Череп

Из Темпло-Майор столицы ацтеков Мексиканского Теночтитлана. Сейчас хранится в музее Темпло Майор в Мехико.

Археолог, специалист по 3D-моделированию лица и судмедэксперт Оскар Нильссон использовал для воссоздания внешности трехмерную модель черепа. Останки древнего человека нашли в 2014 году на территории современной Швейцарии. Предположительно мужчина жил 1300 лет назад и ему было 19 до 22 лет. Его рост был около 167 сантиметров, и он страдал от хронического остеомиелита.

Скорее всего он занимал высокое положение - этот вывод сделан исходя из прекрасного состояния его зубов, а кроме того камни, которыми обложили место погребения. Могила мужчины была обложена камнями, ноги умершего были направлены к северу - так хоронили в древнем Риме. Его назвали Аделазий Эльбахус.

Я решил провести эксперимент, который бы показал, реально ли сделать так, как в головном посте или нет.
До:

После:

Таким образом, грибы, действительно, не теряют форму, а больше румянятся.

Зубы не похожи, а глаза (делал задней стороной фломастера) больше похожи на роботские.
@FirstBee ты интересовался экспериментом

В перуанской долине Колка черепа превратились в живые ландшафты, измененные так, чтобы отражать священные вершины и социальные амбиции.

В высокогорных долинах Анд более полутысячи лет назад родители формировали головы своих детей, подражая горам, возвышавшимся над их миром. Это не было какой-то эксцентричной причудой. Это была практика, тесно связанная с идентичностью, статусом и духовной географией жизни в Андах.

Антрополог Мэтью Веласко потратил годы на изучение традиций модификации черепа у кольягуа и кавана, соседних народов долины Колка, в период с 1100 по 1450 год н. э. По его мнению, их обычаи были не просто обозначением этнических границ. Они были способом сделать личность видимой — воплощенным утверждением, связывающим человеческое тело со священной топографией, которая его поддерживала.

Древнее искусство изменения формы головы

Практика деформации черепа стара как мир и задокументирована на каждом обитаемом континенте. Её истоки восходят к ранним Homo sapiens в Австралии в эпоху позднего плейстоцена, около 13 000 лет назад, а некоторые исследователи предполагают, что ещё более ранние эксперименты проводились среди неандертальцев. Обвязывая мягкий череп младенца тканью или досками, родители могли удлинять или уплощать его, придавая голове желаемую форму — круглую, коническую или покатую.

В Андах это искусство достигло пика своей выразительности. Недавняя книга Веласко В книге «Воплощённая гора » рассматривается, как кольягуа предпочитали высокие, удлинённые черепа, в то время как кавана делали свои черепа широкими и плоскими. Эти формы не были произвольными. Они отражали силуэты гор, считавшихся родовыми и божественными.

Испанский летописец XVI века отмечал, что кольягуа «носили высокие шляпы без полей, называемые чукос», и высекали головы своих детей в честь Кольягуаты, далёкого вулкана, который они почитали как место своего рождения. Кавана, в свою очередь, высекали черепа в честь Гвалькагуальки, заснеженной вершины, возвышающейся над их землями.

Чтобы понять, почему это имело значение, Веласко предлагает рассмотреть андские представления о личности. В этих обществах горы не были пассивным фоном. Они были одушевлёнными существами, важными участниками социальной и ритуальной жизни. Придание голове ребёнка формы горы было не только маркером идентичности, но и способом приведения человеческого тела в соответствие со священным порядком космоса.

За пределами этнических лейблов

В более ранних интерпретациях коррекция формы головы рассматривалась как форма этнического брендинга, сродни символу принадлежности к группе. Веласко оспаривает этот редукционистский взгляд.

«В колониальных традициях форма головы рассматривалась лишь как этнический маркер, — отмечает он. — Но эта практика имела более глубокий смысл, связанный с социальной принадлежностью и моральными устоями жизни».

Эта моральная структура, утверждает Веласко, включала в себя представление о личности как о чём-то сконструированном, а не просто врождённом. Человек мог стать чем-то большим, чем просто биологическая особь; посредством ритуалов, украшений и телесных модификаций он мог превратиться в социальное существо, признаваемое как людьми, так и священными силами.

Привилегия, написанная на костях

В исследовании 2018 года2Веласко исследовал более 200 черепов с кладбищ Кольягуа. Его анализ показывает, что черепная модификация имела не только символическое значение. Она имела и материальные последствия. Женщины и девочки с модифицированными черепами, по-видимому, имели доступ к более качественному питанию и были менее подвержены насилию по сравнению с неизменёнными.

«Модификации черепа могли иметь структурированные возможности, — пишет Веласко, — влияющие на то, кто мог претендовать на землю, скот или союзы».

Таким образом, преднамеренное изменение формы голов младенцев стало инструментом социальной дифференциации — способом внедрить иерархию в саму суть следующего поколения.

Инки и испанская интервенция

К XV веку империя инков включила долину Колка в свои владения. Инки терпели местные практики изменения формы головы, но не стали широко их внедрять. Столетие спустя испанские колониальные власти предприняли попытку искоренить эту традицию. В 1573 году вице-король Франсиско де Толедо издал указ, запрещающий черепные модификации, а Третий собор в Лиме подтвердил этот запрет десятилетием позже. Причины были обусловлены тревогой колонистов: формы тела слишком явно противоречили европейским нормам красоты и порядка.

Нанесло ли это вред мозгу?

Один из самых актуальных вопросов заключается в том, влекут ли эти модификации неврологические последствия. Современные клинические исследования краниального ортеза — метода коррекции формы головы у младенцев — свидетельствуют об обратном.

«Нет никаких доказательств того, что изменение формы черепа приводит к когнитивным нарушениям», — говорит Веласко. «Мозг обладает удивительной способностью к адаптации: он сохраняет свой объём и функции даже при изменении формы черепа».

Эта способность к адаптации напоминает нам о том, что человеческое тело всегда служило холстом для культурных идеалов, будь то бинтование головы в Андах или терапия с использованием шлемов в современных педиатрических клиниках.

Наследие в костях

Модификация черепа прекратилась в Андах во времена колониального правления, но её наследие сохраняется — в коллекциях скелетов, в культурной памяти андских общин и в спорах о том, как тела становятся социальными существами. Веласко рассматривает эти практики как окно в мир, где горы были родственными, а идентичность буквально вылепливалась по контурам человеческой головы.

Источник: www.anthropology.net

Некоторые мутации приводят к появлению новых окрасов или рисунков, что особенно ценится среди террариумистов. Другие мутации могут влиять на физиологию или поведение змей.

Немецкий турист, который 60 лет назад украл человеческий череп из венского собора анонимно вернул его церкви, отправив череп почтой. Не подошел