Как я побывала в Астории

Однажды во мне проснулся зануда. Вот как было дело.

Шел мне двадцать первый годик. Мы тогда были студентами и тусовались относительно большой компанией.

И вот в пятницу вечером, как обычно, звонит мне друг Серега и говорит:

- Есть идея завтра в клубе N собраться. Идешь?

Тут мне бы сказать, как обычно, «да», и повесить трубку. Но я подумал вот о чем.

Клуб N, это было такое чисто питерское место на Думской. Название тут не играет особой роли. В Питере (а особенно на Думской) такие заведения мало чем отличаются. Полумрак, очень тесно, очень громко.

Соберемся мы там в восемь. Сидеть будем часа два, не меньше. За это время я выпью 2 или 3 неоправданно дорогих и разбавленных бокала не очень хорошего пива. Что съест у меня большую часть наличного бюджета.

Музыка и гомон там будут очень громкие. Поэтому говорить сможет только Миша, потому что самый громкий у нас он. Он же у нас самый несмешной. Есть какая-то мистическая связь между качеством шуток и громкостью, с которой они произносятся. Какая-то таинственная обратная пропорциональность.

Итого: два часа фигового пойла и мишиных шуток. Я готов смириться и с тем и с другим. Но хотя бы по отдельности.

Потом у всех, как и у меня, кончится студенческий бюджет, и мы отправимся продолжать, но уже к кому-нибудь домой. Этим «кем-то» стабильно оказывается Сережа, потому что у него родители в выходные сваливают на дачу.

По дороге мы купим еще дешевого бухла. Если повезет, то останется на пачку «Колпинских пельменей». Дешевое бухло – это еще полбеды, а вот «Колпинские пельмени»…

Ко второму часу ночи станет совершенно очевидно, что разнузданной оргии не будет. Девушки у нас в компании очень приличные. А вот серегина квартира – не очень. Не располагает к легкомысленной разнузданности.

А еще будут песни под гитару. «Сплин», «Чиж», «Чайф», «Агата Кристи». Я все эти песни знаю наизусть, Миша каждую тусовку их на своей гитаре исполняет. Причем, я-то их знаю наизусть, а вот Миша, то слова посреди песни забудет, то аккорды…

Проснусь я хмурым, помятым, в несвежей одежде. Пахнуть буду потом и сережиной квартирой. Во рту будет перегар с кошмарным привкусом «Колпинских пельменей».

Уж сколько выходных так прошло. Программа не меняется.

Почему бы не сделать ход конем и не позвать хорошую девушку Марину в кафе. Не повезет – так хотя бы буду хорошо себя чувствовать. А если повезет, так вообще отлично.

В общем, сказал я Сереге:

- Нет, извини, завтра не получится. Хочу одну девушку пригласить кофе попить.

- Ну ты и зануда, - Завистливо буркнул Серега и повесил трубку.

Уроки труда в советской школе и в начале постсоветского времени 1983-1993 года у меня были такими.

В начальных классах на уроках труда: делали аппликации, лепили фигурки из пластилина, сооружали поделки из природного материала, учились пришивать пуговицы. Нас учили правилам пользования ножницами, иголкой, наперстком, типа правилам ТБ.

В средних классах на уроках труда нас уже разделили на группы - мальчики отдельно, девочки отдельно. Кабинеты труда находились в отдельном здании от здания школы. Кабинет для девочек был совмещён с кухней. В кабинете были швейные машинки 5 штук, на кухне 4 газовые печки с духовками, 4 раковины, шкаф с разной посудой, 4 стола. Кабинет для мальчиков был совмещён со слесарной мастерской.
Мы девчонки за эти годы каждая сшили себе фартук с косынкой, ночную рубашку, юбку, брюки-бананы и пиджак. Честно, дефилировала на улице только в юбке и брюках) Фартуком и косынкой пользовалась на уроках - это было обязательно. Пиджак был сшит из фуфлыжной материи, а ночная мне не зашла))
Нас учили вязать крючком салфетки, вышивать крестиком и гладью, у каждой обязательно должны были быть для вышивания мулине и пяльцы.
Мы сшивали мех для мягких игрушек, помогали кружку "Мягкая игрушка", который вела наша учительница по трудам.
Осваивали навыки плетения макраме.
Ещё нас учили готовить кушать. Мы пекли блины, жарили пирожки, делали мясной салат, пекли печенье, делали хворост и пироженое "Картошка", варили варенье (учительница закатывала)
Не помню уже в каком классе, мы поменялись кабинетами с мальчиками. Они ушли учиться женскому ремеслу - жарить картошку и штопать носки 🤭
А их трудовик обучал нас слесарному делу и работе с древесиной. Объяснял что такое инструменты и как ими работу работать. Каждая из нас для школы сделала швабру. Не забуду этот приятный запах древесной стружки. Потом мы работали на слесарных тисках обтачивали какую-то металлическую заготовку. С деревом больше понравилось возиться.

В старших классах у нас уже были уроки в УПК (учебно-производственный комбинат). Мы ездили заниматься в другой город с восьми утра до двух часов дня. Там нас старшеклассников поделили на группы и каждая группа осваивала определенную профессию. Девчонок учили на секретарей-машинисток, маляров-штукатуров и медсестер. А парней на - каменщиков, водителей грузовых машин, электриков. После обучения мы сдавали квалификационный экзамен и нам выдавали свидетельство по которому можно было устроиться на работу по данной специальности.

Вот такие у нас были интересные уроки современной "Технологии"

Последние пару недель настойчиво хотелось портера. В сортах пива я не разбираюсь. Но перед глазами назойливо маячило видение высокого запотевшего стакана. Внутри которого зияла жидкая чернота с шапкой пены кофейного оттенка.

За эти две недели я прошёл мимо, наверное, сотни баров, пабов и алкогольных магазинов. И ни разу мне хотелось остановиться. Внутренний голос шептал: «Это не то… Совсем, не то, что нужно… Тебе требуется нечто совершенно другое».

«Да в чём проблема?», - удивлялся я. «Уютный приглушённый свет, приятная музыка, деревянные столы. Что тебе ещё нужно, чтобы хлебнуть портера?». Но внутренний голос упрямо вёл меня дальше.

Вечер субботы выдался на удивление тёплым. Центр Петербурга был заполнен людьми. В светлых сумерках витала смесь из запахов кальянов, вейпов, духов, пота, еды, переполненных урн и холодной речной воды. Вокруг звучали обрывки иностранной речи, ругани, шуток, песен уличных музыкантов и смеха всех оттенков – от солнечно-радостного до визгливо-истеричного.

Я шёл, не торопясь и стараясь вобрать в себя как можно больше впечатлений. Слишком редко я бываю здесь вот так просто, без каких-то конкретных дел. Это было практически полное счастье. Но чего-то как будто не хватало. Какой-то важной мелочи.

Впереди уже виднелся Невский проспект, а по левую руку показался Казанский собор, когда внутренний голос скомандовал: «Стой!». Я резко остановился, повернул голову направо и уставился в подсвеченную неоном витрину. За стеклом выстроились пивные банки. Это выглядело мощным приветом из детства, в котором такие же батареи можно было увидеть на шкафах одноклассников. В те далёкие времена они были ещё не мусором, а предметом коллекционирования.

Повинуясь импульсу, я зашёл внутрь. Судя по интерьеру заведение открылось недавно. Оформлено оно было просто, в стиле минимализма. Никаких дубовых столов и стульев. Никакой стилизации под британские пабы. Просторное пустое помещение. Стойка была плотно оккупирована небольшим количеством людей. Судя по смеху и обрывкам разговоров – друзей бармена. Который, в свою очередь, вполне мог оказаться владельцем заведения.

Я нерешительно пристроился к незанятому концу стойки, и бармен моментально переключился на меня.

- Что для вас?

- А есть у вас тёмное пиво? – растерялся я.

- Конечно. - Кивнул бармен и принялся перечислять сорта, которые звучали для меня набором непонятных слов.

- Ээаааээ… - Завис я. И вдруг неожиданно решился озвучить запрос на языке своих ощущений: - Мне нужно что-то тёмное и холодное. Как ноябрьская ночь на Васильевском острове.

Бармен нахмурился.

- С привкусом дыма, - добавил я.

Бармен взял небольшую рюмку. Подошёл к одному из кранов, наполнил и поставил передо мной.

- Попробуйте это.

Я сделал осторожный глоток, от которого рюмка наполовину опустела. Сперва мне показалось, что я затянулся сигаретой, сделанной из копчёного мяса. Причём, коптили это мясо над горящим шинным заводом.

Я сделал ещё один маленький глоток.

- В целом, направление верное, - резюмировал я свои ощущения. – Но нужно меньше дыма и больше Васильевского острова.

Бармен снова нахмурился.

- Прошу прощения, что вмешиваюсь, - вдруг произнёс сидящий рядом бородач, - но судя по всему вы хотите что-то с послевкусием горелой ржаной корочки. Смесь горького со сладким?

- Пожалуй, да. – Кивнул я.

- Ему нужен лагер, - сообщил бородач бармену.

- Лагер? – Округлил глаза бармен.

- Ну да. Тёмный лагер. Что тебя тут удивляет?

- У меня нет на разлив тёмного лагера.

- Я думаю, что мужчине не принципиально. Баночное тоже хорошо пойдет. В холодильнике на второй полке сверху есть то, что нужно.

Бармен вышел из-за стойки, подошел к холодильнику и вернулся с запотевшей чёрной, с золотом, банкой.

- Будете баночное?

Банка выглядела таинственно и привлекательно. Я кивнул. Содержимое переместилось в высокий бокал, который мгновенно запотел.

Пиво было чёрным. Сверху была небольшая шапка пены кофейного оттенка. Я сделал большой глоток.

Вкус был именно такой, какой мерещился мне на кончике языка все последние две недели. Город вокруг обрёл четвёртое измерение. К запахам, звукам и видам добавился ещё и вкус.

- Угадал? – поинтересовался бородач. На лице бармена тоже наблюдался неподдельный интерес.

Я улыбнулся, кивнул и мы с моим внутренним голосом ответили одновременно:

- То, что нужно.

Дело было несколько лет тому назад.
Я работал в отделе продаж клининговой компании, которая специализировалась на промышленных объектах. Когда-то в нулевых это была крупная фирма с большими возможностями и серьёзными амбициями. Со временем возможности сильно уменьшились. Амбиции - нет.

- Ребята, нам крупные клиенты нужны. Крупные! А вы по какой-то мелочевке работаете! – Регулярно накачивал нас коммерческий директор. Руководитель отдела Виталик согласно кивал, но смотрел на нас скорее сочувственно.
Примерно те же слова, морщась, произносили работники расчётно-сметного отдела, принимая от нас данные для подготовки коммерческих предложений. Той же позиции придерживалась финансовая служба, нехотя подписывая готовую смету, в которую были заложены расходы на всё, что только можно, включая закупку святой воды в том случае, если на месте объекта вдруг разверзнется ад. И теми же фразами руководителей отдела раз в месяц потчевал генеральный директор.

Каждый в отделе продаж был заинтересован в заключении контракта с крупной компанией и на большой объём услуг. Поскольку процент премии зависел напрямую от суммы договора. Но заказчики почему-то не спешили заключать с нами миллионные договора. Вместо этого они круглыми глазами смотрели на цифры в итоговом коммерческом предложении и неизменно уточняли: не опечатались ли мы и не проставили ли случайно лишний нолик?

Каждый месяц всё повторялось по кругу. Нас спрашивали, когда пойдут крупные и интересные договора. Мы робко намекали, что возможно стоит оптимизировать затраты и делать цены ниже. Нас обвиняли в лени и некомпетентности и отпускали с миром.

Вся эта идиллия, продолжалась до тех пор, пока я как-то раз не договорился о встрече с одним директором по закупкам большого промышленного объекта под Москвой. И он явил мне три чуда.

Сперва я попросил его прислать мне точный адрес завода, чтобы знать куда заказывать такси от железнодорожной станции.
- Не переживайте. – Успокоил меня Константин Сергеевич. – Я вас встречу и довезу.
И действительно, когда я солнечным июльским утром вышел из электрички - на шоссе у пустой платформы стояла машина, за рулём которой он сидел собственной персоной. Ни один заказчик на моей памяти до такого широкого жеста не снисходил. Это было первое чудо.

После того, как мы обошли весь завод и сверились с ТЗ, Константин Сергеевич провёл меня в свой кабинет, налил чашку кофе и сказал:
- Теперь я готов ответить на ваши вопросы.
- Какой фактор для вас ключевой при выборе подрядчика? – Не задумываясь задал я свой любимый вопрос. Обычно на него отвечали двумя способами. Или «Да нам главное, чтобы чисто было» или «Да у кого цена ниже».
- Быстрое устранение замечаний, когда они возникают. И ещё: официальная белая зарплата для работников. Это чтобы текучки постоянной на объекте не было. – Вместо этого ответил мой собеседник. Это было чудо номер два.

Третьим чудом стало то, что он выделил служебную машину, которая довезла меня до города. Из которого до Москвы ходили и электрички, и автобусы.

Из этой поездки я вернулся в Петербург в сильной задумчивости.
- Ого! – Удивилась девушка Катя из расчётно-сметного отдела, принимая техническое задание с моими комментариями. – Крупный завод. Но ты же понимаешь, что это нереально?
- Понимаю. – Кивнул я. – Но давай попробуем всё-таки сократить расходы, где сможем? Это непростой объект. Тут шансы есть.
Катя с сомнением хмыкнула, но через неделю предоставила смету, цена в которой превышала нормальную не в два, а всего лишь в полтора раза.
Ещё через пару дней, я поймал удачный момент, застал нашего финансового директора в легкомысленном настроении и сумел получить её подпись. Отправил заказчику предложение. Он покормил меня завтраками и через некоторое время я про него благополучно забыл.

Снова вспомнил я о нём уже в конце октября того же года. Он позвонил и будничным тоном сказал, что решение принято в нашу пользу, и он был бы рад увидеть меня на заводе в течение ближайшей недели, чтобы обсудить условия и сроки начала оказания услуг. Я проделал титаническую работу над собой и таким же будничным голосом ответил, что сейчас сверюсь с графиками – своим и своего руководителя – и напишу ему, когда нас можно ждать.

- Однако. – Поднял бровь мой руководитель Виталик, когда Константин Сергеевич довёз нас обоих от станции до завода.
- Любопытно. – Ещё выше поднял он бровь, когда директор по закупкам попросил скидку в пять процентов, а взамен предложил сократить отсрочку платежа до пятнадцати дней.
- Это что сейчас всё было? – Поднял он вторую бровь, когда служебная машина довезла нас до города, где мы смогли перекусить, дожидаясь поезда. – Не бывает таких клиентов…

- Не бывает таких клиентов! – Заявил директор производственного департамента, когда мы вернулись в Питер, собрали совещание и огорошили всех тем, что договору быть. – Там наверняка какие-то гадости вшиты в договор, и мы на штрафах разоримся!
- Договор стандартный. – Беспомощно развела руками юрист.
- А у нас людей нет! – Нашлась директор отдела кадров. – Где мы столько людей возьмём?
- Во-первых, у нас на это месяц. – Осадил её коммерческий директор. – А, во-вторых, штат текущего подрядчика готов перейти к нам.

На протяжении часа сотрудники, отвечающие за запуск новых объектов, искали причины, по которым нам нужно отказаться от заключения контракта. И в конце концов нашли. Директор отдела кадров провела скрупулёзный анализ средней зарплаты по региону, где находился объект, в срезе за несколько лет. И вскрылась ужасная правда. В смете зарплаты заложены на тысячу рублей ниже этой условной величины. Аргумент о том, что в смете указана реальная зарплата, которую работники объекта получают сейчас, никого не убедил.

Объект нужно было запускать в декабре. Наши прения и дебаты продолжались большую часть ноября.
- Езжай к заказчику и максимально дипломатично сообщи, что мы сливаемся. – Отозвав меня в уголок и сочувственно глядя в глаза распорядился Виталик. - Некрасиво, конечно, знаю. Но если заключим договор, и он останется без текущего подрядчика, то там весь завод в грязи утонет, пока наши будут шевелиться. Не хочется хорошего человека так подставлять.
Я выдохнул и мысленно сосчитал до десяти.
- Давай я с собой нашего технолога возьму? – Предложил я. – Ну просто на всякий случай. Посмотрит на объект. Может, придумает как соптимизировать что-нибудь.
Виталик, поморщившись, кивнул, и я отправился уламывать технолога Викторию Сергеевну на однодневный тур в московскую область.

Виктория посмотрела на встречавшего нас Константина Сергеевича равнодушно. Зато её привели в восторг покрытия полов и грамотное распределение точек доступа воды и электричества.
- Вот это полимерное покрытие! – Восхищалась она как девочка, не отрывая широко раскрытых глаз от пола. – Вот это я понимаю!
Она так вдохновилась, что, когда служебная машина везла нас в город, она сама предложила перераспределить графики работников так, чтобы убрать за ненадобностью одну штатную единицу. Что давало возможность повысить зарплату остальным.

- Я тебя отправлял соскочить! А ты что натворил?! – Схватился за голову Виталик, когда мы вернулись.
Состоялось очередное совещание. Где нас троих допрашивали, практически светя лампой в лицо. А точно ли там так всё хорошо, как мы рассказываем? А не придумываем ли мы?
В конце концов, все смирились с тем, что договор будет заключен. Оставалась только одна проблема – до декабря времени уже не было. А клиент между тем ухитрился внести предоплату.
Я позвонил Константину Сергеевичу, мысленно готовясь к упрёкам.

- Я и не рассчитывал на начало декабря. – Вопреки моим ожиданиям ответил он. – До двадцатого приступить сможете?
- Сможем. – Облегченно выдохнул я.
- Вот и отлично. А по поводу предоплаты я хочу предложить вот что. Давайте перерасчет делать не будем. Пусть эта переплата послужит подушкой безопасности на случай непредвиденных расходов.
- Не бывает таких клиентов! – В очередной раз заключил Виталик, когда я пересказал ему этот разговор. – Это единорог какой-то. Так не бывает.

Год спустя наш директорат стал настаивать на индексации договора. Потом началась оптимизация расходов. Затем стали резать зарплаты. На объекте началась текучка кадров и качество услуг стало стремительно падать вниз. Мне довелось в качестве наблюдателя присутствовать на переговорах Константина Сергеевича с нашими директорами. Он смотрел с экрана спокойным и умным взглядом на пятерых людей в костюмах. Которые, перебивая друг друга менторским тоном доказывали ему, что он что-то им должен.

Спустя ещё месяц договор был расторгнут заказчиком. На еженедельном собрании финансовый директор гордо сообщила, что нам перечислили неустойку за досрочное расторжение в одностороннем порядке.

- Ребята, нам крупные клиенты нужны. Крупные! – Продолжал свою старую песню наш коммерческий директор. – Не тратьте время на мелочь!

- Уверен? – Посмотрел на меня Виталик, прежде чем подписать моё заявление по собственному желанию.
- «Я бы пожелал вам удачи…», - процитировал я, кивая в ответ. Мой, теперь уже бывший руководитель смущённо покачал головой, он не узнал цитату.

После подписания обходного листа и расчёта я в последний раз вышел на крыльцо бизнес-центра и мысленно закончил:
«…Но вы не знаете, что с ней делать».

Мой дед родился в 1925-м году (умер в 2004-м), моя бабушка родилась в 1933-м году (до сих пор жива, ей сейчас 90 лет), оба родились и всю жизнь прожили в деревне. Они ходили в начальную школу и делали уроки дома при свете лучины, поскольку электричества не было, они не знали что такое радио, их родители работали в колхозах-совхозах и выращивали еду примитивным ручным способом.

За окном ходили паровозы, а в областной центр ездили на телегах, запряжённых лошадьми.

В войну бабушку отправили в тыл за Урал, а дед работал подмастерьем на военном аэродроме, его в 17 лет в 1942-м посадили за штурвал истребителя и начали учить летать, всего у него было два боевых вылета, в одном он фашиста подбил, а во втором его самого сбили - он упал с большой высоты и весь переломался, из-за чего его отправили в тыл лечиться и на фронт больше не пускали. После войны они встретились (не сразу) и поженились, им дали дом в деревне (он уже был не новым, перевезённым, но стоит до сих пор), в который скоро провели электричество - это было эпохальное событие, ведь теперь не нужно было жечь лучины, хотя в доме было всего две лампочки - в большой комнате и в уборной (туалете), по совместительству - стойле для коз, появилось центральное радио, которое теперь можно было слушать дома, а не только на центральной рыночной площади посёлка.

За окном появились первые тепловозы, а по дорогам начали ездить колхозные грузовики и, даже, автобус в областной центр.

Спустя время стали развозить баллонный газ и отпала необходимость топить печь чтобы приготовить еду. Потом появилось телевидение - чёрно-белое, с очень плохой картинкой, но мой дед был очень горд что смог смастерить, установить и настроить антенну для приёма двух федеральных каналов.

За окном уже поехали первые электровозы, а у местных спецлужб (скорая, милиция) появился легковой спецтранспорт, а ещё тяжёлая техника в колхозах-совхозах, в областной центр стала ездить электричка через каждые два часа.

В посёлке начали появляться стационарные телефоны, сначала на почте - теперь можно было заказать разговор с городом, где жили мои родители (правда у родителей своего телефона тоже не было, так что почтальон приносил телеграмму о том что нужно явиться к такому-то времени на почту для переговоров), а потом уже и в некоторых заведениях и зажиточных домах. Потом появился цветной телевизор и его диагональ постоянно росла, как и число каналов.

За окном полностью исчезли паровозы как класс, их заменили уже более современные тепловозы и электровозы.

В 1990-х я летом привозил свой компьютер в деревню к дедушке с бабушкой, простой ZX-Spectrum (хотя уже на совсем простой, это был Scorpion ZS 256Kb с дисководом), но они не оценили что это такое, сказали что это хрень какая-то. А вот мой первый сотовый телефон в 1999-м году они оценили - дед всё никак не понимал как это такая маленькая трубочка (Ericsson 388) могла добить до города, а я никак не мог ему объяснить принцип сотовой связи где мобильный телефон подсоединяется по радиоканалу к ближайшей сотовой вышке, которая стояла через речку на заводской трубе.

За окном уже давно "летали" фирменные комфортабельные поезда "Аврора" и другие (не помню прямо сейчас названий).

В самом начале 2000-х я приехал к своим любимым бабушке с дедушкой уже на своей машине, иномарке (Форд-Эскорт 1988г.в.), что в местном понимании было буржуйством, но они с удовольствием оценивали её качества по сравнению с редкими в посёлке автомобилями марки "АвтоТаз" (скорее "РжавыйТаз"), а уж что было в 2003-м, когда я к ним приехал на Мазде-929 вообще не передать, хотя машины в посёлке тогда уже были не редкость.

После смерти деда бабушка вдруг всему начала быстро обучаться, она сначала освоила кнопочный сотовый телефон, потом на смартфон пересела, у неё есть интернет и она умеет им пользоваться в необходимом количестве (например по видеосвязи с моей мамой поговорить), она освоила Триколор (спутниковое телевидение), теперь у неё стоит большой 43-дюймовый плоский телевизор FullHD, она даже интерактивное телевидение освоила без проблем и ей понравилось смотреть передачи в удобное время и перематывать рекламу, а каналов на телевизоре стало больше тысячи (утрирую) на любой вкус.

А за окном тем временем носятся САПСАНы, она на них даже к нам в гости приезжала, сказала "Ух, это вам не паровоз - едет быстро, всё мелькает за окном, и при этом так гладенько-гладенько и тИхонько-тИхонько".

П.С. Забыл упомянуть что после войны почти у каждой семьи был мотоцикл.

Добавлю фото из середины 1990-х, мои бабушка с дедушкой:

В жизни много необычного и интересного, порой мы оказываемся на мероприятиях, которые запоминаются надолго. Об одном из таких мероприятий я поведаю сегодня.

В доковидные времена в Петербурге было такое развлечение, как иммерсивное шоу "Безликие" (сейчас оно закрыто навсегда и больше не проводится). Услышала я о нём впервые от коллеги, который рассказал о своём посещении, но предупредил, что шоу специфическое и не всем по вкусу. Первым моим вопросом было: а как это - иммерсивное? Шоу проходило в формате театра в помещениях особняка на Дворцовой набережной. Действие происходит сразу во всех помещениях, актёры перемещаются по комнатам, зрители в белых жутких масках ходят там, где хотят, могут прикасаться ко всему, кроме актёров. Звучало это необычно, поэтому я захотела сходить.

Стоимость для 2019 года была крайне высока - 3500 за один визит, на шоу также продавали абонементы, так как история большая, некоторые, чтобы разобраться, ходили несколько раз. Я использовала бонусы банковской карты и купила билет за 1000. Как оказалось, не зря, так как зрелище оказалось интересным, но не настолько, чтобы тратить 3500 или более.

Отзывы в интернете были максимально противоречивые: кому-то понравилось до восторженного писка, кто-то посчитал его разводом на деньги. У меня впечатление сложилось среднее. Понравилось, но смены взглядов на жизнь, как пишут некоторые, не было. И момент: понравилось за 1000. За 3500 впечатление было бы хуже.

Вход.

Вход на шоу осуществляется с переулка у Дворцовой набережной, в гардеробе выдают карту в стиле таро с изображением персонажей и правилами шоу на обратной стороне.  По этим картам посетителей делят по группам, которые с интервалом 5 минут запускают в основные помещения здания.

Я покупала билет на 18:45, самое раннее время, не считая вип билетов. Шоу длится определённое время, поэтому те, кто покупал билет на более позднее время, увидели меньше. Тех, кто пришёл вместе, разделяют в разные группы, чтобы погрузить в атмосферу происходящего. Шоу циклично, длилось три раза по часу, чтобы можно было проследить сюжетные линии разных персонажей. 

Вход на шоу посетители ждут в баре, там же можно передохнуть и пообщаться с людьми во время представления. Телефоны запрещены, разговаривать можно только в баре, рекомендуют чёрную одежду. Итак, билет на 18:45, запускать начали в 19:00, я попала в третью группу, поэтому попала на представление в 19:10-19:15. Когда тебя впускают в помещение, девушка с мистической интонацией рассказывает правила шоу, выдаёт пугающего вида маску и впускает тебя в этот мир безликих.

Что Вы представляете, когда Вам говорят об особняке на Дворцовой набережной? Большие залы, украшенные в стиле Эрмитажа всяческой лепниной. Однако, попадая в это здание, оказываешься в лабиринте из узких каменных лестниц, столь же узких коридоров. Стены где-то каменные, где-то кирпичные. И всё настоящее, старинное, не реквизит. Нет линейности пространства. Ты идёшь, например, по лестнице, а на её середине обнаруживаешь, что параллельно, за каменной стеной, есть ещё одна лестница, вверх или вниз. Комнаты самые разные, есть маленькие комнатушки, есть большие залы. В них обустроено жилое/рабочее место персонажей истории, места их досуга. Обустроены довольно детально. 

Впечатления.

Основные персонажи были описаны в либретто на сайте шоу. Там дана краткая характеристика, на мой взгляд, важная для понимания происходящего. Есть две стратегии передвижения по пространству: первая – следовать за выбранным персонажем, узнавая его сущность и историю, вторая погрузиться в изучение города безликих. Я выбрала нечто среднее: в самом начале шоу ходила за интересным персонажем с расчётом на то, что в начале не будет много народу вокруг него. А потом стала изучать "город".

Про помещения: все комнаты обустроены с большим количеством деталей, под стать их "обитателям". В Аптеке много баночек, склянок, в операционной  специальный стол и целый шкаф настоящих хирургических инструментов! На бутылочках этикетки, объясняющие, что в них. В одном шкафчике нашла кости, в других ещё склянки, на полке заметила макет ступни. В операционной умывальник с тазом под ним, в нём настоящая вода.

Осматривала стеклянный шкафчик с хирургическими инструментами. Так как шкафчик прозрачный, в голову даже не пришло, можно ли его открыть и потрогать всё внутри. А сейчас призадумалась, если инструменты и правда настоящие, насколько безопасно их хранение в открытом доступе? А если попадётся неадекватный зритель? Персонаж Доктор свободно открывал шкаф, не припомню у него в руках ключа. Правда, кто знает, может, инструменты затуплены.

Были несколько сцен операций (крови не было, только мигающий свет). Доктор оказался довольно бессердечным персонажем, но с интересными философскими взглядами на жизнь. К нему приходили пациенты, например, Швея, Освальд, Актриса. Приходил Пастор (несколько раз), они ругались, эти сцены раскрывали противопоставление науки и религии (или морали?).

Актёры контактировали со зрителями, но не часто. Зрителям же это запрещено. При мне Доктор вызвал зрительницу, уложил её на стол и начал рассуждать, насколько беззащитен человек в руках врача на операционном столе, а потом  взял виноградину, порассуждал о глазных яблоках человека, а потом резко прихлопнул виноградину на столе рядом с головой девушки (она явно испугалась).

В других комнатах тоже всё неплохо обустроено. В комнате Часовщика в ящичках стола были различные шестерёнки плюс странная записка. В ванной комнате в ящиках лежало мыло, в гостинице наволочки и простыни. В комнате швеи очень много приспособлений для шитья. А если пройти через ряды висящих платьев, попадаешь в потайную комнату с глиняными масками, висящими на стене. Кстати, в эту потайную комнату можно попасть и иначе. Как-то я дошла до самого конца тёмного коридора, хотя выглядел он как тупик. А в конце оказались створки двери, наклонённой к полу под небольшим углом, словно вход в подвал дома из американских фильмов. Подёргала дверь, но она оказалась закрыта, собиралась уже уходить, как вдруг раздался звук открывающегося засова, из комнаты вышел актёр и пошёл куда-то по своим делам. А я смогла осмотреть комнату.

Касательно некоторых ожиданий, основанных на других отзывах.

Кто-то писал, что в шоу есть потрясающие танцевальные номера, которых я, похоже, не увидела. А обошла довольно много сцен. Многие писали о том, что в шоу присутствуют кровавые сцены, их тоже не застала (хотя ходила за доктором много). В какой-то момент издалека услышала детский плач, так что, думаю, сцена родов, о которой рассказывали люди, действительно присутствует. А вот откровенные сцены сто процентов есть, (не просто так шоу 18+). Однажды, следуя за толпой зрителей, застала сцену оголения персонажа Актрисы, но всё настолько грамотно поставлено, девушка настолько уверенно держалась, что не было ощущения оголённого тела, вроде бы одежды нет, но чувство, что актриса в бальном платье, а не нагая. Сцена без намёка на пошлость.

В заключение могу сказать вот что: представление интересное, необычное, мне понравилось. Это любопытный опыт, но каких-то сверхвеликих восторгов, как и разочарования у меня не возникло. Просто понравилось. Многие писали об очень сильных эмоциях от увиденного, о переосмыслении многих вещей в жизни, но, несмотря на большую впечатлительность по жизни, ничего, вызывающего бурю эмоций, на представлении я не увидела. 

Создатели шоу рекомендовали приходить с минимумом информации о происходящем, но тогда есть риск что-то не понять. У многих отрицательные эмоции из-за того, что они не понимают, на какое представление идут. Весь сюжет за одно посещение уловить невозможно, а либретто и другие отзывы помогли определиться, за кем следовать, чтобы увидеть всё самое интересное и не метаться от одного персонажа к другому, не понимая, кто из них второстепенный, а кто основной.

Увидела на шоу всё, что хотела. Зачем люди берут абонементы?

А на каком странном мероприятии были Вы?

Я сидела, задумчивая свежеразведённая женщина и смотрела на стены квартиры. Это был ужас, апокалипсис и катастрофа, собравшиеся в одной трёхкомнатной квартире. Обои отрывались кусками. По ним, хаотично переплетаясь, вились провода, воткнутые за косяки дверей. Линолеум вздувался пузырями и кое-где имел дырки. При попытке включить одновременно чайник и плитку наглухо выбивало электричество по всей квартире. "С этим не сделать ничего и никогда, особенно в одну женскую силу. И денег нифига нет." - думала я, заваривая чай. В доме разваливалось всё, даже старая микроволновка решила благородно умереть.

Финансов оставалось на микроволновку и немножечко на покушать, я шла вдоль рядов микроволновок и грустила о ценах. Вдалеке замаячил мебельный отдел, призывно поблёскивая боками кухонь. Терять мне было нечего, я зашла посмотреть.

-Кухню смотрите? - консультант дружелюбно материализовалась рядом.

- Да, смотрю. Только денег нет нифига.

- Ну, а давайте посчитаем? У нас это бесплатно! - задаром почему бы и не посчитать?

Она считала, калькулировала и комбинировала скидки. Мы увлеклись выбором фасадов и ручек. Доводчики и отделение для бутылок - гулять так гулять! Денег всё равно решительно не хватало, даже со скидками. Консультант привинтила ещё одну скидку. Судя по всему, скидок у них был небольшой склад.

- Вы можете заплатить половину сначала, а остальное доплатить потом. - это был коварный ход, я уже почти сдалась.

- Так у меня её ставить некуда, там нужно сначала ремонт сделать. - я всё ещё сопротивлялась.

- Мы месяц будем хранить её бесплатно на нашем складе, пока вы сделаете ремонт!

Шах и мат, господа. Это была богиня маркетинга и небожитель продаж. Мы ударили по рукам.

Тогда я ещё не знала, что именно так закаляется сталь женского характера, отращиваются яйца, элегантная небритость на лице, и стремительно эволюционирует талант делать что-то из говна и палок. Это путь был нов и неизведан для меня. Я собрала все деньги, жалобно наныла недостающий остаток в долг, отсчёт пошёл. У меня был месяц на сделать ремонт в кухне без отрыва от работы, с минимумом денег и навыков.

Для начала я колупнула обои на кухне пальцем, надеясь, что они отвалятся сами по себе, частично они уже это сделали. Остатки обоев так просто сдаваться не собирались. Я обрызгала их водой и снова задумчиво поколупала. Обои ехидно хихикали, глядя на меня, и держались на стену как влитые. Вода их не брала, спецсредства для снятия обоев бессильно стекали вниз. Я читала инструкции и форумы, поливая стены водой разной температуры, добавляя мыло и уксус. Всё становилось гораздо занимательнее - на них не действовало ничего из рекомендованного. Первый шаг на дорогу без возврата был сделан - я взяла в руки шпатель и Профоам.

Обои отдирались по сантиметру, возвращаясь с работы я лезла на стены, отмачивала и скребла, месяц шёл. Со стремянки я падала уже в коме, внезапно просыпаясь на диване и отколупывая несколько сантиметров до работы. Женщина менялась, я определённо проходила стадию бобра на пути к бешеному еноту. Последний кусочек обоев сдался, я издала победный вопль.

Откуда у меня взялись деньги на обои и натяжной потолок я не помню, всё это время я провела в ремонтной коме, помня только одно - месяц идёт. Вероятно, где-то в ремонтном угаре я получила зарплату. В две руки я отдирала, клеила, шпаклевала и училась работать со шлифмашинкой. Вы знаете, что если взять средних габаритов женщину, дать ей шлифмашинку и поставить на стремянку, чтобы зашлифовать стену, то после первого "вжух" её снесёт оттуда нафиг? Не спрашивайте, откуда я это знаю.

Подошло время осмотреть пол, драный линолеум был снят. Я сидела на полу и ревела. Вероятно, тут жили кроты по бетону - весь пол был в ямах и рытвинах. Что с эти делать было абсолютно неясно, учитывая что весь ремонт делался по методу "всё из кухни не уберёшь, будем таскать по полу туда-сюда". Заливка отпадала, силы были на исходе. Слёзы смешивались с соплями, вздуваясь радужными пузырями, в это время раздался звонок телефона.

- Ты чего делаешь? - спросила подруга.

- Ревууу! - шмыгала я в трубку.

- Сиди на месте, сейчас приеду.

Она появилась на пороге с гигантскими вёдрами, огромными шпателями и мешками со смесями.

- Ну чё сидишь? Вытирай сопли, будешь учиться разводить смесь и ровнять пол.

В четыре женские руки мы мешали, ляпали и ровняли. "Ну чё ты делаешь? Смотри, как надо!" - она делала вжух. После половины пола мы, уляпанные смесью посмотрели на дело своих рук. Лепота!

- Остальное доделаешь завтра, теперь умеешь. - она уехала, а я помчалась в магазин за мешками с ингредиентами.

Я ровняла пол, как заправский ремонтник. К делу мы подходили творчески, с чисто женской смекалкой - закончилось что-то одно, бахнем побольше другого, на глазок. Пол был готов, завтра должны были менять дверь на кухне. Мастер колотил, пилил и долбил на свежем полу. Я аккуратно выглянула из-за угла - вдруг пол уже развалился? Он лежал сияя новизной и грозя пережить ядерный взрыв. Новые обои была приклеены, натяжной потолок сиял белизной, на пол я, несколько раз прилипнув, приклеила плитку ПВХ. Оставались плинтусы.

В бессознательном состоянии я помнила только одно - нужно работать. Даже если ты уже умер, ползи и клей, привинчивай и скреби. Я протянула руку за очередным плинтусом, меня встретила пустота. Всё было сделано, завтра должны были привезти и собрать кухню.

Этот момент останется со мной навсегда. Я сделала то, что собиралась сделать этот месяц, в кратких промежутках проблеска сознания между работой, стенами и редким сном. Я легла посреди кухни и щёлкала пультом от лампочек на потолке, блаженно улыбаясь.

Однажды я понял, что у сильных людей есть слабые места

Был у меня одноклассник Митя. Человек очень целеустремлённый и честолюбивый. К 14 годам эти свойства уже распустились в нём буйным цветом.

Если Митя за что-то брался, то обязательно доводил дело до конца и выполнял его самым наилучшим образом. Он буквально не мог спокойно жить, если кто-то рядом с ним хоть в чём-то его превосходил.

В последствии это сослужило ему хорошую службу - он добился в жизни определённых высот. Но человеком он был, мягко говоря, непростым.

Как-то раз Митя позвал нас на свой день рождения. На празднике также присутствовал его двоюродный брат - очень весёлый и компанейский парень. Он с ходу влился в компанию и мы отлично проводили время. Хохот почти не замолкал.

Митя сперва пытался шутить. Потом некоторое время мрачно молчал. А потом вдруг резко заявил:

- А пошли играть в футбол!

Был март. За окном лежал снег. Но погода была отличная и мы, посовещавшись, решили уважить именинника.

Веселье поутихло. Потому что все были в курсе, что Митя всерьёз увлекается футболом и на поле становится просто невыносим.

Так произошло и на этот раз. Мы играли на пустыре, рядом с глубоким оврагом. Митя моментально почувствовал себя как рыба в воде и тем, кому выпало играть с ним команде оставалось только посочувствовать. Веселье сменилось тяжким трудом. Ребята бегали взмыленные и сосредоточенные.

Я стоял на воротах и откровенно скучал, поскольку Митя из кожи вон лез, чтобы не подпустить к ним мячик.

Ко мне подошёл его двоюродный брат.

- Что - скучаешь? - поинтересовался он.

- Ага.

- Хочешь - приколемся? Дадим всем передохнуть заодно…

- Это как?

- А очень просто. Я сейчас мячик в овраг пасану.

- И в чём прикол?

- Митя побежит мячик из оврага доставать. Он же капитан команды. Никому другому не доверит.

- Так.

- Ну вот. А мячик он руками трогать не может. Он же ведь настоящий футболист.

- И? - Всё ещё не понимал я.

- И, - терпеливо объяснил митин брат, - склон у оврага крутой. А мячик-то круглый.

Тут до меня, наконец, дошло.

- Я так уже дважды делал. - продолжил митин родственник. - Он каждый раз по полчаса матерится и мячик оттуда выпинывает. Не успокоится, пока не вытащит. Зато потом устанет и домой захочет…

Так и случилось. Митя провёл в овраге сорок минут и потерял к игре всякий интерес. Дома он согрелся, успокоился и остаток вечера веселился вместе со всеми.

Я проникся глубоким уважением к его брату. Он укротил зверя одним движением ноги.

Источник

Южное солнце клонилось к горизонту, дневная жара пошла на убыль.

- Пойдём гулять. - мама меня уже почти нарядила. Ура, прогулка по набережной вдоль моря, мороженого возьмём!

В мои пять лет мама ещё на рассталась с надеждой воспитать принцессу. Нарядив дочь в нежное летнее платьице и белоснежные кружевные колготки, она завязала на моих золотистых кудрях пышный белый бант и разрешила погулять пару минут. Пока она собирается.

Лучи солнца уже не обжигали, клумбы украшали дворик дома отдыха, я нюхала цветы и оглядывалась. Невдалеке блестело чёрным что-то интересное. Как лужа, но не вода, это обязательно нужно потрогать. Я осторожно наступила белоснежным сандаликом, он прилип. Потянув ногу сильнее, я наступила второй ногой в чёрное. Обе ноги прилипли накрепко. Снять сандалики? А как же чудесные белые колготки?

Я потянула ногу рукой, она отрывалась с трудом. Покачнувшись, я опёрлась на руку измазав и её. Что же делать? Скоро выйдет мама, а я тут стою. В моём детстве, если ты лизнул металл на морозе и приклеился, проще было ампутировать голову, чем сознаться родителям. Потому что голову и так оторвут, но пострадает ещё и попа.

Плюнув на всё, я отрывала ноги от разогретого битума руками. Кудри падали на разгорячённое лицо и я смахивала их, цепляя бантик. Скоростное освобождение из плена сработало - я стояла на асфальте. В дверях дома отдыха показалась мама, с улыбкой предвкушая прогулку по набережной.

Она хотела аплодировать. Прямо по попе, но боялась прилипнуть к принцессе. Из битумных пятен торчали только глаза. Кудряшки слиплись с бантиком, платье с колготками, белоснежные когда-то сандалики напоминали далматинцев. Принцессы из меня получались всегда так себе.

Мама наверняка сейчас читает эту историю и улыбается, вспоминая свою упорную, но безуспешную борьбу под лозунгом: "Ты же девочка!"

Очередная фантастическая находка, на этот раз в исторической части Петербурга. Примечательно, что на Чернышевской работал полтора года, но обнаружил этого необрутального персонажа совсем недавно и совершенно случайно. Сильно впечатлил.

Благодарю за просмотр:)

Традиционно приглашаю в мой ТГ.

Однажды я убедился, что хорошо там, где нас нет.

Лида уехала с родителями на юг. Я остался в Питере.

- Слушай, тут о-фи-генно! Море теплое, чистое, огромное! – Слушал я взволнованный Лидин голос в телефонной трубке.

- Здорово, - неискренне порадовался я за нее. Я стоял у окна. Вдалеке виднелся Финский залив. Маленький, грязный и холодный.

- В следующий раз мы обязательно поедем вместе. – Обнадежила Лида, и где-то на фоне издевательски закричали чайки. – Буду звонить тебе каждый день. – Добавила она с теплом в голосе. И перестала мне звонить.

У меня сразу неожиданно образовалась масса свободного времени. Его стало так много, что было не совсем ясно, что с ним делать.

Позвонить самому мешала гордость. И роуминг.

На третий день телефонной тишины я вспомнил, что пока в моей жизни не появилась девушка, в ней вроде бы были еще и друзья. С которыми я вроде бы даже дружил. И временами нам даже было весело вместе.

Я набрал Толика, и приготовился подробно объяснять, почему меня не было видно последние три месяца.

- О, здорово. – С ходу сломал систему Толик. – Че вечером делаешь?

Вечером я делал ниче. Поэтому в семь вечера уже сидел на продавленном Толиковом диване. Напротив меня сидел сам Толик. Он на правах хозяина занял единственное удобное кресло. Колченогий табурет занимал Валера. Валера учился на актера. И поэтому заполнял собой все ментальное пространство немаленькой комнаты. Он был как бы одновременно ведущим вечера, основным исполнителем и саундтреком заодно.

- Ну, рассказывай. – Кратко предоставил слово мне Толик, когда в Валерином бенефисе случился небольшой перерыв на уборную.

Я рассказал.

- Ну, - успокоил меня Толик, - Либо она там с другим мужиком. И поэтому не звонит. Либо че-то у них там серьезное случилось.

Ну что может быть лучше дружеской поддержки?

Часам к одиннадцати пустых бутылок в комнате стало значительно больше.

- Слушайте. А давайте пойдем гулять? – Немного покачиваясь на истерзанном табурете, предложил Валера.

- А давайте не пойдем? – Внес я встречное предложение. Толик тоже не хотел никуда идти. Тогда мы втроем стали голосовать, и я почему-то оказался в меньшинстве.

Мы вышли к набережной Невы. Видимо нас манил прохладой несвежий речной воздух.

- Пацаны, зацените как я могу. – Сказал Валера и пошел по краю парапета.

- Пацаны, а зацените как я могу. – Сказал Толик, попробовал запрыгнуть на парапет с места, поскользнулся и разбил нос. Он присел на гранитную плиту набережной и запрокинул голову, чтобы унять кровотечение. Нос медленно, но верно распухал.

- А вот так слабо? – Сказал Валера и стал делать стойку на руках. На парапете. Туристы стали притормаживать возле нас и фоткать Валеру. Некоторые, подумав, щелкали заодно и Толика. Кто-то вручил ему пачку салфеток.

Возле моего плеча материализовался молодой милиционер.

- Добрый вечер. – Произнес он, ни к кому вроде бы не обращаясь. И в тоже время будто ко всем сразу. – Хорошо время проводите ребята, как я посмотрю.

Отвечать решил я.

- Добрый вечер. Да просто гуляем.

- А с другом твоим что?

- Поскользнулся. Нос разбил.

Милиционер внимательно посмотрел на меня.

- Поскользнулся или ты помог?

- Поскользнулся.

- А чего тогда злой такой стоишь?

- Да у меня девушка на юг поехала. И чего-то не звонит третий день. – Вдруг совершенно честно выдал я.

- Пфффф… Тоже мне… - Фыркнул милиционер. – У нее сейчас либо акклиматизация, либо воды в море хлебнула. На море что ли не был? Тут уж знаешь не до звонков, когда полощет со всех сторон… А вот этот у вас, - он показал на Валеру, который снова сделал на парапете стойку. – В цирке, что ли, работает?

- Нет. Он на актера учится.

- Да ладно, - удивился служитель правопорядка. – У нас, что ли? На Моховой?

- Ну да.

- Я ведь поступал. Представляешь? – С грустью продолжил он. - На втором туре слетел. Бродского читал.

Милиционер перевел глаза куда-то на горизонт. И начал с чувством декламировать Бродского. А у меня зазвонил телефон.

- Привет… - У Лиды был мученический голос. Она часто и тяжело дышала.

- Привет.

- Прости, что не звонила. Я тут заболела, представляешь? На второй же день. Непонятно, то ли отравилась, то ли просто акклиматизация. Половина поездки уже, а я только с постели встала. А ты там как?

- Да я тут… С друзьями встретился, гуляем в центре. – Я хотел много всего сказать, но слова почему-то разбегались в разные стороны.

Она немного помолчала.

- Как прогулка? Как там Питер?

Я посмотрел на Валеру, который в очередной раз стоял на руках. Он успел собрать вокруг себя небольшую толпу. На Толика, который уже пришел в себя. Разливающиеся вокруг глаз синяки делали его похожим на панду. Посмотрел на милиционера, который все декламировал Бродского и, кажется, не собирался заканчивать. И совершенно честно ответил:

- О-фи-генно. В следующий раз обязательно пойдем вместе.