В ту смену работала я в фельдшерской бригаде первым номером, в
помощниках у меня была фельдшер Настя. Днем нам дали вызов. Мужчина 59
лет, в течение двух дней была рвота и жидкий стул, сегодня рвоты нет, но
отнялись ноги. Вызывает мама. Такую информацию мы получили от
диспетчера.
На адресе в комнате мужчина лежит на кровати. На полу лежит ковер,
откинутый в сторону, с изнаночной стороны на ковре видны следы рвотных
масс — он пропитан насквозь буро-коричневой массой. Пол грязный и
липкий. Подошвы прилипают к полу. Сам пациент имеет вид отечный и
бледный, кожа зеленоватого оттенка.
Мужчина рассказал, что у него так уже было в возрасте 18 лет —
кровотечение из язвы желудка. Два дня назад сильно заболел желудок,
потом началась рвота коричневого цвета — «как кофе». Боль уменьшилась. К
вечеру появился черный жидкий стул. Эти жалобы беспокоили два дня. За
медицинской помощью не обращался потому, что «думал, что само пройдет».
Прошло: рвоты-то сегодня уже не было. Стул был один раз всего утром. А
скорую решил вызвать по причине сильной слабости — «ноги не идут, и
голова кружится».
Ничего удивительного. Давление 70/40, пульс 128 в минуту. У мужчины
развился шок на фоне кровопотери. Скорее всего, и кровить мужчина
перестал из-за низкого давления. Установили систему с плазмозаменяющим
раствором. Тем временем мама пациента нашла мужчин, которые помогли
вынести его из дома.
Вроде тут все ясно-понятно. Но… Пока пациенту оказывали помощь да бумажки заполняли, Настя обратила внимание на пол:
— А почему он такой липкий?
— Про этот конкретный пол я не знаю. Но такой пол бывает у диабетиков с
высокими сахарами. Чаще у женщин. С возрастом у женщин развивается
недержание мочи (у мужчин так тоже бывает, но намного реже), капли мочи с
большим содержанием глюкозы капают на пол, высыхают, и пол становится
липким от сахара. «Сахарный пол» — можно его так назвать.
Тут же я спросила у пациента, не болеет ли он диабетом? Мужчина сказал,
что он не болеет, а вот у мамы есть диабет — таблетки пьет. Мама
пациента подтвердила эту информацию, но сказала, что вчера сахар у себя
измеряла, и он был нормальный. Может, его не мыли много лет? И на этом
разговор о липком поле мы прекратили. Пациент был доставлен в больницу.
Вечером я уже работала с другим помощником. Привезли женщину с
аппендицитом. Вышла та же хирург, что принимала днем у нас мужчину с
кровотечением. Я к ней отношусь с уважением. Всегда спокойная и
осторожная как в высказываниях, так и в действиях. Никогда не ругается,
не говорит: «Зачем привезли?». А пока пациента не посмотрит,
подписываться в карте вызова за него не будет. И это правильно. Никогда
не знаешь, что тебе подсунут.
Я спросила у нее про того пациента с кровотечением. Хирург сказала:
— У него действительно тяжелая анемия, как при кровотечении, но источник
кровотечения я не нашла. И еще у него сахар 30. Его пока в терапию
положили с анемией и дебютом сахарного диабета.
Вот тебе и «сахарный пол»! Эх! В «рекомендациях» ничего про глюкотест
при желудочно-кишечном кровотечении, конечно, не сказано. И формально я
не обязана была его проводить.
Но ведь был звоночек. Ну почему я сахар не посмотрела?
