Будущим ветеранам...

Тоже скинусь на горение жоп. В ожидании ещё одной помладше и участнику, надеюсь не забудут. Уже дома насовсем...
Upd. В целом все хорошо. Бегать будем, но не скоро.

Вся эта история с уголовкой за кальян из кулича - это какой-то концентрат ебанины, в котором сошлось вообще всё: и несовершенный закон, и религиозный популизм, и культура хайпа. И это ровно тот же механизм, который работает с блокировками РКН, с законом Яровой, с принудительным Махом: размытая норма, монополия на интерпретацию, отсутствие обратной связи - и на выходе произвольное наказание. Не нужен злой умысел, достаточно закона, который позволяет наказывать за чужую обиду, и системы, в которой никто не спрашивают - а соразмерно ли.

Давайте честно - девушка сделала это ради внимания. Ну а ради чего ещё? С обычным Нарезным никто бы ничего не выкладывал, потому что всем плевать на батон(глобально). Кулич выбран специально, в пасхальную неделю, с чётким расчётом на бурление в комментах. Мотивация прозрачная, тут даже спорить глупо. Но хайп ради хайпа - это не преступление, блядь. Интернет наполовину состоит из провокаций. Блогеры жрут кактусы, лижут унитазы в самолётах, творят такую дичь что глаза на лоб лезут - и ничего, живут себе спокойно. А тут девка воткнула трубку в сдобный хлеб - и ей светит реальный срок. Разница не в уровне тупости поступка. Она в том, что этот конкретный вид тупости задел группу людей, которую государство почему-то решило охранять отдельным пунктом уголовного кодекса.

Кулич - это не икона. Не мощи. Не литургический предмет типа просфоры (хлеб для причастия). Это сдобная выпечка, которая лежит в любой Пятёрочке на полке между батонами и рогаликами. Ни в один перечень предметов культа он не входит. Да, его освящают в церкви вместе с яйцами и прочей едой. Но освящение пищи - это благословение, а не превращение её в предмет культа. Освящённый кулич после этого спокойно режут ножом, едят с чаем, он черствеет, его выбрасывают или скармливают птицам. Никто не хранит его как святыню, никто не относится к нему как к сакральному объекту. Это праздничная еда, которую можно купить в любом супермаркете, и производят её на тех же заводах, что и обычный хлеб.
Но статья 148 УК РФ - "оскорбление религиозных чувств верующих" - сформулирована настолько размыто, что под неё при желании можно подтянуть вообще что угодно. Достаточно найти людей, которые обиделись. А "оскорбление чувств" - это нихуя не юридическая категория, это чистая субъективщина. Один верующий глянет и махнёт рукой, другой побежит строчить заявление в полицию. И закон автоматически встаёт на сторону того, кто обиделся. Сам факт обиды - уже основание для уголовного дела.

А теперь давайте вспомним, что у нас написано в Конституции. Статья 14: "Российская Федерация - светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной." Статья 19: государство гарантирует равенство прав независимо от отношения к религии. Статья 29: каждому гарантируется свобода мысли и слова. Три статьи основного закона страны - и все три летят в пизду, когда дело касается чьих-то религиозных переживаний. Светское государство уголовно преследует гражданку за то, что она нехорошо обошлась с выпечкой. Потому что эта выпечка кому-то религиозно дорога.

Раз уж речь про чувства верующих - допустим, некоего христианина оскорбляет то, что представители другой конфессии совершают публичный намаз посреди городских улиц. Массовая молитва на проезжей части, парализованное движение, перекрытые дороги - и это происходит регулярно, открыто, демонстративно. В самом исламе публичный намаз в неположенном месте, создающий препятствия другим людям, считается неправильным поступком. Это фактически нарушает принцип светскости государства, создаёт реальные проблемы городской инфраструктуре и выглядит как провокация ничуть не меньше, чем трубка в куличе. Чувства этого христианина по 148-й тоже должны охраняться. Но почему-то за перекрытые улицы никто уголовных дел не заводит, никого не тащат в суд, и ни одного заявления рассмотрено не будет. Получается, закон защищает не "религиозные чувства верующих" вообще, а чувства строго определённых верующих в строго определённых ситуациях.

И тут вылезает ещё один момент, который все старательно не замечают. Закона об оскорблении чувств неверующих не существует. Атеистов, агностиков, просто людей которым до религии нет дела - их чувства государство не охраняет вообще никак. Я, например, агностик. Моя позиция - ничего не доказано в полной мере, ни существование бога, ни его отсутствие. И мои чувства по этому поводу не охраняются ничем. Если кто-то публично оскорбит мои убеждения - мне у кого защиты искать? Получается, одна группа граждан защищена больше другой просто потому, что назвала свои переживания "религиозными чувствами". Это прямой удар по принципу равенства перед законом, который прописан в той же самой Конституции. Основной закон говорит одно, а уголовный кодекс - ровно противоположное. "Это не баг - это фича."

Погоня за хайпом - да, реальная проблема, кто бы спорил. Люди ради лайков вытворяют всё более безумные вещи и вообще не включают мозги. Раньше пиздеца было не меньше, просто не было смартфонов и инстаграма - теперь у каждого дурака в кармане камера и выход на миллионную аудиторию. Но это проблема культуры, а не уголовного кодекса. Хочешь - считай её поступок тупым, безвкусным, провокационным. Хочешь - напиши ей в комменты что она дура. Отпишись. Осуди. Социальное порицание - нормальный, живой механизм, он работает. А когда за трубку в сдобе государство грозит годом тюрьмы - это уже не про мораль и не про защиту чьих-то ценностей.

Никто, блядь, не пострадал. Ни один верующий не получил ни царапины. Храм стоит на месте. Чужое имущество цело. Единственное что случилось - кто-то увидел фотку в интернете и решил что получил "колоссальные нравственные страдания". И государство в ответ говорит: ваша обида стоит года чужой свободы. Когда закон измеряет тяжесть преступления степенью чьей-то обидчивости...

В августе прошлого года ветеран вышел немного поработать в своём дворе и обнаружил троих котят, застрявших в кустах. Их мать, бродячая кошка, находилась неподалёку. Мужчина немедленно занялся спасением малышей.

В возрасте 28 лет, едва отслужив в армии, Джерри Смит пережил инсульт и теперь он парализован на правую сторону. Ветеран никогда не просит о помощи, несмотря на свою инвалидность. Но в тот день он призвал жену на подмогу – это означало, что ситуация серьёзная.

«Я работала за столом, а мой муж находился во дворе. Обычно он до последнего справляется сам и не просит помощи, поэтому я очень удивилась, когда он подошёл к двери и потребовал, чтобы я «пришла на выручку». Видя моё недоумение, он уточнил: «Просто приди и помоги мне с кошкой», – вспоминает Пэтти Смит, фотограф, делающий снимки в стиле эпохи Ренессанса.

Пэтти была сбита с толку, потому что обе их домашние кошки в этот момент находились в доме. «Я вышла на улицу, муж стоял на коленях перед кустарником, растущим рядом с крыльцом. Он извлёк из зарослей зелени крошечного котёнка, а затем начал протягивать мне остальных малышей одного за другим».

Джерри пришлось демонтировать деревянный уличный вазон, который он построил много лет назад, чтобы достать третьего, последнего детёныша. Затем мужчина расчистил пространство вокруг кустов, с целью убедиться, что никого не забыл.

Бродячая мама-кошка находилась во дворе, когда Джерри увидел её детей. Она оставалась там, наблюдая, как пара извлекает котят из кустов. А затем ушла – будто бы решила, что её потомство уже находится в достаточно хороших руках. Супруги ждали кошку, но она так и не вернулась.

Оказалось, неуловимая мамочка встретилась Джерри ещё несколько дней назад в подвале их гаража. Тогда мужчина не смог дотянуться до котят, ведь в его распоряжении была только одна действующая рука. Зато на этот раз Джерри и Пэтти спасли их всех.

«Я занёс троих котят в помещение, положил в картонную коробку, а затем перенёс в ванную, чтобы защитить от наших других домашних животных».

Малышам было приблизительно по 6–8 недель отроду. Муж и жена накормили гостей размоченным кошачьим кормом, чтобы мягко приучить их питаться без маминой помощи. Через пару дней они уплетали корм как миленькие!

Когда питомцы ещё немного подросли, Пэтти начала подыскивать для них добрых хозяев.

«Из-за инсульта Джерри не очень хорошо выражает эмоции, но после того, как я его разговорила, он сказал, что вообще не хочет отдавать котят, ибо «вдруг они попадут в семью, где их не будут любить?» И признался, что именно поэтому не закрывает доступ в подвал под гаражом», – сказала Пэтти.

«Итак, теперь у нас есть трое котят, две взрослые кошки и очень много собак».

Новеньким дали имена: светло-серого зовут Эш, пепельного – Синдер, а того, кто с белыми лапками – Бутс.

Бутс уставился на своего человека и требует внимания – немедленно!

Кто мог бы сказать «нет» обладателю такой мордашки?!

Котята познакомились с местной 10-летней кошкой Эмми, которая была принята четой Смит после того, как предыдущий владелец скончался. «Я сказала мужу, что мы должны её удочерить, потому что люди обычно упускают из виду взрослых животных. Эмми понадобилось немного времени на адаптацию, но сейчас уже всё в порядке. А потом мы заставили её полюбить котят», – делится Пэтти.

Теперь у красавицы Эмми есть трое пушистых поклонников, и они круглосуточно осыпают её знаками внимания.

Бутс и Эш ежедневно проводят время в объятиях человеческой мамы.

Всего за два месяца котята ощутимо подросли!

Возможно, неуловимая мама-кошка разглядела большое доброе сердце ветерана войны и потому не раздумывая оставила своих младенцев на его попечение. Она не прогадала – теперь малыши устроены как нельзя лучше, их любят и опекают.

http://bezkota.ru/koshka-prinosit-svoix-kotyat-veteranu-inva...

Всем привет. Вот такой, просто великолепный "казенный" рюкзак просто выдали:

Патч - присутствует:

Итак - что внутри - показываю самое основное.

• Спальник+коврик:

Две шапки, балаклава, носки несколько пар:

Всякая полезная мелочь, включая пару карабинов:

Мультитул - хорош!

Нож - в комплекте. Как раз нужной формы и длины, согласно специфики:

Перчатки и очки со сменными линзами:

Повербанк тоже присутствует. Беру еще пару. Аптека:

Сапоги резиновые - с армированной подошвой и железным носком:

Комплект - наколенники+подлокотники (налокотники убрал):

Веревка:

Теплое белью (рубаха-штаны):

Носилки:

Плащ - пончо и питьевая система:

Активные наушники:

В общем-то все. Докладываю сам что нужно. Плюсом то, что уже отправили.

С уважением, Евгений Хрусталев.

Спасибо за помощь: @2402033 , @user4614164 , @Szheverevs , @rogi74 , @wolfram665 , @svetka.no , @free11 , @Arktika55 , @kalliopa8 , @lexcrank , @pepelaz , @user5563949 , , @pipper , @scevi . А также пожелавшие остаться неизвестными. Вроде никого не забыл.

Часть потратил на себя, часть - закупил турникеты и пацаны просили дешёвые электронные часы. Ну и так - всякое нужное, индивидуально. Сборы открывать более не буду. Можно просто нажать на кнопку ₽ под постом. Все передам от вас в лучшем виде.

На днях в комментариях прозвучал вопрос свершения правосудия посредством искусственного интеллекта и я обещал написать пост на соответствующую тему.

Вероятнее всего будут два поста, в первом, сиречь - этом, я напишу то, что возможно сделать, на мой взгляд, а во втором - то, что невозможно и почему.

Сравнительно недавно обратился клиент, у которого несколько должников, но все мелкие, то есть если платить мне - потеряется весь экономический смысл обращения в суд, но и дела все достаточно простые, типовые.

То есть встала задача подготовить пакет образцов , с определенной вариативностью, предусмотрев варианты, когда акт подписан, акт не подписан, уклонились от получения/получили претензию.

Поскольку задача показалась мне достаточно простой, я озадачил этой задачей Машу... и тут случился затык! Подготовить образцы на каждый случай в отдельности она может, а свести все в одно, чтобы заказчик, исходя из ситуации, выбрал один из трех вариантов, а потом - еще один из трех, у нее не получается.

Это я тут, на Пикабу пишу про трудовые права и прочее. Когда человек работает на меня у него лишь одно право - трудиться. Кто подписал со мной контракт кровью - то попадает в волшебное царство тирании, диктатуры и деспотии. Так что я сделал Маше строгий выговор за то, что не может сделать такое элементарное дело и взялся за дело сам...

И вот тут оказалось, что задача и впрямь не так проста. Мне пришлось выпить пару кофе, покурить и хорошенько подумать, прежде чем я придумал, как свести все варианты в одном образце, да еще и так, чтобы стороннему человеку все было понятно, не возникало вопросов.

Конечно, если вдруг меня читает Маша, я отмечу, что все, сказанное выше, про то, что это не так просто - полное вранье, сделал за полминуты.

И, пока я все писал, меня посетила мысль. Есть туева хуча дел, достаточно простых, типовых, где  человек вполне может справиться самостоятельно. При этом образцы в этих ваших интырнэтах обладают рядом недочетов, в частности - непонятно, в какой суд подавать, какая будет госпошлина, какие документы прикладывать.

То есть в итоге, после того, как гражданин ответит на поставленные вопросы, ему останется лишь нажать на кнопку "распечтать", запаковать конверт и отнести на почту.

Как мне кажется, создать сервис, который будет формировать, я здесь лишний раз подчеркну - типовое исковое (или претензию, или заявление), путем простого, понятного диалога с пользователем, автоматически заполняя графы, вполне реализуемая задача.

Я, конечно, не программист, могу многого не понимать, программисты меня поправят - мол, это невыполнимо. К тому же мне непонятны коммерческие перспективы такого сервиса.

#comment_228600801

В прошлом году накрылся медным тазом Золотой Фонд/Деловые инвестиции. И старики пошли толпой... в основном в возрасте 65-80 лет. Да как так-то? 30 лет назад, когда были МММ, Хопер-инвест, Селенга, Властилина, им был 35-50 лет. Вполне вменяемый возраст - должны хорошо помнить. Нет же - на те же грабли!

Сначала обращались в полицию, первые получали постановления о возбуждении уголовного дела, а потом полиция начала отмораживаться. Кинутых - реальная тьма.

Пайщики пошли в прокуратуру, а в прокуратуре уже подготовились - рассказывали, что пирамида банкротится и вручали им образцы заявлений на вступление в реестр кредиторов, с подробной инструкцией. Вот, собственно, и вся помощь.

А, с другой стороны - что еще полиция и прокуратура могла сделать? Все прекрасно понимали, что организаторы уже где-то в закордонье, бабло потырено и выведено в туда же. Короче, патовая ситуация.

Кстати, ради интереса погуглил сейчас новости на эту тему - полиция в Иркутске, откуда есть пошла эта зараза, ищет потерпевших по этому делу... ну да, сначала футболили, теперь ищут.

После прокуратуры старики шли много куда, включая и всякие швырконторы типа "давайте бабла и все вернется, блябуду". И ко мне, с этими образцами. На первом же я открыл сайт арбитража - там требований было заявлено на 800 млн. на тот момент. Дело абсолютно бесполезное.

И потом еще стабильно в день по 2-3 человека. Блин, и времени потратил кучу, чтобы объяснить им, что денег своих не увидят, и совесть не позволяет брать деньги за бесполезные действия - научить их, как правильно заявление по образцу составить. А без оплаты и заниматься неохота...

В общем, если б не жизненные принципы - к зиме накопил бы на золотой вертолет. Осенью поток стал поменьше, а в декабре всего человек 10 пришло.

И всем хватало объяснения с первого раза. Кроме одной бабушки.

Ей я тоже описал ситуацию... а она:

- Да нет, не могут быть жулики! Такой офис приличный, такие сотрудники вежливые!

Блин, так конечно! Если б это были конкретные урки в притоне - кто бы им деньги давал?

Ушла. Через несколько дней вернулась:

- Я ж к ним не просто так пришла! Я рекламу по радио услышала! Зачем они рекламу по радио давали, если они жулики!

- Потому что если б рекламу не давали, то им бы никто денег не нес!

Еще несколько похожих вопросов. Ушла. Но еще спустя неделю опять вернулась:

- Так у них же лицензия была!

- Блин, не было у них никакой лицензии! Ту, что была, ЦБ отозвал!

- А зачем они говорили, что лицензия есть, если лицензии нету?

- А ты бы дала им денег, если б они как есть рассказали - что лицензии нету?

Снова ушла. Прошло какое-то время... блин! Еще раз вернулась:

- А зачем они деньги брали, если у них лицензии нету?

- Да, блин... чтобы похитить! Мошенники они - понимаешь? Деньги они брали, чтобы украсть!

Ушла... но долго старушка не хотела верить, что ее кинули. Возвращалась еще неоднократно, и каждый раз диалог складывался практически одинаковый...

В прошлом году я написал социальную сатиру "Внучок" (черновик выкладывал на Пикабу), в которой высказал осуждение в адрес тех граждан, для кого День Победы является не праздником со слезами на глазах, символом мужества фронтовиков с горечью утраты воинов, кто не вернулся, а лишь поводом, прикрываясь знаменательной датой, употребить без меры алкогольные напитки. Такие псевдопатриоты.

Море желчи в комментариях показали, что я попал в точку - многие узнали себя.

В этом году я пошел дальше и написал социальную драму "Крыша течет" (пока тоже только черновик), в которой осуждающе выступил в адрес чиновников, формально подходящих к решению проблем ветеранов, использующих героев Войны исключительно для собственного пиара. Я согласен с тем, что для чиновника в РФ первостепенной задачей является работа с обращениями граждан, разрешение разнообразных проблем и ни один чиновник не будет спокойно спать, пока остались сироты, бездомные и обездоленные иным образом граждане, однако ходят слухи, что где-то на местах еще остались редкие чиновники, которые пекутся исключительно о своем благе. Рассказ как раз и призван осудить действия таких, пусть и немногочисленных, но недобросовестных чиновников.

Отдельно подчеркну, что рассказ осуждает только социальные пороки, без политической подоплеки.

Да, и мне не хотелось писать плаксивую историю - история, как мне показалось, получилась трогательная, но жизнеутверждающая, подчеркивающая стойкость и мужество фронтовиков, хотя в этом году, году 75-летия Победы, ветераны разменяли девятый десяток лет.

Еще кое-что: с короткой прозой я не дружу, и хотя пытался написать короткий рассказ - получилось под 40 000 символов, так что публиковать буду частями, но кто хочет прочитать все сразу - то рассказ здесь.

Апрель выдался снежным. А после снегопадов резко потеплело. В один день. Это Урал, а не Европа. Тут погода меняется быстро и непредсказуемо. Ночью может быть -25, а днем уже +3.

Степан Ильич проснулся от стука капель. Кровля двухэтажного барака, построенного еще в 1946-м пленными немцами, отчего барак так и называли "немецким", не выдержала испытания временем и климатом. Нет, текло и раньше, но не настолько сильно. Сегодня известка на деревянных перекрытиях потемнела от сырости сразу в нескольких местах и на доски пола, на стол, на газовую плиту и тахту текли целые ручьи воды.

Забыв про больную ногу, про возраст, словно и не было прожито девять десятков лет с хвостиком, старик вскочил с постели, бросился в ванную, схватил эмалированный таз, оцинкованное ведро и подставил посуду под струи. Капли застучали по металлу с недовольным звоном, серчая, что не могут попасть на пол и сгноить и без того трухлявые доски. На тахту, стол и плиту пенсионер установил пару кастрюль и ковшик.

Нет, так нельзя. Нужно что-то делать.

Степан Ильич распахнул окно, впуская в квартиру еще прохладный воздух, в котором, однако, уже витал запах весны. Некий особый аромат, который однозначно указывал на то, что зима, причем зима не календарная, а синоптическая, вывалив всю свою злобу с последними запасами снега, осознала бесполезность сопротивления и капитулировала перед весной. Скоро набухнут почки, полезет зелень листвы, распустятся цветы, зажужжат шмели и комары, полетит тополиный пух, а вот потом, после, попозже, когда деревья покроются багрянцем и золотом, зима снова вернется. Предпримет попытку контрнаступления, заморозив окна инеем и занеся тропинки сугробами. Вот такой дуализм, извечная борьба времен года, которая началась задолго до появления людей на Земле и продолжится, когда от человечества останутся рожки да ножки.

Вынув из-под подушки пачку "Примы" и коробок спичек, старик закурил, по-солдатски пряча огонек в ладонь, затянулся вонючим дымом, закашлялся и затушил папиросину в пустой консервной банке. Врачи давно запретили ему курить, настолько давно, что пенсионер и сам не мог с точностью вспомнить, когда это было - при Брежневе, а то и вовсе при Горбачеве, он и бросил. Почти. Так, баловался изредка. В минуты особого душевного волнения. Как, например, сейчас.

Высунувшись в окно, Степан Ильич задрал голову, чтобы посмотреть, сколько там еще снега на крыше. Снега навалом. И снаружи, как и внутри, текли струи воды. Только там, на парапете, еще и свисали зубастые иглы сосулек, искрящихся в лучах весеннего солнца.

Выругавшись сквозь зубы, старик развернулся... и угодил ногой в таз с талой водой. Посудина, вздрогнув, выплеснув на пол жидкость, сместилась в сторону, и капли вновь забарабанили по полу.

Нет, так нельзя. Пора что-то делать.

Пенсионер отворил шифоньер, такой же старый, как и сам хозяин, да и вся обстановка квартиры, но еще крепкий. Более, чем за полвека, не то что дерево не рассохлось - даже лак не потрескался. Пошерудив, ветеран извлек вешалку с формой. Старой-старой, выцветшей от времени. Галифе, гимнастерка с серыми погонами, с широким желтым просветом и скрещенными киркой и лопатой. Тихо звякнули ордена и медали. Самые солдатские - "За отвагу", "За боевые заслуги", "За взятие Берлина", "За победу над Германией", Орден Красной Звезды. И ряд юбилейных медалей, начиная с "20 лет Победы" и так далее.

Да, были времена. Сколько мостов взорвал Степан Ильич, сколько проклятых фашистских составов пустил под откос! Конечно, тогда он еще не величался Степаном Ильичем, а был просто Степкой из саперного, если уж официально - старшим сержантом Захаровым. И, разумеется, был помоложе на три четверти века. Покрепче, повыше, пошире в плечах. Шевелюра была погуще и черная-черная. Как уголь. Старик давно уж поседел. Даже при самом большом желании он не мог вспомнить, когда в последний раз видел себя в зеркале без седины. Но тогда девушки стреляли глазками при виде бравого солдата, целя прямой наводкой в сердце воина-Победителя.

Пенсионер облачился в форму, ставшую великоватой за прошедшие годы, подпоясался ремнем, отдернул гимнастерку... эх, молодость, лихие времена!

Пилотку Степан Ильич надевать не стал - бережно сложил пополам и убрал во внутренний карман. Вместо нее нахлобучил теплую шапку. Холодно еще. Вот через пару недель, на 9 мая, он, конечно, пройдется маршем по главной площади областного центра, и тогда - в пилотке. Возраст... здоровье беречь нужно.

Ветеран захлопнул дверь квартиры, провернул в замке огромный ключ и заковылял по скрипучему полу, постукивая тростью. Еще с лета 1944-го сержант хранил в ноге осколок немецкой дуры. Не оттого, что осколок был дорог ему как память - вовсе нет. Тогда, в полевых условиях, хирург поостерегся доставать железяку, а после не до того было. Пришла Победа, но страна лежала в руинах. Западнее Волги - одни развалины. Фашисты утюжили Союз бомбами, танками, артиллерией... да чего греха таить - и сам сапер внес свою лепту, подрывая транспортные пути, затрудняя коварному врагу подтягивать подкрепления. Настала другая пора - пора восстановления. Ох, нелегкое это было время... нынешние поколения помнят Войну, но забыли, что оставили за собой отступающие немцы. Страну фактически отстроили заново. В рекордные сроки, на зависть бывшим заокеанским союзникам! И бывший сапер внес в возрождение Отечества свою лепту. Где-то там, в Сталинграде, Смоленске, Воронеже, Ленинграде, наверно, до сих пор стояли дома, к строительству которых приложил руку Степан Ильич. По злой иронии судьбы сам пенсионер проживал в бараке, воздвигнутом пленными немцами. Поди тогда, в 1946-м, никто и не думал, что двухэтажное здание простоит три четверти века! А оно простояло.

Здесь люди рождались, женились, умирали, радовались и горевали.

Давно это было. Кто мог - давно уехал. И не только из барака, а вообще из поселка. Подались в большие города, поближе к интернету, ресторанам, гипермаркетам. Сегодня оставалась заселена едва ли половина квартир, одними стариками, про которых внуки вспоминали лишь в день, когда почтальонша приносила пенсию.

Хрустя валенками по липкому, подтаявшему снегу, орденоносный сержант направлялся в администрацию поселения. В прошлом году, в День Победы, глава администрации заверил, что ветераны могут обращаться по любым вопросам - окажет полное содействие. Только кому обращаться-то? Каждый год на 9 мая ветеранов собиралось все меньше и меньше. Годы... годы никого не щадят. Будь хоть трижды Герой - старость возьмет свое. За каждым придет старуха с косой. Там, на Войне, смерть ощущалась каждую секунду. Ее ледяное дыхание холодило затылок. Тогда костлявая, испугавшись мужества, стойкости, воли к жизни Советского народа, отступила. И коварно возвращалась в мирное время, забирая ветеранов одного за другим. Во всем поселке Степан Ильич остался последним. Единственным.

Мимо промчался автомобиль, грохочущий музыкой из приоткрытых окон. Снежная слякоть, раздавленная шинами, брызнула на галифе пенсионера. Он вздохнул, отставил руку с тростью подальше, чтобы сохранить равновесие, с трудом согнулся и отряхнул грязь со штанов. Негоже форму пачкать.

Несмотря на вчерашний снегопад, перед поселковой администрацией снега не было. Парковка и улица, уходящая в сторону коттеджа главы администрации, выскоблены до асфальта. Кстати, единственная дорога, которая ремонтировалась ежегодно. Покрытие - ровное, как зеркало. Этакий островок европейской щепетильности среди уральского хаоса. И кусочек лета в царстве снега.

На парковке стоял блестящий хромом черный джип Олега Анатольевича, главы администрации. Огромный, как фронтовой грузовик-полуторка, бывший основным транспортом саперов в военные годы. Примечательно, что этот автомобиль появился у чиновника в примерно то же время, что началась нарезка новых участков у реки - там, где Захаров, еще пацаном, еще на заре эпохи коллективизации, ловил пескарей, сидя на деревянном мосточке, свесив ноги в теплую воду. Там же плескалась детвора, выбегая из реки на песчаный пляж, когда кожа на пальцах сморщивалась, погреться на солнышке.

Степан Ильич посмотрел на свою руку. Сейчас, восемьдесят лет спустя, кожа и без того сморщена. Без всякой воды. Годы... в те времена автомобиль-то диковинкой был, разъезжали на лошадях. Появление первого трактора в селе было событием! Техника! Тожество советской промышленности! Сегодня, возле старого колхозного ангара, трактора и комбайны стояли забытые и заброшенные, ржавея под открытым небом.

И автомобилей только перед администрацией стояло целых три штуки - уже упомянутый джип Олега Анатольевича, маленькая красненькая машинка его секретарши Леночки и лимузин бухгалтера с трехконечной звездой на решетке радиатора. Машину с точной такой же эмблемой, трофейную, сержант с боевыми товарищами спрятал в лесах Белоруссии - закидали снегом. Но у бухгалтера-то вряд ли трофейная.

Постучав ногами на ступенях администрации, сбивая с калош налипший снег, ветеран снял пальто, перекинул его через руку, и вошел в здание.

Валерка, охранник, завидев орденоносца, вскочил со стула, отбросив в сторону сканворд, вытянулся в струну, правая рука дернулась к срезу головного убора, но замерла на половине пути. Как раз головного убора-то и не было...

Да и какой он вам Валерка? Сам - ветеран, только уже другой войны, войны XXI века. И званием повыше пенсионера. Офицер. Настоящий боевой офицер, комиссованный по ранению. Валеркой он был разве что для Степана Ильича, который оттаскал мальчугана за уши лет тридцать назад, когда пацанята, играя в футбол, расколошматили окно старику. Для главы администрации поселения он был Валериком. Для прочих - Валерием Ивановичем.

- Здравия желаю, Степан Ильич! - гаркнул охранник.

- Здравствуй, Валерка, здравствуй, - проскрипел Захаров своим старческим голосом.

- Вы к кому? - поинтересовался мужчина.

- К Анатольевичу, - ответил сержант. - Понимаешь, Валерка, крыша у меня течет...

Охранник открыл журнал учета посетителей, полистал страницы.

- Вообще-то без записи не положено, - поморщился отставной военный. - Но вы, Степан Ильич, проходите.

Кивнув, ветеран зашагал по коридору к кабинету главы поселения. Стук трости по гранитной плитке глухо отдавался в узком пространстве. Калоши, оставляя мокрые следы, поскрипывали резиной.

В приемной старика встретила секретарша Леночка. Та самая, чья красненькая машинка стояла на парковке перед зданием. Девушка дула на свежий лак на ноготках одной руки, а пальчиками второй водила по экрану телефона, пролистывая картинки. Когда в помещение вошел посетитель, она даже не повернулась.

- Олег Анатольевич занят, - небрежно бросила секретарша.

- Так он говорил - обращаться в любое время, - произнес ветеран, словно оправдываясь.

Девушка оторвалась от своего занятия. Смерила старика надменным взглядом, с головы до ног, осуждающе покачала головой и подняла трубку селектора.

- Как вас представить?

- Степан Ильич я, - ответил сержант. - Захаров.

Леночка неохотно отложила свой смартфон и карандашом, чтобы не испортить маникюр, нажала кнопку. За дверью приглушенно запиликал телефон.

Глава администрации тоже был занят. Сильно занят. Он как раз обкатывал новый ИС-3 в танчиках. Так что ответил далеко не сразу.

- Я же сказал: до обеда не беспокоить! - раздраженно пробурчал в трубку Олег Анатольевич.

- Тут к вам какой-то Степан Ильич, - уведомила девушка.

- Какое еще Степан Ильич? - скривился чиновник.

- Захаров какой-то. С медалями.

- Захаров? - наморщил лоб, вспоминая, начальник. - А, Захаров! Он еще коптит, что ли? Я уж думал, помер давно... гони его...

И тут на глаза Олега Анатольевича попался календарь. Красная рамка, отмечающая дату, стояла на середине апреля. Это что же получается?! Скоро - 9 мая! День Победы! И тут, так удачно, зашел самый настоящий ветеран! Последний во всем поселке. Редкостная удача! Не нужно будет бегать, выискивать его в канун праздника. Можно проявить заботу о старом воине не выходя из кабинета. Так сказать, без отрыва от производства.

- С медальками, говоришь? - уточнил мужчина. - Так давай, зови его скорей! И сама заходи!

Леночка пропустила пенсионера в кабинет главы администрации. Чиновник, завидев ряды наград на груди старика, прямо затрясся, представив, какие шикарные получатся фотографии в его официальном Инстраграмме.

- Степан Ильич! - воскликнул Олег Анатольевич, всплеснув руками. - Как рад вас видеть! Чертовски рад! Вы представить себе не можете, как много означает для нас ваш подвиг! Мы все в неоплатном долгу перед вами!

Продолжение следует...

Некоторое время назад один мой знакомый направил ко мне своего знакомого.

Тот еще летом прошлого года курил у себя на балконе и грохнул пепельницу на капот автомобиля под окнами. Хозяин авто, ясен пень, вызвал участкового. Фотографии, отказ в возбуждении уголовного дела... участники событий после договорились полюбовно - курильщик выплатил 5000 р. и забыл.

А в августе этого года прилетает исковое. Оказалось, что под покраску пошла крыша автомобиля, крышка капота, оба крыла... и хочет собственник автомобиля без малого полтинник. Как-то многовато для одной пепельницы... она размером с грузовик, что ли, была?

Ладно, договорились с виновником, что подъедет ко мне в офис, расскажет более подробно.

Но в назначенное время никто не явился... я как-то привык, что если договорился, на конкретное время конкретного дня хоть 2050 года - я запишу в блокнотике и буду в это время в этом месте. Ну, могу опоздать минут на 10-15 - это семейное проклятье.

Я набрал клиенту, тот ответил, что пока решил сам попробовать, а то если проиграет - то придется не только за ремонт авто заплатить, но еще и мне. Хрен с тобой, твое дело.

После предварительного клиент снова позвонил мне - почувствовал, что не вывозит, снова изъявил желание подъехать. Ладно, назначил время - сижу, жду. Минут за 10 звонок:

- Мы вчера нормально так посидели, я сегодня никак не могу...

Хрен с тобой, твое дело. Это, так-то, не мне надо.

Прошло еще одно заседание... сегодня утром, пока у меня телефон стоял на беззвучке (а он автоматически ставится в беззвучный режим в 2:00 и включается в 9:00) - почти 30 пропущенных звонков от этого деятеля.

Перезвонил ему. Курильщик совсем чувствует, что не вывозит, теперь точно решил подъехать. Желательно пораньше. Ок, договорились на 10:00. Но деятель не приехал ни в 10:00, ни в 10:15, ни в 10:30. Явился только в 10:45.

Я объяснил, что у меня в 12:00 заседание, и мне глубоко похрену, как он это сделает, но у него есть 15 минут, чтобы изложить свою точку зрения. В 11:00 я стартую независимо от того, успеет он, или нет.

Тот завел тягомотину - сосед сволочь, негодяй и вообще не джентльмен... на часах 11:00.

- Э, все. Стоп, нахрен. Я поехал.

Вытурил деятеля из офиса и поехал в суд. Отсудил миллиард миллионов у сети быстрого питания за пролитый на брюки кофе и поехал обратно, в офис...

В дороге меня догнал телефонный звонок от знакомого, направившего ко мне этого деятеля:

- Да я отправил к тебе клиента, а ты его нахрен послал...

- Есть такая маза. Твой фраер два раза прогнал. И сегодня нарисовался на час позже. Но если ему не впадлу - может снова прихилять на хазу (извините за мой французский, я сегодня еще и у участкового побывал).

- Дык теперь-то поздняк метаться! Сегодня уже решение вынесли... все взыскать.

- Охренетушки... так этот твой перец решил, что сегодня, за пару минут до суда, заскочит ко мне, и я сразу всех победю побежу забодаю? Зная дело только со слов? А то, что у меня на это же время может быть другое заседание, в другом суде - он не подумал? Я ж, бля, целыми днями в офисе сижу, нихера не делаю...

Окончание, начало тут:

Крыша течет, часть 1

Крыша течет, часть 2

Крыша течет, часть 3

Спал ветеран плохо. Ему снился мост через небольшую речку в Пруссии, который фашисты, отступая, заминировали. Названия речки сержант, если и знал - то забыл, во сне стоял указатель с наименованием, но его скрывала ночная тьма. Хорошо бы, по делу, зажечь спичку, да прочесть, но нельзя. Неподалеку могли оставаться недобитые гитлеровцы.

Их - пятеро, в маскхалатах, ползут по мартовскому снегу. Где-то хрустнула ветка. Остановились, прислушались... вроде, тихо все. Может, птица какая? Поползли дальше. Снег, зараза, хрустит так, что, кажется за километр слышно!

Мост - скелет из стальных балок на бетонных опорах. Явно сами немцы строили... не сами, конечно, а руками пленных. На старых трофейных картах здесь был простой деревянный мостик, рассчитанный на телегу да пару кобыл. Захватчикам потребовалась более надежная переправа, способная выдержать танки. Теперь этой переправе суждено послужить освободителям Европы.

Добрались до берега, теперь - вниз, туда, где журчала река. И вброд, по ледяной воде, по пояс или того глубже, добраться до опор, перерезать провода. Вот сюрприз будет врагу!

Охота? Разумеется - нет! У кого есть желание лезть в ледяную воду? Но надо. Есть такое слово: "надо". Есть долг, который необходимо выполнить независимо от времени года. И от температуры воды. Несомненно, летом, в жару, да пополудни - было б гораздо приятнее. Но за спиной - колонна "тридцать четверок", а впереди - Берлин. Ох, далеко еще топать до гнезда усатой гадюки...

Внезапно:

- Halt! Zurück!

И автоматная очередь. На спине Васьки мгновенно выросли цветы огненно-красного цвета. Ох, сколько кровушки советских людей впитала в себя европейская земля...

Оставшиеся четверо вжались в камни, ища глазами огневую точку. Автомат долго не умолкал - характерный, лающий звук немецкого "Шмайсера", сопровождаемый металлическим лязгом телескопического затвора. Пули застучали по балкам моста, высекая искры...

Степан Ильич проснулся. Стук пуль никуда не пропал... ах, это вода с потолка - снова бессильно билась в дно тазика.

- Васька Сазонов, Юрка Цыганков, - фронтовик начал перечислять имена тех, кто не вернулся с того задания. - Пашка... эх...

Забыл! Стыдно! Пашкину-то фамилию Захаров и забыл. Вот старость-то! Помнил каждую морщинку у глаз молодого ефрейтора, когда он улыбался, черты лица - как живой стоял. А фамилию забыл! Великанов? Нет, но что-то близкое. Величко? Нет, не то. Громадный? Не, это уже совсем далеко... а, ну конечно! Большаков! Большаков же!

Какие были люди! Нынче таких поискать надо...

Фронтовик включил свет, проверил посуду, правильно ли стоит, не течет ли мимо. После - привычным жестом засунул руку под подушку... только папиросы-то выкинул!

Степан Ильич еще долго лежал, уставившись в потолок, где свет фар редких автомобилей рисовал тени, в которых сержанту мерещились силуэты давно погибших товарищей. Уснул лишь на рассвете.

Поутру, как и обещал, приехал Валера.

От стоянки, где односельчанин поставил машину, пришлось еще топать да топать. На главной площади областного центра смешались дома как дореволюционной постройки, так и воздвигнутые в 1950-х годах. Крошечный пятачок перед зданием бывшего обкома, сегодня - областной администрации, оказался перегорожен шлагбаумом. Площадка за ним была заполнена машинами едва ли наполовину, но какие экипажи здесь стояли! Ветеран таких и не видывал. Небось, каждый стоил, как квартира! А то и больше!

В губернатории дела обстояли совсем официально. На входе у старика потребовали паспорт, переписали в журнал. Когда запищала рамка металлоискателя, охранник достал черную лопатку и долго водил ею, чтобы убедиться, что пищали именно награды.

Уборщица, заметив грязные лужи, оставленные калошами Степана Ильича, бросилась подтирать.

- Ходют тут всякие, топчут...

Губернатор, только вернувшись с обеда, дымил в своем кабинете кубинской сигарой, размышляя о делах. Работы - непочатый край! Только-только, на прошлой неделе, утвердил финансирование на уборку снега, которой занималась фирма любимого зятя, а он, снег этот, таять начал, будь он неладен! В прошлом году жалоб было на этот снег - вагон и маленькая тележка. И самому губернатору жаловались, и в Москву. Пришлось срочно принимать меры, чтобы к июлю, когда прибыла проверка из столицы, снега и следа не осталось. Тогда все сложилось удачно, но в этом году проблема встала прямо противоположная - нужно где-то достать снег, чтобы было, что убирать!

- Борис Андреевич, к вам посетитель, - сообщала секретарша.

- Какой еще посетитель? - возмутился губернатор. - Я же просил не беспокоить меня после обеда! Да и вообще сегодня не приемный день!

- Да, но это ветеран. Вы же просили найти какого-нибудь пенсионера, чтобы решить какую-нибудь проблему. А на носу 9 мая.

- Ага...

Танечка все верно говорит! Не за горами День Победы, еще и перевыборы осенью. А тут, так удачно - ветеран! Если все правильно обставить - пара-тройка лишних процентов никак не повредит! И будет, чем прикрыться, когда возникнет вопрос, почему снег убран еще до того, как выпасть успел. Не доглядел, решал проблемы ветеранов. Как удачно все совпало!

- Срочно звони телевизионщикам, - распорядился глава области. - Пусть летят сюда. Узнай, какая проблема у ветерана, вызови моего зама по этому делу. И приготовь продуктовый набор, почетную грамоту - в общем, все, как полагается.

Орденоносец успел вздремнуть, ожидая приема. Благо, кресло оказалось весьма удобным.

Разбудили пенсионера когда все приготовления были сделаны. Секретарша проводила посетителя в кабинет, размером, как целый этаж немецкого барака, обставленный, как Эрмитаж. Три камеры с операторами в углу помещения совсем не бросались в глаза.

- Дорогой вы наш Степан Ильич! - воскликнул губернатор, едва фронтовик переступил порог. - Низкий вам поклон от всех нас. Вечная слава героям! Страна никогда не забудет то, что вы сделали! Этот скромный подарок даже близко не стоит рядом с тем, какой дар вы сделали для всех нас, но позвольте преподнести вам продуктовый набор и почетную грамоту!

Чиновник вручил фронтовику корзину с продуктами и грамоту, отметив про себя, что Танечка научилась повторять подпись так, что и сам глава области вряд ли отличил бы.

Дождавшись смущенной благодарности, Борис Андреевич продолжил:

- Не надо ничего говорить, я в курсе вышей проблемы. У вас течет крыша...

- Да-да! - оживился старик. - Мне бы пару кусков толи бросить!

- Помилуйте! Какая толь? Я сверился с графиком, финансирование по ремонту вашего жилища запланировано на 2050 год. Но, в конце концов, губернатор я, или нет? И, чтобы отметить ваши заслуги перед Отечеством, я прямо сегодня подпишу указ о переносе ремонта на 2045 год! Красивая, кругла дата. Юбилей! 100 лет Победе! Езжайте домой и ни о чем не беспокойтесь! Все будет в лучшем виде! Вы, главное, держитесь! Вас, ветеранов, так мало осталось...

К машине сержант вернулся в подавленном настроении. Корзина с подарками оттягивала руку, и чего там только не было. Чай, кофе, шоколад, конфеты... Захаров не очень ориентировался в ценах, знал только, что кофе стоит дорого. Очень дорога. На пенсию он так разгуляться не мог. И толи на эти деньги можно было б купить рулонов пять, как минимум. Эх, если б не возраст - сам бы давно достал толь и закатал крышу.

- Как прошло? - поинтересовался автолюбитель.

- Валер, давай водки возьмем? - предложил Захаров.

- Понятно, - вздохнул отставник. - Не очень прошло...

Водитель запустил двигатель и машина покатила по улицам города. Фронтовик сидел, не шевелясь, глядя в окно невидящим взглядом. Мужчине порой казалось, что дед и вовсе умер, тогда он тормошил пассажира за плечо, а тот отвечал:

- Пустое все...

Валерий остановил Форд возле кафе на выезде на трассу. Переложив корзину в багажник, чтобы хулиганы не высадили стекло и не уперли подарки, бережно взял ветерана под руку и провел внутрь, где пахло уксусом, мясом и специями.

- Вай! Какие люди! - обрадовался темнолицый хозяин заведения. - Заходи, дорогой!

- Привет, Гагик, - поздоровался Валера. - Сделай нам по шашлыку и сто грамм водочки.

- А не мало - сто грамм на двоих? - нахмурился бизнесмен.

- Я за рулем, - пояснил водитель. - Это для Степана Ильича. Мне можно минералки.

- Понял, сейчас все сделаю. Место занимайте любое - не сезон, нет никого. В убыток работаю.

Офицер с сержантом устроились у окна. Не прошло и минуты - на столе появился графин, запотевший по уровню водки, а чуть погодя - и два куска румяного мяса с тонкими полосками от гриля, нашинкованными помидорками и огурчиками, полукольцами лучка и лавашом.

- Сколько с меня? - спросил Валера, потянувшись за кошельком.

- Обижаешь, дорогой, - возмутился Гагик. - Чтобы я с ветерана деньги брал? У меня оба деда не вернулись...

Водитель налил Захарову полста водки, себе - чая.

- Будем, Степан Ильич? - подмигнул отставник.

Дальнейшее фронтовик помнил плохо. Алкоголь он не употреблял очень давно - врачи запретили. В тепле старика развезло очень быстро. Хватило ничтожной, казалось бы, дозы. Возраст...

Как очутился дома - вообще не помнил. Проснулся от громкого звука дверь. Голова побаливала, перед глазами летали мошки. Снова давление скакнуло... На столе стояла корзина и прислоненная к ней грамота - значит, вчерашнее не привиделось. Форма аккуратно висела на спинке стула. Солнце отражалось в наградах, бросая блики на потолок в желтых разводах талой воды.

Стук повторился. Кого там принесло?

- Иду-иду, - прокряхтел пенсионер.

Нащупав ногами тапочки, сержант проковылял до входной двери, отворил ее... в коридоре стоял Валера с рулоном рубероида.

- Степан Ильич, я тут подумал... дай ключи от чердака. Самим оно быстрее будет...

КОНЕЦ

Этим рассказом я хотел бы напомнить всем, что ветераны - Герои ВОВ, живут среди нас, и пусть в былые времена они были крепче гвоздей, но сегодня они в преклонном возрасте, и им нужна, возможно, наша помощь. И печально, что про ветеранов вспоминают лишь один день в году - 9 мая, когда у СМИ появляется "информационный повод". Отмечу, что там, на Войне, в 1941-1945, фронтовики воевали не один день в году, а каждый день, каждый час, каждую секунду. Воевали за то, чтобы мы с вами жили в Мире, свободном от фашизма.

И если хоть один человек, хоть на одну секунду задумается о том, что рядом живет ветеран, которому... да пусть даже помочь сумку из магазина донести, или совсем уж простой пример - через дорогу перевести, я буду считать, что рассказ свою задачу выполнил. А если не просто задумается, а сделает - тем более!

ЗЫ: да, конец пока скомканный, нужно доработать, в паре мест повествование провисает, но я напомню, что это пока что черновик.

Кому удобнее не скакать по ссылкам, а прочесть все и сразу, повторю, что целиком рассказ ЗДЕСЬ.

Предыдущие части:

Крыша течет, часть 1

Крыша течет, часть 2

Глава администрации был занят. Как раз принимал журналистку местной газеты, которой рассказывал о концепции шаговой доступности, о том, какие удобства для населения повлечет новый план развития города. Особенно для престарелых жителей. Хорошо же, когда все рядом! Вот родильный дом, вот садик, вот школа, вот крематорий - все близко! И далеко ходить не надо!

Сергей Борисович отдельно выделил тот факт, что сожжение тел, вместо традиционного захоронения, благотворно сказывается на окружающей среде. Крематорий - стильно, модно, молодежно и экологично!

Еще добавил, что строительство крематория частично субсидировано из бюджетных средств. Правда, забыл сказать, что собственником крематория станет его собственный, родной племянник. Но кого волнуют такие мелочи?

А, может, и не забыл вовсе. Может, как раз собирался рассказать, но общение с прессой прервала секретарша.

- Рита, я же предупреждал, что меня не для кого нет! - раздраженно произнес в трубку чиновник.

- Я все помню, но вы хотели какого-нибудь ветерана для фото. Тут как раз пришел один, - оповестила девушка.

Глава администрации смахнул мышкой заставку на экране компьютера и переключился на камеры в приемной.

- Слушай, ветеран какой-то дряхленький... - заметил Сергей Борисович. -Медальки - конечно, хорошо, но он даже не офицер! Я не настаиваю на генерале, но полковника-то, хотя бы, можно было найти? Ну, в крайнем случае - майора...

- Берите, что есть, скоро и таких не будет, - вмешалась журналистка.

- Да?.. - задумался чиновник. - Ладно, давай этого, - распорядился мужчина. - И скажи Виталику, пусть метнется по-быстрому и гвоздичек парочку купит. Надо, чтобы все красиво было!

Едва орденоносец вошел в кабинет, газетчица защелкала фотоаппаратом. Степан Ильич зажмурился, закрывая глаза рукой от вспышки. Мужчина, перехватив руку, горячо затряс ее, позируя перед камерой.

- Рад, безмерно рад вас видеть! - проговорил Сергей Борисович, улыбаясь. - Что вам привело? Родина в неоплатном долгу перед вами! Можете рассчитывать на любое содействие!

- Крыша у меня течет... - начал излагать проблему старик.

- Так... а как вы хотели? - удивился чиновник. - Весна же! У всех с крыш течет!

- Только у меня-то внутрь течет! В квартиру! - пояснил пенсионер. - Мне бы пару кусков толи бросить...

- А адрес у вас какой?

Захаров назвал адрес. Глава района вернулся в свое кресло и сосредоточился на мониторе.

- Ага! Это же немецкий барак в поселке?

- Так точно, - обрадовался фронтовик.

- Ну, помилуйте, уважаемый! Какие пару кусков толи? Для такого человека, как вы, в память о ваших заслугах - все только по высшему разряду! Вот, у меня тут в графике стоит - ремонт кровли в 2050 году. Тогда и отремонтируем! Все будет в лучшем виде!

- Так это, мил человек... - вздохнул Степан Ильич. - До 2050 году я вряд ли доживу-то...

- Ой, да что вы, - рассмеялся Сергей Борисович. - Вон вы какой, крепкий еще! Рука просто каменная! Но, на всякий случай...

Чиновник щелкнул замками портфеля и достал красивую, разноцветную бумажку в рамке. Специально приготовил к завтрашнему дню - состоится мероприятие по случаю выхода на пенсию главврача местной поликлиники, но раз такое дело... да и бумажка от конторы племянника - за сутки еще одну сделает.

- Вот! - торжественно произнес глава администрации. - Сертификат на бесплатный гроб! Так что, если не доживете - то без крыши над головой точно не останетесь! Только ты, дед, это... ты не подумай, что я тебя тороплю, упаси Бог! Но срок действия сертификата пять лет, так что ты постарайся успеть...а то пропадет!

Фронтовик от столь неслыханной щедрости просто потерял дар речи... что тут ответить?

К счастью, неловкое молчание прервал водитель чиновника, вошедший в кабинет с двумя красными гвоздиками.

- Зачем две-то, балбес? - прошипел Сергей Борисович.

- Так вы сами приказали - парочку, - попытался реабилитироваться Виталик.

- Так я фигурально выражаясь! Эх, ладно...

Мужчина на секунду задумался. Вручить ветерану один цветок - так потом в этих ваших Интернетах комментаторы напишут - мол, зажали денег на цветы герою. Ладно, пусть будет две.

- Все, уважаемый, сейчас сделаем пару фото - и не смею вас более задерживать, отвлекать от заслуженного, так сказать, отдыха! - вновь улыбнулся глава района. - Только цветочки и сертификат, будьте любезны, держите так, чтобы медальки не загораживать...

Опять защелкал фотоаппарат, сверкая вспышкой, как осветительная ракета, после чего Виталик вежливо, но настойчиво выпроводил старика в коридор.

- Готовьте статью, - распорядился чиновник. - Так и так, принял заслуженного героя, предпринял ряд мер, направленных на улучшение быта ветерана, вручил ценный подарок. И чтобы везде - и на бумаге, и на сайте - везде было! Фото там сами выберете, какие поудачнее.

- Сделаем, - кивнула журналистка, царапая ручкой в блокноте. - Материал сейчас пускать?

- Зачем сейчас? До 9 мая три недели еще! Давайте там, ближе к празднику, чтоб информационный повод был.

Домой Степан Ильич вернулся в подавленном настроении. На поселковую администрацию надежда изначально была небольшой, но оставалась уверенность, что чем выше начальник - тем он ответственнее. Хрен там!

Но ничего! До Берлина дошел - и до губернатора дойдет!

Самым радостным во всей поездке оказался момент возвращения домой. Пусть поселок небольшой, неказистый, но он свой, родной. Маленькая Родина. Все как-то легче.

Постукивая тростью по наледи, сковавшей тропинки, фронтовик шел к своему бараку с худой крышей, в котором прожил больше семидесяти лет. Далеко не самая плохая жизнь - есть, чем гордиться и есть, что вспомнить. Память уже не та, время стерло многие лица и имена.

Стойкость осталась. Стойкость, впитанная с молоком матери-крестьянки, стойкость, укрепленная краюхой пахучего советского хлеба, стойкость, закаленная свистом пуль на Войне.

Недалеко от дома ветеран приметил знакомую машину - потрепанный Форд темно-зеленого цвета, стоящий на обочине с открытым капотом и склонившуюся над ним фигуру охранника из сельсовета.

- Здрав будь, Валерка, - поздоровался сержант.

- О, Степан Ильич! Здравья желаю!

Захаров протянул руку, но мужчина показал ладони, черные от отработанного масла, и подал запястье.

- Ты, дед, смотрю, каждый день при параде, - заметил отставной офицер.

- Так крышу-то так и не починили, - вздохнул пенсионер. - В район ездил...

- И как?

Вместо ответа старик махнул рукой.

- Понятно, - произнес Валерий.

Ветеран достал из кармана пачку "Примы", но попавший внутрь при падении снег успел растаять и папиросы превратились в бумажно-табачное месиво. Грустно покачав головой, старик швырнул мокрый комок в мусорку.

Собеседник, заметив этот жест, извлек пачку "Явы" и предложил фронтовику. От сигарет, как и от Виталика, пахло маслом и тем хорошо узнаваемым ароматом, которым пахнут старые автомобили. Чем-то особенным, металлическим. Степан Ильич угостился, отломил фильтр, помял остатки сигареты в руках и прикурил от предложенной отставным офицером спички. Мужчина тоже закурил и уселся на крыло, заставив потрепанный Форд жалобно скрипнуть.

- Может, я чем помогу? - спросил Валера.

- Да нет, - отмахнулся Захаров. - Завтра в обком... тьфу! К губернатору поеду. Там-то уж точно решится.

- Так я завтра выходной! - воскликнул автолюбитель. - Могу довезти!

- Куда тебе? А жена, дети? Отдыхай себе, успеешь еще накататься...

- Да ладно вам, Степан Ильич. Мне не в тягость. Заодно дам свой ласточке подышать на трассе. Давненько я ее не выгуливал!

На том и договорились.

Продолжение следует...

Начало Крыша течет, часть 1

Мужчина схватил сержанта за руку и с жаром затряс ее.

- Чего стоишь, дура? - прошипел шеф, покосившись на секретаршу. - Фотографируй давай!

Спохватившись, девушка подняла свой Яблофон и защелкала кнопкой.

- Цветы, цветы где? - прорычал чиновник.

- Где их взять-то? - растерялась Леночка.

- Да хоть с клумб надергай!

- Это в середине апреля? - усмехнулась секретарша.

- Фикус там у тебя на подоконнике, - нашелся начальник. - Давай, его тащи.

- Это герань! - поправила девушка.

- Да мне пофигу! Оттуда надергай! А вы, Степан Ильич, присаживайтесь пока, присаживайтесь. Чаю?

- Ох, нет, сынок, спасибо, - смущенно ответил ветеран.

Старый воин присел в предложенное кресло, вытянув раненную ногу.

- Как ваши дела, как ваше здоровье? - не унимался Олег Анатольевич. - Все ли у вас хорошо?

- Держусь пока, - пожал плечами пенсионер. - Только вот... крыша течет!

- Так это... - хозяин кабинета озадаченно поскреб за ухом. - В вашем-то возрасте - не удивительно. У меня и то крыша подтекать начинает, вот, со склерозником хожу, - мужчина указал на лежащий на столе блокнот. - А мне и сорока нет!

- Да нет, - покачал головой Захаров. - На память-то я не жалуюсь. Дома крыша течет. В бараке. Подлатать бы...

- О, тоже мне проблема! - рассмеялся глава поселка. - Сейчас решим!

Он переместился за компьютер, скрипнул зубами, обнаружив, что его ИС-3, оставленный без присмотра, благополучно забили. Свернул окно, открыл графики, поклацал по клавишам...

- Ну вот! Никаких проблем! Ремонт кровли назначен на 2050 год! Тогда и отремонтируем вашу крышу!

- А пораньше - никак? - поинтересовался Степан Ильчич. - Там делов-то: пару кусков толи бросить...

- Э, нет! - возразил Олег Анатольевич. - Как так можно? Это же прямое неуважение к вам, к вашему бессмертному подвигу! Халатность, так сказать! А вот в 2050 году - отремонтируем, как полагается.

- Сынок, так я и не доживу до 2050 года... - возразил пенсионер.

- А вы постарайтесь! - решительно ударил кулаком по столу чиновник. - Вас, ветеранов, так немного осталось! А вы - народное достояние! Так что, как говорится: денег нет, но вы держитесь!

К этому времени подоспела Леночка с букетом герани. Мужчина вырвал цветы у девушки и вручил их орденоносному сержанту.

- Еще раз благодарю вас, уважаемый Степан Ильич, за ваш подвиг. За все, что вы сделали для Отечества. Если б не вы - то и нас бы не было... низкий вам поклон от всех нас! Не беспокойтесь, осталось немного, в 2050 году ваша крыша будет, как новая! А сейчас, будьте любезны, повернитесь, чтобы медальки на фотографии лучше видно было...

После фотосессии глава поселковой администрации мягко, но настойчиво, выпроводил старика и занялся изучением фотографий в телефоне секретарши, отбирая наиболее удачные.

- Так, давай вот эту, эту и эту, - распорядился Олег Анатольевич. - Пости мою Инсту, в ВК и на сайт администрации. И текст какой-нибудь напиши. Так и так, глава чествовал ветерана, оказал содействие в решении проблемы...

Вернувшись домой, ветеран обнаружил, что тазик, ведро и другая посуда, подставленная под капли, успела заполниться до самого верха и вода начала течь на пол. Сняв форму, бережно повесив ее в шкаф, Степан Ильич вылил талую воду, мутную от штукатурки, в канализацию, протер пол и поставил емкости на место. После опять достал пачку "Примы" и вновь закурил. Вторую папиросу за день! Давно он так много не курил, давно...

Другой, наверно, успокоился бы после визита к главе поселковой администрации, но не таков был доблестный сержант. Уж чего, а стойкости ему не занимать. До Берлина дошел и до райсовета дойдет! Тем более, что до районного центра несомненно ближе - всего пара остановок на электричке.

Поутру старик направился на станцию. Ночью прихватил морозец и протечка остановилась, но это не означало, что можно ждать, сложа руки, когда солнце пригреет вновь и с потолка опять побежит.

Тропинки, хлюпавшие вчера талым снегом, сегодня покрылись льдом, превратившись в скользкую гребенку, серьезно затрудняя передвижение. Даже молодежь ступала очень осторожно, рискуя навернуться, а для пенсионера с больной ногой улицы поселка превратились в почти непреодолимое препятствие.

В вагоне электрички Степан Ильич ехал в гордом одиночестве. Этот вид транспорта в последние годы не пользовался особым спросом. Кому, куда ехать в середине весны? Дачный сезон еще не начался, за покупками в город - тоже не время. Кто может себе позволить скататься в большие магазины - тот сейчас на работе, поедет на выходных. И, скорее всего, не на поезде, а на персональном автомобиле. Машин развелось...

Аварии в райцентре на каждом углу. Казалось бы, городок - тьфу. Пешком из конца в конец за полчаса пересечь можно - нет, все на машинах едут. Раньше, когда на лошадях ездили - и аварий-то не было. Все оттого, что две головы лучше, чем одна.

Ветеран в районном центре давно не был. Лет двадцать. Да и зачем? Все, что было нужно для жизни, он покупал в сельмаге. Многое изменилось в городе. Но многое и осталось прежним. В здании ЗАГСа лишь деревянные окна сменили на пластиковые.

Старик, сбавив шаг возле Дворца Бракосочетания, смахнул невидимую слезу. Здесь он расписался со своей Елизаветой Петровной в 1947-м. Одной из тех бесчисленных девушек, что стреляли глазками в молодого сержанта. И единственной, кто поразил сердце воина снайперским выстрелом.

Здесь же получал свидетельство о смерти своей супруги... и Мишки - сына, погибшего в восьмидесятых "за речкой".

Степан Ильич потянулся к сердцу, которое кольнула игла внезапной боли, сердце, несмотря на все жизненные передряги, еще живое и горячее, не утратившее способности чувствовать, но рука наткнулась на холодный металл орденов. Награды напомнили ветерану, что есть нечто, дороже жизни отдельного человека - Долг. Долг перед Родиной. Потому он сам сбежал на фронт шестнадцатилетним пацаном, приписав себе пару лишних лет, и потому Михаил не мог поступить иначе. Родина - это не кусок земли от границы до границы, и даже не люди. Родина - это право жить по-своему, жить, сохраняя веру в свои идеалы, не позволяя кому-то там, с чужой стороны, и неважно, что это за сторона - Фатерланд или Хоумланд, диктовать свою волю свободному советскому человеку.

- Папаша, куреха есть?

- А? Что?

Погруженный в свои мысли, сержант не заметил, как к нему подошел парень. Среднего роста, в кожаной куртке с меховым воротником, с упитанной круглой физиономией, поросшей трехдневной щетиной, бритой наголо головой. От незнакомца сильно пахло перегаром.

- Курить, говорю, есть?

Пенсионер похлопал по карманам, вынул пачку "Примы" и протянул ее лысому. Тот, завидев угощение, скривился, показав золотую фиксу.

- Не, без фильтра не курю. Дед, дай денег на опохмел? А то трубы горят!

- Молодой еще, - возразил Захаров. - Пойди, сам заработай.

- Так я вместо работы, - оскалился парень. - Не жмоться, пенс. Такое богатство носишь! Почем сейчас медальки, если продать?

Незнакомец ткнул пальцем в награды ветерана, блестящие в разрезе воротника расстегнутого пальто. Старик еле устоял от мощного тычка огромной лапы тунеядца. Как? Продать? Награды? От одной мысли о том, чтобы продать ордена и медали, заслуженные кровью, неимоверными усилиями и лишениями, его обуяло бешенство. Где ему, этому сытому молодому подонку, живущему в мирное время, понять, что такое - спать в окопе в тридцатиградусный мороз, согреваясь лишь деревом приклада ППШ, или лежать на муравейнике, обливаясь потом, пока в кожу впиваются челюсти насекомых, и не сметь не то что пикнуть - даже пошевелиться, чтобы не выдать себя патрулю гитлеровцев, и выполнить поставленную боевую задачу - подорвать склад с топливом для танков захватчиков. Или, попав в окружение, обедать банкой тушенки и черствым сухарем на четверых.

Есть ли этому цена? Нет, цена, конечно, была - жизни миллионов людей, трудящихся в тылу, уповающих на отвагу и выносливость фронтовиков. Но разве можно измерить эту цену деньгами?

Ветеран покрепче перехватил трость - единственное оружие. Орденоносный сержант понимал, что этот бой, скорее всего, станет последним для него. Но отступать Степан Ильич мог исключительно по приказу. Сейчас приказа не было. Бежать - так вовсе никогда.

- Ишь, чего удумал, сволота! - взорвал напряженную тишину звонкий голос.

Незнакомец согнулся пополам, получив сумкой по лысине. Женщина, лет пятидесяти, полноватая, розовощекая, мутузила негодяя своей сумкой, нанося удары со скоростью автоматного затвора.

- Ветерана грабить, падлюка! - не унималась спасительница. - Креста на тебе нет, отморозь!

Сумочкой она орудовала весьма умело, как казак шашкой. Парень был вынужден уйти в глухую оборону, закрыв голову руками.

- Ты чего, бабка? - возмутился он. - Крыша протекла?

- А ну брысь отсюда, нехристь!

Лысый капитулировал. Окончательно и бесповоротно, покинув поле боя, оглядываясь и возмущенно тявкая. Пенсионер поднял выроненную пачку папирос, в которую набился снег, протер картон от налипших ледяных кристалликов и убрал во внутренний карман. Женщина сдула локон волос, выбившийся из-под шапки.

- У вас все хорошо? - участливо поинтересовалась она.

- Да-да, спасибо, - сухо поблагодарил Степан Ильич.

Фронтовику было немного стыдно своей старческой немощи. В 1944 сержант голыми руками победил троих фрицев. Даже лет тридцать назад скрутил бы этого мерзавца в бараний рог! Но что вы хотите? Идет десятый десяток! Конечно, сила в руках давно не та...

- Вы далеко собрались?

- В райсовет, - ответил Захаров.

- В райсовет? - удивилась спасительница. - А! В районную администрацию? Может, проводить вас?

- Нет, что вы, не надо, - смутился пенсионер.

- Да, ладно, бросьте это, тут недалеко...

Женщина, не слушая возражений, взяла старика под руку, и пошла вместе с ним к зданию, еще сталинской постройки, с белыми колоннами и высокими, узкими окнами.

Продолжение следует...

Пару лет назад я уже писал пару статей на тему познавательной юристометрии, это Как правильно составить расписку и Как взыскать долг.

Сегодня - продолжу, с простой, но сложной темой - срок исковой давности. Для краткости дальше буду писать просто СИД.

Что такое СИД и с чем его едят? Почти каждый знает, что СИД составляет 3 года. Это - правильная, но ошибочная точка зрения. 3 года - это общий СИД, в ряде случаев есть специальные СИД, например, в трудовых спорах, СИД по индивидуальному трудовому спору - 3 месяца, по увольнениям - 1 месяц, по выплате зарплаты - 1 год.

Многие возмущаются, что приставы взыскивают какой-нибудь долг уже 5 лет, явно беспределят, ведь СИД всего 3 года. Нет, это так не работает. Другие возмущаются, что банк подал в суд, по кредиту 10-летней давности, должник на суд не ходил потому что судья должна же знать про СИД, но все равно взыскала долг. Так это тоже не работает.

СИД - это период времени, в течение которого лицо должно обратиться в суд для защиты права. То есть с момента, когда банк обратился в суд (это упрощенно), СИД прекращает течение. И приставы могут взыскивать уже хоть до бесконечности.

Для чего нужен СИД? Для предотвращения злоупотребления правом. Например, какого-нибудь работника уволили с нарушениями, проходит почти 3 года, работник, уже бывший, пинает воздух, а потом решает вдруг обратиться в суд с требованием оплаты вынужденного прогула за все прошедшие 3 года.

В соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

А с какого момента считается срок исковой давности?

В соответствии с п. 1 ст. 200 К РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Начнем с простого. Что такое вот это вот "кто является надлежащим ответчиком"? Допустим, какой-нибудь танцор диско в состоянии опьянения устроил брейк-денс на крыше вашего автомобиля. Кто он - вы не знаете. Вы обратились в полицию, полиция внедрила агента под прикрытием в банду уличных танцоров диско, 5 лет собирала сведения о банде, выспрашивая, кто именно станцевал на вашей конкретной машине, и... и вот, 5 лет спустя, вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором установила, что танцевал именно Иванов И.И., но состава преступления нет, потому что понедельник. Согласен, ситуация фантастическая, дознаватель в отказе скорее всего напишет "панидельнек".

Вот этот момент, когда вы получили постановление с указанием конкретного лица, нарушившего ваше право, и есть момент, когда вы узнали, кто является надлежащим ответчиком. Но, чаще всего, ответчик известен в момент нарушения права.

А что такое этот таинственный "момент нарушения права"? Это момент, когда танцор станцевал на вашем авто. Или когда кто-то не вернул вам долг или иным образом нарушил обязательство.

Упрощенно - вы дали в долг другу, друг написал расписку "обязуюсь вернуть не позднее 1 января 2023 года". А друг оказался не друг и ничего никому не вернул. Моментом нарушения обязательства будет 00:00 2 января 2023 года, то есть день, следующий за днем, когда обязательство было нарушено.

А если в расписке указано "обязуюсь вернуть по первому требованию"? Тогда моментом нарушения права будет отказ исполнить обязательство после требования. Нет, если вы позвонили другу и по телефону рассказали ему, какой он нехороший человек - это не требование. Когда вы отправили другу письмо с требованием вернуть долг, допустим, в 10-дневный срок с даты получения письма - вот это требование. И моментом нарушения обязательства будет 11-й день с даты получения письма. Но, кажется, я про все это рассказывал ранее, так что не буду повторно останавливаться.

В соответствии с п. 1 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Это - к вопросу, почему судья самостоятельно не применяет СИД. Потому что СИД применяется ТОЛЬКО при заявлении ответчика! И никак иначе!

Здесь следует остановиться на наиболее распространенном случае, когда судья выносит судебный приказ по спорам с заведомо истекшим СИД. В приказном порядке СИД вообще не рассматривается! Рассматривается только сам факт наличия долга. Если должник не согласен - то может обратиться с заявлением об отмене судебного приказа.

И вот тут начинается... многие пишут в заявлениях от отмене приказа длинные портянки, что истек СИД и т.д. Нет! Для отмены судебного приказа достаточно факта несогласия с долгом! Мотивы несогласия никого не интересуют! Не согласен с долгом потому что панидельнек. И этого достаточно.

Обычно, когда кредитор выходит в суд, уже в исковом порядке, должники приходят на консультацию, я им объясняю, что нужно идти на заседание и заявлять о пропуске СИД. Должник вертит пальцем у виска - мол, зачем туда идти, если уже все написано в заявлении об отмене судебного приказа!

Вот вам неожиданное откровение: скорее всего, исковое заявление попадет вообще к другому судье. Сильно другому. Потому что судебный приказ выносит мировой судья, а исковое заявление, если сумма требований больше 50 000 р., будет рассматривать районный (городской) суд. И вот там, в материалах дела, этого вашего заявление об отмене судебного приказа, где вы писали поэму о пропуске СИД, вообще не будет! Максимум, что увидит судья - определение об отмене судебного приказа, где, если вы восстанавливали процессуальный срок, в лучшем случае будет мотивировано, почему мировой судья согласилась, что процессуальный срок пропущен по уважительной причине.

Отмечу, что с таким подходом должников - мол, все дураки, 3 года давно прошли, я даже в суд не пойду - дела с истекшим СИД не являются совсем безнадежными. Я удивлен, сколько граждан занимают такую позицию - 3 года миновали, бояться нечего, идите все лесом.

А какие есть основания восстановить СИД? Например, кредитор находился в длительной полярной экспедиции и физически не мог обратиться в суд. Или лежал в коме. Т.е. смог доказать, что не мог обратиться в суд по объективным причинам.

Дополнительно отмечу, что достаточно часто суды восстанавливают СИД по наследственным делам, если наследник в момент открытия наследства был несовершеннолетним.

Самый насущный вопрос - как пытаются восстановить СИД банки, МФО и коллекторы?

Чаще всего коллекторы перепродают друг другу долги, заявляя потом на голубом глазу, что договор цессии был заключен менее 3 лет назад, соответственно с этой даты, даты заключения договора цессии, и нужно считать СИД.

Нет, это не так. Переход права требования не прерывает течение СИД и не является основанием для отсчета СИД с новой даты. Это касается перехода права требования в результате реорганизации юр. лица, переуступки права требования, наследования. СИД течет с даты, когда первоначальный кредитор узнал о нарушении права.

Второй случай - когда, взыскав какую-то часть долга, хоть 1 рубль, кредитор заявляет, что должник, оплатив часть долга, признает долг, так что СИД следует считать с даты взыскания этого 1 рубля.

Нет, это тоже не так. Оплата части долга не свидетельствует о признании всего долга.

СИД прерывается совершением должником действий, направленных на признание долга! Например, коллекторы отправили вам претензию с требованием оплатить долг, вы отправили им ответ, в котором попросили рассрочку. Если попросили рассрочку - стало быть, признали долг! Или вам предложили "зафиксировать сумму" долга, подписав акт сверки. Подписали акт - признали долг. Поздравляю, теперь СИД течет с новой даты.

Но! Есть одно "но". Признание долга должно быть совершено только в период течения СИД, а не после СИД! Но, опять же, судья сам не применит СИД, об этом необходимо заявить в суде.

Еще один распространенный случай - повременные платежи. То есть выплаты по кредитам, оплата коммунальных услуг, аренды. Здесь для каждого платежа рассчитывается свой собственный, отдельный СИД.

Течение СИД прекращается с момента обращения в суд - тут все понятно. А обращение с заявлением о выдаче судебного приказа является обращением в суд? Является! А если кредитор успел получить судебный приказ на исходе СИД, а должник, посчитав себя самым умным, подождал, пока СИД точно истекут, и, восстановив процессуальный срок, отменил приказ?

В этом случае не истекшая часть СИД удлиняется на 6 месяцев с момента отмены судебного приказа.

Вот так, достаточно компактно, я рассказал основное про СИД. Подробнее описано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 22.06.2021) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", там тоже коротенько, всего 28 пунктов.

В следующих выпусках познавательной юристометрии я расскажу, как приготовить омлет, чтобы не нарваться на иск от курицы и как определить по лунному календарю благоприятное время для обращения в суд.

Еще одна история из моего сборника цикла "Байки из жизни", уже четвертого по счету - "Снова байки".

Судья - лицо неприкосновенное. Можно обжаловать постановление полиции, прокуратуры, ФСБ. Через вышестоящие органы. Или через суд. Решение суда тоже можно обжаловать, но уже только через вышестоящий суд. То есть обратиться к одному судье с просьбой проявить неуважение к другому судье. Перед решением суда даже генерал беспомощно разведет руками.

Это не означает, что судьи не берут взяток. Случается. Другой вопрос, что привлечь судью чрезвычайно сложно.

В первой половине 1990-х годов в ФСБ пришла информация, что один судья требует взятку за прекращение уголовного дела. У отца одного подсудимого.

Отца пригласили, провели разъяснительную беседу, склонили к сожительству. Тот согласился назвать место и время передачи и передать меченные купюры.

Дело за малым - утвердить план операции. Но вот тут и вышел затык. Когда вышестоящее начальство узнало, что брать собираются судью - никто не соглашался ставить подпись.

- Да вы что, шутите, что ли? В новейшей истории России еще ни одного судью не посадили!

Впрочем, с горем пополам, назвав судью "неустановленным лицом", план утвердили. Над операми, которые затеяли такое дело, все смеются:

- Судью? Посадить? Да хрен что у вас выйдет!

Даже поспорили на ящик коньяка. Хорошего. Французского.

Близился день передачи денег.

Операция проводилась в строжайшей секретность. Три четверти отдела не знали, куда направились опера. На улице - зима. Мороз в минус тридцать. Как будто судья знал, заранее выбирал день, посоветовавшись с синоптиками! Передача взятки назначена в загородном доме.

ФСБшники подошли к делу со всей серьезностью. Прибыли загодя, нашпиговали дом записывающей аппаратурой, насколько это было возможно на уровне технологий 1990-х годов, чтобы все прошло без сучка, без задоринки. Сами - ждут в засаде.

И вот судья, получив деньги, выходит. Посмотрел в одно окно, в другое - а там, снаружи, пурга. Вьюга. Все белым-бело, насколько это возможно черной-черной ночью.

Только вышел - тут его и стали брать. Трое налетели, а четвертый снимает на камеру.

- Я - су... - пытается представиться судья.

И сразу получает в морду. Попытался достать удостоверение из кармана - да где там! Двое висят на руках! А он - здоровый, зараза. Руки взяточнику заламывали минут пятнадцать, пытаясь завалить в снег и надеть браслеты.

- Я - су...

И на тебе снова в харю.

Ведь если он представится или достанет ксиву - все, пропало дело. Неприкосновенность!

- Я - су...

Держи еще раз!

И все это снимается на камеру. Видеозапись после послужила отличным доказательством того, что судья не представился и не продемонстрировал удостоверение.

Заломали, сковав руки за спиной, чтобы не смог достать ксиву, обыскали, умудрившись не найти документы, запротоколировали, привезли в местный райотдел.

- Да я - судья! - возмутился коррупционер.

- Ба! Мужик! А что ж ты раньше-то молчал? Нет, раз ты судья - то, конечно, иди на все четыре стороны.

Но материалы-то уже составлены!

В итоге, конечно, не сразу, ушло около полугода, но взяточник был лишен неприкосновенности, а еще через год занял лучшее место в тюремной камере.

А ФСБшники пили коньяк, выигранный в споре с другими ФСБшниками.

Такого столпотворения главная площадь небольшого провинциального городка не знала давно. Едва ли не все жители от мала до велика собрались, чтобы посмотреть, как святой отец совершит божий суд над служительницей Сатаны.

Стоит сказать, что подобное развлечение не было для них в новинку и даже успело уже немного приесться. Ведьм и колдунов сжигали здесь с завидной регулярностью, только на прошедшей неделе обратились в пепел двадцать девять осужденных.

Но сегодня на священном костре должна была сгореть необычная ведьма. Женщина разговаривала на каком-то непонятном языке, ее одежда выглядела очень странно, а в руках и ушах у нее находились странные предметы, непрестанно мигавшие разноцветными огоньками. И что самое главное – она появилась на глазах у десятков людей буквально из ниоткуда. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять – перед тобой ведьма.

По крайней мере, так рассуждали жители небольшого провинциального городка, которые лицезрели ее появление. Но вот с точки зрения Марты Вайланд, которую совершенно несправедливо обвинили в колдовстве и сношении с Дьяволом и приговорили к смерти, все выглядело совершенно иначе.

Стремительно набирающие популярность путешествия во времени вызвали неподдельный интерес у супругов Вайланд, и они, немного подкопив, сделали себе такой дорогой подарок по случаю годовщины их свадьбы. Решили отправиться в Англию 19 века. Но при перемещении что-то, видимо, пошло не так и Марта оказалась совсем не там, где ожидала.

Автоматический переводчик в ее ухе, настроенный на английский язык, никак не мог ей помочь. И даже если бы он перевел ее речь и дал понять, о чем говорят эти агрессивно настроенные люди, вряд ли бы Марта смогла доказать, что она никакая не ведьма.

И теперь, выплакав все слезы и охрипнув от криков о помощи, Марта стояла, привязанная к столбу и отрешенно ждала своей незавидной участи. Она проклинала тот день, когда согласилась на это злосчастное путешествие во времени, проклинала фирму «TimeIT», проклинала все на свете, однако поделать со своим положением ничего не могла.

Служитель господа произносил какую-то пламенную речь, люди что-то гневно выкрикивали и потрясали руками. Марту это нисколько не заботило, она просто хотела, чтобы ее мучения поскорее закончились.

- Сегодня твой хозяин не поможет тебе. Отправляйся в Ад, Вельзевулова шлюха!

Толпа неистовствовала в ожидании зрелища, и больше всех жаждали расправы над несчастной почему-то именно женщины. О том, что следующей на костре может оказаться одна из них, они просто не задумывались.

Священник, злорадно улыбаясь, нарочито медленно приближал руку с факелом к хворосту. В этот момент площадь озарилась ярким светом, послушался громкий хлопок, и с высоты нескольких метров упал огромный металлический монстр, раздавив своим многотонным весом нескольких несчастных, не успевших отбежать в сторону. Люди в панике бросились врассыпную.

Лобовое стекло машины времени (а именно ее принял средневековый люд за монстра) отъехало в сторону и Флориан, мужчина, сидевший за рулем, выпрыгнул наружу. Вытащив из кобуры лазерный пистолет, он сделал два выстрела. Один выбил факел из руки священника, другой сделал аккуратную дырку у него во лбу. Пришелец одобрительно покивал головой самому себе и бодрым шагом направился к помосту, где стояла, привязанная к столбу, Марта.

Он развязал женщину и, нисколько не обращая внимания на ее наготу, спросил:

- Сами идти в состоянии?

- Кто?.. Что?..

- Все вопросы будете задавать потом. Идти сами можете?

- Я… Да, да… могу.

- Отлично. Идем, и поживее, пока люди не вернулись.

Флориан, не церемонясь, схватил Марту за руку и потащил ее к машине. Пару раз у изможденной от пережитых потрясений женщины подкашивались ноги, но ее спаситель не давал ей упасть. Вскоре они уже были у транспортного средства.

Мужчина оказался прав. Толпа стала возвращаться, и настроена она была агрессивно. Люди вооружились факелами, вилами, косами, палками, а также несли в руках кресты и бутыли со святой водой.

Усадив Марту на заднее сидение, Флориан поспешил сесть за руль и закрыть лобовое стекло.

- Ну что, обратно в двадцать третий век? – спросил он.

Женщина лишь слабо кивнула.

В корпус машины полетели камни, однако они не причиняли ей ровным счетом никакого вреда. Люди держались на расстоянии нескольких метров, боясь подойти ближе. Флориан слышал их гневные выкрики и про себя ухмылялся. Он завел автомобиль. Мотор взревел, заставив толпу отступить на несколько шагов.

- Взлетаем.

Машина плавно набрала высоту и вскоре стала недосягаема для камней, которые особо смелые все еще продолжали кидать.

- Ну что ж… 3… 2…

На счет «один» машина времени исчезла из средневековья так же стремительно, как и появилась.

Возникнув из ниоткуда в небе над Мюнхеном, автомобиль компании «TimeIT» мягко приземлился на одну из взлетно-посадочных платформ.

- Добро пожаловать обратно, в наше время! – повернувшись к Марте, Флориан одарил ее самой своей лучезарной улыбкой.

- Я… Я засужу вас… Вы куда меня забросили? Вы хоть представляете, что мне пришлось пережить? – в один миг к женщине вернулся дар речи.

- Нет, не представляю. От лица компании приношу вам свои искренние извинения. Сбои иногда случаются, это неизбе…

- Знаете куда засуньте свои извинения?! Я очень жалею, что решилась на это гребаное путешествие, но ваша компания… она пожалеет еще больше…

- Не надо угрожать. В суд обращаться не рекомендую, потратите еще больше денег и нервов. Вы сами подписывали договор, а там черным по белому написано, что мы не несем никакой ответственности в том случае, если вы пострадаете или даже умрете в ходе путешествия во времени, а также, если вдруг по каким-то причинам вы окажетесь не в том времени. В этом случае мы обязуемся забрать вас оттуда и, если все еще будет желание, отправить вас снова в место назначения, указанное в договоре…

- Да чтобы я, да чтобы еще раз… Ну нет… - Марта перевела дух. – Ладно, ладно… Черт с вами! Просто скажите, где сейчас мой муж? С ним все хорошо?

Флориан нажал несколько кнопок на бортовом компьютере и удовлетворенно кивнул.

- Да, с ним полный порядок. Он находится в Англии, в 1854 году и… оу, даже не знаю, стоит ли вам говорить…

- Что? Что такое?

- Вы уверены, что хотите знать?

- Да скажите же!

- В данный момент он находится в обществе… кхе-кхе… двух куртизанок…

- Что вы сказали? Вот сволочь! Ну я ему устрою!

- Время его путешествия иссекает через три дня. Если ничего не случится, он вернется ровно в полдень девятнадцатого августа.

- О, его ждет безумно теплый прием! А теперь выпустите меня, я хочу домой.

- Вы пойдете вот так? На вас же нет одежды!

- Так дайте мне ее!

- Плед – это все, что я могу сейчас предложить. Укройтесь им пока, потом дойдите до ресепшена, уверен, там вам смогут помочь.

- Ну и сервис… Ладно, давайте его сюда.

Флориан протянул Марте большой флисовый плед, в который она тут же поспешила укутаться, и открыл лобовое стекло.

- До свидания! Если все-таки еще надумаете, приходите к нам. Ведь путешествие без границ только с «TimeIT».