вкатить тысячекилограммовую тыкву на вершины международных рейтингов!

Всем добра, постов в ближайшую неделю не будет из-за перегрузки работой.

Я познакомился с пчеловодством благодаря крёстному, который держал небольшую пасеку–вагончик в Московской области. Как–то раз он взял меня с собой, чтобы научить азам этого непростого искусства. Работа спорилась и через некоторое время в вагончике крёстного появилось несколько моих ульев. Ухаживая за пчёлами и наблюдая их жизненный уклад, я постепенно проникся глубоким уважением к их цивилизации, в которой царит порядок, дисциплина, самоорганизация и готовность в любой момент пожертвовать собой во имя семьи. И сегодня мне хочется поделиться своими наблюдениями с вами.

Эта статья ни в коем случае не руководство "Как завести пасеку" — в интернете вы сможете найти огромное количество полезной информации от реальных гуру пчеловодства. На YouTube есть пошаговые руководства на любые пчеловодческие темы — от покупки улья до снятия роя. Я хочу поделиться с вами наблюдениями другого рода — интересными фактами о пчёлах, свидетелем которых мне довелось быть.

Начнём с того, что само слово "пчела" происходит от звукоподражательного праславянского "бжела" (которое в украинском языке, кстати, не сильно изменилось и звучит как "бджола"). Этим названием наши предки пытались передать характерный жужжащий звук крыльев медоносных пчёл. Почему "медоносных"? Основное внимание человечества было приковано именно к этому роду наиболее полезных с практической точки зрения пчёл, хотя классификация пчёл содержит около 520 родов, делящихся на 21 тысячу видов. Мы, люди, мало заинтересованы в пчёлах–одиночках или пчёлах, которые не собирают мёд. Зато, мы тысячелетиями изучали жизнь и повадки пчёл общественных.

Многим известно, что один из продуктов пчеловодства — мёд, был обнаружен ещё в усыпальницах египетских фараонов. Уже в то время люди эксплуатировали пчелиный труд и довольно успешно. До 16 века на Руси не было известно сахара (как ясно из его названия, пришедшего из арабских стран), а между тем успешно готовились и квас, и сбитень, и варенье. Основной сладостью, радостью и лекарством был мёд, который извлекали из ульев медоносных пчёл или доставали разоряя дикие ульи.

Медоносные пчёлы это общественные насекомые со строгой социальной иерархией. Причём, с момента рождения до смерти (которая наступает в результате физического износа), рабочая пчела быстро продвигается по социальным лифтам. Циклы жизни рабочих пчёл призваны максимально оптимизировать потребление в улье.

Рабочая пчела включается в жизнь улья как только выходит из стадии личинки. В возрасте до 7 дней ей поручают лёгкую работу по кормлению матки и личинок. Постепенно у пчелы начинают работать восковые железы и она переключается на строительство сот. Приблизительно к 14–му дню жизни продуктивность восковых желез резко падает и пчёла переходит на другую работу — чистку сот и улья, вынос мусора, уборку. К 20 дням пчела набирается сил и переходит из уборщицы в секьюрити — охраняет леток и вентилирует улей при жаре. Заодно пчела осваивается снаружи улья, ведь уже к 25 дням она переключается на медосбор и сбор пыльцы. Это самая тяжёлая работа, она сильно изнашивает, поэтому перейдя на пенсию в 30 дней пчела отрабатывает свой долг перед ульем собирая воду для общественных нужд. Хотя эту работу не назовёшь спокойной — наибольшее количество пчёл погибает именно при заборе воды из водоёмов. Однако, вода не мёд и для её сбора не требуется лететь за километры и обирать тысячи тычинок.

Управлением в улье занимается матка. Она определяет сколько нужно пчёл и когда имеет смысл разделять семью на две части. Это одна из немногих пчёл лишённых жала — оно ей попросту не нужно. Управление матка осуществляет химическими сигналами. Если вам удалось захватить матку в заложники (например, скрыв её внутри кулака), пчёлы облепят вашу руку, но не будут жалить, чувствуя запах матки. Конечно, это работает не для всех видов пчёл — не советую пробовать этот трюк с африканскими пчёлами–убийцами, они могут не оценить.

Работая с пчёлами обращаешь внимание, что семья привыкает к тебе и перестаёт воспринимать как опасность. Они достаточно спокойно реагируют на различные хозяйственные дела, типа перестановки рамок в улье. Но при этом важно помнить, что пчёлы очень чувствительны к запахам.

Я узнал об этом из личного опыта. Собираясь на пасеку после переборки движка, я помыл руки бензином, а затем ополоснул водой с мылом. Мы встретились с крёстным, одели халаты и накомарники, открыли улей и я начал переставлять рамки. В этот момент пчёлы стали бить меня с лёту, даже не садясь. Я спокойно сковыривал жала и продолжал работу — не бросишь же открытый улей на полпути. Пока я переставил рамки, насчитал 42 укуса. Через три часа мои пальцы были больше похожи на сардельки. Надо заметить, что с детства у меня была аллергия на пчелиные укусы. Один–единственный укус вызывал отёк, который не проходил дня три. В этот раз я проходил с опухшими руками ровно два дня. Бонусом досталась температура около 39. Зато через неделю я с удивлением обнаружил, что аллергии на укусы не стало. То есть вообще. Вот так вот пчёлы исцелили меня "передозом". Крёстный рассказывал про свой "рекорд" — зимой он опрокинул улей при установке кормушек и пока собирал пчёл его садануло около 80. Говорил, что пришлось отлежаться пару дней, а затем явления пошли на убыль.

Пчелиный яд — это лекарство в малых дозах и гарантированная смерть для тех, кто нарушит покой улья. Он содержится в небольшой капсуле, являющейся частью кишечника пчелы. Жало, воткнутое в эпителий человека или животного, представляет собой шприц с ядовитой ёмкостью на тупом его конце. Вытаскивая жало двумя пальцами или расчёсывая место укуса мы сами вводим яд под кожу. Именно поэтому жало лучше "сковыривать" ногтем в сторону, не сжимая и не повреждая ёмкость с ядом. Вонзая жало в млекопитающее пчела жертвует собой, её кишечник разывается и она погибает. Но она следует эволюционному правилу, которое позволило пчёлам выживать и побеждать своих врагов тысячелетиями — смерть особи во имя жизни популяции.

А врагов у пчёл немало. Начиная от "пчелиных волков" — крупных ос и шершней, которые питаются пчёлами, мышей и лис, которые норовят залезть в улей и уничтожить запасы мёда зимой, до клещей и вирусов, которые паразитируют в улье и часто приводят к эпидемиям. С млекопитающими проще всего — заползшую в улей мышь пчёлы убивают и закладывают прополисом. Прополис, как и все продукты пчеловодства, стерилен и обладает антисептическими свойствами. Через некоторое время в улье можно будет обнаружить лишь мумифицированную сухую тушку мыши. С шершнем такая тема не прокатывает — бронированный в прочный хитиновый панцирь он неуязвим для жала пчелы. Однако, пчёлы нашли способ уничтожить его — они наваливаются на него роем и начинают активно двигаться, поднимая температуру внутри роя до 50 градусов. Пчёлы могут перенести температуру до 60 градусов тепла, а вот шершень погибает уже при 45. Кстати, насекомых пчёлы могут жалить многократно - их жало не застревает в хитине.

У пчёл есть свой язык жестов, которым они обмениваются для сообщения важной информации о местах скопления медоносов. Рабочая пчела, возвращаясь с перспективной поляны, выплясывает в воздухе определённые па, которые показывают остальным пчёлам дорогу в углах к Солнцу и горизонту. Посмотрев этот навигатор, другие пчёлы с лёгкостью повторяют маршрут полёта первооткрывателя.

За размножение в улье отвечают трутни — это мужские особи, которым живётся веселее всех. Матка закладывает их личинки весной. Весь сезон их задача — вкусно есть и заниматься оплодотворением матки для воспроизводства потомства. У них, как и у матки нет жала — трутни находятся под защитой рабочих пчёл. Но радость их длится недолго — перед зимой рабочие пчёлы выгоняют этих бездельников на мороз, где они и погибают. Иначе, их придётся кормить всю зиму, что иррационально, а в улье все логично, сурово и справедливо.

Наверно, на сегодня закончим тему пчеловодства, которая не всем интересна и утомительна для непрофессионалов. Плюсуйте, если понравилось — напишу подобную статью о продуктах пчеловодства и апитерапии (лечении пчёлами).

Бум искусственного интеллекта спровоцировал масштабное строительство дата-центров по всей территории США, что вызвало серьезное недовольство местных жителей. Проблема не только в потере земли – огромные энергетические потребности перегружают электросети и повышают тарифы на электричество, привлекая внимание политиков и разгневанных избирателей.

86-летний фермер из округа Камберленд в Пенсильвании решил, что с него достаточно. Как сообщает местная телестанция WPMT, Мервин Раудабо, который обрабатывает окрестные земли более 60 лет, отказался от предложения в $15 млн от застройщиков дата-центров. Сделка включала также три соседних участка.

Фермеру предложили $60 тысяч за акр (~0,4 га) для строительства дата-центра на его земле. Но отказываться от семейного наследия не входило в его планы.

Я не хотел уничтожать свои фермы. В этом суть. Дело было даже не столько в деньгах. Я просто не хотел видеть, как эти две фермы будут разрушены.

Вместо этого фермер продал права на застройку в декабре за чуть менее $2 млн природоохранному фонду, понеся существенные финансовые потери, но гарантировав, что земля навсегда останется сельскохозяйственной.

Пользователи соцсетей назвали его "легендой" и заявили, что у него "больше честности, чем у всего правительства":

Вот это настоящий герой в эти бесхребетные времена!

$15 млн – огромная сумма, но чистая вода, тихая земля и наследие бесценны.

Масштабы земель, отводимых под строительство энергоемких дата-центров, впечатляют. Дата-центр в Маунт-Плезанте в Висконсине займет около 242 га, что может лишить местных жителей их земли, как сообщило на этой неделе ABC News.

Еще один пожилой фермер, 83-летний Том Аттич, который живет на своем участке в 52 га в Висконсине почти 40 лет, рассказал телеканалу, что "не мог поверить", когда коммунальная компания захотела провести "линии электропередач высотой почти со Статуя Свободы" через его землю для питания дата-центра.

По данным ABC, в США насчитывается более 3 тысяч дата-центров, и скоро их число вырастет еще на 1200 – столько сейчас находится в стадии строительства. Мало кто, кроме руководителей технологических компаний, в восторге от этой идеи. Растущее недовольство индустрией ИИ привлекло внимание политиков.

Законодатели Нью-Йорка недавно представили законопроект о введении трехлетнего моратория на строительство новых дата-центров в штате – это уже шестой штат, где предложили подобную инициативу.

Руководители отрасли ищут альтернативу, предлагая размещать дата-центры в космосе. Хотя это и может гарантировать сохранение ценных сельхозугодий, остается неясным, насколько такое решение осуществимо физически и финансово.

"У меня разрывается сердце при мысли о том, что здесь произойдет, ведь только охраняемая земля останется нетронутой, – сказал Раудабо телеканалу WPMT. – Каждый квадратный дюйм остального будет застроен. Американские семейные фермы определенно в беде".

Источник

Этот мессадж посвящается всем, кто пытается решить квартирный вопрос в крупных городах, где добродушные дяди–банкиры предлагают любому желающему квартиру в обмен на пожизненное ипотечное рабство. Семьям, которые живут в однушках с двумя детьми. Семьям, которые боятся рожать детей, потому что просто негде их растить. Всем тем, кто хочет как–то изменить ситуацию, но не знает как.

Три года назад я построил дом и мы с женой переехали жить за город. Не то, чтобы нам было негде жить. Но все имеющиеся у нас квадратные метры разошлись детям, а жить с родителями когда тебе за 40 это не про нас. Лет 10 жили на съёмных квартирах в центре Москвы — работа (у нас свой бизнес) требовала полной отдачи и регулярного посещения офиса. Через какое–то время пришло осознание, что мы тратим свою жизнь немного не туда. Аренда квартиры обходилась порядка 60 000 рублей в месяц и как–то раз, перезимовав на Самуи и пожив лето на родительской даче мы обнаружили, что работать можно меньше, а жить — веселее. Посчитав наши активы (на тот момент это был участок рядом с Домодедово и накопления порядка 1,5 млн. рублей) мы начали действовать. Нашли хорошую компанию, договорились о цене, и вот уже перевозим шмот в свой загородный дворец. 108 кв. метров, из которых часть занимают нежилые помещения (терраса, кладовая) — вполне себе аналог квартиры в Москве, а удалённость от неё составляет всего 15 км. В 15 минутах пешком станция электрички Павелецкого направления. Ближайшее метро в 20 минутах на электричке. В 5 минутах езды развязка Каширка — М4. В общем, удобно. Мы перестроили свою работу на удалёнку с редкими заездами в город (в Москве практически не бываю, в основном езжу в Домодедовские банки). И поняли, что вот она — та жизнь, о которой мы мечтали долгими зимними вечерами.

Кому интересно - видео про наш дом.

Через год свободного времени стало настолько много, что мы решили занять его огородом. В общем, это был эксперимент, т.к. с выращиванием овощей я сталкивался только в деревне у бабушки, куда меня отправляли на лето в чудесные школьные годы. А жена вообще горожанка, которая не имела представления о том, как растут те или иные овощи. Но она отнеслась к идее огорода с энтузиазмом и в итоге результатом первой попытки оказались 120 кг помидоров, несметное количество огурцов и кабачков, лук, чеснок, разная зеленушка и специи, а также высаженные ягодные кусты — смородина, крыжовник, черноплодка и т.п. На радостях мы приобрели две теплицы и к вышеуказанным плодам добавились болгарский перец и баклажаны. Подводя итог могу сказать, что летом мы не покупаем никаких овощей и фруктов, а на зиму забиваем кладовку аккуратными рядами красивых банок с томатами в собственном соку, лечо, солёными огурцами, вареньем из кабачков, смородины, черноплодки с яблоками и прочими вкусностями. Среди них, кстати и грибы — соседи показали неплохое местечко в часе езды от нас. В общем, производить собственные продукты мы научились.

Помимо огорода я подтянул свои навыки сантехники, электрики, ландшафтных и отделочных работ, т.к. несмотря на возможность нанимать людей и лежать на диване мы решили делать это только в крайних ситуациях, например, когда не обойтись без тяжёлой техники или просто нерационально заниматься монотонной работой целый месяц.

С деревней тоже не всё было просто — сначала это было СНТ, в котором собираемость взносов составляла 40%. Через какое–то время добросовестным плательщикам это надоело и они покинули СНТ, став жителями деревни и получив таким образом права общаться с администрацией на тему благоустройства. Остальные, посмотрев на это, также вышли из СНТ и таким образом мы все присоединились к деревне. Я включился в работу местных активистов, мы сформировали свой ударный отряд для решения местных проблем. За три года добились прокладки асфальта до деревни, расчистили русло реки из–за которой нас подтапливало паводками, отремонтировали внутренние проезды и подъездные пути, починили мост через реку, поучаствовали в проекте инициативного бюджетирования — когда жители софинансируют важные инфраструктурные проекты и получили от района детскую и спортивную площадки. Всего и не упомнить, а работы по этому направлению — непочатый край. Но результаты есть и дело движется.

Сейчас я понимаю, что благоустройство собственного жилища, двора,  деревни — это и есть настоящая жизнь. А вся эта беготня с кредитами и ипотеками — натуральная кабала для тех, кто хочет быстрых готовых решений.

Мы знаем, что сегодня многие хотят построить дом за городом, но не решаются сделать первый шаг — они боятся переезда, не представляют как они будут жить, чем заниматься, в какую школу будут ходить их дети, как отопить дом зимой и прочее. Чтобы поделиться опытом год назад мы создали проект Aгрокульт, который должен был послужить кратким руководством по загородному дауншифтингу, но в итоге перерос в целое сообщество заинтересованных людей. Они стали писать нам письма с просьбами рассказать в деталях о тех или иных вещах и для того, чтобы не писать огромные тексты с фотками мы завели страничку в Facebook и канал на YouTube. Недавно подняли аккаунт в Instagram — там больше огородной тематики и красивых картинок. В этом году три семьи построили дома и переехали в них благодаря Агрокульту. Кто–то скажет, что это небольшое достижение, но слушая благодарности от людей решивших свой квартирный вопрос я чувствую себя счастливым.

Мы консультируем всех желающих, уничтожаем стереотипы, сложившиеся о загородной жизни — "сортир на задворках, волки бегают по двору, работы нет, детей учить негде".

Наверное, это не всё, что я хотел сказать. Но не буду мучить вас длинными текстами. Если вы находитесь на распутье и раздумываете, строить дом или покупать квартиру в ипотеку, пишите  по любому из указанных выше каналов.