Этот метод наказания заключался в том, что через воронку в рот несчастной жертве заливали расплавленное олово или свинец. Температура металла достигала нескольких сотен градусов — он прожигал ротовую полость, гортань, пищевод и желудок, вызывая невыносимые страдания и мучительную агонию. Смерть могла наступать не сразу: организм буквально жарился изнутри, сопровождаясь ужасными ожогами и шоком.

В разных странах и эпохах такая казнь применялась как способ запугивания и предупреждения преступлений. В особенности фальшиывомонетчиков. На Руси эта практика получила распространение в середине XVII века, во времена царствования Алексея Михайловича — отца Петра Великого. Тогда страна переживала серьёзные экономические трудности, связанные с денежной системой. Обилие фальшивых монет угрожало стабильности государства, и правительство решила применить самые суровые меры к тем, кто занимался подделкой денег.

С 1655 по 1663 год в разных городах России было казнено более семи тысяч человек, обвинённых в фальшивомонетничестве. Их приговаривали к смерти через заливание расплавленного олова в горло. Это был зрелищный процесс — казнь проводилась на площадях перед толпой народа, чтобы другим было неповадно. Такое наказание должно было стать страшным предостережением для всех, кто решится нарушить государственные законы.

Позже, в 1672 году, процедура казни стала ещё более жестокой. К уже существующему методу добавили элементы физического истязания: перед смертью осуждённому отрубали левую руку и обе ноги. После этого в рот жертвы заливали раскалённый металл. Таким образом, человек испытывал не только нечеловеческую боль, но и лишался конечностей, при этм оставаясь живым до самого конца. Эти действия были направлены не столько на наказание, сколько на демонстрацию власти и беспрекословного подавления любого сопротивления государственной машине.

Современники и историки отмечают, что такие жестокие казни были характерны для эпохи, когда закон понимался прежде всего как инструмент контроля над населением. Они служили не только карой за преступление, но и средством устрашения.