Индифферентность

Подхожу, такой, к дому, и не понимаю - что там такое возле нашей парадной беленькое «чернеется». И подойдя ближе сильно удивился.

И как раз подъехали стражи порядка, по душу этого «гонщика». Уточняю причину визита, те утвердительно кивают, и со словами «да задрал он уже в край, совсем охренел, сюда же погрузчик даже не загнать!1» зашли после меня внутрь, я к себе, а они «с визитом».

Милен Фарме - очаровашка, няшка, золотой голос, умница и красавица.
Но сегодня не о ней. Сегодня о тех, стараниями коих шоу-концерты Милен настолько охуенны.

Хористки.
Милен во время выступлений вельми активно дрыгается. Хореографирует вся из себя так шо мама не горюй. Посмотрите например тут:

Естессно, при таких нагрузках одновременно еще и петь, да не просто петь, а ровно петь, шоб ничего не хекалось, не гыкалось, не дрожало и не рвалось - это жеж никакого здоровья и дыхалки не зватит. Посему нужны дублерши. Которые поют вместо. На видео оне справа на сцене (от зрителя естественно слева) в колличестве двух штук.
Ну как вместо. Когда Милен сильно активно прыгает и скачет - то таки да, реально вместо. А когда стоит на месте - то подпевают, вытягивая особо сильные и высокие ноты. Хористки подобраны так, что их голос прекрасно дополняет голос Милен. И при желании, при записи студийных альбомов вполне могут исполнять композиции вместо нее :) Шутка. Хотя...

Ну да ладно. Голоса у девочек реально хорошие, сами оне симпотишные и вообще. Хористки с Милен работали разные. Но наиболее долго - вот эти две:

Вобщем знакомьтесь:

Хоанна Манчек очень рано начала заниматься музыкой исполняя композиции на гитаре и фортепиано, а затем, подростком, выступила на конкурсе фортепиано La Périgourdine, где заняла призовое место.
Сделала первые свои шаги в качестве хористки на стадионе Ле Франс в команде Джонни Холидея в 1998 году. Снова спела с ним в 1999 году. В те же годы брала уроки вокала и получила свою первую актерскую роль в Королевской Опере Валлонии, в 2003 году, в постановке "Сименон и Жозефина" Жана-луи Гринда.

К Милен Фарме ее привел известный продюсер Иван Кассаро. В 1999 году приняла участие во концертных турах "mylenium" и "Nascent love", а после этого только повышала свои вокальные данные в качестве хористки во всех турах Милен вплоть до 2021 года.

На счету певицы сольный альбом "Гимн жизни" (февраль 2011 г), написанный, сочиненный и аранжированный ею собственноручно.

Лауреатка множества конкурсов, участница множества концертов, Йоханна Манчек-Фердинанк одна из самых востребованных высококлассных бэк-вокалисток, на постоянной основе сотрудничала с Джонни Холлидеем и Милен Фарме. Отличается изрядным чувством юмора и внутренней силой. На сегодня ведет гастрольные поездки с  своими собственными концертами...

Вот что она говорит о себе:

Я обучалась в частной школе исполнительских искусств. Работала в Авиньоне, в Зимнем цирке и там же в Авиньйоне получила диплом. Это была настоящая школа жизни. После получения диплома я подрабатывала в Piano-bare périgourdine. А одним вечером мой ли друг попросил владельца позволить мне исполнить "Summertime". Меня взяли в тот же вечер на постоянную работу аккомпаниатором, несмотря на мой весьма скудный на то время репертуар. (Смеется) В начале 1990-х я работала в легендарном кабаре Three Mallets. Меня очень привлекало это место, отравленное призраками Сидни Беше или Нины Симон. Этот опыт и по сей день пригождается мне каждый день в моей жизни.

Эстер Добонг’На Эссьен, известная как Эста Дивайн, — мульти-инструменталистка камерунского происхождения, родившаяся в Париже. Поступила в консерваторию в 5 лет по классу фортепиано. Она научилась играть на барабанах, басу и гитаре (самоучка) и сочинила свои первые произведения в 12 лет. В 1982 году сформировала трио Blackheart Daughters со своими двумя сестрами включая известную сегонля чернокожую певицу принцессу Эрику,  для которой она позже будет исполнять бэк-вокал в сольных записях, исполняя голосовые партии, бас и ударные.

Выпустила сингл "Ayana" с африканской атмосферой и соулом, а в 1997 году исполнила две сольные темы для фильма "Les sœurs Soleil": "Show Me the Way" и "Les hommes je les consomme".

Всегда верна Милен Фарме на протяжении почти двадцати лет, Эста Дивайн обеспечивает бэк-вокал во всех турах звезды, начиная с тура 1996 года, и участвует в качестве бэк-вокалистки в записи некоторых студийных композиций (C'est dans l'air, A force)

Но это еще ничего.

На ударных у Милен - человек и пароход Абрахам Лаборье младший. По версии журнала "Modern Drummer" входит в ТОП 100 лучших ударников всех времен и народов.

Ко всему прочему, является сыном легендарного мексиканского бас-гитариста Эбрахама Лаборье-старшего. Благодаря отцу он рос в семье, где господствовала музыка. Эйб-младший с четырех лет начал увлекаться игрой на барабанах, он усердно занимался, и для всех стало понятно, что это его инструмент. Отец не стал настаивать на том, чтобы его сын был бас-гитаристом. Для него главным было то, что он также выбрал музыку.

Эйб-младший начал играть на ударных с четырех лет, и уже в возрасте 10 лет он брал уроки у знаменитого барабанщика Алекса Акуна. За свою жизнь он успел взять уроки перкуссии и ударных у еще одних известных музыкантов: Jeff Porcaro, Chester Thompson и Bill Maxwell.

Учился в музыкальной школе (the Dick Grove School of Music) у преподавателя Питера Дональда во время учебы в средней общеобразовательной школе. Учась на последнем курсе посещал Академию музыкальной школы Гамильтона в Лос-Анджелесе (the Hamilton High School Academy of Music). Здесь впервые стал участником музыкального коллектива. Он создал джазовое трио с Вернеллом Брауном и Майком Элизондо.

В 1989 году Лаборье-младший был удостоен награды от Национального Фонда Содействия Искусству, а также от журнала «Down Beat». Затем поступил в знаменитый Музыкальный колледж Беркли, который окончил в 1993 году.
Помимо своего участия в музыкальном проекте Милен Фармер, Абрахам Лаборье-младший успел посотрудничать в качестве сессионного барабанщика у не менее легендарного Пола Маккартни.

Так мало шо он стучит как ПКТ, аж майка заворачивается - так он еще и поет!!!
И неплохо поет!
Я к примеру пою в разы хуже!

В общем, концерты Милен всегда было приятно смотреть и слушать.
Надеюсь, хоть кому-то было интересно.
Берегите себя.
Всем бобра.

Русская псовая борзая выглядит как типичный аристократ-белоручка. Элегантные черты, отрешенный взгляд, мягкая шерсть с завитком. Кажется, будто она пришла в наш мир из эпохи романтизма. Но в лесу от флегматичности не остается и следа. Неженка голубых кровей превращается в русского волкодава. Яростного и бесстрашного. Племенная стать, отточенная столетиями. Звериная мощь, не укрощенная селекцией. Вот из чего состоит эта порода.

Корни русской борзой уходят глубоко в историю нашей государственности. Все началось с татаро-монгольского ига. Вместе с Золотой Ордой и податями на Русь пришли арабские борзые «коутси» — быстрые и легкие. На Руси тоже были охотничьи собаки — «лошие». Свирепые зверюги ходили на оленя и даже лося. Плод любви двух древних пород стал фундаментом для становления русской борзой.

Но формирование легендарной собаки только начиналось. Во время войны с Речью Посполитой к породе прилилась кровь польских хортых. Именно она придала стать и благородство. Завитые локоны достались русской псовой от курляндской бородатой борзой, а выносливость — от крымских борзых. В 1888 все качества породы закрепил стандарт. С тех пор русские борзые дошли до нас почти в неизменном виде.

Получилась идеальная охотничья собака, чья слава вышла далеко за пределы родины: порода попала в Британию, а оттуда — в Новый Свет. К началу 19 века каждый состоятельный помещик имел свою свору. А члены императорской семьи поставили разведение и воспитание щенков на поток.

Охота превращалась в настоящее шествие из десятков, а то и сотен собак! Так, например, в Першинской усадьбе, служившей штаб-квартирой для охоты Великого князя Николая Николаевича, в лучшие годы находилось более 350 собак, половина из которых были русскими борзыми!

Что же такого особенного было в этих собаках помимо очаровательного длинного носика? Что заставляло разводить борзых сотнями? Их непревзойденные охотничьи качества. Мощная грудная клетка вмещает большие легкие и сердце. Они позволяют собаке бежать долго по открытому полю даже близь лошади. Спина, которая кажется горбатой, на самом деле работает как пружина. Благодаря мощным мышцам и длинным лапам русская борзая разгоняется до 62 км/ч!

Но самое главное — резвость и азарт в охоте. Не зря русские борзые до 1936 года были известны как русские волкодавы. Волк и лиса — основная цель своры. Заяц становился приятным дополнением к основной добыче. В той же Першинской усадьбе проводились соревнования, где борзые показывали свои умения в ловле зверя. Задача собак что тогда, что сейчас, заключалась в том, чтобы догнать и удержать добычу до момента прибытия человека.

Во времена Московской Руси и Империи борзая была символом дворянства. В советское время и наши дни эта собака стала символом многогранной истории. Да, после революции поголовье породы резко упало. Но очень скоро появились питомники, что отдавали дань уважения нескольким векам селекции. Идеология идеологией, но собака-то классная!

В 70-ые борзых перестали рассматривать исключительно как охотников. Эти собаки обладают спокойным нравом и абсолютно лишены агрессии по отношению к людям, потому быстро стали домашними любимцами.

Правда, содержать борзую даже сейчас — удовольствие не простое. Собака эта не маленькая: средний рост в холке — 70-75 см! Из-за особенностей анатомии щенкам и молодым собакам не рекомендуют самостоятельно взбираться по лестницам — так опорно-двигательный аппарат может сформироваться неправильно. А во взрослом возрасте борзым нужны регулярные физические нагрузки. Оно и понятно: псы веками гоняли по лесу дичь — по щелчку пальцев их не превратить в диванных лежебок!

В 2019 году в Голландии полностью запретили разведение 22 пород собак. В список вошли плоскомордые французские и английские бульдоги, милашки-шпицы, грозные неаполитанские мастифы и бабушкины пекинесы. Говорят, в скором времени подобные запреты введут и другие страны Европы, причём список запрещённых пород с каждым разом всё больше. Что же является поводом к запрету?

Общественные организации по защите прав животных говорят, что главный критерий — гипертрофированные нюансы анатомии. Чем меньше собака похожа на волка, тем сильнее она страдает.

В статьях на тему правильности данных мер приводят опросы ветеринарных врачей, владельцев домашних животных и кинологов-экспертов. Первыми против собак-экстремалов выступают, конечно, ветеринары. «Большая часть животных из списка, попавших к нам на приём, имели сильные проблемы со здоровьем именно из-за своих породных особенностей». Но постойте, разве к ветеринарам часто водят собак просто так? Сколько здоровых представителей запрещённых пород не попало на приём к врачу и не было учтено в статистике только потому, что у них не было никаких проблем?

Также в статьях про запреты приводятся для примера опросы самих заводчиков собак. 2/3 соглашаются с тем, что из-за породных особенностей у их питомцев появляются проблемы со здоровьем. Зато с экспертами-кинологами всё практически однозначно: за запрет голосуют только 8% опрошенных. И вот почему.

У всех вышеперечисленных собак действительно есть проблемы. У курносых — с дыханием и терморегуляцией. Из-за коротких дыхательных путей воздух в носу не успевает согреться или охладиться до температуры тела и попадает сразу в лёгкие. Такие звери очень чувствительны к слишком жаркой или холодной погоде на улице. А удлинение мягких тканей гортани и сужение ноздрей у собак-брахицефалов ведёт к затруднённому дыханию на постоянной основе. Также курносики страдают от воспаления складочек кожи на короткой морде.

У коротколапых, вроде такс и пекинесов, беда с суставами и позвоночником. Короткие ножки и межпозвонковые диски порой не справляются с нагрузками из-за несоразмерно тяжелой тушки, отчего возникает артрозы, артриты и дисплазия.

Что ж, проблемы действительно серьёзные. Но в таком случае мы должны запретить все породы в принципе!

Вот, например, доберманы. По оценкам кардиологов, 60% представителей этой породы болеют дилатационной кардиомиопатией. Больше половины всех собак страдает от болезни сердца, которая развивается к середине жизни — 6-8 годам. Сердечный приступ может наступить в любой момент. Причем болячка эта не приобретенная, а генетически унаследованная.

То же самое можно сказать и про немецких овчарок шоу-класса. Большая часть породы страдает от дисплазии тазобедренных суставов и пояснично-крестцового стеноза. Таких собак в профессиональном сообществе называют «креветками». И по фотографиям не сложно догадаться — почему.

Получается, проблема не в конкретной породе? Тогда в чем же?

Все породы базируются на стандартах. В них прописаны критерии характера, здоровья и физических данных. Так вот, ни один стандарт не стремится поделить на ноль нос бульдогов и мопсов. Ни в одном документе не написано, что такса должна передвигаться ползком. Никакой хороший кинолог не захочет, чтобы овчарка была собакой сутулой. Тогда откуда появляются больные изуродованные собаки? От большой любви к моде и деньгам.

В погоне за необычной внешностью заводчики стремятся вывести «самую-самую» собаку. У таких породные черты превышают нормативные показатели. Взять тех же немецких овчарок. Читаем стандарт Российской кинологической федерации:

«Круп должен быть длинным, слегка наклонным (примерно 23° по отношению к линии горизонта) и плавно, не нарушая общей линии верха, переходить в основание хвоста».

И вот, у какого-то заводчика получилась собака с более низкой и круглой спиной. Входит ли такой пес в стандарт? Де юре — да. Карикатурные черты вполне попадают под расплывчатое понятие «слегка наклоненный круп». Более того, другие заводчики сочтут этот физический дефект очень крутым! А значит, и продать таких собак можно за очень дорого. Публика такому необычному псу только рада! Люди платят миллионы, лишь бы обладать чем-то необычным, экзотичным, уникальным.

Но де факто — такой пес уже не попадает в породные критерии. Из-за изменений страдает не только экстерьер, но и здоровье — повышенная нагрузка на заднюю часть и приводит к проблемам опорно-двигательного аппарата.

Увы, далеко не каждый питомник ратует за здоровье своих выходцев. Кто-то хочет потешить личные амбиции и стать новатором в мире кинологии. Кто-то хочет побольше заработать. Но разве в этом виноваты конкретные породы?

Этот HD-321 выкатился за пределы грунтоой взлетно-посадочной полосы частного аэродрома в Эвё-Шамбоне 10 мая 1960 года и был поврежден без возможности восстановления. 61 год спустя его останки все еще находятся там же, на конском лугу. Франция

Вместо вступления: Привет! Я поисковик-доброволец в ЛизаАлерт. Когда-то много лет назад я пришел в отряд, потому что на пикабу мне попались посты другого добровольца - он рассказывал про снаряжение, которое шил сам, будни поисковиков, внутриотрядные отношения и все такое. Это было душевно и чертовски вдохновляюще. Без лишнего формализма и официоза. Сейчас я хочу поделиться своими поисковыми историями, накопленными за годы работы в отряде. Может быть они тоже кого-то вдохновят?

Когда-то мой координатор сказал: нет трека - нет задачи.

Трек - это запись маршрута, по которому шел поисковик. Техника работающая с GPS/ГЛОНАСС с некоторой периодичностью определяет координаты местонахождения человека, записывает точки этих координат и последовательно соединяет прямыми. Полученную кривую затем можно выгрузить в требуемом формате и наложить на карту. Для записи можно использовать телефон или навигатор. Если душнить, то всё чуть сложнее, но в общих чертах процесс именно такой.

Трек - это чертовски важная штука, дающая штабной крысе-поисковику околобесконечное количество пищи для анализа и размышлений. Думаю, стоит пояснить, что когда ты координатор поиска или старший на месте (выполняющий при этом функции координатора), то при планировании задач для поисковых групп ты ограничен двумя основными факторами:

• Качеством информации поступившей от заявителя;
• Качеством изучаемых карт.

Есть еще с добрый десяток не основных ограничителей, но это, как и вопрос работы с заявителями – тема для отдельного поста, или даже нескольких, а вот про карты надо немного прояснить прямо сейчас.

Карты бывают разные: растровые карты-картинки и векторные карты-наборы данных, коммерческие карты за деньги и бесплатные карты в свободном доступе, цифровые и бумажные, спутниковые карты, схематичные карты, карты гибриды и тд и тп. Люди, в чью сферу профессиональной деятельности входит топография обвинят меня в дилетантстве и будут абсолютно правы - звиняюсь, владею темой на уровне поисковика, то есть в максимально простом и прикладном виде.

Так вот беда карт в том, что ты, порой, не можешь увидеть по ним всей картины того, что будет ждать поисковиков на местности. Даже сопоставление свежайших векторных карт и нескольких снимков со спутника не дает никаких гарантий.

Карты бывают чертовски неактуальны. Это может привести к интересным диалогам с поисковыми группами в радиоэфире:

- Лиса 3, ответь Заре (перевожу на русский: группа 3, ответь штабу)

- Лиса 3 слушает.

- Вышли на задачу? Все в порядке?

- Да, но мы тут немного болото форсируем, так что задержимся.

- Че-е-е-его?

Какое еще, к черту, болото? Карта обещала поле и опушку молодого смешанного леса. А-н, нет, держите, топитесь.

Где-то тут внимательный читатель спросит:

- Подожди, речь же шла про треки. Зачем ты уже 4 абзаца рассказываешь про карты?

- Затем, что трек и карта неразрывно связанные друг с другом сущности!

Самое важное в треке то, что он позволяет оценить как качество выполнения задачи, так и качество ее постановки.

Пример: Допустим, Лисе нужно осмотреть двор. По возвращению группы смотрим трек и видим, что дома осмотрены не со всех сторон. Дальше возможны разные варианты диалогов.

Хороший вариант:

- Почему вы тут, тут и там не проходили?

- Двор огорожен сеткой рабицей по периметру. Ворота есть тут и там (показывает). Попасть на территорию мы не смогли, но дозвонились до консьержа одного из подъездов и поставили его в известность о поиске.

Анализируем карту и трек. На спутниковом снимке рабицу можно заметить по тени от столбов, но в этот раз, из-за положения солнца во время съемки, этого сделать не удалось - тени от домов все закрывают. На векторных картах заборы не всегда обозначены. По треку группы видна четкая граница идущая по периметру двора - это лиса прошла вдоль препятствия в поисках лазеек. Что ж, звучит как вполне рабочая версия. Тем более что старший группы дает четкое словесное описание происходящего на местности. Хотя, конечно, хотелось бы все же глянуть двор.

Плохой вариант:

- Почему вы тут, тут и там не проходили?

- Ну мы... Это, м-м-м... Вот!

Не хорошо, но и не ужасно. Задача, конечно, считается недоделанной. К счастью благодаря треку мы это знаем и знаем в подробностях. Следующей группе можно это все показать, объяснить и передать - переделывать всю задачу ей не придется, достаточно будет закрыть пропуски.

Еще один плохой вариант:

• Почему вы тут, тут и там не проходили?
• Так мы же были на патруле, вот и обошли перечисленные улицы.

Понятно, у нас случился мисандерстендинг. То ли старший группы не услышал или недопонял, то ли координатор недостаточно понятно объяснил, не важно - вина, за это однозначно на коорде, который должен был проконтролировать четкое понимание поставленной задачи. За такие ошибки лично мне не просто стыдно, а хочется провалиться под землю. Задача на доделку.

Дерьмовый вариант:

- Ну, ребят, сдавайте трек.

- Мы не записывали. Но мы покажем где ходили, открывай карту.

После этих слов старший поисковой группы, обычно, без лишних пояснений, рисует на карте оптимистичный овал обозначающий зону блуждания. Особенно феерично такие овалы смотрятся на фоне карты леса. В городе еще можно понять, люди в состоянии оценивать границы перемещений по таким ориентирам как улицы и номера домов, но это не панацея - проверить качество с чужих слов не представляется возможным. А как поисковики точно определяют по карте где находится вот та самая берёза из леса мимо которой они шли - загадка (нет, не загадка - никак они это не определяют). Такие задачи должны идти в топку и на полную переделку с контролем.

Тут напрашивается еще один вопрос:

• Если вы все обученные поисковики, почему у вас так сильно гуляет качество работы?
• У меня есть целых два ответа!

Во-первых: ЛизаАлерт структура не гомогенная. Да, есть главком в Москве, который задает курс, пишет основные тактики и правила требующие неукоснительного исполнения. Не мой координатор придумал аксиому “нет трека - нет задачи” – это один из столпов, которого будут максимально старательно придерживаться во всех регионах. Но за границами Москвы к общим обязательным правилам добавляются региональные особенности. Иногда – позитивные, вроде теплых отношений с МВД и спасами, позволяющие иметь больше информации и лучше координировать совместные действия. Иногда негативные - вроде отказа от некоторых тактик поиска из-за нехватки людей или недостаточной оснащенности. А еще всегда есть пространство для человеческого фактора, который мы старательно пытаемся обойти через ввод все большего и большего числа правил. В общем ЛизаАлерт адаптируется как может.

Во-вторых не все поисковики добровольцы - это ЛизаАлерт. Во всех известных мне регионах кроме нашей “франшизы” есть и чисто местные добровольные формирования. Заявители и случайные свидетели нас обычно не отличают, но мы-то знаем. Некоторые из этих формирований невероятно круты и являются объектом восторгов, обожания и доброй зависти (привет, Экстремум!), но некоторые другие… полный ахтунг...

Когда я только-только начинал выезжать на свои первые поиски, мне довелось стать свидетелем конфликта моего координатора и координатора другого поискового отряда. Это выглядело дико. Что, мать его, могут не поделить люди занятые общим делом на благотворительной основе? А не поделили они то, что наш координатор не послушал чужого и послал Лису переделывать задачу, которую другой отряд уже закрыл. Ох, сколько слюней и соплей прилетело тогда в лицо нашему старшóму вместе с обвинениями в том, что мы зазнавшиеся черти, считающие себя самыми лучшими, самыми умными, совершенно неспособные договариваться с людьми и тратящими силы и время поисковиков зря. Кстати, такое же мнение я неоднократно встречал в интернете, читая комментарии к некоторым особо нашумевшим поискам. Мъех…

Чуда вселенской справедливости тогда не произошло и в зоне повторной работы потеряшка найден не был. Перед самым разъездом по домам я поймал координатора и спросил, почему мы не послушали других поисковиков. Его ответ красной нитью идет через весь рассказ:

Отсутствовал трек.

Тогда мне это показалось слегка неубедительно, но сейчас, спустя некоторое количество лет активных поисков и личное близкое знакомство с работой наших коллег-добровольцев, я понимаю – верить на слово нельзя, мать его, вообще никому и никогда. Чем ответственней дело, которым ты занимаешься, тем большим психопатом-параноиком с ОКР и гиперопечностью тебе надо быть и тем пристальней следить за неукоснительным соблюдением правил придуманных в отряде, потому что правила эти, как и ТБ, написаны чьей-то кровью и слезами.

Через пару лет от описанных в прошлом абзаце событий вести поиск надо было уже мне. Дементный дед зимой ушел из дома. Ушел утром, до отряда заявка добралась уже поздней-поздней ночью - стандартный, в общем-то, промежуток времени. Проблема ситуации была в том, что одет дед был  несколько не по погоде, а к ночи температура упала почти до -35. Что ж собираемся в темпе вальса и выезжаем. К моменту, как все три с половиной землекопа, не успевшие лечь спать, встретились на точке сбора, нам упала радостная весть - потеряшку подметили на камере одной из остановок. Подметили, правда, 5 часов назад, но хотя бы появилось уверенность в правильности выбранного района поисков и стало известно направление его движения с этой самой остановки. Второй радостной весточкой стало то, что деда по направлению его движения уже какое-то время искали ребяты из другого отряда. Что ж, в ситуации, когда счет идет буквально на часы - что угодно лучше чем ничего.

С коллегами мы неизбежно встретились. К счастью обошлось без агрессии и непонятных дележек, что сразу расположило к взаимодействию.

- Поделитесь, где уже смотрели?

- Конешн, смотри - обошли вот эти заведение, заходили в круглосутку, вот тут за забором, вдоль улиц этой, этой и вот той, с заходом во двор…

- Трек?

- Блин, мы не пишем.

Нет трека - нет задачи нет треканет задачинеттреканетзадачинеттреканеттреканетт…

Но ведь нас было так мало. Слишком поздно, слишком холодно. Людей хватает всего на 3 группы. Разве нам не стоит расширить зону поиска? Так ведь будет больше шансов, тут еще столько дворов в которых можно затеряться.

- Можешь нарисовать поточней где вы ходили? А мы закроем квартал до конца западней и восточней мест где вы были.

- Да, давай сюда. Вот тут, весь центр.

- На огороженную территорию школы ходили?

- Да, оттуда как раз сейчас группа вернется.

- Хорошо, спасибо! Мы будем тут и тут.

- Добро, расходимся.

Утром охранник школы найдет труп потеряшки на заднем дворе у одной из дверей черного хода. Эта дверь расположена достаточно подло - ее не видно, если просто зайти на территорию - она прячется в притопленном закутке за углом. Чтобы найти там человека до нее надо было прямо дойти, и заглянуть в этот закуток.

Успели бы мы, если бы пошли сами проверять участок? Не знаю.

Пишу ли я это для того чтобы сказать, что ЛизаАлерт молодцы, а тот другой отряд говнюки? Точно нет.

Я пишу все это для того чтобы сказать  – я очень часто сталкиваюсь с обвинениями в том, что мы делаем то, чего окружающие не понимают. Мы не рассказываем где и в каких обстоятельствах находим людей. Не делимся данными о том где они живут, кто их родственники и в каких они отношениях. Часто не слушаем другие отряды и пытаемся навязать какую-то дурацкую бюрократию и армейские правила, вместо того чтобы оголтелой толпой нестись и срочно-срочно искать человека. Мы ходим не там где вам хотелось бы, чтобы мы ходили, и не так как вам этого бы хотелось.

Но делаем мы это не для того чтобы почесать свое ЧСВ или поставить вас на место. Мы делаем это потому что мы что-то знаем. Потому что за хренову кучу лет работы мы столько раз ошиблись, что ошибиться там же еще раз не имеем права.

Координатор на которого наорали, может, и позлился в моменте, но за давностью лет наверняка уже забыл эту чепуху и ложится спать со спокойной совестью. Смогу ли когда-то так же уснуть я?

Более 10 000 лет назад женщина или молодой мужчина понесли малыша через грязное пространство на территории современного национального парка Уайт-Сэндс в Нью-Мексико. Их следы открывают учёным окно в прошлое. Эти доисторические путешественники отправились в поход с ребёнком и вернулись одни через несколько часов...

Проливной дождь превратил местность в скользкую грязь и путешественник ненадолго поставил ребёнка на землю, после чего продолжил путь. По пути им перешли дорогу шерстистый мамонт и гигантский ленивец. Несколько часов спустя путешественник вернулся на юг, уже без ребёнка.

Учёные задокументировали почти полтора километра этих окаменелых следов — самую длинную когда-либо обнаруженную человеческую тропу. На этой тропе находятся более 400 отпечатков человеческих ног, включая крошечные детские. Находка подробно описана в новом исследовании, опубликованном в Quaternary Science Reviews. Изучая форму, структуру и распределение следов, исследователи сделали подробное описание этого древнего путешествия, запечатлев даже пальцы ног путешественника, скользившие по мокрой поверхности.

Учёные тщательно раскопали хрупкие следы и задокументировали их в трёхмерном виде. Следы также показали, что мамонт и гигантский ленивец пересекали территорию после того, как по ней прошли люди. И если мамонт показался безразличным к присутствию человека, ленивец, вероятно, почувствовал людей и встал на дыбы, как это делают современные медведи, чтобы уловить запахи.

Неглубокие отпечатки, различимые лишь по небольшим изменениям цвета, вызванным влажностью, стали известны как «следы призраков». Недавно изученные отпечатки ног оставлены на мелком песке, скреплённом тонкой соляной коркой. При помощи кистей команда раскопала отпечатки ног и зафиксировала каждый из них с помощью 3D-фотограмметрии, пока следы не разрушились под влиянием погоды.

Анализируя форму, размер и распределение следов, исследователи собрали воедино картину о древнем путешествии. Судя по сравнению длины следов с таковыми у современных людей, основным путешественником, скорее всего, была женщина или молодой мужчина. Небольшие детские отпечатки в нескольких местах присоединяются к основной цепочке, что указывает на то, что путешественника сопровождал ребёнок младше трёх лет.

Несмотря на грязь и наличие на руках ребёнка, темп путешественника был быстрым, около 6 км/ч. В некоторых местах необычно длинные шаги предполагают перешагивание препятствий, таких, как лужи или навоз мамонта.

Ребёнка понесли на север, о чём свидетельствовали более глубокие следы левой ноги из-за дополнительного веса. По возвращении следы путешественника не имеют различий в размерах и показывают меньше признаков скольжения, что говорит о том, что человек шёл один.

Следы животных помогли оценить время путешествия. Мамонт и ленивец пересекли следы, идущие на север, а человеческие отпечатки, идущие на юг, перекрыли следы животных, что позволяет предположить, что все они были оставлены в течение нескольких часов до того, как грязь высохла. Присутствие вымерших животных рядом с людьми подтверждает, что путешествие произошло более    10 000 лет назад.

Хочу немного показать чего добились ученые в воссоздании облика людей по их останкам. Речь пойдет не о великих личностях истории, а о других жителях своего времени.

Ученые из Мельбурнского университета (Австралия) воссоздали облик девушки по голове мумии, хранившейся в коллекции музея Мельбурнского университета. Девушка получила имя Меритамон, означающее «возлюбленная бога Амона». Ученые полагают, что она умерла в возрасте от 18 до 25 лет. Рост египтянки составлял около 162 см: она была довольно высокой для женщин тех времен. Зубы Меритамон оказались сильно разрушены при жизни, что позволяет предположить, что жила она, когда сахар стал популярен в Египте. Однако не исключено, что в плачевном состоянии зубов виноват мед. Тело девушки было завернуто в льняные бинты, что предполагает высокий статус ее семьи.

Джейн была молодой девушкой (14 лет), которую съели ее соседи в 17-го веке в Джеймстаун. Ее изуродованный череп и поврежденная кость ноги были найдены в 2012 году среди костей животных и других остатков пищи в одном из подвалов Джеймстауна. Доктор Дуглас Оусли, главный судебный антрополог в Национальном музее естественной истории Смитсоновского института, изучил кости и определил, что порезы и следы на них были предприняты с целью отделить ткань и мозг от костей.