Студенты

Многие знают, что наше министерство образования очень любит проводить всякие эксперименты. То ЕГЭ с тестами, то без. То учебная неделя шестидневная, то пятидневная. То обществознание учим с 5 класса, то с 8. Я же во время учёбы в университете попала на введение бально-рейтинговой системы. В чем суть: весь цикл ты зарабатываешь хорошие оценки и потом на экзамене благодаря этому вероятность двойки и пересдачи резко падает. Конечно там была какая-то сложная пятиэтажная формула для расчета каких-то коэффициентов, но вроде как эта штука должна была выручать прилежных студентов. В теории. 

На практике же эта ерунда дважды помешала мне получить пятерку за экзамен (по травме было вообще обидно, я там соловьём про огнестрельную рану пела), а для любителей прогулять создала несколько лазеек: лекции в рейтинге не учитывались, а значит можно было не ходить на самую скукоту, а также один - два прогула были не способны резко ухудшить средний балл. 
Для многих из нас самым скучным предметом стал "Общественное здоровье и здравоохранение". Там учили правильно выписывать больничные, считать нагрузку на одного врача и прочую сложную статистику. Причем даже преподаватели понимали, что к моменту нашего выпуска бо́льшая часть приказов и методических рекомендаций поменяется и нам придется на работе учиться этому всему заново, но грядущий экзамен заставлял нас всех поднапрячься. 

Я, как честный студент, сходила на две первые лекции, чуть там не уснула и решила, что ну его нафиг. На рейтинг это не влияло, плюс у нас была прекрасная преподавательница, которая пыталась нас научить пониманию приказов, а не тупому следованию им. И так я вместе с кучей однокурсников и прогуливала бы, если б в середине года не очухался наш деканат и не внёс поправки в положение о рейтинге - теперь на оценку на экзамене стала влиять посещаемость лекций. Я решила перебороть себя и всё-таки ходить, кусочек балла на экзамене не был бы лишним. 

Итак, половина мучительной лекции уже позади, и тут профессор решает провести воспитательную минутку:

- Кхе-кхе, товарищи студенты, внимание! Как вы знаете, теперь в вашем рейтинге учитывается и посещение лекций. Я тут подготовил списочек, - он важно достал из портфеля черную толстую тетрадь и помахал ею перед залом, - и хочу зачитать список злостных прогульщиков. Если кто-то из них случайно присутствует сегодня, попрошу его встать как только назову. Поехали!

В списке было около сорока фамилий, среди которых была и моя. Всего нас встало трое.

- Пушистова Хома, о-о-о-о, вы почтили нас своим вниманием. Встаньте, покажитесь аудитории. Иванов Петр! О, даже рядом сели! Прелестно, прелестно. Петров Иван! Голубчик, а что ж вы от коллектива отбились-то, зачем на галерку-то сели? Ну да ладно. Товарищи прогульщики, я польщён, что вы решили хоть как-то поправить ваше бедственное положение, но знайте: я вас уже внёс в свой списочек, - он снова гордо помахал своей тетрадкой, - и экзамен вам не сдать. Даже на комиссионной пересдаче. Даже если плакать будете. Вылетите как пробки, так и знайте. 

Конечно я расстроилась. Ещё бы, старый профессор явно мог вот так подгадить. С другой стороны, на лекции по ОЗЗ тогда можно было и дальше не ходить, чем я и занялась. Все равно экзамен не сдать, в тетрадочку же попала. 

Близится конец года, и на цикле нас стараются получше подготовить к экзамену. По оценкам я иду вполне неплохо, перебиваясь с четверки на пятерку, и периодически мучаю преподавательницу вопросами по разным темам, чем ей и запоминаюсь. Остаётся где-то два месяца до сессии и тут...умирает старый профессор. Тот самый, что вел лекции. А после торжественного прощания уже никто на кафедре не может найти ту злополучную тетрадь прогульщиков. Либо не до нее было, либо пропала она бесследно. Честное пушистое, я свою лапу здесь ни капли не приложила.

Чем закончилась история для меня? На экзамене я попала к своей же преподавательнице и получила заслуженную четверку, затупив на выписке больничного по уходу за ребенком, да и шут с ним - все равно не пригодилось. 

Прочитал про химию запахов авторства @lovefst , и вспомнилось...

Представьте: Санкт-Петербургский государственный химико-фармацевтический, тогда ещё институт, нынче - университет (СПХФУ), второй курс, лекция по органической химии. 

Лекцию нам читает вот этот господин:

Увлечённо так читает, с воодушевлением, т.к. предмет свой очень любит и уважает.

На доске большими буквами, как полагается, тема: "КЕТОНЫ".

Ниже - формула простейшего из них: "СН2=О".

И вдруг, тянет руку один товарищ. Профессор вопросы на лекциях очень ценил, отвечал охотно и развёрнуто.

- Да, пожалуйста, что хотите уточнить?!?

- Скажите, пожалуйста, а почему у вас написано, что СН2 равно нулю???

Занавес!!! В аудитории ТИШИНА!!! Гробовая...

Такой быстрой смены цвета и выражения лица я не видел никогда. Профессор резко побледнел, потом побагровел...глаза вылезли из орбит, вот-вот на нос скатятся...

Прошипел: "Как вас зовут?!? Какая группа?!?"

Как потом утверждал этот товарищ: "Я просто пошутил".

Учился то он нормально, но с профессором шутки плохи. Драл он с него три шкуры ещё долго потом.

СНО - это студенческое научное общество. Знать о нём тогда не знала, но выступать на его собрании пришлось. А было это в 1996 году. Ужас как давно.

В то время я училась на первом курсе свердловского областного медицинского колледжа. И был у нас предмет - геронтология. Это наука о старении. Он рассматривался как введение в гериатрию. Гериатрия - это та же терапия, только для пожилых людей. Но об этом как-нибудь потом. А сейчас история.

Гериатрия мне показалась интересной наукой. Многие предметы покажутся интересными студентам, если преподаватель искренне любит свой предмет и умеет вкусно рассказывать. Наша преподавательница была именно такой. В дальнейшем её лекции мне пригодились. И вот ближе к концу обучения даёт она нам задание. Написать доклад на любую тему, какую мы себе придумаем, связанную с медициной. С одним условием - тема должна иметь отношение к пожилым людям. Всё. Кто хорошо напишет, тому будет пятерка автоматом по геронтологии за первый курс.

Отлично! - подумала я, и стала думать какую бы тему мне взять. И придумала! "Старость и суицид". Теперь был вопрос, где взять материалы? Это сейчас интернет, где в куче хлама можно найти нужную информацию. А в то время вместо него были библиотеки. В нашей библиотеке, что была при колледже, нужной информации я не нашла. Поэтому отправилась в библиотеку имени Белинского в читальный зал.

Каждый день после лекций и практических занятий я ехала в Белинку добывать материал. С собой брала тетрадь с ручкой и шла в читальный зал. Брала нужную литературу и выписывала необходимую информацию. Потом, уже дома суммировала, делала выводы. И так далее, и тому подобное. Доклад получился объёмный. На сколько страниц не помню уже.

Пока собирала информацию, узнала много нового. Вот вы, например, знаете, что число самоубийства в пожилом возрасте не меньше, чем у подростков? Просто у подростков попыток больше, а завершённых суицидов меньше. А то, что основная причина самоубийств - это выход на пенсию? Пенсионер, выйдя на пенсию, начинал ощущать свою ненужность и бесполезность. Затем уходил в депрессию, а потом и вовсе из жизни.

В моём докладе разбирались не только причины суицидального настроя пожилых людей, но и программа реабилитации, которую в своё время разработали в Москве и даже начали внедрять. За доклад я получила отличную оценку и пять автоматом. На этом казалось бы всё. Но нет.

Через месяц преподавательница по геронтологии попросила меня остаться после занятий. А потом сообщила, что хочет, чтобы я выступила с моим докладом на заседании СНО. "Только на листе ватмана надо нарисовать несколько таблиц и график, такого размера, чтобы с доски хорошо было видно. И титульный лист переделать." Сказано сделано.

В самом конце учебного года я пришла на заседание СНО. На титульном листе кроме моего имени было написано, что руководителем проекта является моя преподавательница. Сначала выступил студент массажист из слабовидящих. Он разработал какие-то новые виды молоточков для массажа и долго рассказывал чем они отличаются от тех, что были раньше. Потом ещё три человека что-то рассказывали. Честно говоря, я не помню что именно, так как откровенно скучала. Молоточки были самыми зажигательными. Если не считать моё выступление.

Когда я вышла к доске, люди начали скучать примерно как я, только немного шумно. Например, двое парней на задней парте о чём-то весело болтали. Остальные тихонько переговаривались, шуршали бумажками или смотрели в окно. Мне это категорически не понравилось. Для кого я собралась выступать? Для себя что-ли?

- Молодые люди! Да. Я к вам обращаюсь, - сказала я самой шумной парочке. - Если вам не интересно, можете покинуть помещение. Но прошу вас не мешать мне рассказывать, а остальным слушать то, что я собралась рассказать.

И наступила тишина. Все на меня уставились. А моя преподавательница сказала тихонько, что зря я так. Уже потом я узнала, что один из парней с задней парты вовсе не был студентом. Через год он вёл в моей группе курс топографической анатоми, а затем и патанатомию. Но он ни разу не напомнил мне об этом инциденте. Может забыл?

Ну а потом я выступила с своим докладом. Я не видела, чтобы кто-нибудь скучал. Никто не шумел и не перебивал меня. По окончании мне даже похлопали. После меня выступал ещё кто-то. Позже комиссия удалилась для принятия решения.

Мне дали второе место. Первое занял массажист. Преподавательница сказала, что мой доклад был намного лучше и интереснее, но инвалидам в колледже всегда дают первые места. "Это политическое решение." Именно так мне объяснили. А я и не расстроилась нисколько. Я даже не знала, что какие-то места будут давать. Кроме того мне было лестно, что я была единственным студентом первого курса, который участвовал в заседании СНО. Ведь в студенческое научное общество брали только после перевода на второй курс. И то только отличников.

Меня в СНО звали потом на третьем и четвертом курсе, но я отказалась. На третьем курсе студенты эксперименты проводили на мышах, а мне мышей жалко. На четвертом курсе я стала работать, и у меня совсем не стало времени. В общем - не получился из меня учёный.

Все бывшие и нынешние студенты медицинского знают одно страшное слово — отработка. Это когда преподаватель приглашает тебя на рандеву, только вы будете не кофий пить, а мило (скорее, не очень) обсуждать пропущенную или заваленную тобой тему. Люди за пределами нашего белохалатного круга могли слышать от нас что-то вроде: "Лучше помереть на паре, чем потом отрабатывать". За время учёбы у меня было всего четыре отработки: на первом курсе я проспала пару по биологии, тоже на первом курсе не сразу нашла общий язык с преподавателем латыни, затем на третьем офигела от сложности биохимии и завалила первый итог (остальные сдавала с первого раза 😎). А вот четвёртая была эпичной и массовой.
Шёл примерно четвёртый курс. В это время обучение проходит по системе циклов: на две-три недели ты погружаешься в один предмет и занимаешься только им, потом переходишь в другой и так до конца года. Мы всей группой пришли на новый цикл. Разумеется, к первой паре никто особенно не подготовился и учебный план на сайте не посмотрел, ведь чаще всего сначала мы знакомились с закреплённым преподавателем, и он нам объяснял различные организационные моменты, а первую тему нагоняли уже на втором занятии путём опроса сразу по двум темам.
Но эта кафедра сразу отличилась. Едва преподаватель отметил присутствующих, как решил попутно начать опрос прямо в алфавитном порядке. Первый вопрос, первый студент в списке — нет ответа. Второй студент — аналогично. Вопрос меняется, к ответу зовут третьего — тишина. Вопрос снова меняется — без изменений. Преподаватель вздохнул и решил воспользоваться теми самыми "спасительными вопросами": какого цвета учебник и кто его автор. Что ж, с этим мы справились: учебник фиолетовый, автор Петров. Пока он придумывал новый вопрос, кто-то из нас успел даже скачать этот учебник и быстро попытаться пробежаться по тексту. Что ж, новый вопрос, но теперь в помощь страдающему студенту с задних парт слышен суфлёрский шепот, и товарищ пытается в меру своих сил повторять услышанное. Преподаватель снова грустно вздыхает и спрашивает: "Ребята, ну вы где это прочитали?". "В учебнике, конечно", — отвечаем мы. "Да не писал я такого бреда, господи!" — преподаватель делает фейспалм. — "Вы бы хоть портрет поискали! Если что, я и есть тот самый Петров".
Наши лица вспыхнули румянцем. Кто-то попытался оправдаться, кто-то попросил дать минут двадцать на прочтение параграфа, а кто-то просто молчал. Профессор обвёл взглядом наш балаган, махнул рукой и произнёс: "Идите. У вас теперь будет групповая отработка".
И хоть тогда до меня очередь отвечать так и не дошла, мне всё равно стыдно — я бы, пожалуй, и не ответила. Да и мне никто не мешал заранее узнать учебный план и подготовиться к паре, а не поступать как все, забивая. В любом случае, всё закончилось хорошо: на групповой отработке профессор провёл беглый опрос и простил нас, а мы стали более осмотрительной группой.

На работе с коллегами вспоминали университетские хитрости сдачи экзаменов. Решил поделиться своим случаем)

Экзамен был по технике высокого напряжения, или как-то так. Не помню точное название.

Система была такая - сначала пишешь ответы на пять вопросов. Потом идешь на устную часть. Подготовился я очень слабенько. Весь расчет был на шпоры. В кабинете места только на 4 студента, так как кабинет для лабороторных. Препод сидел тут же, так что списать было сложновато. Но ваш покорный слуга справился с этим без проблем, опыту была к тому времени уйма. Но на один вопрос в шпорах не было ничего кроме двух предложений и одной длинющей формулы, с целым алфавитом. В общем списал я и это. Дождался своей очереди на устную часть. Захожу, сажусь. Начинаем общаться с преподом. Он держит листок с моими ответами у себя перед глазами и я вижу, что его что-то явно напрягает в моей писанине. Я уже и сам напрягся, думаю, все, сейчас завалит. И тут он кладет этот лист перед собой, то есть ко мне он вверх ногами - содержание видно, но чтобы прочитать надо постараться. Говорит мне, показывая на ту самую формулу: "Вот эта формула очень сложная и длинная, студенты ее обычно не помнят. А вы ее написали.". Я чувствую сидалищным нервом к чему клонит этот хитрец - мол, что я списал, а ежели нет может и попросить снова написать формулу по памяти, чего я сделать точно не смогу. Мозг начинает работать с усиленными оборотами и я думаю как бы вывернуться так чтобы я молодец, но не слишком сильно. И тут меня осенило и я говорю: "Я просто именно эту формулу прямо перед тем как зайти повторял, а сейчас уже плоховато помню". Он смотрит на меня испытующе, я на него вооружившись наивной улыбкой и добиваю:"Очень повезло". Были конечно еще вопросы. но в итоге я получил свое "хор." и пошел радоваться)

Кем вы хотели стать в детстве и как к вашей мечте относились родители? Я вот с детства хотела быть доктором (да, банальное), а мама видела меня юристом в своей фирме. Я не знаю, что подействовало на маму: куча уколотых и забинтованных игрушек или то, что цель моя не менялась со временем, но в итоге именно мама стала основным спонсором и поддержкой во время моего обучения наряду с отчимом, который тоже с головой ушел в процесс. Можно сказать, что мне повезло. А вот одной из моих одногруппниц - не очень.

Юлька (имя изменено) была родом из медицинской династии: их семейное медицинское прошлое шло на 3, а то и больше поколений назад, и у нее особого выбора не было. Ее папа был (а может и сейчас является) главой крупной клиники в другом регионе, мама там же работала врачом, а ещё была куча братьев и сестер, которые тоже ушли в медицину. Те, что смогли пойти другим путем, были практически отлучены от семьи авторитарным отцом. И именно папа Юли настаивал на ее медицинском образовании. 

Одногруппница сопротивлялась как могла: сначала получила не очень большой балл ЕГЭ, однако папа настоял на платном обучении. Затем стала проваливаливать зачёты - папа и тут суетился, тем более, что он закончил наш институт и связи ещё остались. Ее сопротивление иссякло где-то к концу второго курса, а учебная программа давалась неплохо, ведь она была совсем неглупой девушкой. Так Юлька застряла в нашей группе почти до четвертого года обучения. 

Ее судьбу решил случай: на одной из вечеринок по случаю хеллоуина она познакомилась с парнем на курс старше и очень сильно запала ему в душу. Через некоторое время они уже встречались, а после он переехал из общежития к ней. И здесь в историю снова вступает папа Юльки - он был зол, но решил дать молодым шанс: если они поженятся, то он даст им спокойно жить вместе. Молодой человек не теряется и делает Юльке предложение, выглядят они действительно счастливыми. А затем каким-то чудом отец одногруппницы соглашается дать ей свободу, но ее муж после выпуска должен будет работать у него в клинике под присмотром. Так и порешили.

Кем же хотела стать Юлька? Она была прекрасным парикмахером и даже имела какие-то корочки. Именно она впервые покрасила меня в рыжий и учила закрашивать седые корни. И я знаю, что не только я пользовалась ее услугами.

Что с ней было дальше? Она забрала документы из вуза, а ее муж успешно закончил лечебный факультет. Вместе они уехали в другой регион, где муж стал работать на Юлиного папу, а она стала администратором салона красоты. Где-то через год-полтора ее следы я потеряла, но искренне надеюсь, что у нее все хорошо.

У многих специальностей во время учебы есть производственная практика, когда студенту дают потрогать своими руками будущую работу. У медиков она устроена поэтапно: первое лето это помощник санитара, второе - помощник палатной медсестры, третье - помощник постовой медсестры, четвертое - помощник врача в стационаре и пятое - помощник участкового врача. Моя последняя практика проходила тухло, а потому расскажу о том, как сама уже работала с практикантами. 

Обычно детей присылают где-то в июле и разрешают делать с ними все в пределах разумного, главное домой раньше времени не отпускать. Наш университет за этим четко бдит: каждый день к врачу приходит руководитель практики с журнальчиком, а в коридоре дежурит подставной пациент, примечающий передвижения студентов. 
Я всегда была рада лишним рабочим рукам - учётные карточки сами себя не напишут, а прививочная картотека не посортируется. В награду за помощь старалась дать малышам потрогать живых пациентов и отвечала на их вопросы. Иногда случалось так, что внутри групп организовывался свой график перемещения между мной и другими радушными коллегами, потому что есть врачи, которые просто сажают студентов в угол и велят не отсвечивать.

В прошлом году у почти шестого курса в летней практике появилось новшество: если раньше ребята сидели только с участковыми, то теперь их отправляли на 2-3 дня к узкому специалисту. Так новая партия и попала ко мне. Первый день мы знакомились и я доверила им бумажки, а на второй решила уже подключать к работе, заранее предупредив, что нужны будут инструменты. 

На следующий день ребята притащили обычный терапевтический набор: стетоскоп, тонометр и фонарик. В принципе, этого было достаточно. Я спрашивала у приходящих пациентов, не против ли те присутствия студентов, отбирая доступные осмотру диагнозы. В начале я давала кратенько информацию по больному: чем болеет и как лечили. Сами пациенты уже дополняли согласно вопросам. А вот в конце я решила схитрить и рассказала не всё.

Пациентка около 70 лет, диагноз из двух раков - Лимфома и Рак лёгкого. Я попросила студентов как обычно доопросить и осмотреть женщину. Ребята как-то резко приступают к осмотру и в процессе выслушивания лёгких случается ступор. Я вижу, как один студент ставит головку стетоскопа на уровень правой нижней доли, хмурится, сравнивает с левой стороной, снова хмурится и передаёт стетоскоп следующему. Второй повторяет и тоже хмурится. Начинается перешептывание.

- Ребят, женщину нашу одеваем?

- А можно ещё послушать?

- Нина Ивановна, что скажете?

Пациентка улыбнулась и разрешила.

 - Ребята, что там у вас случилось?

- Звука нет

- Совсем нет?

- Ну чуть-чуть

 - Чуть-чуть нет?

- Эээ, не знаем.

- Нина Ивановна, покажите, где шрам был.

Пациентка показывает тонкую белую линию вдоль ребра и несколько других на той же стороне.

- Нашей пациентке удалили целую долю лёгкого. Такое бывает. А тихий звук вы слышали от верхней видимо. Если слышали конечно

- Все так просто?! А почему вы не сказали?

- Вы не спрашивали. Ни меня, ни пациентку. А она бы вам рассказала, правда Нина Ивановна?

- Правда. Вы им только двойки не ставьте

- Не буду конечно

На следующий день пришли уже другие ребята, а за ними ещё. Так мы все летнюю практику и пережили. Можно ли сказать, что я действительно обманула малышей, утаив от них операцию, или это их упущение из-за ещё небольшого опыта общения с пациентами? 

Не помню, рассказывала эту историю здесь или нет. Если что - прошу понять и простить.

 На четвертом курсе медицинского колледжа у нас был скучнейший, с моей точки зрения, предмет: «Основы организации здравоохранения». Мы его сокращенно называли ОЗО. Предмет вел пожилой мужчина, внешне лет семидесяти. Он большую часть своей жизни занимался преподавательской деятельностью. Основное место его работы было в медакадемии. У нас же он работал как совместитель.

Большинство студентов слушали его даже не вполуха, а в четверть. Многие занимались своими делами, стараясь сильно не шуметь из уважения к преклонному возрасту преподавателя. Однажды преподаватель нам говорит:

— Вот зря вы меня не слушаете. Это очень важный предмет. Он вам в жизни пригодится.

И тут же рассказал историю, которая совершенно не подтверждала его слова. Вот она.

«Был у меня один студент. Сидел на галерке и совершенно не желал учиться. Он или спал, или с соседями болтал. Однажды я сделал ему замечание и сказал, что ОЗО очень нужный предмет. И знаете, что он мне ответил? Что он ему никогда не пригодится, потому что он будет министром здравоохранения. А всеми этими вопросами, связанными с общественным здоровьем, будут заниматься его помощники. Вот так.

И знаете, кем этот студент стал? Правильно! Министром здравоохранения. Правда, не России, а Свердловской области. Но кто знает, как дальше будет складываться его карьера?»

Никогда не знаешь, что ждет человека впереди. Быть может, сегодня вы общались с будущим президентом России.

Задача выполнена на сто процентов!

И опять в ожидании тепла, лета, сухости и зеленой природы. Хотя нет. Я просто разбирал старые файлы, обнаружив самодельный фильм на тему знаменитого ужастика "Звонок". 

Когда-то мы с друзьями, будучи в походе в горы, маявшись от похмелья безделья, сняли несколько кусков видео, просто в качестве забавы. Потом один склеил все это на видеоредакторе, окончательно убив качество. Сделано это безобразие в 2006 году, когда цифровые мыльницы уже снимали видео, но отсутствие функции записи звука было еще вполне нормальным явлением. Потому кинцо и получилось немым, как на заре его производства. Но по-моему, так даже лучше.

Локация - Абзелиловский район республики Башкортостан, близ лагеря "Горное ущелье".

PS: в то время был особо распространён "подонковский язык" (типа превед медвед и т.п.), в связи с чем фильм был назван так. В память о тех временах я не стал менять название.

  Учились со мной в одной группе Аня и Ваня (имена я, конечно, поменяла).

  Аня была умной, уравновешенной девушкой. Очень спокойная, рассудительная, ни о ком слова худого не скажет. У Вани был "острый язык", как тогда говорили. Сейчас говорят проще - "тролль". Троллил он всех, кроме Ани. Потому, что Ваня был влюблен в эту девушку. И влюблён был не на шутку.

  Ваня стал ухаживать за Аней. Сначала она на него не обращала внимания совсем. Учёба для Ани была на первом месте. Но Ваня был очень настойчив. И вот через год девушка стала отвечать на его ухаживания. Ваня с Аней стали дружить. Ходить в гости друг к другу в комнату пить чай с плюшками (жили в одном общежитии), в кино, театр. Гуляли по улице. Но до секса дело ещё не дошло, как с Ваней случилась беда. Заболел Ваня туберкулёзом.

  А случилось это так.

  Проходили мы практику в одном из роддомов города Екатеринбург. В то время этот роддом был обсервационным. То есть в нём рожали женщины с инфекционными заболеваниями или не обследованные. Наша бригада решила не ходить всю неделю каждый день на 4 часа на практику в, а разбиться парами и привести в роддоме сутки. А потом гулять до понедельника.

  Если мы, я и мой одногруппник, только присутствовали при родах, то Ваня с Аней попали в такую смену, где им разрешили роды принимать. Конечно, не самостоятельно. Рожала в те сутки женщина, больная туберкулёзом - диссеменированная форма. При этой форме туберкулёза инфекция распространяется по организму с током крови либо лимфы. У женщины развилось многоводие. И во время родов околоплодные воды вылились прямо на Ваню. Окатили его с головы до пояса. Вымок не только халат, но и медицинская маска. Воды попали и на лицо. Конечно, его тут же отправили мыться и переодеваться. И всё бы забылось со временем если бы не последовало продолжение.

  Примерно через месяц Иван заболел - вроде как простыл. ОРВИ перешло в пневмонию. На обычный антибиотик реакции не последовало. На снимках увидели абсцедирующую пневмонию, которая оказалась туберкулёзом. Ваню тут же в туберкулёзное отделение госпитализировали. Стали контрактных всех обследовать и искать от куда ноги у тубика выросли. Всё окружение оказалось здоровым (вся общага + друзья + родственники). Вот тут и вспомнили случай в роддоме. Всё сошлось.

  А у Вани начались трудные времена. При первичном туберкулёзе госпитализируют на 6 месяцев (не знаю как сейчас, но тогда это было так). 6 месяцев в стационаре - это значит, что придется оставаться на второй год. А это приведёт к тому, что Аня будет учиться не с Ваней, и колледж закончит раньше. Есть большой риск потерять завоёванные позиции. И вообще! А вдруг она в кого-нибудь влюбится? Ваню это не устраивало от слова совсем.

  В феврале у нас была сессия. Ваня утром получал лечение в больнице и ехал в колледж на консультацию, а затем на экзамен. Один раз на консультации он даже упал в обморок, но ехать в больницу отказался. Немного отдохнул в мед.кабинете, и пошёл дальше "консультироваться". Сессию сдал. После каникул продолжил учёбу параллельно с лечением.

  В конце концов он добился полной взаимности. После колледжа Ваня с Аней поженились. Теперь у них двое детей и свой дом.

Когда любишь - нет преград. Я так считаю.

Архитектурное бюро представило проект микродомика, рассчитанного на проживание одного человека. Площадь сооружения составит всего 10 квадратных метров, но при этом оно будет оборудовано всем необходимым для полноценной жизни и учебы.

Разработка подобного дома-модуля была осуществлена по заказу университета города Лунд, заинтересованного в дешевом, быстровозводимом и при это дружелюбном к экологии жилье для своих студентов. По взаимному согласию заказчика и проектировщика минимальная площадь сооружения была сокращена с 25 до 10 квадратов.

Ладно. Расскажу ещё одну историю времён студенчества. Так-то их у меня много :)

 Я не знаю как сейчас проводятся практические занятия по гинекологии в медицинском колледже. Расскажу как они проводились у нас во второй половине девяностых годов. Я училась в Свердловском Областном Медицинском Колледже на фельдшерском отделении. Из нас пытались приготовить фельдшеров "семейной практики". Предполагалось, что поедем мы по сёлам и деревням жить и работать на ФАПах (фельдшерско-акушерский пункт). И будем мы там всеми - педиатрами и терапевтами, неврологами и кардиологами, акушерами и гинекологами. Станем лечить человека от его рождения до самой смерти. Наверное, именно поэтому нам всё показывали, в том числе и как женщин на гинекологическом кресле смотреть.

 На практических занятиях мы занимались побригадно. В нашей бригаде было 10 человек - 7 девочек и 3 мальчика. В тот день нам велели явиться в женскую консультацию для практических занятий за полчаса до начала приёма. В кабинете врач нам рассказали как проводится осмотр. А потом врач пригласила женщину на приём.

 В кабинете гинеколог спросила у женщины:

- Вы не будете против, если я Вас осмотрю вместе со студентами?

 Женщина по своей наивности согласилась. Она же не знала, что студенты её будут не только глазками смотреть, но и ручками своими неумелыми. Да. Мы все после гинеколога, попытались пропальпировать матку у женщины. Надо отдать ей должное - она терпела нас молча. Ни звука не произнесла.

 После осмотра женщины, пока та одевалась, врач велела нам идти по домам, предварительно расписавшись в журнале. Честно говоря, я даже не представляю как та женщина после такого осмотра с кресла слезала.

 Больше в этой консультации мы не были, и женщин через влагалище не осматривали. Но я сделала вывод - если мне предложат меня "посмотреть вместе со студентами", я узнаю как они смотреть будут - глазками или ручками тоже? Если ещё и ручками, то откажусь пожалуй.

 У нас работал на Скорой один интерн из Медицинской академии. Тогда он проходит интернатуру на кафедре акушерства и гинекологии. Только только начал обучение. Так он рассказывал, что сначала интерны учатся женщин на муляжах смотреть. А в девяностых годах в нашем колледже из муляжей была всего пара "рук" с венами как канаты, для отработки навыков внутривенных инъекций, да две поролоновых "задницы". Вот и приходилось на живых людях навыки отрабатывать.

Немного воспоминаний, или "ошибка выжившего".

Общага БГУИР №1 на Якуба Коласа, г. Минск. 12 этажей. Я и мои соседи с соседнего потока напротив ещё те экземпляры, причём весь их блок (две комнаты по две кровати с общим сан. узлом и дверьми). Я уже где-ту тут писал, что они в 3-4 часа ночи вытянули меня в коридор бухать и закусывать почти обглоданной костью с остатками мяса.... Так вот это те самые "экземпляры".

Ситуёвина первая, услышанная. С ними жил чувак, по кличке "Грубик". А всё дело в том, что мы - вчерашние школьники, а он сначала ПТУ закончил, потом в армейке в десантуру попал - отслужил. Учитывая, что в армейке видать хорошо по голове настучали, или сам забыл/не_знал - на работу устроиться не смог (а может и реально, его специальность нахер кому нужна была). Со второй попытки поступил на факультет ВМС БГУИРа. И вот прикиньте накачанного в армейке чувака в 25 лет, который живёт и учится с 16-17 летними здыхляками-ботаниками... Блок он "построил" моментально, но и кликуху получил так же сразу - Грубик.

Так вот, это уже из рассказов. Причём из разных источников. Бухали они всем блоком в 4 рыла, набухались хорошо (по крайней мере сам Грубик этого эпизода не помнил). Точно уже не помню, но походу отмечали сдачу зимней сессии. Тогда на улице было около -15℃. Балконы у нас были простенькие - никакого остекленения. Выходишь через дверь на балкон - перед тобой простой - сверху металлическая труба, снизу - бетонная плита, вроде такой:

И вот набухавшись, они заспорили про армейку Грубика - мол звиздишь ты знатно. Он, поспорил и в качестве спора - я буду висеть снаружи балкона 10 минут - засекайте. Напомню, труба промёрзшая, около -15℃, на ней инея полно. А это как ни как 10й этаж....

Результат спора - литр водяры он выиграл (потом с ними же и выжрал, но уже скидываться не пришлось ему) - провисел, причём около 12-15 минут (кто - что говорил), вместо 10 - не верил в отсчёт времени, и думал его наколят, о чём и говорил. Спокойно подтянулся и залез обратно на балкон. При этом висел как был в комнате - в домашней одежде.

Сам же он был уже очень хорошо накачан и нихрена не помнил. От его двух соседей я лично слышал этот рассказ (там только по времени различия были). Ещё и третий слухи пустил, но когда мне слухи эти дошли - там уже так всё переврали, что мама не горюй...

А вот ещё история из моего студенчества.

  Вспомнилось мне как я уколы солдатам ставила.

  На третьем курсе мед.колледжа проходили мы практику по хирургии в госпитале МВД. Пациентами были в основном солдаты из действующих частей. С утра мы с заведующим отделением делали обход - он осматривал пациентов, а мы смотрели и слушали. А потом расходились по отделению. Кто шёл в процедурку инъекции делать, кто - в перевязочную повязки менять, кто на пост бумажки писать да таблетки раскладывать - всем работа нашлась. Но каждый день мы менялись местом работы. Это называлось "ротация". Конечно, всё происходило под чутким присмотром медсестёр.

  И вот через неделю, когда я в перевязочную только зашла для того, чтобы приступить к работе, вслед за мной зашёл одногруппник Игорь и говорит:

- Там возле процедурки солдаты стоят и очень просят, чтобы ты им уколы ставила. Говорят, что совсем не больно делаешь их.

А я отвечаю:

- Так я слово волшебное с обезболивающим эффектом знаю - попка. Подходишь со шприцем к обнаженному заду и говоришь: "О! Какая попка красивая! Сейчас мы ей укольчик сделаем!" И всё. Пока солдат переваривает мои слова о своей заднице, делаю укол. Хочешь сам попробовать?

Игорь отказался и ещё раз попросил просьбу. Я пошла делать уколы. На следующий день с той же просьбой обратился ко мне другой одногруппник Сергей, на третий - Андрей, потом вся бригада решила оставить меня до конца практики в процедурке.

  Никто из парней моей бригады не захотел обезболивающее слово применить. И их можно понять. Солдат есть кто? Это молодой парень. А я для него молодая и интересная женщина. И мои слова вызовут только положительный эффект. Трудно предположить реакцию пацанов, если мой одногруппник скажет в адрес ягодиц пациента "попка".