Это птенчики золотистой ржанки. Их практически невозможно отличить от мха.

Мои энгри бёрдс.

Да, но умереть от обезвоживания вполне реально.

Погружению в обычный сухой песок мешает прежде всего трение между песчинками. Зыбучий песок перенасыщен воздухом или влагой, которые не дают песчинкам сцепляться друг с другом. Поэтому, попав в него, человек начнет тонуть.

Если паниковать и барахтаться, будет только хуже: перетряхивая окружающий песок, вы уменьшаете трение в нем и тем самым усугубляете погружение! Лучше всего попытаться лечь на спину.

К счастью, зыбучий песок плотнее человеческого тела. Так что даже отчаянно извивающийся человек не погрузится в него с головой. Но и освободиться ему будет очень трудно: песчинки быстро облепляют тело и сковывают движения.

Беспомощная жертва может просто погибнуть от жажды, прилива на берегу или теплового удара в пустыне. Поэтому зыбучие пески очень опасны.

Продолжаю пилить заметки юриста.

Однажды мой первый начальник сказал: «платят не тому, кто семи пядей во лбу, а тому, кто берётся». В своей практике я руководствуюсь таким посылом, насколько возможно охватив своим взглядом перспективы выигрыша – разумеется. Но ввязаться часто важнее, и вот почему.

В далеком 2012-ом звонит мне человек, на тот момент он был при посте и с полномочиями. Говорит, есть дело, оспаривание кадастровой стоимости земли для отличного клиента - богатого и вообще человека очень нужного . В качестве ответчика выступала местная администрация, с которой он якобы договорился: там все понимают, в суде ты встретишь полное непротивление, да и судья в курсе, твоя часть – сформировать требования к суду, которые просто будут удовлетворимы. На тот момент налог у него составлял в год почти полмиллиона(!!!)

Дело для меня новое, беру паузу, изучаю вопрос. Арбитражная практика широчайшая и была практически однозначной – НО только арбитражная. А тогда, в 2012 году, еще существовали отдельно Верховный суд и Высший Арбитражный суд, и нижестоящие суды ориентировались на разные верха. Это давало эффект неопределенности, не буду грузить подробностями.

То есть, вероятность отказа есть. А отказа не хочется, клиент перспективный, да и вообще – кому хочется проигрывать… Начинаю ходить по коллегам. Как-то не сильно помогло. Одна подсказала оценщицу, которая взяла это в качестве своей темы и разрабатывает ее. Иду туда. Прихожу, обрисовываю, получаю несколько ксерокопий и лекцию, как надо делать. А в этом способе логики … ну не то, чтобы ноль… но у того, кто такой путь проложил, хочется спросить:

Короче, там в форме какого-то двоемыслия мотается в проруби позиция то ли спорного, то ли констатирующего толка – при том, что в законе все прописано понятно. Начинаю дискутировать и в ответ получаю, мне здесь не нужно ваше мнение, я знаю, как делать правильно. Неприятно, но, конечно, понимаю, что лучше по тупому и – «да», чем по умному и – «нет». Благодарю и ухожу. Думаю дальше.

Правовая позиция мне понятна. Я решаю к своей, без ложной скромности – стройной и четкой логике применить эти уловки и в сумме вылепить из них то, что будет понятно суду. Повторюсь, практики тогда в общей юрисдикции было с гулькин нос, даже в целом по стране, и опереться суду нужно было на что-то, а на что – не особо понятно. Значит, надо эту опору выстроить в виде железных аргументов. Собираю всё в кучу, пишу довольно объемный иск, подаю, прикладываю тонну положительной арбитражной практики. Не буду грузить процедурными перипетиями – доходим до заседания.

В заседание приходит представитель Администрации (помните – которая полностью в курсе и на нашей стороне), приносит возражения. Я прошу почитать… и тут, она с заговорщицким лицом она говорит – а вам зачем, все нормально. Ладно, я доверяю своему партнеру… ммм, нуок.

Входим.

Излагаем свою позицию. Встает представитель Администрации, мямлит что-то против… довольно невразумительно… но просит отказать. Ну ладно, я же знаю, что все в курсе… Я же доверяю своему партнеру… на ходу как могу опровергаю эти возражения…

Выходим.

Представитель Администрации говорит, ну я на оглашение не остаюсь, всего вам хорошего и отличного настроения. Остаемся, ждем приглашения. Приглашают.

Входим.

Судья оглашает решение, стоим, слушаем. И тут, как утюгом по голове. ОТКАЗ!! Если бы мне только не знать, что «все в курсе и все за нас»… Я бы заранее клиенту объяснил, что практика не такая однозначная, может быть придется идти в обжалование, да и сам бы надел броню из «я предупреждал». Но я – не предупреждал!

Выходим.

Клиент спрашивает, что делать теперь. Держу лицо, говорю, странное решение, но идти в обжалование, другого пути нет. Судьба, значит, такая. А да, кстати, это не клиент, а номинальное лицо. Так надо. Настоящему клиенту я не знаю, что и сказать. При моем «партнере» и клиенте вся риторика сводилась к тому, что не дрейфим, все на мази, бодрячком и т.п. Вот они, блин, и должность и полномочия и связи… Спустя полчаса звонит и сам клиент. Звонит сам, не дожидаясь моего отчета. Ему нужны объяснения, а что я ему мог сказать? А, реально, что делать? Идти, обжаловать.

И держаться там.

Держусь, чо.

Дожидаюсь решения в полном виде. Читаю, судья подменяет собой эксперта-оценщика, довольно косо натянув решение на обоснование... Опять без подробностей, делаю новую оценку. Юристы скажут, новые доказательства во вторую инстанцию не несут. Но я несу, потому что в отчаянии. Новую оценку и экспертизу я получил в итоге рано утром, за полчаса до моего отъезда в апелляционную инстанцию.

Я приезжаю в обжалование, дожидаюсь своего приглашения.

Вошел.

Докладывал я в полутрансе, минут пятнадцать-двадцать. Времени не ощущал.

Вышел.

Совещались они сорок шесть минут. Это было первое такое дело по нашей области, прошедшее обжалование в Областном суде.

В логике короткого объяснения судьи-докладчика я услышал свою логику.

ПОБЕДА

Решение первой инстанции отменено, принято новое решение с удовлетворением моих требований. Никаких сил бурно радоваться не осталось. Я отзвонился клиенту, сказав, что мы победили и теперь он платит налогов за эту землю в четыре раза меньше. Звонила оценщица, но я не взял трубку, как-то было не до нее, отзвонился уже вечером, по приезду в свой город. Был польщен, что за меня болела вся ее контора, что маститые юристы с других городов в один голос заявляли, что это невозможно и перспектив у меня нет. В ее лице приобрел хорошего советчика.

"Партнер" меня подвел, он должен был обеспечить победу, а в итоге я вытянул все в одиночку. Тем не менее, с ним я рассчитался как договаривались, слово надо держать. Случалось потом и еще раз работать с ним. Снова через кучу го*на, но быт сам себя не оплатит...

Вывод для себя я сделал такой, что не стоит полагаться на коррупцию, она та ещё шлюха. И, конечно, что обещать юрист может только добросовестный труд и максимально ответственное отношение. А решение принимает уже суд, что важно довести до клиента в самом начале пути, а те, кто обещает победу сто процентов - не юристы.

И, когда что-то невозможно, но все равно пробуешь – бывает, получается.

Один из сценаристов Fallout: New Vegas и бывший креативный директор Obsidian Entertainment Крис Авеллон дал интервью, в котором охладил энтузиазм поклонников, мечтающих о ремастере культовой ролевой игры в духе недавно вышедшего Oblivion Remastered. Причина, по его словам, кроется в одном нереализованном решении, которое было принято много лет назад.

По словам Авеллона, последним контрактным этапом, который Bethesda выставила Obsidian Entertainment, была передача всего исходного кода и возможности воспроизвести билд игры за 10 000 долларов. Однако тогдашний глава студии Фергус Уркхарт так и не выполнил это условие и не получил оговорённую выплату.

По причинам, мне неизвестным, но у меня есть подозрения, Фиргус решил не закрывать этот этап и не передавать код.

Авеллон предполагает, что за этим решением стояло ощущение финансовой несправедливости со стороны Bethesda:

Это не странное решение, если ты считаешь – что вполне возможно – что опыт работы над New Vegas лишил тебя определённой суммы денег. В таком случае перекрыть поток доходов от этого продукта на какое-то время вполне могло бы быть вариантом. Я вполне могу это понять.

Что касается последствий, то Авеллон отметил, что все, с кем он общался после того периода, не имели представления, как заново собрать исходники воедино. При этом он не утверждает категорично, что у Bethesda вообще нет никакого кода:

Я не говорю, что у Bethesda нет исходного кода New Vegas – у них могут быть отдельные фрагменты. Но никто не знал, как это собрать заново.

Техническая сторона вопроса тоже непроста. Ремастер The Elder Scrolls IV: Oblivion, который вышел в апреле 2025 года и был разработан совместно с Virtuous, использует особую версию Unreal Engine 5, каким-то образом включающую в себя оригинальный движок Gamebryo. Авеллон считает, что для ремастера New Vegas потребовался бы аналогичный технический подход. По его мнению, слухи о ремейке Fallout 3 могут дать Bethesda возможность "обкатать этот процесс – просто чтобы понять, какие проблемы и трудности из этого вытекают".

Стоит отметить, что и Bethesda, и Obsidian сегодня принадлежат Microsoft, однако Авеллон считает, что общий владелец не гарантирует слаженной совместной работы.

Бывший аудиоинженер Rockstar Games Роб Карр, работавший над GTA 5, L.A. Noire и Red Dead Redemption, в интервью с Рисом "Kiwi Talkz" Райли рассказал о катастрофической ситуации на рынке труда в игровой индустрии. По словам Карра, массовые увольнения и закрытия студий привели к тому, что тысячи опытных специалистов одновременно ищут работу.

Терять работу неприятно в любой момент, но когда буквально тысячи людей оказались в точно такой же ситуации, ты понимаешь, что твой 20-летний стаж больше не дает преимущества при трудоустройстве, хотя пять лет назад этого было достаточно.

Карр добавил, что при всем его впечатляющем резюме конкуренция стала запредельной:

У меня 20 лет опыта в индустрии, я работал над одними из крупнейших тайтлов в мире, но есть ещё 35 человек с точно таким же опытом, стажем и послужным списком.

По его словам, на собеседованиях ему говорили, что с его резюме все в порядке, и что на данный момент возьмут его на работу или нет – сугубо элемент случайности.

Сейчас Карр живет в Финляндии, разрабатывает собственную игру Nyrkkipoyta и ведет блог Audio Expat. Как следует из его профиля в LinkedIn, после завершения контракта с Blizzard, где он работал над Overwatch 2 совместно с Redhill Games, Карр был отправлен в вынужденный отпуск и больше не числится в штате студии.

Корни проблемы уходят в пандемийный бум, когда резкий рост спроса на игры позволил многим студиям значительно расшириться. Однако после пандемии спрос не удержался на прежнем уровне. В результате индустрия столкнулась с волной сокращений, от которой страдают даже специалисты с десятилетиями опыта за плечами.

Линк