В больнице одного города А

Мем смешной, ситуация страшная
Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
После прочтения новости мы заключили пари с @vivalucifer.
Я говорю, что сотрудницу УК отмажут вчистую, либо накажут административным взысканием со штрафом. Короче, не будет ни условного, ни реального наказания.
Vivalucifer верит, что уголовное дело доведут до конца.
Ставка - бутылка Ballantines 0,7 или альтернативный приз на сумму до 3 000 рублей.
Этот пост заведён, чтобы следить за результатами следствия и суда, если до суда дойдет.
Сегодня на работе девушки обсуждали как сложно найти своего парикмахера и у меня разблокировалось воспоминание о любви и предательстве.
История эта случилась давно, даже не помню, сколько мне было тогда лет. Что-то около 12.
Жили мы тогда небогато, как и все в то время. На дворе начало нулевых.
Недалеко от дома была парикмахерская, которая почему-то именовала себя салоном красоты. С оригинальным названием типа: «Жанна» или «Снежана». В общем, настолько оригинальное название, что среди сотен таких же, я его даже не запомнил.
Внутри висели плакаты из журналов, с новомодными мужскими причёсками. За любую из этих причёсок, в то время на улице могли отпинать и обоссать сверху, в воспитательных целях. Причем сами парикмахеры.
И там работала она. 20 летняя, светловолосая тётенька. Несмотря на свой преклонный возраст, у нее был милый румянец и ямочки на щеках, когда она улыбалась. Все портили только веснушки. Не такие озорные и яркие как у меня, а пожухлые и повидавшие виды. Ну оно и понятно – время не щадит никого.
Я не знаю её имени, потому что мы никогда особо не разговаривали. Про себя я называл ее Алисой. Да и стригла она паршиво. Но всегда, в конце стрижки она говорила: «Красавчик!» и ласково трепала меня за волосы.
В первый раз она мне вообще не понравилась. Я даже был возмущен, когда она выдирала очередной клок тупыми ножницами. Но потом эта фраза: «Красавчик!» сделала свое дело.
Стоит ли говорить, что я ходил только к ней.
И вот, накопив, наконец, достаточно денег для оплаты ее услуг, я в очередной раз счастливый примчался в салон.
Но Алиса была занята и меня попросили подождать. Я почти месяц ждал встречи, чтож, подожду ещё пару минут.
Я сел на диван и уставился в стену с глупой улыбкой.
К слову, это была квартира, которую переделали под салон. Чем была занята Алиса, я не видел.
И тут, я услышал ее голос. Среди пустых стен квартиры эхом прокатилось: «Красавчик».
Я встал, сделал несколько неуверенных шагов и увидел свою Алису, которая трепала по голове другого мальчика.
Он был толстый и некрасивый. Сердце мое будто остановилось.
Я хотел устроить скандал, выкрикнуть ей: «Чем он лучше меня?!»
Возможно, он был моложе.
Ничего не соображая, я развернулся и ушел оттуда. Навсегда.
И как я мог наивно думать, что у такой дамы я был первым и единственным?
Последующие дни я помню смутно. Я глушил свое горе компотом и спустя долгие три часа только смог завязать. Нет, не потому что мне стало легче, а потому что я получил люлей за выпитый новогодний компот. Но это даже к лучшему. Я был близок к тому, чтобы спиться.
Десятки раз я прокручивал в голове наш разговор, но все они заканчивались тем, что мы ругались.
Но все это время она не выходила со мной на связь, не искала встречи.
Время лечит. Я пережил это.
И потом, спустя какое-то время я встретил ее случайно на улице. Мы сделали вид, что не знаем друг друга и разошлись в разные стороны. Никто из нас даже не обернулся. Будто, между нами, ничего не было…
Наверное, так даже лучше. Я не хотел слышать ее слова оправдания. Это все равно бы ничего не изменило.
Вот так, Алиса, имя которой я не знаю, разрушила наши отношения. И то, что она о них даже не догадывалась, не оправдывает ее предательства.
А сейчас я стригу себя сам. Приловчился.
Жизнь научила.
Всем спасибо за плюсы и подписки (божечки, солько вас, памагити!), продолжаю рассказ, как и обещала.
Итак, остановилась я на том, что ко мне в гости зашёл Сосновский Евгений Александрович, заведующий нейрохирургией, просто и понятно объяснив, что без операции я отныне гусеница.
Ну что же, я подписала документы, затем ко мне зашёл мой лечащий врач из нейрохирургии Бабаев Михаил Владимирович с интерном (тот всё хотел меня иголочкой потыкать, а мне хотелось в ответ потыкать в ответ иголочкой его, но оба обошлись без крайностей) и меня начали готовить к операции. За 12 часов до самого действа вкатили мне пятивёдерную клизму, подключили пару аппаратов и оставили ночевать в реанимации, где меня уже из окна повторно хотели выкатить за слишком долгое нахождение (месяц). Так долго я пролежала там, потому что реанимация находится на первом этаже, и если я упала из-за суицида, то при повторной его попытке дальше морга в подвале я бы не улетела.
Утро наступает, меня катят в операционную, и я слышу "ой, опять эта девочка, и опять в мою смену, ну надо же!". "Ну блин", думаю, "раз в третий раз в чью-то смену, то это добрый знак".
Там безумно долго не могут поставить новый подключичный катетер (сейчас я понимаю, что из-за малого количества жидкости в организме), всё это под лекцию для начинающего анестезиолога, которая стоит справа и старается паниковать меньше, чем я. Потом вкатывают, наконец, анестезию, мне сразу становится тепло и сладко, и я прихожу в себя уже в коридоре около операционных дверей, ощущая, как из меня вынимают интубацию (как это вообще правильно пишется? Реинтубируют? Деинтубируют?).
Воспринимаю и это, как хороший знак. Значит, поеду не в реанимацию, а в отделение...
Щазз!
В следующий раз прихожу в себя уже в нейрохирургической реанимации, лежу на сломанном правом боку, на спине огроменный горб (отёк), из меня торчат два ужасающих размеров дренажа гармошкообразного вида и я жутко хочу пить.
А, про что я забыла рассказать. Когда меня интубировали первый раз, сразу после падения, у меня все кровью залито было так, что работали наощупь, и из-за этого, видимо, повредили мне голосовые связки. Первый месяц я могла только тииихоо-тихо хрипеть, ну и плюс рваные лёгкие тоже голосу не добавляли. Из-за этого я не могла позвать медсестру что в первой реанимации, что во второй.
Спустя какое-то время ко мне подошел медбрат, лица которого я не помню. Запомнила только, что у него была татуировка на правой руке, забитая затем в черный квадрат. Это я тоже восприняла как хороший знак, татуированный татуированного поймёт! Оптимистка реанимационная, блин.
К моменту его прихода я уже заметила еще одну деталь (найди сто отличий ДО операции и ПОСЛЕ, ага). У меня была парализована по локоть левая рука. Кого бы я ни спрашивала про этот момент, все говорили, что либо не в курсе, либо "во время операции руки были привязаны выше тела, это пройдёт". Так вот, НЕ ПРОШЛО! Ну, вернее, как. По чесноку если, процентов на 80-то прошло, но безымянный, средний и указательный пальцы до сих пор почти ничего не чувствуют и плохо печатают. А в мае того года я даже зубную пасту из тюбика левой рукой не могла выдавить, очень долго и тяжело разрабатывала и тренировала руку.
Полежала я в реанимации дней пять, а потом перевели меня в психиатрическую клиническую больница № 4 им. П.Б. Ганнушкина, в 15 отделение к Орлову Владимиру Алексеевичу (привет вам, если читаете это!) )
Я была несколько обескуражена подобным поворотом событий, но мне объяснили, что это обычная практика для летунов и прочих подозрительных личностей.
Тогда еще можно было в отделении пользоваться телефоном, выглядела я уже вполне нейтрально, но отказывалась переводиться из поднадзорной палаты, чем вызывала искренний смех заведующего: "Впервые слышу, что из этой палаты не хотят переводиться".
А мне просто плохо было, я боялась, что будут заставлять постоянно ходить.

У меня держалась температура, были стабильные боли в спине и началось, как бы это сказать... отделение экссудата от послеоперационной раны.
Короче, она начала гноиться. Серьезно и сильно.
Утро начиналось с перевязки, перед сном тоже перевязывали, и все равно рана стремительно опухала, с каждым днем все круче и круче, а при нажатии на область рядом издавала звук "чпок" и между стежками пролезал гной. Ночью я спала со свежей перевязкой, и все равно утром мне меняли всё: перевязку, ночную рубашку, халат, простынь, наволочку - все было в гное. Вставал вопрос о переводе обратно, тем более, что психиатры единодушно пришли к выводу, что настолько тупым нужно давать премию Дарвина, а не справку из ПНД.
Всё решил мой ангел - Сосновский Евгений Александрович (зав нейрохирургией, если забыли. Он приехал, осмотрел меня и сказал, что надо ехать обратно.
Меня следующим днём и выписали. Из машины-перевозки я вернулась в ГКБ №81 имени В. В. Вересаева, в родной 10 корпус, но на последний этаж, в отделение гнойной хирургии, прямо в гостеприимные объятия Прошина Андрея Владимировича, моего врача в этом отделении.
Хорошо помню этот момент: меня с каталки скидывают на кровать и говорят раздеваться под простынкой, щас чиститься поедем. А в палате еще 5 человек, ко всем там мужья-сыновья-дети приехали, и тут я.
Короче, то ли я так долго раздевалась, то ли операционную рекордно быстро приготовили, но за мной приехали уже на этапе нижнего белья. А дальше схема уже известная: наркоз - темнота - палата.
Зашивать меня не стали, к моменту чистки у меня в спине было такое гнойное болото, что побоялись рецидива.
Заметка о том времени из того времени: "О, это больничное веселье...Только что мне делали перевязку и забыли про анестезию. Я лежала и чувствовала, как какой-то металлический инструмент шкрябает по позвонкам.
Ххххррррясь. Шшшшкккряяяяб. Гррррынь.
По моим. Живым. Позвонкам.
Ну и да. Мне опять распотрошили спину, так что это ещё недели две в больнице и одна операция"
Две недели. Аха-ха... Дааа, мы все тогда верили в лучшее...
Спустя 4 дня, 17 апреля, я внезапно проснулась утром, в которое все поняли, что легко не будет:
"Сегодня очень ранним утром, почесавшись во сне под воротом футболки, я неожиданно нащупала сначала края вооот такенной раны, а потом интимно погладила свой позвонок. Гладенький, но не мурчит...Стоп, чтоа?!
Бегом в перевязочную, сопли-слёзы до колен, на том же уровне болтаются бинты со спины отвалившиеся. Захожу.
Врач: - И?
Я: - Загляните за шиворот.
Врач: - Мне лень.
Я: - Я начинаю раздеваться.
Он: - Давай, я на такие предложения от симпатичных девчонок с радостью всегда. Или это угроза?
Я: - Я упала с 12 этажа, вся в шрамах, синяках и прочем, а половина моей спины - болото с гноем.
Врач: - фу, ладно, загляну... Ой блять быстро на каталку и снимай футболку, иначе я её срежу!
Пока он готовился, я содрала футболку и перед зеркалом покрутилась.
Лежать мне тут дофига, короче, в ширину края раны в не самом широком месте больше ладони. Врач, когда увидел, что я рану разглядываю, сквозь фейспалм и подготовку назвал долбанутой. А я просто любопытная и не брезгливая...
Ну вот. Так я получила внеочередную перевязку. Главное - диалог, а вы... Эх. Агрессия, агрессия..."
В тот день я в палате впервые с падения плакала. Перевязочная медсестра честно сказала мне, что даже с моими высокими темпами заживления, лежать мне здесь до сентября, если не найдут какой-то вакуум. Она, мой врач и заведующий отделением Якобишвили Яков Исаакович долго что-то обсуждали, а я лежала на своём спасительном левом боку, смотрела в окно на чистое-чистое голубое небо с обрывками облаков и молча плакала. До сентября. Еще полгода в больнице. Еще полгода боли. До сентября... Как сказать об этом маме?
А через два дня вакуум нашли :) Им оказался прибор, который высасывает из раны экссудат по трубочке. В спину, прям в самое нихачу, засовывается здоровенная (она реально огромная, с мою ладонь!) губка, из которой торчат два провода, которые ведут в аппарат, внешне похожий на радио (когда я сбегала погулять на 10 минут в прибольничный парк, у меня так прямо и спрашивали "а это что у вас, радио?").

То самое "радио"

Так мы с ним гуляли, ну или я на плечо его вешала, но оно вечно сползало, а должно было висеть ровно, потому что...

Потому что экссудат, да-да.
Пока я гуляла, заезжал бывший муж, выяснили на сравнении с ним, что я сантиметров пять потеряла в росте

Заодно передал подарки и открытки от друзей, а то я запретила кому бы то ни было приезжать, кроме мамы, болеть предпочитаю одна. Даже приезд Игоря она подстроила, когда ей лень ездить было)


В итоге, 20 мая меня все-таки выписали) Шрам к тому моменту не затянулся до конца, маме пришлось делать еще перевязки, но это уже мелочи.
Хотела написать про то, как опробовала такую штуку, как "анафилактический шок", как нашла труп в палате и еще о чём-то, но это все равно что боли описывать - скучно и неинтересно.
...Хотя нет, однажды я орнула от боли так, что три бабушки из пяти в моей палате обделались, и меня санитарки так потом и называли "три из пяти", но это уже другая история...)
Хочу сказать огромное СПАСИБО больнице им. Вересаева, а именно:
Никифорову Андрею Николаевичу, заведующему реанимации;
Чуич Наталье Георгиевне, врачу анестезиологу-реаниматологу;
Сосновскому Евгению Александровичу, заведующему нейрохирургии;
Бабаеву Михаилу Владимировичу, нейрохирургу;
Гудкову Демьяну Александровичу, хирургу;
Якобишвили Якову Исаковичу, заведующему гнойной хирургии
Прошину Андрею Владимировичу, хирургу
И травматологам, имен которых я не нашла на сайте, а мама моя не успела записать. Спасибо вам огромное!
В Белгороде в карте пациента появилась надпись: «тупой дегенерат».

Соответствующий текст появился в поле о должности и месте работы. После того, как пациент обратился с жалобой в профильные органы, началась проверка.

Во время мероприятий специалисты минздрава выяснили, что поле заполнилось данными из ранее внесенных записей в медкарту, процесс произошел автоматически.
Соответствующая пометка в полях «Профессия» и «Должность» была в одной из учетных записей. После обнаружения текст удалили и посоветовали главному врачу более тщательно следить за корректностью данных.
В минздраве также подчеркнули, что это была случайность, оскорбить пациента никто не хотел. Специалисты выяснят, каким образом формулировка оказалась в системе
Пост первый - Как я с 12го этажа упала и осталась жива
Пост второй - Как я с 12 этажа упала и выжила - 2 часть
Первый пост под тегом «жесть», открывается только с браузера
Итак, несколько тем остались неосвещенными, ну что же — по заявкам трудящихся.
Во-первых, вот пруф — скрин с паблика больницы им. Вересаева -


Во-вторых, вот этот шкафчик, с которого я упала -

В-третьих, "три из пяти" (уж не знаю, чем всех заинтересовала эта история О_о)
Лежала я тогда уже в отделении, в палате на шесть человек. Пять моих соседок - бабушки с возрастами от 70 и дальше, с ДЭПами, парезом и прочими веселушками. Большинство в памперсах, в своём мире, застрявшие в семидесятых и блаженном полусне.
Время под вечер, вижу, как ко мне подкрадывается медсестра с уколом обезболивающего. У меня возникает лёгкое противоречивое ощущение: с одной стороны, мне очень больно двигаться, а спину я уже отлежала, и потому обезболивающее очень вовремя. С другой стороны, по этой же причине я не могу подставить жопку под укол, а ляжки у меня исколоты уже просто в ноль. Обменявшись понимающими взглядами, мы начинаем переворачивать меня на бочок, я делаю неловкое движение и хрипло, голосом Джигурды, которому прищемили бубенчики, ору. Лица медсестры я не видела, но готова поспорить, что она меня была готова удавить подушкой. Укол-то мне поставили, но под долгий, звучный и раскатистый звук пердежа со всех концов палаты, кроме моего. Бабушки испугались и обкакались, а та, что рядом со мной лежала, испугалась так, что затаилась. Пришедшие санитарки мрачно выяснили это спустя пару минут. Так меня потом и называли - "три из пяти".
В-четвертых, анафилактический шок.
Лежала я, напомню, с воспалением послеоперационного шва, плохо поддающемуся лечением антибиотиками. Дошло до того, что выяснили единственный антибиотик, который мне помогал - рифампицин. В больнице его не было, ну да и шут бы с ним, но по всей Москве он был только в двух аптеках! Но ладно, купила мама мне 20 ампул на 10 капельниц (единственное лекарство, не считая обезболивающих, которое мы покупали за свои деньги), стали мне ставить этот клюквенный морс

и все, вроде, нормально было, даже температура начала потихоньку падать (два с лишним месяца на балансе 38 - это вам не шуточки), но наступает у меня последняя капельница, ставят её мне, и я чувствую, что что-то не то. Ну вот не то. Мне как-то дышать мокро.
Лежу, созерцаю потолок, ко мне еще соседку подселяют в палату, отвлеклась так, болтаем о чём-то с её дочерью (там дочь старше меня), а я всё кашляю и кашляю, она уже коситься начинает. "Да это всё туберкулёз, собака такая" - отмахиваюсь, а сама не понимаю, что происходит-то. Неужели анафилактический шок? А где тогда боль в груди?
А, стоп. Точно. Вот она.
Шаблонным выражением "на грудь словно плиту положили" сама себе ставлю галочку напротив одного признака, потом напротив другого, третьего. "А позови медсестру, пожалуйста" - кокетливо покраснев аки рак и надрывно кашляя в подушку, прошу я сына соседки слева. Он постоянно находился рядом с матерью последние три дня и от скуки начал мне симпатизировать. "Окей, а что сказать ей?". Вот тут я подвисаю. Персонал знает, что устраивать истерики на пустом месте я не буду, это факт, но у них таких умирающих от холодного чая - всё отделение. А сказать "у меня анафилактический шок" - не поверят диванному диагносту же, да? "Скажи, что у меня капельница дует" - томно перекрываю себе эту самую капельницу в ноль, замечая, что периферическое зрение начинает туманиться, и вокруг огромная куча черных мошек летает. И всё мокрее и мокрее дышится. Уже даже появилась мысль маме отбить смс какую-нибудь нейтральную в духе "я люблю тебя", на которую явно последовала бы реакция "я тебя тоже, а ты что, опять под наркотическими обезболивающими?" - настолько мне не свойственны подобные жесты.
Но фигушки. Пришла медсестра и сказала: "а, перекрыла. Молодец. А че с тобой? Шок? А я всё думаю, как подключичный катетер "дуть" может". Ладно, доставай пеленку, ща блевать будешь. Щас с лекарством вернусь".
Ну, об этом, слава могучему Пикабу, я уже знала. Что после введения лекарства все в китов играют, в смысле. Была, так сказать, морально подготовлена.
Вернулась медсестра с парочкой во-о-от такенных шприцов и начала по одному засаживать их мне в подключичку, по ходу действия комментируя "высунь язык и дыши, как собачка после пробежки. Молодой человек, отвернитесь!" - это уже сыну соседки. Среагировал, видимо, на привычное "как собачка".
Ну что поделать, дышу. Легче не становится, в глазах круги. "Сейчас будет жар по всему телу, это нормально". Жарко было почему-то только в пятках, даже обидно всему остальному организму. Потом стало легче. Меня так и не стошнило. Такой вот бесславный конец истории с неплохой заявкой. Потом ко мне поднялась анестезиолог-реаниматолог и они с заведующим отделением совместно решили, что антибиотик просто слишком быстро капал, вот и пошёл шок. А так как это была последняя капельница, то вопрос был автоматически закрыт.
В-пятых, как я труп нашла. Изначально я грубовато выразилась. Правильнее было бы - как у меня умерла соседка по палате.
По понятным причинам имени её называть не буду (тут меня и так уже бывший одноклассник нашёл О_о).
Женщина лежала уже до того, как я поступила. Ей было 65 лет, у нее были по пах ампутированы обе ноги, у неё был очень любящий муж и не особо любящая дочь. Муж был на пенсии, каждый день часам к 9 утра он приезжал к ней и до 6-7-8 вечера сидел у неё, как на работе. Сканворды вместе разгадывали, молодость вспоминали, истории рассказывали, планы строили. Дочь приезжала раз в неделю на час, сидела в телефоне и потом быстренько уходила.
На мой вкус, мадам была довольно злопи*орная, но ко мне она не цеплялась, поэтому я автоматически заключила пакт о ненападении и забила. И вот лежим мы с ней, а я смотрю, что градус адекватности-то понижается. За ней следили санитарки, потому что на сиделок, по словам мужа, денег не было, и она то одну по матери пошлёт, то через день другую, то штору сорвёт с карниза, то с кровати навернётся на заживающие после ампутации культи (ааа, я в миг её падения впервые в жизни глаза от страха закрыла). То у неё трещины по стенам начали проходить, то собаки с кошками по палате тыгыдымкать. И гляжу я, что дочери давненько уж нет, и муж начал приезжать уже не один, а с её лучшей подругой, но общаться в основном с подругой, и вещи какие-то муж начал забирать, потому что раньше на тумбочке свалка была, а теперь уже пустовато даже... И помню, как он забирает вечером у неё телефон, потому что она имела привычку часа в два-три ночи начинать звонить всем подряд в последние пару дней и не пойми чего требовать, ну и просит меня, если что, звонить ему, мы давно номерами обменялись. Я удивилась этому, ну да ладно. Весна. Первое мая. Он заезжает в 9 утра, полтора часа у неё сидит и уезжает, я подумала, по делам на часик, но он уехал на весь день, хотя обещал, что побудет с ней. Она в проблеске сознания, ждёт его, потом опять во муть бессознательного, но всё равно ждёт его, и так на качелях. К вечеру засыпает. Темнеет. Она лежит на спине и громко храпит. Я лежу и читаю, мне вообще пофигу, кто там какие звуки издаёт. И вот, она затихает, а потом каааак всхрапнёт - и молчком. Минуту. Вторую. Третью. Я раз позвала, два - тишина. Ну, чо делать - пока встала, пока аппарат повесила, пока слезла с кровати, пока дошла - минуты три точно я к ней добиралась. Подхожу, а у неё глаза открыты. Ну, я за руку трог-трог, а рука холодная. Я до сих пор не понимаю, как она могла так быстро начать остывать, у неё максимум десять минут на это было, но факт. Ну чо, вызвала медсестру, поковыляла на пост, чтоб её из палаты быстрее увезли. Я была не готова видеть реакцию бабок на её смерть.
Мужу позвонила сама через минуту, не стала ждать звонка от врача на следующее утро, сами медсёстры попросили. Он словно и не удивлён был.
А деньги на сиделку, как потом выяснилось, были у них. Но это уже не моё дело.
В-шестых, разбавим тягучую атмосферу заметками о том времени: "Ко мне в палату на соседнюю кровать положили новую пациентку. Очень в возрасте. Лежачую. У неё есть кружка, из которой она пьёт чай и больничный компот. В неё же она писает, чтобы не заморачиваться с судном. Но она не моет эту кружку...
В-седьмых, отступление, которое я хотела сделать: в гнойной хирургии 9 пациентов из 10 - это диабетики первого типа. У старшего поколения от любой царапины гангрена начинается. Удаляют палец, послеоперационная рана начинает капризничать, и удаляет половину стопы, потом всю, потом ногу до колена... Короче, выписалась - отобрала нахрен у мамы все ножницы и кусачки, если педикюр дома делаем, то только пилочками. И вам всем советую.
И да, всякая ерунда может привести к жутким травмам, особенно у пожилых. С той весны я маму на табуретки уже не пускаю.
Теперь о всяком: мы не заплатили за лечение ни копейки, все было выполнено по полису ОМС.
Ни одной взятки не давали, только подарки пост-фактум, хотя я бы на месте мамы давала подарки конвертами, а не тортами и коньяками. Ну хотя бы пиццами, что ли.
Никто из медперсонала, кроме одной санитарки из первой реанимации, даже если и думал о том, что я не случайно выпала, не сказал мне об этом, и вообще, были вежливы и учтивы. 10 корпус Вересаева, вы лучшие!
За время лечения, то есть за 2,5 месяца я похудела на 10 кг (не будем о том, за сколько я их набрала обратно, угу?).
Голос так и не восстановился, я до сих пор разговариваю, как Джигурда с прижатыми бубенчиками.
Я хожу уже с апреля 2019 года, в июле получила инвалидность третьей рабочей группы на год.
В июле же я несколько раз проходила за один заход по 4,5 километра, это меня так воодушевило, что я с больничного вышла на работу, но не вытянула, ушла в очередной отпуск, и в середине августа уволилась, сейчас пока на пенсии, но гипотетически уже готова к офисной работе.
Вот и всё, на остальные вопросы отвечаю строго в комментариях %)
Всем добра и пёсиков (кошку поймать не удалось)

Всем привет. Знаю, вы любите посты с обновлениями сайта, так что не буду вас томить.
В этот раз мы сделали много небольших, но важных обновлений, влияющих на удобство пользования сайтом.
1. Новое меню и навигация в мобильной версии сайта
Обновление порадует тех, кто посещает Вомбат с мобильного. Мы вынесли ближе важные элементы и перераспределили меню, чтобы пользоваться сайтом стало удобнее. Дизайн тоже стал более приятным.


Все уведомления переехали в колокольчик, а все остальные пункты меню удобно скомпоновались в гамбургере ? (три полоски).
Разделы Горячее, Лучшее, Новое и другие ленты вынесены в верхнее меню для быстрого доступа. Они идут списком друг за другом, и их можно скроллить вправо/влево для просмотра скрытых пунктов.
А фильтры постов по промежуткам времени теперь скрыты под иконку настроек. Там же находится тумблер “скрывать просмотренное”.

Если немного проскроллить ленту, верхнее меню скрывается в небольшую полоску и не мешает обзору контента. А при скролле обратно вверх пункты Горячее, Лучшее, Новое и другие становятся снова видны, но в компактном виде.

При тапе на гамбургер меню раскрывается. Гости сайта увидят блок с авторизацией, поиск, кнопку донатов, и небольшое меню разделов (как в футере) вместе с иконками вомбатных соцсетей. Авторизованные пользователи кроме того же, что видят гости, смогут видеть разделы своего профиля и кнопку “Добавить пост”.
При нажатии на колокольчик вы получите доступ ко всем уведомлениям.

Кстати, если вдруг кто-то не знал, в настройках профиля есть возможность привязать свой аккаунт Телеграм для того, чтобы уведомления с сайта Вомбат приходили вам в специального бота.

2. Причесали шрифт в логотипе
Вот для примера как было/стало в светлой и тёмной версиях.

3. У тумблера скрытия просмотренного новый дизайн

4. В правом блоке для десктопа и в гамбургерном меню в мобилке появился новый блок меню с разделами о проекте.

5. В блоке Топ комментариев увеличили их количество до 5 шт (было 3) и стали выводить все комментарии за сутки (было за 4 часа).

6. Немного поменяли местами пункты меню: от наиболее популярных к менее. Должно стать удобней как десктопщикам, так и мобильщикам.

7. Сделали много полезных изменений для быстрой индексации сайта в поисковиках:
8. Сделали красивые превьюшки для шеринга ссылок (например, при отправке ссылки на Вомбат кому-то в Телеграмме).

9. Исправили некоторые бесячие баги:

..
Этот рассказ был написан 6 лет назад. Тогда я работала в Службе Скорой Медицинской Помощи. Теперь я работаю в детской поликлинике в фильтр-боксе. И подобных мам, которые думают только о своём комфорте, а о других людях не задумываются совсем, встречаю здесь тоже. Но свой эгоизм они проявляют по-другому. Об этом я как-нибудь потом расскажу.
Сегодня я помощник – и это хорошо. Голову можно освободить. Диагнозы ставить, решение принимать, карты вызова писать не надо. Халява! Пока «первый номер» пишет карточку, ожидая, пока пациент соберётся в больницу, я могу пост написать.
Пациенты собираются в больницу по-разному. Кому-то 5 минут достаточно: быстро всё в пакетик скидали и готовы. Молодцы! У кого-то сумки уже собраны ещё до приезда скорой. Другие же полчаса по квартире ходят, вещи перекладывают из одного места в другое, звонят кому-то, советуются. Подгоняешь их – всё без толку. Минут 15-20 собираются. Иногда бригада выходит из квартиры и ждёт пациента на улице. Не положено так делать, но делают. По разным причинам.
Однажды и я так сделала. Ребёнка с ОРЗ надо было везти в больницу. Квартира однокомнатная, места мало: всё мебелью заставлено, присесть негде. Решила карту вызова написать в машине, пока мама вещи собирает. Вышла из дома. Попросила маму поторопиться. Я уже и карту написала, и направление, и уже заскучать успела, а мамы с ребёнком нет. Возвращаюсь в квартиру. Двери мужчина открывает и говорит, что мама пошла в душ «освежиться». Тут и мама из ванной комнаты выходит с мокрыми волосами:
– Мне ещё волосы просушить надо.
Ну я и взорвалась. Стала её ругать и подгонять. Женщина так и не поняла, из-за чего её отругала:
– А что такого-то? Когда я ещё помоюсь?
Можно сказать, что и в музее. На днях по работе пришлось побывать ночью в израильской больнице "Сорока". Вся территория обновлённая, и строительство и реконструкция до сих пор продолжаются.

Вся территория в уютных лавочках, газонах, цветниках и подсветке.

.

В больнице, растянувшейся на огромной территории, мы не встретили ни одного человека.

Зато пустые коридоры порадовали красивой мозаикой росписью стен.

.

.

.

.

.

Всем здоровья и добра!
Заболело у меня колено. Причем сильно так заболело. Обратил внимание, что когда хожу - колено болит, когда не хожу - не болит. Сдается мне, что тут есть какая-то взаимосвязь.
Когда у меня болит машина - я еду в автосервис. Когда болит что-то во мне - я иду в больницу. Логично? Логично!
Вот в больницу я и пошел. Взял талончик, через неделю попал к терапевту, терапевт дала талончик к другому доктору на еще через неделю. Другой доктор назначил рентген и УЗИ - там отдельная очередь. А ведь не бывает так, чтобы пока стоишь в очереди на тот же рентген - колено не болело. Ничего подобного! Оно все равно болит!
Через пару месяцев мытарств я, наконец, прошел все исследования и снова попал к доктору. Она посмотрела анализы...
- Что вы хотите? Это - возраст! У нас у всех с возрастом болит то тут, то там.
- Так, постой... я согласен, что мне уже давно не тридцать и, конечно, возрастные изменения имеются. Но "возраст" - это диагноз такой? Тогда пропиши мне таблетки от возраста. Я вообще не против, чтобы выпил таблетку - хлоп, мне опять тридцать пять. Выпил еще одну - хлоп и двадцать пять.
- Ну что вы такое говорите? Вы же понимаете, что таких таблеток нету! Да, у вас возрастные изменения. Это - артроз.
- Вот, уже как-то ближе к телу. Обратимый процесс или необратимый? Если необратимый - то как его замедлить?
- Да что вы ко мне пристали? Идите в интернете почитайте!
Выхожу от доктора, чтобы в интернете почитать. А в фойе больницы, на самом видно месте плакат: не занимайтесь самолечением, обратитесь к врачу!
Вот как зашибись! На стене написано: обратитесь к врачу, а врач отвечает: идите в интернет.


Что-то там делают, меня брали всю электронику к выходу расставить. Впервые в жизни был в пустой (без мебели почти).
Было жутко, потом интересно. А ещё сраные бесперебойники весят как кирпичи :с
На учёбе даже подумать не мог, что будет что-то такое)

Стриминговые сервисы AMC+ и Shudder объявили дату премьеры третьего сезона хоррор-сериал "Террор". Новая история под названием The Terror: Devil in Silver стартует 7 мая.
Шестисерийный мини-сериал основан на одноимённом романе Виктора Лаваля "Дьявол в серебре". Пост исполнительного продюсера занял Ридли Скотт, а шоураннерами выступили сам Лаваль.
Главную роль играет Дэн Стивенс, знакомый по "Аббатству Даунтон" и фильму "Абигейль". Его персонаж Пеппер – рабочий-грузчик, который из-за стечения обстоятельств и вспыльчивого характера оказывается принудительно помещён в психиатрическую больницу "Нью-Хайд".
Это учреждение, куда общество ссылает тех, кого предпочитает не замечать, полно тёмных тайн: пациенты настроены против него, врачи скрывают мрачные секреты, а по коридорам, возможно, бродит сам Дьявол. В попытках выбраться на свободу Пеппер вынужден противостоять существу, питающемуся страданиями обитателей больницы, рискуя при этом обнаружить, что самые страшные демоны живут внутри него самого.
Devil in Silver станет третьей главой антологии. Первый сезон основан на книге покойного Дэна Симмонса и рассказывал о британской военно-морской экспедиции, застрявшей во льдах в поисках Северо-Западного прохода, а второй, The Terror: Infamy, разворачивался в японском лагере для интернированных во время Второй мировой войны, где обосновалось злобное существо-оборотень.
Когда словом неделе выпало «Начальство», мне, прежде всего, вспомнился вице-губернатор Рязанской, а потом Тульской губернии Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. Для меня в школе он был только иллюстрацией в учебнике литературы и автором скучных морализирующих «сказок» 19 века (ну еще и соседней улицей), и его мощный, едкий и всё же лирический литературный дар открылся мне значительно позднее.

«История одного города» была написана в 1870 году и получила финальную редакцию в 1879. Книга воспринимается по-разному и кто-то в этом романе увидел поклёп на отечественную историю, но я, пожалуй, отвечу на это словами самого автора:
«Не „историческую“, а совершенно обыкновенную сатиру имел я в виду, сатиру, направленную против тех характеристических черт русской жизни, которые делают ее не вполне удобною. Черты эти суть: благодушие, доведенное до рыхлости, ширина размаха, выражающаяся с одной стороны в непрерывном мордобитии, с другой — в стрельбе из пушек по воробьям, легкомыслие, доведенное до способности не краснея лгать самым бессовестным образом…».
Из письма М. Е. Салтыкова в редакцию журнала «Вестник Европы» (апрель 1871 года) (Собрание сочинений : В 20 томах : Том 8 / М. Е. Салтыков-Щедрин. — Москва : «Художественная литература», 1969).
Настолько прекрасную галерею
градоначальников вывел Михаил Евграфович, что в
1907 году Николаем Ремизовым, Александром Юнгером, Алексеем
Радаковым и Александром Яковлевым был выпущен альбом «Портретная галерея
градоначальников» (я приведу только часть остальное здесь как источник):





















Очень актуально. Частенько заезжаю в магазин, который недалеко от одного из рынков, круглосуточный. И вот эти люди, просто издеваются над охраной, забегают хватают орешки, начинают грызть, хватают бананы, начинают чистить и есть, хватает в водку откупоривают и начинают пить. Я всё это наблюдаю довольно часто.

Комментарии