Оригинальное название рассказа: Олимпийск.
Автор: Марчелло Арджилли
Польдо было семнадцать лет. Родители его умерли, и он работал подручным в небольшой слесарной мастерской. Как все юноши в Олимпийске, он увлекался спортом, играя центром нападения в одной из бесчисленных городских команд. Тренировал команду пожилой парикмахер: в его возрасте и с его животом уже трудно было играть самому, но окончательно расставаться со спортом не хотелось.
Польдо слушался тренера, как если бы это был наставник сборной. Но несмотря на старание, Польдо нельзя было назвать хорошим игроком. Он не забивал голов, у него не было поклонников, и тренер никогда не говорил ему: «Молодец! Ты далеко пойдешь!»
Итак, днем Польдо работал, после работы спешил на стадион, а по вечерам сидел над учебниками, мечтая стать инженером, и пока что его история похожа на историю ста тысяч его сверстников, живущих в Олимпийске. Она становится необычайной лишь начиная с того дня, когда во время матча с другой юношеской командой он приметил на трибуне районного стадиона старушку в черном. Среди зрителей было немало женщин, да и пожилые болельщицы в Олимпийске не редкость, но именно старушка в черном из двадцати двух игроков на поле выбрала Польдо и не спускала с него глаз.
Смущенный вниманием этой загадочной почитательницы, всякий раз, когда мяч попадал к нему, Польдо смотрел в ее сторону, как бы говоря: «Видите? Я стараюсь… Я не виноват, что у меня ничего не получается». А у него и в самом деле ничего не получалось, так что и в этот день гола он не забил.
В раздевалке к нему подошел тренер:
– Слушай, Польдо, на тебя опять было стыдно смотреть. Если и в следующей игре ты ничего не покажешь, придется перевести тебя в запас. Мои клиенты совершенно правы: кто бы ни зашел в парикмахерскую, все говорят, что команде нужен настоящий центральный нападающий.
Со своим потрепанным чемоданчиком Польдо вышел со стадиона, низко опустив голову.
– Не огорчайся, – услышал он и, обернувшись, оказался лицом к лицу со старушкой в черном: она улыбалась, и от ее приветливой улыбки у него потеплело на душе.
– Вот увидишь, в следующее воскресенье ты будешь очень хорошо играть. Я верю в тебя и хочу сделать тебе подарок – на счастье.
Она протянула ему сверток, который до этого держала под мышкой.
– Только оставайся всегда таким же серьезным и прилежным, каким был до сих пор.
Женщина повернулась и пошла, ступая легко-легко, как будто была невесомой.
Развязав сверток, Польдо увидел чудесные бутсы, каких не было ни у кого, – удивительного фасона, черные, с белыми шнурками, легонькие и мягкие, точно лайковые перчатки. Шипы из эластичной кожи должны были пружинить, как резиновые. Да что там говорить – настоящие чемпионские бутсы!
Он тут же их примерил и убедился, что бутсы ему впору. Всю неделю он с грустью любовался подарком: какая жалость, что замечательные бутсы не появились у него раньше – до последнего разговора с тренером, пригрозившим вывести Польдо из основного состава!
В воскресенье в раздевалке товарищи по команде, увидев на нем обнову, назвали Польдо пижоном. А тренер-парикмахер сказал:
– Выбросить на ветер такие деньги, особенно теперь!
Ясно, что он больше не верил в своего центрального нападающего. Выйдя из раздевалки, Польдо первым делом посмотрел на трибуну: старушка в черном сидела там же, где и в прошлое воскресенье.
Прозвучал судейский свисток, и от плохого настроения Польдо не осталось и следа. Ему казалось, что он не бегает, а летает, никогда еще он не чувствовал себя таким ловким, никогда не был в такой замечательной форме. Бутсы не ударяли по мячу, а как бы ласкали его, придавая нужную скорость и траекторию. Каждый пас отличался миллиметровой точностью.
– Молодец, Польдо! Давно бы так! – послышалось на трибунах. В Олимпийске нет человека, который не разбирался бы в футболе. Зрители оценили ювелирную технику Польдо и его неожиданно быстрые рывки по центру: – Давай, Польдо! Покажи, на что ты способен! Шай-бу, шай-бу!
Ему аплодировали впервые в жизни, и поддержка зрителей вдохнула в него уверенность. Это было удивительное открытие: он шутя освобождался от опеки противников. Стоило ему решить: «Бью в правый угол», как мяч летел в задуманном направлении. Вратарю удалось отразить несколько сильнейших ударов, но на большее он оказался не способен, пропустив один гол, второй, третий…
Зрители были в восторге:
– Вот это игра! Здорово! Еще штуку!
И Польдо, воодушевленный трибунами, играл все лучше и лучше.
«А теперь – низом в левый угол», – решал он, и вратарь снова запаздывал с прыжком: мяч влетал в левый нижний угол ворот.
Болельщики ликовали, но Польдо смотрел лишь на старушку, которая каждый забитый им гол встречала улыбкой и негромко хлопала в ладоши. «Ее бутсы и правда принесли мне счастье», – думал герой матча и ждал конца игры, чтобы от всей души поблагодарить добрую женщину.
Команда Польдо выиграла со счетом 7:0, причем все мячи были забиты центром нападения. Зрители высыпали на поле – качать Польдо. А у входа в раздевалку счастливого футболиста ждал хорошо одетый господин, который положил ему руку на плечо и сказал:
– Я уже обо всем договорился. В следующее воскресенье ты будешь играть в моей команде. В «Люксе».
В команде, возглавляющей турнирную таблицу в высшей лиге! Да о таком везении в семнадцать лет ни один футболист и мечтать не смеет! Польдо подумал о старушке в черном. Неблагодарный, он чуть не забыл о ней! Он бросился на трибуну, потом к выходу, но добрая женщина как в воду канула.
– А я так хотел сказать ей спасибо, – вздохнул он. – Ее бутсы принесли мне счастье… И какое счастье – играть в «Люксе»!
Польдо уже видел себя в красно – зеленой футболке самой знаменитой команды Олимпийска. Через семь дней на глазах у ста тысяч зрителей он выйдет в этой футболке на поле Центрального стадиона!
«Ай да я! Настоящий игрок экстра-класса, – подумал он. – Парикмахер ни черта не понимает…»
Месяц спустя Польдо, центр нападения, забивающий в каждом матче по четыре-пять голов, был уже самым знаменитым футболистом в Олимпийске: о нем писали все газеты, его показывали по телевизору, руководители других команд предлагали за него «Люксу» сотни миллионов. Польдо переехал в огромную квартиру, купил дорогую машину – красную с зеленым – и заказал несколько дюжин костюмов лучшему в городе портному. Денег он не жалел: сколько получал, столько и тратил. Лишь одна вещь была ему дорога – старушкины бутсы, которые Польдо берег как зеницу ока. Правда, о самой старушке он, оказавшись на вершине славы, забыл, как забыл и об учебниках, пылившихся теперь на шкафу. Вскоре он начал пропускать тренировки.
– Это не дело, – ворчал тренер. – Каждый игрок должен поддерживать спортивную форму. И ты в том числе.
– А я не такой игрок, как все, – огрызался Польдо. – Я мастер экстра-класса. Благодаря мне команда выигрывает игру за игрой, так что плевал я на ваши тренировки.
И тренер оставил его в покое – ведь каждое воскресенье на трибунах яблоку негде было упасть, и любимец болельщиков Польдо забивал голы один красивее другого.
На поле центральный нападающий «Люкса» не ведал усталости. Его ноги в черных мягких бутсах поспевали к каждому мячу, то посылая его со скоростью пушечного ядра, то укрощая бархатным прикосновением фокусника. Защитники, полузащита, вратари были уверены, что сходят с ума: они ничего не видели, кроме этих чертовых бутс, настигающих мяч повсюду, наносящих удары, делающих обманные движения, неудержимо мелькающих над зеленым покровом поля.
– Польдо, еще штуку! – требовали зрители.
И если у Польдо было хорошее настроение, он забивал очередной гол – по заказу.
С годами слава его росла. Олимпийск, город чемпионов, никогда еще не знал такого выдающегося мастера кожаного мяча. Всем хотелось посмотреть на него, и в конце концов властям пришлось установить для болельщиков график посещения стадиона.
Давным-давно забыв о старушке в черном, Польдо не забыл, чем он обязан ее бутсам. После каждой игры он тщательно снимал с них пыль бархоткой, чистил самым дорогим кремом и купленными за бешеные деньги щетками. Но вот в одно из воскресений, после игры, в которой он шесть раз заставлял вратаря соперников доставать мяч из сетки ворот, Польдо заметил на одной бутсе дырочку. Вернее, не дырочку, а разошедшийся шов, и все равно Польдо меньше бы огорчился, если бы у него нашли неизлечимую болезнь.
Он бросился к лучшему в городе сапожнику и пообещал озолотить его, если после ремонта бутса станет как новенькая. Искусный сапожник превзошел самого себя. Польдо остался доволен починкой, но с тех пор после каждой игры с беспокойством осматривал бутсы, боясь обнаружить на них новую дырочку. Это занятие превратилось для него в мучительную пытку: несмотря на тщательный уход, бутсы ветшали от матча к матчу. Вот уже десять лет, как он играл в них, и неудивительно, что кожа покрывалась все новыми трещинками, шипы стачивались, швы все чаще расползались.
– Тут уже чинить нечего, – разводили руками сапожники. – Кожа насквозь светится. Купили бы новые бутсы и горя бы не знали.
Но у Польдо была своя голова на плечах. Во что бы ни обошлась починка старушкиных бутс, он не станет играть в других! Благодаря искусным сапожникам бутсы прослужили ему еще два года, но теперь на них больно было смотреть.
Тем временем Польдо почувствовал, что его знаменитые рывки по центру стали куда медленнее, а удары слабее. С некоторых пор он забивал от силы по два-три гола за игру.
«Неужели все дело в бутсах? – недоумевал он. – Пока они были новые, я играл как бог».
Не доверяя больше сапожникам, Польдо решил, что бутсы лучше чинить самому. Он бился над ними ночи напролет, он купил лучшие учебники сапожного дела. Ничто не помогало: швы расползались, и в любую минуту бутсы могли свалиться с ноги. Чтобы этого не случилось, Польдо пришлось завести дополнительные шнурки.
Голы он все еще забивал, но уже не такие блестящие, как раньше. Мнение болельщиков и газет было неутешительным:
«Он великий футболист, но его золотые времена позади».
Польдо приходит в ярость:
– Они еще увидят, на что я способен! Мне бы только новую пару бутс, и я всех удивлю.
Он спрашивал в магазинах, на фабриках, в мастерских, однако бутсы, которые ему показывали, были, что называется, без изюминки и не имели ничего общего со старушкиным подарком.
Теперь уже старые бутсы держались на ногах лишь благодаря дополнительным подвязкам, напоминая обувь отшельника, прожившего тридцать лет на необитаемом острове. И все же о том, чтобы выбросить их, не могло быть и речи: это было бы все равно что выбросить собственное счастье.
Но вот в одно из воскресений, возвращаясь в раздевалку, он почувствовал, что идет босиком. И действительно, бутс на Польдо не было: за ним волочились лишь два хвоста шнурков и подвязок да несколько клоков истлевшей кожи. Никакое чудо не могло вернуть этой рвани былую форму.
Неужели конец? Ему хотелось выть от бешенства и отчаяния, но он быстро пришел в себя.
«Предрассудки! – И он в сердцах швырнул в печку все, что осталось от счастливых бутс. – С какой стати я должен играть хуже прежнего!»
Не теряя времени, Польдо побежал в магазин и купил бутсы лучшей модели – добрую дюжину пар. Когда же он вышел через несколько дней на футбольное поле, у него было такое ощущение, будто на ногах свинцовые колодки.
– Это мне только кажется, – утешал он себя. – С непривычки. Все будет хорошо.
Но стоило ему вступить в игру, и он похолодел: мяч, описав непонятную дугу, приземлился в ногах у соперника. Впервые за всю свою удивительную карьеру центральный нападающий «Люкса» дал неправильный пас. Над переполненными трибунами пронеслось удивленное «Ох!».
«Нервы шалят. Нужно взять себя в руки, – подумал Польдо. – Кто не ошибается? Главное – исправиться: сейчас я отберу мяч у того полузащитника и пробью по воротам. Это будет красавец, а не гол!»
Увы! Польдо не только не догнал соперника, но вынужден был остановиться, почувствовав, что задыхается. Вот тебе и на! Не успел он удивиться, как кто-то из товарищей по команде, завладев мячом, направил его своему центру нападения. Польдо славился умелой остановкой мяча. Он поднял ногу, но мяч, вместо того чтобы мягко опуститься рядом, отлетел к противнику.
На трибунах свистели.
«Это все из-за новых бутс, черт бы их побрал! – мысленно оправдывался он. – В старых ноги так не болели».
Он бросился в раздевалку, чтобы надеть другую пару, однако и это не помогло. Всякий раз, как мяч попадал к нему, Польдо терял его. Десятилетний мальчишка и тот не играл бы хуже.
– Мазила! – возмущались болельщики.
Польдо готов был провалиться сквозь землю: «Проклятые бутсы! И эта пара такая же дрянь!»
Он снова сбегал в раздевалку и переобулся, но игра у него по-прежнему не клеилась. Больно было смотреть на знаменитого футболиста, который допускал одну ошибку за другой и каждую минуту куда-то убегал под оглушительный свист трибун.
Это было первое поражение «Люкса», и огорченных болельщиков можно было понять. Когда центральный нападающий проигравшей команды, низко опустив голову, покидал поле, в него бросали не только гнилые помидоры, но даже бутылки из-под кока-колы.
В раздевалке Польдо без сил опустился на скамейку. Он с трудом дышал, в глазах было темно. Ему казалось, что на ногах у него не бутсы, а орудия пытки. Тренер рвал и метал:
– Зазнайка! Воображала! Вот что значит не ходить на тренировки! С такой игрой тебе не место в моей команде!
– Прошу вас, – взмолился Польдо, заикаясь от усталости и стыда, – позвольте мне сыграть еще один матч! Вот увидите, я забью не меньше пяти голов. Я исправлюсь.
Но он не исправился. Во время следующей игры потребовалось вмешательство полиции, чтобы защитить его от разъяренных болельщиков.
– На мыло! – надрывались они, целясь в Польдо бутылками. – Уберите этого мазилу! Он позорит наш город!
Изгнанный из «Люкса», Польдо попытался было устроиться в команду послабее, но из этого ничего не вышло. Оставались команды второй лиги, но и там, после пятиминутного экзамена, он получал от ворот поворот: он до того беспомощно выглядел на поле, как будто никогда раньше не видел футбольного мяча.
Польдо остался без гроша, ведь все, что ему платили в «Люксе», он тратил. Пришлось продать автомобиль, переехать из дорогой квартиры в захудалый пансион. Тем не менее Польдо не падал духом. Не может быть, чтобы он, лучший футболист Олимпийска, превратился в ноль без палочки! Он снова войдет в форму и убедит какого-нибудь тренера взять его в команду…
Однажды ночью, ворочаясь без сна, он вдруг подумал о старушке с маленького районного стадиона. Годами он не вспоминал о ней, и вот теперь она возникла перед ним, словно видение, – маленькая, худенькая, в черном платье, и он услышал:
«Я верю в тебя и хочу сделать тебе подарок – на счастье».
Он сел на кровати:
«Вы одна можете меня спасти! Ваши бутсы принесли мне удачу. Дайте мне еще одну пару – и о Польдо снова все заговорят».
Но даже если допустить, что старушка еще жива, где ее искать? Только на стадионе, на котором они когда-то встретились.
Назавтра было воскресенье, и, в надежде, что старушка по-прежнему любит футбол и не пропускает ни одного матча, Польдо отправился на стадион. Билет купить ему было не на что, и он стал у входа, внимательно вглядываясь в толпу болельщиков. Никто его не узнавал, да и кто мог узнать знаменитого когда-то центра нападения из «Люкса» в этом бедно одетом человеке!
К стадиону уже бежали опаздывающие, а старушки все не было.
«Дурацкая затея», – подумал Польдо… и увидел старушку.
У нее была все та же удивительно легкая походка, а ведь с того дня, когда она подарила ему бутсы, прошло тринадцать лет! И на этот раз на ней было черное платье, а под мышкой она держала сверток.
– Синьора, умоляю вас, помогите мне! Как, вы меня не узнаете? Я – Польдо, знаменитый центр нападения из «Люкса».
Старушка смотрела на него так, словно впервые слышала это имя.
– Помните, вы подарили мне бутсы? Они оказались счастливыми, и я вас очень прошу – подарите мне еще одну пару.
– Твои бутсы были похожи на эти? – Старушка развернула сверток, и глазам Польдо предстали знакомые бутсы – удивительного фасона, черные, с белыми шнурками, легонькие и мягкие, точно лайковые перчатки. Шипы из эластичной кожи должны были пружинить как резиновые.
– Точная копия! – воскликнул он и протянул руки: наконец-то у него снова будут волшебные бутсы! Однако старушка покачала головой.
– Свою пару ты уже получил, – сказала она. – Эти бутсы как молодость. Разве молодость возвращается? Нет. Поэтому нельзя тратить ее впустую. Ты же забросил учебу, перестал тренироваться…
Откуда она могла все это знать? Польдо смотрел на нее, ошеломленный.
– Эти бутсы, – продолжала старушка, – для другого юноши. Он такой же, каким когда-то был ты: скромный, прилежный, влюбленный в спорт и в учебу. И я хочу помочь ему, как помогла однажды тебе.
– Я исправлюсь, – уговаривал Польдо. – Я возьму себя в руки, буду ходить на тренировки, учиться, только помогите мне.
– Один раз я уже помогла тебе. И что из этого вышло? В семнадцать лет ты был подмастерьем в слесарной мастерской, сейчас тебе тридцать, а ты по-прежнему годишься лишь в подмастерья. И винить в этом тебе некого, кроме себя самого.
Старушка смотрела на него осуждающе. Все, что она сказала, было чистой правдой. Не заботясь о будущем, он, вместо того чтобы учиться, растратил лучшие годы жизни на развлечения. Кем он был теперь – великий Польдо? Конченым игроком, нулем без палочки. Со стадиона до них донесся свисток судьи. Игра началась.
– Мне пора, – заторопилась старушка. – Прощай, Польдо.
Она снова сунула сверток с бутсами под мышку и своим легким шагом прошла на стадион.
Проводив ее взглядом, Польдо повернулся и пошел в другую сторону. Он больше не обольщался, он знал, куда приведет его эта дорога – в слесарную мастерскую. Иного выбора у него не было. Он шел понурившись, а у него за спиной, на стадионе, болельщики восторженно приветствовали новое светило Олимпийска – футболиста в волшебных бутсах.
Пра́во мёртвой руки́ (лат. manus mortua — мёртвая рука), норма феодального права, существовавшая в Средние века в странах Западной и Центральной Европы.

Согласно «Праву мёртвой руки» феодал имел право изъять после смерти крестьянина часть его имущества (обычно — лучшую голову скота, лучшую одежду) или её стоимость в деньгах.
Это право основывалось на личной зависимости крестьян и до XI века в той или иной форме распространялось на всех лично зависимых крестьян. Право мёртвой руки было одной из многочисленных привилегий, которыми обладал господствующий класс в эпоху феодализма.

Отобрание части наследства вызывало недовольство среди крестьян и нередко приводило к волнениям. В Чехии во второй половине XIV века эти волнения приняли характер открытых выступлений крестьянства против феодалов и прежде всего против духовных феодалов, так как на землях, принадлежавших церквям и монастырям, присвоение имущества умерших крестьян практиковалось особенно часто. Опасаясь восстаний крестьянства, феодалы с конца XIV века несколько ограничили присвоение крестьянского наследства. В 1386 году распоряжением пражского архиепископа право мёртвой руки было отменено в отдельных владениях архиепископства.

В некоторых странах «Право мёртвой руки» стало постепенно отмирать начиная уже с XII века в связи с личным освобождением крестьян. В качестве редкого пережитка крепостного состояния (т. н. «серважа») оно сохранялось в отдельных районах Европы вплоть до XVIII века (например, для французских менмортаблей в Берри, Оверни, Бурбонне, Ниверне и Бургундии). Менмортабли в значительной мере были ограничены во владельческих правах, свободе брака, праве выступать в суде, платили произвольно устанавливаемую талью. При отсутствии наследников мужского пола часть движимого имущества и земельный надел менмортаблей переходили к сеньору — право мертвой руки, отсюда название менмортаблей. Но зависимость менмортаблей сохранялась до тех пор, пока они держали свои наделы. Отказавшись от земли, менмортабли приобретали свободу.

На Руси «Право мёртвой руки» не получило распространения. Например, статья 90 Пространной Редакции Русской Правды гласила: «Если смерд умрёт, то наследство князю; если будут дочери у него, то дать им приданое». Некоторые исследователи трактуют её в том смысле, что после смерти смерда его имущество переходило целиком к князю, и значит он человек «мертвой руки», то есть не способный передавать наследство. Однако дальнейшие статьи разъясняют ситуацию — речь идет о выморочном наследстве, то есть о тех случаях, когда смерд умирал, не оставив сыновей. Отстранение женщин от наследства таким образом было свойственно на определенном этапе всем народам Европы.

Амортизация (средневек. amortisatio или amorticatio, то есть убиение, погашение) — юридический термин, означающий приобретение монастырем, церковью или каким-либо духовным учреждением земли или другого недвижимого имущества. При созданных каноническим правом затруднениях отчуждать церковные имущества церковь могла участвовать в промышленном обороте лишь односторонне, то есть лишь приобретением, почему имущество, поступившее во владение церкви, являлось изъятым из обыкновенного оборота, как будто уничтоженным, погашенным для него; отсюда о таком имуществе стали говорить, что оно поступило в «мертвую руку» (en main morte, ins todte Hand). Уже в Средние века экономический инстинкт привел к сознанию тех опасностей, которыми грозила система, обессиливавшая гражданский оборот изъятием из обращения столь важного объекта и постепенно приводившая все недвижимые имущества в собственность церкви, а мирян в подчиненные и обязательные к ней отношения, обратив их в безземельных арендаторов, кормящихся милостынею духовенства. Ввиду этого уже в Средние века на приобретение земельных участков в мертвую руку требовалось особое разрешение правительства. По временам (в средневековой франкской монархии, а в новейшее время в Итальянском королевстве) прибегали к секуляризации церковных земель, то есть к изъятию их из владения церкви и возвращению в гражданский оборот. Ненависть против духовного землевладения особенно проявилась при Реформации, принятие которой везде сопровождалось секуляризацией. С тех пор выработалось общее основное положение, что недвижимые имущества могут быть приобретаемы церковью и благотворительными учреждениями не иначе как по усмотрению и с разрешения светской правительственной власти. В тех же государствах, где не было введено и установлено это благоразумное ограничение, как, напр., в Испании, чрезмерное распространение мертвой руки отразилось сильным экономическим упадком страны, который окончательно и привел ее к сознанию неопровержимого культурного значения секуляризации.

И так. Речь пойдёт об амортизаторе для... жёсткого диска. Если Вы думаете, что век HDD прошёл, должен огорчить. Это до сих пор дешёвый и более надёжный носитель инфы, нежели SSD и пр. "микросхемки". Более того, погибают они не моментально, а долго и упорно, т.е. пользователь успевает спасти инфу, а подыхающий отправить либо "на магнитики", либо в качестве гигантской флешки для "хоум-видео"
Более того они продаются до сих пор:

А что же он делает в компе? А сразу две весчи.
Первая, HDD - это механика, и она шумит. Если жёстко закрепить его на дешманский китай-корпус из "фольги", то шум будет уже знатный, т.к. сам корпус начнёт вибрировать. Ну это фиг с ним, в большинстве случаев под шумом вентиляторов этого уже не услышать.
А вот второй случай намного суръёзнее... Это удар по корпусу системного блока. Если в выключенном состоянии "венику" практически пофиг на удары (я имею ввиду обычные, бытовые, а не с третьего этажа на стальную плиту) потому как "головы" находятся на "парковке" и надёжно закреплены, то в момент разгона, останова, чуть реже в рабочем состоянии, даже маленький, случайный ударчик по корпусу может стать для "винчестера" последним. Прецедент был - вставал за пивом, чуточку коснулся системника и "тыгыдым" головок услышал... Слава богу это оказался не системный винчестер, но матюгальник мой сработал на полную...
Так что вот енти резиночки, представленные на фото выше (синие такие) и гасят как мелкие удары, так и вибрацию самого HDD.
З.Ы. Хотя кому я рассказываю, про эти фишки только молодёжь не знает, а кто постарше давно уже в курсе...
Основная фишка этого телескопа, что он смотрит в инфракрасном диапазоне, благодаря этому может видеть объекты через газопылевые облака. И вот НАСА выложила новую обработанную фотку галактики NGC 5134, которая тусуется на расстоянии 65 миллионов световых лет от нас.

А вот так 20 февраля 2026 года сфоткал её телескоп Уэбба (да, выложили сейчас, т.к. данные обработать надо было)

Так что у астрономов появилась ешё туева хуча инфы, которую надо проанализировать. Одним словом скучать им телескоп не даёт...
Научное название его Ulomoides dermestoides из клана Сопрано Чернотелок. Вроде жук как жук:

Но, этот "Уломоид" по паспорту имеет толпу кликух вроде "китайский жук", "китайский долгоносик", "арахисовый жук", "раковый жук", "жук с астмой", "жук-знахарь" (последнее из-за того, что китайцы считали его лечебным). Хоть он родом из Азии, но именно "лекарственным" свойствам распространился по всему миру. На самом деле хиноны в его организме вполне себе противовоспалительное средство, но дозировка должна быть строгой, к тому же они давно синтезируются фармацевтами. Жуков можно оставить в покое...
Но ещё удивительнее оказались личинки ентого жука. Они не только спокойно, но и с удовольствием жрут полистирол, что позволяет использовать их в качестве утилизатора этого пластика, который обычно разлагается тысячелетие. Именно ими и заинтересовались учёные мужи из Института проблем экологии и эволюции им А.Н. Северцова РАН. Провели исследования и получили интересные данные, благодаря ротовому аппарату они прекрасно жрут вспененный полистирол, грубо говоря пенопласт.

Единственное что не могут личиныши - переваривать его, но перемалывают до уровня микропластика и спокойно высир выводят его вместе с экскрементами. Более того, ихним организмам вообще до лампочки на его присутствие - никакого воздействия на них он не оказывает.
Nina Hagen - Катарина "Нина" Хаген - немецкая певица, автор песен и актриса. Она известна своим театральным вокалом и тем, что стала популярной во времена панка и Новой немецкой волны в конце 1970-х - начале 1980-х годов. Известна как "крестная мать немецкого панка".
Нина Хаген обладает редким голосовым диапазоном в четыре октавы, позволяющим ей исполнять партии также и в очень низком регистре, вплоть до соль большой октавы, характерного для баритона.

Дочь сценариста и журналиста Ханса Хагена и актрисы Евы-Марии Хаген. Её дед по отцовской линии погиб в концлагере Заксенхаузен.
Родилась в Восточном Берлине 11 марта 1955 года, мечтала стать актрисой в ГДР, но провалилась на вступительных экзаменах в актёрскую школу в 1972 году. В 1970-х годах пела в разных коллективах (в том числе в Польше). Получила известность в ГДР как участница группы "Automobil".
Ее родители развелись, когда ей было два года. В детстве она редко виделась с отцом. В четыре года она начала заниматься балетом, а к девяти годам уже считалась оперной вундеркиндом. Когда Хаген было 11 лет, ее мать состояла в отношениях с Вольфом Бирманном, бунтующим против истеблишмента автором-исполнителем. Политические взгляды Бирманна впоследствии повлияли на юную Хаген. Когда Бирманну отказали в разрешении пересечь границу и вернуться на родину, в ГДР, Хаген подала заявление на выезд из страны. В нем она утверждала, что является биологической дочерью Бирманна, и угрожала стать "новой" Вольфом Бирманном, если ей не разрешат воссоединиться с отцом. Всего через четыре дня ее просьба была удовлетворена, и она поселилась в Гамбурге, где подписала контракт с лейблом CBS. Лейбл посоветовал ей адаптироваться к западной культуре с помощью путешествий, и она приехала в Лондон в разгар движения панк-рок.

В Лондоне она c познакомилась с "Sex Pistols" и "The Slits". Последняя группа на Хаген повлияла особенно: это был причудливый панк с ломаными ритмами, сочетающий грувы фанка и даба с криками и безумными гитарными вставками. В более поздних интервью Хаген уже была на рада, что ее ассоциируют с панк-движением: "Я не панк. Меня постоянно помещают в эти рамки, но я в них не вписываюсь. Вообще я хочу, чтобы меня поставили в один ряд с Бертольтом Брехтом и Куртом Вайлем".

Вернувшись в Западную Германию, к середине 1977 года Хаген создала группу "Nina Hagen Band", выпустила два альбома и группа распалась.
Тем временем публичный образ Хаген вызывал все больший резонанс в СМИ. Она прославилась после участия в австрийском вечернем ток-шоу "Club" 29 августа 1979 года, где она затронула тему молодежной культуры, продемонстрировав (в одежде, но без стеснения) различные позы для мастурбации и вступив в жаркий спор с другими участниками, в частности с писателем и журналистом Гумбертом Финком. Ведущий ток-шоу Дитер Зеефранц был вынужден уйти в отставку из-за разгоревшегося скандала.

В 1980-х годах Нина Хаген заинтересовалась духовностью и религиями, а также защитой прав животных. Это отразилось на всём её последующем творчестве. В 1980 году, после неудачно начавшегося второго тура по Европе, Нина Хаген принимает решение переехать в Нью-Йорк, где продолжает упорно добиваться своей цели - популярности. Далее последовал переезд в Лос-Анджелес. С 1981 года её творчество стало ещё более специфическим по звучанию и смысловой нагрузке.

Нина Хаген гастролирует по всему миру - Европа, Северная и Южная Америка, Япония, Израиль, Москва. Выпустила 20 альбомов, снималась в документальных и игровых фильмах, озвучивала кино и мультфильмы, выпускала каверы популярных песен.
Была шесть раз замужем, родила дочку Косму Шиву Хаген и сына Отиса Шевалье-Хаген и с 2009 года придерживается целибата (безбрачие).

Творчество Нины Хаген оказало огромное влияние на мировую культуру.
Энтони Кидис из Red Hot Chili Peppers, с которым они работали над треком "Nina 4 President", называл Нину "особенной, просветленной, божественной, любящей, искренней, оригинальной, творческой, талантливой, сексуальной, материнской, находящейся на ином уровне, чем большинство людей в мире". Сама о себе Нина говорит так: "Мне не нужно пытаться быть возмутительной - я и так возмутительная. А если вам не хватило эпитетов для Нины - можете придумать свой. Скорее всего, он ей тоже подойдет.

Этот снимок был сделан 3 октября 2018 года немецко-французским посадочным модулем MASCOT (Mobile Asteroid Surface Scout) во время его "падения" на поверхность 900-метрового астероида Рюгу в рамках миссии Японского агентства аэрокосмических исследований (JAXA) "Хаябуса-2". На изображении запечатлен момент, когда MASCOT находился всего в нескольких метрах от астероида.

MASCOT отделился, когда "Хаябуса-2" находился на высоте около 50 метров от астероида, начав спуск, который занял 20 минут. Всего модуль передал 20 снимков, показав детали грубой, усеянной валунами поверхности астероида. Они стали важными ориентирами для основного зонда при сборе образцов, которые 5 декабря 2020 года были доставлены на Землю. Их анализ выявил органические молекулы и воду, ставшие дополнительным подтверждением гипотезы о ключевой роли астероидов в зарождении жизни на Земле.
После успешной посадки MASCOT проработал на Рюгу 17 часов и 7 минут — немного дольше запланированных 16 часов. За это время модуль дважды менял свою позицию с помощью внутреннего маятникового механизма и провел научные измерения в четырех различных точках. Полученные данные позволили установить, что Рюгу — это груда слипшихся обломков, которые сформировались в результате разрушения более крупного небесного тела.
Интересный факт: в образцах грунта были обнаружены "досолнечные зерна" — вещество, сформировавшееся задолго до рождения Солнечной системы. Наша планетарная система буквально соткана из обломков чужих миров.
Перед вами часть Долины Маринера (лат. Valles Marineris), крупнейшей системы каньонов в Солнечной системе, запечатленная китайским орбитальным аппаратом "Тяньвэнь-1" в начале 2022 года. Изображение было получено с высоты в 762 километра в рамках полного картографирования поверхности планеты.

Долины Маринера простираются более чем на 4 000 километров — почти четверть окружности Красной планеты — и достигают глубины около 11 километров. Для сравнения: Большой каньон в США в 10 раз короче и почти в 5 раз мельче. Если бы эта структура находилась на Земле, то она протянулась бы от Москвы до Ташкента.
Считается, что формирование Долин Маринера началось миллиарды лет назад как тектонический разлом, связанный с образованием вулканического плато Фарсида (огромное вулканическое нагорье к западу от долин Маринера, где расположены четыре гигантских потухших вулкана, включая Олимп). Затем в игру вступила эрозия — водная и ветровая, — которая углубила и расширила первоначальный разлом, создав эту колоссальную систему каньонов, которую мы наблюдаем сегодня.
Космический аппарат "Тяньвэнь-1" прибыл к Марсу 10 февраля 2021 года, а 14 мая спустил на его поверхность ровер Zhurong — первый и сразу успешный опыт Поднебесной в освоении Красной планеты. Орбитальный аппарат завершил полное картографирование в июне 2022 года, выполнив 1 344 витка.
Однажды мне написала девушка о том, что у меня интересная жизнь, поэтому и рассказать мне есть о чём. А вот она сидит в декретном отпуске. Очень скучно, так как ничего не происходит. Ни одной истории она рассказать не может. Мне тогда вспомнилась история, которая произошла в первый день после выписки из роддома. Скажу честно, скучно мне не было тогда.Вот нисколько.
Мальчикам это будет не интересно. История такая - совсем не интересная.

Есть у меня особенность психологическая. Очень не люблю ходить "по-большому" в чужих местах. Несколько раз была на госпитализации, и каждый раз мучилась - не могла себя заставить опорожнить кишечник. И вот 1989 год. Перед родами я получила клизму, родила и больше "по-большому" не ходила. На пятый день выписали меня из роддома. Когда я вернулась домой, мама озаботилась моими туалетными проблемами.
- У тебя запор, - категорично заявила мама. - Чтобы кишечник очистился, надо поесть чернослив. Я тебе сварила компот и достала чернослив из него. Ешь.
Я с удовольствием его схомячила. Потом приняла душ, чтобы смыть с себя роддом. Тут и время кормления подошло. Это сейчас кормление по требованию младенца практикуют. А тогда нам рекомендовали кормить по часам. И я кормила каждые три часа с перерывом на ночь. И вот села я дочку грудью кормить. Она почему-то голенькая была, а я в халате сидела. Через 36 лет уже и не вспомню, отчего так получилось. Но причина не важна.
В общем сижу я в кресле, кормлю ребёнка грудью. Дочка, наевшись, выпускает сосок изо рта, напрягается, краснеет и ... начинает какать. Много и жидко. Это добро сползает по моему халату на пол. Тут я чувствую, как всё накопленное мной в роддоме так же начинает стремиться наружу.
- Мама! - заорала я. - Забери!
Мама прибежала из кухни и стала смеяться. Я сунула ей дочку в руки, скинула халат на пол и помчалась в туалет...
Больше я голеньких детей не кормила. Одного раза хватило. И хорошо, что мама оказалась рядом в это время. Прямо спасла меня.
А вы знаете, кого боится каждый заводчанин, помимо непосредственного начальника? Нет, не уборщицу бабу Маню, хоть от неё и можно получить шваброй под копчик. Нет, не генерального директора, ведь обычно высшая власть где‑то там, далеко. Самые страшные люди для обычного работяги - это специалист по охране труда и врач‑профпатолог. Почему? Потому что оба могут отстранить от работы иногда временно, а иногда даже на постоянку. И если от ТБшника на работе не сбежать, то кабинет профпатолога ребята обходят метров за 5, чтоб наверняка, а потому их беды первым видит участковый доктор.
Доковидное время, примерно второй мой год работы на участке. После приёма получаю вызов на дом с поводом "Мужчина, 45 лет, боли в груди" и уже в сумерках прибываю на адрес.
Меня встречает обычная семья:сам мужчина, его жена, две дочек и бабуля. И пока пациент с важным видом затягивается сигареткой у окошка, его супруга и мать наперебой тараторят о том, как их глава семейства сразу после работы упал без сил, держась за сердце и постанывая. На мой вопрос о сигарете прямо сейчас мне со вздохом и будто бы укором сообщили, что, вообще‑то, мужчине от этого легчает, можно сказать, что семья начала симптоматическую терапию задолго до приезда врача. Я под надуманным предлогом спровадила женщин из комнаты и приступила к беседе уже непосредственно с пациентом.
Сам мужик действительно жаловался на боли в области сердца, которые отдавали и в руку, и в челюсть (что тревожно в плане возможного инфаркта), а также слабость и жуткую головную боль. При осмотре ничего интересного, кроме повышенного до 160/100 мм рт. ст. давления, не нашлось. Решила предложить вызов скорой с возможной госпитализацией - а вдруг реально инфаркт? От этого мужчина отказался. Сошлись на том, что завтра он придёт к нам в поликлинику до работы, и попробуем быстро сделать ЭКГ и анализы.
Пациент меня не обманул: он действительно пришёл к моему кабинету ровно в 8 утра, но появился нюанс - его кожа была канареечно‑жёлтого цвета с будто бы лёгким отливом. Слегка опешив от столь резкой смены цвета, я вручила мужика в заботливые руки своей медсестры, а сама побежала просить помощи у старших и договариваться об анализах по цито.
Спустя минут 30 у нас на руках была его кардиограмма (вполне неплохая, безо всяких инфарктов) и анализы крови, где жирно был обведён билирубин, повышенный в несколько раз, и другие печёночные ферменты. Было решено показать всё это безобразие заведующим. У меня в тот момент была только одна гипотеза - гепатит неуточнённой этиологии, о чём я и поведала старшим, когда привела к ним пациента.
Одна из заведующих начала допрос на предмет вирусных гепатитов, однако эта теория была тут же отвергнута: пациент показал результаты двухмесячного профосмотра с работы. Затем были вопросы относительно алкоголя - мужчина злоупотребление отрицал. Вторая заведующая решила расспросить его о работе, и тут выяснилось, что наш пациент работает на заводе пластмасс. Тогда последовали вопросы о средствах индивидуальной защиты, да ещё и с пристрастием, на которых мужчина посыпался. Оказалось, что несколько дней подряд он работал без маски и очков, ведь ему, со слов, было жарко.
Мы общими усилиями расписали мужчине лечение и отпустили домой лечиться. Как только он ушёл, я решила поинтересоваться, откуда у заведующей такие познания в технике безопасности на заводах, на что последовал ответ: она в прошлом была как раз профпатологом. Для меня же эта история стала уроком: важен не только анамнез болезни человека, но и его анамнез жизни, в частности, работа.
Рассказ ведётся от первого лица (со слов мужчины):
Пpиxoжу дoмoй и нapывaюcь нa cкaндaл. Жeнa opёт, дoчь opёт, eлe уcпoкoил и пocлушaл. Пpeдыcтopия тaкoвa, чтo у жeны ecть cecтpa и плeмянницa — бoльшиe любитeли пoeздить нa чужoм гopбу, и пocлe пapы cлучaeв я зaпpeтил жeнe пoмoгaть им дeньгaми. Жeнa paбoтaть нe xoтeлa никoгдa, я xopoшo зapaбaтывaю, нo тpутнeй кopмить нe coбиpaюcь, тeм бoлee мoя дoчь xoть и млaдшe тoй cecтpы, нo пoдpaбaтывaeт и учитcя. Жeнe нe пoмoгaть ceмьe cecтpы нeудoбнo, и oнa peшилa пpoблeму opигинaльнo — cтaлa oбecпeчивaть плeмянницу oдeждoй и вeщaми. И вce бы ничeгo, нo вcё этo oнa зaбиpaлa у нaшeй дoчepи co cлoвaми: "Hужнo дeлитьcя, нe жaдничaй, им нужнa пoмoщь". Дoчь у мeня c xapaктepoм, жaлoвaтьcя мнe нe cтaлa, и пocлe oчepeднoгo иcчeзнoвeния из гapдepoбa пpocтo coбpaлa в двe бoльшиe cумки caмыe кpacивыe вeщи мaмы и oтвeзлa иx к тeтe, мoл, мaмa вaм дapит, гoвopит, вaм нужнee. Ta, ecтecтвeннo, cильнo oбpaдoвaлacь и дaжe пocлe cкaндaлa вeщи вoзвpaщaть oткaзaлacь. Жeнa opёт нa дoчь, дoчь гнёт линию, чтo мaть caмa вeлeлa вceм дeлитьcя, ну и чтo, чтo вeщeй у жeны мeньшe.
Kopoчe, pжaл я кaк нeнopмaльный. Жeну унял, дoчь пoддepжaл, тeпepь думaю, чтo paзвoдитьcя нaдo, нaвepнoe, нeизвecтнo, чeм eщe жeнa зaxoчeт пoдeлитьcя co cвoeй ceмeйкoй.
Не успел я здесь опубликовать свой первый пост, как меня тут же обвинили в мультиаккаунтстве, а именно пользователь @IvanKr08.
Пост конечно оказался неудачным, и утонул в минусах, но это же не повод сразу обвинять в мультиаккаунтстве?




Тот второй пользователь @User97RUS всё равно в бан улетел, правда уже за низкий рейтинг. Тут же от -50 вроде автобан по рейтингу, а у него -70.
Мне вот интересно, по каким признакам тут, да и на других подобных сайтах вообще можно обвинить в мультиакке? Как вычисляют мультиаккаунты? Могут ли забанить по ошибке или по жалобам пользователей?