Этой историей поделилась со мной одна моя читательница и попросила превратить ее в рассказ, что я и сделал, добавив персонажей и немного приукрасив. Но суть осталась неизмененной.
Дядя Миша работал при городском кладбище и уже давно мечтал поправить свое финансовое положение. Ничего противозаконного он не планировал — всего лишь хотел систематизировать и облегчить прием заказов. Деятельность его была бесхитростной и финансово безболезненной: тут подварить, там подкрасить, мусор убрать, смазать петли — стандартный набор. Но вот если бы эти заказы стояли на потоке, то дядя Миша мог бы выйти на вторую зарплату и со временем купить ту самую моторную лодку с навигацией, о которой так долго грезил.
Весь год он собирал контакты у посетителей, чьи родственники покоились на вверенной ему территории, а по весне, когда дело близилось к Пасхе, решился на спам-атаку.
Одной дождливой весенней ночью, когда работнику кладбища не спалось, началась подготовка к мрачной реклaмной кампании. Дядя Миша знал, что в мессенджерах заложена функция массовой рассылки сообщений. Состряпав коммерческое предложение, мужчина начал объединять потенциальных клиентов в одну группу, названную в честь его рабочей зоны.
Но как только число клиентов перевалило за триста, что-то пошло не так. Вместо того чтобы отправлять сообщения, дядя Миша начал их получать. Поняв, что теряет контроль, новоиспеченный хакер принялся активно и беспорядочно тыкать пальцем по экрану телефона, пока не зацепил спасительную кнопку «Покинуть чат», в результате чего безвозвратно удалился из группы, которую сам и создал.
Следующим утром по меньшей мере триста человек открыли глаза, заарканили антеннами своих смартфонов сеть и получили уведомление, от которого пальцы сами складывались в троеперстие, а в памяти всплывали тексты молитв:
«Вы присоединились к чату “Воскресенское Кладбище”».
С таким же сообщением встретил свое утро и продавец напольных покрытий Женя Ковров.
Преодолев волнение, Женя зашел в чат и заметил бурную активность таких же ничего не понимающих, как и он, горожан. Немного пролистав ленту сообщений и окунувшись в суть, Ковров пришел к выводу, что чат был создан неизвестным лицом для неизвестных целей. На удивление, в переписке незнакомых между собой людей не обнаружилось ни одного грубого слова ― и это в таком-то чате. На поверхности плавал лишь беззлобный флуд: одни болтали о погоде на ближайшие праздники, другие обсуждали способы покраски яиц, третьи предавались ностальгии о том, каким прекрасным был город сорок лет назад.
«Граждане, я, конечно, понимаю, что вопрос не в тему и все мы тут заложники чьего-то странного прикола, но вдруг у кого есть трос? Помогите машину из канавы вытащить. Я на Северной, 39 застрял во дворе», — появилось свежее сообщение.
Пять секунд — вот сколько потребовалось Коврову, чтобы понять, что речь шла о его родном дворе. Уже десять минут на улице кто-то активно газовал, но мужчина не придавал этому значения. Выглянув в окно, Женя заметил бедолагу-таксиста, съехавшего в размытую дождем рытвину.
«Сейчас помогу», — ответил Ковров и, схватив ключи от машины, рванул вниз.
— Спасибо, зёма! — поблагодарил таксист Женю, когда тот вытащил его из грязевого капкана. — Я думал до вечера тут проторчу. Никто не едет, все на заказах, а во дворах ни у кого помощи не допросишься.
— Вас тоже в чат против воли добавили?
— Так и есть. Зенки раскрыл и чуть кирпичей не наложил.
Тут у обоих мужчин пиликнули телефоны.
«Никто, случайно, в сторону трубного завода не едет? Мне бы костыли забрать у продавца в том районе. В городе пробки перед праздником, такси озверели с расценками», — вылезло новое сообщение в чате кладбища.
Таксист взглянул на трос в руках Жени, затем перевел взгляд на свою машину с налипшей на резину грязью и, машинально обменявшись с Ковровым кивком, написал в чат:
«Могу подвезти, кидай адрес».
Ковров забежал домой, умылся, переоделся и поспешил на работу.
День был вполне обычный. Клиент шел вялый, безденежный; на носу маячили выходные. Мысли и разговоры людей вертелись вокруг двух насущных тем: куличи и теплицы. Не спасали ситуацию ни акции, ни скидки.
В какой-то момент Ковров понял, что надо брать инициативу в свои руки, и, вспомнив о таинственном чате, без всякой надежды на удачу написал:
«Если вдруг кому нужен ламинат по супернизкой цене, приходите на Центральный рынок, секция 43, назовите промокод “Кладбище Воскресенское” и получите скидку пятнадцать процентов».
Через полчаса в отделе напольных покрытий началась какая-то суета. Ковров в это время спасался от скуки чаем с бутербродами.
— Слушайте, там пришли какие-то неадекваты! Талдычат о каком-то кладбище и ржут. Я не знаю, чего они хотят, — чуть ли не со слезами на глазах влетела в каморку персонала продавец Анфиса.
Разом проглотив бутерброд с двойной порцией колбасы, Ковров пулей вылетел в торговый зал и, заприметив улыбающихся клиентов, подбежал к ним.
— Мы, — хитро переглянулись розовощекие супруги, одетые в одинаковые рубашки. — Скидку-то нам сегодня дадут или как?
— Дадут! — кивнул Женя, вытирая крошки с губ. — Выбирайте, я вам подскажу и всё оформлю.
Через двадцать минут был продан ламинат, а также плинтусы со всеми соединениями и необходимым крепежом. К тому же Ковров не поленился и, разузнав у коллег номер хорошего и недорогого мастера, связался с ним и договорился о монтаже для своих новых необычных знакомых.
— Слушайте, а классный чат, — заметил Женя, протягивая им чек.
— Мы тоже так думаем, — ответила розовощекая клиентка, которая поневоле стала участником этого мрачного онлайн-диалога, а потом пригласила туда и мужа. — У меня лично, помимо этого, четыре чата: домовой, рабочий, школьный у сына, и детсадовский у дочери. Так вот, только в чате кладбища я еще ни одного матерного слова и ни одной угрозы не прочла.
Вечером Ковров поймал себя на мысли, что до сих пор не отключил уведомления чата и продолжает читать переписку совершенно чужих друг другу людей. Одни уже договорились вместе отпраздновать Пасху и обсуждали рецепты куличей, другие обменивались контактами массажистов, третьи женили собак, и ни один человек за весь день не удалился и не выказал недовольства. Несмотря на траурное название чата, люди невольно создали внутри него мир, полный гармонии, приправленный безобидным черным юмором, и берегли этот самый мир как зеницу ока.
А спустя неделю один из участников решил впервые написать сообщение по теме и добавил в беседу работника кладбища из своих контактов. И этим человеком оказался дядя Миша.
«Вот, мой знакомый, работает на кладбище, занимается уборкой и мелким ремонтом. Думаю, будем многим полезен».
«Большое спасибо за приглашение, но я там больше не работаю», — ответил дядя Миша, приправив сообщение грустным смайликом.
Тут же посыпались вопросы:
«Дая недавно решил у себя в телефоне всю администрацию кладбища вместе со своим кумом и бывшим начальником объединить в одну группу контактов и назвать ее «Скотный двор», но вместо этого, сам не знаю как, создал чат. В общем, меня быстро вычислили. Так что, если кому нужен новый сотрудник, готовый держать язык и пальцы глубоко в одном месте, я готов рассмотреть вакансии».
Комментарии