Эх взять бы и вернуть 2019...
А давайте представим, что перемещения во времени всё же возможно. Знаю, что это фантастика, но всё же:
Допустим, вы проснулись у себя дома в 2019 году, но со всеми текущими знаниями.
Ваши действия?
А давайте представим, что перемещения во времени всё же возможно. Знаю, что это фантастика, но всё же:
Допустим, вы проснулись у себя дома в 2019 году, но со всеми текущими знаниями.
Ваши действия?
В 1989 году в городе-герое Севастополе был обнаружен заблудившийся во времени немецкий водолаз. Об этом сообщалось в нескольких российских изданиях за 2008 год. Водолаз не мог объяснить логически своё появление в советском городе спустя 46 лет после погружения…Продолжение истории: https://firstinteresting.ru/2023/05/08/popadancy-1-zabludivshijsya-vo-vremeni/
Фантастические книги Алекса Гора.
Цикл «На четверть демон»
https://author.today/work/series/44040
ИДЕЯ И САУНД-ПРОДЮССИРОВАНИЕ - ZAKHAR PAROV PROJECT
МУЗЫКА - ZAKHAR PAROV
ТЕКСТ - Валерий Брюсов (1873-1924), ZAKHAR PAROV
-----------------
℗ январь 2026г.
Использовано фото из открытых источников.
Рингтоны от ZPP и другие Вы можете скачать здесь:
Текст песни:
------------
[Куплет 1]
У каждого свой тайный демон.
Влечёт неумолимо он
Наполеона через Неман
И Цезаря чрез Рубикон.
Не демон ли тебе, Россия,
Пути указывал в былом,
На берег Сити в дни Батыя,
На берег Дона при Донском?
[Припеев]
Свечи призрачно горят,
Ночь окрестности покрыла,
На полу начерчен знак,
Ритуал идет призыва.
Демон, сущность или дух,
На призыв тот отзовётся,
Воин появился вдруг,
Снова путь его начнётся.
[Куплет 2]
Не он ли вёл Петра к Полтаве,
Чтоб вывести к струям Невы,
И дни Тильзита, дни бесславии,
Затмил пыланием Москвы?
Куда ж теперь, на скалы Крыма,
От ужаса декабрьских дней,
Ты нас влечёшь, неодолимый?
Не видно вех, и нет путей.
[Куплет 3]
Где ты, наш демон? Или бросил
Ты вверенный тебе народ,
Как моряка без мачт и вёсел,
Как путника в глуши болот?
Явись в лучах, как страж господень,
Иль встань, как призрак гробовой,
Но дай нам знак, что не бесплоден
Столетий подвиг роковой!
***
Немного литературной шизофрении. Кажется, в последнее время я перечитал слишком много фанфиков по ГП.
Пробуждение напоминало медленный подъём из глубин океана, где давление сплющивает разум, а время теряет смысл. Он не открыл глаза. Он развернул восприятие.
Его окружала тесная, тёмная камера, пахнущая пылью и старостью. Вертикальные барьеры. Решётка. Спальня в чулане под лестницей, – прошептал крошечный осколок памяти в углу Его нового сознания. Потом пришли тактильные ощущения: хрупкое, костлявое тело, покрытое тонкой кожей. Шрам на лбу, пульсирующий тупой, далёкой болью. Зрение. Он приказал векам подняться.
В темноте, которую человеческий глаз счел бы абсолютной, Он видел всё: каждую щепку на полу, каждую нить паутины в углу. Более того, за ширмой убогого окружения Он ощущал саму ткань реальности – тонкую, пористую, искривлённую в этом месте необъяснимым образом. Магия, – шепнул тот же осколок, всё, что осталось от личности мальчика по имени Гарри Поттер.
И тогда Оно, то, что теперь занимало это тело, впервые проявило нечто, отдалённо напоминающее интерес. Не эмоцию, нет. Скорее, внимание исследователя, обнаружившего любопытный примитивный микроорганизм.
Ктулху, Великий Сновидец, Повелитель Р'льеха, был здесь. Не целиком, ибо столь хрупкая оболочка не смогла бы вместить величие Его истинной формы. В этом юном сосуде пробудилась лишь крошечная частица Его сознания, слабая искра Его воли.
Он поднял руку – маленькую, с тонкими пальцами – и сжал кулак. Воздух в чулане замер, а затем сгустился. Пылинки, танцевавшие в луче утреннего солнца, проникавшем сквозь щель в двери, вдруг зависли, выстроившись в сложные неевклидовы узоры. Замер охваченный ужасом паук в углу. Само пространство вокруг руки изогнулось, словно линза.
«Интересно, – подумало Существо. Его разум оперировал не словами, а чистыми концепциями. – Ограниченный доступ к фундаментальным силам. Примитивно. Неэффективно».
Оно встало с матраса. Движения Его тела казались угловатыми и одновременно слишком плавными, словно кто-то, лишь теоретически знакомый с механикой ходьбы, управлял неуклюжей марионеткой.
***
Странности начались почти сразу. Это были тени, которые, кажется, жили теперь собственной жизнью, не завися от источников света. Тень от вешалки в прихожей могла на мгновение исказиться, становясь похожей на гигантское сидящее на корточках существо, а тень от вазы превращалась в сложный, медленно вращающийся геометрический узор. Но стоило повернуть голову, как всё возвращалось на круги своя, оставляя лишь смутное ощущение дезориентации и тошноты.
Это были звуки. Тихий, едва уловимый шепот, доносящийся из-под лестницы – словно множество существ обсуждали на неизвестном языке что-то непостижимое для человеческого рассудка. Петунья, проходя мимо, услышала в этом шепоте своё собственное имя, произнесенное так, будто его выдохнули спазматически сжавшиеся лёгкие разлагающегося трупа.
И это были сны. Когда Гарри засыпал, всем в доме снились одни и те же кошмары. Вернону – что он бесконечно падает в колодец, стены которого сложены из шевелящихся чёрных букв неведомого алфавита. Петунье – что её лицо медленно сползает с черепа, как плавящийся воск. Дадли, чья психика была проще, просто видел огромные, преследующие его глаза цвета старого нефрита.
Они водили Гарри к врачам, к психиатрам. Те разводили руками. Ребёнок абсолютно здоров, хоть и замкнут, говорили они. Один старый, уставший психолог, выслушав их сбивчивый рассказ, посоветовал им самим пропить успокоительное. Дурслям оставалось лишь придерживаться простой стратегии: не злить мальчика. Никогда.
***
Письма из Хогвартса Он принял как нечто само собой разумеющееся: существо, способное видеть сквозь время и пространство, уже знало об их приходе. Гигант Хагрид, явившийся, чтобы доставить Его в школу, был для Него столь же примитивен, как и Дурсли, разве что чуть крупнее. Рассказы о магии и Волан-де-Морте казались Ему не интереснее детской возни в песочнице.
Косой переулок вызвал кратковременный всплеск аналитического интереса: искажения пространства, биологически невозможные существа, продававшиеся в магазине магических зверей, призраки прошлого, запечатлённые в живых портретах. «Любопытный карман реальности, – заключил Он. – Создан простейшими существами, не понимающими фундаментальных законов».
Олливандер передавал Гарри одну палочку за другой. Клён и волос единорога – ближайший шкаф с грохотом взорвался. Орешник и сердечная жила дракона – стёкла на витрине покрылись паутиной трещин. С каждым разом напряжение в лавке нарастало. Воздух трещал от статики, тени полок медленно извивались, вытягиваясь в сторону Гарри.
– Сложный клиент, да? – пробормотал Олливандер. – Не палочка служит волшебнику, а волшебник – палочке? Возможно... Но не в вашем случае. Нет. Здесь нужна... Не слуга. Не инструмент. Нужен Проводник. Партнёр.
Он исчез в глубине лавки и вернулся с одной-единственной коробкой, покрытой слоем пыли, словно её ждали столетия.
– Вот. Нестандартная работа. Ядро... Я нечасто использую подобные материалы. Оно было добыто не из существа, а... Из самой тени. Из отражения в зеркале в безлунную ночь. Очень капризная, очень мощная. Древесина... Вяз. Власть и стабильность. Одиннадцать с половиной дюймов. Жёсткая.
Он протянул палочку Гарри. Та была тёмной, почти чёрной, с едва заметными прожилками, напоминавшими карту неизвестных созвездий.
Пальцы Гарри сомкнулись на рукояти.
И случилось не извержение магии. Не фейерверк. Лишь тихое, но абсолютное утверждение бытия. Тёплый поток пробежал по Его руке, и Он ощутил странное узнавание. Свет в лавке на мгновение исчез, поглощённый мягкой, бархатной тьмой, расцвеченной крохотными искрами, похожими на далёкие галактики. Тишина стала абсолютной. А затем из кончика палочки вырвалась струя перламутрового сияния, на долю секунды сформировавшая в воздухе идеальный вращающийся многогранник, прежде чем бесшумно исчезнуть.
Мистер Олливандер тихо, благоговейно выдохнул.
– Невероятно, – прошептал он. – Палочка, чьё ядро – сама Тайна, и древесина, стремящаяся её обуздать... И хозяин, для которого нет границ. Потрясающе. Будьте осторожны, мистер Поттер. Такая палочка... Она воплощает намерения. Буквально.
Мальчик опустил палочку. Он чувствовал её, как продолжение Своей воли, как новый, только что обретённый орган. Он посмотрел на Олливандера, и в зелёных глазах впервые за весь день вспыхнуло нечто, отдалённо напоминающее удовлетворение.
***
Хогвартс-экспресс стал первым местом, где Он по-настоящему столкнулся с социальным взаимодействием. Рыжий мальчик, Рон Уизли, говорил слишком много и о слишком приземленных вещах. Девочка с пушистыми волосами, Гермиона Грейнджер, демонстрировала эрудицию, которая для Него лишь саму малость превосходила познания амёбы. Его молчание и неотрывный тяжёлый взгляд заставляли детей умолкать и чувствовать необъяснимый дискомфорт.
Но именно в Хогвартсе началось настоящее исследование.
Чары, которые другие ученики заучивали с трудом, Ему подчинялись мгновенно и с пугающей точностью. Когда профессор Флитвик учил их заклинанию «Вингардиум Левиоса», перо Гарри не просто взлетело. Поднявшись в воздух, оно на мгновение замерло, а потом с тихим свистом пронеслось под потолком по сложной траектории, оставляя за собой слабо мерцающий зелетовато-коричневым светом сложный рисунок. Поперхнувшемуся водой Флитвику показалось, что класс накрыло тонкой мембраной, за которой мерно двигается что-то массивное. Что-то голодное. Пространство дрогнуло, иллюзия присутствия развеялась, и перо плавно опустилось на парту. На практических занятиях Поттера больше не беспокоили.
Первое занятие зельеварения началось с попытки Снейпа унизить Гарри перед одноклассниками. Профессор прекрасно знал, что новичок не смог бы ответить на его каверзные вопросы. Мальчик просто посмотрел на него в ответ. Он не открывал рта, но Снейп услышал в голове тихий шёпот: «Ты прячешь свою боль за маской злобы. Тебя окружает запах старых слёз, я чувствую его». Смертельно побледневший учитель зельеварения до конца урока не проронил больше ни слова, не обращая внимания на удивлённые перешёптывания учеников. Впервые за долгое время в его чёрных глазах отражался животный, первобытный ужас.
Зеркало Еиналеж привлекло Его внимание. Магический артефакт отражал самое сокровенное желание смотревшего. Гарри Поттер увидел бы свою семью. Взгляд Ктулху встретила бездна. Он видел циклопический Р'льех, лежащий на дне океана, искаженный немыслимыми геометрическими формами. И себя – спящего бога, чьё пробуждение приведёт к концу этого жалкого мира. И в этом был смысл. Не желание, а предопределённая неизбежность.
***
Философский камень стал последним этапом. Защитные заклинания преподавателей Хогвартса представляли для Него не большее препятствие, чем бумажные стены. Ловушка с летающими ключами? Ключи сами опустились перед ним на пол. Гигантские шахматные фигуры? Они разлетелись в прах от одного Его взгляда. Логическая загадка с зельями? Он прошёл сквозь чёрный огонь, просто заставив реальность игнорировать Его присутствие.
И вот Он стоял перед Квирреллом и тем, что пряталось под его тюрбаном.
– Гарри Поттер… – прошипел второй, безобразный лик на затылке профессора. – Мы снова встретились с тобой.
Ктулху молчал.
– Отдай мне Камень, – потребовал холодный голос. – И я верну твоих родителей.
Существо в обличье мальчика заговорило. Его тихий голос заполнил всё помещение, отдаваясь вибрацией в костях одержимого.
– Ты – лишь опарыш, копошащийся в гниющем трупе этого мира, и настолько жалок, что даже не подозреваешь об этом. Ты играешь в бессмертие, цепляясь за жизнь, словно за яркую погремушку. Само твоё существование – статистическая погрешность.
Ярость Волан-де-Морта сменилась ужасом, когда он увидел, что происходит с Гарри. Тень за спиной мальчика распахнула перепончатые крылья, окончательно теряя всякое сходство с человеческой. Пахнуло затхлой морской водой, гниющей тиной и влажной медью; корчащаяся от боли реальность дрогнула, само пространство, казалось, чуть искажалось, отторгая Его сущность.
– Что ты такое?! – вскрикнул Волан-де-Морт, и в его голосе впервые за много лет слышалась настоящая, неконтролируемая паника.
Квиррелл, простой смертный, не выдержал первым. Его разум, и без того ослабленный присутствием Тёмного Лорда, разлетелся вдребезги. Незадачливый преподаватель ЗОТИ забился в конвульсиях, крича на языке, которого не знал, его тело начало покрываться странными наростами, напоминающими известняковые отложения.
Мальчик сделал шаг вперед. Он не поднял палочку, лишь протянул руку и коснулся лица Волан-де-Морта.
Не было ни зелёной вспышки «Авада Кедавры», ни света любви, о которой так любил говорить Дамблдор. Лишь тихий шелест, словно стирают ластиком карандашный набросок. Призрак Темного Лорда, его душа, его сознание в одно мгновение оказались стёрты из всех планов бытия. Никакого загробного мира. Никакого возрождения. Просто… Ничего.
Квиррелл рухнул замертво, его тело начало быстро разлагаться, будто пролежало века на дне океана.
Ктулху подобрал алхимический камень, подержал его в руке несколько секунд, а затем сжал кулак. Камень не рассыпался. Он просто перестал существовать, словно его никогда и не было.
Существо повернулось и вышло из подземелья. Наверху уже ждали Дамблдор, Макгонагалл и другие профессора.
– Гарри, мальчик мой! – воскликнул Дамблдор; его голос предательски дрогнул. – Что… Что случилось?
Ктулху, все ещё в теле Гарри Поттера, остановился перед ними. Его изумрудные глаза напоминали теперь две бездонные океанские впадины. Он посмотрел на директора, и старый волшебник почувствовал, как древнее, как сама Вселенная, безумие коснулось его разума.
– Он больше не ваш мальчик, – прозвучал голос в голове у каждого присутствующего. – Игры в волшебников окончены. Начинается время иных снов.
И Он медленно пошёл к выходу, оставив застывших в леденящем ужасе взрослых, которые вдруг поняли, что самый страшный кошмар их мира – не Тёмный Лорд, а нечто бесконечно более древнее и непостижимое, и что этот кошмар только что проснулся. И посмотрел на них их же глазами.
Привет, друзья,
Продолжаю знакомить вас с песнями для сериала "Бес парадоксов".
Песня капитан Смельчакова "Тонкие намёки" для главы 13. "Бей мух, спасай Россию" является музыкальным оформлением некоторых отрывков из этой главы. Приглашаю её послушать прямо сейчас, а мы тут поразмышляем над некоторыми проблемами, затронутыми в этой главе.
Капитан Смельчаков оказался тимлидом группы попаданцев, в которую входит ГГ. По каким-то причинам капитан не ставит задачу прямо "убрать в прошлом такого-то человека", а изъясняется туманными намёками. Вероятно, с целью развить у ГГ сообразительность.
После того, как ГГ загадку капитана разгадал, между участниками группы происходит диспут, в котором затрагиваются вопросы этического, технического и юридического характера.
-- Начало цитаты
...
- Что за чепуха! Вернуться в прошлое, чтобы там встретить живым человека, который сейчас мёртвый для того, чтобы убить его? Это парадокс!
- Без парадоксов! - заявил капитан. - Цель не в том, чтобы убить человека. Цель в том, чтобы предотвратить последствия его пагубной деятельности. Ладно, подожди. Это не телефонный разговор. Сейчас я к тебе приеду, обсудим все детали операции.
Смельчаков приехал вместе с каким-то невзрачным мужичком примерно сорока лет и представил мне его:
- Сержант Гриша Грищук. Будет твоим помощником и контролёром. Особым умом не блещет, но своё дело дуже добре знает. Не затормозит в критический момент. Теперь приступим к обсуждению.
Я налил всем по чашке чая и выступил застрельщиком обсуждения.
- Есть у меня возражения по самой сути операции. Это не гуманно, - заявил я. - Это противозаконно.
- С юридической точки зрения убийство человека, который уже умер, не является противозаконным деянием, - возразил капитан. - То же самое можно сказать и про гуманизм.
- В прошлое попасть в принципе невозможно, - предъявил я другой аргумент. - В будущее можно. В прошлое нельзя. Это дорога с односторонним движением. Прошлое уже состоялось, и попасть в него в принципе невозможно.
- Ладно! - капитан так сильно стукнул ладошкой по столу, что чашки жалобно зазвенели. - Раскрою я вам, друзья, свои карты. Дело в том, что вас не существует в реальном мире. Существую только я один из нас всех. Мы, совместно с министерствами здравоохранения, культуры и развлечений, науки и просвещения, проводим смелый эксперимент. Я сплю, вижу какие-то сны, эти сны записываются с целью демонстрации научному обществу, да и всем желающим тоже.
Я даже рот слегка открыл от изумления. Подобные речи я до этого толкал всем участникам моих снов, с любопытством наблюдая за их реакциями. И вот теперь я сам оказался в их шкуре. Что же такое происходит? Версию, что меня не существует, я решительно отверг. Я руководствовался догмой, "раз я мыслю, значит, существую". Возможно, мы с капитаном видим каждый свой сон. Теперь, случайно или по чьей-то воле, мы пересеклись в этих снах. Эта мысль показалась мне здравой, но слишком уж для меня сложной.
Капитан, ведя моё недоумение, громко расхохотался:
- Ха-ха-ха! Видел бы ты сейчас своё лицо, Костик! Рот открыт, выражение тупейшее, вылитый дебил! Поработай над собой. Агент не должен так явно демонстрировать свои эмоции. Бери с Гришки пример. Ни один мускул на лице не дрогнул.
- Я просто ничего не понял, - честно сознался Гриша. - Ума мне не хватает это понять.
После этого я зауважал Гришу. Многие люди жалуются на недостаток денег, на несправедливость окружающего мира, на жену или мужа. Но мало кто осознаёт, что ключевая личная проблема заключается как раз в недостатке ума. Чтобы понять эту личную проблему надо обладать недюжинным умом. Такой вот парадокс. Или тут нет парадокса?
- Тебе, Гриша, и не нужно ничего понимать, - ответил Смельчаков. - А ты, Костик, не переживай так сильно. Я вовсе не пытаюсь занять твою нишу и эксплуатировать твою идею. Мы давно за тобой наблюдаем. Ты треплешься всем подряд, направо и налево, что "артист спит, а кино идёт". Решил тебя дружески подколоть. Мне нравится твоя версия происходящих событий. Продолжай в том же духе. Не волнуйся, спи спокойно, дорогой товарищ. Кстати, по твоей же версии текущих событий мы можем легко попасть в прошлое. Например, силой твоего личного воображения. И убивать можно кого угодно и сколько угодно. Раз это всего лишь сон. Согласен?
Я кивнул головой. Но, признаюсь честно, не полностью был согласен с капитаном. Конечно, убийства в играх и во снах не являются преступлениями. Однако, есть проблема. Не выработается ли вредная привычка и не перенесётся ли она в реальный мир? Тут есть о чём задуматься. Мозг человека - очень сложный и не полностью изученный учёными девайс. С ним следует обращаться крайне бережно.
- Какие ещё у кого есть соображения и возражения? - спросил капитан.
- Есть ещё возражения, - задумчиво ответил я. - Во-первых, Брэдбери учил нас, что для изменения будущего достаточно просто убить в прошлом бабочку. Этого вполне достаточно. Человеческие жертвы не требуются. Во-вторых, а почему вы решили, что в случае убийства дальнейшие события будут происходить в лучшей для нас вариации? А вдруг, будет ещё хуже? Вы на тестовом стенде прогнали этот вариант? Можно посмотреть протоколы этого тестирования?
...
-- Конец цитаты
Тут притормозим и обдумаем прочитанное.
А после этого уже можно будет слушать песню к этой главе и продолжить чтение романа.
...
Первоисточник (мой персональный сайт, без оплаты, без регистрации, без СМС и, конечно, без парадоксов):
Купить роман на ЛитРес, чтобы поддержать автора:
Ссылки на текущее состояние дел с музыкальным альбомом:
Песня капитан Смельчакова "Тонкие намёки". Глава 13. "Бей мух, спасай Россию".
===
Виктор Годдард - лётчик и впоследствии маршал авиации Британии времён Первой и Второй мировых войн. Фигура выдающаяся и вместе с тем таинственная. С его именем связаны несколько мистических историй. Одну из них мы сегодня расскажем Вам...
О Московском метро рассказывается множество легенд. Возможно потому что многие москвичи проводят там большое количество времени и считают важной частью своей жизни. Одна из легенд Московской подземки звучит именно так...
Ещё одна история попаданца которая похожа на городскую легенду. Найти её первоисточник не представляется возможным. Ни одна из таких историй не получила своего подтверждения. Случись такое и мир известный нам изменился бы до неузнаваемости...
Случаи перемещения во времени известны в истории хоть и не подтверждены документально. Мною собрано их более 60 на сайте. Часть уже превращено в видео. Не стоит к ним относиться как к обману. Они поданы как байки или легенды. Хотя совсем не исключено что часть из них могут оказаться правдой...
Всем привет! Сегодня вторник, а значит пришло время для новой главы моей книги. И перед началом, я как всегда напомню о чём она: обычный штатный военный попадает в новый мир, где зараженные и иммунные живут в сильной зависимости друг от друга.
Ну и ссылочка на АТ: S-T-I-K-S Lucky strike - Руслан Беркут - читать книгу в онлайн-библиотеке / Опубликовано: 4 фев. 2025 в 16:48
- Давай в санитарную, осмотришь его там, заодно и отоспится. И еще проверь документы, судя по всему это военный, у него они должны быть с собой, а я пока посмотрю, чем его киса одарила – распоряжалась девушка – а потом машину разгрузи.
- Хорошо – спокойно ответил Крест, он уже привык, что дома распоряжается жена, а его задача просто расслабиться и делать, как она говорит – он командует на вылазках.
Положив военного на кровать, Крест его раздел до нижнего белья, проверил кобуру – стандартный ПМ и еще один магазин, а вот патроны в подсумке были не совсем обычные – калибр стандартный, но у каждой третьей пули был белый наконечник. В форме нашёл документы, взял их, а всё остальное сложил на стул и вышел.
Открыл документы: старший лейтенант, Лукьянов Владимир Иванович. Двадцать пять лет. Звание получил три месяца назад. Командир взвода.
- Боже, да он же еще ребенок! – раздался голос из-за плеча.
- Ребенок — не ребенок, а мутанта завалил.
- Смотри! – девушка протянула мужу ярко-зеленый шарик с желтыми прожилками.
- Ого! Я такую первый раз вижу! Ты вообще знала, что они бывают разноцветные?
- Слышала, но вижу впервые.
- Говорил я тебе, надо было самим этого кошака оприходовать, а теперь вот, только и остается, что рассматривать его дары.
- Ну, напомню, что собственно ты сам также говорил, что стоит подождать, мол, еще маловат зверек, так что – пенять теперь можно только на себя самих.
- Везучий он, нереально везучий!
- Там еще горошина одна была и четыре спорана. Ладно, пойду.
Запах стерильности и медицинских препаратов разбудил офицера. Осмотрел себя: в трусах и футболке – уже хорошо, что не голышом, осмотрел помещение – белые стены, железные шкафы. Сел на край кровати – типичная армейская. Неужели его так сильно ударило Камазом, что ему такой бред в голову пришел? А он получается, сейчас в госпитале лежит?
На полу тапки – обычные, армейские, форма сложена на стуле, ну точно, он в госпитале, вон и тумбочка стандартная стоит.
Встал и подошёл к окну: лес и никаких заборов или ограждений. Натянул на себя штаны и китель – удивился тому, что пистолет и подсумок оказались на месте, берцы обувать не стал, вышел из комнатки. Что-то не похоже на госпиталь, скорее какая-то казарма: большое пустое помещение, комната с решетками у выхода, поискал взглядом туалет.
Умылся. Внешний вид был далёк от идеального: помятое лицо, грязные волосы торчат во все стороны, легкий налёт небритости. Но самое главное, он себя хорошо чувствовал – ничего не болело, ничего не тревожило.
Осмотрел комнату с решетками: ну точно, оружейная, вот и пирамиды стоят, только странно, что нет ни замка, ни печатей. Людей в помещении тоже не было, и поэтому он решил выйти во двор. А вот во дворе нашёлся один здоровенный мужик – он колол дрова и поэтому не сразу его заметил.
- Добрый день! – сказал офицер.
- Ух! Ёп! Напугал меня! Ты зачем так со спины подкрадываешься? – опешил мужик.
- Да я это, не специально.
- Фух! Очнулся, значит, как самочувствие?
- Жаловаться не на что.
- Это хорошо, я – Крест – мужик протянул руку.
- Владимир – ответил рукопожатием офицер.
- Так, Володя, пойдем внутрь, там и поговорим, здесь не стоит.
- Хорошо, пойдем – новый знакомый был довольно добродушен.
Зайдя в помещение, Крест громогласно крикнул: Лиса, давай к нам! И откуда-то из глубины помещения появилась девушка, рыжая как языки пламени. Она быстро подошла и протянула руку офицеру:
- Лиса, или Алиса – зови, как хочешь.
- Владимир, можно Вова, можно Володя – на Ваше усмотрение.
- Давай на «ты», так удобнее – предложила девушка.
- Идёт.
- Принеси нам что-нибудь поесть, и сама подтягивайся, надо парня окрестить – вмешался Крест.
- Так я уже крещеный – сказал Владимир.
- Это хорошо, предлагаю сначала перекусить, а потом уже разговоры разговаривать.
Владимир не понимал, что происходит, где он и кто эти люди. Девушка принесла весьма аппетитные макароны с тушенкой прямо на сковороде, у офицера непроизвольно заурчал живот, а рот наполнился слюной. Выдала каждому по ложке и поставила по кружке кофе.
- Ну, всем приятного аппетита! Володя, кушай не стесняйся – пригласил за стол Крест.
После того как сковорода опустела, он решил, что пришло время для разговоров:
- Володя, я так понимаю, ты сейчас в замешательстве, не понимаешь: где находишься, кто мы, что случилось и где все те люди, с которыми ты был. Я постараюсь рассказать всё по порядку, попутно я буду задавать тебе вопросы, чтобы было всё несколько яснее. Потом расскажу кто мы. А потом, мне бы очень хотелось услышать о том кто ты, договорились?
- Договорились!
- Итак! Начну я, пожалуй, с того, что происходило позапрошлой ночью. Ты видел сильный туман, пахло чем-то кислым. Предположу, что ты с бойцами ехал на Камазе и в тумане слетели с дороги, потом вы расположились в сторожке, а потом водитель стал себя вести неадекватно, и вы его связали. Потом один из бойцов застрелился. Второй оказался со сломанной шеей – тут я не знаю что произошло, уж извини, но ты не выглядишь, как человек способный сломать шею другому. Потом пришла какая-то тварь, и ты её подкараулил и застрелил. Всё так?
- Я убил её?
- Да, отличный выстрел, кстати. Ну, так что, я прав?
- Не совсем. КАМАЗ не наш. Мы шли на смену часовых, а этот идиот на нас налетел. Двое бойцов выжили, третьему не повезло – он его всё-таки сбил. – Крест с Лисой переглянулись – далее мы действительно расположились в домике. Водитель объявился к вечеру, начал орать и мы его связали. Касаемо бойцов, ты прав, один из них застрелился, и я не понимаю почему. Второй, сломал себе шею, упав с потолка, там, где печь. Тварь я подкараулил сидя на потолке. Когда выстрелил, то я отключился. А что насчёт водителя?
- Он тоже умер, пуля в грудь.
- Это ты его? – насторожился Владимир.
- Нет, когда мы пришли он уже остывал. Судя по ране, это был рикошет – там дыра огромная. Ты сказал, что одного бойца КАМАЗ сбил, он случаем не оказался под машиной?
- Почему ты спрашиваешь?
- Мы за тварью тогда наблюдали, она под КАМАЗ залезть пыталась, а в темноте мы не стали там ничего осматривать. Так он там?
- Да – офицер опустил голову.
- Твоей вины в этом нет. Теперь я тебе расскажу то, во что ты сначала не поверишь, и будешь отрицать, потом будешь злиться, потом пытаться вернуть всё назад, далее будет депрессия, хотя в случае с тобой вообще не факт, ну и наконец, принятие неизбежного. Ты будешь меня внимательно слушать, а потом задашь все имеющиеся вопросы, договорились?
- Да!
- Отлично! Когда вы вошли в кислый туман, мир вокруг вас сильно изменился: изменилось всё вокруг. Но увидеть это вы смогли только тогда, когда туман рассеялся. Мир, в котором мы живем, а теперь и ты тоже называют СТИКС. Бытует мнение, что это название идёт с древних времен и греческой мифологии, где стиксом называли мир, порождавший страшных монстров. Отчасти это так и есть: в нашем мире есть монстры, но об этом несколько позже. Это если вкратце. Теперь поговорим о том, кто мы: я – Крест, моя жена – Алиса. Мы живем здесь уже много лет, и поэтому можем тебя кое-чему научить. Но в первую очередь, сейчас необходимо тебя окрестить: это такой обряд, каждому, кто попадает в СТИКС, дают новое имя, и поскольку родителей твоих здесь нет, то имя тебе будет давать крестный – то есть я.
- А с чего это ты? – вмешалась девушка – Вообще-то это я сказала, что он живой, и только благодаря моему дару мы тут втроем сидим, так что крестить его буду я!
- Ну, парень, с ней спорить себе дороже, так что будет у тебя не крестный, а крестная! Что по местным меркам огромная редкость. Только давай так: теперь ты расскажешь о себе, а мы уже имя тебе придумаем соответствующее.
- Хорошо. Меня зовут Лукьянов Владимир Иванович, родился девятого августа девяносто восьмого года. Жил и учился в Саратовской области, потом поступил в училище. Закончил его два с половиной года назад, служу.… Служил. Командир взвода. Вредных привычек нет, разве что бываю саркастичным. Что еще рассказать?
- В каких войсках служил?
- Связь.
- Ясно, Лиса, что думаешь?
- А что тут думать, имя я тебе уже давно подобрала! Итак, Владимир, с сегодняшнего дня, тебе стоит забыть то имя, которым тебя звали раньше, теперь у тебя нет ни фамилии, ни отчества. Я, на правах крестной, нарекаю тебя Лаки!
- Лиса, да ты охренела! Ему же еще жить с этим! У меня собаку так звали! – вмешался Крест.
- А с чем ты собственно не согласен? Наверно, это у тебя при перемещении оказались при себе три автомата и два полных подсумка, не считая армейской брони? Или может, те, с кем ты прилетел, почувствовали собственный уход и добровольно ушли из жизни? Может это ты в первый день завалил восьмёрку? Или тебя со споровым голоданием знахарь нашёл? Ну, или может тебя прямо у стаба выкинуло? Что? Нет?! Или у тебя есть идея получше? – с явным раздражением выпалила девушка.
- Я бы поспорил, да вот аргументов у меня нет. Лиса, ну ты подумай, такое имя, может не стоит?
- Как корабль назовешь, так он и поплывет! А этот парень уже показал, насколько он удачлив, да и на фоне «рыбаков», «петухов» и прочих, не самое плохое имя.
- Ну, что же Лаки! Поздравляю тебя, теперь ты официально житель СТИКСа! Вижу, сказать что-то хочешь?
- Ага, скажите честно: у меня что, кукуха улетела? Я ни фига не понял из того что вы сейчас говорили.
Крест и Лиса переглянулись.
- Такое бывает. Привыкнешь. Пару дней поживешь у нас, сходим с тобой завтра на охоту, заодно и сам всё увидишь. А теперь продолжим мероприятие! Итак, Лаки, во-первых, поздравляю тебя с днём Рождения, а во-вторых, вот тебе небольшой подарочек от СТИКСа. – Крест положил на стол небольшой ярко-зеленый шарик с желтыми прожилками – Запомни, это жемчужина. Это один из самых ценных здесь предметов, зачастую он ценнее, чем чья-то жизнь. Они бывают разных цветов, но форма всегда примерно одинаковая. Жемчужины развивают в нас дары СТИКСа: каждому, кто появляется здесь, СТИКС дарит какой-то уникальный навык или умение. Если периодически есть жемчужины, то навыки будут быстро развиваться. Мой дар – это знахарство: раны, которые я лечу, заживают гораздо быстрее, чем у любого доктора, а еще я могу видеть дары у других. Если ты позволишь тебя осмотреть, то я смогу подсказать, какой у тебя дар.
- Осматривай - Лаки спокойно встал.
Крест провел одной ладонью над головой, а второй возле сердца. Обошёл и встал сзади, расставив руки в стороны так, чтобы ладони смотрели на уши Лаки.
- Ну что же, молодой человек, у тебя задатки сонара – если разовьешь свой навык, сможешь ориентироваться в пространстве как летучая мышь, ну и как бонус прекрасный слуховой аппарат, даже сейчас, твой дар активен, ты же слышишь то, чего не слышим мы?
- Слышу. За домом два каких-то мужика трутся. Зайти боятся. Её боятся – указал на Лису Лаки.
- Это нормально – ответила девушка – меня многие боятся. Мой дар – Инферно: она продемонстрировала пустую ладонь, через мгновенье воздух в ладони стал искажать пространство, как будто над огнём смотришь, а еще через мгновенье появился бледно-голубой огонёк, который с каждым мгновеньем набирал силу, и через несколько секунд из ладони девушки с гулом било пламя, как от плазменной горелки.
- Ладно, эти двое подождут! – вмешался Крест.
- Лаки! Тебе нужно съесть эту жемчужину, когда я говорил, что они бывают ценнее жизни, это была не игра слов: за них действительно могут убить – поэтому, самый простой и надежный способ спрятать жемчуг – это съесть его. Не бойся, не отравишься. Просто если эта парочка всё же решится войти, они его увидят, а такое лучше не показывать.
Лаки взял в руки шарик, покатал на ладошке, закинул в рот и проглотил.
- На, запей – сказала девушка и протянула фляжку с какой-то жидкостью.
Лаки сделал два больших глотка: жидкость была крайне мерзкая на вкус, то ли водка какая-то паленая, то ли самогон низкопробный. Но вида он не подал, проглотил как воду.
- Что это? – спокойным голосом спросил Лаки.
- Мы называем этот напиток живицей – без него нам тут не прожить, об этом тебе Крест на охоте расскажет. Названий у напитка много, но суть всегда одна, так что, даже в незнакомой местности, ты всегда поймешь, если речь пойдет о живице.
- Ну, теперь можно и бедолаг осмотреть, пойдём Лаки, будем тебя с местными жителями знакомить.
Выйдя на улицу, Крест убедился, что его новый знакомый был прав. Там стояли два мужичка, оба вооруженные. У одного из них была двустволка и топор, а у второго какой-то карабин и кирка. Оружие было в положении на ремень, что уже хорошо, но видя вооруженных людей, Лаки всё равно напрягся.
- Расслабься, они здесь не для стрельбы – подсказал Крест. - Ей! Вы! Идите сюда!
- Ты Крест? – спросил один из гостей.
- Да, а вы кто будете?
- Я – Леший, а это Топор, он новенький, я его только окрестил. Нам бы дар его посмотреть.
- Ну, раз вы здесь, то и таксу мою знаете. А дар посмотрим, без проблем.
- Да, вот держи – Леший протянул Кресту бумажный сверток с пятью маленькими черными шариками, очень похожими на перец.
- Итак, приступим. Подойдите ближе, молодой человек, я не кусаюсь.
Крест водил руками вокруг головы, живота, ног, а потом остановился и сказал:
- А ну-ка пойдём, и направился к стопке поленьев – итак, видишь колоду, на которой я дрова колю?
- Вижу.
- Подними её!
- Да в ней же полтонны веса, как же я её подниму?
- А ты попробуй, представь, что она из лёгкого пуха сделана. Для удобства советую глаза закрыть, чтобы они тебя не отвлекали.
Человек подошёл к огромной колоде, которая раньше была пнём какого-то мощного дерева, присел, обхватил как смог, зажмурился и поднял. У Лаки отвисла челюсть. Парень открыл глаза, они светились от восторга и изумления.
- Ну, что чувствуешь? – поинтересовался Крест.
- Да ничего особенного, как будто держу баул необъятный, а не тяжеленную деревяшку.
- Ну и отлично, ставь пенёк на место, он мне еще нужен. А теперь выпей. – Крест протянул пареньку фляжку с живицей: тот сделал два глотка и закашлялся.
- Понимаю, не яблочный сок, но так надо. В тебе задатки атланта, сила твоя растет по мере нагрузки, чем больше нагрузка, тем сильнее твои мышцы.
- Это чего, я танк могу поднять?
- Нет, не сможешь, мышцы и сила это хорошо, но кости твои пока к этому не готовы. Про дар свой, не говори никому, если кто сам спросит, скажи ему, что это не прилично. Такой информацией можно только с друзьями делиться, ибо враги могут использовать это против тебя. На этом, сеанс навыкотерапии считаю оконченным. Я могу еще, чем-нибудь Вам помочь?
Мужики замотали головами и расплылись в благодарностях. После чего быстро развернулись и пошли в сторону леса.
- Ну, Лаки, задавай вопросы.
- Что это было?
- Это то, о чем я говорил за столом, у каждого из нас свой дар. Этому парню достались задатки атланта, вещь действительно мощная, но чтобы её развить, нужно съесть гору жемчуга, да не простого, а желательно белого. Не думаю, что этот парень столько здесь протянет.
- Еще вопрос, этот мужик сказал, что сам крестил второго и назвал его «Топором», это вообще нормально?
- Пойдем, присядем на крыльцо, в ногах правды нет. Понимаю, что всё это сейчас выглядит максимально странно, нелогично, фантастично. Но, к сожалению, мы имеем то, что имеем, и на твоём пути встретятся и «топоры» и «рыбаки», а «стрелков» тут вообще, как собак не стреляных, и еще множество всяких странных. Обычно тут не церемонятся с именами, с чем в руках нашли, так и называют. Это Лиса, что-то расщедрилась, хотя надо отдать должное, ты и правда везучий. Вот как ты думаешь, почему меня Крестом назвали?
- Предположу, что у тебя был какой-то крест.
- Не какой-то, а самый что ни на есть православный, деревянный крест – я раньше был священником.
- А что сейчас?
- Сейчас? – Крест задумался – Сейчас, я даже не знаю, во что и верить. Понимаешь, ко мне приходят вот такие, раза два в неделю, я им помогаю, как могу, а потом они исчезают, зачастую навсегда. В нашем мире, человеческая жизнь не стоит ничего, если и есть какие-то высшие силы, то здесь они явно бездействуют. Порой мне кажется, что это чистилище.
- Если честно, я вообще ничего не понимаю.
- Бывает, все мы поначалу такие, как слепые котята, но кто-то впоследствии вырастет львом, а кого-то утопят, так и не дав прозреть.
- Крест, расскажи мне об этом мире?
- В нашем мире, идёт постоянная война: группировки между собой всё время что-то делят, зараженные на иммунных нападают и наоборот, а есть еще такие… Нелюди в человеческом обличие, они приходят из другого мира, и могут туда вернуться. Как – мы не знаем. Они своими тайнами не делятся, их легко отличить – они всегда в противогазах.
- Голова кругом. А что за тварь я подстрелил – это явно был не человек?!
- Это тварь особенная, была. Понимаешь, у любого живого существа есть любимое блюдо, ну вот допустим, собака предпочтет кусок свежего мяса куску падали, кошка предпочтет сметану мышке, и так далее. Так вот, у наших зараженных тоже есть свои вкусовые предпочтения – они очень любят домашних животных: кошки – это прям деликатес. И вот однажды, в наш мир занесло дикую крупную кошку. А теперь представь, что какой-то зараженный, решил полакомиться такой кисой, но проблема здесь оказалась в том, что, как и любое дикое животное, она оказалась слаба перед вирусом, и сама обратилась. И вот тут начинается самое интересное, зараженный очень хочет полакомиться кошатиной, но сам становится обедом. Потом следующий, и так, пока мелочь не кончилась. Те, кто покрупнее, смекнули, что еда не так уж проста, и ушли в поисках чего-то по съедобнее. Киса, в свою очередь, не пробовавшая живой человечины, привыкла питаться зараженными, ну или падалью. А тут как раз у тебя и боец под машиной, и водитель твой перекинувшийся, в общем, так и звали её на пир.
- Хорошо, а вы то, что там делали?
- Как что делали? Следили за кисой. Нам было поручено следить за ней. Если бы она попробовала живой человечины, то пришлось бы её ликвидировать. А так, для ученых записи делали.
- Для каких ученых?
- Тех, что исследуют наш мир. Пока одни палят друг по другу, да на органы пускают, другие пытаются выяснить, что же это за клоака такая, в которой мы живем.
- Крест, ты всё время говоришь о каких-то зараженных, кто это?
- Это те, кто были людьми, но теперь уже мало на них похожи. Помнишь водителя вашего? Так вот это уже был зараженный. Никакой связанной речи, никаких мыслей, только животные инстинкты.
- А бойцы мои?
- А бойцы твои, Лаки… Памятники бы им поставить! Один из них, тот который застрелился, явно почувствовал, что скоро обратится, и сам решил свою судьбу, насчет второго, не знаю, то ли судьба у него такая, то ли просто повезло вам.
- Он тоже оружие зарядил перед тем как упасть.
- Даже так! Ну, видимо, и он решил избавить себя и вас от страданий.
День шёл к концу, на небе стали появляться первые звезды. И Лаки вспомнил, что в ту роковую ночь, он пытался найти на небе большую медведицу, но так и не смог этого сделать.
- Крест, а вот скажи мне, что здесь со звездами?
- Тоже заметил? Не наши они, нет здесь привычного нам черпака.
- А что это за здание, где вы живете?
- Это – Крест указал на здание – старая казарма, по всей видимости, отдельной роты, я, когда служил, слышал о таких. Здесь стабильный кластер, то есть такой, который не перезагружается, мы такие стабами зовём. Народ в основном живёт на таких кластерах, тут можно хоть как-то планировать свою жизнь. Этот стаб довольно большой, тут даже есть небольшой городок. Люди там живут вполне себе нормальные.
- Что значит нормальные?
- Понимаешь, Лаки, в нашем мире выживать крайне не просто, и зачастую, нормальные люди погибают, а маргиналы беспринципные остаются жить. Вот смотри, если ты увидишь, что человек в смертельной опасности, станешь ли ты ему помогать?
- Всё зависит от ситуации, если ему можно помочь, то конечно стану, а если ситуация безвыходная…
- Вот поэтому, у тебя еще есть шанс выжить. Если правильно всё оценишь. А теперь представим еще одну ситуацию: ты идешь с товарищем по лесу, и вдруг на вас нападает медведь, огромный, и шансов на победу у вас практически нет, ты подставишь друга, чтобы выжить?
- Ну, очевидно, что нет.
- Вот поэтому ты можешь погибнуть. А человек без принципов, ударил бы товарища по ноге, а сам побежал бы подальше. Не зря говорят: не нужно быть быстрее льва, нужно быть быстрее других антилоп. И, к сожалению, в нашем мире, это закон выживания. Как правило, большинство из нас те самые антилопы.
- Неужели всё настолько плохо?
- Плохо Лаки. Несомненно, есть антилопы способные дать отпор льву, но этой антилопой еще нужно стать. Ладно, пора на сегодня завязывать, остальное сам всё увидишь завтра. А сейчас, заходим внутрь, делаем светомаскировку и готовимся ко сну, ты спишь в своей комнате.
- Тормози!
- Что ты там увидел?
- Там вроде машина какая-то, дай ПНВ*…. Так, ну это точно КАМАЗ, и, судя по внешнему виду не местный: похоже зависший проснулся.
- Да ладно! Сколько себя помню, стаб стабом был.
- Ну, смотри сама: видишь в кювете КАМАЗ – местные без брони ездить не будут, а у этого даже борта ничем толком не прикрыты.
- Может там внутри капсула?
- Не, будь там капсула – он бы не на колесах стоял, а по самые борта в землю ушел бы. Так, а вот и наша киса, как раз в сторону Камаза топает, унюхала что-то.
- Ага, силушки ей не занимать, глянь, как шатает машину. Точно кто-то под ней сидит.
- Смотри!
Чудовище еще секунду назад пытавшееся достать вкуснейший для нее ужин резко повернулось в сторону и осторожным медленным шагом направилось в сторону сторожки.
- Похоже, там еще кто-то есть.
- Предлагаю спор: ставлю споран, что там сидит обратившийся водитель Камаза
- Повышаю, два спорана, что там кто-то живой, пока живой.
- Принимаю, будь там кто-то живой, во-первых, был бы костер. А во-вторых они бы сейчас уже круговую оборону занимали.
- Как думаешь, она уже перешла за десятку?
- Да какой там: уши торчком, хвост трубой, даже походка еще полностью не изменилась – не выше восьмерки.
- А с чего ты взял, что всё это должно изменится? Это всё-таки не человек, а мутации животных проходят несколько иначе. Это человек возвращается к первобытным корням – обрастает шерстью и когтями, а этим может это всё не нужно, их же сама природа создавала идеальными хищниками, может, только защитные изменения будут?
- Да чёрт его знает, ладно, смотрим.
Мутант, навострив уши, медленно подходил к двери уверенной походкой хищника, загнавшего добычу в угол. Вслушиваясь. Вглядываясь. Шаг. Другой. Он вошёл. Мгновение. Выстрелы.
- Ну, так что, гони мои спораны!
- Было всего два выстрела, и никаких криков, никакого шума. Может это ловушка. Подождем.
- И, тем не менее, два спорана мои.
- Твои, твои! Подождем, судя по моим наблюдениям, эта киса ела вчера, значит, сегодня будет хоронить бедолаг. Подождем.
Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать.
- Что-то там не так. Можешь даром посмотреть?
- Одна мужская особь, слабая.
- Подожди, там сейчас мужская особь?
- Да, я же тебе говорю, очень слабая – похоже, что его сильно потрепали, но он еще жив.
- Ничего не понимаю, там уже давно должны быть одни трупы, которых кошак сейчас по одному на улицу вытаскивать должен.
- Ну, может он решил там подкрепиться.
- Маловероятно, но возможно. Ждем еще пятнадцать минут.
В течение пятнадцати минут, ни мутант, ни кто-то другой из домика не вышли.
- Мужик еще живой?
- Ага
- Неладно это всё. Я пойду, проверю.
- С ума сошел! Хочешь, чтобы и тебя на фарш пустили?
- Я внутрь не пойду, только снаружи послушаю. А ты меня прикроешь.
- Иди! Пусть тебя киса съест!
До домика метров триста. Высокий крепкий мужчина со странным именем «Крест» шёл по пыльной дороге – на грунтовке шаги не слышны. Подходя ближе, он всё чаще прислушивался, но кроме ветра, никаких звуков не было. В наушнике тихим голосом сказали:
- Мужская особь еще жива. Будь острожен.
Отвечать не требовалось.
Сотня метров. Остановился.
- Жива.
Крест обошел домик так, чтобы оказаться напротив входа, снял ПНВ, и посмотрел через тепловизор: на полу лежало нечто, еще теплое, но уже явно не горячее. Оно не двигалось. Не дышало. Это существо, которое должно светиться как яркая лампа, было лишь слегка розовым – это означало, что оно уже мертво и просто-напросто остывает.
- У нас проблема – сказал шепотом Крест – Похоже, наша киса нас покинула.
- В каком смысле покинула?
- В самом, что ни на есть прямом. Я подойду ближе, возьми что-нибудь посерьезнее, вдруг я ошибся.
- Минуту!... Готова!
Крест снова надел ПНВ, и нацелив ствол в дверной проем медленно начал приближаться.
Зверь не шевелился. Подойдя на расстояние тридцати шагов, Крест остановился и присел на одно колено – это был знак, что нужна информация.
- Особь жива, на грани смерти, на мертвяка не похоже.
Крест встал и пошёл к двери. Перед самым входом он увидел, что монстр лежит в луже черной поблескивающей жидкости. Кровь. Отключив ПНВ, он перешел на подствольный фонарь. Раз особь на грани жизни и смерти, то вряд ли она представляет серьезную опасность, а тот монстр, которого они звали «кисой», уже точно не мог никому угрожать. Приблизившись вплотную, он посветил в проем: огромная туша его практически перекрыла. Такую зверюгу убить уже само по себе везенье, а с учетом того, что была всего пара выстрелов и явно не из крупного калибра, то такое везенье вообще граничило с фантастикой. Но как?
Крест приблизился к туше и увидел, что голова монстра была мокрой. Неужто прострелили? Но там же кости такие, что не каждый ствол возьмет – рассуждал он про себя – не похоже.
Входить в дом не стал, решил осмотреть всё через окно: на полу лежало два тела, и еще одно сидело. Никто из них не шевелился. Крест тихонько постучал по раме – никакой реакции, ударил посильнее – аналогично, никто даже не дернулся, посветил фонарем – без результата.
Обойдя дом, он встал напротив входа, повернулся в сторону, откуда пришёл, и поднял руку вверх.
- Ну, я жив, внутри двое лежат, один сидит, похоже, все мертвые. Киса тоже мертва.
- Одна особь жива.
- Пойду, посмотрю, можешь подъезжать, тут уже бояться некого.
К домику бесшумно подъехал автомобиль, выглядел он так, как будто из него пытались сделать танк: листы брони спереди и сзади, маленькая амбразура для водителя, шипы из заточенной арматуры, смотрящие во все стороны, и во главе всего этого безобразия вперед торчал ствол крупнокалиберного пулемёта. Из машины вышла девушка в камуфляже:
- Ну что там?
- Исходя из того, что я видел там три трупа, не считая собаки, ну, то есть кошки.
- А живой где?
- Ну, уж не знаю, кого ты там живого нашла, может мышонка, может таракана, но я среди описанных живых не видел.
- Там есть живой, он при смерти. Пойдем, проверим.
Крест вошёл первым, освещая проход фонарём. Краем стены они пробрались мимо туши мертвого чудовища, вошли в комнатку и принялись осматривать тела:
- Так, этот явно суицид – голова насквозь пробита. Этот…. Голова на бок — Крест ощупал шею мертвого бойца — шейные позвонки сломаны – я бы предположил, что этот еще может быть живым, но он уже остыл. Так, а с тобой чего? – Крест подошёл к сидевшему у стены. Убит выстрелом в грудь, кстати, этот, похоже, уже перекинулся, так что мои спораны останутся у меня, к тому же спорить с твоим-то даром вообще грешно. Итого: у нас один суицид, один застреленный и один со сломанной шеей, все холодные.
- И кто же тогда убил «кису»?
- Отличный вопрос.
Голоса. Далекие голоса. Они о чем-то говорят. Он слышит их. Темнота. Надо позвать их. Не может. Нет сил. Путается сознание. Пошевелить рукой, позвать их.
Где-то возле входа, со звоном упала гильза. Мужчина и девушка вздрогнули. Крест машинально направил в ту сторону автомат и, подсвечивая фонарём начал медленно приближаться. Подойдя, он увидел эту самую гильзу: обычная — автоматная. И только сейчас он догадался поднять глаза: в проломе на потолке была видна человеческая ладонь.
- Потолок! Быстрее, живой там!
- Я же тебе говорила! Проверь, лишь бы он не перекинулся.
Крест быстро забрался на лежанку печи, а потом и на потолок, его спутница последовала за ним.
- Держись, братишка! – обратился он к лежащему без сознания военному.
- Ну как?
Крест посветил фонариком в глаза, а потом ощупал затылок.
- Иммунный!
- Он ранен?
- Да вроде бы нет
- Тогда капни ему живицы на язык и коли спек, надо его вывозить отсюда!
- Ага, а ты пока барахло в машину перекидай, и не забудь кису осмотреть, земля ей пухом.
Крест приоткрыл рот военного и капнул несколько капель на язык крайне неприятной отдающей горечью жидкости, а потом сделал еще какой-то укол. Через минуту военный ослаб окончательно, дыхание стало реже. Крест подтащил тело к проему, слез на печь, положил страдальца на плечо и направился в сторону машины.
- Собрала?
- Да: три целых автомата и один поломанный, четыре магазина россыпью, две фляжки, два полных подсумка, два комплекта брони, три шлема. Вроде бы ничего не упустила. А ну и часы я у одного из бойцов забрала – вроде бы механика.
- А спораны?
- А! Ну да, я еще не смотрела – скинула всё в пакет, дома осмотрим. Кстати, он ему споровый мешок зацепил, прямо по краю пуля прошла.
- Везучий он, ладно поехали!
Обычно я выкладываю главы по вторникам, но тут, на вомбате, я отстал от АТ. И чтобы исправить эту оплошность, решил перед выходными выложить еще одну главу.
Напомню о чём книга: обычный штатный военный попадает в новый мир, где зараженные и иммунные живут в сильной зависимости друг от друга.
Ну и ссылочка на АТ: S-T-I-K-S Lucky strike - Руслан Беркут - читать книгу в онлайн-библиотеке / Опубликовано: 4 фев. 2025 в 16:48
К вечеру погода ухудшилась: по небу поплыли большие тучи. Темнело очень быстро, неожиданно быстро. И на фоне всего происходящего у офицера разболелась голова. Степанова отправили отдыхать на чердаке – ему предстояло следующим нести пост. Жажда была нескончаемая, а в бутыли оставалось уже совсем немного воды.
Соколов, будучи часовым, заметил неподалёку движение:
- Там кто-то идёт – тихо произнес он.
- Так! Оружие наизготовку, с предохранителя не снимать, на людей не направлять, патрон в патронник не досылать, всё понял? – тихо спросил офицер у Соколова.
- Понял! – также тихо ответил боец.
- Степанов! – вполголоса позвал старший лейтенант.
- Я! – тихо отозвался боец.
- Сидишь тише воды ниже травы, в разговоры не лезешь!
- То ли пьяный, то ли… непонятно – мотает его из стороны в сторону. Сюда идёт – сообщил Соколов.
- Ясно, оружие не применять, кричать ему ничего не надо, если и правда, пьяный, то лучше его запустить сюда, а тут мы уж с ним потолкуем, понял?
- Понял.
- Далеко он?
- Метров двадцать осталось.
- Хорошо, ждём.
Офицер расположился у одной стены от входа, Соколов у другой. С улицы их было не видно, да и в домике стало уже достаточно темно, чтобы случайно зашедший никого не заметил.
Еще на подходе, все трое услышали, что человек то ли храпит на ходу, то ли пытается громко мурлыкать, в общем, издаёт непонятные звуки. Вот он уже на крыльце. Шаг в дом – половица скрипнула, еще шаг. Какое-то горловое урчание. Запах испражнений. В этот момент человек повернулся к офицеру и заурчал так громко, что тот испугался, он скорее почувствовал этот поворот, чем увидел. Короткий удар приклада в челюсть. Человек потерял равновесие. Щелчок предохранителя!
- Не стрелять!
Тень. Размах и удар затыльником, настолько сильный, что отошедший по инерции затвор, возвращаясь в нормальное состояние, захватил патрон, приведя оружие в готовность к немедленной стрельбе. Это был Соколов.
- Не стрелять! – повторить офицер.
Человек лежал на полу без движения.
- Сокол блин! Зачем? Оружие на предохранитель!
- Ну, я видел, как Вы его ударили, да и орал он страшно.
- Что там у вас? – послышался сверху голос Степанова
- У кого спички? – не ответив, поинтересовался офицер
- У меня – отозвался Степанов
- Кидай.
Боец аккуратно сбросил коробок спичек. Офицер, запалив одну из них, осмотрел не прошеного гостя. Камуфляж. Берцы. Воняет дерьмом и соляркой.
- Это, похоже, водитель – догадался Соколов
- Похоже
- Он пьяный?
- Хороший вопрос. Запаха я не чувствую. Может еще чем убился.
- Он живой?
- Пульс есть, правда какой-то уж очень частый – Сокол, блин! Надо его связать. Давай его оттащим, а там свяжем.
- А где мы веревку возьмем?
- Нахрена тебе веревка? Шнурки его же снимем.
Оттащив бессознательное тело, они связали между собой ботинки, а вторым шнурком завязали за спиной руки и, прислонив, посадили у стены.
- Дай глоток воды – попросил офицер. Жажда как будто они марш-бросок пробежали, а не протащили по полу несколько метров не самого крупного воина.
В этот момент послышался звук на чердаке, Степанов явно шёл к ним.
Предохранитель. Затвор.
Внутри всё похолодело.
- Степанов? – позвал офицер.
Вместо ответа, он услышал звук падающего автомата, и вслед за ним звук падающего кубарем тела. Хруст костей, и мягкое «шмяк».
- Твою ж мать! Степанов? Соколов, спички!
- Секунду!
Зажжённая спичка осветила лежащего на полу бойца.
- Да что б тебя! Степанов, ты слышишь меня?
Тишина. Попробовал развернуть его. Голова была повернута и сложена в сторону спины. Живые люди так не могут. И глаза – мутные, совсем не такие, как были раньше.
- Он что умер? – спросил Соколов – а что с глазами? У него они никогда такими не были.
Обмякшее тело Степанова не могло более сопротивляться. Он был как игрушка.
- Дай еще одну спичку, зажги её!
Пульса нет. Офицер поднес спичку к глазам – зрачки остались неподвижны.
- Боюсь всё плохо – тихо произнес офицер. Прислонившись спиной к печке.
- Степашка… - в голосе солдата были слёзы.
- Дай еще спичку – решил убедиться офицер.
Открыл левый глаз, подержал его в темноте помещения, а потом поднес огонёк – зрачок не изменил своего размера. Повторил с правым глазом – без результата.
Спичка погасла.
- Соберись! Соколов! Оплакивать будем позже, а сейчас помоги мне, его надо положить нормально. Давай, ты за руки, я за ноги.
Они молча положили бойца на спину.
- Боюсь, Соколов, остались мы вдвоём. У него нет пульса, а зрачки не реагируют на свет.
- Искусственное дыхание! – сообразил боец.
- Ты можешь его хоть час качать, он даже будет нормального цвета, но если зрачки не реагируют, то он мертв.
Повернувшись, в свете свежезажжёной спички офицер увидел блестящие капли на лице солдата.
Они переложили бойца, убрав его от несчастливой печки. Голова офицера разрывалась болью. Соколов, тихонько хныкал.
- Я пойду на улицу, не дай бог еще кто заявится. Наверх не лазь – офицер встал и пошёл к крыльцу.
На улице было ветрено, темно серые тучи лоскутами закрывали звёздное небо. Офицер попробовал рассмотреть звезды, но что-то тут было не так – он не раз видел большую медведицу, но сейчас её не было. Это вызвало беспокойство. Свежий прохладный воздух не принес облегчения – голова болела всё сильнее и сильнее и, похоже, переходила в мигрень: кое-где появились яркие пятна.
- Товарищ старший лейтенант! Там этот очухался! Водитель!
Офицер зашёл в дом и услышал, как связанный боец издает непонятные звуки, похожие на урчание живота. Взял у Соколова спички, и поднес к лицу солдата. Глаза мутные, такие же мутные, как у Степанова. Взгляд пустой. Боец увидел офицера, и начал биться как рыба в садке, но даже не пытался заговорить. Глаза наполнились хищной яростью. А изо рта потекла струйка слюны.
- Соколов, дай мне балаклаву Степанова!
Забрав у бойца головной убор, офицер смотал его так, чтобы в нижней части, сзади, получилось что-то наподобие кляпа и надел его на голову неадекватного солдата задом наперед, закрыв тому глаза и заткнув рот. Стало тише. А, не видя окружения, боец перестал биться и успокоился.
- Что с ним?
- Не знаю.
- Чего он орет-то так?
- Да не знаю я - с раздражением сказал офицер, головная боль уже полностью перешла в мигрень: слова Соколова звучали громом в голове офицера, а вонь от неадекватного воина была нестерпимой. – Я на улицу!
Ночь была тихой, кроме шелеста травы на ветру, никаких звуков. Ни сверчков, ни каких-то ночных животных. Когда ветер стихал, наступала тишина. Он простоял так минут двадцать, пока за спиной не послышались шаги.
- Я так не могу.… Это.… Не могу… Больно…
- Соколов?
Шаркающие шаги, щелчок предохранителя.
- Соколов! – позвал офицер
- Я так не могу…. Больше не могу….
Солдат подсветил себя спичкой, и офицер увидел такую же муть в его глазах, пустых глазах.
Спичка погасла.
- Соко…
Оглушительные выстрелы пронзили мозг офицера болью, а вспышка ударила по глазам, он схватился за уши, казалось, что голова сейчас разлетится. Звон в ушах был таким, что он не слышал сам себя, хотя прекрасно понимал, что сейчас он зовет Соколова, последнего из его бойцов. Он еще не знал, что произошло, и в кого тот стрелял. Ощупав себя, он не нашел никаких ранений. Слух постепенно восстанавливался – звон угасал. В свете звезд, краем глаза он увидел, что возле входа лежит что-то большое. Он понял, это был Соколов. Подойдя к телу, он попробовал нащупать пульс, но лишь испачкался в крови. Кровь заливала всё вокруг. Нащупал спички.
- Да твою ж мать!
Глаза, надо проверить глаза – сообразил офицер, у Степанова и водителя глаза одинаково мутные, с ними что-то не так.
У Соколова они были такие же.
Водитель! У него такой же взгляд, но он жив!
Перешагнув через Соколова, офицер приблизился к связанному воину, в темноте сдернул с него балаклаву и с силой ударил по голове:
- Что за херня тут происходит?
- Ууррр
- Почему ты живой, сука?
- Ууррр
Удар за ударом, пока связанный не прекратил отвечать. Тогда офицер сел посреди этого маленького темного домика и из его глаз беззвучно покатились слёзы. Он плакал, потому что не знал что происходит, он не знал, почему злой рок посетил его бойцов. Почему Соколов, один из лучших воинов застрелился. Он не знал, что будет с ним дальше и что ему делать. Он плакал до тех пор, пока у него не кончились слёзы. Потом встал, ориентируясь на ощупь – зрение в темном помещении было почти бесполезным, затащил в дом Соколова, забрал его автомат, и залез на чердак, в надежде, что если смерть придёт за ним, он сможет повторить путь своих бойцов.
Смерть пришла. Краем глаза, в щель между досками, он заметил, как к Камазу приближается какая-то фигура. Яркие пятна в глазах, проплывающие тучи – он не мог нормально рассмотреть это существо, но что-то всё-таки увидел: размером с лошадь, существо пыталось подлезть под машину, туда, где лежал Кузьмин. Когда это не получилось, зверь встал на задние лапы, а передними уперся в борт автомобиля и стал его раскачивать. Офицер снял свой автомат и зарядил. Существо мгновенно отреагировало на звук затвора, и направилось в его сторону. Где-то в глубине дома, в темноте, оживился связанный и начал громко урчать. Существо тоже урчало, громко урчало, это явно был не бык. Да и походка не бычья. Офицер уже не выглядывал, он сидел возле пролома, у входа, почти не дыша. Стук когтей по деревянному полу. Скрип половицы. Еще шаг. Водитель бьется как загнанный в ловушку зверь. Шаг. Запах смерти. Запах разлагающегося мяса. Запах дикого зверя. Шаг. Водитель затих. Зверь затих. Шаг. В проеме показалась огромная тень — голова чудовища. Шаг. Затылок. Наведя автомат на проем и практически не целясь, офицер нажал на спусковой крючок.
Ночную тишину разорвали два выстрела.
Зверь мгновенно ослаб, его ноги подкосились, и огромная туша рухнула на пол, опорожнив при этом содержимое кишечника и мочевого пузыря, издав утробный гул – это выходил воздух из легких. Первая пуля, краем зацепила то, без чего не могли жить ни зараженные, ни иммунные, странный нарост на затылке. Вторая пуля срикошетила от костяной брони, и с жужжанием полетела в водителя, отправив того вслед за зверем. Но офицер всего этого не знал, после первого выстрела ударило по ушам так, что он мгновенно потерял сознание. Даже второй выстрел был сделан не осознанно, просто палец еще не успел отпустить спуск.
Всем привет!
Для тех кто уже успел удивиться, да, это повторный пост. Первый снесли по моей просьбе, поскольку по невнимательности я умудрился выложить не последнюю версию редакции.
С сегодняшнего дня начинаю по главам презентовать свою книгу. За две недели она обрела своё название. К каждой главе я стараюсь подобрать тематически похожую картинку. Рисую, естественно, не я - всё делает нейронка.
Напомню о чём книга: обычный штатный военный попадает в новый мир, где зараженные и иммунные живут в сильной зависимости друг от друга.
Ну и ссылочка на АТ: S-T-I-K-S Lucky strike - Руслан Беркут - читать книгу в онлайн-библиотеке / Опубликовано: 4 фев. 2025 в 16:48
- Готовы? Пошли на заряжание - караульные подошли к стойке и выстроились в одну шеренгу.
- Справа по одному – заряжай! - скомандовал начальник караула – молодой офицер, в звании старшего лейтенанта.
Солдаты по очереди приступили к процедуре, и спустя несколько секунд прозвучали три доклада.
- Оружие заряжено, поставлено на предохранитель!
- Оружие заряжено, поставлено на предохранитель!
- Оружие заряжено, поставлено на предохранитель! – отрапортовали караульные.
- Итак, сейчас, как обычно, выдвигаемся на склад материального обеспечения, далее склад вооружения, потом ГСМ. Вопросы есть? – Вопросов нет. В колонну по одному, за мной, шагом марш!
На улице было темно, сыро и душно. До полуночи оставалось немногим меньше часа. Прошедший вечером дождь оставил после себя большие лужи, испарявшиеся на еще теплом асфальте. За день ветер посбивал с росших вдоль одной стороны дороги тополей листву, лежавшую темными пятнами. Они отошли от освещенной караулки, и офицер достал фонарь.
Дорога до постов была довольно простая – нужно было просто идти по асфальту, в таком случае маршрут как раз упирался в первый пост. Идти немного, около километра. Примерно на середине пути испарина на асфальте стала сгущаться, а вскоре и вообще перешла в состояние плотного тумана, воздух стал каким-то мерзко кислым.
- Фу! – высказался кто-то из караульных.
Разговаривать в строю, в общем-то, запрещено, но на подобные мелкие нарушения всегда закрывали глаза, вот и в этот раз начальник караула решил не устраивать очередной лекции на тему строго соблюдения дисциплины, да и ко всему прочему, он был полностью согласен с не вытерпевшим солдатом.
В ночной тишине послышался знакомый звук двигателя Камаза.
- Вправо принять, на обочину! – скомандовал офицер, слегка обернувшись так, чтобы идущие позади услышали его.
- Стой! Подождем, пока проедет – и направил фонарь в сторону звука. Туман засветился белым.
Двигатель ревел слишком сильно, было слышно, что машина набирает скорость.
- Куда он так несется? – задал вслух вопрос офицер.
В этот момент, в светящемся от фонаря тумане появились два прожектора фар, и начальник караула понял – машина движется точно на них.
- Вспышка слева! – только и успел крикнуть офицер.
Караульные отреагировали мгновенно, прыгнув в кювет. Офицер собирался проделать то же самое, но немножко не успел – он инстинктивно обернулся, чтобы убедиться, что солдаты ушли от возможного столкновения и в этом момент получил удар в шлем. Темнота мгновенно накрыла его – он потерял сознание.
Голоса.
Несвязная речь, сливающаяся в реку звуков.
Знакомые голоса. Начинает различать их.
Это говорит Соколов, один из караульных.
Ему отвечает Степанов, второй.
Речь становится более внятной.
- Товарищ старший лейтенант, Вы нас слышите?
- Я тебе говорю он без сознания.
- Что нам делать? Надо как-то привести его в чувства.… Сейчас бы нашатырь…
- Хер его знает, удивительно, что он вообще дышит.
- Попробуй еще раз вызвать караулку.
- Какую караулку? Я ходил туда – там долбанное поле! Нет никакой караулки! Там вообще ни хрена нет!
Бойцы. Это его бойцы. Надо было вставать.
Попробовал открыть глаза – резанул свет. Прищурился. Попробовал привстать – в голове оглушительно зазвенело, и мир поплыл. Всё вокруг закрутилось. Начал падать, вестибулярный аппарат отказывался понимать, где верх, а где низ – всё едино, всё крутится. Кто-то поддержал, падение прекратилось, но мир вокруг продолжал вращаться. В этот момент нахлынула волна неудержимой тошноты. Офицера вырвало.
- Товарищ старший лейтенант, Вы как?
- Макс, помоги, надо его посадить.
- Еще тошнит? – поинтересовался Соколов.
- Нормально – чуть слышно ответил офицер, наконец, открыв глаза.
На улице было довольно светло. Они сидели где-то в кювете: вот пригорок дороги, вот следы от Камаза.
- Где Кузьмин?
- Вот, умойтесь – солдат протянул влажный платок.
Офицер снял шлем и балаклаву, молча вытер лицо прохладной мокрой тряпкой.
- Дайте попить
Боец протянул фляжку, и офицер сделал пару крупных глотков воды. Снова начало тошнить, но этот позыв он сдержал, и повторил свой вопрос:
- Где Кузьмин?
- Его Камаз сбил.
- В смысле сбил? – с отдышкой спросил офицер.
- Ну, он последним шёл, нас Камаз перелетел, а вот ему не повезло.
- Что значит, не повезло? Поднимите меня!
- Вам лучше пока туда не ходить.
- Соколов!
- Понял, Степашка, помоги!
Два солдата держа под руки офицера, помогли ему встать. Мир в его голове продолжал кружиться, но состояние явно улучшалось.
- Где он?
- Вот там, где Камаз, я помогу – сказал Соколов.
- А где этот сраный водитель?
- Никого не было, двери открыты, но за рулем никого не было.
- Что значит, никого не было? Я же слышал, как он обороты набирал.
- Ну, когда всё произошло, туман был страшный, мы вообще сначала Вас потеряли, фонарь разбился, а в таком тумане не понятно было кто где. Камаз мы по следам нашли, да и грохот слышали – дверь открыта была, а за рулем никого.
- Кузьмин там, под задним мостом – солдат указал в сторону стоявшей посреди невысокой травы машины – может пока не стоит туда ходить?
Офицер не ответил, и стал медленно приближаться к грузовику. Кабина открыта, грязные колеса ушли в мягкий грунт почти до самых дисков. Темная лужица. Старший лейтенант заглянул под машину и его снова вырвало. Под рамой лежало то, что осталось от бывшего караульного: рядового Кузьмина — мешанина из крови, кишок и камуфляжа.
Начальника караула бил озноб. Он не понимал, что происходит, и почему так получилось. Что теперь будет с ним дальше. Обычный, ничем не приметный караул превратился в какой-то ад. Ему нужно было взять себя в руки, что совсем не просто в такой ситуации, но он постарался.
Осмотрелся. И только сейчас заметил, что у него больше нет автомата. Пистолет на месте, подсумок тоже.
- Вы автомат мой не видели?
- Он у Степанова, Вы его обронили, когда всё произошло.
Немного успокоившись, офицер спросил:
- Сколько сейчас время? – постепенно, до него стало доходить, что их давно должны были начать искать. Выходили они, когда еще полуночи не было, а сейчас явно предрассветное время: небо уже окрасилось в голубой, а горизонт желтел от лучей еще не появившегося солнца.
- Полшестого
- Твою ж мать! – выругался офицер – Вы в караулку сообщили?
- Тут такое дело, нет караулки.
- Что значит: «нет караулки»?
- Посмотрите сами, её должно быть видно!
Офицер поднялся на дорогу и посмотрел в сторону, где когда-то стояло караульное помещение, но теперь там было просто поле. Асфальтированная дорога, резко сменялась грунтовкой, которой тут никогда не было, да и вообще всё менялось. Деревья, трава, даже забор, идущий вдоль дороги, как будто обрезало невидимой гильотиной, а дальше было просто поле, обычное дикорастущее поле с выжженной солнцем травой и укатанной грунтовой дорогой, в аккурат примыкающей к асфальту. Он подошел к линии, где мир менялся и увидел, что на пыли грунтовки, имелись относительно свежие следы покрышек.
- Что за херня?! – риторически спросил старший лейтенант и посмотрел в другую сторону: здесь дорога была асфальтированной – метров триста всего, до поста она тоже не доходила, поскольку также упиралась в грунтовку, да и самого поста тоже не было. Вместо него стояла одинокая, покосившаяся избушка. Подойдя к линии с этой стороны, внимание офицера, привлекло то, что следы были и здесь, и, судя по протектору – это был тот же самый автомобиль, но это был не Камаз – протектор хоть и внедорожный, но явно легковой. Осмотревшись еще раз. Он понял, что они находятся в каком-то совсем уж незнакомом месте, где привычная для них дорога вклинивается в другой участок местности. Там где должна быть караулка теперь поле, где был пост – стоит избушка. Дорога совсем другая. А воинской части вообще нет. Просто нет. Стоят отдельные деревца, кусты, но ни какого намека на здания и строения.
- Степанов!
- Я! Товарищ старший лейтенант! – отозвался боец.
- Так! Во-первых, давай сюда мой автомат, а во-вторых, расскажи всё, что помнишь с момента выхода из караулки.
- Ну, мы шли на смену часовых, в тумане услышали звук Камаза, Вы приказали сойти на обочину. Потом крикнули вспышка слева, и мы машинально прыгнули вниз с дороги. Услышали глухой удар, фонарик погас. Машина пролетела над нами и остановилась в поле. Когда мы встали, Вас нигде не было, мы думали, что это Вас он сбил, но потом по следам поняли, что еще и Кузе досталось. Позвали Вас, позвали Кузю – никто не отозвался. Тогда пошли по следу, не видно ни фига было. Осмотрели машину, там никого. Больше ничего понять не смогли. Рация была у Вас, поэтому мы не могли сообщить в караулку, я решил дойти до неё, но там асфальт обрывается – такую дорогу я не знаю, поэтому сели в кабину и стали ждать пока нас начнут искать, но нас накрыло: Соколов уснул первым, я еще чуть-чуть продержался, но тоже вырубился. Проснулся минут через сорок, примерно через час туман исчез. Светать начало около четырёх, что, кстати, рановато – обычно около пяти светает. Разбудил Сокола. Решили еще раз осмотреться. Нашли Кузю – солдат громко сглотнул. Пошли Вас искать, думали, он Вас тоже сбил, и Вы где-то впереди, но, похоже, Вас дверью зацепило и в кусты отбросило. Нашли Вас и автомат, он в стороне лежал. Потом, я взял Вашу рацию, попробовал связаться с караулкой, но никто не отвечал. Тогда Соколов остался возле Вас, а я пошёл туда пешком – тумана уже не было. Но там никого, да и дорога другая. Когда вернулся, Соколов был возле Вас, потом Вы очнулись. Ну а дальше Вы сами знаете.
- Так бойцы!... Я не знаю где мы, почему никто нас не ищет, и пока, даже не представляю, что нам делать дальше – офицер шумно выдохнул – для начала, надо найти автомат Кузьмина, и забрать его боеприпасы ему мы уже ничем помочь не можем, к сожалению.
- Разрешите нам тоже балаклавы снять, а то жарко в них?
- Далее, а если точнее, то прямо сейчас: Соколов – ищешь автомат. Степанов – со мной, пойдем посмотрим, что там за избушка такая стоит. Если там всё нормально, то предлагаю организовать там временное расположение. Вопросы? Вопросов нет. Балаклавы можете снять, шлемы вы один хрен уже сняли.
Офицер с одним из караульных направились в сторону здания, оставшийся боец начал поиски оружия.
- Степанов, смотри, судя по внешнему виду, ничего интересного в этом домике нет, поэтому предположу, что там должно быть тихо. Сначала я его осмотрю снаружи, если всё нормально, то зайду внутрь, ты стоишь у входа и ждешь моей команды. Если видишь что-то подозрительное, или кого-то кто не похож на Соколова, сразу зовешь меня. Понял?
- Понял
Подойдя к зданию, удалось его рассмотреть поближе: небольшой одноэтажный каменный домик белого цвета: крыша покрыта старым шифером, два деревянных окна с разбитыми стеклами, веранда с множеством маленьких не распашных окошек, двери не было. Печная труба, если судить по её внешнему виду.
- Так! Близко не подходи, я осмотрю его изнутри.
Боец снял автомат с плеча и взял его наизготовку.
В домике имелось две комнаты, расположенные друг за другом. Как и предполагал офицер, имелась печь, которую явно давно не топили. Но удивило другое: на полу были следы от ботинок и ошмётки грязи. Сухие. Судя по имеющимся следам, посетителей было двое: одни ботинки большие, другие маленькие, у обоих крупный протектор, вроде того, что на армейских берцах, либо чём-то очень похожем на них. Так же был пролом на потолке, аккуратно над лежанкой печи. Забравшись, офицер осмотрел и подкровельное пространство – никого и ничего достойного внимания. Судя по всему, кто-то здесь ночевал: лежали две соломенных подстилки, а дальше был еще один пролом в потолке, который, офицер поначалу не заметил – это было и плохо и хорошо одновременно, ведь это отличное место для засады. Окна выходили только на одну сторону.
Осмотрев домик, офицер вышел.
- Чисто! – сказал он караульному – пойдем, посмотрим как у Соколова дела.
Боец уже двигался им навстречу, на плече у него висел второй автомат.
- Ну что? Смотрю, автомат ты нашёл?
- Да, но он поврежден, ствол погнут, приклад лопнул. В остальном только грязь, почистить надо.
- Что с боеприпасами?
- Плохо, я туда не полез. Подсумок там, магазины вроде бы в подсумке.
- Ясно. Так Соколов! Считаешь домик и периметр вокруг него в радиусе 5 метров постом, выполняешь обязанности применительно к часовому. Никого не подпускать кроме меня и Степанова, остальные только в моём сопровождении. На всякий случай пароль: «Волгоград». Все всё поняли? Вот и молодцы, пойдем. Соколов, взять пост под охрану!
- Есть! – отозвался солдат.
Подойдя к Камазу, офицер еще раз осмотрел мертвого бойца.
- Степанов, вы точно не видели этого водятела? Ключей нет, но машина явно была на ходу, значит, он куда-то свалил.
- Никак нет! Мы тоже об этом думали, может он испугался и убежал?
- Похоже на то. Ладно, как бы мне не было жалко Кузьмина, но ему уже ничем не помочь, поэтому пойдем, достанем патроны.
Видя, как побледнело лицо солдата, офицер решил, что такую неприятную работу проделает сам. Сделать это было непросто, мешал топливный бак и воздушные баллоны, поэтому пришлось ползти. Отдав автомат бойцу, офицер растянулся на мокрой и грязной траве, ползком подобрался к бывшему караульному и, расстегнув подсумок, достал магазины. Выбравшись, забрал оружие, и скомандовал:
- Ну, всё, пойдем туда! – указав кивком в сторону домика.
Соколов, как и положено часовому, медленно обходил домик. Видя, что офицер с другим караульным приближаются, ускорил шаг, и подошёл к двери в аккурат с остальными. Офицер присел на крыльцо.
- Что думаете? – спросил Степанов.
- Да вот думаю, уж не умер ли я случайно, и не дорога ли это в ад? Потому как, иначе я не могу объяснить того, где мы находимся и как сюда попали.
- Ну, если Вы умерли, то получается и мы заодно тоже, но вот как-то это не сходится с тем, что под машиной лежит Кузьмин.
- Сколько сейчас время?
- Начало восьмого, десять минут.
- Так, ладно, я видел на грунтовке следы, предлагаю пройтись посмотреть, что там и как. Соколов, остаешься здесь, порядок тот же. Степанов со мной, из зоны видимости друг друга не выходить. Поэтому далеко не пойдем. Раз есть следы, значит, машины тут ездят ну а в доме, кстати, тоже имеются следы двух человек, относительно нестарые. Поэтому смотрим по сторонам, если кого-то увидите, сразу зовите, поняли? Пойдём!
Выйдя на грунтовку, офицер осмотрел следы от колес: след оказался глубже, чем это показалось сначала – он был не только на пыли, но и уходил в грунт, значит, автомобиль проезжал здесь, пока земля была мягкой, видимо после дождя. Вдаль дорога сначала извивалась как змея, а потом и вовсе куда-то сворачивала, но до поворота идти было довольно далеко, и поэтому офицер решил осмотреть другую сторону от поста. Здесь всё было проще, дорога прямая как стрела, и уходила почти до горизонта, следы также были на месте. Вернувшись к домику, офицер принял решение:
- Предлагаю расположиться пока тут, подождать пока не проедет какой-либо транспорт. Идти наугад, с оружием, не самая лучшая затея. Что у нас с водой?
- У меня половина фляжки – сказал Соколов
- У меня примерно так же – поддержал Степанов.
- Понятно, у меня фляжки нет, поэтому воду экономить. Не знаю, сколько нам придется здесь проторчать. Еды, как понимаете, у нас тоже нет – это проблема. Если в течение суток, никто тут не объявится, то единственное, что мы можем: это пойти по следам, судя по тому, как летела грязь из-под колес, то машина двигалась на запад – офицер показал в сторону виляющей дороги. Сейчас мы заходим внутрь и еще раз всё осматриваем. Соколов, продолжаешь нести службу, Степанов тебя сменит в девять.
Вопреки ожиданиям офицера, солдат нашел почти полный пятилитровый бутыль воды, две банки какой-то тушёнки, бутылку водки и коробок спичек, припрятанные под полом. Он, как-то уж очень быстро обнаружил в полу люк, открыл его и извлёк находки, объяснив это тем, что у них на даче, погреб сделан также, и что при таком хранении вода не протухает. Это было весьма кстати – бойцы наполнили фляжки, и от души напились. Несмотря на то, что на улице было, не так уж и жарко, жажда одолевала дикая. Больше ничего интересного в домике не нашлось. Весь день они просто прождали, меняясь каждые два часа. Офицер решил, что будет третьим караульным – при таких условиях, бойцам нужен отдых, а ему всё равно заняться нечем, к тому же, такой поступок немного поднимал боевой дух.
Всем привет! Попал сюда по рекомендации знакомого. Я долго читал разные книги, как правило это были либо приключения с элементами фантастики, либо детективы, иногда бывало и фэнтэзи, но его было мало.
И вот не так давно я ознакомился с жанром "попаданцев". Признаюсь честно, я долго от него воздерживался по одной простой причине - та литература, которая попадалась мне, была, мягко говоря, сомнительного качества. Но времена идут и всё меняется. В общем попала мне в руки серия С-Т-И-К-С, и судя по тому, что комьюнити у этой серии весьма обширно, можно предположить, что серия жива. Несмотря на то, что сам автор и родоначальник этого мира, как-то его забросил, я сейчас об Артёме Каменистом.
В общем и целом, после прочтения данной серии, я решил попробовать себя в роли автора фанфика.
Понимаю, что данный жанр нравится далеко не всем, поэтому вполне спокойно реагирую на то, что кто-то отправляет моё творчество в блек-лист. Также, я вполне отдаю себе отчёт о том, что моя грамматика далека от идеальной, но хочется верить, что на фоне остальных произведений, хотя бы не сильно хуже.
Моё произведение на данный момент ещё не закончено, но я имею твердую цель это сделать. Для публикации мною выбран формат деления на главы, с периодичностью выпуска раз в неделю.
В своих мечтах я всё-таки стану автором, и возможно смогу даже что-то заработать, но сейчас мне необходимо заручиться поддержкой читателя. Также, во чтобы то ни стало, моё первое произведение всегда будет бесплатным. А может и не только первое.
Поэтому я приглашаю всех желающих, присоединиться к своему произведению.
P.S. Если здесь есть беты, готовые сотрудничать на безвозмездных условиях (да, пока мне нечем заплатить за Ваш труд, единственное, что могу пообещать, это указание редактора, если сама бета этого захочет.
Все картинки сгенерированы нейросетью.
Я вырос на классическом фэнтези (эпике, героике) и фантастике. В нулевые отечественный рынок заполонило городское фэнтези и то, которое про попаданцев, да не только заполонило, но и вытеснило классические поджанры. Многообразие, конечно, осталось, но все мы знаем топовых фантастов того времени, которые чаще стали выпускать книги в модных жанрах. В сетевой литературе эта тенденция еще сильней.
Лично я скучаю по автономным фэнтези-мирам, в которые никто не попадает (разве что воображение читателя) - по оригинальным волшебным мирам со своей историей, законами и настоящими героями. Я и сам писал что-то такое, в духе Хобб и Ротфусса, но сейчас не об этом.
На мой взгляд, нынче проходит новый виток, на котором былые попаданцы и магические академии уже кажутся добротным фэнтези. В сетературе и самиздате жанр фэнтези в массе своей представлен бояръ-аниме и попаданцами, которые попадают в максимально клишированные фэнтези-миры. Бутафорское фэнтези, рояли, Марти Сью, вы знаете.
Эту ситуацию я решил отразить в своей новой книге "Возрождение Орсона". Начинается она с того, что фэнтези-мир главного героя уничтожен... попаданцем. Попаданец не хотел разрушать мир, он вообще мало чего хочет, если это выходит за рамки животных общечеловеческих потребностей. Однако он удачлив и всегда побеждает, вокруг него искажается судьба, он чужд миру с героями (мечами и магиями), поэтому мир не выдержал. А попаданец "попал" в очередной мир.
Вот только за ним вдогонку идет Орсон - лорд Хаоса, Тьмы и Цветов, некогда живший в разрушенном фэнтези мире. На новом месте он вынужден переродиться в теле подростка-аристократа, вернуть свою силу, обрести власть и... Многие сейчас узнали типичный художественный ход из бояръ-аниме, да?
Однако книга относится к боярке лишь условно (я бы сказал, что это иссекай, чтобы не вставать на одну полку с тем, что на отечественном рынке называется бояръ-аниме). На деле же это оригинальное фэнтези, в том виде, в каком я его понимаю (разве что слегка облегченное, так сказать, лайт-версия в духе сетературы).
Выложу тут пролог.
***
Я летел на драконе, а мимо проносились парящие в бездне островки земли. Совсем недавно здесь простирались долины, горы и леса, и море манило путешественников загадочным горизонтом. Эльфы пели в рощах и изучали природную магию, гномы стучали молотками в недрах, короли людей строили замки, считая их вечными. Бывало, мирную жизнь нарушали судьбоносные войны, раз в эпоху восставало древнее зло и приходили герои, обновляющие мир. Так вершился круг жизни, и никакие горести мира не были окончательными. Но сейчас все иначе. Мой мир умирал навсегда.
Даже я, лорд Хаоса, Тьмы и Цветов не мог этому помешать. Я не вполне понимал, как такое могло произойти, но знал того, кто способен все объяснить. Если он еще жив. Хотя, если жив я, то хранитель Хеседин – тем более.
Туман и дым смешались в единое удушливое марево, заполняющее все пространство. Природные циклы сбились, и темные тучи хаотично бродили от горизонта к горизонту, словно разбредшееся стадо. Кончиками пальцев я заранее ощутил напряжение. Грянул гром, по небу словно трещина пробежала ветвистая молния. Между рогов дракона полыхнула желто-голубая дуга, тот в ответ лишь рыкнул. Я вдохнул запах разряда и покачал головой. Когда-то гроза предвещала радугу и солнечный день, но сейчас это была агония.
На меня надвигался огромный парящий остров. Ветер завывал в развалинах города, трепетали кроны деревьев с пожухлой листвой. Я прислушался: криков гибнущих людей и животных уже не было. Дракон изогнул крылья, уходя вправо и вниз. Передо мной пронеслись слои породы, похожие на срез слоеного пирога: плодородная почва, песок, глина, гранит, а снизу – капающая раскаленная лава. Словно кусок плоти, вырванный из живого тела. Я бы с удовольствием вырвал такой кусок из того, кто во всем этом виноват! С тяжелым гулом остров проплыл сверху. Сгусток лавы упал мне на плечи, и я небрежно стряхнул его. Огненные капли стекли с красной мантии, не причинив никакого вреда.
В свете багрового солнца, напоминающего последний уголь прогоревшего костра, я наконец-то увидел башню. Островок, где она стояла, застыл в пространстве, удерживаемый силой хранителя. Пролетавшие комья земли огибали невидимый купол. Я направил дракона к порогу башни.
Дракон рухнул на землю и бессильно распластал могучие крылья, способные накрыть деревню средних размеров. Я спешился и подошел к громадной морде. Оранжевые глаза взглянули в мое лицо, закрытое золотой маской.
"Ну вот и все", – раздался у меня в голове голос дракона.
– Прощай, друг, – сказал я.
Дракон медленно выдохнул, исполинское тело застыло и обратилось в цельный камень – бесценный кристалл, осколки которого спустя мириады лет могли бы раскопать новые цивилизации, если бы у этого мира существовало будущее.
Я подошел к дверям башни. Несколько эльфов сидели на траве и меланхолично созерцали закат мира, а к стене устало прислонился двухметровый рыцарь в черных латах. Мой гвардеец, последний из легиона. Он отсалютовал, приложив руку к рогатому шлему. Я похлопал его по плечу: мое последнее приказание выполнено, теперь он свободен.
– Хранитель ожидает вас, лорд, – сказал один из эльфов, покосившись на темного паладина. Сейчас старые распри были забыты.
Я кивнул и поспешил наверх, оставив странную компанию наблюдать за апокалиптическим пейзажем.
Хранитель Хеседин стоял у окна и смотрел на солнце. Слабое и угасающее, оно окрашивало его седые волосы и бороду в багровый цвет. Я выше на голову любого из северных варваров, а рядом с его согнутой временем и заботами фигурой и вовсе казался великаном.
– Давно не виделись, Орсон, – сказал хранитель.
– Без малого сотню лет, – ответил я. – Откуда ты знаешь мое настоящее имя?
Никто так не называл меня уже лет пятьсот.
– Ты за советом пришел именно потому, что я знаю многое.
– Действительно.
– Времени мало, спрашивай.
– Насколько мало?
Хранитель молча показал взглядом на свою ладонь, где сжимал красный шар величиной с яблоко. Он приподнял руку, чуть нахмурился, и шар стал ярче. Одновременно с этим солнце за окном окрасилось оранжевым и засветило сильней. В другой руке Хеседин держал шар из глины.
– Надолго меня не хватит, – сказал он.
– Помочь? – Я протянул руку и раскрыл ладонь в латной перчатке. – По крайней мере одну сферу я смогу удержать.
– Бессмысленно.
– Как-то можно это остановить, починить? – спросил я.
– Нет. Уж ты-то, лорд Хаоса, должен понимать.
– Это не хаос, – сказал я, показывая в окно. – Это абсолютная энтропия.
Хранитель приподнял брови.
– Какие ученые слова ты знаешь.
– Доводилось изучать высшую магию, – ответил я, не уточняя, что осилил только два трактата.
– Что ж, тогда я смогу тебе объяснить, в чем дело.
Оказалось, что всему виной один-единственный человек, пришедший из иного мира. Даже не пришедший, а попавший сюда случайно. Обычный парень, ничем не выделяющийся в собственном техногенном мире, попал в наш мир десяток лет назад. Ведомый необычайной удачей во всех делах, он стал великим героем, однако отличался от героев нашего мира. Им двигали приземленные мотивы, логика поведения была чуждой. Само его появление было нонсенсом, и с миром что-то произошло.
– Неужели он настолько силен, что разрушил мир? – спросил я. – Такое не под силу даже богам, а о нем я и не слыхал. Он лорд каких-то сил?
– Он могущественный воин и маг, но дело не в силе. Он как алмазная песчинка, попавшая внутрь точного механизма, – сказал Хеседин. – Проблема в самом его существовании. Он словно клин, вонзившийся в наш мир и расколовший его на части.
– Почему ты не выбил этот клин, не убил его? Ты же хранитель этого мира!
Хеседин вздохнул.
– Когда я говорю о его удаче, это не просто фигура речи. Его судьба искажает причинно-следственные связи, нарушает логику. Он неуязвим и всегда побеждает, но не из-за своей силы или ума, а… просто так.
– Бред какой-то, – сказал я, но вспомнил, с кем разговариваю, и добавил: – Быть может, я чего-то не понимаю, мудрейший? Высшая магия?
– А ты не безнадежен, – чуть улыбнулся хранитель. – Безусловно, задействованы силы судьбы, но управляющие не миром, а мирами. В этом даже я не компетентен: не мой уровень ответственности.
– Силы судьбы? – уточнил я. – Нечто подобное я чувствовал, но никогда не изучал.
– Такого раздела нет ни в одной из магических наук, однако каждый живущий смутно понимает, о чем речь. Рука судьбы особенно заметна, когда кто-то совершает невозможное. Например, кто бы мог подумать, что тысячу лет назад простой сельский бард вдруг пойдет путями силы и станет лордом Хаоса, а затем свергнет повелителя Тьмы и присвоит его силу.
Я на мгновение замер, обратившись мыслями к былому. И улыбнулся.
– Да, – вздохнул хранитель. – Теперь нам только и остается вспоминать прошлое.
– Нет, – ответил я.
Повисла пауза. Хеседин внимательно смотрел на меня. Казалось, что моя золотая маска, оберегающая внешний мир от силы лорда, совсем не помеха его взгляду.
– Я его уничтожу, – сказал я. – Скажи, где он, и я это сделаю.
– Наш мир уже ничто не спасет от гибели, – сказал хранитель.
Я сжал кулаки, латные перчатки скрипнули металлом.
– Как и Разрушителя ничто не спасет от меня.
– Должен сказать, что так называемый Разрушитель уничтожил мир ненамеренно. Он оказался не в то время и не в том месте.
– И что с того? Если он отравил наш мир, пусть даже не специально, то мир имеет право убить его. Таково священное право любого живого существа. Все-таки ты слишком миролюбив, мудрейший.
– Да нет, я разделяю твой взгляд, лорд. Я и сам намеревался просить тебя об этой услуге. Но по другой причине.
– Какая еще может быть причина?
– Разрушителя здесь нет. Он сбежал в другой мир.
– Вернулся к себе?
– Если бы. Самостоятельно или по воле той силы, которая забросила его к нам, но он переместился в очередной мир.
– Болезнь распространяется! – сказал я.
– Можно сказать и так. Я оплакиваю наш мир, но как хранитель я радею и о других мирах. Поэтому я хочу, чтобы ты остановил Разрушителя и спас тот мир, куда он пришел.
Я хмыкнул.
– Для такого дела больше подошел бы герой или избранный.
– Все герои мертвы, – сухо сказал хранитель. – Но дело в другом. Сила истинного героя не может быть направлена на месть, а лорд… Скажем так, сила лордов не налагает моральных ограничений.
Я провел рукой по золотой маске. Я так привык к ней, что воспринимал ее как собственное лицо.
– Много вопросов, – сказал я наконец.
– Например?
– Ты сказал, что Разрушитель неуязвим, потому что оберегаем самой судьбой. Как же мне его одолеть?
– Я предполагаю, что его сможет победить такой же, как он. Я отправлю тебя в тот мир, и вы сойдетесь на равных.
– Звучит заманчиво. Но неужели ты способен переместить меня в другой мир, мудрейший?
– К сожалению, мои возможности не столь велики, – вздохнул хранитель. – Я смогу отправить туда только твой дух.
– Но как же тогда… – начал я, однако хранитель остановил меня, подняв руку. В ней находился глиняный шар, и островок под нам вздрогнул.
– Ты окажешься в теле одного из обитателей того мира, – пояснил он. – В человеческом теле… надеюсь. Предупреждаю, твои силы проявятся далеко не сразу.
– А сначала? Совсем ничего?
– Что-то от твоих сил всегда будет с тобой, они стали частью твоей сущности. Кроме того, у тебя появятся особые способности, как у духа в чужом теле. Но чтобы снова стать лордом Хаоса, Тьмы и… Цветов, тебе придется пройти путь силы того мира. Кстати, как получилось, что твоя третья сила – цветы?
– Это долгая история, – ответил я. – Боюсь, что у нас нет времени на романтические воспоминания.
– И то верно, – сказал хранитель. – Ты согласен спасти мир?
– Ты знаешь, что я хочу прежде всего отомстить. А что до спасения мира… Наш мир я действительно люблю, а тот мне безразличен.
– Это мое условие и личная просьба. Очевидно, предсмертная.
– Я спасу его, Хеседин. Во всяком случае, сделаю для этого все, что в моих силах, – сказал я и, подумав, добавил: – Клянусь.
– Благодарю тебя, Орсон.
– Каков он хоть, тот мир?
Хранитель в общих чертах рассказал то немногое, что успел узнать.
– Любопытно, – сказал я. – Он похож на родной техногенный мир Разрушителя, но в то же время и на наш, магический… А ты не боишься, что я тоже сыграю роль разрушителя для того мира, отчего он погибнет еще быстрее?
– Я отправлю тебя, так сказать, по траектории нашего Разрушителя – именно по ней я проследил место, куда он сбежал. Это как идти по глубокому снегу след в след. Так что твое присутствие не нанесет вреда большего, чем уже нанесено.
– Что ж, – вздохнул я, – я готов, мудрейший.
Мы спустились в зал, где покрытые рунами каменные блоки образовывали прямоугольный портал. Аморфная субстанция между колоннами кружилась вертикальным водоворотом. Я подошел ближе, плащ затрепетал как на сильном ветру. Хранитель посмотрел на меня, и я молча кивнул. Он нараспев произнес заклинание высшей магии. Эхо прокатилось по залу, поднялась столь мощная волна энергии, что даже я, лорд трех сил, содрогнулся.
Из портала выстрелила голубая молния и вонзилась мне в грудь, продолжая сверкать и трепетать. Я ощутил, как кончики пальцев рук и ног онемели. Онемение медленно поднималось к солнечному сплетению – молния, словно щипцы дантиста, вытягивала мой дух из тела. Оглядевшись, я увидел позади себя собственную маску. Молния тянула меня к порталу, однако медленно и с натужной вибрацией, цвет ее сменился на лиловый, каменные стены башни задрожали.
– Ты слишком силен! Перестань сопротивляться, – с трудом проговорил хранитель. – Твоя сущность принимает переход за смерть, но это не так. Отпусти.
– Прощай, Хеседин, – сказал я и расслабленно выдохнул.
В следующую секунду меня швырнуло в портал, мой дух окунулся в водоворот энергии, и я с невероятной скоростью полетел через бесконечный коридор. Последнее, что я увидел в удаляющемся окошке – груда доспехов, золотая маска и красный плащ лежат на полу, а рядом катятся два шарика: красный и коричневый. Первый разлетелся искрами, а второй рассыпался пылью, после чего мой родной мир перестал существовать.
***
Книгу планирую закончить весной. За новостями "Возрождения Орсона" и других книг см. в моем тгк.
«Орден Кракена» — это захватывающий роман, написанный Олегом Сапфиром и Дмитрием Ангором, который переносит читателей в мир, где пиратство и магия переплетаются в одно целое. Главный герой, Джон Кракен, был знаменитым капитаном летающего корабля, чья репутация предшествовала ему. Его внушительная борода была его гордостью и символом его мощи. Кракен и его Орден были известны своей непобедимостью, и их появление в небесах означало, что добыча уже не сможет убежать.
Однако судьба готовила герою непредвиденный поворот. В ходе последнего боя с могущественным врагом, Роем, Джон Кракен попадает в временную червоточину, которая переносит его в совершенно иной мир. В этом новом месте он лишается своего корабля, верных спутников и большей части своих сил. Герой ощущает себя беспомощным, словно сонная амеба, столкнувшись с реальностью, где он больше не является легендарным пиратом.
Но Джон Кракен не тот, кто сдастся без борьбы. Он обладает неукротимой волей и решимостью, которые позволяют ему противостоять новым вызовам. Он понимает, что хотя обстоятельства изменились, его сущность остается прежней. Кракен начинает пробуждаться, и вскоре новый мир узнает о его великом аппетите не только к приключениям, но и к возможности восстановить утраченное величие.
Первые минуты я был в шоке от того, что навсегда застрял в чужой эпохе. Потом решил: да что я, в самом деле? В самом лучшем в мире государстве, что ль, не выживу? Да выживу, конечно! И благостным «застоем» наслажусь, и Андропову помогу за дисциплину бороться! Он ведь молодец, этот Андропов-то! Не даром кэгэбэшник! Он с врагами церемониться не станет! Вот дойду до него, расскажу, что за дело проклятые Ельцин с Горбачёвым замышляют... А потом буду стоять и похохатывать, глядя как они в клетке в суде умоляют их не расстреливать. То-то бабка с дедом обломаются, когда в будущем не будет никаких джинсов! А будет там вечный Союз, мною лично спасённый!
… Впрочем, перед тем, как приступать к его спасению, следовало освоиться. Так, квартира у меня уже была. Причём честно унаследованная! Ключи от неё я нашёл в коридоре: замок на деревянной двери был тот же самый, вот только второй, железной, установленной в 90-е еще не было.
В комнате стоял хорошо знакомый мне мебельный гарнитур (ещё не обшарпанный) и висел хорошо знакомый мне ковёр (ещё не выцветший). Вот только на месте моего компьютерного стола находилась кадка с фикусом. «Сейчас вся наша гильдия в рейде, - внезапно мелькнуло в сознании. - В игре про огород поспела тыква... В контакте хохлов обсуждают — и всё без меня... На АТ автор книги «В постели со Сталиным» выложил проду...». Впрочем, эти мысли не подобали спасителю Родины, так что я их отогнал, как только смог.
В шкафу нашлись дедовы шмотки. Мне они были немного коротковаты, но в целом по размеру — всё лучше, чем в штанах буржуйских шляться! Я переоделся.
Потом вспомнил: бабушка рассказывала: дед ей отдавал свою получку, но, как все советские мужики, откладывал на собственные нужды, и как-то раз жена обнаружила его накопления за бачком в туалете. Я метнулся в уборную. Вот так удача! Дедова заначка была здесь! Я сделался счастливым обладателем аж целых тридцати пяти рублей. Как раз будет на первое время на жизнь... Интересно, на долго ли хватит? Начал вспоминать советские цены, прикидывать в голове... А потом решил — какого чёрта? Надо просто пойти в магазин и увидеть все цены воочию! Тем более, жрать уж охота. Гештальт с пельменями, про которые я думал перед тем, как оказаться здесь, пока что не закрыт...
Я вышел на улицу. Двор был всё тем же двором, по которому всего час или два назад я возвращался со свидания с Велемирой: серые хрущёвки, помойка возле ограды детского сада, всё те же бабульки на лавочке. В этот раз их сидело две штуки, и они проводили меня взглядами, полными подозрений. На миг мне показалось, что одна них это Людмила Васильевна — наша полоумная соседка снизу, которая несколько раз вызывала милицию из-за того мы с матерью якобы двигаем мебель посреди ночи. Говорят, что крыша у нее поехала после того, как единственному сыну Славке дали пожизненный срок за разбой... Впрочем, это я отвлёкся. Нынче время другое, и бабки, конечно, другие. Эти, небось, при царе родились-то ещё...
Проходя через двор, я заметил, что тот стал как будто просторней, пустее. Наверное, это было из-за того, что горизонт не загораживали двадцатипятиэтажки соседнего района. И машин во дворе почти не было. В чём-то эта пустота была приятной, но в чём-то, признаюсь, пугала слегка: было ощущение, что кто-то постепенно демонтирует мой мир, и вслед за машинами и небоскрёбами всё остальное исчезнет.
Обследовав пару кварталов, я набрёл на булочную, в помещении которой в будущем расположится отделение одного крупного банка. Внутри неё тоже было как-то пустовато и непривычно: вдоль стен стояли деревянные стеллажи, над которыми красовалось суровое «РУКАМИ НЕ ТРОГАТЬ», а на одной из вертикальных перекладин болталась привязанная на веревочке рогатина. Часть стеллажей пустовала, на остальных лежали целые и располовиненные буханки серого. В уголке, у самой кассы, покоился тот самый батон по 13 копеек в единственном экземпляре — такой же одинокий, как и я.
Я потрогал батон рогатиной. Шибко свежим он, кажется, не был.
- А других батонов не осталось? - спросил я у продавщицы в белом халате и колпаке.
Та ответила, что мне следует открыть глаза или обратиться к окулисту, раз я не могу ответить на этот вопрос самостоятельно. Ответить на такое было нечего, так что я признал своё поражение, купил батон и пошёл дальше по улице, откусывая прямо от него.
Это был тот самый вкус детства!.. Ну, в смысле... Батон был на вкус как батон.
Дойдя до трамвайной остановки, где обычно садился, когда ехал в центр, я набрёл на ещё один магазин. Лаконичное одноэтажное здание со стеклянным низом, разрисованным картинками с едой, и бетонным верхом, украшенным вывеской «Универсам», обещало пиршество натуральных продуктов по социалистическим ценам.
Я зашёл.
Пельменей не было...
В стеклянных витринах, которые караулили продавщицы, стояли пустые корыта, напоминающие о мясе, и покоились горы колбасного сыра. В открытом доступе стояли пирамиды рыбных консервов, морской капусты, томатного и яблочного сока в пятилитровых банках. В большой белой ёмкости располагалась батарея стеклянных бутылок с кефиром. Для покупки сметаны был нужен бидон, коего у меня не имелось. Несколько тёток копались в большой металлической корзине, заполненной кочанами капусты, и источающий лёгонький запах гнилья (потому что без химии!). Были ещё какие-то макароны и крупы в картонных коробках. Их мне как-то пока не хотелось.
Я побродил по универсаму, наслаждаясь видом тех самых ценников, о которых так долго и мечтательно читал в Интернете. Пёс с ними, с пельменями! Сам сготовлю, если будет надо! И сникерсы с марсами сратые, и кока-кола, и чипсы — в гробу я видал их! Да, магазин здесь не такой, как я привык. Зато всё своё, родное, никакой американщины, никакого мусора пищевого! Вот сейчас сайру возьму или «завтрак туриста», поем их с батоном — и сыт. Много ль надо-то?
Я остановился возле стеллажа с консервами, приглядывая себе подходящий ужин.
«И все бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, а он им светит! И все бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, а он горит!» - надрывалось радио.
Я отвлёкся от консервов и задумался о том, кто это поёт.
Так задумался, что даже не заметил, как меня окружили четыре милиционера.
- Ваши документы, гражданин, - сказал один из них, представившись и назвав звание. - Почему вы в такой час не на работе?
Кому понравилось, тут выложено полностью, сейчас бесплатно https://author.today/work/222960
Если вам читать тут не особо удобно, то роман можно прочитать на Author Today
https://author.today/work/320875Жанр: Попаданцы в магические миры, Темное фэнтези, Приключения.
Я зашла домой, и, как только тяжёлая дверь захлопнулась, усталый вздох вырвался сам собой. Эта неделя была слишком трудной, потому мне срочно нужно выпить чай, очень крепкий чай, а лучше — чифир.
И почему каждый раз перед выходными все безумцы города как будто ставят себе цель прийти в ресторан и истрепать нервы сотрудникам? Просто наваждение какое-то! А кому больше всего достаётся? Правильно, хостес и официантам. Вторым ещё повезло: до них доходит лишь малая часть неадекватных посетителей, — а мне приходится разбираться со всеми.
— Как это нас нет в списке?! Мы вообще-то бронировали у вас стол год назад! Что значит, бронь держится всего три месяца?! А ну, быстро зовите управляющего! — бубнила я себе под нос, подражая одной из сегодняшних посетительниц.
Ох, как же мне тогда хотелось запустить ей в лицо блокнотом. Единственное, что меня останавливает в такие моменты, — это то, что работу с перспективой повышения до управляющей, ещё и в двух минутах ходьбы от дома, быстро мне не найти. А кушать-то хочется, да и за квартиру платить тоже надо.
Ещё раз вздохнув, я всё-таки взяла себя в руки. Начались выходные, поэтому всё, что касается работы, меня в эти дни не волнует. Разувшись и кинув ключи на полку в прихожей, я прошла в спальню. Не включая свет, я отбросила в сторону сумку, завалилась на кровать и уткнулась носом в мягкое одеяло, наконец-то позволяя уставшим за день ногам отдохнуть. Но, не пролежав в тишине и пары минут, я услышала из кухни звук прыжка, а после – приближающееся курлыканье своего питомца.
Беляш, не церемонясь, запрыгнул ко мне на кровать и начал бодаться. Добившись поглаживаний за ухом, кот улёгся рядом и замурчал.
— Проголодался? — и так зная ответ, спросила я Беляшика. — Дай мне пять минут – я покормлю тебя.
Услышав знакомое слово, кот внимательно уставился на меня, затем заурчал с утроенной силой. Я перевернулась на спину, чтобы не видеть больших жалобных глаз питомца, но, будем честны, — это хоть раз кому-нибудь помогало?
Когда Беляш понял, что никто не собирается наполнять пустую миску, то встревоженно встал и навис надо мной. Кот требовательно потёрся о мою щёку и попытался укусить меня за нос, привлекая внимание. Да уж, попробуй тут проигнорируй такую «проблему»! Она сама кого хочешь порешит, ещё и в должники запишет с соответствующими процентами.
— Хорошо! Я поняла: отдохнуть ты мне не дашь, — я недовольно встала и включила свет. – Можно мне хотя бы переодеться?
— Мррр, — ответил Беляш, и, спрыгнув с кровати, направился в сторону кухни, недвусмысленно намекая, что времени у меня мало.
Правильно говорят, бойся своих желаний: сама же хотела умного и разговорчивого кота. Пока маленький был — совсем себя никак не проявлял, видимо, сказывался длительный опыт жизни на улице. А как вырос — так всё: вычеркнул меня из списка любящих матерей и записал в прислугу. И как я пропустила момент, когда Беляш превратился из милого пушистика в большого хитреца?
Хотя мне грех жаловаться: не знаю, чтобы я без него делала. Друзей у меня раз, два и обчёлся: никогда не могла найти себе компанию по душе, вечно что-то было не так. Вроде и в университете старалась принимать участие в активностях, и сама пыталась знакомиться, но нигде не получалось, ни с кем не складывалось. Потому теперь и имею то, что имею: Алину, с которой познакомилась в свой первый день на работе. С ней я дружу уже несколько лет. Она хорошая подруга: всегда поможет, когда надо, плюс меня как-то терпит. Зная свой характер, даже и не понимаю, как мы стали лучшими друзьями. Например, с парнями у меня совсем не ладилось. Разве что ещё во времена учёбы мы с Сашей чудом нашли общий язык...
Саша! Ну, точно, как я могла забыть? Обещала же сегодня взвесить все за и против и окончательно решить, соглашаться ли на его предложение. После всего, что он для меня сделал, отказать будет совсем неловко. Хотя, с другой стороны, я ничего не теряю, заключая с ним пари. Пусть мы уже обсудили все детали, но лучше, если я всё проверю ещё раз, прежде чем дам окончательный ответ.
Я подошла к сумке, которую совсем недавно небрежно бросила на пол, и, просунув руку во внутренний карман, нащупала свёрток, выданный мне другом. Скрученный в трубочку пергамент посередине был перевязан красной атласной лентой, опломбированной чёрной сургучовой печатью с детализированным гербом, который я никогда не видела прежде. Герб представлял собой изящный золотистый клинок с тонким, едва заметным витиеватым узором внутри. Раньше я занималась рукоделием, потому знакома с этим материалом не понаслышке, так что могу сказать точно, что печать изготовили на заказ, а, учитывая, насколько мастерски была выполнена работа, то цена была запредельная.
— Интересно, зачем ему так заморачиваться? Неужели совсем делать нечего? — бормотала я себе под нос по пути на кухню. — Впервые вижу подобное. Но, хозяин — барин, от красивой безделушки мне сложно отказаться. Как только выиграю спор, так сразу повешу этот шедевр в рамочку над своим новеньким компьютером.
Накормив кота, я включила чайник. Есть не хотелось из-за моих хаотичных перекусов на работе, от которых мне частенько бывает плохо. Но, что поделать, я не в силах от них отказаться. Когда-нибудь я точно перейду на правильное питание, но не сегодня. Сейчас мне нужно перечитать Сашину писанину, а то мало ли, – он ещё тот шутник.
— Так, ну, приступим. Значится…
Я аккуратно сняла ленту и развернула пергамент. Содержание оказалось достойным роскошной обёртки. Текст был написан аккуратным витиеватым почерком и, судя по всему, — пером. В правом нижнем углу красовался точно такой же герб, как на печати. Дорого-богато: точно повешу в рамочку.
Пробежав глазами все пункты договора, ибо по-другому прочитанное назвать было нельзя, я не обнаружила ничего подозрительного или не обговорённого ранее.
Казалось бы, знакомы не первый год, но Сашка всегда меня удивляет, а его подход к делам немного пугает.
Итак, если я за месяц в игре прокачиваю своего персонажа до восьмидесятого уровня — интересно, это вообще возможно — я получаю приличную сумму и забираю компьютер себе. Хотя он уже и так мой: Саша оставил его авансом, так что по этому поводу могу не переживать. А если я не выполняю условия, то обязуюсь исполнить одно желание. Это, кстати, мы уже обсудили при встрече.
О, а вот и она – маленькая сноска, что желание должно быть выполнимым и приличным — как мило с его стороны. Звучит не страшно: надо всего-то поставить подпись, что я принимаю все пункты договора.
У меня закружилась голова от предвкушения. Пожалуй, стоит сделать пятиминутный перерыв, обдумать всё ещё раз, и, наконец, выпить чай – вода уже сто раз вскипела!
Предложение Саши действительно заманчивое, да и знакомы мы не первый день: он ни разу не давал повода усомниться в его честности. Сашка мне нравился. Я даже пробовала заговорить с ним на тему романтических отношений, но он постоянно увиливал от ответа. Хотя, может, он прав: нечего любовью портить хорошую дружбу.
Облокотившись о край столешницы, я наслаждалась крепким чёрным чаем с лимоном и наблюдала через окно, как гаснет и загорается свет в квартирах многоэтажек напротив. Гармонию романтики прохладного сентябрьского вечера поддерживал наевшийся кот, сладко дремлющий на диване справа от меня. Лишь круглый стол в центре комнаты нарушал идиллию, царившую здесь, – на нём лежала бумага, способная изменить мою жизнь. Всё, что требуется — поставить одну маленькую подпись в правом нижнем углу – ничего сложного. Однако странное чувство в груди меня будто останавливало: сердце стучало, как бешеное, от волнения, что я вот-вот решусь на то, чего раньше я никогда не делала.
Нечего скрывать – с деньгами у меня было туго: львиная доля зарплаты уходила на лечение, а остальное — на оплату жилья. Вот и получалось, что на жизнь, точнее выживание, у меня оставались копейки. Саша знал о моём положении и однажды даже порывался оплатить часть расходов на реабилитацию в онкологическом центре, но я отказалась, потому что мне стыдно брать деньги у друзей, особенно, зная, что вернуть я их не смогу. С того момента прошло много времени, и ни я, ни Саша больше эту тему не поднимали.
Однако неделю назад он ни с того, ни с сего предложил мне совершенно безумное пари. Тогда мне показалось, что он просто прикалывается, поэтому я, уверенная, что он говорит не всерьёз, без раздумий согласилась.
Несколько дней мы не возвращались к разговору о нашем споре. Я решила, что друг уже забыл о своём предложении, пока вчера он не позвонил мне в разгар рабочего дня с просьбой срочно дать ему ключи от моей квартиры. Затем Саша заехал ко мне в ресторан, нетерпеливо схватил связку ключей и поспешил скрыться. Я молча пожала плечами и проводила его взглядом.
Ближе к вечеру уставшая от работы я успела забыть о визите друга и, покопавшись в сумке, стоя у двери своей квартиры, решила, что, видимо, потеряла ключи. К счастью, у консьержки хранилась пара запасных, так что домой я всё-таки попала, где первым, что я увидела, стало довольное Сашкино лицо.
В комнате меня встретили новый компьютер и дорогое удобное игровое кресло – оказывается, Саша не забыл о нашем споре.
Увидев мою реакцию, друг поспешил объясниться:
— Алиса, смотри, я уже всё настроил и подключил. Сейчас расскажу, как пользоваться, — улыбаясь с каждым словом всё шире, тараторил Саша. — Для начала...
Я будто снова очутилась в университете на лекции по информатике, ибо Саша считал своим долгом сто пятьдесят раз повторить для меня последовательность действий, чтобы я смогла запустить трансляцию. Хотя ничего трудного там нет: нажимаю несколько кнопок, – и я уже в эфире. Самое сложное мой заботливый друг уже сделал без меня.
Закончив с экскурсом, Саша вернул мне ключи и, попрощавшись, ушёл, напоследок лишь повторив, что это пари – идеальный способ мне помочь. Абсолютно согласна. Деньги – большее, что он может мне дать, ведь лекарство от рака ещё не изобрели.
Оставшись одна, я присела на кресло и задумалась о случившемся: этот спор, Сашка, оборудование, которое он завёз, – всё казалось нереальным и будто происходило не со мной. А, может, я сплю?
Однако сегодня утром меня разбудил звук сообщения на телефоне с вопросом, согласна ли я сыграть в игру, а привезённый Сашей компьютер не пропал и мирно дожидался моего внимания.
Весь рабочий день я мысленно возвращалась к предложению друга, и поняла, что уже давно на него согласна: честно говоря, эта авантюра сразу пришлась мне по вкусу. Даже если я проиграю, то всё равно хорошо проведу месяц. Учитывая, что я далека от компьютерных игр, да и вообще от любых игр — будет не только весело, но и познавательно.
Поздно идти на попятную, поэтому пусть дрожащей рукой, но я всё же поставила свою подпись на пергаменте. Едва я оторвала кисть от бумаги, как в комнате заморгал свет. Никаких сообщений о возможных перебоях в электричестве в чате дома я не видела, может, лампочка умирает? Надо поменять на днях, – сделаю себе пометку позже. А пока странное стечение обстоятельств придавало особую таинственную атмосферу, будто пятничным вечером, когда на небе не было видно ни единой звезды, поставленная в однокомнатной квартире спального района подпись разделила мою жизнь на до и после.
Я почувствовала прилив адреналина от предвкушения того, что меня ждёт, потому решила, что приступлю к выполнению своих обязательств уже сегодня. Раньше начну – раньше закончу, а пока хотя бы ознакомлюсь с игрой.
Определившись с планами на ночь, я взяла пачку недоеденных чипсов, ждущих своей участи уже неделю, заварила ещё одну чашку любимого чая, на этот раз с мятой, и направилась к рабочему столу. Пока включался компьютер, я думала, что, если... дойти до восьмидесятого уровня будет слишком сложно, или… Стоп! А вдруг изначальный план Сашки – предложить мне заведомо невыполнимое пари, чтобы я сто процентов осталась должна ему желание? Он знает, что с играми я на «Вы», – могла бы сразу его раскусить.
— Так, Алиса, не паникуй — уже поздно пить Боржоми, – успокаивала я себя вслух. – Для начала просто попробуй, не накручивай себя раньше времени. Вдох-выдох, и поехали.
Расскажи я эту историю опытным игрокам — поднимут на смех. Что ж, видимо, пора вспоминать, как я играла в «Супер Марио» и пыталась подружиться с «Ведьмаком». Вряд ли любовь к играм в жанре «три в ряд» мне поможет, да и дворецкий Остин, поднимая руки, скорее всего грустно покачал бы головой, ибо починить мои геймерские способности не получится даже у него.
С выбором игры Саша, конечно, постарался: никогда не слышала ничего об «Эре Бладмори», на ярлыке которой красовалось одинокое дерево с ветвями, напоминающими скрюченные пальцы. Ставлю что угодно, Саша специально выбрал малоизвестную игру, чтобы я не смогла найти подсказки в интернете вне трансляции. Он очень хорошо продумал этот момент: на стриме нельзя просить у зрителей помощи; нельзя искать в интернете информацию о прохождении; нельзя пользоваться читами ради ускоренной раскачки героя. Нельзя, нельзя — одни нельзя! Включу-ка я камеру на стриме, пусть Санёк повеселится, наблюдая за моими страданиями в прямом эфире. Я ещё придумаю месть для него. А сейчас пора бы уже запустить всё это дело.
После подробной Сашкиной инструкции, которую он любезно продублировал в личных сообщениях, включить трансляцию не составило труда, однако с игрой возникли некоторые сложности. Едва я нажала на ярлык с одиноким деревом, как по экрану монитора поползли серые помехи, похожие на шумы, которые бывают на старых телевизорах. Я даже струхнула, что сломала игру одним кликом. Слава богу, вскоре всё наладилось – загрузка началась. Полоса прогресса заполнялась очень медленно, и чем ближе она приближалась к концу, тем сильнее я волновалась и сомневалась в правильности своего решения. Но последний гвоздь в крышку гроба уже вбит: на экране из чёрного тумана появилась надпись «Эра Бладмори». Название игры медленно приближалось, рассеивая тёмную дымку. Вдруг золотистый клинок разрубил буквы наискось, – слова посыпались вниз, как разбитое стекло. Передо мной высветилось главное меню. Приключения начинаются...
После заставки на заднем фоне зазвучала удивительная мелодия, в ней слышался гулкий, нарастающий ритм барабанов, обволакиваемый ненавязчивым мотивом флейты. Музыка пугала и завораживала одновременно. Я забыла, зачем включила игру, и, околдованная хором из тысячи голосов, внезапно вступившим с торжественным куплетом, замерла, наслаждаясь композицией. Невероятно! Надо найти трек и обязательно добавить.
Не знаю, что там за «Эра Бладмори», но мне определённо она начинает нравиться. Под такую музыку я не то, что до восьмидесятого, но и до сотого уровня спокойно дойду, наверное…
Так, сейчас нужно выбрать персонажа, за которого мне предстоит играть целый месяц, если, конечно, я не умру на первых трёх минутах. К счастью, интерфейс игры настолько интуитивный, что я мгновенно разобралась, где найти список героев.
Однако прежде, чем я успела навести курсор на необходимый значок, экран перекрыло окно оповещения, в котором было сказано:
«Уважаемый игрок,
Добро пожаловать в Эру Бладмори!
Сегодня для новых пользователей действует скидка на покупку особого класса, который будет создан с учётом ваших предпочтений разработчиками игры специально только для вас. Предложение действует в течение 60 минут с момента регистрации! Успейте приобрести!
Стоимость покупки – ваша душа. Оплата принимается по карте вашего банка или через СПБ».
Я опешила от такого щедрого предложения, замерла, перечитывая сообщение, а после рассмеялась в голос. Умора! Такого я точно не ожидала. Разве кто-то в самом деле сможет забрать мою душу, или… Звучит, как бред или странная шутка. С чувством юмора у меня всё в порядке, поэтому, почему бы и нет?
После подтверждения оплаты на мой телефон пришло уведомление о списании пяти тысяч рублей. Такова цена моей душонки, даже немного обидно: с одной стороны, моя душа непременно должна стоить дороже; а, с другой, на эти деньги я прожила бы две недели.
Пока я подсчитывала траты, на экране высветилось новое оповещение:
«Спасибо за покупку!
Для создания индивидуального класса вам необходимо выбрать расу, пол и религию персонажа. Затем наша команда сразу же приступит к выполнению вашего заказа.
Создание индивидуального класса занимает некоторое время. Пожалуйста, не отключайтесь.
Когда ваше новое «Я» будет окончательно сгенерировано, в ваш личный кабинет придёт системное уведомление.
Приятной игры, и не забудьте помолиться!
Ваш верный слуга,
Хаос».
— Слуга? — невольно вырвалось у меня.
Чего только не придумают! Сервис на высоте. Хотя меня это уже не касается: пусть они занимаются своими делами, а я своими.
Кажется, где-то тут были расы… Или, может, всё-таки, ну её, эту затею? Я ведь могу ещё отказаться? Так. Нет! Страх долой — из сердца вон. Что это со мной? Испугалась компьютерной игрушки? Пора бы уже подобрать себе персонажа. А это что?
Моё внимание остановилось на серой вкладке с надписью «Магазин», после открытия которой экран вновь поглотил чёрный туман. Когда дымка рассеялась, у меня забегали глаза от обилия ассортимента электронных товаров. Кто бы мог подумать, что всю эту красоту можно купить за реальные деньги. В «Магазине» нашлось буквально всё, о чём можно только мечтать. Чёрт, знают, куда бить!
— Купить или не купить, вот в чём вопрос. А ты что думаешь? — решила я спросить полусонного кота.
— Мяу! — недовольно ответил Беляш и, задрав хвост трубой, демонстративно отвернулся.
— Ой, да много ты понимаешь! — отмахнулась я от него и продолжила увлечённо изучать предлагаемые игрой товары.
Если потратить ещё немного, ничего же страшного не произойдёт, правда? Так мне будет легче выиграть пари и заработать в разы больше, чем я оставлю разработчикам «Эры Бладмори» сегодня. Тем более, начинать с платными предметами гораздо проще. Как говорится, больше потратишь — дольше проживёшь. К тому же, я уже знаю, что хочу купить. Только придётся сначала разбить свою копилку.
Утерев скупую слезу то ли жадности, то ли рациональной экономии, я добавила в корзину восхитительную чёрную броню с металлическими вставками, защищающими грудь, плечи и руки. Поножи, входящие в комплект, были выполнены в том же стиле, что и доспехи, однако платиновые пластины, вкроенные по бокам, немного выделялись своим цветом – они были на порядок светлее и переливались серебристо-белым.
Не знаю, насколько это мне поможет, но я обменяла свои заработанные потом и кровью рубли на игровую валюту, – лишним точно не станет.
А вишенкой на торте моего расточительства стал фамильяр в виде чёрного ворона, характеристики которого я даже не читала, главное – выглядеть с ним я буду круто.
Кажется, я начинаю понимать людей, тратящих баснословные деньги на компьютерные игры. Конечно, я не одобряю подобное, но в этом определённо что-то есть. Я никогда не славилась силой воли, даже наоборот — пройти мимо милой безделушки всегда было выше моих сил. Сегодня же мне открылся целый новый мир товаров, которые мне чертовски нужны, не знаю пока, зачем, но чувствую, что очень пожалею, если сейчас же не оплачу отложенные в корзину позиции. Эх, надеюсь, что меня не затянет в пучину бесконечных донатов: хотелось бы и без траты денег наслаждаться игрой.
Перед глазами всплыл классический образ задрота: неухоженный вид, круглое пузо, разбросанные около компьютерного стола пустые банки из-под энергетиков и отсутствие друзей в реальном мире… Я затрясла головой, отгоняя мерзкие образы, рисуемые воображением – эта история не про меня, хотя последний пункт совпадает.
Когда я клацнула на кнопку «Оплатить», а мой кошелёк опустел ещё на несколько тысяч, я устало вздохнула, предвкушая, как ближайший месяц проведу на гречке с молоком. Зато на сервере я точно буду самой красивой – справедливый обмен, диета оправдана.
Чёрный туман сопровождал все мои действия в игре. Даже когда я возвращалась в главное меню, он был рядом, открывая мне иконку с бородатым мужичком в полном расцвете сил. Интересно, что тут у нас? «Эра Бладмори» снова меня удивила: пока я подбирала свою челюсть с пола, слева на экране появился список десятков различных рас в два столбца, а справа — фигурка выбранного персонажа в полный рост, которую можно было покрутить и рассмотреть со всех сторон, зажав правую кнопку мыши. Забавно, что броня, которую я купила пару минут назад, уже автоматически была применена, причём выглядела она эффектно как на женских, так и на мужских героях.
В нижнем правом углу находились две кнопки с выбором пола, а за изображением персонажа – полупрозрачный текст с описанием особенностей расы. При нажатии текст смещал изображение на задний план, предоставляя возможность удобного чтения.
Никогда не хотела оказаться в теле мужчины, да и сейчас не горю желанием, поэтому будет логично, что я сразу поставлю женский пол, а дальше подберу персонажа по привлекательности. Так же обычно выбирают персонажей, да? Надеюсь, что да.
Что на счёт расы? Мой взгляд хаотично бегал по списку малознакомых мне слов.
Итак, людей отметаем сразу: за них я играть точно не стану – мне этого и в жизни хватает. Так, а кто ещё тут есть?
Дворфы – вариант, конечно интересный, но быть полуросликом ещё и в игре как-то не радует — этого мне тоже в жизни хватает. Хочу хоть раз узнать, как там с погодой наверху.
Посмеявшись со своей же шутки, я продолжила рассматривать расы. Кажется, я потратила на это половину ночи: то слишком волосатые, то низкие, то уродливые. Я нервно дёргала полосу прокрутки то вниз, то вверх, переживая, что ни одна популяция мне так не подошла, пока случайно не прокрутила колёсико мышки слишком сильно, перейдя на новую страницу, где меня ждала самая необычная и наиболее очаровательная из всех, что я сегодня видела, раса.
Вот он – мой персонаж! Я влюбилась в него с первого взгляда. Высокая стройная пепельная блондинка с чёрными рожками на голове и тонкими чертами лица пленила меня мгновенно, а сероватый оттенок её кожи в сочетании с сидящим на её плече грозным вороном придавал её образу особый шарм.
В описании расы было сказано, что «тёмные эльфы являются жителями мёртвых земель. По своей натуре они ловкие, смелые и хитрые»… Читать дальше не было смысла: с персонажем я определилась.
Осталась религия. Больше всего мне понравилась «Тьма», – не стану отрицать, что меня зацепило название. Учитывая, что я имела доступ не ко всем религиям, то и выбор у меня был не богат. Вообще, странно в начале игры выбирать себе Бога: возможно, это либо условность, соблюдать которую вынуждены все игроки, либо в дальнейшем я смогу прокачать репутацию персонажа, взаимодействуя с разными народами в зависимости от их вероисповедания, – ничего страшного.
С мыслями о печеньках, я определилась с верой, – осталось лишь подтвердить свой выбор… окончательно и бесповоротно.
— Да, точно-точно! Буду тёмной эльфийкой, — радостно провозгласила я. — Я бы, наверное, не отказалась посетить ненадолго магический мир: прогуляться, отдохнуть от проблем, расслабиться. Там всё кажется таким простым и понятным.
Предаваясь сладким мечтам, я навела курсор на большую кнопку, жаль, что не красную, с надписью «Подтвердить», и, как только я её нажала, свет в комнате снова замигал, а серая рябь вновь заволокла экран монитора.
За окном всё также было темно. На столе валялась пустая пачка из-под чипсов, которые я не заметила, как съела; недопитый остывший чай бил в нос настоявшейся мятой – с лимоном всё-таки вкуснее; а не получивший внимания хозяйки Беляш уже дремал на кровати в позе, призывающей непременно почесать кошачий животик. Я устало откинулась на спинку кресла и, зевая, потёрла глаза.
— Кажется, пора закругляться, а то… — договорить я уже не успела.
Усталость взяла своё: я на мгновенье прикрыла глаза, а ждущая наготове темнота тут же окутала меня нежным одеялом, – я провалилась в сон.
Заключительная глава
Утро началось с телефонного звонка. Кто меня разбудил? Конечно - Димка! Нет, беспокоить человека в субботу в девять утра - решительно, это за гранью добра и зла! Если меня сдвинет в мир, где еще сохранилось крепостное право, то за такое непременно велю запороть плетьми!
- Чего тебе? - буркнул я в трубку.
- Слушай, Колян, тут по поводу твоей палатки...
- Снова дырку прожег? - догадался я.
- Ну... - протянул товарищ. - В общем - да. Нормальную такую дырку прожег, на всю палатку. Короче говоря, Колян, нет у тебя больше палатки...
- Забей, - зевнул я. - Сами-то как? Живы?
- Да, и почти здоровы. Колян, я тебе новую куплю! Клянусь!
- Димка...
- Ась?
- Пошел в жопу!
Как-то мне это сильно понравилось - посылать его в жопу. Видимо, я такой - единственный, уникальный, кто во всех вселенных посылает Харитонова в жопу. Иначе как объяснить, что всякий раз он того не ожидает?
Снова проверив грудь и татуировку спящей Ольги, я начал собираться. Сегодня все решится. Во всяком случае, я на это надеюсь. И это измерение казалось мне ничуть не хуже всех остальных, где я побывал до. Моя девушка без силиконовых шаров, с татуировкой на привычном месте. Димка - жив, не сгорел ночью с Томкой в моей палатке. Я б даже смирился с тем, что у меня - убогое тридцатилетнее ведро вместо "Камри", но на ключах от автомобиля блестел значок Toyota. Значит, все не так уж плохо на сегодняшний день.
Даже початая бутылка вина до сих пор лежала в холодильнике! Вот это - постоянство! Это я и про вино, и про Toyota. Радовала меня моя приверженность японскому автопрому во всех вселенных. Стало быть, во всех моих отражениях, в которых я успел побывать, есть нечто общее!
Ольга зашла в ванную, когда я брился. Она нежно обняла меня сзади и поцеловала в белую от пены щеку.
- Куда собрался в такую рань?
- Надо, зайчного, надо, - ответил я, не вдаваясь в пояснения.
Все равно не поверит. Да и смысл? Если тот, другой я, бывший в этом мире до меня, не рассказывал Ольге про сдвиги - то зачем ей знать? Для чего забивать зазря голову?
- Я думала, мы сегодня ведь день проведем вместе...
- Обязательно, - заверил я. - Сейчас сгоняю в одно место на пару часиков, а дальше - я твой. Твой на всю оставшуюся жизнь!
- Ты меня так типа замуж зовешь?
Рука дернулась от этих слов, оставив на щеке длинный порез. Об этом я как-то не думал, считая, что пока рано задумываться о брака. В этом деле как? Если до двадцати пяти не женился - то потом всегда рано.
Хотя... после всего пережитого я был готов еще и не так повернуть свою жизнь!
- Подумываю об этом, - произнес я. - Сперва нужно решить кое-что, а дальше...
- Да ты только обещаешь, - вздохнула девушка.
На кухне меня ждал горячий кофе и только что разогретая пицца. Вот еще несколько черт, общих для всех моих двойников - любовь к пицце и то, что до сих пор не женат на Ольге.
- Может, изменишь свои планы? - проворковала она, позволяя халату упасть с плеч.
- Нет, детка, извини, очень нужно...
Я уже почти был готов остаться, но совесть взяла вверх. Как-никак, человек ради меня в субботу на работу выходит, с моей стороны было б крайне некрасиво пропустить встречу.
Погода портилась. Небо заволокли тучи, ветер швырялся пылью и мелким мусором.
- Ох, чую, ливанет сейчас, - посетовал дядя Миша, забегая в подъезд. - Не вовремя ты, Коля, намылился, не вовремя.
Но я, надвинув на глаза капюшон, не послушал предостережения соседа. Так же, как и вчера вечером, свою машину на стоянке я нашел только по писку сигнализации. Сегодня это был белый RAV-4 с желтой отметиной от ограничителя на бампере.
Запустив двигатель, я нашел в подлокотнике пачку сигарет и закурил. А вот это я зря. Не стоит начинать курить, с таким трудом бросил когда-то.
Дождь застал меня на полпути к доктору. Сильный шквал едва не сдул машину с дороги и тут же посыпалось, как из ведра. Дворники яростно молотили на полной мощности. не справляясь с потоком воды, заливавшим лобовое стекло.
Доехав до офиса психолога, я закурил еще одну сигарету. Больше ради того, чтобы оттянуть тот момент, когда придется выйти из теплого салона машины под проливной дождь.
Здание тоже успело преобразиться за ночь. Теперь первый этаж, где при коммунистах располагались подсобные помещения какой-нибудь коммунальной конторы, а ныне - частная клиника, был облицован керамикой. Каждое окно украшали стеклопакеты, а вывеска занимала половину стены. Похоже, в этом измерении у доктора дела идут отлично!
Спрятавшись под капюшоном, я покинул автомобиль и вошел в здание. И здесь все поменялось. Добротный ремонт, светодиодные светильники под потолком вместо люминесцентных ламп, горевших через одну. Возле стены журчал водой искусственный водопад, а около самых дверей устроилась девица за стойкой. В белой блузке с парой расстегнутых верхних пуговиц, совсем не скрывая ложбинку между грудей.
- Николай Вавильевич? - спросила она.
- Да, - кивнул я. - Это я.
- Проходите, Павел Сергеевич вас ожидает. Прямо по коридору, последняя дверь направо.
Стоило сделать пару шагов - девушка вежливо покашляла, указав взглядом на автомат с бахилами. Пришлось подчиниться - я уже наследил на идеально чистом кафеле, зайдя с дождя.
- Николай Васильевич, голубчик! - обрадовался доктор, завидев меня. - Заходите же, не стойте в дверях!
Сам мозгоправ со вчерашнего дня набрал в весе раза в два, еще больше полысел, зато лицо темнело загаром после солярия, а на носу поблескивали модные очки без оправы.
- Стоп! - опомнился я. - Копенгаген?
- Новороссийск? - ответил Павел Сергеевич.
- В своем мире вы условились на такой пароль? - удивился я.
- Пароль? Ну... если вам будет угодно, голубчик - пусть будет пароль. Присаживайтесь.
Я устроился в кожаном кресле напротив стола психолога.
- Вы нашли выход? - поинтересовался я.
- Да, конечно! Безусловно! Как-никак, моя клиника - лучшая в гор... в стране! Вот, пожалуйста!
Доктор высыпал в мою ладонь две таблетки - красную и синюю.
- Что это, черт побери, означает? - нахмурился я. - Если я выпью красную - останусь в этой вселенной, а если синюю - продолжу скакать между мирами?
- Что? - скривился Павел Сергеевич. - Что за чушь?! Вам нужно выпить обе таблетки, голубчик! И все ваши мучения мигом прекратятся!
Видя мою нерешительность, мозгоправ набрал воды из кулера в пластиковый стаканчик и протянул его мне. Я недоверчиво смотрел на пилюли. Но, раз доктор говорит, что надо - то надо.
Пожав плечами, я замахнул обе таблетки и запил водой. Ничего не происходило. А чего я, собственно, ожидал? Я и между вселенными так же перемещался - незаметно для себя, не ощущая сдвигов.
- Спасибо, наверное... - произнес я, поднимаясь с кресла. - Могу идти?
- Ой! Нет-нет, голубчик! - замахал руками психолог. - Посидите еще немного, сейчас подействует.
- Больно не будет? - усмехнулся я.
- Ни капельки!
Я все еще ничего не ощущал, кроме внезапно навалившейся усталости. Дико захотелось спать. Одергивая себя, когда подбородок падал на грудь, я пытался бороться с сонливостью, но все безуспешно. Меньше, чем через минуту глаза захлопнулись и я отрубился. Провалился в пустоту между мирами.
Доктор не соврал. Пилюли помогли. Вот уже... уже... уже я не знаю, сколько дней, недель, а то и месяцев я нахожусь в одной и той же вселенной, никуда не сдвигаясь. Меня вполне сносно кормят, одевают, два раза в день выводят на прогулку. Правда, вид из окна портит решетка, сваренная из тонких прутков, но это для моей же безопасности. Чтобы та неведомая сила, что швыряла меня по разным мирам, не ворвалась в палату.
Из коридора донеслись тяжелые шаги, скрипнул ключ в замочной скважине.
- Что, псих, жрать пойдешь? - оскалился санитар.
- Я не псих, - ответил я.
- Поговори мне тут...
Здоровый, как медведь, мужчина схватил меня за воротник пижамы и выволок в коридор. Его напарник залепил мне подзатыльник, от которого я кубарем покатился по бетонному полу. Но это - для моего же блага. Чтобы мозги на место поставить. А то порой чудится всякое...
Дверь захлопнулась и санитары, подталкивая в спину концами резиновых дубинок, повели меня на обед. Заботятся обо мне. Чтобы я не пропускал прием пищи. А я недавно укусил одного... стыдно-то как!
- Валерка...
- Ась?
- Я тут все думаю про палатку...
- Какую еще палатку?
- Ту, большую, рыжую. Которую ты вскладчину купить предлагал...
- И что с ней не так?
- Надумал я. Давай купим. Все же, штука хорошая, полезная...
Шаги за моей спиной резко прекратились. Столь же резко, как и пропало давление дубинок на спину.
- Димка, ты головой не ударялся? Мы ж давно уже купили ее!
- Ага? Когда?
- Да с неделю назад... она ж в твоем гараже валяется!
- Да ну? Не, быть не может... почему я не помню такого? Пьяный был, что ли?
- Точно тебе говорю! Привезли в твой гараж и на полку над воротами положили.
- Стой, Валера! Какой гараж? В жизни никакого гаража у меня не было!
- Вот тебе и приехали! А в чей гараж мы ее тогда привезли? Димон, может тебе самому того... таблеточек пропить?
Палатка... рыжая. Что-то знакомое, что-то такое со мной случалось. Но что? Я не мог вспомнить, как не напрягался. Единственное, что всплыло в памяти - то, что она меня достала. Прямо выть захотелось, как она меня достала!
И стены эти меня достали. Позавчера были голубые, вчера - синие, сегодня - зеленые. Какой же псих их каждый день перекрашивает? Кому настолько заняться нечем?
И, пользуясь новым инструментом на Пикабу, хочу поинтересоваться - как вам повесть?
Предпоследняя глава, следующая - заключительная
Чудом не разломав кровать, мы заснули. Я задремал, прижавшись небритой щекой к резиновому шару Ольгиной груди. И хорошо бы, если б мне снилось в этот момент что-то хорошее. Нечто возвышенное, приятное. Но нет же! Мне снился Димка.
Димка и Томка в той самой палатке, которая за последние дни успела мне осточертеть. Знал бы, что так выйдет - в жизни не покупал бы ее! Похоже, мне настолько проели мозг с этой палаткой, что она преследовала меня и во сне, не желая оставлять в покое. Будто эта палатка вовсе не была куском оранжевого брезента, а являлась некой потусторонней сущностью, еще более потусторонней, нежели я. И, несомненной - злой сущностью. Добрые сущности так не преследуют.
Не знаю, чем они занимались до того, как начали мне сниться - могу лишь предполагать, что точно тем же, чем и мы с Ольгой, но к моменту, когда семейная пара появилась в моем сне, Харитоновы просто лежали, обнявшись. Это был один из тех снов, пугающе живых, нереально реалистичных. Будто все происходило не во сне, в километрах от меня, а наяву. И я сам присутствовал там же, повиснув под потолком незримым духом.
Я чувствовал жар, повисший в палатке после буйства двух разгоряченных страстью тел, ощущал запах пота и запах секса. Димка что-то нежно шептал на ушко возлюбленной, она мурлыкала в ответ, прикрыв глаза. Мне стало даже как-то стыдно, будто это не они ворвались в мой сон, а я тайком подглядывал за семейной идиллией, как какой-то извращенец. Вуайерист!
Изо всех сил я пытался проснуться, но не мог. Сон цепко держал меня, уцепившись, словно якорем. Что-то держало меня во сне, в этой проклятой палатке. Я каждой своей косточкой ощущал, что сейчас случится что-то важное. Но пока ничего не происходило и я просто витал в клубах сигаретного дыма.
Томкина грудь вздымалась все медленнее и ритмичнее, дыхание стало ровным и спокойным. Девушка заснула. При этом ее рот раскрылся, челюсть свесилась на бок и из уголка рта повисла блестящая в свете ночника нитка слюны. Боже ж ты мой! Какая же она страшная во сне! Если б я проснулся рядом с таким чудовищем - заикаться бы начал. К счастью для Димки, он не видел, в какого монстра превратилась его супруга. Он тоже храпел вовсю.
На удивление скучный и бесполезный сон. Я бы предпочел, чтобы мне приснилось нечто более содержательное, да хоть тот же "Мулен-Руж", там есть на что поглазеть! А тут...
А тут я внезапно ощутил запах гари. Сигарета выпала из руки спящего коллеги, нырнув между складок пледа, откуда повалил густой дым.
Димон, твою мать! Неужели, ты не мог бросить курить во всем многообразии миров мультивселенной? Вам, курильщикам, специально плакаты вещают, в телевизоре показывают, в интернетах пишут - не курите в постели! Нет же - все туда же!
- Merde, - произнес я, открывая глаза.
Вот теперь не оставалось никаких сомнений - для чего мне приснилась такая скукота. Потому что Димке с Томкой угрожает опасность! Некто, кто игрался мною, закидывая, как бильярдные шары в лузы, то в один, то другой мир, похоже, решил сегодня сделать меня спасателем близких людей. Сперва - Ольга... да, не та Ольга, другая, но я надеялся, что смог сделать ее мир чуточку лучше. Теперь - Димка.
Скинув с себя Ольгину руку, я нащупал телефон и зажег экран. Не помню, как была у меня записана девушка, когда я звонил днем, но теперь последним вызовом значилось "Оля Сиськи". Да... на счет сисек можно не сомневаться! С другой стороны - я не переставал удивляться тому, каким же дебилом я оказался в части миров!
Интересно, как теперь записан Димка? Его номер, в отличие от Ольгиного, я не помнил наизусть. Пролистав на "Д" и на "Х" я не нашел ничего похожего. Ничего такого, как я мог бы записать приятеля. Затем пролистал еще раз, пытаясь найти Томку. Снова бесполезно.
- Вашу Машу... - прошептал я.
Если в этой вселенной я - игроман и асоциальный тип - есть вероятность, что у Петровича работает кто-то другой вместо меня. Тогда, скорее всего, я попросту не знаком с Димкой!
Что же делать? Я сел на кровати, обхватив голову руками, теряя бесценные секунды.
- Ты чего? - встрепенулась Ольга.
- Думаю, - коротко ответил я.
И придумал! Теща! Если супруги на природе в палатке - то в их квартире находится теща! А уж у нее-то не может не быть номера кого-то из Харитоновых!
Вскочив, я начал лихорадочно одеваться.
- Ты куда? - забеспокоилась девушка.
- Надо. Оленька, солнце, я не могу тебе сейчас всего объяснить, ты мне просто поверь - так нужно. Вопрос жизни и смерти.
- Ага, понятно, - буркнула она, отворачиваясь к стене. - Где-то ставки без тебя делают...
- Верь мне, - подмигнул я. - И помни: "Копенгаген"!
Застегиваясь на ходу, я выбежал из квартиры. Вызвав лифт, я достал телефон. Если раньше я боялся этих скачков, этих сдвигов, забрасывающих меня в неизвестность, то теперь подгонял очередное смещение в новый мир, надеясь, что там в трубке будет записан Димкин номер. Но, как назло, сейчас сдвиг не торопился. Когда не было нужно, я скакал по мирам, как кузнечик, а вот когда нужно - дудки!
На парковке перед домом появилась другая, совсем непредвиденная проблема. Я не мог найти свою "Камрю"! И, судя по ключам, найденным в кармане, моя "Камря" вовсе не была "Камрей"! Она превратилась в Mazda.
Как одичалый, я носился взад-вперед, тыкая кнопку сигнализации, пока машина не отозвалась, крякнув пищалкой и моргнув поворотниками. Красная с черным Mazda RX-7 с твин-турбо Ванкелем, с обвесом VeilSide. Откуда я все это знаю? Как эти слова появляются в моей голове?
В своей привычной реальности я б знал про этот автомобиль лишь то, что он, если и младше меня - то ненамного. И то, что спойлер у него всего лишь чуть меньше, чем скамейка у подъезда.
Я плюхнулся в кресло, бережно обнявшее меня. В спорткупе сильно пахло сигаретами. Прелестно! Я еще и травлюсь никотином! Я повернул ключ в замке зажигания, заставив "Мазду" зарычать. Из колонок загремел бодрый рок.
Поглядим, на что способно это тридцатилетнее ведро с японскими болтами!
Вывернув руль и дав полный газ, я хрустнул бампером об ограничитель. Но сейчас меня это мало беспокоило, ни единая струна в душе не дернулась. Процеживая через плотно сжатые зубы тщательно отобранные ругательства, я направился к Димкиному дому.
Совладать с антикварным автомобилем стоило огромных трудов. Задницу после переднего привода непривычно заносило, к тому же, привыкший к автомату, я забывал втыкать передачи, которые еще и оказалось крайне неудобным втыкать левой рукой, заставляя ротор повизгивать на высоких оборотах.
Но я выжимал их древней железки весь максимум, на который она была способна, подпевая гремящему из колонок рока единственную фразу из припева, которая отпечаталась в моей памяти:
- Be Quick or Be Dead!
Брюс Дикинсон надрывался во весь голос, пытаясь перекричать завывание двигателя, я же напрягался еще сильнее, чтобы переорать его вокал.
- Be Quick or Be Dead!
Огни фонарей и разноцветных вывесок сверкали размытыми пятнами в ночи. Пунктир дорожной разметки, вырванный из тьмы светом торчащих над капотом фар, превратился в одну нескончаемую сплошную.
Оттормаживаясь на перекрестках, я ощущал себя пилотом реактивного истребителя - так сильно кренилась вперед Mazda, а ускоряясь после светофоров - чувствовал всю прелесть каботажа. Старушка перепрыгивала трамвайные пути с грацией снежного барса, взбирающегося на кручу, и входила в повороты, отрисовывая шинами широкие черные дуги, будто гигантским циркулем.
Не снижая скорости, я пролетел мимо белой Skoda с люстрой на крыше. За гаишноков я сейчас не переживал, больше беспокойства вызывала возможность непредвиденного сдвига, в результате которого восьмиполосный проспект вполне может превратиться в узкий переулок или воткнуться в кирпичное здание.
В зеркале заднего вида блеснули красно-синие маячки. Серьезно, что ли? Вы решили угнаться на годовалой Octavia за тридцатилетней RX-7? Удачи, парни! Как тогда делали - сейчас никто не делает!
Я всегда испытывал нежные чувства к японскому автопрому, но в этот допотопный кусок металла, в котором электроники меньше, чем в современном чайнике, я начал потихоньку влюбляться.
Если выберусь из этой передряги - куплю себе календарик с такой же.
Свернув во двор дома Харитоновых, я резко затормозил. Красно-синие блики гуляли по стенам уже совсем близко, так что я, не глуша двигатель, выскочил из машины и нырнул в весьма кстати открывшийся подъезд, немало испугав выходящую молодую парочку.
Похлопав по кнопке лифта, я шагнул на лестницу. Кабина еще только двигалась наверх, до четвертого этажа я быстрее поднимусь.
И я не поднялся по лестнице - я буквально взлетел, проглатывая пролеты, как голодный кот - сметану. Очутившись перед знакомой дверью, я утопил звонок, одновременно барабаня по двери ногой.
- Кто там? - раздался знакомый голос по ту сторону.
- Димка? - удивился, но и обрадовался я. - Открывай, Сова, медведь пришел!
- Кто-кто?
- Блин, Димка! Я это, Колян. Открывай уже.
- Какой еще Колян?
Друг, все же, открыл дверь, высунув в щель свою помятую физиономию. Сейчас его голову украшала стрижка Top Knot undercut, а усам позавидовал бы сам маршал Буденный. Я сам изумился, откуда я знаю такие мудреные слова! Вероятно, в этом мире коллега спокойно сидел себе дома, потягивая пивко перед телевизором, а погибал в огне другой Димкас женой. Одни, или вместе с неопределенным количеством двойников во всем многообразии метавселенной.
- Как же я рад тебя видеть, - произнес я, прислоняясь к стене.
Я обхватил руками голову и сполз на корточки, тяжело дыша после пешего подъема.
- Мужик, ты кто? - нахмурился товарищ.
- Димка, ты чего? - вздрогнул я. - Это я - Колян!
- Какой еще Колян?
- Как - какой? Твой лучший друг и коллега! Мы вместе с тобой у Петровича в дизайнерской фирме работаем...
- Какой еще дизайнерской фирме? Я - архитектор!
Точно же! Я хлопнул себя по лбу. Помню-помню! Приятель рассказывал, что долго мучился перед выбором, куда ему поступать - на дизайн, или на промышленное и гражданское строительство. Похоже, в этом измерении он выбрал второе.
Отсюда логично вытекает, что мы не знакомы, даже если я работаю там же, где и в своем мире. Ведь впервые мы встретились именно в конторе Петровича, когда меня подселили в его кабинет! Потому в телефоне не забит номер Харитонова! Потому он меня не узнает!
- Уверен, что мы не знакомы? - уточнил я. - Не помнишь, как в позапрошлом году мы гоняли на Кубу, к мулаткам? А Томке ты сказал, что едем на конференцию в Москву!
- Так! - протянула его супруга, вышедшая на шум. - Так вот какая конференция у тебя была?
- Ой, да кого ты слушаешь, - отмахнулся друг, гневно зыркнув на меня. - Ты же видишь - сумасшедший какой-то! Иди давай, я разберусь.
Спровадив жену, товарищ вышел в подъезд и плотно прикрыл за собой дверь.
- Слышь, мужик! Я без понятия, кто ты такой и откуда знаешь, что я гонял на Кубу, навешав Томке, что еду на конференцию, но шел бы ты отсюда...
Коллега продолжил фразу, красноречиво хрустнув позвонками, разминая шею, и поиграл бицепсами. Да, здесь он вовсе не тот хлюпик, что в моей реальности. Вот что архитектурный с людьми делает!
Несмотря на разницу в весовых категориях, я б поспорил с Димой, но, во-первых, позавчера мы уже дрались, а, во-вторых, бросаться с кулаками на человека, которого я приехал спасать... несколько странный способ спасения, даже в свете сумасбродства последних дней.
Помахав на прощанье, я зашагал по ступенькам, испытывая двоякие чувства. Безусловно, я был рад, что с Харитоновыми все хорошо. Но и печален одновременно, оттого, что не смог спасти супругов в иной вселенной.
Да и как? Как я мог спасти тех, кто находился в другом мире, в который, вполне вероятно, я больше никогда не вернусь?
Я вышел во двор, где Mazda, молотившую двигателем, окружили три патрульных автомобиля. Гаишники сновали рядом, освещая салон купешки фонариками.
- Не ваша? - спросил один из полицейских.
- Нет, - тряхнул я головой. - У меня вообще нет машины. Экология, все такое.
- Веган, что ли? - презрительно поморщился лейтенант.
- Сам ты веган! - огрызнулся я. - Сигарета есть?
- Не курю...
Нужно сваливать отсюда поскорее. И из этого двора, и из этого мира. Не хотелось бы находиться здесь, когда менты установят собственника RX-7.
Доковыляв до улицы, я купил в ларьке пачку сигарет, на удивление поганых и вонючих, и, присев на скамейку, вызвал такси.
Экипаж еще не успел добраться до меня, как зазвонил телефон. Димка!
- Привет! Звонил? У меня пропущенные от тебя...
- С тобой все хорошо? - беспокойно осведомился я.
- Да, в обсерватории был...
- В где-где?
- В обсерватории... в сортире, блин! А что?
- Да пошел ты в жопу! - радостно ответил я.
Надо же! Сдвинулся! Это мне здорово повезло, или случайные перемещения перестали быть случайными и начали мне повиноваться? Нужно будет завтра поинтересоваться у Павла Сергеевича...
Еще интересно - звонки от меня Димке в этом мире - простое совпадение, или другому мне приснился тот же сон? Тогда есть шанс, что сколько-то Харитоновых спаслись этой ночью! И это не могло не радовать!
До дома я добрался далеко за полночь. Ольга спала, крепко обнимая подушку. Обычная Ольга - с грудью из мяса, а не из футбольного мяча. И с татуировкой над попкой - я специально заглянул под одеяло, проверить.
- Фу, накурился, - скривилась девушка в полудреме.
- Копенгаген, - произнес я.
- Что? - встрепенулась она. - При чем тут Копенгаген?
- Не важно, - зевнул я. - Спи давай.
