Судья решает посадить...на всякий случай. Что это?

Мужчина потребовал в суде исключить его из графы «отец» в свидетельстве о рождении ребенка. Как он пояснил, в период с марта 2017 по сентябрь 2018 г. он совместно проживал с женщиной, в июле 2018 г. она родила дочку.

Отцом девочки он не являлся, но женщина подала в ЗАГС заявление, указав его отцом ребенка (хотя он на это разрешения не давал). Он воспитывал девочку только в первый год ее жизни, а затем расстался с ее матерью и больше ребенка не видел.

Суд запросил в ЗАГСе информацию по этому делу — там ответили, что отцовство зарегистрировано на основании совместно поданного заявления мужчиной и женщиной, которые не состояли в браке.

Ответчица тоже подтвердила суду, что мужчина ходил в ЗАГС вместе с ней и писал заявление об установлении его отцовства.

Истец не представил никаких доказательств, что подал заявление под влиянием угрозы, насилия или в состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий. Поэтому в иске ему отказали (пресс-служба судов Вологодской обл., 26.10.2023).

P.S. Здесь я пишу на разные темы, а вот в своём телеграм-канале про кредиты и долги я выкладываю новости законодательства для должников, рассказываю судебную практику и делюсь способами взаимодействия с банками, приставами и коллекторами. Если у Вас есть потребкредит, микрозайм, кредитная карта, ипотека, автокредит или вы уже стали должником по кредитам, микрозаймам, алиментам, оплате услуг ЖКХ, налогам - Вам будет интересно подписаться и читать мой телеграм-канал.

Опекун недееспособной приемной дочери получил 2 года лишения свободы после того, как органы опеки установили, что он перевел с банковского счета подопечной 1,2 млн рублей и обналичил их.

Согласно отчету, он потратил на интересы дочери 300 000 рублей, 610 000 вернул обратно на счет, остальное же необоснованно растратил. Суд признал опекуна виновным по ч. 4 ст. 160 УК РФ (присвоение и растрата).

Однако Верховный суд РФ отменил приговор, указав следующее:

- для привлечения к ответственности по этой статье должен быть доказан корыстный умысел на хищение средств;

- в данном же случае установлено, что средства подопечной были потрачены на ремонт дома, где она проживала, на покупку материалов и инструментов для благоустройства подсобного хозяйства, на лечение и отдых дочери, а также на ремонт автомобиля, на котором ее возят на реабилитацию.

По мнению ВС РФ, это вовсе не свидетельствует об умысле на хищение — и дело направили на пересмотр (№ 3-УД24-9-КЗ).

P.S. Здесь я пишу на разные темы, а вот в своём телеграм-канале каждый день рассказываю новости, даю советы и делюсь своей юридической практикой для более узкой аудитории - граждан, имеющих долги по кредитам, микрозаймам, ЖКУ, налогам, алиментам. Вот мой телеграм-канал! 35 тысяч подписчиков меня уже читают в телеге. Сорри, если кому не понравилось что оставил ссылку. Не хотел вас разозлить :)

Жителю Дивеево, обвиняемому в изнасиловании падчерицы, сегодня был вынесен приговор. В этой странной истории переплелось многое — клевета, насилие, убийство ребёнка. Всё началось в апреле 2024 года, когда жительница Дивеева сама обратилась в нашу редакцию с просьбой снять репортаж о том, как её маленькую дочь 5 лет насиловал муж.

Она в интервью охотно и детально рассказывала, как её дочь с 9 до 13 лет насиловал её муж, а она этого не замечала и только сейчас узнала. Также она заставляла в подробностях рассказывать об этом и свою дочь, давала согласие и на распространение её лица, и дочери, и всех этих подробностей.

Это она рассказала и в полиции. И её муж — местный бизнесмен, владелец Дивеевской таксомоторной компании Александр Шалин — был задержан. Это был второй брак для обоих: у мужчины уже был взрослый ребёнок от первого брака, а у женщины — взрослая дочь, которая с ней не жила, и девочка помладше, которую якобы и насиловал Александр Шалин. И ещё в браке у них родился мальчик. Женщина вела себя достаточно странно, и брак распался. Но муж, ставший бывшим, бывшую жену с детьми не выгнал, так как идти им было некуда; он разрешил им продолжать жить в его доме. И вот в апреле 2024 года бывшая жена с бывшей падчерицей и обвинили его в насилии. Его задержали.

На этом обвинения не закончились — женщина оклеветала старшего сына своего бывшего мужа, которому принадлежали две трети имущества. Она обвинила его сына в избиении, чтобы и его тоже посадили. Но, к счастью, камера видеонаблюдения зафиксировала, что это она сама себя била молотком, а потом написала заявление в полицию на старшего сына — и клевета её была раскрыта. Но ей всего лишь дали штраф в 1 000 рублей. После этого женщина уехала с детьми в Москву и стала ходить на телешоу, где рассказывала о насилии над дочерью со стороны мужа. Жила она в съёмной квартире, с семьёй какой‑то подруги. А в январе этого года взяла и убила их младшего сына — общего ребёнка с обвинённым ею мужем. Её арестовали, сейчас она в московском СИЗО. А мальчика похоронили в Дивееве, где судят его отца.
Местные жители считают, что его отца оклеветали, что всё было затеяно для того, чтобы завладеть имуществом отца. Мать с падчерицей требовали ещё и 40 миллионов рублей в качестве компенсации ущерба.

В Дивееве даже подписи в поддержку подсудимого собирали, полиция оцепляла тогда суд, опасаясь массовых беспорядков. И вот сегодня подсудимому был вынесен приговор. В Дивеевском суде нас обязали не показывать лицо подсудимого и судьи, которая выносила ему приговор.

«

Представьте картину маслом: судья в мантии, с умным лицом и многозначительным взглядом зачитывает приговор. Вы думаете, он всегда руководствуется только Конституцией, Уголовным кодексом и многотомными разъяснениями Пленума Верховного суда? Как бы не так. У него есть секретное оружие — «внутреннее убеждение». Звучит красиво, правда? Вот только на практике это «убеждение» частенько оказывается обычным феодальным произволом, прикрытым юридической фразеологией.

ЧТО ГОВОРИТ ЗАКОН? СУДЬЯ - НЕ БОГ, ХОТЬ И В МАНТИИ

Начнем с банальности, которая почему-то требует постоянного напоминания: судья не имеет права игнорировать Конституцию и законы. Это не просто чья-то прихоть, а фундаментальный принцип правосудия, закрепленный в статье 120 Конституции РФ: «Судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону». Обратите внимание: подчиняются закону, а не собственной фантазии.

Более того, Закон РФ «О статусе судей» в статье 3 прямо предписывает: «Судья обязан неукоснительно соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы и федеральные законы». Слово «неукоснительно» означает: никаких исключений и отступлений.

Тогда откуда берется это загадочное «внутреннее убеждение»? Оно действительно существует и прописано в процессуальных кодексах (статья 17 УПК РФ). Но дьявол, как всегда, в деталях. Внутреннее убеждение — это не индульгенция на беззаконие, а инструмент оценки доказательств. Судья должен посмотреть на все факты, показания, экспертизы и решить: кому верить, а кому нет. Но оценивает он их исходя из закона и материалов дела, а не потому, что «мне так кажется».

В юридической науке это называется судейским усмотрением — правом выбора в рамках, очерченных законом. Если закон предлагает наказание от 5 до 10 лет, судья выбирает конкретный срок. Это усмотрение. А если судья решает, что закон можно проигнорировать, потому что он «устарел» или «несправедлив», — это уже не усмотрение, а произвол.

КОГДА УБЕЖДЕНИЕ СТАНОВИТСЯ ПРОИЗВОЛОМ: ДВЕ СТОРОНЫ ОДНОЙ МЕДАЛИ

Где же та самая тонкая грань? В УПК есть четкий критерий: решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным (статья 7 УПК РФ). Судья обязан объяснить, почему он пришел к тому или иному выводу. Если он пишет в приговоре: «Суд считает...» — и дальше ни единого обоснования, это не убеждение, а профанация.

Другими словами, усмотрение — это результат рефлексии, анализа правовых норм и ценностей, а произвол — просто «хочу так».

ФЕОДАЛЬНОЕ ПРАВОСУДИЕ: ВЗГЛЯД В ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗЕРКАЛО

Чтобы понять, куда мы катимся, достаточно заглянуть в прошлое. Времена феодальной раздробленности на Руси — золотой век произвола под видом правосудия. Местные князья и феодалы вершили суд так, как было выгодно им самим.

Вот цитата из исторических источников: «Местные феодалы стремились сосредоточить в своих руках как можно больше административной и судебной власти. Уголовный процесс проводился ... с добавлением собственного усмотрения и произвола судьи-феодала». Знакомая картина, не правда ли? Собственное усмотрение тогда — собственное усмотрение сейчас.

СОВРЕМЕННЫЙ СУДЬЯ, В ОТЛИЧИЕ ОТ ФЕОДАЛА, ДОЛЖЕН БЫТЬ ОГРАНИЧЕН:

законом — только теми вариантами, что предусмотрены нормой права;

процедурой — обязанностью мотивировать решение (ст. 307 УПК РФ);

контролем — возможностью обжалования в вышестоящих инстанциях.

ЗАКОН ДЛЯ ЛОХОВ ИЛИ КАК?

Проблема в том, что, если эти ограничители не работают, мы получаем феодализм XXI века — с мантиями вместо шкур, айфонами вместо грамот, но с той же безграничной властью над судьбами людей.

КОГДА ВНУТРЕННЕ УБЕЖДЕНИЕ ПАХНЕТ НАФТАЛИНОМ

Приходится ссылаться на высший авторитет трехсотлетней давности: Что говорил ПЕТР I о правосудии: «Суд иметь нелицемерный, а неправедных судей наказывать отнятием чести и всего имения». А мы до сих пор спорим, можно ли верить «внутреннему убеждению» судьи, который закон ставит ниже личного интереса.

Даже глава государства В.В. Путин еще в 2020 году отмечал, что судьи должны принимать решения на основе закона, а не на основе мнений. А ВОЗ И НЫНЕ ТАМ.

ДАВЛЕНИЕ НА СУДЕЙ И "ТЕЛЕФОННОЕ ПРАВО"

Судьи любят подчеркивать свою независимость. Мол, мы сами по себе, никого не слушаем, только закон. Однако юристы рисуют совсем иную картину. В реальности судья работает в жесткой бюрократической системе с вертикальным подчинением.

Что это значит на практике? Если ему сообщают некое «мнение» авторитетные для него люди по конкретному делу, судья быстро может проникнуться «внутренним убеждением», совпадающим с этим мнением. Особо строптивых ждут проблемы с карьерой и статусом.

Вспомним нашумевшую историю с пермским пранкером Сергеем Давыдовым, который звонил судьям, представляясь замом председателя краевого суда, и просил «отнестись повнимательнее». Самое поразительное — судьи реагировали на звонки без тени удивления. Они даже не проверяли, действительно ли звонит начальство. «Телефонное право» — это не миф, а суровая реальность.

В президентском Совете по правам человека уже давно бьют тревогу: на мнение судей постоянно давят внешние факторы, в том числе руководство.

ЧТО ДЕЛАТЬ? КРАТКИЙ ЛИКБЕЗ ПО ЗАЩИТЕ ОТ СУДЕЙСКОГО ПРОИЗВОЛА

Если судья применяет свое «внутреннее убеждение» в ущерб закону, вот несколько законных аргументов:

статья 15 Конституции РФ — высшая юридическая сила и прямое действие Конституции;

статья 3 Закона «О статусе судей» — обязанность судьи соблюдать Конституцию и законы;

Постановление Пленума Верховного Суда РФ №8 — обязанность судов применять Конституцию непосредственно;

статья 307 УПК РФ — требование мотивировать приговор.

ДЕЛО НИКОЛАЯ МОСКАЛЕВА: АЛИБИ ПРОТИВ "ЧУЙКИ" СУДЬИ

История бывшего сотрудника МВД Николая Москалева — не просто очередной печальный факт статистики, а настоящий камень преткновения для всего понятия правосудия. Это пример того, как предвзятость судьи может сломать человеческую судьбу, прикрываясь термином «внутреннее убеждение».

ЧТО ПРОИЗОШЛО

Бывшая сожительница Москалева, уличенная в мошенничестве, требовала 300 тысяч рублей за «разрыв отношений», а получив отказ оклеветала его, обвинив в тяжком преступлении.

Примечательно, что в момент, когда якобы совершалось преступление, Москалев физически не мог находиться на месте событий. Его алиби подтверждали путевые листы служебных командировок и данные сотовой связи — доказательства, которые следовало тщательно проверить и оценить суду.

ЧТО СДЕЛАЛА СУДЬЯ

Судья Шаховского районного суда Московской области Наталья Дзюбенко вынесла приговор — 14 лет лишения свободы. Она подтвердила алиби, указав на стр. 2 приговора нахождение Москалева в служебных командировках, но вынесла обвинительный приговор, несмотря на собственные выводы.

БОЛЕЕ ТОГО:

1. судья сфальсифицировала часть протоколов судебных заседаний

2. судья использовала подложные доказательства для вынесения обвинительного приговора

3. судья провела ряд судебных заседаний в отсутствие подсудимого.

ЧТО В ИТОГЕ

Судья уже умерла. Но её «убеждение» живёт: Москалев до сих пор в тюрьме. Для критиков этого дела оно стало символом того, как судебная ошибка может жить дольше того, кто ее допустил.

Надо твердо помнить, что судье не дано право отменять презумпцию невиновности, закреплённую в статье 49 Конституции РФ. Пока вина не доказана в установленном порядке — человек невиновен. Но риторический вопрос: наделены ли судьи правом игнорировать эту статью, если им «внутренне убедилось» осудить человека на основании ложного оговора, при отсутствии прямых доказательств? Конституция говорит: нет. А практика порой отвечает: «А я так вижу».

СВЯЗЬ С ОСНОВНОЙ ТЕМОЙ

Этот случай — яркая иллюстрация к разговору о границе между усмотрением и произволом. Если алиби подтверждается документами, а доводы защиты не получают убедительной оценки, у общества возникает закономерный вопрос: зачем тогда нужны процессуальные гарантии?

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

«Внутреннее убеждение» судьи — не тайное знание, а результат работы с фактами и законом. Когда судья прячется за красивой фразой, чтобы прикрыть беззаконие, он превращает правосудие в фарс. А фарс перестаёт быть смешным, когда касается лично тебя.

Когда закон подменяют «убеждением», мы возвращаемся в эпоху, где прав тот, у кого длиннее меч и толще мантия.

Так что в следующий раз, услышав от судьи про «внутреннее убеждение», не спешите проникаться уважением. Смотрите на другое: есть ли в решении закон, логика, доказательства и мотивировка. Потому что одно дело — убеждение, основанное на праве и совести, и совсем другое — убеждение, основанное на звонке «сверху», выгоде или безнаказанности.

Верховный суд полностью оправдал 40-летнего отца, осужденного на 12 лет колонии строгого режима по абсурдному обвинению за педофилию из-за незакрытой двери в ванной, то есть за преступление, которое он не совершал по отношению к своей дочери.

В юридической практике России произошло событие, которое заставило говорить о перегибах в делах по «половым» статьям: причиной уголовного дела стал бытовой конфликт, желание отомстить мужу и дверь в ванную, которую забыли запереть.

Верховный суд 4 марта принял решение уголовное дело прекратить, а мужчину освободить из мест лишения свободы.

Инцидент, разделивший жизнь семьи на «до» и «после», случился осенью 2022 года. 40-летний Денис Г., уложив спать двоих малышей, отправился в душ. Через некоторое время его четырехлетняя дочь проснулась и забежала в ванную комнату. Увидев это, супруга мужчины не стала объяснять что-то ребенку или делать замечание мужу, а схватила телефон и включила запись. Ее версия событий была однозначна: отец якобы демонстрировал девочке свои половые органы.

Сам Денис всегда настаивал на ином: он мылся голым (а как ещё?), но в момент появления дочери инстинктивно прикрылся рукой. Эта секундная сцена и попала на видео. Женщина, по словам осужденного, находившаяся в тот момент в конфликте с мужем, написала заявление в полицию. Семейная ссора переросла в уголовное преследование по ч. 4 ст. 132 УК РФ («Насильственные действия сексуального характера в отношении малолетней»).

Казалось бы, факты говорили в пользу отца. Эксперты, изучавшие видеозапись, дали четкое заключение: на кадрах отсутствует демонстрация половых органов, нет и намека на действия сексуального характера. Более того, комплексная психолого-сексолого-психиатрическая экспертиза не выявила у мужчины каких-либо отклонений или склонности к педофилии.

Тем не менее, Василеостровский районный суд Петербурга в марте 2024 года счел доводы обвинения весомее. Мужчина был приговорен к 12,5 годам строгого режима. Апелляция и кассация оставили это решение в силе, однако в судебных инстанциях нашлись те, кто усомнился в правосудии. Судья Санкт-Петербургского городского суда Боровков, рассматривавший апелляцию, выразил особое мнение, указав, что доказательств вины Г. нет, а его доводы о невиновности так и не были опровергнуты.

Надежда на справедливость оставалась только в Верховном суде. 4 марта коллегия по уголовным делам ВС РФ в закрытом заседании поставила точку в этой истории. Приговор был отменен, а дело прекращено за полным отсутствием состава преступления. Денис Г., участвовавший в заседании по видеосвязи из колонии в Башкирии, получил право на реабилитацию и освобождение.

Все это время за освобождение мужчины боролась его мать. Она с самого начала не верила в виновность сына. Брак, и без того трещавший по швам, распался еще на стадии следствия. Сейчас бывшая жена Дениса продолжает жить в той самой квартире, но уже с новым партнером.

Этот случай произошел на фоне общественного резонанса: за день до решения Верховного суда группа родственников людей, осужденных по 132-й статье, направила обращение в высшую инстанцию. Они просили обратить внимание на системную проблему, когда суды выносят суровые приговоры, опираясь лишь на слова заявителей, без весомой доказательной базы. История Дениса Г. стала яркой иллюстрацией того, чем может обернуться такая практика.

https://www.mk.ru/social/2026/03/04/uvidela-v-vanne-golym-verkhovnyy-sud-otmenil-strannyy-prigovor-po-delu-o-pedofilii.html

В 1937 году человека могли посадить по доносу любого завистника. Следствие — несколько дней. Судья, он же следователь, он же обвинитель, выносил приговор за час. «Виновен — расстрелять». Доказательств не требовалось.

Сегодня декорации изменились. Вместо тройки НКВД — судья в мантии. Но принцип прежний: виновен, пока не докажешь обратное. Доказать невозможно.

Тогда был государственный заказ на «врагов народа». Сейчас — на обвиняемых по «семейным» статьям о насильственных действиях против несовершеннолетних. И механизм тот же. Судье достаточно заявления. Невиновен? Неважно. Главное — показать, что суд «на страже».

Но суд не должен работать по общественному заказу. Конституция гарантирует презумпцию невиновности. УПК требует проверять алиби. Если судья выносит приговор, руководствуясь не законом, а «общественным запросом» — это уже не правосудие. Это инструмент подавления, как в 1937 году.

Разница лишь в том, кто теперь «стучит». Раньше соседи и коллеги строчили доносы на «врагов народа», сводя личные счёты. Сегодня роль «стукачей» часто исполняют мстительные женщины — жёны, сожительницы, любовницы. Им нужно имущество, месть, устранение бывшего. И они действуют под флагом защиты детей. Механизм тот же, вывеска другая.

Но ведь мы уже проходили этот путь. И думали, что навсегда.

Вспомним «Дело военных» 1937 года. Тогда по сфабрикованному обвинению в шпионаже и измене Родине были арестованы и расстреляны маршал Тухачевский и другие высшие командиры Красной Армии. Следствие было скорым. Приговор — предрешён. Доказательства — липовые, выбитые под пытками. А оправдание у тех, кто это творил, было одно: «Лес рубят — щепки летят. Надо защищать страну. Кто-то пострадал напрасно? Что же, это на благо страны».

Спустя два десятилетия, в хрущёвскую «оттепель», всех их реабилитировали. Общество вздохнуло с облегчением. Мы поверили, что сталинские репрессии никогда не вернутся. Что человеческая жизнь больше никогда не будет разменной монетой. Что суд будет по закону, а не по доносу.

И что же сегодня?

Сегодня судьи вроде Дзюбенко снова отправляют людей в заточение на долгие годы «на всякий случай» — без доказательств вины, при наличии алиби. Презумпция невиновности игнорируется. Мужчину можно посадить по одному заявлению — как тогда по доносу.

Судья, игнорирующая неопровержимые доказательства и выносящая приговор «на всякий случай», подменяет правосудие расправой. Это больше похоже на самосуд.

Возьмём реальный пример. Бывшего сотрудника МВД Николая Москалева обвинила бывшая сожительница. Судья Шаховского районного суда Наталья Дзюбенко вынесла обвинительный приговор. При этом в приговоре она признала как установленный факт, что Москалев находился в служебных командировках. И в этом же приговоре — что он совершал преступления у себя дома. Человек не может быть одновременно в двух местах. Судью это не смутило.

Это не единичная ошибка, а системный порок. Как отмечает член президентского СПЧ Е. Меркачева, по «семейным» статьям о насильственных действиях против несовершеннолетних в России можно осудить человека фактически на основании одного заявления. А доказательства? Желательно, но необязательно. Суды штампуют сомнительные приговоры по таким делам. А учитывая официальную статистику в 0,24% оправдательных приговоров, шансы доказать свою правоту стремятся к нулю.

А судьи, похоже, крепко держится за свою привычку безнаказанно и бесконтрольно штамповать обвинительные приговоры невиновным.

Сталинские «тройки» выносили приговоры без права обжалования. Современные суды дают право обжалования, но апелляция и кассация, как правило, просто переписывают обвинительный приговор. В деле Москалева апелляция проигнорировала алиби, подтверждённое путевыми листами. Кассация — тоже. Судья Дзюбенко проводила заседания без подсудимого, фальсифицировала протоколы, а вышестоящие суды закрыли на это глаза.

В чём разница между сталинским «врагом народа» и сегодняшним обвиняемым? Тогда — расстрел. Сейчас — колония. Но механизм один: Николай Москалев стал преступником не потому, что совершил преступление, а потому, что на него написала заявление женщина, которая, по данным следствия, разыскивалась в Ставрополе за экономические преступления, то есть мошенница. Судья ей поверила.

В феврале 2025 года президент Путин напомнил судьям: их призвание — «опираясь на право и закон, искать, находить и утверждать справедливость». И добавил, что справедливость судебных решений важна для устойчивости государства.

Уважаемый Александр Владимирович Гуцан!

Достаточно ли делает прокуратура для выполнения наказа президента о важности сохранения устойчивости государства и для того, чтобы репрессии по подобию сталинских не возвращались?

Мы думали, что навсегда освободились от ужасов сталинских репрессий. Но эта волна под предлогом борьбы с насильственными преступлениями снова отбросила нас в те времена, когда надо дрожать от мысли, что за тобой придут. Тогда система уничтожала «врагов народа» — по доносам, без доказательств. Сегодня она уничтожает невиновных мужчин — по заявлениям. Разница только в названии ярлыка. Страх тот же. Бесправие то же. С таким подходом вы рискуете остаться в памяти, как сталинский прокурор, молчаливо наблюдавший за беззаконием. Как Вышинский.

Хочется, чтобы слова Дзержинского: «Отсутствие у вас судимости — это не ваша заслуга, а наша недоработка» — остались зловещей шуткой, а не жестокой реальностью.

(Все приведённые факты подтверждаются материалами уголовного дела и официальными документами)

Подробнее:

https://dzen.ru/a/aM2gDspaynMg_Ccq?share_to=link

https://www.mk.ru/social/2023/10/01/strashnaya-tendenciya-sudy-shtampuyut-somnitelnye-prigovory-po-delam-o-pedofilii.html