Динозавру… – не быть!

…Двери в исследовательский корпус распахнулись. Лаборант вбежал в помещение. Дверной замок щёлкнул, но не сработал.

Вся автоматика в корпусе была неисправна. Трясущийся от волнения человек достал карточку-ключ, намереваясь с её помощью спастись от угрозы, но уронил её под стол. Искать не было времени…

В коридоре послышались то ли шаги, то ли мелкие прыжки, сопровождавшиеся звонким клацаньем чего-то твердого о металлический пол. Преследователей было несколько. Они то останавливались, словно принюхиваясь, или прислушиваясь, то энергично пробегали дальше.

Бледный от страха человек спрятался в дальнем углу лаборатории под столом, и слушал, что же будет происходить дальше. Каждое движение могло стать роковой ошибкой. Страх заставил её совершить очень быстро.

Лаборант, ёрзая в своём укрытии, зацепил ногой кресло на колесиках. Оно подкатилось к столу и ударилось о его край. Удар был несильный, но его было достаточно, чтобы одна из колб упала на пол, и вдребезги разбилась. Резкий звук раскатился по ближайшим коридорам. Он словно прорвал пелену тишины.

Торопливые шаги сразу же стали четче. Они приближались к лаборатории… И у самой двери, неожиданно, затихли. Внутрь вошло несколько существ.

Они пыхтели и фыркали, втягивая в ноздри лабораторный воздух. То тут, то там, падала какая-то химическая посуда. Но это уже был не тот звук предательской колбы,- разбитое стекло звякало совершенно безразлично к тому, что происходило внутри комнаты.

Звуки разбивающейся посуды становились всё ближе. Казалось, стук сердца заполнял всё пространство вокруг, и только стены были ему преградой. Но неожиданно всё в комнате стихло…Затем снова послышалось фырканье и сопение, но оно уже шло не со стороны двери, а приближалось с двух сторон, всё ближе и ближе к столу-убежищу. Велоцирапторы начали охоту…

Что ж, не будем мешать динозаврам. Так примерно, развивался бы сюжет одной из серий фильма «Парк юрского периода». Хотя, на самом деле, произойти это не могло.

Если помните, динозавров чудо-генетики смогли воссоздать, выудив их кровь из комаров, которые сохранились в янтаре.

После укуса ящера, вдоволь напившись его крови, много-много миллионов лет назад, незадачливые насекомые попадали в смолу хвойных деревьев, которая окаменела, превратившись в янтарь. Конечно же, динозавровая ДНК была с изъянами (за миллионы лет и не такое произойдёт!).

Но, используя наследственную информацию, почему-то, лягушки, учёные ставят заплатки в дезоксирибонуклеиновую кислоту динозавров, и, вуаля, она целая!

Давайте посмотрим, что же остается от насекомых в янтаре. В этом нам поможет рентгеновская компьютерная микротомография. Увы, не имея янтарного комара под рукой, в микротомограф отправляем эоценового жука-щелкуна (эоцен – 56–34 млн. л.н.).

Томографический процесс - получение рентгеновских изображений со всех сторон объекта исследования, создание на их основе виртуальных срезов, а далее, трехмерных моделей, занимает не более часа.

Жук неплохо сохранился в балтийском янтаре. Нет нескольких лап и усиков. От них остались пустоты, по которым можно воссоздать их форму. Но тело жука сохранилось почти полностью, за исключением ротового аппарата.

Заглянем внутрь насекомого. А там… Почти полная пустота! Немного органического вещества есть в брюшке. Все внутренние органы разрушились. В янтаре сохраняются, в основном, только покровы насекомых. Мы видим форму их тела, элементы внешнего строения.

Может это ошибка? Единичный экземпляр – не показатель! В микротомограф отправляется кайнозойская янтарная муха. И снова – почти ничего! Какая уж там кровь динозавра! Так что, таким способом воссоздать динозавров не получится. Гораздо реальнее получить из кусков целую ДНК животных, которые жили тысячи лет назад, а их ископаемые остатки сохранились в вечной мерзлоте.

Пока мы рассуждали о возможности оживления динозавров, велоцирапторы закончили трапезу, и побежали дальше по коридору, – вдалеке кто-то кричал…