В догонку к посту

"Ешь растишку и данон - пися будет как бетон" - Д.К. Стетхем

...Огонь окружал медведя, словно стенами непреступной крепости, но внутри пламени бушевала не только жара, но и непередаваемое чувство, сродни тревоге и тёмному беспокойству. Он сидел, сжимая лапы, абстрагируясь от того, что было вокруг. В момент, когда огонь стал его единственным другом, его мысли метались, как перепуганные птицы в неволе.

«Как же я оказался здесь? Выключил утюг или нет...» — раздавалось в глубине разума. Образ бескрайних снежных полей и мрачного леса, которые он покинул, пронзали его память, теперь кажущиеся далекими, едва уловимыми. Он вспомнил свои беспокойные ночи, когда холод пронизывал до самого сердца, когда выживание стало его единственной целью.

Но сейчас, среди яркого пламени, в душе его сочетались и стыд, и непонимание. Пожирающий огонь напоминал красный закат, который прокрадывался в его берлогу, захватывая пространство, поглощая с собой всё на своём пути: свежие запахи, смешанные с корой деревьев, медовые ноты тающего снега.

И вот медведь задумался: «Это действительно конец? Или лишь мгновение? Что остаётся, когда уходит возможность ощутить солнце на своей шкуре? И почему нет зефирок?»

Внутри бушевала битва. Перед ним располагались грёзы о весне, о цветах и лугах, об оставшейся банке кильки в томате, там  - в берлоге, но и предельно ясное понимание, что тепло, которое он так жаждал, обернулось враждебной стихией.

Его шерсть ощутила каждую искру, мир вокруг ликует, а он — единственный, кто оказался в плену огня. С каждым горячим дыханием огня он понимал, что это — его путь. Миг смирения перед судьбой. Таков и больше никаков...

Последние мысли его превращались в шёпот юной весны: «Я не один - я ноль, мой дух не пельмень. Я — медведь, и даже тьма не может меня поглотить окончательно, ведь я в горящей машине».

И в тот миг, среди всех ужасов, он ощутил, что его сердце всё ещё стучит, пусть и в сердце пламени, ведя его в бесконечное ожидание новых горизонтов.