— Когда можно приехать за номерами? —
небрежно спросил Фролов, позвонив по объявлению.
— Здравствуйте. За
номерами?.. Так я же машину продаю… — удивилась женщина-продавец.
— Ведро с гайками себе можете оставить, а мне номера нужны. Откуда они у вас такие, если не
секрет?
— Из ГАИ, когда оформляли, нам их там и
выдали… — не понимала сути вопроса женщина. — А вам зачем номера? Машина же на
ходу еще. Муж говорил: подварить, подкрасить, пыль с панели протереть и еще лет
пятнадцать можно ездить.
— Хорошо, — Фролов старался держаться
холодно и не выдавать переполняющую его радость,
— через час готов приехать забрать.
— Ой. Ну… ну приезжайте, я сейчас тогда
салон пропылесошу.
Фролов был тот еще щеголь: золотой
ребенок, пафосная молодежь. Брендовая одежда, брендовая техника, брендовые
девицы. Внимание и уважение для него являлось жизненной необходимостью — без этого он чах и терял самоуверенность. А тут такой
крутой автомобильный номер по цене прошлогоднего айфона. Нужно только доехать
до какой-то мухосрани. Хорошо, что в мире остались ограниченные идиоты.
Через час Фролов уже
стоял возле белых «жигулей» с ярко-красными полосками. На заднем стекле машины
прицелом выделялся крест, а на дверях — выцветшая
надпись: «Медицинская служба». Но главным здесь был хромированный бампер, гордо
держащий драгоценный номер «Т333ТТ».
— Муж всегда говорил, что ТТТ — это
тьфу-тьфу-тьфу, он после каждого вызова плевал
так через плечо, — с наивной улыбкой объясняла полненькая и вспотевшая от уборки салона хозяйка. — Он на этой машине двадцать лет фельдшером отработал у нас в
городе. За свой счет ее покупал, сам за рулем
ездил.
— Угу, угу, — без интереса кивал Фролов,
прикидывая, как бы ему поскорее оторвать благородные цифры и буквы от этой
скверны на колесах.
— Вы, кстати, молодой человек, можете и
сами на ней еще поработать. И клеить ничего не нужно, — женщина пальцем
придавила отошедший край буквы «ж» в слове «служба», но тот снова отлип.
— Спасибо, — рыгнул Фролов и отсчитал
наличку.
Через два дня на пункте
скупки металлолома от машины оторвали
двери с надписями, сняли стекла, вытащили все органы и еще живые сиденья, а
затем обескровленную и выпотрошенную «четверку»
без какого-либо уважения расчленил газовый резак.
Очищенный и обновленный номер теперь
красовался на новеньком кроссовере, подаренном Фролову родителями на окончание
института.
После оформления машины Фролов решил
сделать круг почета по городу, чтобы оповестить весь белый свет о своем
приобретении. Горячая кровь бодро циркулировала
по молодому организму, и правая нога Фролова работала как пресс, вдавливая
педаль газа в пол и заставляя стрелку спидометра быстро ползти вверх.
Красные сигналы светофоров, камеры,
пешеход, шагнувший на двухмерную зебру, — все
эти препятствия и возможные штрафы вызывали у водителя лишь скуку, и он
бессовестно игнорировал их. Но вот внезапное падение оборотов двигателя Фролов
игнорировать не мог. Машина не слушалась, на грубости и другие истерики
водителя не реагировала. Фролов давил на газ, словно пытался накачать надувной
матрас ножным насосом, но машина тормозила и вот-вот должна была остановиться. Свернув с
главной дороги, Фролов накатом добрался до каких-то гаражей, где машина
окончательно заглохла.
Фролов крутил ключом, снова ругался, затем вызвал по телефону эвакуатор и собирался
перемыть кости всему гарантийному отделу салона, где купил машину. Покинув
автомобиль, он обошел его, зачем-то попинал колеса и собирался зайти за гаражи,
чтобы немного растопить снег собственными жидкостями, как вдруг заметил возле
ворот одного из гаражей чье-то тело.
«Задолбали эти бичи», — подумал Фролов и отправился за гараж делать свои
грязные дела. Закончив, он снова взглянул на человека.
Судя по одежде и гладко выбритому лицу, а еще дорогому телефону,
лежащему рядом с мужчиной, это был никакой не бомж. Фролов подошел ближе и
заметил валяющийся рядом увесистый лом. Очевидный вывод напрашивался сам собой:
падение было делом рук коварной воды, но не огненной, как поначалу решил
Фролов, а замерзшей. Дядька явно расчищал вход в
гараж ото льда. Молодой человек попытался растолкать
мужчину, но тот никак не реагировал. Нащупав
пульс на скукожившейся от холода руке, Фролов достал из кармана телефон и
набрал номер скорой.
— Ожидайте бригаду, — сухим голосом
ответили ему по телефону и, дав какие-то вводные по первой помощи, попросили
дождаться врачей. Но у Фролова и так не было выбора.
«Вот мне делать-то больше не… И надо же было этому корыту сломаться!»
Пока не земле остывал человек, у Фролова
остывали его драгоценные понты.
Скорая не спешила, эвакуатор тоже; пострадавший не просыпался и менялся в цвете, как
неопытный хамелеон. Снег белый, а мужик — синий. Фролов начинал психовать.
С этими словами он открыл заднюю дверь
своей машины и, не скрывая брезгливости, вцепился в мужчину. Приподняв его,
молодой человек заметил красное пятно там, где только что лежала голова.
Впервые в жизни вскрыв автомобильную аптечку, Фролов достал бинт и,
периодически потирая свой текущий нос, сделал из мужчины Тутанхамона,
забинтовав ему половину головы и лица, а затем затащил на заднее сиденье,
обещая, что позже вышлет счет за химчистку.
Сев за руль, Фролов без какой-либо надежды
крутанул ключом. Машина рыкнула, загорелись приборы, задула холодным воздухом печка.
— Че за прикол? — спросил у Вселенной
водитель, но Вселенная промолчала в ответ.
Не желая больше тратить свое золотое
время, Фролов поехал к ближайшей больнице, надеясь как можно скорее вернуться
на свой воображаемый подиум.
Не без проблем и дополнительной ругани с
персоналом, Фролов сдал болезного в травмпункт и,
отменив скорую и эвакуатор, вернулся на главную дорогу. Включив погромче
музыку, чтобы выветрить из памяти неприятные события, он мчался вперед, плохо
подпевая голосам, льющимся из колонок. Не проехав и трех километров, водитель
снова почувствовал неладное. Руль не слушался, поворотники включались сами
собой, а тормоза, наоборот, не срабатывали. Машина шла юзом и игнорировала
дешевые Фроловские угрозы продать ее за бесценок.
Всё произошло быстро и на глазах самого
Фролова. Впереди, в трехстах метрах от светофора,
на котором его машина остановилась, произошла авария. В одной точке пешеходного
перехода сошлись две непредсказуемые стихии: таксист и курьер на
электровелосипеде. Оба нарушили правила: один не пропустил пешеходов, спеша на
заказ, другой тоже торопился на заказ и не
спешился при пересечении улицы.
Фролов попытался свернуть, чтобы не приближаться
к аварии, но машина знать ничего не хотела и
тащила его прямиком к месту происшествия, с которого уже скрылся таксист.
Курьер был жив и изнывал от боли. Его рука
была изогнута под прямым углом и напоминала ту самую букву, на которую
начинаются многие плохие слова и популярная болезнь желудка.
Машина Фролова заглохла в метре перед
потерпевшим.
Совершенно не понимая, что происходит,
Фролов тоже вспомнил много слов на ту самую букву и адресовал их своей машине,
дополнив прилагательным «китайское». А потом бросил еще пару слов в адрес
уехавшего таксиста.
Курьер смог сам встать, а значит, травм с
позвоночником у него, вероятно, не было, но от
срочной госпитализации человек бы точно не отказался. Машина Фролова
по-прежнему не заводилась. В голове парня возникла
пугающая теория.
—
Слышь, болезный, сядь-ка в машину, — обратился Фролов к курьеру.
Тот, кажется, намеревался отказаться, но Фролов
намекнул, что недалек тот час, когда болеть будут обе руки, и курьер
повиновался. Машина тут же завелась. Проклиная всё на свете, Фролов помчал в
сторону больницы.
— Вы наш новый водитель, что ли? —
спросила уже знакомая женщина в приемной.
— Тьфу-тьфу-тьфу, — сплюнул он в ответ и, поймав себя на страшной мысли,
выругался.
Фролов мчал как безбашенный «шашист»:
обгоняя, резко перестраиваясь и проскакивая перед трамваями. Он решил как можно
скорее добраться до дома и оставить свои понты для обитателей парковки,
надеясь, что завтра странная напасть его минует; но до завтра было еще далеко.
Фролов был готов в жизни ко многому: к
большим деньгам, большой любви, большой популярности и большим перспективам, но
вот к чему он не был готов, так это к тому, что придется принимать роды, а больше никого рядом для помощи не будет…
Фролов стоял на очередном светофоре, когда
пассажирская дверь его машины открылась и на заднее сиденье взобралась женщина,
готовая вот-вот явить миру нового человека.
— Вы кто? — спросил испуганно Фролов, не понимая, как вообще женщина смогла открыть заблокированную
дверь.
— Я заказывала до третьего роддома, —
обливаясь по́том, пыхтела женщина.
— Это не такси! — закричал Фролов, и
женщина закричала в ответ, но то был крик безысходности, а не злости.
— Да вашу ж налево! — выругался Фролов и ударил по газам.
Впервые его навыки хамского вождения
приносили пользу. Фролов нарушал все известные правила, а сзади готовилось
что-то страшное. К роддому он подъехал вовремя,
но столкнулся с самой непробиваемой, жестокой и принципиальной силой в мире —
оператором шлагбаума. Фролова не пропускали, а сзади уже появлялся новый
пассажир.
Роды прошли успешно. Подоспевшие к их
окончанию врачи предложили юному «акушеру» перерезать пуповину, но тот лишь
чудом не падал в обморок.
Через пару часов об этой истории уже знал
весь город, а экстремальную езду Фролова засняли более пятнадцати камер, и записи эти
транслировались по всему интернету. Штраф набежал приличный, Фролову даже
светила уголовная ответственность. Но когда про пафосного водителя рассказал
курьер и тот дядька, что потерял сознание, администрация города совместно с
ГИБДД решили пойти на компромисс. Герою-лихачу дали выбор: лишение прав и
условный срок или полгода работы водителем в скорой помощи за полноценную
оплату плюс стаж в трудовой книжке.
Фролов подумал, что скрутит проклятые номера и, отработав положенный
срок, вернется к своей привычной беспечной жизни, где за всё платят папа
с мамой. Но когда в новостях написали, что пассажирка-роженица назвала в его
честь сына, он изменил свое решение. Что-то в
его ветреной, набитой исключительно самодовольством голове щелкнуло. Фролову
понравилось быть героем. Впервые в жизни его уважали за дело, и это, черт возьми, было жутко приятно.
— У меня тогда тоже есть условие, — сказал
Фролов. — Я буду работать на своей машине.
Комментарии