Журналисты

Нелли Блай, прошедшая огонь и воду и снискавшая всемирную славу красавица с несгибаемой волей, разила острым пером во времена, когда представительницы слабого пола могли только мечтать о каких-то равных правах с мужчинами. Авантюрная женщина-репортер, успевшая в поисках интересного материала побывать под прикрытием в сумасшедшем доме, осталась в памяти людей, как первый человек, обогнувший Землю за 72 дня.

Оскорбительный тон автора заметки возмутил юную «суфражистку», после чего она направила длинное гневное письмо в редакцию издания. Главный редактор, оценив литературный талант Элизабет, тут же отправил ей предложение о сотрудничестве в качестве колумнистки светской хроники. Так ошеломленная Пинки впервые попала в журналистику и стала освещать жизнь местной богемы.

Казалось бы, что нужно еще даровитой юной красавице? Мир, где вокруг снуют перспективные джентльмены, а городские модницы бабочками порхают из одного ресторана в другой, виделся раем для многих девушек, однако Элизабет была не из таких.

Оценив острый глаз и ум девушки, главный редактор решил, что она сможет найти интересные сюжеты из жизни Латинской Америки. Именно тогда и родилась Нелли Блай. Под этим псевдонимом, взятым из старой американской песенки, Элизабет Кокран будет писать до конца жизни.

Ее интересовала жизнь простых рабочих и особенно женщин, трудящихся на производствах. Не стесняясь в выражениях, Блай описывала быт работяг таким образом, что уже очень скоро на нее обратили пристальное внимание власти Мексики. В дальнейшем Блай поддержала местных журналистов, вскрывавших факты коррупции в работе правительственных органов, после чего недовольство власть имущих вылилось в то, что Нелли Блай стала в стране персоной non grata, и ей пришлось уехать обратно в США.

К тому моменту на родине Нелли Блай уже обрела славу обличительницы и смутьянки. Руководство газеты встало перед дилеммой: с одной стороны, ее статьи привлекают читателей, с другой — дерзкая дама не щадит никого и «кусает» сильных мира сего. После того, как Блай начинает писать о работе крупного сталелитейного производства в Питтсбурге, решение приходит к редактору само собой и строптивой девушке дают в «Pittsburgh Dispatch» от ворот поворот.

Нелли Блай, имея несколько долларов в кармане, решается уехать в большой город, а где как не в бушующем Нью-Йорке неугомонной амазонке пера можно применить свои едкие навыки? Именно там Блай и познакомилась с миллионером Джозефом Пулитцером, на долгие годы ставшим ее патроном в газете «The New York World» и журналистике. На глаза Блай попались несколько публикаций в различных нью-йоркских изданиях, которые рассказывали о том, в каких тяжелых условиях приходится жить людям в сумасшедших домах.

Под видом сумасшедшей она планировала проникнуть в одну из психлечебниц и провести там работу непосредственно «в поле». Джозеф Пулитцер, ошеломленный затеей своей подчиненной, в итоге дал добро, но заявил, что ни за что отвечать не будет. Другого ответа Нелли Блай и не ждала.

Основательно изучив по книгам поведение умалишенных, Блай создала в своем образе такую фактуру, что как только она, вся в тряпье и грязи, пришла в ночлежку, ее незамедлительно направили в сумасшедший дом, где она провела несколько недель. Этого времени Нелли Блай хватило, чтобы с избытком ощутить на себе все особенности работы психиатрической системы Нью-Йорка.

Ее книга «10 дней в сумасшедшем доме» имела эффект взорвавшейся бомбы. Описанные в ней чудовищные издевательства над пациентами и общие условия быта больных настолько впечатлили американское общество, что властям пришлось принимать экстренные меры по реформированию финансового обеспечения сумасшедших домов и системы здравоохранения в целом. Нелли Блай обрела всенародную славу настоящей журналистки и репортера, работающего в таких условиях, о которых другие не могут представить даже в кошмарах.

Источник: http://surfingbird.ru/

Уже около месяца журнашлюхи педалируют тему: "Мы нашли признаки жизни на экзопланете".

Кратко, в созвездии Льва есть красный карлик K2-18. Эта звёздочка находится в 124 световых годах от нас, вроде и близко, но всё-же далеко (Вояджеры улетели от Земли примерно на световые сутки). Красные карлики намного слабее и тусклее нашего Солнца, зона златовласки у них очень узкая и расположена очень близко к звезде.

Транзитным методом (это когда планета проплывает между нами-наблюдателями и родительской звездой) была открыта телескопом "Кеплер" в 2015м году. Относится к классу супер-земель (масса около 9 масс Земли), крутится близко к своему карлику (год там равен примерно 33 нашим дням) и очень вероятно является планетой-океаном.

Во время прохода планеты между нами и звездой удалось изучить спектр атмосферы этой супер-земли. По данным телескопа "Джейм Уэбб" получалось, что там присутствует диметилсульфид и диметилдисульфид. Фишка этих двух веществ в том, что на Земле он вырабатывается в основном водорослями и фитопланктоном. Получение в  промышленных масштабах - требуется катализатор. Т.е. эти вещества сами по себе в космосе образоваться не могут, в отличие от некоторых углеводородов (того же метана в космосе полно).

Вот на этом и погорели все, кто пытается раздуть сенсацию из ничего.

Учитывая, что условия для жизни на K2-18b не очень для зарождения жизни даже в примитивной форме, данные начали исследовать повторно и перепроверять. Оказалось, для того, что бы "Джеймс Уэбб" сумел зафиксировать следы этих веществ, их концентрация в атмосфере планеты должна быть раз 20 больше земной, что нереально получить так как водоросли и фитопланктон, даже если будут напряжённо пукать не смогут обеспечить. Но что самое интересное, с помощью моделирования исследователи показали, что введение в данные достаточного количества метана делает их неотличимыми от тех наблюдений, по которым обнаружили диметилсульфид.

Причина в том, что полосы поглощения излучения у метана и диметилсульфида частично пересекаются. Если от источника приходит много излучения, то можно отличить одно соединение от другого. Но K2-18 — очень тусклая звезда, от которой до нас доходит немного электромагнитных волн. (Источник разоблачения)

Мы снова видим, что ради громких заголовков журналисты опять изнасиловали учёных.

  Я же заявлял, что сам я не интересный, но жизнь у меня весёлая? Так вот. Пятница. А это значит, что пришло время для журналистских баек. Я же жургалюг был. До того, как ушел в дизайн. До того-до-того, как был академическим историком. Не. Сам по себе я не интересен...

Все истории, которые я представляю - правда. Потому как я был свидетелем или участником. Поехали?

  Администрация нашего миллионника закупила неплохие микрофоны. Shure SM58 с радиоприводом. Вы эти микрофоны видели что у БГ, так и у LP и Sia. Сам в такой пел с придыханием, очаровывая какую-нибудь сегодня на ночь. Так вот. Ситуэйшн. Городской цирк, там Мэр поздравлял всех оквартиренных выпускников детских домов, то есть сирот. Было одно условие - они должны были пережениться. Кроме меня, просто радио-журналиста присутсвовали телевизионщики. Мои друзья, если что. А у них сненд-ап.    Это не популярный жанр, а тяжелый труд. Для того, чтобы внести живинку в репортаж, надо быть среди события и прямо в камеру нахерачить что-то жизнерадостное. И вот девочка с чудесным цветом глаз начинает вещать и сбивается: "Б..ть!!" Потом еще пару дублей. В это время как раз мэр выступал. Радиосистемы с микрофонами на одной частоте. Что у мэра, что у наших с про-правительственного канала. И вот этот индюк с трибуны глаголит о том, какой он благодетель, что квартиры подарил за налоги прочих граждан. А в паузах тихоньно, но слышимо: "бля...б.. б..ть, бля.." И все это нежным девичьим голосом. Фоном так. Все в том этом "Ах..ть" Телевизионщики об этом только потом узнали. То есть, они-то не слышали, поскольку не в зале были. А за дверями. Вот такая фигня, б...ь

Планирую опубликовать, как вся моя редакция охраняла меня при репортаже о гомиках. Я и сам боялся к ним в дом. Интересно?

Мужчина 35 лет

— Со своей первой женой я познакомился почти девять лет назад – мы учились на одной параллели: я на юриста, а она хотела стать журналистом, - начал свой рассказ клиент, высокий красивый мужчина в строгом костюме и едва заметным шрамом на левой щеке. – Это была настоящая любовь с первого взгляда - от знакомства до замужества прошло всего десять месяцев.

— Как к этому отнеслись ваши родители?

— Моя мама готова была целовать Нине ноги, благодарная что хоть кто-то решил прибрать к рукам такого обалдуя как я. А отец… он, конечно, хотел, чтобы я сделал карьеру и встал на ноги, но не стал мешать, более того – он поддерживал во всем, в чем только мог. Насчет тестя с тещей – я с ними особенно не контактировал, они до сих пор живут в Новосибирске, и мы виделись за это время всего раз пять.

— Вы завели детей?

— Нет, к сожалению, - лицо Николая резко помрачнело. – Может, если бы я настоял на этом, то ничего плохого и не произошло… Нина была очень, как бы это сказать, активной что ли – постоянно моталась по стране, брала интервью, снимала репортажи. Ей было интересно путешествовать, находиться в центре событий, слушать людей.

— Не очень подходящая работа для семейной жизни.

— Вы правы, но я знал на что шел, когда делал ей предложение. Точнее я думал, что знал, но два года спустя реальность здорово ударила нас обоих. Жену тогда отправили снимать фильм об участии наших инженеров в постройке электростанций в нескольких африканских странах. Это была ее первая поездка в том направлении, и мне, если честно, совсем не нравилось что она отправляется в такую опасную зону. Но тут ничего не поделаешь, работа есть работа – тем более что Нина была более чем подготовлена к жаркой погоде, поскольку перед этим почти три месяца провела в Туркменистане. И вот она вылетела вместе со съемочной группой сначала в Стамбул, а потом в Абуджу – столицу Нигерии. Там их должны были встретить и на маленьком самолете отвезти в один из районных центров, откуда потом на машине до места строительства.

— Не самый простой маршрут, - заметила я.

— И, как оказалось, не самый безопасный, - пробурчал Николай и, сняв очки, потер переносицу. – Спустя шесть часов после приземления в Абудже она перестала выходить на связь. Последним сообщением было что с ней все в порядке, и они уже едут на джипе с местными. Поначалу я не беспокоился – ну мало ли, сети там нет или просто замоталась и забыла отписаться. Но когда прошли сутки, я начал тревожиться – позвонил ее начальнику, спросил не выходил ли на связь кто-то из ее товарищей. Оказалось – никто, все члены группы молчали.

— Произошла авария или что-то в этом духе?

— Ничего такого - на самом деле я плохо помню ту неделю, слишком уж много было переживаний, - покачал головой мужчина. – Ровно через одиннадцать дней после пропажи Нины, пришло сообщение что на их колонну напали местные повстанцы. В живых никого не осталось…

— Сочувствую вам.

— Спасибо, - мрачно усмехнулся клиент. – Когда мне об этом сообщили я просто встал как вкопанный и долго не мог прийти в себя. Из столбняка меня вывел Нинин шеф, который попытался как-то оправдаться. Тут меня всего перекосило, глаза затянула красная пелена и я ринулся было врезать этому подонку, который отправил мою любимую на смерть, но меня схватили мужики и не дали этого сделать. Я вырывался, кричал что прибью его, но в конце концов остыл и, хлопнув дверью, ушел.

— Как вы сумели справиться с этой потерей?

— Мне помогло время, - честно признался он, тяжело вздохнув. – Первый год был самым сложным, я даже не могу вспомнить что делал в то время. Второй и третий я жил будто на автопилоте: дом-работа-дом и больше ничего. Четыре года спустя я начал потихоньку приходить в норму: стал ходить в местный шахматный клуб, появились новые знакомства, привычки. Мир перестал быть серым и непроходимо тоскливым. Но если честно, все эти годы я перед сном разговаривал с Ниной: ложился на кровать, поворачивался к тому месту где лежала она и рассказывал о том, как прошел мой день. Вы не подумайте, я не псих и никто в ответ мне ничего не говорил… Просто мне было так легче переживать это все.

— Я понимаю вас, - сдержанно улыбнувшись, ответила я. – Вы сохранили ее вещи?

— Все, что были, - неожиданно просветлев, сказал Николай. – Я хранил их все эти годы: одежду, украшения, фотоальбомы, компьютер. Они стали для меня чем-то вроде реликвии.

— Вы не думали, что пора отпустить ее и начать новые отношения?

— Думал, но никак не решался, пока эти отношения сами не нашли меня… Я познакомился с одной посетительниц нашего клуба – Олей. Мы несколько раз играли вместе, потом я предложил выпить чего-нибудь, затем проводил ее до дома и как-то все само собой получилось. Она работала в библиотеке неподалеку от моего дома и казалась очень спокойной и сдержанной, можно сказать – полной противоположностью Нины. Видимо это и сыграло свою роль в том что у нас все получилось – Ольга как бы заняла другое место в моем сердце.

— Как она отнеслась к тому что вы все еще храните вещи бывшей жены?

— С пониманием, и я очень ей за это благодарен. Узнав о том через что я прошел, она ничего не сказала, лишь обняла меня и крепко-крепко прижалась, показывая тем самым что не собирается вычеркивать Нину из моей памяти и выбрасывать то, что я так долго хранил. И с каждым днем наши отношения становились все крепче и крепче, я сделал ей предложение, мы по-тихому расписались и…

— Что-то случилось?

— Почти полгода назад, в воскресенье утром, в дверь кто-то позвонил – Оля открыла дверь, поздоровалась с кем-то, а затем позвала меня. На пороге стояла белокурая женщина с изможденным лицом, одетая в старую потрепанную военную форму. Мы стояли друг напротив друга, не в силах сказать хоть что-то. В какой-то момент я сделал шаг вперед и, обняв ее, зарыдал от счастья, а Нина сделала то же самое. Она ревела как маленькая девочка и ее тело содрогалось в моих руках. На эти звуки вышли соседи и Оля, затолкав нас обоих внутрь, закрыла дверь, спрятав нас о посторонних глаз.

— Как она сумела выжить?

— Я хотел задать ей этот вопрос, но сама ситуация была очень уж сложной, как вы можете себе представить. Утерев слезы, я представил обеих своих жен друг другу и  предложил чего-нибудь выпить. И лишь после половины бутылки коньяка, мы смогли начать разговор. Если не вдаваться в подробности, Нина попала в плен – всю ее группу вырезали, а ее оставили. Почему? Да потому что она всегда была красавицей – вот ее и решили в качестве презента отдать местному главарю. Почти пять лет она была кем-то вроде невольницы, как и многие другие девушки. Она пару раз пыталась бежать, но ничего не получилось – в назидание остальным ее жестоко высекли. Я видел шрамы – они ужасны, можете мне поверить. А потом, как это часто бывает в тех краях, главаря убили и на его место пришел другой подонок. Но прежнее место ему не понравилось, и он решил перевезти все добро и рабов в том числе в другой город. Воспользовавшись этим, Нина сумела освободиться и ускользнуть.

— Вот это сила воли! – восхищенно сказала я.

— Жаль только, что она не смогла далеко уйти, несмотря на ночь. Ее поймала другая банда и пыталась потребовать выкуп с кого-нибудь, но им это так и не удалось. Спустя полгода на поселение напали правительственные войска и освободили Нину, после чего привезли ее в наше консульство. А оттуда она несколькими самолетами вернулась домой, чтобы обнаружить своего мужа с другой женщиной…

— Суровая история.

— И это лишь то, что она сумела из себя выжать. После этого Нина заявила, что все понимает и не будет нам мешать, встала и направилась к двери. Но я остановил ее, спросив что она теперь собирается делать. Сказала, что не знает, но попробует вернуться к родителям, а там видно будет. Я крепко держал ее за руку, а она пыталась вырваться. Потом ударила меня, еще раз и еще – а я просто стоял и терпел, понимая как ей сейчас тяжело. Я ведь отчасти предал ее – она столько лет жила мыслью что вернется домой, ко мне, а тут…

— Вы сумели ее удержать?

— Это сделала Оля – она неожиданно встала из-за стола и, закрыв дверь на замок, твердо сказала что никто никуда не пойдет. Предложила успокоиться, а затем рассказала Нине о том как я все эти ходы хранил память о ней и в доказательство показала все ее вещи. Минута, и она снова расплакалась глядя на них – видели бы вы с каким выражением лица она поглаживала рукава своей одежды… В общем, Нина осталась с нами – она отключилась почти мгновенно, стоило только ей положить голову на подушку. А на следующий день мы с Олей не пошли на работу, позвонив и сказав, что заболели, после чего попытались хоть как-то понять как нам жить дальше.

— И что же вы решили?

— Оля предложила остаться всем вместе – то есть именно то, чего я не решался сказать. Нине это не очень понравилось, но это было лучшим решением, по сравнению с новой разлукой. А я… я ломал голову над тем как нам устроить быт и все остальное так, чтобы две женщины не передрались друг с другом. Я чувствовал будто оказался между двух огней: шаг в сторону – расстрел. Но оказалось что они вполне могут договориться и без меня – особенно, когда убедились что я в действительности люблю их обеих. Единственное, о чем мы все втроем не решались говорить – ну… вы понимаете, о чем я. Первое время Нина спала на диване в гостиной – я боялся вообще притронуться к ней, учитывая через что ей пришлось пройти. Мне было трудно, но она сама в какой-то момент поцеловала меня, и я понял, что могу то же самое, хотя и стеснялся делать это при Ольге.

— Да уж, необычная ситуация.

— Даже не знаю как бы я сумел с этим справиться если бы не рассудительность и хладнокровие Оли. Она не только не стала ревновать, но и взяла Нину под свое крылышко – помогла адаптироваться к новой жизни и даже устроила к себе на работу, благо у нее оказалось вполне подходящее образование. В общем, мы как-то наладили жизнь и начали справляться с приходящими вопросами. Со всеми, кроме одного…

— Слушаю.

— Нина порой кричит по ночам, а когда раздаются громкие звуки – дергается и закрывает голову руками. Иногда, приходя с работы домой я замечаю, что у нее красные глаза – видимо она плачет, когда мы этого не видим. Похоже, что ее преследуют тяжелые воспоминания. Я уже видел нечто подобное – примерно так же вел себя мой дядька, вернувшийся из Афганистана. Полагаю, ей нужна квалифицированная помощь – не знаю только психологическая или психиатрическая. Поэтому и пришел к вам, как думаете – вы сможете ей помочь?

— Можно попробовать, - кивнула я, сделав несколько пометок в блокноте. – Но она должна сама прийти ко мне, добровольно. Это очень важно!

— Думаю, я смогу это устроить, - задумчиво ответил Николай. – Лишь бы это помогло, а то у меня сердце разрывается, стоит только услышать ее крики...

* лекарство называется метФОРмин, морфин – это немного другое

Этот пост - первый в серии. Как и все последующие - по следам моих путешествий с семьей из Переславля-Залесского на черноморское побережье.

Пишу я по нескольким причинам:

- Я журналист и профессия моя откладывает свой отпечаток на многие сферы моей жизни. Например, я не могу просто так поехать куда-то и глазеть, я обязательно должна найти что-то особенное, о чем потом стоит рассказать.

- Возможно поэтому отдых в России открывается для меня с иной стороны. Как и всем, мне встречаются и плохой сервис, и непорядочные люди. Об этом уже написана масса постов и коментов. Я же хочу рассказать о другой стороне медали. О местах и людях, о городах и природе.

- Это мое третье подобное путешествие на машине и шестое, если прибавить один полет и несколько поездок на поезде. Каждый раз это высший класс и чемпионский разряд! Но только в этом году моя профессиональная осознанность дошла до того, чтобы собрать достаточно материалов для серии постов.

"Высший класс и чемпионский разряд" - цитата из моего любимого фильма — "Двое: я и моя тень"

На этом подводку к сюжету завершаю. Переходим к сути.

В заголовке к статье использована цитата Василия Михайловича Пескова, российского писателя, журналиста, фотокорреспондента и тележурналиста.

Фото ФГБУ Воронежский Государственный Природный Биосферный Заповедник имени В.М.Пескова.

Читая это текст вы познакомитесь с самим Песковым, встретите Гагарина и Жукова, Дроздова и Собчак. Бобров, как бы удивительно это вам не показалось. Чтение опуса займёт 6 минут.

Николай Дроздов личность известная, и популярность его со временем не угасает. А вот его коллега и соведущий программы «В мире животных» Василий Песков такой известностью в современном медиа мире похвастаться не может. Хотя заслуживает всеобщего внимания.

Василий Песков и Николай Дроздов (20.08.1987) / РИА Новости / А.Агеев

Карьера будущего писателя и натуралиста началась с одного любительского снимка. Современным журналистам, такое начало пути в профессию, наверняка покажется романтичным.

На пике своей карьеры Василий Михайлович первым из советских журналистов взял интервью у Юрия Гагарина, а несколько лет спустя писал некролог по нему. В интервью с Жуковым в честь 25 лет со дня Победы Пескову удалось показать маршала простым человеком. Подход журналиста к текстам и личностям, о которых он писал, сделал его самым читаемым автором Советского Союза.

Фото ФГБУ Воронежский Государственный Природный Биосферный Заповедник имени В.М.Пескова.

В 2021 году, по версии Медиалогии в первой тройке цитируемости (будем считать это синонимом самого популярного журналиста страны) присутствовали Губерниев, Собчак и Познер. Поверхностный поиск на предмет упоминания современными медиа звёздами имени Пескова результата не дал. Вполне возможно я плохо искала.

Но есть цитаты других людей, благодаря которым я могу написать эту статью в стиле Василия Михайловича и рассказать об авторе с человеческой стороны:

- До конца жизни он пользовался старым пленочным Никоном и отказывался переходить на цифру.

- Однажды заказал несколько одинаковых кепок и менял их по мере износа. Коллеги Пескова этого факта не знали и долгое время думали, что он ходит в одной и той же кепке.

А Николая Дроздова он, по отечески, называл Коленькой:

«Это умнейший и добрейший человек, прекрасно чувствовавший нашу природу. Мы отсматривали каждый раз какие-то новые фильмы, и все его оценки, суждения настолько меня поражали, я конечно почувствовал себя его учеником. Научился общему пониманию жизни природы, взаимоотношений человека и природы», - отрывок из воспоминаний Николая Дроздова о Василии Пескове.

Фото мое, главное здание ФГБУ Воронежский Государственный Природный Биосферный Заповедник имени В.М.Пескова (25.06.2022)

Между Воронежской и Липецкой областями расположен государственный природный заповедник. В 2013 году он стал называться именем Пескова. Место хранит уникальную природу Усманского бора, его богатую флору и фауну.

Экспериментальный бобровый питомник был открыт в 1932 году и через 10 лет будет праздновать столетие. До момента создания заповедника о бобрах очень мало знали. Сейчас же каждый втрой бобер в Евразии имеет Воронежское происхождение.

Фото мое, главное здание ФГБУ Воронежский Государственный Природный Биосферный Заповедник имени В.М.Пескова (25.06.2022)

Бобронариум – это единственный в мире аквариум, созданный специалистами для семьи бобров и максимально приближенный к реальным условиям. Фото внутри не будет, потому что семья спала, в кадр ничего интересного не попало. Будут фото объекта, который называется шед с бобрами - квартиры студии для молодых бобровых семей желающих обзавестись потомством.

Фото мое, шед с бобрами ФГБУ Воронежский Государственный Природный Биосферный Заповедник имени В.М.Пескова (25.06.2022)

Комплекс уникален для России и мира. Он является примером стараний приложенных людьми для сохранения вида и увеличения его популяции. Ведь о бобрах не толко мало знали, на рубеже 17-18 века этот вид в Евразии почти повсеместно исчез. Но деятельность заповедника, конечно намного шире.

Фото мое, памятник Василию Пескову в ФГБУ Воронежский Государственный Природный Биосферный Заповедник имени В.М.Пескова (25.06.2022)

«Главная ценность в жизни - сама жизнь», - сказал однажды Василий Песков. Не популярный нынче автор. Но его мысли и идеи живут и в заповеднике названном его именем, и в творчестве знаменитого Коленьки Дроздова, путешественника и популяризатора науки, которого обожает вся Россия.

Послесловие:

Бобровый заповедник - первая наша остановка на пути к морю. Вторая будет в Ростове-на-Дону, но про него я писать пока не буду. Материала маловато. Напишу про Адыгею, про адыгов, горные реки, пещеры и ущелья.

Спасибо всем кто дочитал!

Постпослесловие:

Писать меня учили на журфаке, а заодно выдали мешочек с очепятками и лишними/недостающими запятыми.