В секонд-хенде на набережной всегда пахло затхлостью. Но это не отталкивало охотников за сокровищами. В рядах из стоек со шмотьем, невысоких потертых пуфиков и старинных на вид шкафчиков всегда можно найти что-то эдакое.
– Вот здесь и тружусь, – дед Вася провел рукой по воздуху, демонстрируя красоты.
– М-да, пахнет историей, – усмехнулся Юлик.
Дед Вася был рад компании. Он уже несколько лет работал охранником в секонд-хенде и всегда находил, чем себя занять. Кроссворды, романчики, радио. Но иногда хотелось с кем-то поговорить.
– Это ты про меня? – улыбнулся дед Вася. Он часто любил подшучивать над тем, что такой молодой парень завел дружбу со стариком.
– А ты как думал! Не о нарядах же этих роскошных. Ладно, хрен бородатый. Где чего чинить? Смотрю, так без света и сидишь.
Уже с неделю в секонд-хенде свет работал с перебоями. То ли что-то с проводкой, то ли старик, заведующий магазином, забыл заплатить за электроэнергию.
Юлик – сосед деда Васи. И однажды по-соседски починил ему стиральную машинку, прочистил канализационную трубу и привел в порядок микроволновку. Так и подружились. Юлик прознал о проблеме в секонд-хенде и предложил свою помощь – захотел встретиться ночью, когда нет народу.
– Ух, все сделаем. Больше не нужно будет дурить покупателей, что свечи для атмосферы, – Юлик посмотрел на витрину у дальней противоположной стены. – А там что? Покажешь?
Дед Вася и Юлик подошли к витрине. На пьедестале собралась большая банда манекенов. Но Юлик смотрел на самого высокого из них. Лицо манекена прикрывала марля, которая больше всего притягивала внимание – сильнее длинного платья на здоровяке. Пышный наряд в цветочек делал вид гиганта невыносимо нелепым.
– Огромным оказался, – объяснил дед Вася, – ничего на него не налезло. Подошло только это платье.
– Вот как. А это тоже так и должно быть, – Вася кивнул в сторону манекена, который лежал рядом с гигантом.
– Вот те на. Все же было хорошо.
– Да и парень в марле как-то криво стоит. Хулиганят они у тебя тут?
– Ох-ох … Поможешь прибраться?
Вот только с места Юлик не сдвинулся. Дед Вася вопросительно посмотрел на него. Тот глубоко вздохнул, после чего искривился в глупой улыбке. Такую он обычно надевает в те моменты, когда что-то натворил.
– Слушай, – Юлик почесал затылок и начал высматривать, чего это там на потолке интересного делается, – я тут на самом деле не только помогать пришел. Не серчай. Ты мне друг. Но кой-чего любопытное узнал об этом магазине.
Юлик указал пальцем на высокий манекен. Он зашагал в сторону лестницы, ведущей к манекенам на пьедестале. Нервно побарабанил пальцами по ремешку от пояса с инструментами и уставился на деда Васю. Глаза паренька сузились, как у нашкодившего мальчишки, который с трудом сдерживает слезы – то ли от страха получить ремня, то ли от смеха.
– Не тяни, – дед Вася нахмурился.
– Я слышал, в магазине есть особенный манекен. Эта дылда, наверно, он. Гляди, какой страхолюдина, хе-хе.
– Ты ж знаешь, как люблю коллекционировать всякое. И тут услышал, что внук хозяина секонда вернулся после путешествия и приволок очень реалистичную куклу. Оставил ее в кладовке на хранение. А она с большой историей. Была у одного художника. Говорят, рисовал и лепил нечисть и свихнулся. Внук куда-то пропал. А дедок, смотрю, нашел применение вещице. Не знаю, сколько нужно вывалить ему денег за манекен. Копить долго придется. Но очень хочется посмотреть, что под марлей. Можно?
– Давай только быстрее, – буркнул дед Вася, – все равно надо навести там порядок.
Юлик и дед Вася забрались на витрину и поставили на место упавший манекен. По левую руку от манекена с марлей лежал еще один. Дед Вася с досадой глянул на манекен, подошел к нему и поднял.
– Или я ослеп совсем, – дед Вася снова нахмурился и почесал густую бороду, – или эта барышня только что стояла.
Юлик не слушал. Он осматривал большой манекен. В Юлике было почти два метра, но ему пришлось задрать голову, чтобы взглянуть манекену в лицо.
– Странно, – дед Вася все продолжал теребить бороду, – здоровяк вроде в другую сторону смотрел. Разве нет?
Голова здоровяка была повернута вправо. Именно с той стороны располагалась лесенка. Юлик все еще не слушал. Он потянулся к лицу манекена и осторожно стянул с него марлю. Под ней увидел лицо. Человеческое лицо с детально прорисованными глазами, выпуклым носом, розовыми реалистичными губами – казалось, тронь их, а на них выскочит белое пятнышко.
– Матерь Божья, – дед Вася оставил в покое бороду и перекрестился, – нацепи обратно. Как… как мужичка какого во льду зарыли.
– Да ладно тебе, – Юлик засунул в ноздрю манекена указательный палец, – интересная же вещица. Но, соглашусь, рожа мрак. И рот так сделали, а-ля кричит.
На лице манекена застыла гримаса ужаса. Все страхи человеческие собрали в одном лике, кричащем в бесшумной мольбе о помощи. Его рот был разинут так широко, что можно было в него засунуть стопу взрослого мужчины. А вокруг сияющих голубых глаз сложились холмы из морщин – как настоящих.
– Дичь, – бросил манекену в лицо Юлик и отошел подальше, – хочу посмотреть издалека. Все еще дичь. Но почему-то красиво. Скажи?
Деду Васе всегда было любопытно узнать, что под марлей. И теперь случай представился. Он подошел к манекену, достал из кармана зажигалку, зажег ее и полез осматривать лицо манекена.
– Надо же. Как человек. Смотри-ка, этот уродец впрямь кричит. Кто мог додуматься сотворить такую гадость? Тьфу!
Деду Васе было противно, но он подошел еще ближе. Огонек почти ласкал лицо манекена своим теплом. И тут внутри манекена что-то зашипело, зарычало. И манекен, застывшее подобие человека, вздрогнул и отпрыгнул назад, укрывшись в тени.
– Боже ты мой! – дед Вася оцепенел от ужаса. Юлик схватился за голову. – Это ж как такое…
Манекен вынырнул из мрака и со звериным рыком накинулся на деда Васю. Схватил его за воротник и кинул в объятия другим манекенам, сбив с ног своих собратьев. Манекен уставился на Юлика своей застывшей в крике физиономией, но трогать его не стал. Просто спустился по лестнице, еле перебирая ногами.
– Вот черт. Так… – Юлик выхватил из своего пояса с инструментами отвертку и побежал за монстром. – Не боись! Ща разберусь!
Юлик размахнулся и со всей дурью, что кипела в груди, накинулся на манекен. Ударил высоченную шпалу в шею, и от нее отвалился кусок странного серого материала, из которого сделан манекен. На поврежденном участке манекена что-то зашевелилось. Юлик прищурился и заметил, как под оболочкой манекена пульсировали, шевелились самые настоящие жилы – но не красные, а пепельно-серые.
Манекен не дал договорить Юлику. Молниеносно выдернул из шеи отвертку, бросил ее на пол и схватил Юлика за горло. Манекен наклонился, и дыра в его шее расширилась. Манекен покрылся рябью, от него отслоились тонкие жидкие нити, которые тянулись к телу Юлика и душили его своими объятиями. Юлик попытался схватить монстра за лицо, но тот свободной рукой сломал ему пальцы. Дед Вася под истошный крик приятеля подбежал к манекену вызволять товарища из беды, но монстр одним махом отбросил старика в сторону.
Платье сложилось гармошкой под ногами манекена, который освободился от уз серого вещества. Липкая дрянь перекинулась на Юлика и жадно затягивала его кожу. Дед Вася беспомощно лежал и наблюдал за тем, как перед ним возникает неведомое существо. Человекоподобный демон, состоящий из мерзкой глинистой субстанции.
Монстр выпрямил спину, хрустнул суставами и медленно посмотрел направо, а затем налево – будто разминал шею после длительного сна. Дед Вася молча наблюдал за существом и не мог сдвинуться с места. Жилистая плоть чудища напоминала скопление тысяч угрей, вьющихся в предсмертной агонии. Каждая мышца на теле дрыгалась, поры извергали серое вещество, а вместо позвоночника из спины выпирали шипы.
Дед Вася от ужаса всхлипнул, и существо обернулось на звук. Плоское безносое лицо – прежде скрытое под маской человека – изобразило улыбку. Из крохотной черной воронки вместо рта тянулась вязкая зеленоватая слизь. В этой дыре блестели два – а, может, и три или четыре – ряда маленьких острых клыков. Дед Вася вздрогнул, но гигант и не вздумал нападать. Существо упоительно моргнуло большими выпученными глазами с крохотными черными зрачками, отвернулось и медленно направилось к выходу из магазина. Дед Вася тут же рванул к Юлику.
Юлик застыл в той же скрюченной позе, в какой его оставил оживший манекен. Пальцы на сломанной кисти были изогнуты в обратную сторону, одно плечо выше другого, спина изображала колесо, а голова запрокинута. Юлик замер в полуприседе и смотрел в потолок, пока серое вещество покрывало его тело и мгновенно застывало, образуя прочную корку. Юлик постепенно превращался в изуродованный болью манекен.
Дед Вася попытался убрать вязкую дрянь с лица паренька. Схватился за мягкий участок серой корки и оторвал клочок. Но под коркой образовалась не кожа, а сочащаяся кровью оголенная плоть. Юлик завопил, но крик заглушила затвердевшая корка, которая заткнула ему рот. По лицу Юлика потекла кровь, а оголенный участок мяса затянула свежая корка серой массы, собравшейся из тоненьких нитей. Невидимые паучки выполняли тонкую садистскую работу – под нарастающий вой узника серой корки.
Монстр неторопливо отдалялся от Юлика и деда Васи. Дед Вася глубоко задышал, глянул на Юлика, а затем на монстра, который широко расправлял свои длинные серые руки.
– Ну уж нет! – буркнул дед Вася и тут же скрылся. Юлику оставалось лишь глядеть пока свободными от оков серой дряни глазами, как его единственный шанс на спасение убегает.
Однако дед Вася не ушел навсегда. Спустя несколько мгновений вернулся с бутылкой чистящего средства. Он нагнал монстра и вылил на него содержимое. Чудовище остановилось, взглянуло на старика и потянуло к нему свою могучую руку.
– Гори, тварь! – в руках деда Васи вспыхнул огонек. Монстр попятился, но было слишком поздно. Пламя в один безжалостный миг поглотило тело гиганта.
Вой монстра разнесся по всему магазину. Посыпались стекла с витрин и задребезжали вешалки. Лоб деда Васи покрылся крупными каплями пота – ему стало невыносимо жарко. Послышался хлопок, после чего задымилась и засверкала в фонтанах искорок камера слежения под потолком. Крик существа утихал и стал походить на приглушенный скрип стекла по железу. Монстр таял. С тела гиганта волнами стекала его вязкая плоть, как горячий воск на свечке. Он размахивал ручищами, и с них во все стороны разлетались серые ошметки – они облепили одежду на вешалках, стены.
На руку деда Васи попал один ошметок – он его отбросил, но дрянь успела ошпарить кожу. И только тогда дед Вася осознал, что пора возвращаться к витрине к Юлику. Тот не издавал ни звука, но все еще был жив. Его сломанная кисть неудержимо тряслась, пока кипящая жидкость разъедала кожу и просачивалась во все отверстия, что попадались на пути. Кисть отвалилась и со шлепком упала на пол, плечо провалилось в тело, а грудная клетка с треском опустилась, образовав в теле яму. С последним скрипучим выдохом Юлик опустил голову, и из его дырявого и дымящегося рта полились сгустки крови и рвоты, которая скопилась в глотке, пока корка была еще тверда.
В ноздри деда Васи ринулась струя вони от едкой смеси – как если бы паленое мясо замешали со скисшим молоком. Его должно было вывернуть наизнанку, но тело перестало принимать сигналы от внешнего мира. Дед Вася взглянул через плечо на монстра – тот превратился в серую лужицу с пузырьками. Поднял осколок у витрины, осмотрел его и бросил к манекенам, с которыми соседствовал монстр.
– Могли бы и предупредить. Могли бы и подсказать… Почему улыбаетесь? Ну, почему?
Не получив ответа от старых знакомых, старик направился в свою коморку. Он тяжело дышал и совсем не моргал. Уселся за столик, обхватил дрожащей рукой карандаш и взглянул сухими глазами на кроссворд перед собой. Заполнил пустые квадратики на бумаге бессмысленным набором букв, цифр, символов. И не моргал, потому что боялся. Он только безостановочно кивал невидимому собеседнику и мычал – мысленно моля несправедливую тишину наконец-то дать свет.
