Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
Инструкция на карточке гласила: «Растворите 1 фунт соли и 1/2 фунта нашатыря в 2-х квартах воды и разлейте полученный раствор в несколько бутылок ёмкостью по 1 литру.Как только вспыхнет пожар, бросьте одну или больше бутылок с приготовленной смесью в пламя».
Легионеры уже получали примерно в 2 раза больше, 2-3 сестерция в день или 900 в год.
Семья Шмитт, профессионально занимающаяся поиском сокровищ, сделала эту находку у берегов Флориды в 2015 году. Всего со дна достали 50 золотых монет и золотые цепочки общей длиной почти 12 м.
Дробовик Browning A-Bolt представляет собой ружье 12-го калибра с продольно-скользящим затвором, основанное на конструкции одноименной винтовки A-Bolt. Оружие производится компанией Miroku Corp. в Японии по заказу Browning Arms Company.
Происхождение дробовика напрямую связано с развитием винтовочной платформы A-Bolt, поэтому понимание истории создания винтовки необходимо для полного представления о дробовой версии. В предшествующие десятилетия компания Browning занимала определенное положение на рынке винтовок центрального боя благодаря моделям Hi-Power, которые производились с 1950-х до середины 1970-х годов на базе затворов, поставляемых от Fabrique Nationale в Бельгии для стандартных и магнум калибров, а также от Sako в Финляндии для малых калибров. Эти винтовки отличались высоким качеством и привлекательным внешним видом, однако высокая стоимость производства отражалась на розничной цене.
В 1977 году, стремясь предложить более конкурентоспособную по цене винтовку против американских производителей Winchester и Remington, компания Browning представила модель BBR (Browning Bolt Rifle). Винтовка была спроектирована бывшим инженером Winchester Джо Бадали и производилась компанией Miroku Corp. в Японии, что позволило снизить производственные затраты без ущерба для качества. BBR имела несколько передовых технических решений, включая затвор с девятью боевыми упорами и коротким 60-градусным поворотом, усиленный кожух затвора и уникальный откидной магазин. Однако модель критиковалась за излишний вес и отход от традиционного дизайна предшествующих винтовок High Power.
Осознавая эти недостатки, руководство Browning поручило Бадали доработать конструкцию. Результатом стала винтовка A-Bolt, запущенная в производство в 1984-1985 годах. Новая модель представляла собой облегченную и упрощенную эволюцию BBR, весившую примерно на полкилограмма меньше и оснащенную более простым, но прочным трехупорным затвором вместо девятиупорного у BBR. Винтовка была спроектирована так, чтобы обеспечить характеристики уровня индивидуальной сборки в стандартной серийной модели, делая высокие эксплуатационные качества доступными непосредственно после покупки.
Партнерство между Browning и Miroku началось в 1960-х годах, когда Browning искала экономически эффективную альтернативу бельгийскому производству для своих дробовиков. Miroku уже зарекомендовала себя исключительным мастерством в изготовлении копий Браунинга, даже произведя впечатление на его руководство, когда оно прибыло для решения вопросов по авторским правам. Этот визит привел к лицензионному соглашению и долгосрочному партнерству.
Успешная винтовочная платформа A-Bolt стала основой для создания специализированной дробовой версии. Дробовик A-Bolt был впервые представлен в 1994 году на выставке SHOT Show в Далласе в виде прототипа с синтетическим прикладом. Представитель японской компании Miroku демонстрировал образец, прикованный к запястью цепью. Однако серийное производство началось только в марте 1996 года после двухлетней доработки конструкции.
Основной причиной столь длительной задержки стали технические проблемы с подачей патронов, связанные с цилиндрической формой гильзы дробовых патронов, не имеющей конусного сужения к дульцу, как у винтовочных. Эти трудности потребовали существенной переработки механизма подачи по сравнению с винтовочной версией. Производство первой серии продолжалось до 1999 года, когда модель была снята с производства из-за низких продаж, обусловленных высокой стоимостью по сравнению с конкурентами от Mossberg, Marlin и Savage, которые предлагали аналогичные дробовики с нарезным стволом и продольно-скользящим затвором за половину или треть цены.
Конкурирующие модели от Mossberg и Marlin также были сняты с производства несколько лет спустя из-за падения продаж. Только компания Savage продолжала производство, выпуская менее 9000 единиц своей 12-калиберной модели 210 ежегодно. В прошлом году Savage переработала и значительно улучшила свою линейку продольно-скользящих дробовиков, представив 20-калиберную модель 220F и 12-калиберную модель 212.
Тем временем у Browning давно возникли сомнения относительно раннего прекращения производства A-Bolt. Качественный дробовик, который компания не могла продать в конце 1990-х за $700, к началу XXI века продавался на вторичном рынке за $1500-2500. Это побудило компанию Browning пересмотреть решение о снятии модели с производства.
В 2011 году Browning/Miroku возобновили производство дробовика A-Bolt, представив модель Hunter с ореховым прикладом по цене $1200, а также модификации Stalker с синтетическим прикладом за $1100 и камуфлированную версию в расцветке Mossy Oak Break-Up Infinity за $1240. Возрождение продольно-скользящих дробовиков стало неизбежным в период ренессанса стрельбы подкалиберными снарядами, поскольку точность стала главной целью стрелков, подобно скорости стрелы в стрельбе из лука или гибкости стержня клюшки в гольфе.
Специалисты по дробовикам знают, что надежное запирание, тяжелый вывешенный ствол (крепится только к ствольной коробке), и качественный спусковой механизм критически важны для точности. Продольно-скользящая схема позволяет наилучшим образом реализовать все три требования, поэтому такие дробовики наиболее популярны среди современных охотников.
Новая версия A-Bolt больше не выпускается с гладким стволом, как это было альтернативой в 1990-х годах, а нарезная версия теперь оснащается регулируемыми механическими прицелами TruGlo. В остальном новый дробовик Miroku практически повторяет старую, хорошо зарекомендовавшую себя конструкцию.
Конструкция A-Bolt включает трехупорный затвор винтовочного типа с передним запиранием и поворотом на 60 градусов, свободно подвешенный 22-дюймовый нарезной ствол и ствольную коробку с резьбовыми отверстиями для крепления оптического прицела. Шаг нарезов 12-го калибра составляет универсальные 1:28 дюймов с правосторонним вращением, что особенно подходит для высокоскоростных снарядов с начальной скоростью 1700 футов в секунду и выше, которые доминируют на современном рынке. Семифунтовое оружие оснащено съемным двухместным металлическим коробчатым магазином, который крепится к откидному днищу.
Помимо боевых упоров на затворной головке, A-Bolt имеет большой крючкообразный экстрактор, который прижимает гильзу к отражателю в левой задней части ствольной коробки. Подпружиненные направляющие гильз в двух упорах помогают поддерживать захват экстрактора. Затвор с передним запиранием, как и в винтовочной конструкции, поворачивается внутри гильзы, которая остается неподвижной при вращении затвора в боевое положение и обратно. Экстрактор представляет собой тонкий крючкообразный элемент, который вращается вместе с затворной головкой и размещается в пазу непосредственно над нижним боевым упором. Извлечение происходит за счет инерции - лезвие контактирует с закраиной гильзы через прорезь в затворной головке, когда затвор достигает последней половины дюйма хода.
Длинное окно для выброса гильз, присущее продольно-скользящим дробовикам, создает проблему при попытке установить оптический прицел дробовичьего типа на это оружие. При использовании двухчастных оснований расстояние между кольцами оказывается слишком большим для размещения между объективами компактного прицела. Фактически, корпуса труб прицелов Nikon SlugHunter оказались на 3 мм короче необходимой длины.
При испытаниях точности стрельбы на дистанции 100 ярдов с использованием различных подкалиберных патронов - Winchester Dual Bond (375 гран), Remington Accu-Tip (385 гран), Hornady SST (300 гран) и Lightfield Hybred Elite (546 гран) - были получены следующие результаты: при стрельбе с упора группами по 3 выстрела, по 5 групп на каждый вид патронов, A-Bolt показал с пулями Winchester Dual Bond среднюю кучность менее 1,37 дюйма. С Lightfield Hybred Elite - практически так же. Hornady SST показали среднюю кучность 1,86 дюйма, а Remington Accu-Tip дали кучность 2,2 дюйма. Худшие результаты с патронами Remington объясняются тем, что они спроектированы под стандартный шаг нарезов SAAMI 1:35, тогда как A-Bolt имеет более быстрый шаг нарезов 1:28, что лучше подходит для стабилизации тяжелых пуль.
A-Bolt работал очень плавно - качество, которое до сих пор недостижимо для некоторых других продольно-скользящих дробовиков, но которого следует ожидать от оружия стоимостью более $1000. Широкий рифленый спусковой крючок обеспечивал четкий спуск. Среднее усилие спуска составило 3,14 фунта (1,42 кг) с очень небольшим разбросом по 10 измерениям
В целом, возвращение этой модели можно сравнить с возвращением звездного игрока из отставки, поскольку дробовик A-Bolt остается одним из самых качественных когда-либо производившихся серийных дробовиков для стрельбы подкалиберными пулями.
На основе:
Винтовка MAS-36 (Manufacture d'Armes de Saint-Étienne Modèle 1936) вошла в историю стрелкового оружия как последняя болтовая винтовка, принятая на вооружение крупной мировой державой в качестве основного пехотного оружия. Французские конструкторы воплотили в ней опыт Первой мировой войны, стремясь создать универсальное, технологичное и надежное оружие.
К началу 1920-х годов французское военное руководство понимало необходимость замены устаревших винтовок систем Лебеля и Бертье. Патрон 8×50 мм R Лебель с закраиной уже не соответствовал современным требованиям. Модернизацию начали с разработки нового боеприпаса.
1924 год. Появился патрон 7,5×58 мм. Недостаточная отработка конструкции приводила к взрывам оружия при стрельбе. Проблему решили только в 1929 году принятием на вооружение усовершенствованного патрона 7,5×54 мм Mle 1929C.
Государственный арсенал в Сент-Этьене под руководством капитана Монтейля в 1931 году начал разработку новой пехотной винтовки. Первый опытный образец «Modèle 1934B2» представили в 1935-м. 17 марта 1936 года винтовку официально приняли на вооружение под обозначением MAS Modèle 1936.
MAS-36 представляет собой магазинную винтовку с продольно-скользящим поворотным затвором. Стремления к полной оригинальности не было — конструкторы заимствовали удачные решения у других систем. Принцип действия и магазинная система напоминали немецкий Mauser, заднее расположение боевых упоров затвора было схоже с американским M1917 Enfield и британским SMLE. Разрезная ложа продолжала французскую оружейную традицию, заложенную ещё в винтовке Лебеля M1886.
Ключевая особенность — запирание канала ствола двумя боевыми упорами в задней части затвора, а не в передней, как у большинства аналогов. Решение позволило укоротить затвор и сократить его ход, что ускорило перезарядку. Рукоятка затвора оказалась расположена слишком далеко сзади, поэтому конструкторы придали ей характерный изгиб вперед для удобства стрелка.
Анимация полной разборки MAS-36 в игре World of Guns
От традиционного флажкового или кнопочного предохранителя отказались сознательно. Военные полагали, что это предотвратит случайное выведение оружия из строя солдатом в бою при нажатии «какой-то глупой кнопки или рычага». Безопасность при ношении заряженного оружия обеспечивалась постановкой курка на предохранительный взвод — для чего поднимали рукоятку затвора и отводили её немного назад. Солдат должен был снаряжать оружие непосредственно перед боем.
Питание — из неотъемного коробчатого магазина ёмкостью 5 патронов. Снаряжение магазина производилось как по одному патрону, так и пластинчатыми обоймами на 5 патронов через верхнее окно в ствольной коробке. Диоптрический целик регулировался по дальности от 100 до 1200 метров с шагом 100 метров.
Штыковая система заслуживает особого внимания. Игольчатый четырёхгранный штык в походном положении убирался в специальную трубку под стволом, проходящую через цевьё, острием назад. Простое и эффективное решение — штык всегда при оружии. Установка на боевую позицию: извлечь из трубки, повернуть и зафиксировать рычагом с защёлкой.
Полномасштабное производство началось только 31 марта 1938 года, несмотря на принятие на вооружение в 1936-м. К началу Второй мировой войны изготовили всего 101 тысячу винтовок. Ко времени вторжения Германии во Францию произвели около 250-300 тысяч единиц, поступавших преимущественно в передовые части.
Винтовка отличалась исключительной технологичностью для своего времени. В разные годы выпуска применялись различные методы покрытия металлических частей: фосфатирование, воронение и даже эмалировка. Особенно в послевоенные годы многие металлические детали фосфатировали, чтобы улучшить защиту от коррозии.
После оккупации Франции немцы приказали возобновить производство на заводе в Сент-Этьене. Винтовки предназначались для оккупационных войск, особенно частей, дислоцированных на «Атлантическом валу», а также для армии правительства Виши. Производство для немецких нужд прекратили в 1942 году.
Основные параметры: калибр 7,5 мм, патрон 7,5×54 мм Mle 1929C, вес без патронов 3,7 кг. Длина оружия 1020 мм, ствола — 575 мм. Ёмкость магазина 5 патронов, начальная скорость пули 820 м/с, прицельная дальность 1200 м.
За время службы винтовка претерпела несколько модификаций. Довоенные образцы — MAS-36 premier modèle, военные и послевоенные — MAS-36 deuxième modèle.
Карабин MAS-36 CR39 образца 1939 года создали для воздушно-десантных и альпийских частей. Отличия: укороченный до 450 мм ствол и складной вниз-вперёд приклад из алюминиевого сплава. Выпуск составил около 6000 единиц.
MAS-36 LG48 оснащался 48-мм винтовочным гранатомётом, применялся в Индокитае. Модификация MAS-36/51 образца 1951 года получила наствольный 22-мм гранатомёт стандарта НАТО, усиленный ствол, дополнительный прицел для стрельбы гранатами и съёмный резиновый затыльник приклада.
Затворная группа MAS-36 легла в основу снайперских винтовок FR F1 и FR F2, которые состоят на вооружении французской армии до сих пор.
MAS-36 активно применялась французскими войсками в колониальных войнах: Индокитай (1946-1954), Алжир (1954-1962), Суэцкий кризис (1956). Во время последнего винтовки с оптическими прицелами использовались французскими десантниками против вражеских снайперов.
После распада французской колониальной империи значительное количество винтовок осталось на вооружении новообразованных государств: Габон, Кот-д'Ивуар, Камбоджа, Лаос, Сирия, Вьетнам. Появление в более поздних конфликтах — война в Биафре (1967-1970), гражданская война в Сирии в 2010-х годах. Вьетнамцы массово использовали трофейные винтовки вплоть до 1960-х.
Самый любопытный эпизод в истории эксплуатации MAS-36 связан с конструкцией штыковой системы и солдатской «смекалкой». Как отмечал оружейный историк Йен Макколум: солдаты всегда остаются солдатами, и когда к ним приходит «фея хороших идей», могут случиться неожиданные ситуации.
Октябрь 1951 года — французский арсенальный меморандум зафиксировал, что два военнослужащих игрались со своим оружием и доигрались.
Алгоритм действий был следующим: в первой винтовке штык оставили в походном положении — установленным острием внутрь трубы под стволом. Из второй его убрали. Затем вторую винтовку насадили трубой на рукоятку штыка первой.
Разъединить конструкцию невозможно: на штыке есть два механически связанных фиксатора (по сути, один подпружиненный цельный рычаг), равноудалённо расположенных со стороны клинка и со стороны рукояти.
Соответственно, при нормальной эксплуатации один из фиксаторов цепляется за паз внутри трубы, а второй используется в качестве разъединяющей кнопки. Однако теперь оба фиксатора крепят штык к разным трубам.
Такое могло произойти не только с MAS-36, но и с винтовками MAS-44 или MAS-49 с идентичным способом крепления штыка.
Конструкторы решили проблему следующим образом: у нас уже есть техническое отверстие в подствольной трубе, так почему бы не просверлить на том же уровне отверстие в корпусе штыка, чтобы в такой ситуации можно было совместить дырки и ткнуть чем-нибудь в рычаг. Меморандум предписывал использовать в таких случаях боёк винтовки.
Модификацию внедрили на всех последующих образцах. Макколум отмечал наличие у него раннего образца штыка без отверстия — освободить две заблокированные таким образом винтовки без нарушения их целостности было бы крайне сложно..
Случай показывает, как хорошо продуманная конструкция может столкнуться с непредвиденным использованием. Оружейники решают подобные проблемы внесением небольших, но важных изменений в конструкцию.
Винтовка обеспечивала высокую точность стрельбы благодаря диоптрическому прицелу, в том числе на дистанциях свыше 300 метров. Владельцы на гражданском рынке сравнивают её точность с винтовкой Enfield, отмечая превосходство над винтовкой Мосина. Мушка винтовки считалась некоторыми стрелками слишком толстой — затрудняла прицеливание на большие дистанции.
Оценки качества изготовления разнятся. Одни считают его посредственным, другие отмечают очень хорошее качество обработки металла и общую добротность, признавая несколько «корявую» эргономику.
Во Франции MAS-36 оставалась на вооружении до начала 1960-х годов, её заменили самозарядные винтовки MAS-49 и MAS-49/56. Однако её ещё долго использовали в жандармерии, подразделениях французской полиции быстрого реагирования на казарменном положении (CRS) и частях почётного караула. Общий выпуск до середины 1950-х — около 1,1 миллиона единиц.
После списания большое количество винтовок попало на гражданский рынок, особенно в США и Европе. Обычно ценятся ниже «культовых» современников вроде немецкого Kar98k.
MAS-36 стала достойным завершением эпохи болтовых винтовок в арсеналах ведущих военных держав. Продемонстрировала высокий уровень французской оружейной школы и практичность конструкторских решений, проверенных в многочисленных конфликтах XX века. История с заблокированными штыками показывает: солдаты всегда найдут способ использовать оружие не по назначению, и конструкторам приходится это учитывать.
До 1822 года люди не представляли, что происходит с птицами зимой. Мы лишь знали, что они есть летом, а зимой куда-то пропадают. Не считая нескольких "зимних" видов в северных регионах, но они, в свою очередь, пропадали летом. Поэтому народ напридумывал множество упоротых теорий, почему птицы исчезают каждую осень. Кто-то считал, что они погружались в озёра и впадали в спячку подо льдом, другие - что птицы спят в земле, третьи - что они превращаются в других животных типа зайцев и мышей.
В 1694 году гарвардский ученый Чарльз Мортон впервые высказал предположение, что птицы мигрируют... Только вот его идея заключалась в том, что мигрируют они на Луну.
В 1822 году немецкий охотник добывал себе ужин в районе городка Клюц.
Он подстрелил белого аиста, и когда нашел тушку, то обнаружил, что у того шея нанизана на копьё.
Посчитав сие обстоятельство интересным, охотник решил отвезти аиста в ближайший университет в городе Росток.
Там ученые заключили, что такие копья с железными наконечниками типичны для Центральной Африки. Так впервые было доказано, что птицы улетают на зиму в более тёплые регионы.
Вероятно, самый старый в мире сохранившийся футбольный мяч - обнаруженный за стенными панелями в королевских покоях в замке Стерлинг в Шотландии.
Датируется 1540-ми годами, и вероятно принадлежал шотландской королеве Марии Стюарт - которая была коронована в этом замке в 1543 году и впоследствии не раз посещала его. Известно что королева увлекалась футболом, гольфом, верховой ездой и другими видами спорта; в ее дневниках имеются записи об играх в футбол во дворах и на лужайках замка, в которых принимали активное участие и она сама, и другие аристократы, а также и жители замка более простого звания.
Почему королева оставила (или забыла) этот мяч за стенной панелью в покоях - теперь уже наверняка навсегда останется неизвестным.
В конце 1836 года на фабрике Colt’s Patent Firearms Manufacturing Company в городе Патерсон, штат Нью-Джерси, началось производство капсюльных револьверов Кольта — тогда еще пятизарядных, калибра .28, продаваемых под названием Colt Paterson.
Всего до 1842 года было выпущено 1 450 револьверных ружей и карабинов, 462 револьверных дробовика и 2 350 собственно револьверов. Естественно, все оружие было капсюльное. Первые образцы отличались малой надежностью, регулярными поломками и весьма несовершенной конструкцией.
Неудивительно, что правительство США не проявило особого интереса к новому оружию. Армия приобрела лишь несколько револьверных карабинов для испытаний. Самым большим заказчиком для компании Кольта стала Республика Техас, купившая 180 револьверных дробовиков и ружей для рейнджеров, и примерно такое же количество револьверов для военно-морского флота Техаса.
Некоторое количество револьверов (более мощного калибра — .36) заказали на свои деньги сами техасские рейнджеры, в частном порядке. Низкий спрос в 1842 году привел к банкротству фабрики.
Перенос статьи с Пикабу. В будущем не удивляйтесь, что материал берётся с двух аккаунтов - я участвовал в "эксперименте" с легальным мультиакком, когда пользователям разрешили сделать себе вторые профили, чтобы скрыть, какие же они дегроды на первом. Вы все еще можете попробовать поучаствовать в этом эксперименте - я о нем вспомнил спустя месяцы, если не более года после того, как администрация рассказала о нём. Это делается через техподдержку Пикабу - просто напишите им на почту и спросите, есть ли возможность сделать второй аккаунт для демонстрации коллегам на работе, ибо основной стыдно показывать.
Нарезные мушкеты появились еще в XVII веке, однако настоящий их расцвет в США начался с такого оружия, как пенсильванские/кентуккийские длинные ружья (известны с 1730 года), другие массовые винтовки типа пехотных мушкетов Огюстена (Австрия), Энфилда (Великобритания), спрингфилдских винтовок (США), и др.
Точная реплика кентуккийского ружья, оригинал которого вышел из-под руки оружейника Джона Джейкоба Шитца.
Сохраненный в музее образец является единственным оружием, принимавшим участие в битве за форт Кресчент-Сити 8 ноября 1815 года, дошедшим до наших дней. Реплику изготовили с целью продажи с аукциона в 2013 году.
Забавно то, что этого сражения можно было бы избежать, будь средства связи того времени более развитыми. Франция уже подписала капитуляцию, и война официально завершилась. Однако британская группировка войск в США не успела получить эту новость и пошла в атаку. К счастью для гарнизона форта, состоявшего всего из 300 человек, в это время у них остановились промысловики из Кентукки, как раз вооруженные пенсильванскими длинными винтовками. Они дружно положили две тысячи бриттов, пользуясь преимуществом в эффективной дальности охотничьих ружей, фактически разбив наступающие силы. Именно тогда ружья такого типа стали чаще называть кентуккийскими - по происхождению героев-охотников, забывая о их месте рождения - Пенсильвании.
Эта винтовка была настолько популярным промысловым инструментом, что некоторые оружейники делали их по начало XX века, несмотря на то, что оружие под унитарный патрон уже было широко распространено. Впрочем, они ограниченно производятся до сих пор, но теперь никто в здравом уме не пойдет с таким веслом на охоту при наличии легкой AR-10/AR-15 или дешевого советского оружия и его клонов.
Ладно, пехотная мосинка - весло не меньшее.
Хотя, один человек таки попробовал, я писал о нем в посте Современный охотник добывает оленя из дульнозарядного штуцера XVIII века И, да, я там неверно назвал эту винтовку. Штуцер - это укороченный охотничий мушкет. Но он является прародителем кентуккийского длинного ружья - считается, что пенсильванские оружейники вдохновлялись немецкими штуцерами, когда создавали ее. Только удлинили ствол на добрых 10-20 дюймов (25 - 56 см).
Внезапные открытия совершались не только при разработке оружия, но и боеприпасов к ним.
В 1823 году британский офицер Джон Нортон представил удлиненную пулю для мушкета. Фига се удлиненную - 4 дюйма/10 см! Во внутренней полости размещался основной пороховой заряд, который полностью в нее не умещался и торчал наружу, а спереди накручивалась некая взрывная головка. Своеобразный предок зажигательной пули. Но проблема заключалась в том, чтобы попасть в цель именно передней частью этого свинцового огурца, иначе в этих плясках с бубном не было смысла. Однако результаты стрельб были примерно такие:
Тем временем настоящий прогресс творили французы. Где-то между 1826 и 1830 годом офицер пехоты Анри Густав Дельвинь (Henri Gustave Delvigne, 1800-1876) разработал полусферические и конические пули для каморной винтовки собственной конструкции, которая уже стояла на вооружении армии.
Каморное заряжание ускорило процесс перезарядки до 20 секунд, но сферическую пулю все еще нужно было плющить шомполом, чтобы она встала по диаметру и вдавилась в нарезы. Площадь соприкосновения все равно оставалась небольшой, плюс пулю разматывало по нарезам, пока она добиралась до среза ствола, поэтому на выходе имеем бесформенный шлепок свинца со смещенным центром тяжести, который летел, куда бох пошлет. Поэтому вышеупомянутые длинные ружья имели такие длинные стволы (некоторые - более 48 дюймов, или 121 см) - тогда это был единственный эффективный способ огранить влияние высших сил на поведение пули.
Новые полусферические и конические пули Дельвиня просто получили цилиндрическое основание, и уже засчет этого их площадь контакта с нарезами и стабильность в полете немного улучшилась.
Однако при стрельбе на большие (по меркам мушкета) расстояния даже такая пуля начинала колыбахаться, теряя всю энергию.
Далее другой французский изобретательный офицер Франсуа Тамизье (François Tamisier, 1809 - 1880) предложил улучшение - "каннелюры", концентрические канавки.
Вот теперь они полетели ровно. Кроме того, пулю с бороздками теперь было гораздо удобнее извозюкивать в смазке.
Топленый воск вперемежку с топленым же животным жиром.
Наконец, мы плавно подходим к теме поста. Клод-Этьенн Минье (Claude Étienne Minié, 1804 -1879), еще один французский офицер, у которого было много свободного времени, в 1846 году придумал делать выемку в днище пули. При выстреле пороховые газы раздували ее, и прилегание к нарезам обеспечивалось без всякой долбежки шомполом.
Только справедливости ради следует отметить, что вышеупомянутый Джон Нортон, наигравшись со своими свинцовыми огурцами, сделал пулю с таким же принципом действия еще в 1832 году.
Пулелейка Минье.
Ну так вот, в 1862 году, когда Гражданская война уже шагала по Штатам, северяне продолжали заказывать себе вооружение в Европе, и, помимо всего прочего, им поставляли данные пули. Конфедераты тоже вскоре разжились этими боеприпасами. Сначала в качестве трофеев и морских контрабандных поставок. Порты южан были под морской блокадой, но карибские ярики-водилы на современных скоростных параходах пролетали мимо броненосцев северян, задаваясь вопросом: "А какая блокада?". Впрочем, торговцы быстро просекли, что Юг охотнее покупает провиант и предметы роскоши (а их-то нахрена, когда воевать нечем?), чем военную муницию, поэтому доля оружейных поставок в контрабанде уменьшилась. Позже Конфедераты смогли освоить самостоятельный выпуск пуль Минье.
Основная пехотная винтовка северян Springfield Model 1861 в .58 калибре стреляла пулей массой 480 гран (31,1 грамма) и оставалась летальной на расстояниях до 300 ярдов (271 метр). Этот здоровенный кусок свинца, несущийся со скоростью под 250-300 м/с, наделал много делов и невольно стал двигателем американской медицины, потому что полевым хирургам еще не приходилось сталкиваться с таким количеством тяжелораненых. Раньше проблема размотанных рук или ног решалась просто - ампутация. Но обычно такие ранения получали от картечниц и других пушечных снарядов, а тут в руках пехоты оказалось оружие, которое практически гарантированно убивало в туловище и голову, а при попадании в конечности дробило кости не хуже шрапнели. Если ампутировать каждого, кому чуть не оторвало конечность, в перспективе некому будет воевать.
Однако была у этой пули еще одна неприятная особенность, которая препятствовала консервативному лечению. Благодаря высокой стабильности эти пули меньше теряли скорость, а значит, привозили получателю больше энергии. Это не только колоссальный гидроудар, разрывающий плоть и внутренние органы, но и то, что быстролетящая и тупоносая пуля увлечет за собой куски одежды и все прочее, что встретится на пути, вызывая глубокое инфицирование раны. Единственный способ остановить такую инфекцию, который тогда знали врачи - это опять-таки старая добрая ампутация. Порочный круг замкнулся.
Проблема втягивания одежды в рану актуальна и сейчас для некоторых калибров, в которых распространены большие тупоносые пули - 10, 12, 16, 20...
Пулевые ранения в верхнюю часть туловища часто случались из-за особенностей традиционного боевого построения: солдаты стояли шеренгами плечом к плечу. Многие получали множественные ранения, когда их линия обороны принимала атаку. Огнестрельные ранения лица - особенно в область лба, шеи и головы - обычное дело. Анализ медицинских журналов того времени позволяет судить о тяжести ранений, наносимых пулей Минье.
В 1864 году 29-летнего солдата ранило в голову. Пуля вошла на полдюйма (12 мм) дальше лобно-венечного шва и на два дюйма (50,8 мм) правее саггитального шва, проникла в мозг и застряла. Началось бессистемное вытекание мозговой жидкости. Пациент был настолько подавлен, что не мог принимать пищу и лекарства, стал очень слабым, вялым, кричал от боли, в то же время его глаза были открыты и смотрели в одну точку. Через 4 дня у него начались частые и сильные судороги. Приложили холод к ране и ввели пол-грана (32 мг) каломеля (хлористой ртути), смешанного с четвертью грана (16 мг) опия. Впоследствии у него появилось недержание мочи, бред и паралич одной стороны тела. На 8-й день его состояние улучшилось, но через 6 дней он скончался. Вскрытие показало, что пуля пробила себе путь через правую долю головного мозга и остановилась в мозговой оболочке. В черепе была дыра 6х2 дюйма (15х5 см), правая доля головного мозга развалилась на куски, а средняя артерия мозговой оболочки перебита.
В другом случае пуля Минье попала в рот солдата, прошла через язык, но выходное отверстие отсутствовало. В течение 6 дней пациент выглядел нормально, но на 7-й день произошло смертельное кровоизлияние. Вскрытие показало, что пуля застряла сверху поперечного отростка атланта (самый верхний шейный позвонок, С1), перфорировав на своем пути наружную и внутреннюю сонные артерии.
Ну, и куда же без главной байки Гражданской войны! Беременность от пули Минье.
В американском медицинском еженедельнике The American Medical Weekly от 7 ноября 1874 года один врач рассказал необычайную историю, произошедшую более 10 лет назад во время битвы при Реймонде, Миссисипи, в 1863 году. Солдат Конфедератов словил пулю большой берцовой костью, от которой она отрикошетила ему в мошонку и улетела в фермерский дом, где ранила в живот 17-летнюю девушку. Ее вылечили, однако спустя несколько недель врач заметил, что у нее растет пузо. Проведенный им медицинский осмотр показал, что она, невзирая на девственность, забеременела. Позже она родила мальчика, и врач пришел к выводу, что юная дева, должно быть, оплодотворилась спермой, попавшей на шальную пулю. Чтобы развеять сомнения, он также заявил, что после родов ему удалось хирургическим путем извлечь эту пулю из мошонки самого мальчика. Однако 21 ноября 1874 года тот же врач опубликовал опровержение своей истории, утверждая, что все это было просто "продуманной шуткой".
Его коллеги, в памяти которых еще были свежи воспоминания о лазаретах Гражданской войны, юмор не оценили.
Древнеримский бетон - один из самых долговечных строительных материалов в истории человечества. Многие сооружения, возведенные римлянами более 2000 лет назад, сохранились до наших дней и продолжают поражать своей прочностью и устойчивостью к разрушению. Современные ученые уже давно пытаются разгадать секрет этого удивительного материала, чтобы использовать древние технологии для создания более долговечных и экологичных бетонов в наши дни. И вот, группе исследователей из Массачусетского технологического института, похоже, удалось приблизиться к разгадке этой тайны.
В статье, опубликованной в журнале Science Advances, ученые под руководством профессора Адмира Масича представили результаты детального анализа образцов древнеримского бетона, взятых из руин города Привернум недалеко от Рима. Используя современные методы микроскопии и спектроскопии, они смогли заглянуть вглубь структуры этого материала и обнаружить ключевые особенности, которые, вероятно, и обеспечивают его феноменальную долговечность.
Главным открытием стало обнаружение в составе бетона многочисленных включений извести размером с гальку, которые ученые назвали "известковыми комками". Эти комки представляют собой частицы негашеной извести (оксида кальция), которые, по мнению исследователей, специально добавлялись в бетонную смесь в процессе ее приготовления. Такая технология получила название "горячего смешивания".
EDS-карта (электронная микроскопия) образца древнеримского бетона. Богатые кальцием участки окрашены в красный цвет.
При обычном производстве бетона известь предварительно гасят водой, превращая ее в гидроксид кальция. Римляне же, вероятно, добавляли негашеную известь непосредственно в смесь с другими компонентами - вулканическим пеплом, песком и водой. При этом происходила бурная экзотермическая реакция гашения извести, что приводило к локальному повышению температуры до 60-100°C.
Такой "горячий" процесс смешивания имел несколько важных последствий. Во-первых, высокая температура ускоряла химические реакции между компонентами смеси, способствуя более быстрому схватыванию и набору прочности бетона. Во-вторых, из-за быстрого протекания реакции часть извести не успевала полностью прореагировать и оставалась в виде отдельных комков внутри затвердевшего бетона.
Именно эти известковые включения и стали, по мнению ученых, ключом к уникальной долговечности римского бетона. Дело в том, что они выполняют роль своеобразных "капсул самовосстановления" внутри материала. При образовании трещин или микроповреждений в структуре бетона в них может проникать вода. Растворяясь в воде, известковые комки высвобождают ионы кальция, которые вступают в реакцию с другими компонентами и образуют новые кристаллы, заполняющие возникшие пустоты.
Таким образом, римский бетон обладает способностью к самовосстановлению - он может самостоятельно "залечивать" возникающие в нем повреждения на протяжении многих веков. Это объясняет, почему древние сооружения смогли простоять так долго, несмотря на воздействие землетрясений, эрозии и других разрушительных факторов.
Сравнение образца древнеримского бетона (верний ряд) и современной реконструкции (средний ряд). Ниже приведены более подробные изображения известковых включений в современном образце, в том числе, демонстрирующие кристаллическую оболочку, образовавшуюся вокруг известкового комка во время реакции с водой.
Чтобы подтвердить свою гипотезу, исследователи провели серию экспериментов с современными бетонами, в которые добавляли негашеную известь по аналогии с римской технологией. Результаты оказались впечатляющими - такие образцы действительно продемонстрировали способность к самовосстановлению. После намеренного растрескивания и воздействия проточной воды, трещины шириной до 0,5 мм полностью затянулись новообразованными кристаллами в течение нескольких недель.
Пример затянувшейся трещины.
Это открытие может иметь огромное значение для современной строительной индустрии. Производство цемента - основного компонента бетона - является одним из крупнейших источников выбросов углекислого газа в атмосферу. На его долю приходится до 8% мировых выбросов парниковых газов. Если удастся создать бетон, способный к самовосстановлению, это позволит значительно увеличить срок службы зданий и сооружений, сократить потребность в ремонте и, как следствие, уменьшить негативное воздействие строительной отрасли на окружающую среду.
Однако исследователи подчеркивают, что простое добавление негашеной извести в современные бетонные смеси не решит всех проблем. Римский бетон был уникальным материалом, обладающим целым комплексом особенностей. Помимо извести, в его состав входил вулканический пепел, который вступал в реакцию с известью, образуя прочные алюмосиликатные соединения. Кроме того, сам процесс приготовления и укладки бетона у римлян, вероятно, существенно отличался от современных технологий.
Тем не менее, понимание принципов, лежащих в основе долговечности римского бетона, открывает новые перспективы для разработки инновационных строительных материалов. Ученые уже работают над созданием современных составов, вдохновленных римскими технологиями, которые могли бы сочетать в себе прочность, долговечность и способность к самовосстановлению.
Исследование древнеримского бетона - это не только попытка разгадать древнюю технологическую загадку, но и яркий пример того, как изучение исторического наследия может помочь в решении современных проблем. Древние римляне, не имея доступа к современным научным знаниям и технологиям, сумели методом проб и ошибок создать поистине революционный материал. Теперь, спустя тысячелетия, их опыт может помочь нам справиться с одним из главных вызовов нашего времени - необходимостью сделать строительную отрасль более устойчивой и экологичной.
Конечно, внедрение новых технологий в строительство - процесс небыстрый и сложный. Требуются дополнительные исследования, чтобы полностью понять все нюансы состава и структуры римского бетона, а также адаптировать древние технологии к современным требованиям безопасности и стандартам строительства. Необходимо также учитывать экономические аспекты - новые материалы должны быть не только эффективными, но и конкурентоспособными по стоимости.
Тем не менее, открытие, сделанное учеными из MIT, уже сейчас вызывает большой интерес в научном сообществе и строительной индустрии. Оно не только проливает свет на загадку древнеримских технологий, но и открывает новые горизонты в разработке современных строительных материалов. Возможно, в недалеком будущем мы увидим здания и сооружения, построенные из "умного" самовосстанавливающегося бетона, способного простоять века, подобно великим творениям древних римлян.
Это исследование также напоминает нам о важности междисциплинарного подхода в науке. Объединение знаний из области археологии, материаловедения, химии и инженерии позволило ученым взглянуть на древний материал с новой точки зрения и извлечь из него уроки, актуальные для решения современных проблем. Такой подход может быть плодотворным и в других областях, где изучение исторического опыта может привести к неожиданным и важным открытиям.
В конечном счете, история римского бетона - это история человеческой изобретательности и стремления к совершенству. Она показывает, что даже в отсутствие современных технологий, при наличии наблюдательности, упорства и творческого подхода, можно создавать поистине выдающиеся вещи. И сегодня, в эпоху стремительного научно-технического прогресса, мы все еще можем многому научиться у наших предков, чьи творения продолжают восхищать нас спустя тысячелетия.
Местность, находящаяся примерно на полпути между двумя античными греческими городами Коринфом и Лехео вокруг древнего порта Коринфа, проявляет признаки активной тектонической деятельности. Данный факт делает этот район еще более ценным и важным для научного изучения. Многие археологические памятники, датируемые тысячелетиями назад, оказались погребенными под поднявшимся уровнем мирового океана, в то время как это конкретное место сохранилось благодаря постепенному тектоническому поднятию земной коры, продолжавшемуся в течение нескольких столетий. В настоящий момент некоторые части древнего порта располагаются выше уровня моря, включая внутреннюю гавань, в защищенном от волн канале которой, по всей видимости, некогда швартовались корабли.
В древнем Средиземноморье Коринф был экономической силой. Построенный на узком перешейке — естественной перемычке между севером и югом — город контролировал торговлю между Северной Грецией и полуостровом Пелопоннес. Окруженный с обеих сторон естественно защищенными бухтами, Коринф также служил удобным морским путем между Эгейским и Ионическим морями.
Главный порт города, расположенный вдоль Коринфского залива, был крупнейшим портом в древней Греции. В предыдущих работах археологи, изучавшие захоронения и исторические документы, выяснили, что более 2600 лет назад, в VII веке до н.э., из порта, известного как Лехео, купцы отправляли свои корабли, вероятно, груженные керамикой, парфюмерией, пищей и тканями, с целью торговли по всему региону.
Однако недавнее открытие — пять кусков бурого угля и следы древнего свинцового загрязнения — отодвинуло историю этого ключевого порта как минимум на 500 лет назад, сделав его одним из древнейших действующих портов Европы. Пересмотр истории обоснован результатами международной исследовательской работы, в рамках которой с 2013 года ведется изучение древней гавани.
Используя ручные и механические буры, французский геоархеолог Антуан Шаброль из Парижского университета Сорбонны и его коллеги аккуратно извлекали цилиндры осадочных отложений во внутренней гавани, куда суда заходили вверх по реке, чтобы встать на якорь. Анализируя керны грязи, они обнаружили резкий скачок уровня свинца на глубине менее трех метров. Столь резкий и устойчивый скачок мог быть вызван только человеческой деятельностью на берегах реки, говорит Шаброль.
Свинцовое загрязнение происходит от плавки, горного дела и металлообработки, а ученые датировали его в порту временем не позднее 1381 года до н.э. — 3405 лет назад — периодом бронзового века.
Пять кусков бурого угля, каждый не больше спичечного коробка, добавляют дополнительных свидетельств древности порта. Эти фрагменты представляют собой специфический вид угля, называемый лигнитом, а куски, извлеченные из осадочных отложений гавани, датируются временем не позднее 1122 года до н.э. Ближайший известный источник лигнита находится более чем в 50 километрах, что свидетельствует о том, что уже в XII веке до н.э. купцы импортировали эти ископаемые куски топлива, чтобы растапливать гаванские печи.
Корабли бронзового века могли отплывать из порта, неся амфоры с оливковым маслом, большие корзины с фруктами и узкогорлые кувшины с вином на Крит, Кипр и дальше. Однако пока команда, обнаружив убедительные доказательства деятельности в порту Коринфа в бронзовом веке, все еще не нашла частей самого порта той эпохи. Физические свидетельства, которые можно распознать до сих пор, включая каменные причалы, деревянные сваи и возможный маяк, датируются I веком н.э. или позже, периодом римской империи.
Но даже без физических конструкций бронзового века находки показывают, что порт Коринфа использовался непрерывно почти 2600 лет. С XIII века до н.э. по XIII век н.э. из этого стратегического места отплывали микенские, финикийские, римские и византийские корабли.
"Их присутствие обнаруживается только на этом месте", — говорит Панайотис Афанасопулос, археолог из Датского института в Афинах, сотрудничающий с проектом. "Это словно самая суть исторической преемственности".
Однако, к удивлению, возраст порта даже после пересмотра может оказаться недооцененным. Ранее археологи находили свидетельства присутствия людей в Коринфе более 8000 лет назад, а также горшки из культуры позднего каменного века, жившей к северо-западу, вдоль Адриатического моря. Бьёрн Ловен, содиректор проекта "Порт Лехео" и соавтор новой работы, говорит, что это наводит на мысль, что морская торговая сеть Коринфа может уходить еще глубже в историю.
Нафсика Андриопулу, геоархеолог из Института средиземноморских исследований Фонда исследований и технологий — Эллада в Греции, не участвовавшая в исследовании, считает, что более широкий анализ металлов, которые могут содержаться в почве, мог бы помочь заполнить даже больше белых пятен. Например, отслеживание других металлов, таких как медь — основной компонент бронзы, — могло бы рассказать геоархеологам еще больше о ранних применениях порта. Аналогичный отбор проб в близлежащих местах, добавляет Андриопулу, мог бы даже помочь выявить древние торговые пути.
Команда продолжит свою работу летом 2024 года, разыскивая новые улики древней коммерции и возрождая активность в этом издревле оживленном порту.
Бутылку коньяка Готье (Gautier) 1762 года — одного из старейших сохранившихся коньяков в мире — продали за 118,5 тысяч фунтов стерлингов (145,2 тысяч долларов). Торги проводил аукционный дом Sothebyʼs.
История семьи Готье прослеживается с XVII века – они были лесовладельцами, и на этом строили бизнес. Когда началась мода на коньяк, Готье быстро сориентировались и перестроились. Сделать это было не так уж сложно: имея во владении обширные лесные угодья, члены семьи были знакомы со свойствами дуба и особенностями его заготовки.
Способствовала развитию коньячного производства и выгодная женитьба одного из Готье на дочери винодела. Объединив усилия, оба клана начали продвигать алкоголь на местном рынке.
Коньячный дом Gautier начинает историю с 1755 года: произошло знаменательное событие, король Людовик XV оценил старания виноделов, выдав им грамоту, позволяющую семье заниматься производством коньяка.
Интересный факт: у Готье никогда не было собственных виноградников, но это не помешало производить отменные во всех отношениях напитки.
Комментарии