Одиночество
Присоединяйся к Вомбату
Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
или через
Хотите перенести свой аккаунт с Пикабу? Узнайте как
Уведомления
Вомбаттл
Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
Привет всем. Как зовут меня пока не важно, скажу одно я инвалид, у меня ДЦП, и нет руки и ноги у меня работают нормально, у меня немного испорченна речь и пробела с обучаемостью, я никуда не выхожу из дома вообще, то есть я не редко выхожу из дома, а не выхожу вообще, на улице у меня сразу панические атаки, такие же атаки у меня и при общении в реале с незнакомыми людьми. Мне 40+ лет, я за это время не разу не работал, сижу на пенсии, писать я умею только на компьютере, руками не умею писать, то же самое и с чтением, прочесть книгу или текст на компе я могу без проблем, но то что написано руками для меня всё равно что китайские иероглифы. Я не могу представить что со мной случиться если родителей не станет, ведь я не разу в жизни не стирал, не готовил, не убирал, налить чай себе, заварить доширак или порезать там колбасу я могу, но варить всякие супы и что либо жарить не смогу никогда. И самая главная моя проблема это дефицит общения, я общаюсь только с родителями, и с парой родственников и всё, естественно что никаких друзей, подруг, девушки, жены и прочего у меня нет, я хотел бы тут найти друзей хотя бы по переписке, просто по переписке, без всяких звонков и видео звонков. Из интересов я очень интересуюсь компьютерами, железками от них, компьютерными играми, люблю слушать музыку разных жанров. Так что если захотите пообщаться то пишите, и да предупреждаю сразу, я не прошу у вас денег, продуктов, железок, а от девушек голых селфи, мне нужен человек с которым можно просто пообщаться и все, всякий алкоголь, наркота, вписки, пьянки, сауны, бары мне не интересы.
Это будет один из самых ранних постов Капибары - не по времени публикации, но по заложенному фундаменту. Впервые черновик был создан во время альфа-теста, но затем утерян или удален.
Врач-анестезиолог доктор медицины Энтони Каве, выпускник Стэнфорда и Гарварда, ныне практикующий в Сан-Франциско, поделился своими наблюдениями о том, как одиночество сказывается на пациентах под наркозом. Недавно главный хирург США доктор Вивек Мерти объявил об эпидемии одиночества в стране, которая серьезно влияет на все сферы медицины, в том числе на поведение пациентов под анестезией.
Одиночество вызывает реальные физические симптомы, которые становятся заметны, когда пациенты подключены к аппарату ИВЛ и получают анестетики через дыхательную маску. Однажды к доктору пришел 75-летний пациент на замену коленного сустава. Когда доктор спросил его, чем тот планирует заниматься с новым коленом, пациент ответил, что уже не знает, зачем ему это нужно. Оказалось, он потерял связь с близкими и испытывает сильное социальное и эмоциональное одиночество. Это повышает риски сердечных болезней, инсульта, деменции. Когда пациент с такими вводными приходит в себя после наркоза, у него нередко наблюдают дезориентацию, крики, метания и в целом нетипичное поведение. Ведь мозг, долго страдавший от одиночества, склонен к депрессии и тревожности, что проявляется прямо на операционном столе.
Врачу пришлось отложить начало операции, хотя никто этого не любит, особенно когда виновником возникшей паузы является анестезиолог. Он позвал хирурга для разговора с пациентом, хотя лучше бы это сделать заранее. Но в условиях несовершенной системы здравоохранения пришлось действовать по ситуации. Врач попросил остальных выйти, чтобы пациент не чувствовал себя еще более одиноким из-за осуждающего перешептывания за спиной.
От одиночества страдает не только старшее поколение, но и молодежь, особенно поколение Z. Доктор замечает, что перед операцией молодые пациенты не могут оторваться от телефонов, даже когда он объясняет, что будет происходить с их телом. Вместо того чтобы настроиться на предстоящую процедуру, они отвлекаются на тревожные посты в соцсетях. Одинокая молодежь также чаще злоупотребляет снотворным и алкоголем, вместо того чтобы разбираться с истинными причинами одиночества, а это влияет на ход анестезии.
Важно уметь распознавать признаки одиночества: замкнутость, отсутствие физической и социальной активности, потеря интересов (ангедония), тревога, депрессия, нарушения сна и аппетита. Поэтому доктор Каве дает такие рекомендации коллегам-медикам: если вы видите одинокого человека, попробуйте пообщаться с ним, вовлечь его. Ведь пациенты, которые чувствуют связь с другими, испытывают меньше боли, им нужно меньше опиоидов, они быстрее восстанавливаются после операций. Сила человеческих взаимоотношений заключается именно в этом.
Мы все можем внести свой вклад в борьбу с одиночеством, проявляя искреннее внимание и заботу об окружающих. Забота и человеческое внимание оказывают столь же существенное влияние на благополучие людей, как и лекарства, но без нежелательных побочных эффектов, что особенно важно в обычно далеких от совершенства реалиях любой системы здравоохранения.
По материалам стрима от 6 мая 2023 года:
Элеанор Ригби - песня Битлз об одиночестве и одиноких людях.
Элеанор Ригби собирает рис в церкви после свадьбы, живёт в своих мечтах, чего-то ждёт у окошка. Мажет лицо кремом, что хранит в баночке у двери.
Отец Маккензи пишет слова проповеди, которую никто не услышит. Он работает и чинит носки по ночам, когда никого нет.
Возможно, они могли скрасить друг другу одиночество, но Элеанор Ригби умерла в церкви и была похоронена вместе со своим именем. Никто не пришёл. Отец Маккензи похоронил её.
В статье, опубликованной в октябре 2021 года в The New Yorker, Маккартни написал, что на создание песни "Eleanor Rigby" его вдохновила пожилая женщина, которая жила одна и с которой он очень хорошо познакомился. Он ходил за покупками для неё и сидел у неё на кухне, слушая её рассказы и кристаллический радиоприёмник (типа детекторного радио, не нуждающегося в источнике питания). Маккартни сказал: "Одни только её рассказы обогатили мою душу и повлияли на песни, которые я позже написал".
YouTube:
Vk видео:
Битлз закончили работу над песней в музыкальной комнате дома Джона Леннона в Кенвуде. Джон Леннон, Джордж Харрисон, Ринго Старр и их друг Пит Шоттон - все они слушали, как Маккартни играет свою песню и вносили свои идеи.
Кто-то предложил добавить в сюжет любовную линию, но от этой идеи отказались, потому что она слишком усложняла историю. Старр добавил строчку "пишу слова проповеди, которую никто не услышит" и предложил, чтобы "отец Маккартни" заштопал свои носки, что понравилось Маккартни, а Харрисон придумал строчку "Ах, посмотрите на всех этих одиноких людей". Именно тогда Шоттон предложил Маккартни изменить имя священника на случай, если слушатели примут вымышленного персонажа из песни за отца Маккартни. Поэтому он просмотрел телефонную книгу и нашёл фамилию Маккензи.
Маккартни не мог решить, чем закончить песню, и Шоттон в конце концов предложил, чтобы два одиноких человека встретились слишком поздно, когда отец Маккензи будет проводить похороны Элеонор. В то время Леннон сразу отверг эту идею, но Маккартни ничего не сказал и использовал эту идею, чтобы закончить песню, а позже поблагодарил Шоттона за помощь.
В 1980-х годах на кладбище приходской церкви Святого Петра в Вултоне, Ливерпуль, была обнаружена могила Элеоноры Ригби, а в нескольких метрах от неё - ещё одно надгробие с нацарапанной фамилией Маккензи. В подростковом возрасте Маккартни и Леннон проводили там время, "загорали" в пределах слышимости от того места, где они впервые встретились на празднике в 1957 году. Много лет спустя Маккартни заявил, что странное совпадение между реальностью и текстом песни может быть продуктом его подсознания, а не бессмысленная случайность. Настоящая Элеонора Ригби родилась в 1895 году и жила в Ливерпуле, возможно, в пригороде Вултон, где она вышла замуж за мужчину по имени Томас Вудс.
Кто бы мог подумать, что одиночество когда-то надоест. Даже не надоест, а... Станет проблемой.
В школьные годы остаться одному было за милу душу, ибо класс был дерьмовый (2-5 трудных детей превратили всех в ЗПР-щиков, поэтому дружить можно было только с одним человеком, и ещё с парой интеллигентных одноклассниц было, что обсудить).
В университетских группах уже было много приятных людей. Однако что в школьном групповом чате настала тишина после выпускного, что в вузовских. Вузовские хотя бы оживают на день-два раз в год. Внезапно всем стало не о чем разговаривать. Даже друзьям - с друзьями... Интересы меняются, жизнь идёт дальше. Но это не самое хреновое.
Оказывается, иметь хорошее образование (к получению которого были приложены настоящие усилия) в провинции - добровольно отречься от своего народа. Потому что ни они не могут подняться на твой уровень мышления, ни ты не можешь опуститься до их. Я фактически иностранец. И говорю "высоким штилем", и раскрываю темы разговора за пределы их понимания... Я устал от того, что на меня смотрят снизу вверх восхищённым, но пустым взглядом. Я хочу видеть чей-то полный смысла, внимания и объективной критики взгляд напротив, как было в клубах по интересам в городе, как было на научных конференциях.
Знаете, что больнее всего? Я не могу поговорить со своим родным отцом. Живя с ним в одном доме, видя его каждый день. Интересно, смог бы поговорить с мамой, если бы она была жива?..
Кто бы мог подумать, что мне нужно будет чьё-то внимание? Его отсутствие проявилось с падением Пикабу, ибо до этого виртуальное общение в сообществах по интересам перекрывало недостаток общения живого. Теперь же, когда на Пикабу я получаю те же 20 плюсов и 0 комментариев там, где были тысячи собеседников, я больше не чувствую себя живым человеком...
Когда не станет последних близких, наступит вечное молчание. По сути, я живу лишь, чтобы работать работу и делать перед отцом вид, что доволен жизнью. Как бы я хотел перепрошить свой мозг на провинциальную версию и пойти творить дичь под мухой в сельском клубе. Обсуждать народные средства лечения, новости, низкопробные отечественные ТВ-сериалы, теории заговоров, перемывать кому-то кости и обсуждать всё, что они считают важным в своей жизни. Но этого не будет. Я так уже не могу.
Мораль: развивайте своих детей настолько, насколько им нужно в том окружении, в котором они будут жить. Просто желать, чтобы они стали умнее вас, получили образование круче, чем было у вас - может обречь их на страдание.
And so as you hear these words
Telling you now of my state
Tell you to enjoy life
I wish I could but it's too late
Они взаимодействуют друг с другом в основном в период размножения, когда самцы могут соревноваться за самку. Некоторые виды, такие как гадюки, могут временно собираться в группы для спаривания или зимовки, но это скорее временное явление, чем постоянная социальная структура. В целом, социальное поведение у змей выражено слабо по сравнению с другими животными.
Изоляция от социума так же опасна, как выкуривание 15 сигарет в день, утверждают ученые из ВОЗ. В XXI веке эпидемия одиночества стала медицинским фактом, который изучают наравне с другими заболеваниями. Современная городская среда, цифровое общение и ритм жизни создали идеальные условия для распространения этого тихого вируса. Разбираемся, как личное чувство превратилось в угрозу общественному здоровью.
Долгое время исследователи считали, что одиночество влияет только на душевное равновесие. Восприятие этого состояния перевернул американский нейробиолог Джон Качиоппо. В 2008 году он выпустил революционный труд «Одиночество: человеческая природа и потребность в социальных связях». В книге он утверждал, что мозг воспринимает изоляцию как физическую угрозу. Хронический стресс, вызванный ею, наносит организму вред, сопоставимый с курением и длительным голоданием. Объяснение этого феномена уходит корнями в древность. В доисторические времена оказаться одному означало верную смерть — неважно, от голода или хищников. Поэтому эволюция встроила в нашу нервную систему сигнализацию, которая срабатывает при недостатке социальных связей.
Сегодня эта древняя система безопасности работает против нас. Когда человек долго находится один, мозг переводит тело в режим постоянной тревоги. В первую очередь активируется симпатическая нервная система. Она отвечает за реакцию «бей или беги». Надпочечники начинают вырабатывать кортизол, «гормон стресса». В небольших дозах он помогает справиться с напряжением, но при хроническом беспокойстве становится ядом. Постоянно высокий уровень кортизола провоцирует хроническое воспаление всего организма. Оно медленно повреждает кровеносную систему и приводит к развитию сердечно-сосудистых заболеваний, которые остаются главной причиной смертности в мире.
В 2016 году группа ученых из Йоркского университета провела исследование, в котором приняли участие 181 тыс. взрослых. По его результатам утверждалось, что у людей, испытывающих постоянное чувство одиночества, риск инфаркта и инсульта увеличивается на 30%. Механизм этой связи не изучен до конца, поэтому ученые и правительство продолжают разгадывать его загадку. Например, два года назад Национальные институты здравоохранения выделили грант на четырехлетнее исследование эпидемии одиночества на базе Университета штата Джорджия.
Но на проблемах с сердцем цепная реакция не заканчивается. Воспалительные процессы влияют и на мозг. Они нарушают выработку серотонина и дофамина — нейромедиаторов, которые отвечают за настроение и мотивацию. Это объясняет, почему длительное одиночество часто приводит к депрессии и тревожным расстройствам. Оно может буквально уничтожить ваши когнитивные функции. В 2025 году группа ученых, финансируемых Национальным институтом психического здоровья, проанализировала десятки исследований и выяснила, что долговременная изоляция увеличивает риск деменции в пожилом возрасте на 31% и ускоряет процессы старения на клеточном уровне.
Но больше всего уязвима иммунная система. Парадоксально, но, постоянно находясь в боевой готовности, она со временем начинает давать сбои. С одной стороны ее атакует хроническое воспаление, с другой — реальные инфекции, сопротивляться которым становится сложнее. Организм перестает понимать, откуда исходит настоящая опасность.
Получается замкнутый круг: одиночество вызывает стресс, стресс порождает болезни, а болезни усиливают изоляцию. Человек, испытывающий проблемы с общением, часто подсознательно дистанцируется от других, что только усугубляет его состояние. Но как мы оказались в круговороте изоляции и безысходности?
Впервые на эпидемию одиночества в мире обратил внимание главный хирург США Вивек Мурти. В 2017 году его статья попала на обложку Harvard Business Review и вызвала большой резонанс в сети.
«Мы живем в эпоху самой технологически развитой цивилизации, однако уровень одиночества удвоился с 1980 годов», — рассказал врач американскому изданию.
На этом Мурти не остановился. В 2023 году вышел его информационный доклад «Наша эпидемия одиночества и изоляции». В нем доктор вновь обратил внимание на глобальный кризис здравоохранения, вызванный отсутствием социальных связей. Опасения главного хирурга США ненапрасны: по данным Всемирной организации здравоохранения, каждый шестой человек в мире страдает от одиночества не только морально, но и физически. В июне 2025 года организация опубликовала отчет комиссии по социальным связям. Согласно статистике ВОЗ, эпидемия одиночества убивает 870 тыс. человек в год — в полтора раза больше, чем малярия, одна из опаснейших болезней южных стран.
Большинство исследователей буквально кричат о смертельной опасности изоляции. Но научная дискуссия по этому поводу не прекращается. Существуют работы, которые сомневаются в существовании связи между отсутствием социальных контактов и заболеваниями, — например, исследование китайских ученых в журнале Nature Human Behaviour. Феномен сложный и неоднозначный, поэтому его продолжают изучать.
Одно мы знаем точно: современный мир способствует развитию эпидемии изоляции. Современные города с огромными жилыми комплексами напоминают гигантские ульи, где тысячи людей живут в непосредственной близости, но остаются невидимыми друг для друга. Парадокс урбанизации описан в книге Норины Герц «Столетие одиночества»:
«Одиночество возникает не из-за отсутствия людей рядом, а из-за неспособности выразить то, что кажется важным самому себе, или из-за взглядов, которые другие считают неприемлемыми», — пишет автор.
Задумайтесь: знаете ли вы всех соседей по именам? Можете ли доверить им присмотр за квартирой, пока вы в отпуске? Атомизация общества достигла апогея. Зачастую нам неинтересно, как живут люди вокруг. Даже с друзьями стало тяжелее общаться. Порой нам нужно несколько часов добираться в другой район города, чтобы сходить в гости. Вполне естественно, что мы больше не можем забегать к приятелям на кружку чая после работы.
Одновременно с этим мы стали меньше посещать «третьи места» — кафе, парки, библиотеки и клубы по интересам, где люди раньше естественно общались без формальных поводов. Эти островки спонтанного общения вытесняются коммерциализацией и ускоренным ритмом жизни. Мы живем в замкнутом треугольнике «дом — работа — дом», а предложение познакомиться на улице скорее напугает нас, чем воодушевит. Помните, как легко было заводить приятелей в детстве? «Привет, давай дружить!» — и вот вы уже вместе строите песочный замок, играете в догонялки, делаете уроки и ходите друг к другу на праздники. Даже жаль, что во взрослом возрасте такое вряд ли сработает.
Но самый коварный вклад в эпидемию вносят цифровые технологии. Социальные сети и одиночество шагают рука об руку. Они создают иллюзию постоянной сопричастности к чужим судьбам, но на деле лишь углубляют социальную пропасть. Пассивное потребление контента дает нам парасоциальные отношения — одностороннюю связь с людьми, которая не может заменить живой диалог. Алгоритмы затягивают в эхо-камеры, где мы слышим только отголоски собственных мнений. А постоянное наблюдение за чужой жизнью порождает FOMO — навязчивую тревогу, что где-то происходит что-то более важное и интересное. Такой вот парадокс: технологии, созданные для объединения, часто лишь усугубляют разобщенность.
Мы попали в ловушку из бетона, стекла и пикселей. Неудивительно, что влияние одиночества на здоровье стало проблемой мирового здравоохранения. Кто же больше всего страдает от эпидемии изоляции?
В разговоре про одиночество есть особая группа риска, которую долго не замечали. Речь о мужчинах — именно среди них статистика показывает самые тревожные цифры. Еще в 2019 году журнал Time обратил внимание на то, что в наши дни парни бывают одиноки чаще, чем девушки. По данным Американского опроса населения, такую тенденцию зафиксировали впервые за 30 лет. После пандемии COVID-19 и глобальной изоляции проблема стала еще заметнее. Больше всего от эпидемии мужского одиночества страдают граждане США, Австралии и стран Европы.
Корни проблемы уходят глубоко в культурные стереотипы. С детства мальчикам внушают: настоящий мужчина не показывает слабость, не жалуется и справляется с проблемами самостоятельно. Запрет на уязвимость создал эмоциональный вакуум: мужчина может годами носить в себе напряжение. Если проблемы не с кем разделить, они начинают разъедать сознание и тело изнутри, проявляясь в виде психосоматики одиночества — бессонницы, повышенного давления, проблем с сердцем.
Специфика мужской дружбы тоже играет немаловажную роль. Девушки обычно строят отношения на глубоких разговорах и моральной поддержке. Парни, наоборот, традиционно общаются «плечом к плечу», через совместную деятельность. Пока есть общее дело, есть и контакт. Но стоит этой деятельности исчезнуть, как связь легко теряется. С возрастом, когда круг интересов сужается, многие остаются без близких друзей.
Особенно опасно одиночество для пожилых мужчин, переживших потерю супруги. Женщины в такой ситуации обычно имеют более развитые социальные навыки и поддерживают общение с подругами, родственниками. Вы замечали, что даже на лавочке у подъезда в основном сидят бабушки? Очень редко можно встретить компанию дедушек, обсуждающих дворовые сплетни. Зачастую они полностью замыкаются в своем горе, из-за чего одиночество и смертность идут рука об руку. По данным исследований, у вдовцов риск смерти повышается на 48%.
Проблема не ограничивается старшим поколением. Одиночество у подростков и юношей принимает другие, но не менее опасные формы. Соцсети создают иллюзию общения, но не дают навыков реальной эмоциональной близости. Молодые люди, воспитанные по принципу «мужчины не плачут», часто не умеют распознавать и выражать свои чувства, что ведет к развитию депрессии и тревожных расстройств.
Последствия этого кризиса проявляются в печальной статистике. По данным ВОЗ, в западном мире мужчины в три-четыре раза чаще женщин умирают от суицида, чаще страдают от алкогольной и наркотической зависимости, их жизнь в среднем короче. Мужская агрессия, которая осуждается обществом, часто оказывается криком о помощи: неспособный выразить боль словами, мужчина выражает ее действиями. Разорвать этот порочный круг можно только пересмотром самого понятия мужественности.
Если вы испытываете острое чувство одиночества, которое влияет на ваше ментальное и физическое состояние, пожалуйста, обратитесь за профессиональной помощью к психологу или психотерапевту.
В 2023 году ВОЗ учредила международную комиссию по социальным связям. Это стало переломным моментом: мировое медицинское сообщество наконец признало, что проблема разобщенности угрожает здоровью всего населения и требует системного решения.
Первой европейской страной, которая осознала масштаб проблемы, стала Великобритания. Еще в 2018 году там появилась должность министра по борьбе с одиночеством — возможно, самый человечный портфель в правительстве. С тех пор государство всесторонне работает с проблемой изоляции: создает общественные центры и реализует программы межпоколенческого общения, где студенты помогают пожилым людям осваивать цифровые технологии, — например, Incommon или Talking Generations.
Япония столкнулась с эпидемией разобщенности еще раньше. В 1980-х годах в стране зафиксировали феномен «кодокуши», или «одинокой смерти». Развился он из-за стремительно стареющего населения, за которым некому присматривать. В 2024 году около 40 тыс. японцев умерли у себя дома в полном одиночестве. Чтобы бороться с этим феноменом, местные муниципалитеты внедряют системы социального мониторинга: соседи добровольно следят за благополучием одиноких пенсионеров.
Недавно в Токио появился сервис «по аренде бабушек» OK Obaachan. За 3,3 тыс. иен (около 1,6 тыс. рублей) в час японцы могут пригласить одинокую пожилую женщину к себе домой. Бабуля приготовит обед, присмотрит за детьми, решит семейные споры и просто поболтает с младшим поколением.
Но самый интересный тренд последних лет — «социальные рецепты». Врачи в Великобритании, Канаде и странах Скандинавии теперь могут официально назначать не только лекарства, но и участие в социальных проектах. Вместо таблеток от депрессии пациент получает направление в художественную студию, шахматный клуб или волонтерский проект. Исследования показывают: такие назначения работают не хуже антидепрессантов при легких формах депрессии, вызванной изоляцией.
Все эти инициативы напоминают: причины одиночества в современном мире носят системный характер, а это значит, что и решения должны быть комплексными. Недостаточно советовать людям «быть более общительными». Нужно создавать среду, где человеческие связи могут формироваться естественно и непринужденно.
Современные исследования одиночества подтверждают, что это одна из главных проблем XXI века. Журнал The Economist пишет, что за последние восемь лет число людей без крепких социальных связей выросло на 100 млн. Причем чаще всего от разобщенности страдают граждане развитых стран, у которых есть доступ к образованию, путешествиям и всевозможным развлечениям. Удивительный парадокс, не правда ли? Симона Хэн в книге «Тайная эпидемия одиночества. В поисках утраченной близости» правильно заметила, что мы живем в мире, где утрачена «грамотность человеческих связей». Но ее можно вернуть — на уровне как отдельного человека, так и всего общества. О некоторых способах мы уже писали в нашем практическом гайде.
В первую очередь важно сместить фокус с количества социальных контактов на их качество. Один глубокий разговор зачастую значит больше, чем десятки формальных встреч. Ключевой навык здесь — позволить себе быть уязвимым. Как показывает теория привязанности, именно искренность создает настоящую близость. Попробуйте начать с малого: поделитесь не только успехами, но и сомнениями с тем, кому доверяете.
По-настоящему близких людей можно найти через увлечения, которые вас объединяют: например, танцы, книги, волонтерские проекты. Пространства для хобби становятся современными «третьими местами», где рождаются связи, основанные на общих ценностях, а не на социальных обязательствах. А вот на уровне общества нужно сознательно восстанавливать утраченный социальный капитал. Уже сегодня правительства разных стран создают больше общественных пространств, развивают местные инициативы и проекты, которые могут сплотить людей.
Нужна ли вам «вакцина» от одиночества? Пройдите краткий тест на основе шкалы одиночества UCLA.
Если ответы вас тревожат, начните с малого: позвоните старому другу, запишитесь на курсы или просто посидите в парке, где есть другие люди. Все мы так или иначе сталкиваемся с эпидемией одиночества в цифровом обществе. Чтобы противостоять ей, нужно ценить живое общение, которое в наши дни превратилось из обыденности в роскошь.
Почему так? Попробую кратко.
Я не хипстер. Я не косплею. Я не мечтаю переехать. Я просто нашёл место, где моя голова замолкает. И это место — не страна, а культура. Которая не пытается меня лечить, а просто позволяет быть.
2011 год. Мне 11. Я случайно увидел «Рыбку Поньо». Потом — «Покемоны». И я плакал, когда Эш нёс Пикачу в больницу. Сейчас я смеюсь над этим, но тогда это было первое касание к чему-то, что не врало. Японская анимация не притворялась, что мир — это радуга. Она показывала боль, утрату, одиночество, но с достоинством.
Я не знаю японского. Он сложный, и мне лень. Но музыка, фильмы, архитектура говорят без перевода. Они не требуют слов.
Литература: Мисима, Китами Масао. Они пишут о чести, смерти и красоте в увядании. Это не про «позитив». Это про принятие.
Фильмы: Китано, Синтаро Кацу, «Затоичи» — целая франшиза, которую иностранцы почти не знают. А ещё «Под открытым небом», «Жёлтый платочек счастья», «Семейка на выживании». Это не массовое кино. Это кино для своих.
Архитектура: Ворота тории. Они как граница между миром людей и чем-то большим. Я смотрю на них и чувствую, что есть место, куда можно уйти.
Музыка: Сити-поп. Тацуро Ямасита, Мария Такэути, Anri. Их пластинки я ставлю в дороге или когда один дома. Они создают ощущение, что время замедляется, и не нужно никуда спешить.
Аниме: Сейчас пересматриваю старую классику. Новое — редко. Потому что новое — это продукт. А старое — это искусство.
Книги по философии: «Будоёсинсю» и другие. В них я нашёл ответ на главный вопрос: «В чём смысл жизни?» Я не скажу, что нашёл его полностью. Но я знаю, в каком направлении искать.
Я считаю себя хикикомори. В этом нет ничего крутого. Это не модный тренд. Это способ существовать, когда мир давит. В России хикки другие — я знаю некоторых в интернете. Мы все выживаем по-своему. Я выбрал тишину и не жалею.
Японская культура и этот феномен идут рядом. Там, где общество давит, люди уходят в себя. Я сделал так же.
Еда: Кари с рисом — мой ритуал. Нарезать овощи, обжарить, добавить специи, помешивать. В голове в это время тишина. Процесс успокаивает лучше, чем любые таблетки.
Музыка: Сити-поп в машине или дома.
Дорамы: Смотрел раньше. Сейчас нет. Времени нет. Или пока не хочу просто,давно это было…
Манга: Почти не читаю. Смысла нет.
Я смотрю японский фильм — вижу заходящее солнце, дороги, дали. И понимаю, что в жизни есть что-то хорошее. Когда приходят суицидальные мысли от депрессии (а они приходят), я вспоминаю эти кадры. Тихий храм. Дождь по бамбуку. Старик, который точит нож и говорит: «Ничего лишнего».
Японская культура учит минимализму, принятию, красоте в одиночестве. Моё F61 (смешанное расстройство личности) — это хаос в голове. А Япония даёт мне структуру, порядок, эстетику. Даже просто картинка с воротами тории успокаивает.
Япония — это не просто страна. Это часть меня. Моя опора. Мой ответ на вопрос «зачем жить».
«Говорят, что у каждого человека есть место, где его душа дышит. У кого-то это лес, у кого-то — море, у кого-то — храм. У меня — это культура, которая не требует, чтобы я был счастливым. Которая позволяет мне быть просто существом, смотрящим на закат. И этого достаточно».
Тут я описал максимально кратко.
В будущем возможно что то ещё будет на эту тему.
Для меня скейт-панк и поп-панк — это не просто музыка. Это единственное направление, которое я считаю своим. Не рэп, не классика. Только это — быстрое, злое, дерзкое.
Я не знаю, как объяснить это словами. Но я попробую.
Это было в 2010 или 2011 году. В нашем мухосранске на всё лето отключали горячую воду, и мы с матерью ходили в баню к её подруге в частный сектор. У той женщины был сын лет 18. Однажды он застал меня за просмотром мультиков, хмыкнул и сказал: «Давай я тебе кое-что получше покажу». Он включил свою PS3 Fat, загрузил Burnout Paradise и вручил мне геймпад.
Я не знал, куда жать, но он терпеливо показывал. А в какой-то момент из динамиков полилась песня, которую я никогда раньше не слышал. Быстрая, дерзкая, с каким-то вызовом. Я не понимал слов, но внутри что-то щёлкнуло.
Это была Avril Lavigne — «Girlfriend».
Сейчас от воспоминаний пускаю скупую слезу по тому времени. Сами помните то время.
Я тогда не осознал, что это был поп-панк. Я просто знал: эта музыка — не такая, как всё, что я слышал раньше. Она мне понравилась. Тогда я ещё сам этого не понял, но именно в тот момент что-то во мне переключилось. Это был первый раз, когда я услышал этот жанр.
Панк — это не музыка. Это про отношение.
Панк — это когда ты не вписываешься в систему. Когда тебе говорят «надо», а ты отвечаешь «нет». Когда тебя пытаются загнать в рамки, а ты ломаешь их.
У меня диагностировано смешанное расстройство личности (F61.0). Это не просто набор букв. Это то, как я вижу мир: через призму контроля, прогноза и недоверия. Моя жизнь — это структура. Подъём в 9, завтрак в 11, обед в 14–15, ужин в 20. Любое нарушение плана выбивает из колеи. А люди — это хаос. Особенно женщины. Особенно когда они не говорят прямо.
И вот тут-то и появляется панк.
Панк-музыка — это протест. Против системы, против правил, против тех, кто говорит «так надо». В моей жизни это тоже есть.
Я не встаю перед врачом, когда она заходит в палату. Я сижу в позе по-турецки и смотрю на неё спокойно, без агрессии, но без дружелюбия. Санитарка говорит: «Хоть бы ты встал». А я просто отмахиваюсь.
Я не терплю, когда кто-то лезет в мои границы. Малолетки стучат в окно — я выхожу на перехват. Кто-то влезает в очередь в дурке — я выталкиваю его молча, с таким взглядом, что он больше не подходит. Я не ищу конфликтов, но я не позволяю себя использовать.
Панк — это голос моего внутреннего бунта. Даже если внешне я спокоен.
Панк — это быстро, агрессивно, мощно. Когда я слушаю его, я выплескиваю ту злость, которая копится внутри. У меня есть триггеры: стук в окно, наглые взгляды, когда кто-то пытается нарушить мой порядок. Если я не дам этой энергии выхода — она сожрёт меня изнутри. Поэтому я включаю панк на полную громкость, сажусь за комп или иду на турник.
Когда я лежал в дурке, я делал упражнения с бутылками воды вместо гантелей. Все вокруг ходили зашоренные, а я единственный, кто что-то делал. Не потому что мне было весело. А потому что злость требовала выхода. Скука и безысходность душили, и только физическая нагрузка помогала мне не сдохнуть. Я не мог слушать музыку — в отделении нельзя. Но злость работала лучше любого панка.
В панке круто быть «не таким». Это музыка для тех, кто не вписывается в «норму»: работа-семья-дети. Я тоже такой.
Я не хочу жениться, не хочу детей, не хочу быть частью «ячейки общества». Я смотрел на заёбанных мужиков с колясками и жёнами, которые их пилят, и думал: «Спасибо, я не хочу так жить». Я хочу делать то, что хочу. В игры играть, подтягиваться, музыку слушать, фильмы смотреть, посты писать, кота гладить.
Это как с моим котом. Он сидит у миски, когда голоден. Он мяукает, когда ему страшно. Он трётся, когда ему хорошо. Никаких «скучновато дома сидеть» вместо «давай сходим в кафе». Никаких обид, которые ты должен угадать.
Многие женщины не говорят прямо. Они намекают, молчат, обижаются, а потом ты должен догадываться. А я — не экстрасенс. Я устал от этого. Кот — это идеальная модель общения: «мяу» — значит «жрать». Всё остальное — слишком сложно.
Панк — то же самое. Он не врёт. Я не вру. Я не притворяюсь, что мне нужны отношения или друзья. Я не притворяюсь, что я «как все». И панк — это музыка, которая говорит это за меня.
Мой F61.0 — это набор защитных механизмов, которые когда-то спасли меня. Школьная травля, где я был «терпилой», научила меня быть начеку, сканировать угрозы, не доверять. Теперь я живут с гипербдительностью, ригидностью, холодной злостью.
Мой личный список — то, что звучит у меня в наушниках
Я не эксперт, я просто слушатель. Но если тебе интересно, с чего начать или что проверить — вот группы, которые у меня на постоянном повторе:
Это только то, что сразу пришло в голову. На самом деле групп хороших — очень много.
Но эти — моя база.
Ставь + если согласен
P.S. Котик сейчас сидит рядом и смотрит на меня. Ему похуй на панк. Ему важно, чтобы я его покормил. И это честно.
Сын португальских иммигрантов в Венесуэле Мануэль Пита — учёный и фотограф. В своей последней серии «Одинокие дома» его сюрреалистические фотографии запечатлели традиционные дома Португалии,отредактированные так, чтобы «привести их как можно ближе к тем, какими их видят мои глаза», объясняет он.
Через цвета, архитектуру и окрестности «Одиноких домов» автор передает детские воспоминания о своем ощущении дома.
Я одиночество переношу хорошо, а для того, чтобы ещё лучше его переносить и никто не помешал - был заведён гараж. Закрываешь массивную дверь на засов, врубаешь заранее скачанную фильму, достаёшь вкусняшки и переносишь навалившееся внезапно одиночество с исключительно довольной физиономией и занимаясь своими делами.
Когда на горизонте появляется праздник, я резко вспоминаю толпы людей, мечущихся по магазинам и волокущих телеги с горой продуктов к кассам, чтобы сплотиться там. Плечом к плечу, в тесном семейном кругу, захватив с собой бабушек, дедушек, пару детей, многочисленных троюродных племянников внучатой тётки и собаку под мышкой. Поэтому к праздникам я готовлюсь заранее, укрепляя бункер и делая запасы продуктов. Мыши в гараже тоже предвкушают веселье и заранее спрашивают, что у нас в меню. Я ловко швыряю в них галошу на меховом ходу. Они обижаются и убегают, говоря что вот я пусть так и сижу одна, без домашних любимцев.
На очередное 8 марта я довольно жмурилась на пригревающем весеннем солнце, окидывая взглядом безлюдные окрестности. Формат мероприятия меня устраивал целиком и полностью, но моему одиночеству чего-то не хватало, чтобы наслаждаться им окончательно и в особо циничной форме. Точно, мне не хватало хорошего куска мяса, зажаренного на углях с колечками лука и ломтиками картошки.
У каждого уважающего себя гаражевладельца со временем заводится хлипкий ржавый мангал, живущий на улице у входа. Что-нибудь более основательное заводить не имеет смысла, потому что до следующего приезда его обязательно кто-нибудь усыновит. Мясо уже шкворчало на углях, солнце шпарило вовсю, в гараже ждал фильм и жизнь удалась. Начисто забыв про 8 марта в предвкушении от души побатониться, я кинула взгляд на проезжающую мимо и слегка притормозившую машину. Из неё очень сочувственно смотрели на меня в ответ.
По жизни я иногда немного жираф и смысл взглядов до меня дошёл только минут через десять, когда мы уже дружили с мясом в гараже. В безлюдных проулках, в главный женский праздник, одинокая женщина самостоятельно возится около мангала, чтобы порадовать свою душу хоть чем-то. Да здравствует 8 марта сильной независимой женщины.
Нашлось немного времени для графомании, поэтому продолжу рассказывать о своих увлечениях и экспериментах после перехода в трезвую жись.
На повестке снова музыка. К слову, совсем недавно, я заметил такой момент, что музыка - это некий костыль для меня. Или даже лебёдка. Когда я начинаю погружаться в болото апатии/уныния/тревоги/....., самый простой способ вынырнуть, для меня - это как-раз таки музыка. Я могу часами просидеть, крутить какие-то звуки, сочинять какие-то партии и что-нибудь ещё ковырять в программе, и даже если не будет никакого результата, я погружён в процесс и меня отпускают всякие неприятные мысли или состояния. Точнее, я их отпускаю. И музыка - это первое, к чему я потянулся после того, как стал "работать" с психотерапевтом. Тогда, скорее-всего, я потянулся, потому, что особо больше ничем и не увлекался особо, а "дыру" от алкоголя занимать нужно было чем-то. Но в последствии выяснилось, что, видимо, неспроста. Ладно, чот я тут размазывать уже начал. Перейдём уже к треку.
Я уже не особо помню ощущения и состояние, в котором мне пришла идея, но точно помню, что я увидел сюжет и захотел его озвучить. Картинка была примерно следующая: ущелье, камень, на камне сидит уставший и уже еле живой воин. Вдалеке виднеется армия противника и воина одолевают мысли, что прямо сейчас компанию ему составляет его последняя заря - следующую он уже не увидит. Войска противника подбираются всё ближе, бежать или сражаться сил уже нет. И в момент пикового отчаяния, когда казалось, что всё решено, в ущелье врывается подмога, с криками проносясь мимо того самого камня, поднимая пыль по всему ущелью. И тут воин понимает: "Я не один". Собственно название об этом и говорит. Часто так бывает, что в моменты, когда отчаяние нависает свинцовой тучей и кажется, что просвета нет и не будет, появляется кто-то, кого ты не ждал и ты понимаешь, что ты "Не один".
Видеоряд, по классике, просто картинка. Не умею я ещё в видеоряд, извиняйте.
Добра!
Женщина 31 год
— Сегодня в Питере необычайно ясно, – посмотрев в окно, произнесла клиентка.
— Природа нас радует, - согласилась я, предполагая, что таким образом она хочет начать разговор. – Это что-то значит для вас?
— Тогда была тоже такая погода… - угрюмо сказала она. – Ровно два года назад я потеряла практически все, что только можно – сначала ребенка, затем мужа и все то, к чему привыкла.
— Как это произошло?
— Лиля, моя девочка, не пережила операцию, - Надежда посмотрела на меня тяжелым, полным боли взглядом. – Она родилась с серьезной патологией, о которой мы, к сожалению, узнали слишком поздно. Болезнь диагностировали только спустя полгода после ее появления на свет…
— Как вы это пережили?
— Вадим, мой муж, попытался заглушить утрату пропадая на работе – он не признавался, но было понятно, что только так он мог на время абстрагироваться от произошедшего. А я… я просто сидела и рыдала – днями напролет. Иногда находила в себе силы что-нибудь приготовить на ужин или убраться в доме – простые монотонные задачи помогали поддерживать нашу трещащую по швам семью на плаву. Вадик приходил домой и, как мог, пытался помочь: утешал, старался развлечь, предлагал куда-нибудь съездить. Вот только его попытки отвлечь делали только хуже – горечь от потери становилась нестерпимой, мне даже начало казаться, что если бы он просто сделал вид будто ничего не было – я бы чувствовала себя куда лучше.
— Но в какой-то момент он не выдержал и ушел?
— А кому охота каждый божий день видеть лежащую на диване угрюмую заплаканную рожу? – подняв на меня покрасневшие от подступавших слез глаза, ответила Надежда. - Однажды он пришел и сказал, что больше не может и предложил расстаться, а я просто кивнула в ответ – в душе уже не осталось сил на то, чтобы удержать его. Вадик собрал вещи и съехал на съемную квартиру, оставив меня в полном одиночестве. Я проплакала два дня, и только когда в холодильнике закончились продукты нашла в себе силы встать. Оделась, пошла магазин и только на пути обратно осознала, что по привычке взяла с собой коляску. В сердце защемило от боли так, что мне пришлось сесть на ближайшую лавочку чтобы не упасть. А потом я начала медленно покачивать коляску так, словно пыталась убаюкать Лилю и от этого мне странным образом полегчало – как будто все встало на свои места.
— И как часто после этого вы стали так делать? – спросила я, внимательно глядя на ее исказившееся после этих слов лицо.
— Почти каждый день, - хрипло проговорила она. – Я понимала, что это глупость, особенно учитывая косые взгляды соседей, которые то и дело попадались на пути – но мне стало не так тревожно жить и уже не хотелось выть в пустоту посреди ночи. Но этого было мало – я начала сортировать детские вещи и играть с Лилиными игрушками. Бывало, помашешь немножко ее погремушкой или запустишь музыку над кроваткой и мир сразу же начинает светлеть…
— А что насчет других людей? Вы с кем-то общались в это время – коллеги, друзья, родственники?
— После того как Вадим ушел я была вынуждена вернуться на работу, но скажу честно – мне там было не до общения. Бесконечный поток клиентов, у каждого свои проблемы, я стала зашиваться и каждый день считала минуты до конца работы, после чего бежала домой. Еще есть подруга – Марина, она, конечно, поддерживала меня, но у нее в последние годы своих проблем накопилось выше крыши, плюс ревнивый муж, который оказался резко против ее посиделок с друзьями, в том числе со мной. Что касается родных – они живут далеко, в Самаре и мы лишь изредка созваниваемся по скайпу. Так что, можно сказать, я осталась совсем одна. Одна со своим вымышленным ребенком…
— При этом вы понимали, что это не нормально и пытались бороться?
— Понимать – понимала, но не боролась, - безжизненным голосом сказала Надежда. – Я попыталась однажды, но тоска и боль вернулись – а мне так не хотелось этого! Понимаете?!
— Понимаю…
— А потом в мою жизнь вошел Он, - лицо клиентки просветлело. – Мы столкнулись с ним в парке – у меня порвался пакет, а он помог мне все собрать. Его зовут Игорь, он на пару лет старше меня, и как оказалось – работает в соседнем офисе. Он проводил нас с Лилей до дома, так и не сделав попытки посмотреть под полог коляски, а затем мы встретились только спустя неделю – на улице. Мне было почему-то страшно с ним говорить, но он вел себя так дружелюбно что я немного оттаяла и даже выдавила из себя пару улыбок. На следующий день он появился прямо во время обеда и предложил угостить меня – видели бы вы изумленные лица девчонок из отдела. Дело в том, что они все знали о моей, скажет так, особенности и думали, что если я и сойдусь с каким-то мужчиной, то только в белом халате и разъезжающим на скорой помощи. В итоге я согласилась - мы мило побеседовали в кафе, где я и рассказала ему что не замужем.
— Как вы объяснили наличие ребенка?
— Ответила, что воспитываю сама, - пробормотала она и опустила голову. – Хотела сказать правду, но почему-то не смогла. И потом, на свидании, соврала что отдала дите подруге присмотреть. Наши отношения развивались бурно – можно сказать, я нашла родственную душу. Он оказался интеллигентным, спокойным и, в отличии от Вадима – умеющим слушать. Игорь мог часами сидеть и слушать мою болтовню – а я после многолетнего молчания все никак не могла наговориться. Но потом произошло то, чего я боялась…
— Вы встретились с ним во время прогулки с коляской?
— Он подошел совершенно неожиданно - у меня аж сердце замерло, и сказал, что уже полчаса за нами наблюдал из окна, пока ему чинили машину. Не помню, что я пролепетала, но тут он приподнял полог, желая посмотреть на ребенка и… Он непонимающе посмотрел на меня, после чего сказал, что ему пора идти и отправился обратно, а я, как в тумане, добралась до дома и рухнула на кровать. Мне было так стыдно и обидно на саму себя одновременно – я выла и била руками по подушке, хотя стоило бы по своей дурной голове! Последний раз мне было так же плохо, когда умерла Лиля…
— Вы виделись с ним после этого?
— Вы тоже в него не поверили, да? – хмыкнула она. – Я тоже думала – все, он ушел и не вернется. Но нет! Вечером он неожиданно позвонил в дверь - я сначала не хотела открывать, но потом, скрепя сердце, все же впустила к себе. Он с грустью посмотрел на мое заплаканное лицо, сказал, что хочет съездить в одно место и попросил одеться потеплее, а сам остался ждать в коридоре. Честно говоря, я не знала, что и думать, но решила уступить и вскоре мы уже ехали по шоссе куда-то за город. Спустя всего пару часов он привез меня на небольшую турбазу в отдельный домик с террасой и видом на пляж. Предложил мне располагаться, а сам ушел куда-то и вернулся с двумя подносами с едой. Жареное мясо, закуски, пара бутылок вина и освещающая окрестности луна. Все было так романтично, так спокойно и… мне хотелось, чтобы эти минуты длились вечно.
— Вы говорили о случившемся днем?
— Нет, он молчал и делал вид будто ничего и не было, - по щекам Надежды потекли слезы. – Мы провели чудесную ночь, я уткнулась лицом к нему в грудь и впервые за всю жизнь заплакала от счастья. А потом рассказала Игорю все, что накопилось в душе, все, что я от него скрывала – а он обнял меня и молча слушал! Мне было так важно, что он не стал меня осуждать или утешать – просто взял и принял все как есть. И в тот момент я поняла, что вот он – мой шанс на счастье и мне никак нельзя его упустить! Если он тоже уйдет – то и жить мне, наверное, будет уже незачем. Потому я и решила переступить через свои проблемы и после возвращения пошла искать психолога…
