Семья у нас была
небольшая, двое детей всего: я и старший брат. Но, однако, родители работали,
поэтому часто со мной оставался брат. Он на четыре года старше.
Методы
воспитания у брата были передовые. Не знаю, где он про них узнал. Может,
попугая у друга дома видел, а может сам такой был гениальный ребенок.
Вот, допустим,
мне месяца три или четыре. Может, конечно, уже полгода было, и я должна была
понимать, как себя положено вести в такой ситуации. А ситуация простая: я лежу
в кровати, не сплю, что характерно. А очень даже громко ору и мешаю брату
заниматься его детскими делами. А родители снова дома отсутствуют по какой-то
уважительной причине. Может, они на работе были, или в соседней комнате
ругались.
А тут я, ору и
нарушаю дисциплину. Неизвестно, предлагал ли мне брат заткнуться или сразу
приступил к эффективному подавлению звука. И вот он берёт носовой платок и кладёт
его мне на лицо. Говорят, я замолчала сразу. Как будто я не обезьяна, а попугай
по гороскопу. Я лежала тихо и даже не ворочалась. Может я, конечно, испугалась.
Или недоумевала. Но лежала тихо. А потом пришли родители, сняли с меня платок и
увидели обалдевшие глаза. Так мне рассказывали. Во всяком случае, я до сих пор
люблю спать, накрывшись с головой.
Иногда брат,
конечно, со мной играл, а не только тряпку на морду укладывал.
Но вообще-то я
бы не доверяла мужчинам особо в этом деле.
Вот отец. Чёрт
его знает, с чего это он решил со мной поиграть. А мне тогда было года полтора.
То есть ещё несколько недостаточно жизненного опыта, чтоб предвидеть
последствия своих поступков. Слегка недееспособная я была на тот момент. И вот
отец зачем-то учил меня падать головой в подушку. Да, это весело: сидишь, а
потом бах! Лбом в подушку.
Это было весело в
кровати.
А потом отец пошёл
на кухню. И я за ним. Потому что не наигралась и желала продолжить.
А жили мы тогда
в доме с печным отоплением. И в этот день на кухне стояло ведро с углём. Это
было единственное, до чего я могла с пола дотянуться. И я села около ведра,
позвала маму («Мама, смотри, как я могу») и со всего размаха упала лицом на
ведро с углём.
Кровищи было
много: я рассекла себе лоб ведром. Кровь, уголь, слёзы — мама, конечно, была в
шоке.
Но, между
прочим, всё закончилось более-менее благополучно: всего-то шрам на лбу остался
над левой бровью. Глаза и нос не пострадали: я не рассчитала и еле достала лбом
до края ведра.
Я не спорю,
вероятно, были какие-то ещё последствия этой игры. Точно неизвестно.
Но в моей семье это рассказывали как пример глупости маленьких детей. Меня конкретно. И у меня нет основания им не верить.
Комментарии